Эквей. Трилистник судьбы

Александр еще больше нахмурился, опасно сузив глаза.

— Совершенно верно. Это я, — ответила ему и неловко улыбнулась.

— Вот стерва, — буквально прорычал он, и я невольно отступила на шаг.

В первое мгновение мне даже показалось, что это он меня так назвал.

— Прошу прощения?

— Богиня, — пояснил он, продолжая изучать вязь. — Она опять играет чужими жизнями. Тебя не должно быть здесь.

— Вас тоже, — парировала в ответ и скрестила руки на груди. — И тем не менее. Мы оба на этом корабле, плывём в Пещеры.

Но успокаиваться мужчина не желал.

— Как Князь вообще допустил это?

Терпеть не могла оправдываться и оправдывать других. А этот допрос уже начал раздражать.

— Это было моё решение.

Не поверил, еще больше нахмурился и тихо спросил:

— Она что, решила сделать тебя второй женой Князя? Поэтому тебя отправили сюда?

«И этот туда же. Неужели других вариантов нет?»

— Нет, — процедила сквозь зубы. — Лазоревая вязь в моём случае означает принадлежность Богине. А не княжескому роду Эквей.

— Решила завести себе новую игрушку.

— Можно и так сказать.

Еще раз скользнул взглядом по фигуре.

— Ты выросла.

С таким же успехом он мог выбирать продукты в интернет-магазине. Его голос был равнодушным, а взгляд пустым. Мне даже на мгновение стало обидно. Я, может, и не красавица, но такое пренебрежительное отношение слегка расстроило.

— Спасибо. Вы тоже… изменились.

И темы для разговора у нас кончились.

Новый господин Переславцев меня нервировал. Было в нём что-то жуткое и непонятное. И еще я совершенно не понимала, как он мог тут оказаться. Может, пришиб Жреца, а сам встал на его место? Но зачем? Александр же не знал, что именно меня будет сопровождать. Значит, дело не во мне.

Захотел увидеть Богиню? Точнее, место, где она скрывается от мирских забот столько столетий? Это только кажется, что Богиню найти легко. На самом деле, никто до сих пор не знал, где именно находятся Пещеры. Жрецы тщательно оберегали эти сведения от посторонних. Альянс неоднократно делал тайные вылазки с целью обнаружения этого священного места, но у них так ничего и не получилось.

Казалось бы, подобное в наши времена просто невозможно. Привлечь дорогостоящую технику, задействовать огромное количество народу, перешерстить километры морского дна, обследовать уйму пещер и подводных скал и ничего не найти. Но именно так всё и было. У них ничего не получилось. А самое интересное, что Князь совершенно не возражал против таких «тайных» операций, словно знал, что они ничего там не найдут.

Поэтому мне было еще интереснее узнать, где же именно находятся эти Пещеры.

Мы как-то разговаривали с мамой по этому поводу. Уже не помню, каким образом у нас зашёл разговор на эту тему.

— Знаешь, Богиня не так глупа. Она отлично понимает, что её будут искать. Всегда найдутся фанатики, что наплюют на приказы и попытаются проникнуть на запретную территорию. И дело не только в людях, ты же знаешь, насколько мы любопытны. Думаю, и среди эквейтов встречались смельчаки, что пробовали встретиться с ней.

— И что?

— А то, что не всё так просто, милая. Уверена, Пещеры лишь прикрытие.

— Для чего?

— Кто его знает, — мама пожала плечами. — Но я на её месте поступила бы так же. Свой покой надо охранять от всякого рода фанатиков.

— А ив Дерион? Он что-нибудь рассказывал?

— Нет. Дерион вообще не любит об этом вспоминать. Понимаешь, Кэтти, ему заново отрастили душу, а это… — она слегка запнулась. — Болезненная процедура. Очень болезненная.

А мне еще казалось, что Дерион молчал и по другой причине — охранял покой этой интриганки. Ведь как бы сильно она его ни ломала, что бы ни делала, он всё равно остался верен ей до конца. Как и Князь.

Слегка тряхнула головой, прогоняя непрошенные мысли и воспоминания.

— Автопилот? — спросила у Александра, кивнув в сторону штурвала.

— Да. В данный момент скорость минимальная, участок ровный, поэтому автопилот включить можно. Но ненадолго. Это современное оборудование. В Альянсе оно называется искусственный разум.

— А как же ночью?

— Ночью мы будем останавливаться в определённых местах. Они отмечены на карте. То же самое касается перерывов на еду.

— Но разве у вас не должно быть сменного пилота? — слегка нахмурилась. Меня такая ситуация немного нервировала. А что, если он заснёт за штурвалом? — Плыть столько дней без подмены трудно и небезопасно.

— На ровных участках будет включен автопилот, — ответил Александр равнодушно. — Не переживай, мне не привыкать к подобного рода нагрузкам.

Я смерила его подозрительным взглядом.

— А не вы ли совсем недавно вышли из больницы?

— Я здоров, — спокойно парировал он.

Моё замешательство не вызвало у него ровно никаких эмоций. С таким же успехом я могла разговаривать со статуей.

— Если вам понадобится помощь…

— Ты умеешь управлять кораблями подобного вида? — надо сказать, что моё заявление его удивило. Мужчина приподнял бровь и слегка склонил голову, а в глазах промелькнули эмоции.

— Не совсем такого, — я смущенно улыбнулась. — Год назад мне удалось уговорить Князя разрешить пройти ускоренный курс пилотирования. Так что определённого рода знания у меня есть. Мне все равно непонятно. Почему именно вы ведете этот корабль, да еще в одиночестве. Как же техника безопасности?

— Понимаешь, в чём дело, Кэтти, сопровождать избранных в Пещеры имеют право лишь два Жреца. В данный момент они еще не вернулись из… командировки. Поэтому я здесь.

Надо же, сколько сознательности и самопожертвования. Но я сердцем чувствовала, что что-то тут не так. Переславцев явно скрывал от меня правду.

— Вы всего несколько дней назад вернулись на Эквей. Где не были более трёх лет… И снова в бой, — красноречиво произнесла я, вновь пытаясь подловить его.

— Не люблю сидеть на одном месте.

Мне только и оставалось, как глубокомысленно кивнуть. Что ж, если Переславцев не говорит мне правду, то на это есть определённые причины. И лучше мне их не знать. И так своих проблем хватает.

— Отлично. Когда у нас обед?

— Через час, — взглянув на часы, ответил он. — Но ты можешь пообедать раньше. В морозильной камере много продуктов. Надо лишь разогреть.

— Вы что-то желаете?

— Нет, благодарю, — и вернулся на своё место.

Я некоторое время еще рассматривала его стриженый затылок, после чего кивнула и спустилась на нижний уровень. Удивительно, но присутствие здесь на корабле Александра вселяло определённого рода уверенность и спокойствие.

Глава 6. Хищник

Несмотря на все старания Александра попробовать запереть меня в комнате на всё время нашего пути с редкими визитами на кухню, дабы не умереть с голоду, я категорически отказывалась подчиняться. Не знаю, о чём он думал в тот момент. Наверное, считал, что я, как верная послушница, должна была проводить дни и ночи, стоя на коленях в молитвах и песнопениях, готовя себя к столь важной миссии.

Может, и надо было. Не знаю. При отправлении никто никаких указаний не давал, томиков со священными текстами не вручал и наказы не делал. А сидеть в своей каюте, смотря на потолок или в иллюминатор, я не могла. От безделья готова была просто на стену лезть. Мне нужно было отвлечься от горестных мыслей. И только одно могло помочь мне это сделать — человеческое общение. А единственным спутником здесь был лишь Переславцев. Вот ему-то и придётся терпеть меня.

Конечно, Александру это не понравилось.

Вопреки его распоряжению, я не стала есть одна и не пошла в свою каюту. А решила подождать его, прибегнув к женской хитрости и вековой мудрости. Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. На сердце Переславцева я не претендовала (больно надо), но вот на дружественные отношения — очень даже.

Поэтому к его приходу подготовилась.

Морозильная камера была до отказа наполнена множеством самых разных продуктов. Тут были как готовые блюда, так и замороженные полуфабрикаты. А большой холодильник набит свежими фруктами, овощами и многим другим. Здесь даже были яйца. Не куриные, а одной пернатой птички, что выводили на Эквей. Они называли её хохи. Птица была размером с земную индюшку, с красивыми и длинными перьями серо-голубого цвета и желтым клювом. Глаза у неё были круглые и красные. Яйца, которые хохи приносила, были в два раза больше куриных и имели ярко-красный желток. Но по вкусу практически не отличались от привычных.

Готовить я умела. Конечно, до профессионального повара мне было далеко. Но у нас были уроки кулинарии в школе, и по ним я была стабильным середнячком. То есть, отравить никого не отравлю, но и особого шедевра от меня ждать не стоило. Но для того, чтобы накормить здорового мужчину, сил и знаний, а также продуктов мне должно было хватить.

Мама всегда говорила, что настоящий мужчина всегда ест много и желательно мясо. Остальное всё мелочи жизни. С мясом на Эквей, в отличие от колоссального разнообразия рыбы, была напряжёнка. Но в холодильнике нашлось место и для парочки пластиковых контейнеров с огромными кусками вырезки. Чьё именно мясо, я не знала, но, самое главное, оно было съедобно.

Достав из контейнера, я поставила вырезку размораживаться, а сама принялась готовить гарнир.

Когда через час Александр спустился с рубки, его ждал богато накрытый стол и немного взмыленная землянка. Устала я, конечно, жутко, чуть не спалила рагу и едва не опрокинула на себя кипяток. Но все мои страдания увенчались успехом.

— Кэтти? — Александр замер в дверях столовой. — А что здесь происходит?

Взгляд карих глаз быстро скользнул по накрытому столу (я даже нашла свечку и зажгла её, сама не знаю для чего), а потом вернулся ко мне.

— Обед, — улыбнулась я, сдувая черный локон, который выбился из хвоста и всё норовил упасть на глаза.

— Я же сказал, что мне ничего не нужно.

Довольным мужчина не выглядел.

«Может, он вегетарианец? А я тут с мясом ему на нервы капаю?»

— Мне не сложно, — улыбнулась я, сцепив руки перед собой. — Не выкидывать же всё это… за борт. Рыбки, конечно, обрадуются. Но… Хотя, если вам не нравится, то заставлять не буду.

И сделала несчастные глаза. Обычно мой глубоко тоскливый взгляд срабатывал, и сердца жертв таяли. С Переславцевым было сложнее. Мужчина нахмурился, покачал головой и вздохнул, сдаваясь.

— Выкидывать ничего не надо. Но в дальнейшем попрошу больше самодеятельностью не заниматься.

— Конечно, конечно, — засуетилась я, а мысленно добавила:

«Это мы еще посмотрим на ваше поведение».

Я дала ему десять минут на утоление первого голода. Ел Александр медленно, тщательно пережёвывая каждый кусочек.

— Скажите, а сколько будет длиться наше путешествие? — размазывая овощи по тарелке, спросила у него.

Аппетит у меня был неважный. Да и наелась я, пока готовила. Там кусочек, тут кусочек — и уже сыта.

— А ты разве не знаешь?

«Вот интересно, если бы я знала, я бы стала спрашивать?»

Но в ответ я лишь улыбнулась и покачала головой.

— Нет. Всё случилось так быстро. Я даже не успела толком понять, как всё произошло.

— Почему ты не отказалась?

— От этого? — я коснулась пальцем щеки, где была вязь.

Кивнул, продолжив внимательно меня осматривать:

— Да. Ты же землянка. На тебя сумасбродные пожелания Богини не распространяются.

— На меня нет, — пожав плечами, ответила ему и подняла взгляд от тарелки. — А на Индин — да.

Александр задумался, после чего произнёс:

— Индин — это твоя сестра? Дочь Князя и Элизы?

Я и забыла, что его не было на Эквей более трёх лет, и многого он просто не знает.

— Да. Индин — это моя младшая сестра. Вы, наверное, не знаете всей истории. Мама с Князем очень долго ждали её. И беременность была сложная. Мама чуть не умерла, пришлось делать экстренное кесарево, — вздрогнула, вспоминая те страшные часы ожидания, что провела за дверью операционной, и долгие дни реабилитации, когда врачи не могли сказать, выживет она или нет. Самое страшное время в моей жизни.

— Богиня угрожала ребёнку? — процедил сквозь зубы Александр и сильно сжал вилку, так, что она заскрипела и слегка погнулась.

Вот это сила.

— Нет. Она угрожала лишь мне.