- Вот именно, - Рысь перебил его с тем веселым азартом, какой бывает у охотников и рыбаков, надеющихся на будущую добычу. - Мы заночуем в урочище.

- В урочище?

- Ну да. Только не говори мне про оборотней - эти сказки я уже слышал.

Подул ветер, и тут же снова раздался вой, на этот раз где-то впереди. На этот раз Рысь не принял его во внимание, и небольшой отряд, проехав с полмили, свернул на покрытую красно-желтою глиной повертку, ведущую к мертвому лесу.

Солнце садилось, и черные тени легли на узкую дорогу длинными поперечными полосами, словно бы отговаривая путников двигаться по ней дальше. Опять завыл волк, и тут же затих, а потом завыл снова. И чем дальше отряд продвигались в глубь мертвого леса, чем чаще и злобнее был вой, на который, впрочем, никто не обращал внимания, даже лошади, казалось, привыкли. Дул ветер. А тени сгущались, и солнца уже не было видно, лишь где-то на западе золотилась узкая полоса, да и та быстро темнела. Не заметили, как навалились сумерки, повисли в воздухе осязаемо-густо, словно бы предупреждая - скоро ночь, а где-то рядом, возможно, бродят ужасные отродья мрака.

Проехав немного вперед, Юний остановил коня перед завалом и, обернувшись к своим спутникам, приказал выбирать место для ночлега.

- Да уж, выберешь тут, - опасливо бурчал себе под нос старый Флакс. - Одни колючки да буераки. Зря мы сюда свернули, лучше было бы ехать к Октавию.

На его ворчание не обращали внимания и довольно скоро отыскали подходящее для ночлега местечко - симпатичную небольшую полянку с мягкой молодой травой, зарослями ольхи и орешником. Дальше, за орешником, начинались буреломы - мертвый лес, тянувшийся по склону холма вниз, до самого Рейна.

Набрав хворосту, разложили, и Хротальв полез за огнивом.

- Тсс! - вдруг приказал Рысь.

Все застыли в тревожном ожидании - хотя, похоже, для тревоги не имелось никаких оснований. Ветер перестал дуть, и кругом было тихо, благостно, даже надоевшие волки - и те уже больше не выли, видно, убежали за добычей.

- Слышите? - Юний обернулся.

- Кажется, журчит что-то! - вдруг улыбнулся Арминий. - Ручей.

- И правда, ручей, - обрадованно кивнул Эрнульф. - Вот здорово! Видать, мы выбрали неплохое место. Кажется, он журчит во-он там, за ольхою. Патрон, я сбегаю за водой?

- Давай.

Подхватив кожаное ведро, используемое иногда и в качестве торбы для лошадей, юноша с веселым свистом миновал ольховые заросли, уже распушившиеся клейкими серебристыми листочками… и резко пропал с глаз, словно бы ухнул в глубокую яму.

- Эй, Эрнульф, - забеспокоился Рысь. - Ты где?

- Зде-э-эсь… - голос юноши донесся, будто из-под земли. - Тут какая-то большая канава…

Оставив у костра Флакса, все остальные бегом бросились на помощь.

И впрямь, это оказалась канава, вернее, овраг; большой, глубокий, темный, с нешироким, текущим по дну ручьем. Он и журчал, этот ручей, - однако от заросших густым кустарником краев до дна оврага было, наверное, никак не меньше трех человеческих ростов. Попробуй выберись!

- Хротальв, дуй к лошадям за веревкой, - обернувшись, распорядился Юний и вновь свесил голову вниз. - Ты как там, Эрнульф? Руки-ноги целы?

- Да целы, слава богам. Ушибся только немного… О, боги! - Юноша вдруг замолк, словно бы разглядел что-то удивительное или необычное.

- Что там такое? Что?

- Следы копыт… Похоже, здесь проходил целый табун.

- Постой-ка…

Наказав Арминию и Хротальву крепко держать веревку, Юний проворно спустился в овраг и, осмотревшись, велел принести факел и огниво.

- Иначе мы, Эрнульф, ничего тут не разглядим. Ну, где твои следы?

- Вон, у ручья, - почему-то шепотом отозвался парень.

Рысь уселся на корточки.

И в самом деле, по дну оврага беспорядочной цепочкой шли отпечатки копыт… впрочем, не только копыт - в свете зажженного факела явственно проступили и следы человеческих ног. Присмотревшись, Юний покачал головой:

- Нет, это проходили не римляне. Германцы!

- Алеманы, патрон! Дикие шайки, - шепотом отозвался Эрнульф. - Пойдем по следам, посмотрим?

- Обязательно! - Рысь запрокинул голову. - Эй, вы, там, наверху! Затушите костер и будьте начеку.

- Поняли, господин Юний.

- В какую сторону пойдем? - азартно сверкнул глазами Эрнульф.

- Сначала - к реке, - Рысь почесал голову. - А потом - обратно. Думаю, нам совсем не понадобится веревка, чтобы выбраться отсюда. Ведь все, кто здесь проходил, - они куда-то вышли.

Эрнульф согласно кивнул и быстро зашагал следом за своим патроном. Овраг постепенно становился все глубже, шире, однако ни звезд, ни луны над головою не было, как предположил Юний - сверху овраг прикрыли ветками и жердями. Они прошли, наверное, шагов сто, а может, и все двести, когда откуда-то спереди вдруг повеяло свежестью. Еще с десяток шагов, и темные склоны оврага раздвинулись, обнажив величественную ширь Рейна. В темной реке мерцающей и дрожащей россыпью отражались желтые звезды.

- Что это за столбы, во-он там, у самого берега? - показав рукой, прошептал Эрнульф.

- Столбы?

- Я посмотрю?

Юний кивнул, и его юный спутник, быстро скинув одежду, бесшумно вошел в воду.

- А тут глубоко, почти по грудь, - дойдя до столбов, сообщил он. - Какие-то цепи, веревки… Ха, да за них же привязывают челны! Даже не челны - вместительные крутобокие циулы.

- Циула? - задумчиво переспросил Рысь. - Это такая большая лодка, которая может легко взять на борт человек восемьдесят?

- Смотря какая циула, - выбравшись на берег, Эрнульф, насколько мог, отряхнулся от воды и натянул одежду. - Есть и такие, что могут принять и сотню воинов да еще с лошадьми.

- Так-так… - Юний снова задумался, на этот раз - надолго.

Он так и не проронил ни слова во время всего обратного пути, лишь когда уперлись в непроходимую стену колючих кустов, обернулся к шагавшему позади Эрнульфу:

- Ну, что ты насчет всего этого думаешь?

- Начет кустов, патрон? Думаю, что, раз есть вход, должен быть и выход. Патрон, не согласишься ли ты немного подержать факел?

- Давай.

Передав факел Юнию, юноша резко ухватил за ветки первый же подвернувшийся под руку куст. Потянул… Куст неожиданно легко поддался - еще бы, ведь он не рос корнями в земле, а лишь был связан со своими собратьями прочным лыком. Впереди зиял проход, ведущий из оврага наверх, к мертвому лесу. А ведь отсюда не так далеко и до Гретарка, и до виллы Октавия, и до всех прочих…

Юний давно уже начал что-то понимать и, размышляя, едва не споткнулся об небольшую кучу аккуратно наколотых дров. Присев, он взял в руки полено, чувствуя, как дышит за спиной Эрнульф.

- Ну? - Рысь скосил глаза. - Посмотри.

Юноша хмыкнул:

- Дрова как дрова, ничего особенного. Может, охотники их оставили или, там, лесорубы… А может, и те, что приходили из-за реки. Грелись.

Юний сокрушенно покачал головой:

- О, мой юный друг, никогда не делай слишком поспешных выводов, вначале подумай.

- Да что тут думать, никак не пойму?

- А ты посмотри на дрова! Что за дерево?

- Хм… - Эрнульф подбросил полено в руке. - Кажется, сосна - вон, вся рука в смоле.

- Верно, сосна, - тихо засмеялся Юний. - Смолистая сосна горит пахуче, дымно… совсем другое дело - ольха: и хороший жар, и почти без дыма.

- Постой, постой, господин, - наконец догадался юноша. - Не хочешь ли ты сказать, что…

- Ну да, - Рысь повел плечом. - Предпочесть сосну ольхе можно лишь в одном случае…

- Чтобы подать видимый издалека сигнал! - взволнованно закончил Эрнульф. - Видимый даже днем, ведь ночью достаточно просто хорошо горящего костра.

Юний расхохотался и, встав, вновь зашагал вперед - пора было уже выбираться из оврага, вряд ли тот скрывал еще какие-нибудь тайны. Впрочем…

Первым на это наткнулся Эрнульф - отошел в сторону, остановился отлить, как вдруг…

- Патрон, я, кажется, что-то нашел!

- Так неси сюда!

- Гм… Я бы хотел, чтоб ты тоже взглянул…

- Ну, что там у тебя? - Повернув назад, Рысь лениво дошагал до своего спутника, даже собирался буркнуть что-то недовольное… но осекся, увидев в тусклом свете догоравшего факела растерзанное тело ребенка! Труп прикрывали лишь окровавленные лохмотья, живот был вскрыт острыми когтями, руки и ноги обглоданы, а головы и вовсе не было - лишь раздробленные кости да лохмотья кожи на шее.

- Оборотень… - задрожав, шепотом произнес Эрнульф. - Оборотень, да помогут нам боги!

Внезапный порыв ветра едва не задул пламя - и сразу с нескольких сторон, неожиданно близко, раздался вдруг жуткий, режущий уши вой.

- Оборотни! - Эрнульф едва не выронил факел. - Скорее бежим отсюда, патрон! Бежим!

Не дожидаясь ответа, юноша бросился прочь, и Юний поспешил следом. Похоже, сейчас была не та ситуация, с которой можно было бы справиться с холодным цинизмом. Эрнульф был прав: оборотни не любят скоплений людей - значит, нужно держаться вместе, значит, побыстрее достичь своих. Неплохо было бы покричать, может, крик отпугнет порождение мрака?

- Эй, Флакс, Арминий! - на бегу позвал Юний. - Где вы?

- Эгей! - подхватил Эрнульф, треща кустами. - Эгей.

- Ого-го-го! - послышалось впереди, совсем рядом. - Мы зде-эсь, жде-ом вас.

- Слава Богам! - выбежав на поляну, вне себе от счастья закричал юноша. - Слава Юпитеру и Юноне, слава и тебе, Вотан, и тебе, Тюр…

- Ху-у-у, - оказавшись на поляне, Юний наконец-то перевел дух и тут же велел разжечь костер, да побольше - ведь известно, что всякая нежить боится живого огня.

Никого не пришлось долго упрашивать - костер запылал тут же, словно сам собой, огромный, трескучий, такой, что красные искры - до неба!

- Вот и хорошо, - поглядывая на разошедшееся пламя, зябко поводил плечами Эрнульф. - Вот и славно. Оборотни ни за что не подойдут к огню, ведь правда, патрон?

- Конечно, правда, - солидным тоном подтвердил Юний. - Если б они не боялись огня, то давно бы сожрали всех пастухов и охотников.

- Да, сожрали бы, - подтвердил Хротальв. - Как пить дать, сожрали - такое дело.

Ветер постепенно затих, и унялся вой, тем не менее спать никто не ложился. Все сидели у костра до утра, но так и не дождались появления нежити. Зато какой бурный восторг вызвал первый луч солнца!

- Солнышко! - заголосили все разом. - Солнце! Родное.

Ну, еще бы, не радоваться - настрадались за ночь.

Все же, по здравому размышлению, Рысь решил остановиться на вилле Октавия, хотя вполне себе представлял возможное недовольство старого легионера - кому понравится кормить такую орду? Можно было бы воспользоваться платным гостеприимством чернобородого Эрлоина, хозяина постоялого двора, однако этот вариант Юнию не нравился - он хорошо помнил, как посланные Эрлоином люди едва не ограбили его самого. Хорошо, отсиделись тогда с Флаксом на укрепленной вилле Кальвизия Лонгина. Кальвизий… По мнению молодого юриста, это был самый уважаемый человек во всей округе - честный, прямой, сильный. Жаль, пришлось его тогда немного обмануть, выдав себя за спешащего в Колонию Агриппина торговца. Так, может быть, и сейчас по старой памяти попросить приюта - дескать, вот, закончил дела и возвращаюсь обратно в сопровождении наемной охраны. Или - нет, не стоит столь бесцеремонно злоупотреблять чужим гостеприимством…

- Патрон! - Хротальв вдруг завопил, словно наступил на змею.

Юний заворотил коня - они как раз проезжали через луг, срезая путь к дороге от мертвого леса. Остальные тоже приблизились к неподвижно застывшему на лошади парню. Тот, бледный, не отрываясь смотрел куда-то в заросли.

- Эй, Хротальв, - Рысь осадил коня рядом, - только не говори нам, что вдруг увидал оборотня.

- Та-ам, та-ам, - заикаясь, дрожащий Хротальв показал в гущу кустов.

Юний перевел взгляд и увидел застрявшую в ветках обгрызенную человечью руку. Все вокруг притихли, слышно стало, как жужжал где-то рядом ранний, недавно проснувшийся шмель.

- Ну и что встали? - нарочито громко хохотнул Рысь. - Огрызков не видели? Верно, волчья работа.

- А еще - та-ам, - жалобно протянул Хротальв. - Во-он, под тем ясенем.

- Это не ясень, Хротальв, липа, - тронув поводья коня, машинально поправил Юний. Он еще издали хорошо разглядел то, что там лежало, - отгрызенную детскую голову. Левый глаз несчастного вытек или был выклеван птицами, правый… скорее всего, и правого тоже не было - веко было прищурено, и что-либо утверждать наверняка было нельзя… Да и к чему? Ну, голова и голова, скорее всего - от того растерзанного тела, что валялось у замаскированного входа в овраг.

- А вон и там, у леса, что-то белеет! - кивнул здоровяк Арминий.

У леса белели кости. Естественно - человеческие, скорее всего - тоже детские либо принадлежавшие карлику. Головы при них также не было. Но эти старые, уже выбеленные ветром.

- Наверное, череп должен быть где-то рядом, - подъехав ближе, предположил Рысь и, поглядев по сторонам, улыбнулся. - Ах да, вон он, на дереве.

- Как странно ведет себя этот оборотень, - еле слышно прошептал Эрнульф. - Обиталище метит. Словно дикий зверь.

- А он и есть дикий зверь, - услыхал его шепот Флакс. - Хуже зверя. Ох, да помогут нам боги поскорее убраться из этих жутких мест.

- Ладно, вперед. Нечего тут больше делать, - скомандовал Юний и пустил коня мелкой рысью.