Оглянувшись на ходу, он краем глаза заметил приотставшего Эрнульфа - тот вроде как склонился над белеющим костяком. Хм… Интересно - рвет его или нашел что-нибудь?

Верным оказалось второе предположение. Быстро догнав старшего - ехать на одной лошади с Флоксом сегодня была очередь Хротальва, - юноша протянул ладонь:

- Вот, нашел у скелета. Взгляни!

Юний взял в руку находку и удивленно присвистнул, узнав знакомый шестигранник - игровую костяшку для азартной игры:

- Ничего себе! Оказывается, и оборотни не прочь поиграть в кости.

Эрнульф засмеялся, смешно наморщив нос:

- Наверное, просто обронил кто-то.

- Наверное, - согласился Рысь, натягивая поводья.

И вновь пригнулась трава под копытами лошадей, а в лица всадников задул свежий ветер. Быстро поднимающееся в небо солнце слепило глаза, заливая ярким светом округу - лес, холмы, дорогу и видневшиеся далеко впереди строения - виллу Октавия Лепида. Из-за солнца Юний и не разглядел, откуда вдруг на дороге появился одинокий, мчащийся во весь опор всадник. Он летел навстречу, и так быстро, что едва не столкнулся с лошадью Рыси, вовремя подняв своего скакуна на дыбы. Конь злобно заржал, задергал копытами, а сидевший на нем молодой - на вид, даже моложе Эрнульфа - парень обрушил на Юния обнаженную спату. Если бы молодой юрист не был хорошо тренирован, вполне возможно, на этом его странствия и закончились бы - удар был очень неплох. От таких, бывало, люди разваливались надвое, да вот только тот, кто его наносил, еще не вошел в силу - и Рысь без труда парировал удар верным гладиусом.

- Подлое германское племя! - фальцетом вскричал юнец, снова нанося удар. - Я вам покажу, как умирают настоящие римляне!

- Покажи, покажи, - отбивая наскок, громко засмеялся Юний. - Правда, судя по возрасту, тебе еще рано кричать - Legio - patria nostra! Может, прекратишь наконец махать мечом и скажешь, что тебе нужно от мирных путников?

- Мирные путники? - Парень опустил меч и озадаченно захлопал глазами.

Узкое мальчишеское лицо, еще не знавшее бритвы, темные вьющиеся волосы, глаза того непонятного зеленовато-карего цвета, что частенько встречается у детей, родившихся от браков местных и римлян. Одет юный незнакомец был как истинный молодой нобиль - изящная салатного цвета туника, кальцеи с позолоченными ремешками, уж конечно, без всяких штанов, на плечах - алый шелковый плащ, заколотый золотой фибулой с рельефным изображением какого-то древнего императора. Да, сразу видно, парнишка не из простых. Интересно, откуда он здесь взялся?

- Так вы римляне?! - не убирая меча, недоверчиво осведомился юноша.

- Римляне, римляне, кто же еще-то? - Рысь хохотнул и вежливо наклонил голову. - Позволь представиться, Ант Юний…

Юноша не дослушал.

- Слава богам! - оглянувшись, истово произнес он. - Вместе с вами мы можем оказать достойную встречу тем варварам, что скачут за мной.

- За тобой? - Юний бросил быстрый взгляд вдаль и в самом деле заметил клубящуюся за ближним лесом пыль.

- Я купался, - пояснил юноша, - когда эти твари приплыли из-за реки на двух лодках. Кинулись - я уложил парочку, а остальных увел за собой - подальше от пашен, да и в надежде, что кто-нибудь заметит.

- А если бы мы не встретились на пути?

- Я бы скакал, сколько мог, а дальше вступил бы в бой, клянусь честью! - Мальчишка закусил губу.

- Вступил в бой? - усмехнулся Рысь. - Что ж, не самое скучное дело. - Он обернулся к своим: - Хротальв, Эрнульф - быстро в кусты, будете действовать копьями, как я вас учил. Ты, Флакс, держись позади, а ты, Арминий, рядом со мной и этим молодым господином.

- Меня зовут Виниций.

- Приятно познакомиться. Варваров много?

- Десяток или чуть больше. Вооружены копьями и мечами.

- Под копьями ты, вероятно, имеешь в виду метательный дротик - фрамею? О, впрочем, можешь уже не отвечать - вижу и сам.

Из-за холма показались разгоряченные погоней всадники на низкорослых крепких лошадках.

- Они что же, переправили и лошадей? - удивился Рысь.

- Ну да, варвары всегда берут их с собой, ведь пешему несподручно грабить.

- Что ж, похоже, на этот раз боги не на их стороне!

