- У майора Нормана есть карта Франции, - попытался отвлечь его я. - Не хотите взглянуть на нее?

Пуаро нетерпеливо покачал головой.

- Нет, нет, только не сейчас, умоляю! Оставьте меня в покое, Гастингс! Неужели вы забыли, как я говорил вам, что желудок и мозги должны находиться в гармонии. Лавержье изобрел гениальный метод борьбы с морской болезнью. Вы просто дышите - вдох-выдох - только очень медленно, и при этом поворачиваете голову то налево, то направо, и считаете до шести каждый раз перед тем, как сделать вдох.

Предоставив ему полную возможность опробовать этот метод на себе, я оставил его в покое и отправился прогуляться по палубе.

И вот, наконец, медленно и торжественно, из синевы волн встали берега Франции. Перед нами была Булонь. Аккуратный и, как обычно, жизнерадостный, Пуаро присоединился ко мне на палубе, успев шепнуть мне на ухо, что метод Лавержье - "просто чудо!".

А инспектор Джепп со своими коллегами по-прежнему блуждал по северной Франции.

- Чепуха! - услышал я. - Автомобиль выехал из Булони - смотрите сюда и вот тут он свернул с главной дороги на проселочную. Я считаю, что именно в этом месте похитители должны были усадить премьер-министра в поджидавшую их вторую машину. Понятно?

- Ну, - вмешался долговязый детектив, - а я все-таки отдаю предпочтение одному из морских портов. Десять против одного, что они перевезли его на какой-нибудь корабль.

Джепп покачал головой.

- Слишком просто. Вы забываете, что похищение обнаружили сразу. Подняли тревогу, и был отдан приказ немедленно закрыть все порты.

Мы причалили в тот момент, когда над горизонтом только-только взошло солнце. Майор Норман тронул Пуаро за руку.

- Прошу прощения, сэр. Вас там ожидает военный автомобиль.

- Благодарю, мсье. Но, боюсь, напрасно. Видите ли, я не собираюсь покидать Булонь.

- Что?!

- Нет, нет, вы не ослышались. Больше того, я намерен снять комнату в каком-нибудь отеле по соседству.

Так он и сделал - отправился в ближайшую гостиницу и снял там номер. Мы втроем, ошеломленные и ничего не понимающие, вынуждены были последовать за ним.

Заметив наши унылые физиономии, Пуаро с лукавой улыбкой покосился на нас.

- Не слишком-то соответствует вашему представлению о том, как должен вести себя настоящий сыщик, не так ли? Думаете, я не догадываюсь, о чем вы думаете? "Он должен быть полон энергии! Он должен бегать взад и вперед! Ползать на четвереньках по пыльной проселочной дороге, разглядывая в лупу отпечатки протекторов! Копаться в грязи, подбирая там спичку, там окурок!". Не так ли? Признайтесь, вы ведь примерно так все это себе представляли?

В глазах его сверкала насмешливая искорка.

- А я - Эркюль Пуаро - говорю вам, ничего подобного не будет! Не будет, потому что разгадка этого странного дела здесь! - Он с торжественным видом постучал пальцем по лбу. - Если честно, я вообще не должен был бы покидать Лондон. Сидел бы себе тихо в своей уютной квартирке и размышлял. Вот для этого-то, друзья мои, и существуют маленькие серые клеточки. Тихо и незаметно они делают свою работу до той самой минуты, пока я не крикну: "Дайте мне карту!" - Карту приносят, я указываю на ней какое-нибудь место и говорю: - "Премьер-министр здесь!" - И так оно и оказывается! Для человека, вооруженного методом и логикой, нет ничего невозможного. А бестолково метаться, высунув язык, по всей Франции, попросту глупо - мы же, в конце концов, не дети, чтобы играть в прятки, не так ли? Но теперь за работу примусь я, и будем уповать на то, что ещё не слишком поздно! А начну я прямо отсюда. Ну, а теперь, друзья мои, умолю вас - немного тишины!

Пять долгих часом мой маленький друг просидел молча, как изваяние, изредка зажмуриваясь, точно сытый кот, и в глазах его постепенно начал разгораться тот самый, хорошо знакомый мне зеленый огонек, свидетельствовавший о том, что Пуаро напал на след. Поглядывая украдкой на наших спутников, я убедился, что сыщик из Скотланд-Ярда и не пытается скрыть насмешливого презрения. Майор Норман, хоть и устал до смерти, весь дрожал от беспокойства и нетерпения. Что же касается меня, то я старался держать себя в руках, на цыпочках расхаживая по комнате.

