- Ну вот, хоть какие-то новости. Только что пришла шифрованная телеграмма из Франции. Удалось обнаружить вторую машину, и в ней секретаря премьер-министра, Дэниелса. Его усыпили хлороформом, связали и оставили, беспомощного и без чувств, на давно заброшенной ферме в С. Он ничего не помнит, точнее, почти ничего. Последнее, что осталось в его памяти, это как к его губам и носу прижали влажную тряпку. Он, конечно, отбивался, но напрасно. Судя по всему, у полиции не возникло ни малейших сомнений в том, что он говорит правду.

- Значит, больше ничего не удалось обнаружить?

- Нет.

- И тела премьер-министра, тоже не нашли, насколько я понимаю? Что ж, это уже хорошо - по крайней мере, пока это так, у нас остается надежда. И все-таки это очень странно. Судите сами: только этим утром его пытались застрелить, а теперь похитители почему-то из кожи вон лезут, лишь бы он остался в живых.

Додж покачал головой.

- Только в одном я совершенно уверен. Наши враги пойдут на что угодно, лишь бы помешать ему принять участие в Конференции.

- Если это в человеческих силах, премьер-министра нужно вернуть...чего бы это ни стоило. Дай-то Бог, чтобы это не произошло слишком поздно. А теперь, джентльмены, расскажите мне все - все с самого начала. И о том, как в него стреляли - это очень важно. Повторяю - я должен знать все.

- Вчера вечером премьер-министр в сопровождении одного из своих секретарей, капитана Дэниелса отправился в Виндзор...

- Того же самого, кто сопровождал его во Францию?

- Да, того же. Как я уже сказал, они ехали в автомобиле в Виндзор, где планировалась его выступление перед большой аудиторией. Сегодня рано утром он вернулся в Лондон, а по дороге в город на него и было совершено покушение.

- Прошу прощения, сэр. Кто такой этот капитан Дэниелс? У вас, конечно, есть на него досье?

Лорд Эстер улыбнулся.

- Я так и подумал, что вы об этом спросите. По правде сказать, нам не так уж много известно о нем самом. То же самое могу сказать и о его семье. Прежде он служил в армии. Насколько я знаю, как секретарь он выше всяких похвал - расторопный и исполнительный. Прекрасно знает несколько языков. Чуть ли не семь, кажется. Именно по этой причине, насколько я понимаю, премьер-министр и выбрал именно его для поездки во Францию.

- А родственники в Англии у него есть?

- Две тетки. Некая миссис Эвералд, она живет в Хемпстеде, и мисс Дэниелс - она обосновалась неподалеку от Эскота.

- Эскот? Кажется, это неподалеку от Виндзора, не так ли?

- Мы тоже уже заметили это. Увы, как выяснилось, тут нет никакой связи.

- Итак, насколько я понимаю, вы не подозреваете капитана Дэниелса?

Лорд Эстер замялся и отвел глаза в сторону. Когда он, наконец, заговорил, мне показалось, что ему неприятен этот вопрос.

- Нет, мсье Пуаро. В такое время, как сейчас, я бы дважды подумал прежде, чем утверждать со всей определенностью, что кто бы то ни было находится вне подозрений.

- Справедливо. Еще вопрос, милорд. Из того, что вы мне рассказали, я могу сделать вывод, что все это время премьер-министр находился под прикрытием полиции, так что любое покушение на него не только было бы чрезвычайно сложным, но и попросту невозможным?

Лорд Эстер кивнул.

- Вы правы, мсье Пуаро. За автомобилем, в котором ехал премьер-министр, повсюду на близком расстоянии следовала полицейская машина с несколькими детективами в штатском. Самому мистеру МакАдаму о принимаемых нами мерах предосторожности ничего не говорили. Он всегда был одним из самых смелых людей, каких я только знал. Услышав о том, что постоянно находится под охраной, он бы устроил страшный скандал и отослал моих людей. Поэтому было принято решение, что прикрытие будет тайным. Были приняты и другие меры безопасности - личный шофер МакАдама, О'Мэрфи, офицер Интеллидженс Сервис.

- О'Мэрфи? Если не ошибаюсь, это ирландская фамилия, не так ли?

- Вы правы, он ирландец.

- А откуда он родом?

- Кто, О'Мэрфи? Уроженец графства Клэр, по-моему.

- Понятно. Прошу вас, продолжайте, милорд.

- Итак, премьер-министр отправился в Лондон. Ехал он в закрытом автомобиле. В машине они были только вдвоем - он и капитан Дэниелс. Следом, как обычно, шла вторая машина. Но потом, неизвестно, по какой причине, машина премьер-министра свернула с главной дороги и...

- Там, вероятно, есть развилка? - перебил его Пуаро.

- Да...но... А вы откуда это знаете?

- О, это же очевидно! Прошу вас, продолжайте!

- Итак, по причинам, о которых мы можем только гадать, - продолжил свой рассказ лорд Эстер, - автомобиль премьер-министра свернул с главной дороги. Полицейский же автомобиль, немного отставший, продолжал двигаться в сторону Лондона. К несчастью, сидевшие в нем детективы ничего не заметили. Машина премьер-министра успела проехать совсем немного по безлюдной проселочной дороге, когда вдруг дорогу автомобилю преградила группа из нескольких мужчин в масках. Водитель...

- Этот храбрец О'Мэрфи, - задумчиво пробормотал Пуаро себе под нос.

- Водитель, заметив их, тут же нажал на тормоза. Премьер-министр опустил окно и выглянул наружу. Вдруг прогремел выстрел, вслед за ним ещё один. Первая пуля оцарапала ему щеку, вторая, к счастью, пролетела мимо. Тогда водитель, сообразивший, в чем дело, нажал на газ, и машина помчалась по дороге, а эти бандиты разбежались.

- Повезло, - пробормотал я. Дрожь пробежала у меня по спине, - Еще бы немного и...

- Мистер МакАдам отказался ехать в больницу - дескать, обычная царапина и смешно беспокоить людей из-за подобной ерунды. Попросив О'Мэрфи притормозить у придорожной аптеки, он зашел туда и попросил обработать рану. Ее промыли и заклеили пластырем, а поверх наложили бинт. Надо сказать, что премьер-министр сделал все возможное, чтобы остаться неузнанным. После этого, как и предполагалось, он в сопровождении капитана Дэниелса прямиком направился на Чаринг-Кросский вокзал, где премьер-министра ждал специальный поезд, чтобы доставить его в Дувр. Опередившие его детективы едва с ума не сошли, пока дожидались его. Сообщив им в нескольких словах о том, что произошло - по его поручению это сделал капитан Дэниелс - премьер-министр отбыл во Францию. Добравшись до Дувра, он пересел в стоявший у причала эсминец. А в Булони, как вам уже известно, его поджидал посланный бандитами поддельный автомобиль - с английским флагом и точь-в-точь как настоящий.

- Это все, что вам известно?

- Да.

- Стало быть, вы сообщили мне все, не опустив ни единой детали, и ни о чем не умолчав, милорд?

- Ну...тут есть ещё одно не совсем обычное обстоятельство.

- Да?

- Автомобиль, в котором ехал премьер-министр, высадив его на вокзале Чаринг-Кросс, по какой-то непонятной причине не вернулся назад. Между тем полиция разыскивавшая О'Мэрфи, чтобы расспросить его о том, что произошло, немедленно забила тревогу. Поиск объявили почти сразу же, как только обнаружили его исчезновение. Спустя какое-то время машину нашли брошенной возле какого-то непрезентабельного и к тому же пользующегося плохой репутацией ресторана в Сохо. Мы к нему приглядываемся уже давно, поскольку у нас есть данные, что он стал местом встречи германских агентов.

- А что водителем?

- Его так и не нашли. Он исчез - исчез бесследно.

- Итак, что же получается, - помолчав немного, задумчиво пробормотал Пуаро. - Перед нами уже два случая внезапного и необъяснимого исчезновения людей - только премьер-министр пропал, будучи во Франции, а О'Мэрфи - в Англии.

Он бросил на лорда Эстера внимательный взгляд, но тот только в отчаянии развел руками.

- Могу вам сказать одно, мсье Пуаро - если бы кто-нибудь ещё вчера при мне заявил бы, что О'Мэрфи предатель, я бы рассмеялся ему в лицо.

- А сегодня?

- Сегодня...признаться, сегодня я и сам не знаю, что думать.

Пуаро угрюмо кивнул. Вытащив из кармана часы-луковицу, он снова взглянул на них.

- Насколько я понимаю, вы решили предоставить мне полную свободу действий, джентльмены...во всем, не так ли? Я хочу, чтобы у меня были развязаны руки, понимаете? Я не буду никому давать отчет в своих действиях. Больше того, я должен иметь право делать то, что считаю нужным, и так, как я считаю нужным.

- Согласен с вами, мсье Пуаро. Кстати, мы посылаем специальный поезд до Дувра - он отправляется через полчаса. С ним во Францию отправится ещё одна группа наших лучших людей. Я собирался дать вам в распоряжение офицера и агента Интеллидженс-Сервис, вы можете полностью им доверять. Все ваши приказы будут выполняться, как мои собственные Надеюсь, вас это устраивает?

- Вполне. Позвольте ещё один маленький вопрос, господа, прежде чем мы расстанемся. Что натолкнуло вас на мысль прийти именно ко мне? Насколько я могу судить, в тех кругах, где вращаетесь вы, мое имя почти никому не известно. А Лондон - большой город.

- Мы выбрали вас по рекомендации весьма важной персоны - вашего соотечественника, между прочим. Причем этот человек не только рекомендовал вас с самой лучшей стороны, но и высказал самое горячее желание, чтобы именно вы, а не кто иной, занимались этим делом.

- Что вы говорите?! Неужели? Ах, да, кажется, я угадал - мой добрый друг префект...

Лорд Эстер покачал головой.

- Нет, нет, берите выше. Один из великих мира сего, слово которого когда-то было законом у вас в Бельгии.

Рука Пуаро непроизвольно взметнулась вверх, словно отдавая честь.

- Да, будет так! Ах, мой господин не забыл... Джентльмены, я, Эркюль Пуаро, клянусь служить вам верой и правдой. Будем уповать на то, что мы успеем вовремя. Но пока все во мраке...мы блуждаем во мраке. Не понимаю...

- Ну, Пуаро, - нетерпеливо воскликнул я, едва дверь за нашими высокопоставленными гостями захлопнулась. - Что вы об этом думаете?

Но мой друг, казалось, не слышал меня. Не оборачиваясь, он поспешно кидал вещи в маленький саквояж. В ответ на мой вопрос он задумчиво покачал головой.

- Даже не знаю, что и думать. Мои серые клеточки...ах, они бросили меня на произвол судьбы!

- Для чего похищать человека, когда одного лишь удара по голове было бы достаточно, чтобы заставить его замолчать навсегда? - продолжал я.

- Простите меня, друг мой, но, по-моему, я ничего подобного не говорил. А вам не приходит в голову, что в их задачу входило именно похищение, а не убийство?

- Но почему?!

- Потому что сомнения, а тем более неуверенность в своих действиях порождают панику. Вот вам одна причина. Предположим, нашли бы премьер-министра мертвым, и что дальше? Страну захлестнула бы волна возмущения, но потом всеобщий гнев, как водится, поутих бы. В конце концов с ситуацией так или иначе справились бы и все пошло бы своим чередом. А теперь? Все в панике. Жив ли премьер-министр или его убили? Вернется он или уже нет? Никто не знает! Должна наступить хоть какая-то определенность, иначе никто не станет предпринимать никаких шагов. А теперь вспомните, как я сказал - неуверенность рождает панику. Именно это больше всего и устроило бы немцев. И потом, если премьер-министр спрятан в каком-нибудь укромном месте, это дает похитителям ещё одно преимущество - пока он жив, они могут вести переговоры с обеими сторонами. Немцы всегда славились скаредностью, но на этот раз, они, без сомнения, с радостью выложат кругленькую сумму. И в-третьих - на их руках нет крови. Да и вообще - может быть, похищение людей является их, так сказать, специальностью.

- Ну, хорошо, положим, ваше предположение верно. Но для чего тогда они сначала в него стреляли?

Пуаро всплеснул руками.

- Ах, вот этого-то как раз я и не понимаю! Полная нелепость...более того - идиотизм! Смотрите, для похищения знаменитого человека все уже подготовлено (и подготовлено вполне профессионально, уж поверьте мне на слово, Гастингс!). И вдруг весь их тщательно разработанный план едва не идет коту под хвост только из-за того, что кому-то взбрело в голову разыграть нелепую пародию на похищение, подходящую разве что для дешевого вестерна. Все это кажется совершенно нереальным! Банда разбойников в черных масках, да ещё менее чем в двадцати милях от Лондона, только подумайте, Гастингс! Какой-то фарс!

- А вдруг эти два нападения не имеют между собой ничего общего, Пуаро! - с жаром предположил я, - Вы не допускаете, что тут действовали совершенно разные люди?

- Нет, нет, друг мой, это было бы совсем уж невероятно! Таких совпадений не бывает. И кстати - кто же предатель? А ведь он должен был быть, непременно должен - во всяком случае, когда случилось первое покушение. Но кто им был - Дэниелс или О'Мэрфи, вот, что хотел бы я знать. А предателем непременно должен был быть один из этих двоих, иначе почему автомобиль свернул на проселочную дорогу? Не можем же мы подумать, что это покушение организовано по приказу премьер-министра, тем более, что жертвой его должен был оказаться он сам! Так что либо О'Мэрфи заранее знал, что должен свернуть именно в этом месте, либо он съехал с дороги, подчинившись приказу Дэниелса. Именно это нам и предстоит выяснить.

- Скорее всего предателем был О'Мэрфи.

- Да, вы правы. Будь это Дэниелс, премьер-министр непременно услышал бы его слова и не преминул бы возмутиться, с какой стати он отдает этот приказ. И все же в этой версии по-прежнему слишком много неясностей и противоречий. Давайте разберемся: если О'Мэрфи честный человек, тогда почему ему пришло в голову свернуть с дороги, ведущей в Лондон? Ну, а если мы ошибаемся, и он - предатель, то для чего ему спасать премьер-министра, если из двух выстрелов ни один не попал в цель? Ведь не настолько же он глуп, чтобы не понимать, что таким образом он спасает намеченную жертву? И опять же, почему, высадив премьер-министра у вокзала Чаринг-Кросс, О'Мэрфи, если он не предатель, сразу же направляется в самое, так сказать, осиное гнездо немецкой агентуры?

- Да, все эта история выглядит каким-то клубком противоречий, согласился я.

- Но давайте взглянем на все это дело через призму моего метода. Что мы имеем за и против каждого из этих двух людей? Возьмем для начала О'Мэрфи. Против - то, что он свернул с главной дороги на проселочную. Признайтесь, Гастингс, одно это выглядит уже подозрительно. К тому же, не забывайте - О'Мэрфи ирландец из графства Клер. И третье - ведь и сам он исчез, как сквозь воду провалился, да ещё при весьма сомнительных обстоятельствах. А теперь то, что говорит в его пользу - решительные действия О'Мэрфи во время первого покушения, без сомнения, спасли премьер-министру жизнь. Он - один из инспекторов Скотланд-Ярда, к тому же, вероятно, занимает в нем достаточно высокий пост. Кроме всего, он ещё и детектив.

Теперь перейдем к Дэниелсу. Против него у нас как будто бы никаких улик...разве что только отсутствие каких-либо сведений о его прошлом...да ещё то, что для доброго англичанина он знает уж слишком много иностранных языков! Прошу меня простить, друг мой, но когда речь идет об изучении языков, ваши соотечественники, как правило, оказываются на редкость тупы! А в его пользу говорит тот факт, что и сам он был найден связанным, с кляпом во рту, да и ещё одурманенным хлороформом - все это свидетельствует о том, что вряд ли он имел какое-то отношение к покушению на своего шефа.

- Он сам мог все это организовать - вставить кляп в рот, обмотать руки и ноги веревками и притвориться одурманенным, чтобы отвести от себя подозрения, - возразил я.

Пуаро покачал головой.

- Нет, друг мой, Сюртэ провести не так-то легко, уверяю вас. Кроме того, для чего ему было оставаться и тем самым привлекать к себе внимание, учитывая, что цель, поставленная перед ним его хозяевами, благополучно достигнута и премьер-министра удалось похитить? Конечно, сообщники могли дать ему хлороформ, могли связать его и сунуть кляп ему в рот, чтобы отвести от него подозрения, но если честно, я и теперь не понимаю, чего они рассчитывали этим добиться? Ведь после всего, что случилось, он для них полезен не более, чем шкурка от банана. Пока не выяснятся все обстоятельства, при которых исчез премьер-министр, с Дэниелса не будут спускать глаз.

- А может, он таким образом хотел сбить полицию со следа?

- Тогда почему он даже не сделал попытки это сделать? Вспомните его показания, Гастингс. Дэниелс клялся, что почти ничего не помнит, кроме удушливого запаха платка, которым кто-то вдруг закрыл ему лицо, а после этого он, дескать, тут же потерял сознание. Где же тут попытка сбить полицию со следа? Где вы вообще видите этот самый след? Нет, друг мой, все это весьма похоже на правду.

- Ну что ж, - сказал я, бросив украдкой взгляд на часы. - Пора собираться на вокзал, Пуаро. Возможно, во Франции вам удастся отыскать ключ к этой тайне.

- Возможно, друг мой, все, конечно, возможно...хотя и маловероятно. Вам, может быть, странно это слышать, но я до сих пор блуждаю во мраке... Просто невероятно, Гастингс, что премьер-министра до сих пор не нашли, тем более на столь небольшой территории. Ведь даже укрыть его там на короткое время достаточно сложно. И если уж это не удалось сделать полиции и армии двух государств, так чем тут могу помочь я?

На Чаринг-Кросском вокзале нас уже поджидал мистер Додж.

- Это детектив Бернс из Скотланд-Ярда и майор Норман. Оба они целиком и полностью в вашем распоряжении, мсье Пуаро. Желаю удачи. Конечно, все это ужасно, но я все-таки не теряю надежды. А теперь прощайте, мне пора, Приподняв шляпу, министр откланялся и торопливыми шагами устремился прочь.

Мы с майором Норманом понемногу разговорились. Кроме нас, на вокзальной платформе толпилась ещё небольшая кучка людей. Среди них я вдруг узнал знакомое лицо - коротышка с худощавым лицом, похожим на морду ищейки, который как в эту минуту разговаривал о чем-то с высоким, благообразным мужчиной. Это был наш старый знакомый и большой почитатель таланта Пуаро старший инспектор Джепп из Скотланд-Ярда. Я всегда считал его одним из самых способных сыщиков лондонской полиции. Заметив нас, он расплылся в улыбке и сердечно приветствовал нас обоих.

- Слышал, что и вас бросили на это дело, Пуаро. Да, задачка, признаюсь, не из легких! Мерзавцы скрылись без следа, будто растворились в воздухе, да ещё и его с собой прихватили - просто непостижимо! Впрочем, не думаю, что они смогут долго держать его под замком. Наши люди частым гребнем прочесывают всю Францию. Французская полиция сбилась с ног. Держу пари, теперь возвращение премьер-министра - всего лишь вопрос нескольких часов.

- Да, конечно...само собой, если он все ещё жив, - уныло перебил его долговязый детектив.

Лицо Джеппа помрачнело.

- Да...конечно. Но мне почему-то кажется, что с ним все в порядке.

Пуаро закивал.

- Да, да, не сомневаюсь, что он жив. Но смогут ли его обнаружить вовремя - вот, в чем вопрос. Я, как и вы, инспектор, почти не сомневаюсь, что скрывать такого человека, как премьер-министр Англии, в течение долгого времени попросту невозможно.

Раздался свисток, и мы всей компанией разместились в пульмановском вагоне. Поезд медленно и плавно тронулся и отошел от перрона.

Поездка, на мой взгляд, оказалась на редкость интересной. Инспектора Скотланд-Ярда, сгрудившись в хвосте вагона, предпочитали держаться особняком. Зашуршали, разворачиваясь, карты северной Франции, и сразу несколько пальцев двинулись по ней в разных направлениях, по узким проселочным дорогам и раскиданным повсюду кружочкам деревушек. Каждый предлагал свою собственную теорию. Пуаро, к моему удивлению, не принимал в дискуссии никакого участия - он сидел молча, уставившись прямо перед собой с таким выражением обиды на лице, что невольно показался мне похожим на обиженного ребенка. Я углубился в разговор с Норманом, который нравился мне все больше и больше. Но по прибытии в Дувр поведение Пуаро окончательно поставило меня в тупик. Не успели мы ступить на палубу ожидавшего нас судна, как маленький бельгиец вдруг отчаянно вцепился мне в руку. Свежий морской ветер дул нам в лицо.

- Mon Dieu! - пробормотал он, - Это ужасно!

- Мужайтесь, Пуаро, - я ободряюще похлопал его по плечу. - Вот увидите, вы справитесь! Вы найдете его. Я совершенно в этом уверен!

- Ах, друг мой, вы опять меня не поняли! Это кошмарное море - вот, что приводит меня в ужас! Море, качка - и опять эта унизительная морская болезнь!

- О! - только и произнес я, окончательно растерявшись.

Заработали турбины корабля, и палуба мелко задрожала под нашими ногами. С губ Пуаро сорвался жалобный стон. Закрыв глаза, он побледнел, как смерть.