– Моя фамилия Быстров, я из милиции.

– Да, я поняла. А зовут вас как?

– Сергей… Федорович, – крякнул Быстров.

– Садитесь, пожалуйста, Сергей Федорович. Не стойте у двери, – сказала Полина и рукой указала на стул.

Палата, где лежала Кравцова, была двухместной, но одна койка пустовала. Довольно комфортабельно, чисто, светло-зеленые стены, белоснежный потолок, пластиковые окна, жалюзи, отдельная туалетная комната. Совсем недавно здесь делали ремонт, но гадкие больные уже успели оставить о себе память, нацарапав на новеньком стуле неприличное слово. Сергей придвинул испоганенный стул ближе к кровати, сел. Соколова не обманула, он чувствовал себя намного лучше, чем после пробуждения, голова просветлела, и, если бы не шишка, все было бы просто замечательно.

– Полина Андреевна… – неуверенно начал он.

– Называйте меня по имени, так мне будет проще с вами разговаривать. Если вы не возражаете, конечно, – попросила девушка.

– Хорошо, – легко согласился Сергей. – Полина, я понимаю, что вам пришлось пережить. И как сейчас тяжело вспоминать те события, которые произошли 20 сентября. Но мне…

– Я отвечу на ваши вопросы, – перебила она Быстрова, глаза ее стали холодными, в них снова промелькнула ненависть, как в первый день – на миг. Она быстро взяла себя в руки, смягчилась, успокоилась.

– Полина, перед тем как я задам свои вопросы, мне необходимо вам кое-что объяснить. Это касается некоторых юридических моментов положения, в котором вы оказались. Личность убитого, найденного в вашей квартире, нами пока не установлена. По факту убийства заведено уголовное дело. Как только нами будет установлена личность этого человека, прокуратура предъявит вам обвинение по статье 108 ч.1 – «Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны» – это в лучшем случае. Выводы делайте сами. – Ни один мускул не дрогнул на ее лице, Полина осталась равнодушной, словно то, что Сергей сейчас сказал, ее не касалось. – Однако я уверен, – продолжил Быстров мягко, – что, установив личность этого человека, у нас появится возможность выяснить обстоятельства, которые впоследствии смогут вас оправдать. Ваше положение не безнадежно. То, что в момент изнасилования вы были беременны… Простите, Полина… – Она опустила глаза и принялась сосредоточенно разглядывать свои руки. – Вы узнали этого человека? – спросил он осторожно.

– Нет, – не поднимая глаз, ответила Полина.

– Возможно, у вас есть какие-то подозрения в отношении кого-нибудь?

– Ни малейшего.

– Я понимаю, Полина. Больше вопросов у меня к вам нет, – сказал Быстров и встал.

– Сядьте! Вы ничего не понимаете. Ничего! – Ее губы задрожали. – Я тоже очень хочу знать, кто этот… этот… Мне плевать, что будет со мной. Я хочу знать, кто этот человек! Почему он сломал мне жизнь и убил моего ребенка?! За что?!

– Полина, успокойтесь, – разволновался Быстров, он не знал, что делать, не знал, как остановить начинающуюся истерику, непроизвольно потянулся к ней, хотел обнять, пожалеть, утешить. Опомнился, понял: меньше всего ей в данную минуту нужно его сочувствие, необходимо бежать за врачом, но девушка вдруг успокоилась.

– Детей у меня больше не будет, – глядя в окно, сказала она тихо. – И я нисколько не жалею, что нажала на курок. Что вы хотите от меня услышать? Спрашивайте.

– Давайте так, Полина: вы расскажете мне все, что помните о 20 сентября, а после я задам вам некоторые вопросы.

– С какого момента начать?

– Начните с самого утра. С того момента, как вы проснулись.

Полина кивнула, сосредоточилась, но было заметно, что девушку что-то беспокоит. Она коротко взглянула на него и снова отвела взгляд. Дождь за окном усилился, по стеклу струились ручейки небесной воды. Он ждал, она медлила, нервно теребила прядь волос. Наконец до Сергея дошло, в чем причина ее неуверенности.

– Не волнуйтесь, Полина, я не требую от вас подробного описания интимных моментов. Мы знаем о романе, который вы написали.

Полина вздрогнула.

– Знаете? – переспросила она.

– Да, нашли в вашем компьютере, но об этом мы поговорим чуть позже. Хорошо? Сейчас мне нужно услышать от вас подробный рассказ о событиях, которые этому предшествовали. Может случиться так, что откроется какая-то незначительная деталь, эпизод, которому вы не придали значения, и, возможно, как раз эта деталь сможет подвести нас к разгадке. Одна голова хорошо, а две лучше, правда?

Полина чуть заметно улыбнулась, впервые за эту встречу, но глаза ее остались серьезными.

– Постараюсь рассказать обо всем подробно и не упустить ни одной детали, – она намотала прядку светлых волос на палец, облизала губы. – Слушайте. Меня разбудил телефонный звонок…

20 сентября

Ее разбудил телефонный звонок. Просыпаться не хотелось. С трудом разлепив глаза, она схватила с тумбочки будильник. Семь утра! Никто из знакомых никогда не звонил так рано, разве что Валера, который вечно путал московское время с американским. «Перебьется», – решила Полина и устроилась поудобнее в кровати, но телефон продолжал настойчиво трезвонить и действовать на нервы. Нервы не выдержали, Полина вскочила и вприпрыжку побежала к телефону, ругая и бестолкового Валерия, и себя заодно, что так и не купила радиотелефон.

– Алло! – сердито крикнула она в трубку.

– С днем рождения, котеночек. Почему мы не в духе с утра? – услышала она ласковый голос мужа.

– Олег! – обрадовалась Полина, и все ее раздражение в один миг исчезло. – Ты же сказал, что не сможешь позвонить. Ты же сказал, что повезешь своих иностранных партнеров в Литовский национальный парк и никак не сможешь мне позвонить.

– Разве ж я могу не поздравить любимую жену? Котенок, ты меня обижаешь, честное слово, – притворно возмутился муж. – Если серьезно, то я не уехал еще. Один наш партнер напился вчера вечером. Поэтому вышла непредвиденная заминка. Мы только сейчас отъезжаем. Заповедник очень большой, поэтому мы пробудем там несколько дней, как только вернусь в отель – перезвоню. Что собираешься делать? Как будешь отмечать день варенья? К тебе сегодня никто не придет?

– А кто ко мне может прийти? Ты с Аллой далеко, а кроме вас, у меня никого больше нет. Так что я отложила празднование до вашего возвращения. Вернетесь, и тогда гульнем.

– Гульнем, еще как гульнем! От Алки тебе привет и горячий поцелуй. Она тебе еще позвонит сама. Она с нами не едет. Мне пора. Желаю, чтобы все твои тайные и явные желания исполнились.

– Какое романтичное пожелание, спасибо, – усмехнулась Полина. – Позвони, как сможешь.

– Обязательно, целую тебя, котенок.

Счастливая, она положила трубку, вернулась в спальню и юркнула под одеяло. В холле она стояла босиком, и ноги немного замерзли. Согреться не получилось, уснуть – тоже. Полина немного поворочалась, сладко потянулась и встала с постели. Настроение было чудесным. Вчера на автоответчике муж оставил сообщение, что не сможет связаться с ней, поэтому его ранний неожиданный звонок так ее обрадовал. Весело напевая под нос мотив одной веселой песенки, она направилась в душ.

Стоя под теплыми струями воды, приятно согревающими тело, Полина разглядывала свой животик. Конечно, ничего еще не заметно, но так радостно осознавать, что наконец-то счастье поселилось у нее внутри. Их с Олегом счастье, такое теплое, ласковое, солнечное счастье, ее маленькая тайна, которую она собралась открыть мужу, как только он вернется из командировки. Полина выключила воду. Покидать теплую ванную не хотелось, в квартире еще не включили отопление, и было прохладно, но пришлось – малыш настойчиво требовал еды. Она докрасна растерлась махровым полотенцем, высушила феном волосы и, укутавшись в белоснежный халат, ринулась потрошить холодильник. Волчий аппетит появился с первых дней беременности. Что такое токсикоз, Полина не знала, она прекрасно себя чувствовала, разве что иногда кружилась голова и непривычно побаливала грудь. К врачу она пока не обращалась, не успела, когда случилась задержка, просто купила специальный тест в аптеке – он показал положительный результат.

Телефонный звонок заставил ее оторваться от поглощения пятого по счету бутерброда с красной рыбой. Она некоторое время смотрела на недоеденный кусок и размышляла, брать его с собой или все же оставить на столе и доесть после разговора, наконец решилась – бросив на бутерброд полный сожаления взгляд, вышла в прихожую.

– Привет, Полина! – услышала она из мембраны знакомый с детства голос.

– Валерка! – радостно закричала она в трубку.

– Я в Москве, с утра прилетел.

– Как в Москве? – растерялась Полина. – Ты приехал?

– Вот те раз, – удивился Валерий. – Я же перед вылетом наговорил тебе на автоответчик кучу информации и еще письмо тебе по электронной почте отправил.

– Прости, на автоответчике я прослушала только одно сообщение и так расстроилась, что легла спать. А в компьютер я не заглядывала дня три, поэтому твой приезд для меня – полная неожиданность. И очень приятная. И не первая неожиданность за этот день. Как я рада, Валера! Знаешь…

– Подожди, после расскажешь про все свои неожиданности. Дай мне тебя поздравить с днем рождения.

– Даю, – рассмеялась Полина.

– С днем рождения тебя, воробушек. Желаю тебе счастья и исполнения всех твоих желаний!

– Тайных и явных, – добавила Полина и тяжело вздохнула – мужчины, как всегда, не отличились оригинальностью.

– Это уж как ты сама пожелаешь. Что делаешь вечером? Ты писала, что твой Олег и Алла уехали.

– Да, я совершенно одна. Вообще-то я не собиралась праздновать. Но раз ты прилетел, это же меняет дело! Приходи в гости, будем отмечать.

– Не могу отказать даме. Когда?

– Во сколько пожелаете, сэр!

– Может, тогда попозже вечером? Хочу немного отоспаться после перелета.

– Конечно! Отдыхай, Валерочка. Как проснешься, перезвони мне, мы уточним время. Предварительно в семь вечера тебя устроит?

– Устроит. Договорились, целую тебя, воробушек. Только учти, я приеду не один, а с сюрпризом.

– Обожаю сюрпризы. Ой, а как ты доберешься? – спохватилась Полина.

– Ты же знаешь, какой я мобильный. Не волнуйся.

– Раз так, тогда до встречи, профессор. Я ужасно, просто ужасно по тебе соскучилась!

– Я тоже, милая. До вечера.

Она бросила трубку и заметалась по квартире, пытаясь сообразить, что сделать в первую очередь. Вчера она собрала все вещи мужа и сегодня хотела отнести их в химчистку. На часах было около 12, и Полина решила не отказываться от намеченных планов. Муж любил, чтобы все находилось в идеальном порядке, одежда – в первую очередь. Олег был патологической чистюлей, немножко стилягой, следил за модой, часто менял гардероб и от устаревших вещей, не жалея, избавлялся. Полина по-другому относилась к моде, предпочитала удобные вещи, простенькие джинсы, свитера, футболки – ее даже немного раздражало, что муж так много внимания уделяет одежде, но она предпочитала не высказывать свое мнение по этому поводу. В конце концов, и у нее имеется немало недостатков, с которыми Олегу приходится мириться. Например, она не может нормально приготовить ни одно блюдо из яиц: яичница оказывается пересоленной, омлет намертво прилипает к дну сковородки, подгорает снизу и остается абсолютно сырым сверху. Даже простое яйцо ни разу не удавалось сварить так, как любит муж, – в мешочек: либо оно вытекало полностью из скорлупы, либо переваривалось. Но, если отбросить яйца в сторону, готовить она любила, и получалось это у нее превосходно.

Одежды было немного, но зимние вещи оказались объемными и тяжелыми. Два пластиковых мешка, доверху забитые брюками, свитерами и куртками, выглядели угрожающе. Тащить такую ношу до химчистки было опасно для здоровья. Полина позвонила в «Московский извозчик» и заказала такси. Машина прибыла к подъезду через полчаса. Водитель позвонил снизу по мобильному телефону и сообщил, что приехал. Полина попросила его подняться и помочь ей за отдельную плату спустить тюки до машины. Таксист с радостью согласился. Все складывалось удачно, к тому же водитель оказался большим хохмачом – всю дорогу развлекал ее анекдотами и смешными рассказами из жизни. До химчистки доехали быстро и весело, водитель помог ей сдать вещи и предложил с ветерком домчать обратно до дома. По его глазам было ясно, что таксист хочет продолжить знакомство. В планы Полины это не входило, она расплатилась и отпустила машину, решив прогуляться до дома пешком. К тому же нужно было заскочить на рынок за продуктами.

По дороге Полина забежала в пару магазинчиков, на ходу продумывая праздничное меню. Экзотические блюда отвергла сразу, решив, что наверняка Валера захочет чего-нибудь нашего, русского: картошечки, соленых огурчиков, селедки и икры. Воображение разыгралось, и Полина ускорила шаг, но около кафе-кондитерской притормозила. Выставленные на витрину булочки и пирожные выглядели так умопомрачительно вкусно! Нет, пройти мимо – было выше ее сил! Божественные корзиночки со взбитыми сливками и свежими фруктами (кажется, их было четыре, ну, может, пять?)… и две чашки душистого травяного чая на некоторое время решили проблему вновь разыгравшегося аппетита. В кафе Полина провела минут сорок. После зашла на рынок – тут же потекли слюнки от запахов разносолов, ну не могла она не попробовать соленые огурцы и прочие вкусности, дегустация растянулась на достаточно продолжительное время. У дома Полина оказалась около пяти.

Рядом с подъездом была припаркована «Волга» со знакомым номером. Таксист из фирмы «Московский извозчик» стоял у машины, облокотившись о капот, и явно поджидал ее. Накатило раздражение: общаться с новоявленным ухажером не хотелось. Полина спряталась за угол дома: таксист несколько раз задрал голову и посмотрел на ее окна, походил вокруг машины, наконец сел в автомобиль, взял газету и погрузился в чтение. Воспользовавшись удачным моментом, Полина проскочила в дверь парадного и вздохнула с облегчением. Таксист ее не заметил.

В квартиру она вошла в 17.15, положила продукты в холодильник, проверила автоответчик. Валера еще не звонил. Решив повременить с приготовлением ужина, Полина прилегла на диван в гостиной – ноги гудели. Отдохнуть не получилось – зазвонил телефон.

– Алло, – поднесла она трубку к уху. Никто не отвечал, в трубке слышалось лишь чье-то дыхание. Мелькнула мысль, что таким образом развлекается таксист, снова накатила волна раздражения. – Вас не слышно, перезвоните, – недовольно сказала Полина и бросила трубку на рычаг. Как только трубка коснулась аппарата – телефон ожил вновь.

– Так и будем молчать? – вместо приветствия поинтересовалась Полина.

– Привет, моя дорогая. Что, телефонные хулиганы замучили?

– Алла! Как я рада, что ты позвонила!

– С днем рождения.

– Спасибо. Жаль, что тебя нет рядом. Я так соскучилась!

– Мне тоже жаль. Ты получила мой подарок?

– Подарок? Нет…

– Не может этого быть! – расстроенно сказала Алла. – Я купила тебе подарок и отправила по почте. Ты должна была его сегодня получить. Неужели зажали, гады? Я столько денег за срочность переплатила!

– Аллочка, не волнуйся, меня дома целый день не было, – попыталась успокоить подругу Полина.

– Поль, я так хотела, чтобы ты его получила именно в день рожденья. Ну вот…

– Хочешь, я схожу на почту и возьму подарок?

– Вот еще глупости – ноги будешь топтать. Ладно, нет – так нет. Завтра, значит, принесут. – Голос подруги звучал расстроенно. Полина посмотрела на часы – половина шестого, она вполне успевала сбегать на почту, вернуться и приготовить ужин к семи…

– Я все-таки схожу, Аллочка. Мне не сложно. Тем более это совсем недалеко.

– Поль, ерундой не занимайся, ага? Я уже совсем не рада, что о подарке заикнулась. В твоем положении только по почтам носиться! Сами принесут, за это деньги уплачены.

– Целую, – пропела Полина, положила трубку, накинула плащ, сунула ноги в удобные туфли без каблуков и выбежала из квартиры. На первом этаже ее поджидал неприятный сюрприз.

– Куда торопишься, красавица? – загородил ей дверь из парадного таксист и улыбнулся.

– Послушайте, я не намерена заводить с вами знакомство, – раздраженно сказала Полина, пытаясь обойти его коренастую фигуру.

– Не сердись, красавица, я же по-доброму. Может, подвести тебя куда надо? Так я мигом домчу, денег даже не попрошу.

– Не надо.

– Жаль, может, тогда сходим куда? Больно люба ты мне. Как только тебя увидел – покой потерял. – Таксист сделал шаг к ней и попытался обнять.

– Да что вы делаете? Отстаньте от меня, – Полина оттолкнула его.

– Какая строптивая девочка, – гоготнул мужик. – Люблю таких…

– Пошел вон, – разозлилась Полина. – Любит он таких! Отойди в сторону. Иначе сегодня же позвоню в вашу фирму и скажу, что вы плохо обращаетесь со своими пассажирами. Все понятно?

– Понятно… Наконец-то ты, красавица, открыла свое истинное лицо. Сучка ты злобная! Только ты, тварь, поосторожней с угрозами, я таких, как ты, одним пальцем… – прошипел водила, смачно сплюнул под ноги, но в сторону все же отошел.

Полина проскочила мимо него и, не оборачиваясь, пошла в сторону почты. На душе остался гадкий осадок. Настроение испортилось.

В отдел получения бандеролей тянулась длинная очередь. Полина обреченно встала в хвосте толпы недовольных, взвинченных людей и расстроилась еще больше. Очередь двигалась медленно: служащие выполняли свои обязанности неторопливо, а на справедливые упреки реагировали агрессивно и по-хамски. Когда, измученная ожиданием, она подала в окошко паспорт и задала интересующий ее вопрос, в ответе уже не сомневалась – посылки для нее не оказалось.

К своему дому она подошла через час с лишним. Немного постояла во дворе, издали наблюдая за подъездом. Воздыхателя и его машины у подъезда не оказалось, но входить в парадное все равно было страшно. С такими навязчивыми ухаживаниями Полина столкнулась впервые в жизни. Мужчины обращали на нее внимание и предлагали знакомство, но после тактичного отказа сразу же оставляли ее в покое, и уж, конечно, никто из ухажеров ни разу не позволил себе высказать в ее адрес оскорбление или угрозу.

В подъезде не горел свет. В полумраке воображение так разыгралось, что она долго не могла попасть пальцем в кнопку вызова лифта. Лишь в освещенной кабинке она немного успокоилась. Лифт затормозил на ее этаже, она вышла на лестничную клетку и растерянно уставилась на свою дверь – на ручке висел маленький подарочный пакетик. Полина сняла с ручки презент и, затаив дыхание, заглянула внутрь. В пакетике лежал флакон духов изысканной формы, а духи она обожала до умопомрачения! Счастливая, Полина влетела в квартиру. И снова зазвонил телефон. Звонила подруга.

– Алла, скажи честно – это ваших с Олегом рук дело? – спросила Полина, разглядывая подарок.

– Ты получила подарок?

– Получила, получила, только не по почте.

– О чем ты говоришь?

– Красивые какие! Дорогие, наверное?