Но наконец и у меня лопнуло терпение. С досадой топнув ногой, я подошел к окну и выглянул на улицу. Ситуация с каждой минутой все больше напоминала фарс. Поведение Пуаро стало внушать мне опасения. Конечно, я по-прежнему верил ему. Но червячок сомнения уже поднял голову в моей душе, и сейчас я молился только об одном: уже если Пуаро и суждено потерпеть поражение, то пусть хотя бы сохранит остатки достоинства, не выставляя себя на посмешище. Облокотившись на подоконник, я лениво следил за небольшим каботажным судном. Попыхивая дымом из трубы, оно не спеша двигалось к выходу из залива.

Голос Пуаро, раздавшийся возле самого моего уха, заставил меня вздрогнуть от неожиданности.

- Ну, друзья мои, к делу!

Я резко обернулся, и брови у меня полезли вверх - с моим другом произошла разительная перемена. Глаза его сверкали от возбуждения, плечи были горделиво расправлены - во всем его облике сквозило нескрываемое торжество.

- Ах, как я был глуп, друзья мои! Но теперь во мраке забрезжил свет!

Майор Норман вприпрыжку бросился к двери.

- Я прикажу немедленно подать машину!

- В этом нет никакой необходимости. По правде говоря, она вообще не нужна. Слава Богу, ветер, кажется, стих.

- Вы хотите сказать, что пойдете пешком, мсье?

- Нет, мой юный друг. Я ведь не святой Петр. Поэтому предпочитаю отправиться на корабле.

- На корабле?!

- Да, да, вы не ослышались. Мой метод повелевает мне начать с самого начала. А начало этого загадочного дела - в Англии. Стало быть, возвращаемся в Англию.

* * *

Было три часа. Мы вчетвером снова стояли на платформе Чаринг-Кросского вокзала. Пуаро упорно прикидывался глухим, с полнейшим равнодушием игнорируя все наши попытки вытянуть из него хоть слово. Мы не услышали от него ничего нового, кроме того, что начать с начала - вовсе не значит терять драгоценное время, а лишь воспользоваться единственной возможностью разгадать эту тайну. Правда, я успел заметить, как по дороге он перебросился несколькими словами с Норманом. Не успели мы высадиться в Дувре, как майор ринулся на почту и отправил куда-то целый ворох телеграмм.

Возможно, именно благодаря чрезвычайным мерам, принятым Норманом, мы добрались в рекордно короткое время. В Лондоне нас поджидал большой полицейский автомобиль, а также несколько детективов в штатском. Один из них, как я заметил, передал моему другу листок, на котором было напечатано несколько строчек. Перехватив на лету мой вопросительный взгляд, Пуаро улыбнулся.

- Перечень сельских аптек к западу от Лондона. Я запросил его телеграммой из Дувра.

Мы с огромной скоростью пронеслись по улицам Лондона и наконец выскочили на Бат-Роуд. Некоторое время мы мчались вперед, оставив позади Хаммерсмит, Чизвик и Брентфорд. Я понемногу начал понимать, куда лежит наш путь. Через Виндзор в Эскот! Сердце мой бешено заколотилось. Эскот - то самое место, неподалеку от которого жила тетка Дэниелса! Стало быть, мы охотимся за ним, а не за О'Мэрфи.

Наконец наш автомобиль, взвизгнув тормозами, замер у дверей небольшой виллы. Пуаро, выпрыгнув на землю, взбежал по ступенькам и постучал в дверь. Украдкой взглянув на него, я успел заметить угрюмые морщины, избороздившие его лоб. Судя по всему, его все ещё терзали сомнения.

На его стук ответили почти сразу же. Распахнулась дверь, и Пуаро вошел внутрь. Через пару минут он снова появился на крыльце. Сбежав по ступенькам, Пуаро уселся в машину, коротко покачав головой. Надежда в моей душе потихоньку угасла. Было уже больше четырех часов. Даже если моему другу и удалось обнаружить какие-то улики, изобличавшие Дэниелса, что в этом толку? Разве это поможет узнать, где похитители держат премьер-министра?

Наше возвращение в Лондон было неожиданно прервано. К моему удивлению, мчавшийся в город автомобиль вдруг съехал с главной дороги и неожиданно остановился у небольшого домика, в котором я после некоторого колебания угадал сельскую аптеку. Пуаро выбрался из машины и зашел туда. Провел он внутри не больше нескольких минут, но я заметил, что лицо его просветлело и стало решительным, как у человека, который преисполнился надежды.

Он наклонился к уху Нормана и что-то ему прошептал так тихо, что я не разобрал ни единого слова. Но ответ майора прозвучал достаточно громко.

- Да, если свернете налево, увидите их - они ждут возле моста.

Мы снова свернули на боковую дорогу и в свете угасающего дня я заметил другую машину, стоявшую у обочины дороги. В ней сидели двое мужчин в штатском. Наш автомобиль остановился. Пуаро вышел и сказал им несколько слов, потом уселся в автомобиль, и мы вновь на огромной скорости понеслись на север. Вторая машина двинулась за нами.

Некоторое время мы ехали молча. Судя по всему, мы направлялись куда-то в северные пригороды Лондона. Наконец наша машина, скрипнув тормозами, остановилась у высокого здания, стоявшего в некотором отдалении от дороги.

Нормана и меня оставили в машине. Пуаро и второй детектив вышли и позвонили в дверь. На крыльце появилась служанка в аккуратной наколке и бросила на нашу компанию удивленный взгляд. Первым в разговор вступил детектив.

- Я полицейский офицер. У меня есть ордер на обыск в этом доме.

У служанки вырвался испуганный возглас. Позади нее, в холле, вдруг появилась высокая, ещё красивая, хотя и немолодая дама.

- Закрой дверь, Эдит. Это обычные грабители, я уверена!

Но Пуаро успел ловко всунуть ногу в щель, издав при этом пронзительный свист. Другой детектив, опомнившись, взбежал по ступенькам, распахнул настежь дверь и вместе с Пуаро ворвался внутрь.

Минут пять мы с Норманом, проклиная вынужденное бездействие, просидели в машине. Наконец дверь снова отворилась и Пуаро с детективом в сопровождении трех арестованных, двух мужчин и женщины, появились на крыльце. Женщину и одного из мужчин усадили во вторую машину. Второго пленника сам Пуаро предупредительно усадил в ту же машину, где уже сидели мы с Норманом.

- Мне нужно ехать с остальными, друг мой. Умоляю вас, позаботьтесь хорошенько об этом джентльмене. Вы ведь не знаете его, нет? Ну что ж, позвольте мне в таком случае представить вас мсье О'Мэрфи!

О'Мэрфи! Не заметив, как автомобиль тронулся, я уставился на него с открытым от изумления ртом. Взгляд мой невольно остановился на его руках. На них не было наручников, но он не делал ни малейших попыток освободиться. Просто сидел молча, глядя в пространство перед собой остановившимся взглядом, как будто не мог прийти в себя от изумления. Как бы там ни было, но мы с майором Норманом не спускали с него глаз.

К моему удивлению машина, все также не снижая скорости, неслась на север. Стало быть, мы и не думали возвращаться в Лондон! Я был совершенно сбит с толку! Вдруг, почувствовав, что автомобиль замедлил ход, я припал к окну и сообразил, что мы подъехали к аэродрому в Хендоне. И тут в моей голове молнией сверкнула мысль. Какой же молодец Пуаро, подумал восторженно я. Решил лететь во Францию самолетом!

Идея, конечно, сама по себе была неплохая, но, поразмыслив немного, я постепенно обнаружил в ней несколько слабых мест. Телеграмма пришла бы куда быстрее. А ведь время сейчас решало все. Наверное, решил я, Пуаро, мой тщеславный друг, не в силах отказать себе в удовольствии лично участвовать в освобождении премьер-министра.

Машина остановилась, и майор Норман поспешно выпрыгнул из нее, а его место тут же занял незнакомый мне человек в штатском. Обменявшись с Пуаро несколькими словами, он снова вышел и торопливо удалился.

Не выдержав, я в свою очередь, тоже выбрался из машины и, подойдя к Пуаро, тронул его за локоть.

- Поздравляю вас, старина! Значит, вам удалось выведать у них, где это место? Но послушайте, тогда надо немедленно дать телеграмму во Францию! Нельзя терять ни минуты. Если вы полетите сами, может оказаться уже слишком поздно.

Пару минут Пуаро с удивлением взирал на меня.

- Увы, мой друг, есть нечто такое, что никак нельзя послать телеграммой.

* * *

В эту минуту возвратился майор Норман. Вместе с ним был молодой офицер в форме ВВС Великобритании.

- Это капитан Лайалл, пилот, который отвезет вас во Францию. Его самолет готов к вылету.

- Оденьтесь потеплее, сэр, - посоветовал юный летчик. - Если хотите, могу одолжить вам свою куртку.

Пуаро снова извлек на свет Божий свои чудовищные часы.

- Да, пора...пора, - пробормотал он себе под нос. Подняв голову, он оглядел нас, заметил молодого офицера и учтиво поклонился. - Благодарю вас, мсье. Но с вами полечу не я. Вашим пассажиром будет вот этот джентльмен.

Проговорив это, он немного посторонился, и из темноты перед нами появилась какая-то темная фигура. Я догадался, что это второй пленник, ехавший в другой машине. Но как только свет упал на его лицо, перед глазами у меня вдруг все поплыло. От изумления я чуть было не лишился чувств.

Передо мной стоял премьер-министр!

* * *

- Ради всего святого, расскажите же мне все от начала до конца! нетерпеливо воскликнул я, когда Пуаро, майор и я уселись в машину, и она стремглав понеслась по направлению к Лондону. - Как...каким образом они ухитрились снова переправить его в Англию?

- А в этом не было никакой нужды. Я имею в виду - переправлять его в Англию, - сухо ответил Пуаро. - Премьер-министр никогда её и не покидал. Его похитили по дороге из Виндзора в Лондон.

- Что?!

- Сейчас я все объясню. Итак, премьер-министр едет в своей машине, рядом с ним - его секретарь. Вдруг к его лицу прижимают платок, пропитанный хлороформом.

- Но кто..?

- Наш обаятельный знаток иностранных языков - капитан Дэниелс. Как только премьер-министр теряет сознание, Дэниелс берет переговорную трубку и отдает приказ О'Мэрфи свернуть вправо, на проселочную дорогу. Ничего не подозревающий шофер молча делает, как ему велено. Проехав несколько ярдов по проселочной дороге, они вдруг видят перед собой загораживающую им проезд большую машину. Похоже, она сломалась. Сидящий за рулем человек сигналом просит О'Мэрфи остановиться. То ттормозит. Незнакомец выходит из машины и приближается к ним. Дэниелс высовывается из машины, и повторяет тот же трюк, что только что проделал с премьер-министром, используя на этот раз то ли тот же хлороформ, то ли какой-нибудь другой анестетик, возможно, этилхлорид. Через пару минут два беспомощных, бесчувственных тела переносят в другую машину, а их место занимают двойники.

- Невозможно!

- И тем не менее, это так! Разве вы никогда не были в мюзик-холле, Гастингс? Никогда не замечали, как молниеносно происходят на сцене перевоплощения? Нет ничего проще, чем сотворить двойника какого-нибудь известно политического деятеля. К слову сказать, перевоплотиться в премьер-министра Великобритании куда проще, чем стать каким-нибудь Джоном Смитом из Клэпема. А что до О'Мэрфи, так тут вообще все просто - ведь никто особенно не приглядывался к нему до тех пор, пока "премьер-министр" не отправился во Францию, а к тому времени он постарался исчезнуть. Прямо с вокзала Чаринг-Кросс он отправляется туда, где ждут его сообщники. Туда он входит как известный нам О'Мэрфи, а выходит уже, приняв свой настоящий облик. Итак, О'Мэрфи исчезает бесследно, оставив после себя темное облако подозрений.

- Но ведь человека, который выдавал себя за премьер-министра, видели многие!

- Да, но никто из тех, кто видел его, не знал его лично. А Дэниелс ещё к тому же старался по возможности и близко никого к нему не подпускать. Более того, не забывайте, что лицо у него было забинтовано, а если бы в его манере поведения кто-нибудь заметил бы нечто странное, то это наверняка отнесли бы за счет шока после недавнего покушения на его жизнь, от которого он до сих пор не оправился. Что могло бы быть естественнее, верно? К тому же все знали, что у мистер МакАдама слабое горло. Так же было общеизвестно, что перед долгими речами он бережет голос. Поэтому они нисколько не сомневались, что до самой Франции вряд ли кто сможет обнаружить подмену. А вот там это уже стало бы не только рискованным, но и попросту невозможным и потому премьер-министр исчезает.

Вся полиция страны срывается с места и сломя голову несется через Канал. И никому даже в голову не приходит повнимательнее присмотреться к первому покушению. Более того, дабы создать иллюзию того, что похищение совершилось во Франции, Дэниелс имитирует нападение самого себя - его так же находят связанного и с кляпом во рту.

- А тот человек, что играл роль премьер-министра?

- А он в это время старается побыстрее избавиться от своей личины. Ведь и он, и его мнимый шофер могут в любую минуту быть арестованы, как подозрительные личности, до выяснения обстоятельств. К счастью, ни одна живая душа не сможет догадаться о той роли, что они сыграли в этой драме, и вполне вероятно, что за отсутствием улик и попросту отпустят

- А настоящий премьер-министр?

- Его и О'Мэрфи сразу же после нападения перевозят в дом "миссис Эверард", так называемой "тетушки" Дэниелса, в Хемпстеде. Но на самом деле её имя фрау Берта Эбенталь, и полиция давным-давно сбилась с ног, разыскивая её. Так что можно считать, я сделал им неожиданный подарок - не говоря уже о Дэниелсе! Да, что и говорить, это был гениальный план, но только они не учли одного - того, что им придется иметь дело с Эркюлем Пуаро!

Думаю, читатель вместе со мной охотно простит моему другу его невинное тщеславие!

- И когда же вы заподозрили, что вас дурачат?

- Когда я принялся размышлять - и действовать согласно своему методу, Гастингс! И только этот эпизод со стрельбой никак не укладывался у меня в голове - до той самой минуты, когда я вдруг вспомнил, что именно в результате покушения премьер-министр отправился во Францию с забинтованным лицом! И тогда все разом встало на свои места! А стоило мне только объехать все деревенские аптеки между Виндзором и Лондоном, как тут же выяснилось, что никто, соответствующий данному мной описанию, в тот день не заезжал ни в одну из них. И никому там не перевязывали пораненное лицо! Итак, мое предположение блестяще подтвердилось. Ну, а все остальное, друг мой, по сравнению с этим было просто детской забавой!

На следующее утро Пуаро показал мне только что полученную им телеграмму. Телеграмма была без подписи. Откуда её отправили, так же было неизвестно. Да и вообще в ней было одно лишь слово - Вовремя!

А чуть позже все утренние газеты напечатали отчет о Мирной Конференции союзнических сил, уделив особое внимание оглушительному шквалу аплодисментов, завершившему речь мистера МакАдама, премьер-министра Великобритании, которая, по словам журналистов, произвела на всех "поистине потрясающее впечатление".

Кража в отеле Гранд Метрополитен

- Пуаро, друг мой, - В голову мне пришла неожиданная идея. - Держу пари, перемена обстановки пошла бы вам на пользу.

- Вы так думаете, Гастингс?

- Совершенно уверен в этом.

- Да ну? Неужели? - ответил, улыбнувшись, Пуаро. - Стало быть, все уже решено, не так ли?

- Так, значит, вы согласны?

- И куда же вы намерены меня увезти?

- В Брайтон. Дело в том, что один мой хороший знакомый из Сити намекнул мне, что есть одно выгодное дельце - дескать, можно неплохо заработать, если рискнуть, конечно. Ну и... короче, теперь я богат просто до неприличия. Эти шальные деньги просто жгут мне руки. Вот я и решил - а не провести ли мы нам с вами пару дней в отеле Гранд Метрополитен! Как вам такая идея, Пуаро?

- Не откажусь, и с благодарностью принимаю ваше предложение. Ах, друг мой у вас всегда было доброе сердце - вот и сейчас вы не забываете старика! А доброе сердце, в конечном итоге, куда важнее всех серых клеточек на свете! Да, да, поверьте мне, Гастингс! Это говорю вам я, Пуаро! А ведь я, грешен, сам порой забываю об этом!

Как это уже бывало не раз, сравнение Пуаро заставило меня с досадой поморщиться. Я всегда считал, что Пуаро склонен недооценивать присущую мне сообразительность. Но его ликование по поводу предстоящей поездки было настолько искренним, что я решил не обижаться на его невольную бестактность.

- Итак, договорились, - поспешно сказал я.