С этими словами Юний с силой метнул копье, метнул особым образом, чуть закрутив в полете, чем вызвал невольный уважительный взгляд Виниция. Просвистев над головой успевшего пригнуться варвара, оно воткнулось в шею другому, увы, не сумевшему уклониться от этой встречи. Ага! Одетый в безрукавку из медвежьей шкуры разбойник, обливаясь кровью, мешком упал в дорожную пыль. Его соратники замедлили ход и угрожающе закричали. Тут же из кустов вылетели копья прятавшихся там Эрнульфа и Хротальва - оба поразили цель. Юний мог гордиться учениками.

- Ну? - Повернув голову, Рысь подмигнул новому знакомцу. - Пора и нам принять участие в схватке.

- Давно пора, - азартно кивнул Виниций и, не дожидаясь ответа, вихрем бросился на варваров, громко крича: - Legio - patria nostra!

- Omnes, quantum potes, juva, - бросая коня в галоп, буркнул себе под нос Юний. - Всем, сколько можешь, помогай… В том числе и этому неразумному мальчику, раз уж его дернуло довериться мне. Надо же, так ретиво кинуться вперед! Смело. Но глупо. А вообще, следует поспешить - как бы варвары его там не убили, с них ведь станется, очень даже станется.

Разогнав коня, Юний спрыгнул на землю перед самым столкновением, с удовлетворением заметив, как один из врагов, смешно размахивая руками, слетел с попоны. Лошади в бою - скорее обуза. Копьем действовать невозможно - разве что только метать, мечом тоже не очень-то размахаешься: одно неверное движение, и живо окажешься под копытами. Так что уж лучше спешиться, тем более виться вокруг него на лошадях варвары вряд ли смогут - не зря же сидят в кустах Эрнульф с Хротальвом. Кстати, пора бы уже им и выйти. Ага! Вот и они. Молодцы ребята, словно мысли слышат.

Стремительным движением Рысь нанес укол в бок ринувшемуся на него огромному полуголому варвару. Тот злобно захрипел и замахнулся секирой. Боевой топор, конечно, хорошая штука, не мечу с ней соперничать, тем более короткому гладиусу. Но вот беда, колющие удары им уж больно несподручно наносить, только рубящие, а для того замах нужен. Ты вот, пес, замахнулся, видать, уже в мыслях своих гнусных представил, как раскалывается от удара череп… А острие клинка в брюхо не хочешь?! Зря ты так выпендрился, ринувшись в бой по пояс голым. Презрение хотел выразить, морда простоватая, ну-ну… А вот тебе! Думал, не достану? Э, нет, брат, - гладиус, он, конечно, короткий… да только никак не следует забывать и про длину руки, и про выпад. Ага, получил?

Выронив из рук секиру, германец схватился за живот и медленно осел на землю, с удивлением глядя, как из широкой раны вываливаются на землю скользкие сизые кишки.

Рысь уже не смотрел на него, оглядывался в поисках следующего. Не следовало забывать и про своих - те уж вовсе были никакими воинами, так, по большей части одна видимость. Да и юный Виниций, несмотря на всю свою храбрость, несомненно, тоже требовал присмотра. Omnes, quantum potes, juva!

С этой мыслью Юний и продолжил бой, вовремя подоспев на подмогу новому знакомцу. На Виниция наседали сразу двое: один - юркий, маленький и, видимо, ловкий, вооруженный сразу двумя скрамасаксами, а второй, коренастый здоровяк с широченными плечами, орудовал здоровенной дубиной. Для дубины, как и для секиры, тоже требовался хороший замах, и, судя по всему, Виниций уже осознал это, проделав несколько выпадов спатой. Если бы не тот, с двумя мечами, здоровяку бы пришлось несладко, а так… Так было очень похоже, что схватка закончится отнюдь не в пользу юного римлянина.

- Legio - patria nostra! - отвлекая на себя внимание, заорал Юний и тут же отбил направленный на себя удар.

Следует признать, варвар фехтовал отменно, и Рыси пришлось бы туго, если бы не гладиаторский опыт. Этот же опыт и подсказал кое-какие приемы - Юний резко сменил стойку, выставив вперед левую ногу, и насколько возможно уклонился назад, пропуская к груди жаждущие крови острия двух вражеских мечей. Для этого противник вынужден был вытянуть обе руки вперед и на какой-то момент потерял равновесие… Правда, Рыси не удалось воспользоваться этим - видимо, что-то такое почувствовав, варвар бросился на живот и тут же откатился в сторону, едва ли не под ноги ловко орудовавшему копьем Эрнульфу.

Со всех сторон слышался яростный звон мечей и хриплые крики. Кое-кто с воем катался по земле, зажимая раны, а кто-то уже затих навсегда, глядя в синее небо мертвыми, застывшими навеки глазами - лакомством хищных птиц. Ход битвы в целом устраивал Юния - дееспособных варваров осталось всего-то человек пять… И тот, с двумя мечами, был самым опасным.

«Димахер!» - молнией пронзила мысль, и Юний вздрогнул. Ну как же он сразу не догадался, не узнал своего брата-гладиатора? Да-да, гладиатора - те же стандартные приемы, даже повадки - вон, как картинно он встал, поджидая соперника, словно бы купался во взглядах восторженно гудящей толпы.

- Аве, цезарь! - цинично пошутил Рысь. - Идущие на смерть приветствуют тебя.

На этот раз вздрогнул варвар - глаза его на миг удивленно расширились, но тут же приняли прежнее злобное выражение. Димахер снова напал первым - ну как же, их ведь именно этому и учили. Юний же, в бытность свою гладиатором, выступал секутором - тяжеловооруженным бойцом, основным противником которого служил ловкий ретиарий с трезубцем и сетью. Всех учили на совесть… А те, кто был ленив и недостаточно быстро набирался опыта, долго на арене не жили. Их и ланисты не жалели, бросая десятками на верную смерть. Выживали только умелые и опытные бойцы, любимцы публики, такие как Рысь из Трех Галлий… Или вот этот вот димахер.

Интересно, на каких аренах он сражался? Ага! Рысь быстро поднял меч на уровень глаз, защищаясь от двойного удара. Два меча, два крепких клинка отличной германской стали, со скрежетом уперлись в лезвие его гладиуса. Враг весело щурился. Сейчас, вот-вот сейчас, он потихоньку высвободит один из клинков и… Был бы у Юния щит, ох какой хороший удар он нанес бы им этому самоуверенному нахалу! Так ведь учили всех «тяжелых» бойцов - гопломахов, секуторов, мирмиллонов, и Рысь уже множество раз с благодарностью вспоминал своих наставников-ветеранов - старого Каллида из школы ланисты Септимия Марона, одной из лучших в Риме, чернобородого эллина Энея, хмурого циника Плавта. Двое последних были еще из той, первой школы в галльском городе Ротомагусе, где Юний осваивал азы гладиаторского мастерства. Там же был такой надсмотрщик, здоровенный и злобный детина по прозвищу Лупус - «Волк». Вот этот самый Лупус и показал как-то совсем еще юному гладиатору Анту один хороший удар, не требующий никакого оружия…

Скрамасакс, зажатый в левой руке германца, со скрежетом пополз вниз… Что ж, ждать больше нечего. Юний примерился и со всей силы ударил соперника кулаком в челюсть, да так хлестко, что варвар, теряя выбитые зубы, повалился на землю, изумленно моргая. Еще бы - наверняка не ожидал подобного… Хотя должен был ожидать, ведь в гладиаторских играх случалось всякое.

Рысь наступил ногой на лезвие скрамаскса. Второй меч варвара ударом дубины выбил подбежавший Арминий.

- Добьешь его, господин? - весело сверкая глазами, осведомился парень. - Или прикажешь это сделать мне?

- Добить? - Юний внезапно нахмурился и вдруг сделал то, чего вовсе не собирался делать.

- Не надо добивать, - тихо приказал он. - Просто свяжи его покрепче.

- Как скажешь, патрон.

Арминий ловко сгреб поверженного германца в охапку и заломил руки - надо признать, силенка у парня была. К ней бы еще ума - не столь уж редкое сочетание, как иногда кажется.

- Один из твоих людей убит, - тяжело дыша, к ним подошел Виниций. С левой руки его капала кровь.

- Убит? Кто? - Юний обвел тяжелым взглядом место сражения.

Поверженные германцы не подавали признаков жизни, держался за окровавленный бок Эрнульф, старина Флакс тоже стонал, обхватив руками голову, - видать, все ж таки задели дубиной, а вот Хротальв… Хротальв лежал в траве, устремив застывший взгляд в высокое небо. В груди парня торчало короткое метательное копье-фрамея.

- Да-а, - грустно покачал головой Рысь. - Надобно бы его похоронить. Да и остальных - тоже… Не оставлять же на съедение диким зверям? Нужно где-нибудь взять лопаты. Флакс, старина, как ты думаешь, до чьей виллы отсюда ближе?

- Думаю - до виллы Октавия, мой господин.

- Не называй меня господином, сколько раз говорить?

- Слушаюсь… мой патрон.

- Ты знаешь Октавия? - перевязывая руку обрывком туники, осведомился Виниций. - А еще кого-нибудь из здесь живущих знаешь?

- Знаю, - усмехнулся Рысь. - Есть некто Кальвизий Лонгин - честнейший и порядочный человек, тоже мой знакомый.

Юноша неожиданно покраснел и, бросив перевязку, вскочил на ноги.

- Благодарю тебя за твои слова, Ант Юний! - Он поклонился, приложив правую руку к груди. - Сервий Кальвизий Лонгин - мой отец!

- А, вот оно что, - Юний широко улыбнулся. - Как же, как же, слышал про тебя от твоего батюшки. У тебя, кажется, есть еще и брат?

- Да, Феликс, старший.

- Феликс?! - Рысь непроизвольно вздрогнул, услыхав это имя - слишком многое было с ним связано. Когда-то в Риме…

- Я приглашаю вас к себе! - торжественно произнес Виниций. - Будьте гостями в нашем доме. Что же касается похорон, отец не откажется прислать рабов для рытья могилы.

- Вот и отлично, - кивнул Юний и обернулся к своим. - Собирайтесь, сегодня ночуем на вилле Кальвизия Лонгина, Флакс его должен помнить.

- Да помню, мой господин, как не помнить?

- Опять - «господин»?

- О, патрон, конечно же - патрон!

Кальвизий встретил их как старых знакомых, а выслушав рассказ сына, подобрел еще больше, проникнувшись к гостям самым искренним расположением.

- Рад, очень рад встретить тебя еще раз, уважаемый Юний. Тем более - при таких обстоятельствах… Вот, познакомься, моя супруга - Кальвизия Домна, а вот и мой старший сын Феликс.

Рысь церемонно раскланялся с высокой зеленоглазой женщиной в богатой столе и дружелюбно кивнул худощавому кареглазому юноше, очень похожему на своего младшего брата.

- Прошу, прошу к столу, - гостеприимно предложил хозяин.

По случаю славной победы над разбойниками-алеманами Кальвизий устроил самый настоящий пир. На столе нашлось место и жареному фазану, и печеным в тесте перепелам, и дорогому фалернскому вину, разбавленному теплой чуть подсоленной водой, и даже гаруму - соусу из сброженных рыбьих потрохов, что так обожали римляне.

- Ты очень быстро справился со всеми своими делами в Колонии Агриппина, - выпив вина, улыбнулся Кальвизий. Кроме самого хозяина и гостей, на трапезе присутствовали оба его сына и еще один гость, пожилой, высокий и лысоватый - сосед по участкам Лициний Вер, единственный, кого искренне уважал Кальвизий, со всеми прочими предпочитавший не общаться.

- Видишь ли, почтенный Кальвизий, до Колонии Агриппина я так и не добрался - свернул по делам в Вангионы, - во избежание лишних расспросов как бы между прочим заметил Рысь.

- А, в Вангионы, - усмехнулся хозяин. - Тогда оно, конечно, - тут и ехать-то совсем ничего. А это, значит, твои компаньоны? - Он взглянул на Эрнульфа с Арминием.

Юний молча кивнул.

- Молодые… А я думал, все торговцы и аргентарии - старые хитрющие выжиги!

- Торговля - рисковое дело, - хохотнул Рысь. - Дело для молодых.

- Ну, это сейчас все так думают, - отмахнулся Кальвизий. - А я так, признаться, желаю для своих детей совсем другого будущего. Старшего, Феликса, придется оставить для управления хозяйством - я ведь не вечный. А Виниция совсем скоро отправлю служить в легион! Верно, Виниций?

- От всей души желаю этого! Legio - patria nostra!

- Да, - вдруг спохватился Рысь. - Накормили ли пленного?

Кальвизий ухмыльнулся:

- Я не имею привычки морить своих гостей голодом, даже тех, кто оказался здесь не по своей воле.

- Могу я поговорить с тем варваром?

- Как скажешь, уважаемый Юний. Это же твоя добыча! Ты заберешь его с собой?

- Н-не знаю, - Рысь замялся. - Я хотел бы еще раз ненадолго съездить в Вангионы. Можно ли, злоупотребив твоим гостеприимством, оставить здесь Флакса и пленника? Да и насчет Эрнульфа я сомневаюсь - не открылась бы рана.

- Не откроется, мой патрон, - тут же заверил Эрнульф. - Располагай мной, как найдешь нужным.

- Что ж, пусть будет так, - кивнул Юний и пристально взглянул на хозяина виллы. - Так как, можно будет оставить?

- Оставляй на сколько хочешь! - Кальвизий развел руками. - Omnes, quantum potes, juva!

- Замечательные слова! - от души восхитился Рысь. - Вполне тянут на философию жизни.

После ужина он спустился в подвал, прихватив с собой кувшин фалерна и пару кружек. Именно там, в подвале, прикованный цепью к стене, и содержался пленник.

- А, это ты, римлянин. - Звякнув цепью, он зло сверкнул глазами. - Пришел поиздеваться над пленным?

- Пришел выпить с тобой кувшинчик фалернского, - усаживаясь прямо на пол, усмехнулся Юний. - Если ты, конечно, не побрезгуешь со мной пить.

Германец хрипло рассмеялся: