Помоги проекту - поделись книгой:
♦ утверждение монархической власти Римского епископа над всей Церковью как преемника св. Петра;
♦ догмат о папской безошибочности;
♦ нерасторжимость таинства брака;
♦ многочисленные монашеские ордена;
♦ добавление «и от сына» (филиокве) в символ веры;
♦ обязательный целибат священства;
♦ крещение, в большинстве случаев, через окропление головы водой, а не через погружение;
♦ совершение миропомазания только епископом;
♦ употребление при евхаристии пресного хлеба, а не квасного;
♦ крестное знамение слева направо, а не справа налево, как в православии.
Несмотря на перечисленные особенности, этот христианский проект, зародившийся в середине I века нашей эры на основе еврейской веры и римской имперской идеи, с момента своего возникновения был направлен вовне и нацелен на достижение глобального господства, а потому смог предложить миру надгосударственную, наднациональную и даже надрасовую идею — христианство в ее католическом варианте.
Слово
В отличие от православия и других ветвей христианства, католицизм всегда действовал вне государственных рамок, пытаясь всячески избежать контроля со стороны светских правителей, которые не оставляли попыток подчинить церковь своей власти. Длительное противостояние пап и императоров Священной Римской империи, сопровождавшееся отлучениями от церкви императоров и римских епископов, «Авиньонским пленением», реформацией и гугенотскими войнами, не смогло уничтожить папство как активного игрока за карточным столом истории. Во многом это определялось целенаправленной политикой Рима, которая, несмотря на все успехи и неудачи, шаг за шагом отстаивала независимость престола св. Петра от любых посягательств извне.
В настоящее время под властью понтифика находятся более миллиарда верующих на всех континентах, что делает католицизм крупнейшей мировой религией. Имея мощную идеологическую основу — католичество, прочно укрепившееся в устоях сознания исповедующих эту веру жителей планеты Земля, — Ватикан переживает период явного расцвета. Особых успехов проект достиг в период деятельности папы Иоанна—Павла II, который добился признания лидирующего положения Рима в мировой иерархии церквей практически всеми конфессиями. И все благодаря смелым и решительным шагам понтифика, впервые предпринятым в религиозной практике:
♦ в 1962 году польские епископы во главе с Каролем Войтылой, будущим папой Иоанном—Павлом II, направили немецким епископам послание со словами: «Мы прощаем и просим прощения»;
♦ в 80–е годы Иоанн—Павел II принес покаяние от лица западно–христианской церкви за преступления времен крестовых походов и инквизиции;
♦ в 1992 году Ватикан реабилитировал Галилео Галилея, а в 1993–м — Николая Коперника;
♦ в 1997–м Ватикан признал вину за гугенотскую резню, произошедшую во время Варфоломеевской ночи 24 августа 1573 года;
♦ в 1998–м было принято решение об открытии архивов Инквизиции;
♦ в 2000–м Иоанн—Павел II покаялся в грехах католической церкви за преследование евреев, раскол церкви и религиозные войны, крестовые походы и оправдывающие войну теологические догматы, презрение к меньшинствам и бедным, оправдание рабства, пассивность во время событий Второй мировой войны и Холокоста, когда католические священники и епископы ограничились спасением евреев и других преследуемых нацистами людей. «Никогда в истории человечества ни одна религия или конфессия не приносила подобного покаяния»;
♦ Святой престол осудил в 1982 году Фолклендскую войну между Англией и Аргентиной, в 1991–м — вооруженный конфликт в Персидском заливе, в 2003–м — американо–английское вторжение в Ирак;
♦ в целях достижения межконфессионального мира в 1982 году папа совершил совместное богослужение с главой англиканской церкви архиепископом Кентерберийским, в 1986–м посетил синагогу;
♦ в 2000 году Иоанн—Павел II побывал у Стены плача в Иерусалиме;
♦ в 2001–м совершил первый со времен Великой схизмы 1054 года визит католического иерарха в центр православия и в том же году посетил мечеть Омейядов в Дамаске.
Чего Рим не сделал — так это не реабилитировал Джордано Бруно, тем самым подтвердив версию о том, что казнен тот был не за свои научные изыскания, а за крайне негативное отношение к самой церкви и принадлежность к масонскому подполью. Видимо, католическая церковь так и не может этого простить строптивцу, который был прилюдно сожжен на Площади цветов (Campo dei Fiori) в Риме 26 февраля 1600 года.
