Выбор наследницы

— Всегда, — отрезала Рили, не понимая, к чему ведёт Ринал.

— У тебя необычная внешность, Альмарис, — он отбросил церемонии, что неп-риятно кольнуло принцессу, и она еле удержалась, чтобы не одёрнуть его. "Я дочь торговца, а не знатная дама". — Тёмные волосы, смуглая кожа… Ты не похожа на жительницу Келарии, — Ринал внимательно наблюдал за её реакцией.

Рили недоумённо посмотрела на него, изогнув бровь.

— Не знаю, милорд, вполне может быть, что кто-то из моих предков и жил на юге, в Нимелии, от него я и унаследовала такую внешность. Ничего не могу сказать. Но мои бабушка и дедушка тоже родились в Келарии.

— Ты не похожа на простушку-провинциалку, Альмарис, — неожиданно сказал её собеседник.

И это была правда. Тонкие черты лица Рили никак не сочетались с рассказом о том, что она родилась где-то в глубинке, в семье простого купца. Ринал достаточно повидал подобных людей, когда ездил по стране, и знал, о чём говорит. Сердце девушки пропустило удар, душа сжалась в комочек, но на лице Рили ничего не отразилось.

— Почему это, милостивые боги? — очень натурально разыграла она удивле-ние.

— Потому что у тебя слишком правильные черты лица, твои манеры и пове-дение очень близки к тем, что свойственны благородным барышням столицы, и руки у тебя совершенно не подходят для дочери торговца. Длинные, тон-кие, изящные пальцы, в них хорошо веер держать, — Ринал не сводил с неё глаз.

— Что за бред вы несёте, милорд, я простая девушка!

— Что-то мне подсказывает, что нет, Рили, — она вздрогнула, когда он назвал её уменьшительно.

— Милорд, надеюсь, когда мы приедем в Уркан, мне возместят моральный ущерб, — Тайрен'эни поднялась.

Ринал с удивлением посмотрел на неё.

— Вы же отпустите меня в столице? — всё больше нервничая, спросила она, надеясь на положительный ответ.

Повисло молчание. Первый министр, улыбаясь, смотрел на принцессу, так, что ей стало не по себе. "А она ведь красивая. Не такая, как раскрашен-ные столичные куклы, они даже рядом с ней не стоят. Только что же она от меня скрывает, а?"

— Нет, Альмарис, — спокойно ответил он.

— Почему? — нахмурилась Рили, в висках молоточками застучал страх.

— Ты красивая, ты знаешь? — девушка не ответила, и он продолжил. — У тебя кто-нибудь есть в Сарее? — первый министр решил пока принять ту правду, что она ему говорила.

— Н-нет, — поколебавшись, ответила Альмарис, и тут самообладание оставило её — она поняла цель расспросов Ринала. — Я не поеду с вами в Монтар! — выкрикнула она в панике, девушке вовсе не улыбалось продолжить близкое знаком-ство с Риналом, потому что… потому что странным образом ей одновремен-но и хотелось этого. "Что за бред!" — Если вы думаете, я стану вашей очередной любов-ницей, вы очень ошибаетесь, милорд!

Ринал негромко рассмеялся, кивнув на вторую дверь.

— Там вторая каюта, можешь располагаться.

Когда же она взялась за ручку, то услышала:

— Кстати, почему ты думаешь, что я сделаю тебя своей любовницей? — по пра-вде говоря, первый министр ещё толком не определился, что будет делать с Альмарис. Но то, что так просто не отпустит эту странную девушку, знал то-чно. Как и то, что ни при каких обстоятельствах не обидит её и не сделает плохо.

Альмарис рванула дверь и, переступив порог, хлопнула ею. Девушку душили бешенство и одновременно ужас.

— Мразь, — процедила принцесса сквозь зубы, окинув каюту взглядом, и замер-ла.

На кровати сидела её ровесница, девушка лет двадцати, большие фио-летовые глаза, окружённые пушистыми ресницами, словно излучали сияние, а длинные шелковистые волосы были цвета созревшей пшеницы. Простое светло-голубое платье очень шло ей, шею украшала нитка жемчуга того же цвета. Незнакомка молча смотрела на неожиданную гостью, и им однов-ременно в голову пришла одна и та же мысль: "Какая милая!" Они хором спросили:

— Как тебя зовут?

Блондинка смутилась, покраснев и опустив глаза, Рили неуверенно улыбнулась.

— Альмарис Альварио. Можно просто Рили.

— Ралина, — тихо ответила девушка, снова посмотрев на принцессу.

"Ралина, сестра Роана", — вспомнила Тайрен'эни.

— У тебя есть брат? — спросила она на всякий случай.

— Есть, — кивнула Ралина.

— Его зовут Роан, да? — девушка снова кивнула, и принцесса продолжила. — Он вместе с моим братом и сестрой поехали в Монтар, за тобой. Сэнди и Джарт решили помочь ему, пока я разбираюсь с делами отца.

Ралина выглядела слегка ошарашенной такой добротой. Встав, она по-дошла к открытому окну.

— Но я же сейчас не в Монтаре.

— Мы плывём туда, разве нет?

— Но Ринал может задержаться в столице…

— Рано или поздно мы всё-таки доберёмся до Монтара, Ралина, и встретимся с твоим братом.

— Я так хочу вернуться домой, — прошептала она. — Я устала быть вещью для удовлетворения желаний!

По щеке Ралины скатилась одинокая слезинка. Альмарис стало жалко девушку, принцесса приблизилась к ней и обняла за плечи.

— Ты вернёшься домой, Ралина, я уверена, — попыталась успокоить её Рили. — Сэнди и Джарт помогут нам.

Пока они беседовали, принцесса ловила себя на том, что рассматривает Ралину, невольно восхищаясь нежной красотой собеседницы, каким-то детс-ким очарованием. Хотя девушка родилась в семье простого торговца, черты её лица были правильные, кожа гладкая, бархатистая, ровного светлого цве-та. Правда, фигурка Ралины ещё была по-девичьи худенькой, но в будущем всё обещало встать на свои места.

Тайрен'эни удивилась бы, наверное, узнав, что Ралина думала пример-но то же самое о самой Альмарис, немало смущаясь своих мыслей. "О, боги, перестань глазеть на неё, что ты, красивых девушек не видела, что ли!" — та-кие мысли мелькали в голове Ралины.

— Ралина, от Ринала возможно сбежать в Монтаре? — спросила вдруг Альмарис.

— Не знаю. Там есть тюрьма, где содержатся арестованные, и я ни разу не слышала о побегах оттуда. Если ты говоришь о женщинах, которых привозил с собой Ринал… — девушка горько усмехнулась. — Кроме меня таких было всего две, и они не задержались долго в Монтаре. Ринал сам отправил их туда, откуда забрал. Пока что я живу у него дольше всех, — тихо за-ко-нчила Ралина.

— И тебе нравится такое положение вещей? — негромко спросила принцесса, прис-та-льно глянув на неё.

Девушка опустила глаза.

— Я хочу вернуться домой, Рили.

— Значит, тебе не всё равно, где быть и с кем, так? — улыбну-лась Альмарис. — Мне надо как-то остаться в Уркане, — она резко сменила тему, улыбка увяла на лице принцессы. — Я не могу ехать в Монтар, мне надо совершенно в другую сто-ро-ну!

— Ринал так просто не отпустит тебя, Альмарис.

— Почему ты так думаешь? — нахмурилась принцесса. Ей не понравилась убе-ждённость в голосе новой знакомой.

— Потому что просто так он в Монтар девушек не возит.

— О, боги, он что, такой страстный любитель женщин? — Альмарис раздра-жённо фыркнула.

— У меня сложилось впечатление, что он кого-то ищет, — почти шёпотом отве-тила Ралина, опустив глаза. — Женщины из урканской знати его интересуют мало, за последние несколько недель… — она запнулась на мгновение, — я его единственная любовница. Особо Ринала интересуют приезжие. Две предыдущие девушки тоже откуда-то приехали, я слышала, их забрали прямо из порта.

Принцесса знала про приезжих, более того, она знала, кого же ищет Ринал. Но последние слова первого министра, которые он сказал ей вслед, вдруг предстали в новом свете. "И почему ты думаешь, что я сделаю тебя своей любовницей?". Принцесса бессильно упала в кресло, страшась даже думать о возможном объяснении слов Ринала. "Он не знает, кто я такая! Не знает!" — Ралина, исподтишка наб-людавшая за Альмарис, позвала её:

— Рили? Всё нормально?

Тайрен'эни с трудом взяла себя в руки и выдавила улыбку.

— Да, Ралина. Не знаю, что Риналу от меня понадобилось, я ведь из Келарии, не из Нимелии. Я из Сареи, и в Шулис приехала по делу.

— А я не говорила, что первый министр интересуется исключительно приез-жими из другой страны, — Ралина покачала головой, не сводя с Альмарис вни-мательного взгляда.

— Давай больше не будем гадать, — Рили нервно прошлась по каюте. — В любом случае я не горю желанием узнать, что Риналу от меня понадобилось, и воспользуюсь первой же возможностью, чтобы сбежать.

Опустился вечер — дни в Келарии были короче, чем в Нимелии, — и де-вушки легли спать. Утром они позавтракали в соседней каюте, с Риналом. Завтрак проходил в молчании.

— Рили, останься, — сказал вдруг первый министр, когда девушки поднялись из-за стола.

"Начинается", — мрачно подумала Альмарис. Ралина молча вышла.

— Я слушаю, милорд, — принцесса поджала губы.

— Альмарис, — он успокаивающе улыбнулся. — Не надо злиться, я уверен, твои… дела в Ганоре могут подождать. Так откуда же ты всё-таки?

— Я вам уже сказала.

— Я ответил, что не верю.

— Почему? — Рили в упор посмотрела на него, подавив невольную дрожь. — Милорд, если вы в чём-то меня обвиняете, так и скажите… — она осеклась, наткнувшись на пристальный взгляд серых глаз.

Ринал молчал. "И почему же, интересно, я не верю ей, кто бы мне са-мому объяснил?" — несколько раздражённо подумал первый министр. Аль-ма-рис вдруг ощутила осторожное прикосновение к мыслям — и тут же лё-гкая тошнота подтвердила её опасения. "Он пытается прочитать, что я ду-маю. Очень осторожно пытается, — принцесса сглотнула. — Чёрта с два у него получится", — вспомнилось выражение матери. Она твердила себе, что бо-ится ехать в Город, волнуется за родителей, и за дела отца в Ганоре — по лёг-кому вздоху первого министра она поняла, что выиграла — Альмарис по-пре-жнему остаётся дочерью торговца жемчугом.

— Ты крепкий орешек, Рили, — пробормотал Ринал. — Но в Монтаре я всё узнаю.

— Вы не узнаете ничего нового и интересного, — обронила Рили.

— Посмотрим. Ты знаешь Дориана Кендалла? — неожиданно спросил он, без всякого перехода.

— Слышала о нём, — осторожно ответила девушка. — Кто же в Келарии его не знает?

Помолчав, Ринал выглянул из каюты и отдал какие-то распоряжения. Альмарис в напряжении ждала, что будет дальше. Отойдя к открытому окну, она прислушалась. Дверь открылась, кто-то вошёл. Зазвенели цепи — прин-цесса нахмурилась.

— Добрый день, милорд, — услышала она голос Ринала. — Чудесная погода, не правда ли?

— Ринал, я знаю, что ты не о погоде собираешься беседовать со мной, — резко ответил вошедший — принцесса вздрогнула, голос пробудил смутные воспоминания.

— Вы правы, милорд. Вы по-прежнему упорно не желаете подписать отказ от наследования?

— Да, я отказываюсь делать это.

— Зря. Ох, зря, милорд…

— Послушай, Ринал, чего тебе надо? Вся Келария, считай, принадлежит тебе, король марионетка в твоих руках, чего ты добиваешься? Трона?

— Чего я добиваюсь, Кендалл, не твоё дело, — оборвал его Ринал. — Да, Келария моя, да, я практически управляю ей единолично, но пока есть король, и пока есть ты, страна никогда не будет моей полностью.

— И чем же я тебе так мешаю, а?

Альмарис рискнула оглянуться — разговор принимал интересный поворот. Ринал и Кендалл стояли у стола, напротив друг друга, упираясь рука-ми в гладкую поверхность, и обменивались яростными взглядами — они сло-вно забыли о присутствии девушки в каюте. У Рили появилась возможность получше рассмотреть пленника, и она вдруг совершенно чётко осоз-нала: Кендалл ей знаком. Альмарис встречалась с ним раньше, до приезда в Келарию.

Принцесса медленно скользила взглядом по прищуренным глазам Дориана, плотно сжатым губам, по всей его напряжённой фигуре, не-вольно отмечая крепкие мускулы рук и спины — лохмотья рубашки едва при-крывали тело Кендалла. "Он похож на изготовившегося к нападению зверя", — неожиданно подумалось Рили. Но Ринал выглядел не менее опасным, практически не уступая по силе пленнику — под простой рубашкой из шёлка угадывались крепкие мышцы. Принцесса даже не удивилась, уловив некоторое сходство этих двух людей.

Первый министр заговорил:

— Мне нужна твоя страна, Кендалл, очень нужна, а для чего, я тебе не скажу. А пока есть ты, народ не примет меня в качестве следующего короля, что меня абсолютно не устраивает. Если ты перестанешь сопротивляться и откажешься от престола в мою пользу, народ успокоится и перестанет мутить воду, держа страну на грани мятежа! Ясно тебе, Кендалл?

— Очень даже ясно, — процедил пленник сквозь зубы. — А теперь слушай, что я скажу. Я не позволю отнять у народа надежду, так же, как не позволю тебе дальше выжимать из Келарии все соки. Ты не добьёшься от меня согласия, равно как и клятвы верности, хоть живьём кожу с меня сдирай. Я не знаю, на кой тебе сдалась моя страна, почему ты положил на неё глаз, но я не отдам Келарию. У этой страны будет только один король, и это не ты, запомни, династия на мне не закончится, как бы тебе ни хотелось обратного. У тебя на пути я буду стоять всегда и везде.

— Значит, война, да, Кендалл? — жёстко усмехнулся первый министр.

— Да, Ринал.

— Моё терпение не бесконечно, и твоё упрямство мне уже надоело. В Уркане ты не останешься, а поедешь в Монтар. Со мной. И там я душу из тебя выну, но добьюсь своего, уберу с моего пути.

— Отлично. Я давно мечтал побывать в Монтаре, — издевательски ухмыльнулся Кендалл.

Ринал скрипнул зубами и, распахнув дверь, приказал:

— Стража! Увести его!

— И что вы хотели мне показать данным разговором, милорд? — холодно осведомилась Рили, мельком глянув на уходящего Кендалла.

И неожиданно обнаружила, что он тоже смотрит на неё. "А глаза у него карие", — некстати подумала принцесса. Улыбнувшись уголком губ, будто старой знакомой, Кендалл подмигнул и вышел вслед за стражей. Аль-ма-рис была немало озадачена поведением пленника.

— Я? Ничего, Рили, — ответил Ринал. — Просто хотел посмотреть, знает Кендалл тебя или нет, как он отреагирует на твоё присутствие, — "Она вполне мо-жет быть одной из его друзей, очень уж нервно Альмарис ведёт себя…" — по-сетила неожиданная мысль.

— Он даже не заметил меня, — пожала плечами Рили. — И потом, с какой стати ему интересоваться провинциалкой, да ещё и незнакомой?

— Ошибаешься, Кендалл очень даже заинтересовался твоей персоной. Ему было любопытно, кто ты такая и что здесь делаешь, — небрежно обронил Ринал, наблюдая за реакцией девушки на свои слова.

— Чтение мыслей, — Альмарис презрительно хмыкнула.

— Да, — первый министр не видел резона скрывать очевидного.