Миллон

(подавляя волнение)

                   Парламент…Преступность ваших действий… И законы…Общественное благо…

(Овладевая собой.)

                   Я пришелНе упрекать, а дать вам оправдаться.Я не жесток.

Дженнаро

(в сторону, взволнованно)

          О страшный миг! О горе!Необходимость мне велит открыться,Невольный ужас сковывает речь.

(Миллону, с нежностью.)

Брат, вспомните, как с самых первых летНевинного младенчества любовьТак связывала нас, что ни мгновеньяОдин не мог остаться без другого.Я думаю, вам памятны согласьеИ нежность наших отроческих игр.Ни зависти ребячьей, ни размолвокМеж нами не бывало никогда.Вы помните, как все свои подаркиИ все, что было наше, мы делилиС веселой шуткой, с братским поцелуем,И друг без друга радости ни в чемНе видели? Вы не забыли, брат,Как я всегда перед учителямиИ воспитателями на себяБрал ваши детские проступки, вы жеСебя в моих винили? Всякий раз,Когда один был болен лихорадкой,Другой печалился и горько плакал;Держа в своих руках худые рукиБольного брата, он от изголовьяНа шаг не отходил, то отираяЕму вспотевший лоб, то отгоняяДокучных летних мошек, то емуС настойчивою лаской подаваяЦелебный горький сок, причем он самСперва отведывал, чтобы смелееМог выпить брат. Но что я предаюсьВоспоминаньям о любви взаимной?Брат, я прошу вас, от начала жизниДо зрелых наших лет, хотя б одинТакой мне назовите мой поступок,Который не был бы внушен любовью,Нежнейшею любовью. Наконец,Припомните, каким я с той поры,Когда пронзен был Ворон, подвергалсяОпасностям, лишеньям и трудам.Я ради вас отважился похититьАрмиллу. Роковое похищенье!Но вам оно вернуло жизнь. А выСпособны были счесть меня виновнымВ злоумышленьях против вас! МеняВы, бессердечный, присудили к смерти!

Миллон

(отирая слезы и овладевая собой)

Вас присуждают к смерти преступленья,Содеянные вами. Я пришелНе для того, чтоб слушать красноречьеИскусного витии. Я пришелНайти невинность. Или докажитеНевинность вашу, или я уйду.

Дженнаро

(в сторону, с глубоким вздохом)

Безжалостные звезды! Отойди,Жестокий страх, чтоб я вооружилсяСпокойствием пред страшным испытаньем!

(Со слезами.)

Брат, я клянусь тебе, что твой ДженнароНевинен, что ты к смерти присудилНевинного. Молю тебя, не требуй,Чтоб я доказывал мою невинность!

(Горько плачет.)

Миллон

Рыданья осужденного и вздохи –Не доказательство.

(Встает.)

                Вкушай одинРаскаянье свое и злополучье!

(Хочет идти.)

Дженнаро

(вставая, в отчаянии)

Остановись! Ты хочешь доказательств?Ты их получишь. Приготовься, брат,Оплакивать погибшего безвинноИ лить потоки запоздалых слез.

(В сторону, с безнадежностью.)

Да совершится месть твоя, Норандо!Ты победил!

Миллон

(с усмешкой)

          Послушаем невинность.Послушаем, что говорит оракул.

Дженнаро

(с большой силой)

Армиллу я похитил у отцаИз-за любви к тебе. ПриобретаяКоня и сокола, тебя хотел яПорадовать подарком. А потомУбил коня, и сокола убил,И умолял Армиллу не вступатьС тобою в брак, и вот что послужилоТому причиной. Я лежал одинИ мирно отдыхал. Вдруг две Голубки,Волшебные Голубки-говоруньи,На ветви опустились надо мной,И я услышал странные угрозыОт этих вещих птиц. Затем Норандо,Отец Армиллы, предо мной возникИ грозно подтвердил слова Голубок.

(В сторону, с тоской.)

О небо, настает жестокий мигЧудовищного превращенья!

(Миллону.)

                        ВотСлова Голубок, приговор Норандо:«Дженнаро злополучный, погибший навсегда!В тот миг, когда Миллону он сокола вручит,Миллона этот сокол мгновенно ослепит.А если не вручит он иль выдаст, в чем здесь тайна,Поступком или словом, нарочно иль случайно,На тот и этот случай неумолим закон:В холодный, мертвый мрамор он будет превращен».Я должен был вручить его тебеИ должен был убить, чтобы спастиТвои глаза, и должен был молчать,Чтобы остаться жить.

(В сторону, с криком боли.)

                  Великий боже,Я чувствую, как превращаюсь в мрамор!

Слышится гул землетрясения. Дженнаро превращается в белый мрамор от ступней до колен.

Миллон

(устрашенный землетрясением, не глядя на брата)

Какое страшное землетрясенье!

(Хочет бежать.)

Дженнаро

Стой, бессердечный! Я тебе продолжуСлова Голубок. Слушай. Вот они:«В тот миг, когда Миллону он скакуна вручит,Миллон коня коснется и будет им убит.А если не вручит он иль выдаст, в чем здесь тайна,Поступком или словом, нарочно иль случайно,На тот и этот случай неумолим закон:В холодный, мертвый мрамор он будет превращен».Я должен был вручить его тебеИ должен был убить, чтобы от смертиТебя спасти, и должен был молчать,Чтобы остаться жить, храня тебя же.

(В сторону, с воплем.)

Свершается, свершается, о боже,Ужасный приговор!

Снова гул землетрясения. Туловище и руки Дженнаро превращаются в белый мрамор. Он сохраняет благородную осанку.

Миллон

(заметив превращение, в ужасе и горестном смятении)

                 О я несчастный!Что вижу я? Брат, брат, остановись!О мой невинный брат, замкни уста,Не говори!

Дженнаро

         Нет, бессердечный, слушай!Теперь уж поздно. Сам теперь вкушайРаскаянье и ужас, ты, желавший,Чтоб я доказывал свою невинность.Так слушай же последние слова.

Миллон

Молчи, я умоляю!

Дженнаро

(гневно и решительно)

               Вот они

(продолжает упавшим голосом):

«В ту ночь, когда Миллону Армиллу он вручит,Чудовище ночное Миллона поглотит.А не вручит Армиллу иль выдаст, в чем здесь тайна,Поступком или словом, нарочно иль случайно,На тот и этот случай неумолим закон:В холодный, мертвый мрамор он будет превращен».Сегодня ночью я с Драконом билсяИ дверь рассек. Вот этот-то ударИ спас тебя. Чтоб нанести его,Оберегал я собственную жизнь,Которую теперь… на век… теряю.Страшись Норандо… Больше я не в силах…

Следует землетрясение, голова и лицо Дженнаро превращаются в мрамор.

Миллон

(в отчаянии)

Обрушь, о небо, на мою главуСвои перуны! Брат мой, кто тебяПохитил у меня? О боже! Стража,Министры, слуги, брат мой был невинен!Предатель – я, и я повинен смерти!Снесите в королевские палатыМучительное это изваянье.У ног его Миллон умрет в слезах.

Занавес

Действие пятое

Сцена представляет небольшой зал.

Явление I

Труффальдино, Бригелла.

У каждого из них под мышкой узел с пожитками. Они решили покинуть дворец, который стал очень уж несчастным. Рассуждают, соответственно характеру каждого из них, о положении дел при дворе.

Бригелла корыстолюбив. Он считает, что воцарившаяся здесь печаль пресекает пути к наживе. Следовательно, смышленый человек должен отсюда убираться.

Труффальдино тунеядец. Он находит, что кухня бездействует, пресеклись пути к чревоугодию. Следовательно, смышленый человек должен отсюда убираться. Они – такие лица, которые созданы для того, чтобы смешить. Двор стал мрачен и меланхоличен, вплоть до горничной. Здесь они больше не к месту.

Бригелла, – что они тут, как цветочки на море, рыбы на лугу и т. д.

Труффальдино – или как сыр в книжной лавке и т. д.

Бригелла – или как вода к столу у немца и т. д.

Труффальдино – или как актеры в плохо посещаемом театре и т. д.

После диалога, сатирически рисующего двух негодных слуг, которые не чувствуют благодарности за оказанные им благодеяния, но покидают своих хозяев, попавших в беду, находя, что так должен поступать всякий разумный человек и где-нибудь в другом месте искать удачи, они уходят.

Явление II

Декорация меняется и представляет большую залу, обитую траурной драпировкой. Посередине на невысоком пьедестале – Дженнаро в виде статуи и в том же положении, в каком он остался в тюрьме. С обеих сторон статуи – по сиденью. Затем Панталоне.

Панталоне

(кричит за сценой)

Где моя утробушка? Где плоть моя родная, кровь моя невинная? Стражи, пропустите меня, ради бога! (Входит.) Где же он? (Видит статую. Замирает от горя. Затем продолжает, плача все безутешнее по мере того, как он говорит.) Сын мой, образ невинности, пример всех добродетелей! Ах, как у меня до сих пор звучат в ушах последние ваши слова:

Сходите к брату. Пусть он мне позволитПоговорить с ним у порога смерти.Тогда и вы не станете меняСклонять к побегу из тюрьмы. ТогдаЯ не умру бесславно, и вам будетОтрадно увидать меня невинным.

Сокровище мое бесценное, ведь я стал орудием вашего злополучия! Но орудием неповинным, и, думая сделать хорошо, навлек на вас беду! Но кто бы мог подумать, что эти ваши слова таят в себе такое несчастье? И все-таки я прошу у вас прощения. (Становится на колени и целует у статуи ноги, продолжая плакать.) Эти слезы, которыми я орошаю ваши ноги, говорят вам о моем сердце. Я хотел бы показать вам свою душу, чтобы вы могли видеть, с какою радостью я променял бы мою жизнь на ваше положение. Ах, я этим дал бы вам слишком мало и, может быть, сделал бы вас еще несчастнее, чем сейчас, потому что нет на целом свете жизни более горестной, чем жизнь этого бедного старика. (Встает с трудом и пристально смотрит на статую.) Эти губы, которые были моим утешением, уже не говорят со мной… Я больше не достоин ни похвал, ни упреков этого голоса, который снимал у меня с сердца всякую тяжесть… У меня нет больше сил созерцать ваш измененный образ, я не в состоянии на него смотреть… У меня темнеет в глазах… Я готов упасть… Соберусь с силами и уйду в самую темную комнату этого дворца плакать в одиночестве и ждать смерти, которая, чувствую, уже близка. (Уходит, горько плача.)

Явление III

Слышатся звуки печального марша. Входит стража с траурными эмблемами, затем Миллон, одетый в траур и погруженный в глубокую скорбь.

Миллон

Друзья и стражи, здесь меня покиньте!Здесь я желаю умереть в слезах!Ни помощи, ни пищи мне не надо.

Стража удаляется.

Здесь я умру. Пусть из печальной плотиМеж скорбных вздохов и кровавых слезМой дух навеки отлетит.

(Садится возле статуи и обнимает ей колени.)

                     Брат милый,Невинный брат мой, кто тебя похитил,Кто отнял у меня? Я – тот предатель,Я – тот злодей, который жизнь твоюПресек так рано, дорогую жизнь,Жизнь сердца моего! И я бессиленТебя уверить в том, что, одержимыйЖестоким подозреньем, я скрепилТвой смертный приговор лишь для того,Чтобы из уст твоих услышать правду,Чтобы добиться от тебя разгадкиТаинственных событий, но вовекНе согласился бы тебя увидетьЛишенным жизни! Небу в том клянусь,Раз ты меня уже не можешь слышать,А если б даже ты меня и слышал,Ты мог бы все равно мне не поверить.Я небу в том клянусь, но даже небуКлянусь напрасно: мне прощенья нет.Но ты, мой брат, прости меня, прости!Иного мщенья ты желать не мог быЗа горький жребий твой, чем смерть моя,И смерть приму я. Здесь, у ног твоих,Моя наступит смерть.

(Горько плачет.)

                   Когда я наземьПаду, чтобы не встать, у ног твоихМне выроют могилу, и над нейТы вознесешься гордым изваяньем.Пусть высекут на гробовой плитеТвои заслуги и мою неправду,И все то зло, что совершил НорандоБезжалостный…

Раздвигается стена, и появляется Норандо.

Явление IV

Миллон, Норандо.