За последние годы Ватикан, вступивший после Второй мировой войны в период «великого единения», сумел наладить отношения фактически со всеми глобальными проектами. Единственным экзистенциальным противником Рима сегодня является, пожалуй, лишь глобальный проект WASP, у которого политика пап вызывает явную изжогу.
Противостояние этих двух проектов началось в 1534 году, после того как английский король Генрих VIII провозгласил «Акт о Верховенстве», лишив Рим его власти на подчиненных королю территориях и сделав себя, любимого, единственным главой собственной англиканской церкви. В последующем неприязнь этих двух мировых игроков друг к другу только усугублялась, несмотря на попытки католических монархов из династии Стюартов восстановить господство Святого престола на британских островах. В 1701 году английский парламент провел окончательную черту размежевания между Лондоном и Римом, на веки вечные запретив католикам занимать английский трон.
Чрезмерная активность Ватикана в последние годы насторожила верхушку «васповского» проекта, принявшего жесткие и эффективные ответные меры. В ходе так называемого «католического сексуального скандала» в сексуальных домогательствах к прихожанам было обвинено почти 4500 американских священников, в том числе и высших иерархов. Для инициации этого скандала не случайно были выбраны именно Соединенные Штаты — страна, знаменитая не только своей отлаженной правовой системой, но и баснословными исками. По оценке некоторых специалистов, выплата многомиллиардных штрафов за нанесение морального ущерба гражданам США в конечном счете привела бы не только к финансовому, но и к политическому краху Ватикана. Однако неожиданно начавшаяся кампания столь же внезапно закончилась, что свидетельствует о достижении консенсуса между двумя крупнейшими мировыми проектами и о начале их сотрудничества ради достижения общих целей.
Что же касается взаимоотношений папской империи с Объединенной Европой, то они опираются на поддержку «извечных друзей и союзников Рима», аристократии и монархов католических стран Европы, главным из которых является испанский король Хуан—Карлос II. Тайное влияние этого проекта на мировом пространстве осуществляют многие католические ордена и организации, в частности «Опус Деи» (Дело Господне).
Глобальный проект «Папская империя Рима» — активный игрок и на русском поле, где его позиции весьма прочны. Рост его влияния в последнее время также связан с тем, что в России образ проектной победы для него — это единая и могучая страна, управляемая сильным лидером. Это полностью соответствует задачам нынешней российской власти в лице В. В. Путина. Папы прекрасно понимают, что ключ к ратификации «Флорентийской унии» и признанию их главенства в христианском мире на русском православном пространстве находится в руках вождя единого государства. А раздробленная Русь, скорее, станет объектом мировоззренческого торжества ислама, буддизма и конфуцианства, лишив Ватикан каких–либо перспектив на одной седьмой части суши.
Глава IV «ИМАМАТ» — ШИИТСКИЙ ПРОЕКТ (670 год до н. э. — настоящее время)
История этого проекта, появившегося на свет в результате раскола в раннемусульманском государстве (вторая половина VII века), неразрывно связана с судьбой персидско–иранской цивилизации, основы который были заложены в глубокой древности. Именно эта генетическая связь с глубоким историческим прошлым и бурлящая в жилах персов неистовая и благородная кровь ариев изначально создавали предпосылки для появления внутри ислама направления, по которому готовы были идти люди с иными, отличными от арабской составляющей первой уммы, чертами и пассионарностью.
Значимость персов в битве глобальных проектов объясняется весьма простым, казалось бы, географическим и геополитическим фактором: занимаемая ими территория, независимо от того, какая мировоззренческая идея сидела в головах местного населения, находилась, находится и будет находиться на главных евразийских сухопутных путях. Великий шелковый путь — единственная ниточка, связывающая дальневосточные цивилизации с европейскими, проходил и проходит именно по дорогам Центральной, Средней и Передней Азии. То есть по исконным землям индоиранских, а впоследствии и тюркских племен. Именно по этим караванным путям испокон веков перевозили то, что Запад не производил, но активно потреблял, а значит, и щедро оплачивал: шелк, пряности, чай, лекарственные растения и конечно же наркотики! Персы постоянно присутствовали на этих путях транзита. И независимо от принимаемой формы государственности (древнеперсидское или Парфянское царство, держава иранских Сасанидов или тюркоязычных Сельджукидов, монголы-Хулагуиды или талыши-Сефевиды), обитающие здесь народы всегда до последней капли крови боролись за свой суверенитет и свою идентичность, и даже после жестоких поражений (например, после арабского завоевания VII века) не теряли самообладания и умело использовали ситуацию в своих интересах.
«Имамат» — один из самых небольших (контролируемая территория — 1,8 млн кв. км, число адептов — 110 млн чел.), но обладающих огромной пассионарной силой глобальных проектов. С 1979 года он пребывает в состоянии хаоса «воюющих царств» десятого цикла своего цивилизационного развития, входит в состав «Большой пятерки» и обладает всеми проектообразующими признаками:
1. Проектообразующий народ. Им были и остаются персы (фарсы), которые называют себя «ирани». Это потомки западно–иранских племен, пришедших на Иранское и Афганское плато в начале II тысячелетия до нашей эры из районов, расположенных севернее Каспия и Черного моря. Многие исследователи старины не без оснований полагают, что персы — потомки древних ариев. Тонкие черты лица, внутренняя собранность, безумная гордость, умение стойко переносить тяготы и лишения, высочайший уровень культуры и пассионарности — все это говорит в пользу данной версии.
«Различные западно–иранские племена (наиболее известные: персы и мидяне, а также кармании, парфяне, кадусии, телами), обитавшие до того севернее Каспийского и Черного морей, в конце II тысячелетия до н. э. стали продвигаться в южном и юго–западном направлении на территорию современного Ирана и Средней Азии. Процесс подчинения и ассимиляции ими местного населения растянулся на несколько столетий» (Николай Сычев. Книга династий).
2. Проектообразующая территория. Ею стала территория Иранского и Афганского плато и земли, примыкающие к Персидскому заливу и Каспийскому морю. Этот суровый край сформировал характер здешних жителей. Название же «Персия» произошло от географического названия одной из областей страны, которая и сегодня называется Фарс (на фарси «пар–суаш», древнегреческий вариант «персида»),
3. Проектообразующая идея. Уникальный персидско–иранский монотеизм, сначала выразившийся в зороастризме, а затем воплотившийся в оригинальном исламе шиитского толка. Персы сумели сохранить свою самобытность, самостоятельность и величие на протяжении тысячелетий. Они всегда мыслили несколько иначе, чем их соседи, их вера всегда была сильной, но не всегда терпимой к другим религиям.
4. Проектообразующая элита. В настоящее время это близкое к высшему шиитскому духовенству чиновничье сословие, которое, опираясь на силу Корпуса стражей исламской революции и религиозный авторитет аятолл, проводит политику национального возрождения, укрепления суверенитета и независимости, а на международной арене выступает в качестве непримиримого врага Израиля и духовного противника США.
Персы с их уникальной культурой, религией и мировоззрением действительно никогда не были похожи ни на своих соседей, ни на своих поработителей. И еще неизвестно, кто на кого больше повлиял: Александр Македонский на персов или наоборот. Наиболее жестокое поражение они потерпели от арабов, которые практически в одночасье уничтожили персидскую державу и навязали чуждую персам религию — ислам. Но очень скоро иранский ислам приобрел весьма специфические черты. Возникло одно из мощнейших направлений этой религии — шиизм, который существенно отличается от религии арабского мира.
Кроме того, и в суннизме иранцы оставили весьма ощутимый след: из четырех правовых школ этой ветви мусульманства авторство по крайней мере одной принадлежит персу. Абу Ханифа (699–767), сын иранского торговца шелком из Куфы, заложил основы ханифитского мазхаба (путь, доктрина) и письменной традиции в исламской науке, прибегал к умозрительным приемам исследования и воспитал немало блестящих учеников. В современном мире ханифизм отличается гибкостью и относительной терпимостью к инакомыслящим. Возможно, поэтому он чрезвычайно широко распространен в исламском мире: в Турции, на Балканах, на Кавказе (кроме Азербайджана), в Поволжье, на большей части Средней Азии, в Афганистане, Индостане, Индонезии.
Держава Ахеменидов (559–329 годы до н. э.)
Сначала персами–ариями было создано Мидийское царство (700–560 годы до н. э.), которое просуществовало около 150 лет и в период своего наивысшего расцвета подчинило Ассирию, Сирию и Вавилон. Управление столь огромной территорией требовало развитой системы административно–хозяйственного управления, и мидийские цари пытались такую систему наладить. В частности, они разделили территорию страны на провинции, во главе которых поставили наместников — сатрапов (это слово мидийского происхождения). Со временем все большее влияние в государстве стали обретать сатрапы области Фарс (Персиды) из рода Ахеменидов, что подтверждается, в том числе, и фактом их родства с царским домом. Во всяком случае, наместник Персиды Камбиз I был женат на Мандане, дочери мидийского царя Иштувегу, которая родила ему сына, названного в честь деда Киром. Именно этот отпрыск благородного семейства, внук мидийских царей, и основал древнеперсидскую державу, первую подлинную империю в мировой истории. С этого момента и по сей день Персия (Иран) — один из полюсов силы не только в Азии, но и в мире.
Кир II Великий (год рождения ок. 590, персидский царь с 558 до н. э., умер в 530 до н. э.) стал основателем династии Ахеменидов, при котором Персия получила статус первой мировой державы, а персидско–иранский цивилизационный проект вошел в свой первый период «малого процветания». Неизвестно, кто первым в русской исторической науке назвал этого владыку Киром. Дело в том, что его имя на фарси звучит как Куруш. И так и следовало бы его величать, ибо на этом же языке слово «кир» обозначает не что иное, как мужской детородный орган. И то, что мы так называем одного из самых известных исторических персонажей, у иранцев, которые считают его чуть ли не отцом нации, вызывает недоумение и негодование. Но менять что–либо, видимо, уже поздно, и нам ничего не остается, как продолжать эту устоявшуюся традицию.
В возрасте 32 лет этот деятельный молодой человек, ставший после смерти своего отца Камбиза правителем одной из самых важных областей Мидийского царства, открыто выступил против своего деда, царя Иштувегу. Это произошло в далеком 558 году до н. э. Разгромив армию мидийцев, Кир занял столицу государства — город Экбатаны и объявил себя новым царем Мидии. Следует отметить, что со своим престарелым родственником он обошелся весьма милостиво, назначив его наместником Гиркании. В течение последующих двадцати лет Кир завоевал все царства Передней и Центральной Азии, за что по достоинству заслужил прозвище «Великий». Первой же жертвой великого завоевателя стало Лидийское царство, одно из крупнейших и влиятельнейших государств тогдашнего мира. Соперником Кира в борьбе за гегемонию на Ближнем Востоке стал легендарный лидийский царь Крез, прославившийся своим богатством. Персидско–лидийская война стала прологом длительного противостояния эллинистической и переднеазиатской культур, которое завершилось лишь с уничтожением древнеперсидской державы армией Александра Македонского. После Лидии пали греческие полисы в Малой Азии, государства Центральной и Средней Азии, Ассирия и Вавилон. Персидская империя раскинулась от Индии до Египта.
Психотимик по натуре, Кир в течение своего длительного царствования проявил себя как гениальный полководец и реформатор армии, блестящий дипломат и политический деятель, мудрый правитель и талантливый администратор.
Именно он первым применил тактику массовых ударов конницы во фланг и тыл неприятеля, а также научил своих воинов правильно пользоваться луком — натягивать тетиву не в горизонтальном положении от груди, а в вертикальном, задействуя весь плечевой пояс. Политическими и дипломатическими мерами он добился изоляции Вавилона, который покорил в 539 году, после чего принял титул «царь Вавилона, царь стран». Завоеванному городу он оставил прежние льготы и привилегии, а также признал культ вавилонских богов.
Кир освободил из рабства народ Израиля и позволил евреям вернуться в Палестину, на историческую родину, за что воспет в Библии:
Кир был не только великим полководцем, но и замечательным дипломатом, сумевшим добиться мирными методами подчинения Сирии и Финикии. И все же умер он, как и подобает воину, в походе против приаральского племени массагетов: в бескрайних степях персидская армия была окружена и уничтожена. Сам Кир погиб в бою. По словам Геродота, царица этого варварского племени Томирис велела отрубить ему голову и опустила ее в бурдюк с кровью. Останки Кира были погребены в Пасаргадах, гробница сохранилась до наших дней.
Вторым по значимости персонажем древнеперсидской истории стал царь Дарий I, захвативший власть в результате дворцового переворота в сентябре 522 года. В итоге персы получили замечательного правителя, который:
Правда, с греками у него отношения не заладились. А его попытка как–то их урезонить закончилась позорным поражением в так называемой Марафонской битве в 490 году до н. э. В память об этом событии марафонский бег стал олимпийским видом спорта, а марафонская дистанция почти равна тому расстоянию, которую греческий гонец пробежал в том далеком году, чтобы сообщить о славной победе эллинов, после чего умер. Кстати сказать, до Лондонской олимпиады 1908 года длина марафонской дистанции была около 40 км, что в целом соответствовало действительности. Однако организаторы игр в британской столице решили продлить дистанцию четвертого олимпийского марафона до ложи королевской семьи — отсюда 42 км 195 м.
Дарий I подготовил наивысший расцвет империи и вхождение цивилизационного персидско–иранского проекта в период «великого единения». За долгие 36 лет своего правления он сумел достичь состояния мудрости, что по достоинству было оценено не только подвластными ему народами, но и врагами. Во всяком случае, судя по дошедшим до нас источникам, и греки, которые немало натерпелись от него и его наемников, и евреи, которым он так и не дал вожделенной свободы, считали его справедливейшим из восточных деспотов. Египтяне почитали его наравне со своими законными фараонами, и даже жители далекого Карфагена, более прагматичные и рациональные, чем кто–либо из народов Средиземноморья, отдавали должное этому мудрому правителю, оставившему своему сыну Ксерксу огромную державу.
Но наследники Дария I потихоньку проматывали состояние славных предков. Правда, Ксеркс I / Хашаяр–шах (486–465 годы до н. э.) одержал победу над греками (подвиг 300 спартанцев — это при нем), а его младший сын Артаксеркс (465–424 годы до н. э.), благодаря своей жене, еврейке Эсфирь, даже отметился в Торе! Иудеи ежегодно вспоминают о нем во время праздника Пурим. Но уже его потомки то и дело выпускали из рук нити управления государством, в котором процветали казнокрадство и коррупция. Многие сатрапии, особенно на периферии империи, обретали независимость. При дворе править бал начали евнухи (верный признак вырождения государства). Один из них, могущественный Багой, в 336 году убил последнего Ахеменида на престоле, царя Арсеса (338–336 годы до н. э.). Его место занял Дарий III, дальний родственник царской семьи. Настолько дальний, что не внушал опасений царствующему дому, где стало нормой убивать возможных претендентов на престол, и даже более того — получил пост сатрапа (главы администрации) Армении!
Дарий пришел к власти в результате военного переворота. Но, скажем сразу, выбрал он для своего воцарения крайне неудачное время. В Македонии к этому моменту уже взошла звезда Александра Македонского, которому не терпелось сломать хребет надменным и окончательно утратившим к этому времени боевой дух персам, погрязшим в праздности и лени и забывшим заветы Кира Великого. Разгром персидской армии и уничтожение в кратчайший срок всей персидской державы свидетельствовали не столько о слабости самого Дария, погибшего от рук собственного слуги после поражения при Гавгамелах, сколько о слабости и разложении унаследованной им империи.
После смерти Дария III царем был провозглашен наместник Бактрии Бесс, взявший себе тронное имя Артаксеркса V, но он вскоре потерпел поражение от войск соратника Александра, Птолемея Лага, был пленен, объявлен мятежником и самозванцем. Ему по жуткой традиции того времени отрезали нос и уши, как собаку на цепи привели к двум согнутым деревьям, привязали к ним и перерубили веревки, удерживающие их у земли. Конец последнего персидского царя был ужасен. Но Древняя Персия продолжала жить, правда, под властью эллина, поощрявшего браки своих воинов с местными красавицами, пытаясь таким образом примирить два народа и осуществить первую в мировой истории глобализацию. Однако в 323 году до н. э. умер сам Александр Македонский, и огромная держава была разделена между его военачальниками (диадохами). Персия досталась Селевку, основавшему эллинскую династию Селевкидов.
Почти сто лет македонцы–греки господствовали на просторах Центральной Азии, пытаясь приучить Восток к духовным ценностям Запада. Совсем недавно великий народ — персы стал влачить жалкое существование, прислуживая гордым эллинам. Но Творец не может допустить унылого однообразия созданного им мира, в котором отсутствует гармония множественности. Да и люди, как только становятся единым народом, сразу же начинают претендовать на вмешательство в божественные дела, как было с Вавилонской башней! Ведь на самом деле люди хотели добраться до Неба, этой сугубо божественной инстанции, и были наказаны смешением языков, рас и этносов. Так Всевышний покарал обуреваемых гордыней за опрометчивую попытку глобализации!
Парфянское царство. Держава Аршакидов (248 год до н. э. — 227 год н. э.)
Возрождение древней персидской цивилизации началось благодаря народу, который в прежней великой державе не играл значимой роли. Парфяне были полукочевым ираноязычным скифским племенем, в формировании которого сыграли значительную роль те самые массагеты, в свое время одолевшие Кира Великого. Это их царица велела отрубить голову основателю древнеперсидского царства. Обитавшие на территории современного Туркменистана и Северо—Восточного Ирана, парфяне были далеки от экономических и культурных центров государства Селевкидов и потому сумели сохранить свою веру (зороастризм), язык, культуру, а самое главное, дух, чего не удалось персам, оказавшимся в эпицентре глобализации по греческому образцу. Кроме того, Парфия стала той единственной силой, которая сумела остановить экспансию Рима в Азии. Презирающие бритолицых латинян парфяне, предпочитавшие конское седло удобным ложам римских патрициев, а стрельбу из лука — изысканным забавам древнеримской знати, послали своих представителей, волхвов, в далекую землю Израиля, дабы передать знаки царской власти (дары) рожденному в Вифлееме Иисусу. Причем сделали это в нарушение вердикта царя Ирода, преданного союзника и вассала Рима. Кроме того, парфяне присутствовали при сошествии Святого Духа на апостолов.
В общем, этот народ обеспечил дальнейшее цикличное развитие персидско–иранского цивилизационного проекта, втащив его в очередной период «малого процветания». В период же «великого единения» и наивысшего расцвета Парфянское царство вошло при мудром правителе и тонком дипломате Митридате II Великом (124–88 годы до н. э.), благодаря которому персидско–иранский цивилизационный проект становится полноправным игроком за карточным столом истории. Парфия активно и небезуспешно соперничает с Римом в политическом влиянии в Передней Азии. Во всяком случае, когда Рим решил силой подавить Парфию, ему противостоял достойный противник, сумевший разгромить его легионы и покарать одного из триумвиров, Марка Красса, возглавившего трагический для римлян поход против восточного соседа. Сокрушительное поражение Рима при Каррах в 53 году до н. э. укрепило международный авторитет Парфии и сделало тогдашний мир двуполярным.
После этой блистательной победы Парфия медленно и методично стала впадать в хаос. Заканчивался очередной цивилизационный цикл ее развития, и страну вновь ожидал очередной этап потрясений и внутренних смут, подлости и коварства, борьбы за власть без всяких правил, что отнимало слишком много сил и ресурсов.
Постоянные войны с Римом и внутренние междоусобицы ослабили Парфию, которая хоть и сумела преодолеть очередной цикл своего развития, все–таки не избежала преждевременного погружения в хаос. И произошло это не из–за внешних факторов, поскольку грозный соперник Парфии Рим переживал не лучший период своего развития, погрязнув в кровавых разборках претендентов на великое наследие Траяна и Марка Аврелия, а из–за деградации правящей элиты. То, что стало причиной падения прежней династии Ахеменидов и гибели древнеперсидского царства, — коррупция, изнеженность и продажность правящего класса, — теперь привело к гибели и государство Аршакидов. Характерно, что его могильщиком стали те самые персы из провинции Фарс (Персида), которые за 400 лет до этого потеряли статус проектообразующего народа. Урок для них не прошел даром, и пока парфянская верхушка растрачивала собственные силы в непрекращающейся ни на день борьбе за трон, персидские сатрапы концентрировали вокруг себя власть и богатства.
В 222 году амбициозный глава рода Сасанов Ардашир (Арташир, Артаксеркс, Ахашверош) начал открытую войну против парфянского царского дома. Он разгромил в 224 году армию царя Вологеза V (207–224), а спустя четыре года — и войска, собранные его преемником Артабаном V (224–228), захватил в плен и уничтожил весь парфянский царский род, после чего объявил себя шахиншахом Ирана, положив начало так называемому Новоперсидскому царству и правлению династии Сасанидов.
Сасаниды и арабское нашествие (230–650)
Эра Сасанидов — одна из ярчайших страниц истории персидско–иранской цивилизации, предтечи Имамата, а представители этой династии стали подлинными героями национальных мифов. И Ардашир, легендарный основатель государства, и Шапур II (309–379), обеспечивший за длительное время своего царствования (70 лет) переход проекта к периоду «малого процветания», и любимец поэтов мудрый Бахрам Гур (420–439), и наиболее почитаемый среди всех шахиншахов Ирана гениальный Хосров I Ануширван (531–579), который не позволил государству погрузиться в хаос, а железной рукой ввел его в «золотой век» второго периода «малого процветания» — эти правители не переставали будоражить умы просветителей всех эпох, вновь и вновь обращавшихся к их героическим деяниям. И казалось бы, ничто не могло поколебать мощное древо Сасанидской державы, покоящееся незыблемо на монолите зороастризма. Но в начале VII века на Аравийском полуострове стремительно развивается государство, получившее название Арабский халифат. Скрепленное новой верой и окрыленное покровительством Всевышнего, ниспославшего через своего Пророка полукочевому народу величайшее откровение и Книгу, это государство в кратчайшие сроки поглотило всех своих соседей, не оставив камня на камне и от крупнейшей на тот момент времени Сасанидской державы. Правда, следует отметить, что напряжение четырехсотлетнего правления начало сказываться там задолго до арабского вторжения.
Последним Сасанидом стал Иездигерд III (632–652). Его привела к власти военная верхушка государства во главе с выдающимся полководцем эпохи Рустамом, с которым страна связывала свои надежды на возрождение. Но час пробил, и приближающуюся гибель Новоперсидского царства невозможно было предотвратить. В 633 году в пределы Сасанидской державы вторглись арабы, которые до этого уже покорили Сирию и Палестину. Решающее сражение между ними и персами произошло 2 декабря 636 года возле местечка Кадисия. 40–тысячная персидская армия была наголову разбита. Ее командующий Рустам погиб в бою. Получив весть о страшном поражении, Иездигерд оставил столицу и бежал со свитой в город Хульван, где попытался организовать сопротивление захватчикам.
Второе решающее сражение произошло в 642 году около древней персидской столицы Экбатаны. Но и здесь удача отвернулась от персов. Шахиншах переезжал из города в город, продвигаясь все дальше на восток страны. В 651 году он был убит жителями города Мерв. На завоеванных арабами территориях восторжествовал ислам. И вся последующая история персидско–иранской цивилизации была уже связана с этой новой мировой религией.
В составе Халифата (642–822)
Довольно быстро принявшие ислам ираноязычные народы упорно сопротивлялись культурной ассимиляции с арабами. Эта, заслуживающая всяческого уважения, упертость позволила им не только сохранить собственную культуру и язык, но и всячески развить их. В определенной степени такому положению дел способствовал раскол внутри исламской уммы, зачатки которой были заложены сразу же после смерти Пророка, когда сформировалась группа мусульман, считавших, что власть в общине должна принадлежать только его потомкам. К таковым они относили дочь Мухаммеда Фатиму, ее мужа Али (он одновременно приходился Пророку двоюродным братом), их сыновей Хасана и Хусейна. С этим не была согласна верхушка нового проекта. И после Мухаммеда его наместником на земле (халифом), а следовательно, и главой нового государства был избран Абу—Бакр. После него правил Омар, а затем Осман. И лишь в 656 году халифом избрали Ати.
К этому времени арабы уже покорили всю Переднюю Азию. В страну потоком хлынуло золото. Разбогатевшая на военных трофеях знать, которая совсем недавно, всего за каких–то пару–тройку десятилетий до описываемых событий, вела кочевой образ жизни, с завистью и осуждением взирая на роскошь византийских нобилей и персидских аристократов, вдруг вмиг обросла дворцами, челядью, наложницами. Конечно же, она не хотела возврата к аскезе прежних времен, которую в свое время проповедовал основатель ислама. А Али был верным последователем чистого ислама, далеким от личных амбиций и спеси.
Он был настоящим воином, получившим при жизни почетное прозвище «Лев Ислама», истинно верующим мусульманином, который к тому же не раз спасал жизнь своему святому брату и тестю. Такой же была и Фатима, которая любила и почитала своего отца и отказалась от общения с его соратниками, тем же Абу—Бакром, поскольку считала, что они нарушили завет Пророка, отстранив от власти ее мужа и детей.
Понятно, что избрание халифом Али шло вразрез с интересами новых хозяев жизни, которых возглавил сирийский наместник Муавия. В Халифате вспыхнула гражданская война между сторонниками сирийского наместника и шиитами. Так стали назвать себя те, кто пошел за Ати и его потомками (от арабского — «шиа» — приверженцы, партия). На первом этапе война не принесла победу ни одной из сторон. Но некоторые из последователей Али, так называемые хариджиты, возмущенные его мягкостью по отношению к противнику, взбунтовались (657 год), ушли в город Басру и там основали секту, поклявшись уничтожить обоих, по их мнению, виновников раскола единой исламской уммы. В 661 году они спланировали и осуществили теракты, в результате которых был убит Ати и ранен Муавия. Власть в халифате перешла к роду Омейядов. Сыновья Али так и не стали его наследниками. По мнению шиитов, его первенец Хасан был хитростью отстранен от власти, а затем коварно убит. Второй сын, Хусейн, попытался силой вернуть себе наследие славных предков, но погиб в 680 году в битве под Кербелой, потерпев поражение от халифа Язида, сына Муавии.
Это одна из самых драматичных и важных страниц истории шиитского глобального проекта, для которого главными являются такие понятия, как жертвенность, преданность общему делу, пренебрежение смертью, аскетизм и фанатичная вера.
Итак, ссылаясь на подписанный между сирийским наместником и Хасаном в далеком 661 году договор, по которому якобы после смерти Муавии власть переходила к Хасану, Хусейн, как правопреемник Хасана и его родной брат, потребовал передачи титула халифа ему. Получив отказ, он поднял мятеж против Язида, сына Муавии. При переходе со своими приверженцами и родственниками из Мекки в Куфу, где ему обещали поддержку иракские шииты, он с небольшим отрядом был остановлен многочисленной армией противника. Хусейн разбил лагерь на поле Кербелы, у реки, в 40 км от Куфы. Возглавлявший войска сторонник Омейядов по имени Шамир (произнося его имя, шииты обязательно добавляют проклятия в адрес этого убийцы) потребовал от внука Пророка безусловного подчинения и не подпускал ни его, ни его людей к источникам воды в надежде, что это заставит их сдаться.
И вот наступило утро 10 октября 680 года (10 мухаррама 61 года хиджры):
В память об этом событии шиитский год начинается с траурного поминания Хусейна, во время которого происходит известная читателю по фильмам и книгам церемония «шахсей–вахсей», которая на самом деле звучит как «Шах Хусейн! Вах Хусейн!», во время которой шииты в плаче о мученической кончине второго и третьего имамов, внуком Пророка, истязают себя цепями, кнутами и саблями. При этом самые ужасные проклятия звучат в адрес убийц праведных имамов — Муавии и его сына Язида.
Трагедия при Кербеле стала причиной раскола в единой исламской умме, который не преодолен и по сей день. Шииты не признают первых трех из четырех суннитских «праведных халифов» (Абу—Бакра, Омара, Османа) и ведут собственную родословную истинных предводителей мусульман. Они убеждены в том, что только с Али начинается справедливое управление уммой. И потому Ати, Хусейн и Хасан считаются первыми тремя законными, с точки зрения шиитов, имамами.
Поскольку проповедуемые шиитами идеи шли вразрез с официальной идеологией халифата, где утвердился наследственный принцип передачи власти вначале внутри рода Омейядов, а затем, посте их свержения, Аббасидов, их имамы были вынуждены действовать как бы в подполье, и практически все погибли мученической смертью (согласно шиитскому преданию). Всего в основной ветви шиизма было 12 имамов (отсюда и название этого течения «двунадесятники»), в том числе:
♦ Ати (600–661)
♦ Хасан (624–669)
♦ Хусейн (627–680)
♦ Саджад (680–713)
♦ Аль—Бакир (676–743)[8]
♦ Джафар–ас–Садык (700–765)[9]
♦ Касим (744–799)
♦ Реза (763–818)
Поделиться книгой: