– Несомненно. Но с ними будет разбираться штаб второго сектора. Средств в таких количествах здесь просто не существует.
Майлз покусал указательный палец.
– О, – О, действительно. Он не станет паниковать… – В таком случае, сэр, могу ли я просить вас послать запрос в штаб сектора как можно скорее?
– Поверьте мне, лейтенант, я рассматриваю ваш перевод под чье-либо еще командование как мероприятие наивысшего приоритета. – Он поднялся. – Прошу меня извинить. Подождите здесь. – Он вышел из кабинета, качая головой.
– Какого дьявола? – пихнула его Элли. – Я думала, ты готов разорвать этого парня, капитан он или нет, – а затем ты просто остановился. Что такого волшебного в том, чтобы быть комаррцем, и где я могу достать немного?
– Не волшебного, – сказал Майлз, – Определенно ничего волшебного. Но очень важного.
– Более важного, чем быть лордом-фором?
– Как это не странно, да, в данный момент. Послушай, ты знаешь, что планета Комарр была первым межзвездным имперским завоеванием Барраяра, верно?
– Я думала, вы называете это аннексией.
– Как розу ты не назови… Мы захватили ее из-за червоточин, потому что она сидела на нашем единственном выходе, потому что она душила нашу торговлю, и больше всего потому, что она приняла взятку и позволила цетагандийскому флоту пройти через них, когда Цетаганда впервые попыталась аннексировать нас. Ты можешь также припомнить, кто был главным завоевателем.
– Твой отец. Тогда он был всего лишь адмиралом лордом Форкосиганом, перед тем, как стал регентом. Здесь он завоевал свою репутацию.
– Ага, нгм… и не одну. Если когда-нибудь захочешь увидеть, как из его ушей идет дым, шепни ему на ухо ‘Мясник Комарра’. Его действительно так прозвали.
– Тридцать лет назад, Майлз. – Элли помолчала. – В этом есть доля правды?
Майлз вздохнул.
– Там что-то было. Мне никогда не удавалось вытянуть из него всю историю, но я совершенно уверен, что она – не то, что написано в исторических книгах. Так или иначе, завоевание Комарра пошло наперекосяк. В результате на четвертом году его регентства случилось Комаррское Восстание, и тогда дело стало совсем плохо. С тех пор комаррские террористы стали кошмаром Безопасности для Империи. Наверное, его весьма жестко подавили.
Как бы то ни было, время шло, все немного успокоилось, все излишне энергичные люди с обеих планет отправились колонизировать только что открытый Сергияр. Тогда же образовалось движение среди либералов – возглавляемое моим отцом – полностью интегрировать Комарр в Империю. Не очень популярная идея среди барраярских правых. Мой старик на этом немного зациклен: «В конце концов, между справедливостью и геноцидом середины нет», – продекламировал Майлз. – По этому вопросу он делается весьма красноречив. Ну, так вот, путь наверх на старом добром Барраяре, чувствительном к кастовым различиям и помешанном на армии, тогда и всегда шел через Имперскую
Это означает, что любой комаррец на службе сейчас под наблюдением. Им приходится доказывать свою лояльность так же, как мне приходится доказывать мою… – он запнулся, – … доказывать мои способности. Из этого также следует, что если я работаю вместе c или под началом любого комаррца и однажды вдруг окажусь мертвым, то этот комаррец пойдет на корм собакам. Поскольку мой отец Мясник, никто и не поверит, что это не было своего рода местью.
И не только этот комаррец. Над всеми остальными комаррцами на Имперской службе нависнет та же туча. Политика Барраяра будет отброшена назад на годы. Если меня сейчас прикончат, – он беспомощно пожал плечами, – мой отец меня убьет.
– Я надеюсь ты этого не планируешь. – выдавила она.
– И теперь мы переходим к Галени. – поспешно продолжил Майлз. – Он на Имперской службе – офицер – имеет пост в самой Безопасности. Должно быть, носом землю рыл, чтобы попасть сюда. Высокий уровень доверия – для комаррца. Но не на значительном или стратегическом посту; информация Безопасности определенного рода сознательно скрыта от него; и тут неожиданно появляюсь я и тыкаю его в это носом. И если кто-то из его родственников участвовал в Комаррском Восстании – ну… тут снова я. Я сомневаюсь, что он испытывает ко мне любовь, но он стеречь он меня будет как зеницу ока. И мне, помоги мне бог, придется ему это позволить. Очень щекотливая ситуация.
Она похлопала его по руке.
– Ты с ней справишься.
– Хм, – угрюмо проворчал он, – О, боже, Элли, – вдруг возопил он, утыкаясь лбом ей в плечо, – и я не достал денег для дендарийцев – не смогу получить еще Бог знает сколько – что я скажу Ки? Я дал ему свое слово…!
На этот раз она погладила его по голове. Но ничего не сказала.
Глава 2
Его голова покоилась на свежей ткани ее форменной куртки; еще на мгновение он позволил себе это. Она пошевелилась, ее руки потянулись к нему. Неужели собирается его обнять? Если она это сделает, решил Майлз, заключу ее в объятия и поцелую прямо здесь. И посмотрим, что будет…
За его спиной двери кабинета Галени с шипением открылись. Они с Элли отпрянули друг от друга – Элли, встряхнув короткими темными кудрями, встала в стойку «вольно», а Майлз просто застыл, мысленно проклиная эту помеху.
Он услышал и узнал знакомый протяжный голос до того, как повернулся.
– Блестящий, конечно, но энергичный, как сам дьявол. Кажется, что в любую секунду может рехнуться. Осторожнее, когда он начинает говорить слишком быстро. Ага, это он, точно…
– Айвен, – выдохнул Майлз, закрывая глаза. «Чем, Господи, согрешил я пред Тобою, что Ты послал мне Айвена –
Господь не снизошел до ответа. Майлз, криво улыбнувшись, повернулся. Элли, нахмурившись, склонила голову набок, и сосредоточенно слушала, боясь пропустить что-нибудь.
Галени вернулся, ведя за собой высокого молодого лейтенанта. Как Айвен Форпатрил ни был ленив, он явно поддерживал себя в форме – парадный зеленый мундир превосходно подчеркивал его атлетическое телосложение. Приветливое, открытое лицо с ровными чертами обрамляли вьющиеся темные волосы, аккуратно подстриженные в стиле патрициев. Майлз не смог удержаться и посмотрел на Элли, чтобы тайком проследить за ее реакцией. Благодаря своему лицу и фигуре, Элли заставляла любого стоящего с ней рядом выглядеть блекло, но Айвен, пожалуй, мог послужить стеблем ее розы и при этом не остаться в тени.
– Привет, Майлз, – сказал Айвен, – Что ты здесь делаешь?
– Я могу спросить у тебя то же самое, – ответил Майлз.
– Я второй помощник военного атташе. Я полагаю, меня назначили сюда, чтобы повысить мой культурный уровень. Земля, ты же знаешь.
– О, – сказал Галени, уголок его рта приподнялся, – так вот для чего вы здесь? А меня-то все время это интересовало.
Айвен глуповато усмехнулся.
– Как жизнь у нерегулярных? – спросил он у Майлза. – Афера с адмиралом Нейсмитом все еще работает?
– Едва-едва, – ответил Майлз. – Дендарийцы сейчас со мной. Они на орбите. – Он ткнул пальцем в сторону неба. – Ломают себе головы, пока мы тут болтаем.
У Галени был такой вид, словно он съел лимон.
– Неужели об этой секретной операции знают все, кроме меня? Вы, Форпатрил – я знаю, ваш уровень допуска не выше, чем мой собственный!
Айвен пожал плечами.
– Я с ними уже сталкивался. Семейное дело.
– Чертовы форские связи, – пробормотал Галени.
– О, – сказала Элли Куинн тоном внезапного озарения, – так это твой кузен Айвен! Мне всегда было интересно, как он выглядит.
Айвен, тайком бросавший на нее взгляды с тех пор, как вошел в комнату, вытянулся со всем трепетным проворством сделавшего стойку пойнтера. Ослепительно улыбнувшись, он склонился над рукой Элли.
– Счастлив познакомиться с вами, миледи. Похоже, дендарийцы прогрессируют, если вы – их типичный образец. Несомненно, прекраснейший.
Элли отняла у него руку
– Мы встречались.
– Нет, не может быть. Я не мог забыть это лицо.
– У меня не было этого лица. «Голова прямо как луковица» – так вы описали это, насколько я помню. – Ее глаза сверкнули. – Поскольку в тот момент я была слепа, я и понятия не имела о том, как ужасно выглядит протез из пластикожи. Пока вы мне не сказали. Майлз никогда не говорил об этом.
Улыбка Айвена завяла.
– А-а… Леди с плазменным ожогом.
Майлз ухмыльнулся и придвинулся к Элли, которая собственнически продела руку через изгиб его локтя и одарила Айвена холодной улыбкой самурая. Айвен, стараясь идти ко дну с достоинством, посмотрел на капитана Галени.
– Поскольку вы друг друга знаете, лейтенант Форкосиган, я поручаю лейтенанту Форпатрилу взять вас на буксир и познакомить с посольством и вашими обязанностями, – сказал Галени. – Фор вы или не фор, но пока император вам платит, он должен хоть как-то вас использовать. Я надеюсь, некоторые разъяснения относительно вашего статуса прибудут быстро.
– Я надеюсь, оплата дендарийцев прибудет так же быстро, – сказал Майлз.
– Ваша… наемница-телохранитель может возвращаться в свою часть. Если по какой-либо причине вам понадобится покинуть территорию посольства, я выделю вам одного из своих людей.
– Да, сэр, – вздохнул Майлз. – Но все же мне нужно иметь возможность войти в контакт с дендарийцами, на случай непредвиденных обстоятельств.
– Я прослежу, чтобы командору Куинн выделили безопасный комм-канал перед тем, как она уйдет. На самом деле, – он прикоснулся к комм-пульту, – Сержант Барт? – проговорил он в микрофон.
– Да, сэр? – ответил голос.
– Вы уже подготовили этот комм?
– Только что закончил его шифрование, сэр.
– Хорошо, принесите его в мой кабинет.
Барт, все еще в штатском, появился через несколько мгновений. Галени выпроводил Элли:
– Сержант Барт проводит вас с территории посольства, командор Куинн.
Она обернулась через плечо на Майлза, который успокаивоваще отсалютовавшего ей.
– Что мне сказать дендарийцам? – спросила она.
– Скажи им… скажи им, что их деньги в пути, – крикнул Майлз. Двери с шипением закрылись, заслоняя ее.
Галени вернулся к комм-пульту, который мигал, привлекая его внимание.
– Форпатрил, пожалуйста, в первую очередь избавьте вашего кузена от этого… костюма, и смените его на соответствующий мундир.
– Дендарийская форма настолько же законна, насколько ваша собственная, сэр.
Галени сердито посмотрел на него через мерцающий экран.
– Я не могу этого знать, лейтенант. Когда я был ребенком, моему отцу по карману были только игрушечные солдатики. Вы оба свободны.
Майлз, кипя, подождал, пока двери за ними закрылись, прежде чем сорвать с себя серо-белый китель и швырнуть на пол коридора.
– Костюм! Игрушечные солдатики! Мне кажется, я прикончу этого комаррского сукина сына!
– Ох, – сказал Айвен. – Что-то мы сегодня обидчивые.
– Ты слышал, что он сказал!
– Ага, ну… Галени нормальный. Может, немного зациклен на уставе. Тут в каждом углу системы дюжина самозваных наемников. Некоторые из них ходят по тонкой грани между законным и незаконным. Откуда ему знать, что твои дендарийцы не почти что угонщики?
Майлз поднял свой форменный китель, вытряхнул его, и аккуратно перекинул через руку.
– Ха!
– Да ладно тебе, – сказал Айвен. – Пойдем вниз на склад и найдем тебе обмундирование того цвета, который больше ему по вкусу.
– У них есть что-нибудь моего размера?
– Они снимут с твоего тела лазерную карту и изготовят вещи специально для тебя, под контролем компьютера, прямо как у того сверхдорогого грабителя-портного, к которому ты ходишь в Форбарр-Султане. Это Земля, сынок.
– Мой барраярский портной шьет для меня одежду уже десять лет. У него есть кое-какие уловки, которых нет в компьютере… Ну, полагаю, пережить я это смогу. А может посольский компьютер сшить гражданское?
Айвен скорчил рожу.
