Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie, которые обеспечивают правильную работу сайта. Благодаря им мы улучшаем сайт! Принять и закрыть
— Сдыхал без твоей улыбки, твоего запаха, твоих прикосновений, — тяжело дыша, шептал он надломленно. — Я заберу тебя у твоего мужа. Ты моя. Только моя! Слышишь? — он обхватил ладонями моё лицо и заглянул в мои глаза. — Нет! — я ударила ладонями в его грудь. — Я не твоя!
Поцеловать незнакомого мужчину на спор и сбежать? Легко! Но что делать, если он отыскал тебя и требует притвориться его невестой перед родителями? Снова сбежать? Или согласиться на эту авантюру, которая приведёт к… чему? К разочарованию или к любви? Коварный Купидон уже приготовил свои стрелы…
Наша история банальна, как мир — он лучший друг моего брата, в которого я давно влюблена. Вот только объект моих пылких чувств не спешит отвечать мне взаимностью, смотря на меня с холодом и отчуждением при каждой встрече. Что мне делать — упорно сражаться за его любовь, пробивая броню замкнутости, или же открыть сердце тому, кто смотрит на меня с интересом?
— Куда собралась, птичка? — поистине дьявольская ухмылка. — Пусти, — пытаюсь вырвать ладонь из крепкой хватки и не позволить своим эмоциям одержать верх над разумом. — Куда? — шепотом интересуется на ухо. — Куда ты снова надумала от меня сбежать? — К своему парню, — отвечаю твердо, глядя в голубые глаза снизу вверх. Ненавижу эту разницу в росте. Ненавижу, что чувствую себя настолько ничтожной рядом с ним. Всегда. С первой встречи. — Ты же стала с ним встречаться назло мне, — фыркает и ведет ладонью от локтя вверх.
Я просто потеряла туфельку, а он вернул её на положенное место. Наша история походила бы на сказку, если бы не одно «но». Я скоро выхожу замуж, а он совсем не похож на прекрасного принца. *****— Что ж… Тогда эти фотографии могут оказаться в руках твоего отца. Или женишка. — Какой же ты подлец! — Какой есть, Золушка. Не принц, увы. И с папиными принцессами я не церемонюсь. Ты потеряла право голоса, Золушка. Одна ночь, и фотографии будут твоими.
— Нет, Игнат, — часто дыша, упираюсь ладонями ему в грудь. — Больше ничего не будет, как прежде… Никогда… — облизываю пересохшие от его близости губы. — То, что мы сделали… — выдыхаю и прикрываю глаза, чтобы прошептать ровным голосом: — Мы совершили ошибку, разрушив годы дружбы между нами. Поэтому я уехала. И через пару дней уеду снова. В мою макушку врезается хриплое предупреждение:— Тогда эти дни только мои, Снежинка, — испуганно распахиваю глаза и ахаю, когда он сжимает руками мои бедра. — Потом я тебя отпущу. — Игнат… я… — трясу головой, — я не могу. У меня… У меня есть парень! — Мне плевать, — проворные пальцы пробираются под куртку и ласково оглаживают позвонки. — Соглашайся, Снежинка. — Ты обещаешь, что отпустишь? — спрашиваю, затаив дыхание.
— Ром, — Димас вдруг пихнул меня локтем под рёбра. — Чего тебе? — процедил раздражённо. — Девчонка эта… Новенькая наша… Ты не узнал её? — К чему клонишь? Друг повернул ко мне экран телефона и криво ухмыльнулся:— Это дочь твоей будущей мачехи, Чёрт. Считай, твоя сводная сестрёнка. Я перевёл взгляд с улыбающегося лица девчонки с фотографии на девушку, которая стояла возле сцены и пальцами мяла юбку платья. — Значит, сводная сестрёнка, да? — усмехнулся криво, чувствуя, как ненависть разгорается в груди. — Что ты задумал, Ром? — Я уничтожу её. Она со своей мамашей сама из нашего дома сбежит, — губы растянулись в торжествующей ухмылке.
— Прошу тебя, Артур, отпусти меня. Оставь меня в покое. Что за игру ты затеял? — Ты моя, Заучка. Моя игрушка. На время. Пока мне не надоешь. — Но… Но я ведь живой человек, Артур, — я всхлипываю с отчаянием. — Как ты можешь мне такое говорить? Я не игрушка, которую можно купить в магазине. — Всё в этом мире продаётся и покупается, Заучка. И ты в том числе. Ты станешь моей, Учкина. Я так решил. — Отпусти меня, умоляю. Я переведусь в другую школу. — Глупая маленькая Заучка. Неужели ты думаешь, что можешь от меня сбежать?
— Отвлеки Коршунова, пока я с Машей болтать буду, — просит друг, влюблённым взглядом глядя на нашу новенькую. — Ты мне предлагаешь стать приманкой для этого… Коршунова? — возмущённо спрашиваю я. — Именно так, — усмехается парень. — Ни за что! — Ты проиграла мне спор, — подмигивает друг. — Так что… моё желание ты слышала — отвлекаешь всеми силами Коршунова, пока я заманиваю Машу в свои сети. М-да. Попала, так попала. И что мне прикажите делать, если парень, которого я должна отвлекать, смотрит на меня с презрением и разговаривает со мной сквозь стиснутые зубы?
— Чернышев, пусти меня! Какая муха тебя укусила? Чего ты хочешь от меня, Игнат? К чему всё это? Зачем ты за мной пошёл? — дёргаюсь, пытаюсь вырваться из железной хватки. — Ты дурочкой прикидываешься? Или, правда, не понимаешь? — подаётся вперёд, горячим дыханием опаляет лоб. — Нет, не понимаю. Дай мне пройти, пожалуйста! — Тем интереснее. — Боже! Всё, это даже не смешно, Игнат! Отпусти меня немедленно, а иначе я закричу и позову учителей! — Зови, Зубрилка. Будет интересно посмотреть на то, как нашу отличницу застукают к туалете в компрометирующем положении.