– Если твои вкусы консервативны. Если ты хочешь что-нибудь модное, чтобы поразить местных девчонок, тебе придется идти на сторону.
– Я так чувствую, что имея в качестве дуэньи Галени, я не получу шанса пойти на сторону особо далеко, – вздохнул Майлз. – Придется обойтись тем, что есть.
Майлз окинул взглядом рукав своего парадного барраярского мундира цвета темного хаки, поправил обшлаг и вздернул подбородок, поудобнее устраивая голову на высоком воротнике. Он почти забыл, как был неудобен этот проклятый воротник, с его-то короткой шеей. Спереди красные прямоугольники его лейтенантского звания словно впивались в челюсть, сзади воротник защемлял все еще неподстриженные волосы. И в сапогах жарко. Кость левой ступни, которую он сломал на Дагуле, все еще болела, даже теперь, когда ее заново сломали, выпрямили, и обработали электростимулятором.
Однако, зеленый мундир был его домом. Его истинной личностью. Может, пришло время отдохнуть от адмирала Нейсмита и его трудновыполнимых обязанностей, время вспомнить более разумные проблемы лейтенанта Форкосигана, чьей единственной задачей сейчас было ознакомиться с процедурами одной маленькой конторы и вытерпеть Айвена Форпатрила. Дендарийцам не нужена его поддержка во время текущего ремонта и отдыха, и он не мог найти других способов полного и благополучного исчезновения адмирала Нейсмита.
Личный кабинет Айвена представлял собой крохотную комнату без окон глубоко в недрах посольского здания; его работа состояла в том, чтобы скармливать сотни дисков с данными компьютеру, который сосредотачивал их в еженедельный доклад о положении на Земле, и отосылал его шефу Безопасности Иллиану и генштабу на Барраяре. Где, как полагал Майлз, он сопоставлялся компьютером с сотнями подобных докладов, образуя барраярское видение Вселенной. Майлз искренне надеялся, что Айвен не складывает в одном столбце киловатты с мегаваттами.
– В основном эта штука – официальная статистика, – объяснял Айвен, сидя перед своим терминалом и, как ни удивительно, выглядя непринужденно в парадном мундире. – Изменение населения, цифры сельскохозяйственного и промышленного производства, опубликованные различными политическими течениями военные бюджеты. Компьютер складывает их шестнадцатью различными способами, и подсвечивает цифры, когда что-то не совпадает. Поскольку у всех, кто поставляет эти данные, тоже есть компьютеры, то такое случается не слишком часто – как говорит Галени, вся ложь припрятана задолго до того, как информация дошла до нас. Гораздо важнее для Барраяра сообщения о кораблях, входящих и покидающих локальное пространство Земли.
– Теперь перейдем к более интересным вещам, настоящей шпионской работе. На Земле есть несколько сотен людей, за которыми это посольство старается следить из тех или иных соображений безопасности. Одна из самых больших групп – это эмигрировавшие комаррские мятежники. – Айвен взмахнул рукой, и над видеопластиной одно за другим промелькнуло несколько дюжин лиц.
– О, да? – сказал Майлз, невольно заинтересовавшись – У Галени есть секретные связи с ними и тому подобное? Поэтому его сюда назначили? Двойной агент – тройной агент…
– Спорю, что Иллиану этого хотелось бы, – сказал Айвен. – Насколько я знаю, они относятся к нему как к прокаженному. Злостный коллаборационист, сотрудничающий с имперскими угнетателями и все такое.
– Конечно, они не представляют большой опасности для Барраяра спустя столько лет и на таком расстоянии. Беженцы…
– Некоторые из них были смышлеными беженцами, хотя бы те, кто вытащил свои денежки перед тем, как наступил спад. Некоторые были замешаны в финансировании Комаррского Восстания во времена регенства – теперь почти все они гораздо беднее. Однако, они стареют. Еще пол-поколения, и, если политика интеграции твоего отца преуспеет, они совсем потеряют движущую силу. Так говорит капитан Галени.
Айвен взял еще один диск с данными.
– И теперь мы переходим к по-настоящему «горячим» вещам – слежке за тем, чем занимаются другие посольства. Такие, как цетагандийское.
– Надеюсь, они на другой стороне планеты, – сказал Майлз искренне.
Поделиться книгой: