Драконьи испытания. Восхождение легенды

— А она мне нравится, — заявил второй маг.

Я постаралась сдержать улыбку, но от конвоиров не укрылось, что движения мои стали более смелыми и быстрыми. Горевать о загубленном туалете было не в моих правилах, сколько я их испортила, исследуя леса и пригорки вокруг родового имения вместе с детьми слуг, когда удавалось сбежать от учителя и гувернанток — не счесть. И даже переживания по поводу утраченной реликвии отступили на задний план перед лицом нового и неизведанного.

— Так, где ваши ужасные монстры, которым не страшны даже остро заточенные косы? — поинтересовалась я, оглядываясь и задорно улыбаясь магам.

— Спят, — недовольно ответил пытавшийся запугать меня адепт.

Я бы возможно даже посмеялась над ним, но заметила то, что другая бы на моём месте могла и пропустить. Он держал защитное поле вокруг нас! И весьма профессионально. Ни одна травинка не пригибалась от движения защиты, ароматный ветерок ласкал моё раскрасневшееся от долгой ходьбы лицо, беспрепятственно проникая через щит, не говоря уже о полном отсутствии визуальных очертаний магии. А я ведь даже и подумать не могла, что он всё это время творит магию, причём, весьма энергозатратную. Другой бы на его месте уже с ног валился, это же адепт даже не вспотел. Присмотрелась к нему повнимательнее, и поняла ещё кое что — у меня нет даже предположения, кем он может быть по рождению. Правильные, привлекательные черты лица, светлые пряди непослушных волос, остриженных чуть выше плеч, глаза голубые, с серебристой каймой по краю радужки, кожа не смуглая, но достаточно загорелая, чтобы понять, что это не северянин. Просто маг? Пожалуй, я бы склонилась к этому выводу, если бы не пластичность движений, которую я тоже заметила с большим опозданием.

— Нравлюсь? — с вызовом спросил мужчина.

Я запоздало спохватилась и резко отвернулась, проигнорировав его реплику. Щёки запылали румянцем смущения. А чего я, собственно, смущаюсь? Ну да, рассматривала его чуть более внимательно, чем дозволено правилами приличия. Но данная ситуация несколько выбивается из общих норм поведения леди в обществе особ мужского пола. Они даже не представились! Так стоит ли переживать, что я веду себя неподобающим образом?

— Долго ещё идти? — спросила я, продолжая пробираться через заросли.

— Казармы за этой зоной, — ответил второй адепт, которого я рассмотреть не успела.

Обернулась, но натолкнулась на неожиданно враждебный взгляд блондина и резко отвернулась, так и не посмотрев на его товарища. И в чём же я перед ним провинилась? Ему неприятно пристальное внимание или досадно, что я не приняла правила игры и не ударилась в панику от намёка на таящуюся в зарослях опасность?

— Айсек, мне показалось, или кто-то сейчас пытался пробить щит? — вдруг напряжённо спросил второй маг.

— Не показалось, — сквозь зубы ответил блондин.

Меня, как несмышлёного котёнка схватили за ворот и без видимых усилий переставили так, что я оказалась между адептами, отвернувшимися от меня и усилившими защиту до видимой глазу полупрозрачной пелены.

— Он справа от меня, на три часа, — тихо произнёс блондин.

— Ничего не чувствую, — ответил его напарник. Теперь я видела, что это коротко стриженный светлый шатен, его шея была напряжена до такой степени, что ворот плаща натянулся и облегал её в почти удушающем захвате. Вдруг мышцы, на которых сейчас был сосредоточен мой взгляд, напряглись ещё сильнее, заметно раздавшись, по ним прошла волна судороги.

— Не спеши, мне нужна твоя магия. Обратишься, толку будет мало. Это удалённое воздействие, — прошептал блондин.

— Выслежу, — невнятно прорычал коротко стриженный.

— Затрёт след, много низших, собьёшься, — ответил Айсек, кажется, так к нему обращался второй.

Я пребывала в непонятном ступоре. С одной стороны было очевидно, что на нас кто-то попытался напасть и маги меня защищают, а с другой… Я ощущала почти болезненное желание убежать от них. Там, за пределами защитного поля меня кто-то ждал. И это не было обычное ожидание, это был зов, которому я не могла и не желала противиться. Шагнула в бок, в надежде, что конвоиры не заметят.

— Стоять на месте и не шевелиться, — прошипел блондин.

Наверное, они заботятся обо мне, но почему же я тогда так хочу избавиться от их опеки? Почему мне так неприятна их близость? Ещё один шаг в сторону и меня грубо схватили за локоть, резко развернули, и дыхание оборвалось — огромные, затмевающие всё происходящее вокруг, голубые глаза заполнили мой разум.

— Смотри и слушай. Тебя зовёт враг, уж не знаю почему, но на тебя его ментальное поле действует безотказно. Отойдёшь — умрёшь, — вкрадчиво проговорил блондин. — Поняла?

Я неопределённо мотнула головой. Перед глазами поплыли радужные круги, нос раздражал мускусный запах, смутно знакомый и такой притягательный. Едва хватка впившихся в руку пальцев ослабла, я непроизвольно рванулась, ведомая зовом этого щекочущего нервы и заставляющего пробудиться нечто глубинное во мне запахом.

— Держи поле, она потеряла контроль, — словно издалека послышался голос моего пленителя.

А почему я должна ему подчиняться? Кто он для меня, чтобы я заботилась о сохранности его здоровья? Он всего лишь преграда на пути к… тому, что мне так необходимо!

Силы, скрывающиеся внутри моего еще не окрепшего тела, рвались наружу и я дала им волю. Кожа начала разогреваться, пряди драконьего дара запылали огнём, опаляя остальные волосы и окрашивая их в багряно-золотистый цвет. Очертания окружающего подёрнулись зеленоватой пеленой и неуловимо изменились. Я видела всё тоже, что и раньше, но теперь совершенно иначе — чётче, ярче. Слуха коснулись новые звуки, теперь я могла слышать не только биение сердец стоящих рядом адептов и влажное движение их век, когда они моргали, но и движение энергетических потоков их магических полей. Да, я слышала магию! И зов, упоительный зов того, кто ждал меня, звучал завораживающей мелодией. Казалось, у него есть ответы на все мои вопросы, и не только мои. Он знал Всё.

Блондин отдёрнул руку, обжегшись о мою кожу.

— Выруби её… — Это было последнее, что я услышала.

* * *

Боль.

Когда первое, что вторгается в сознание после беспамятства, это навязчивая, пульсирующая боль в висках, сложно сосредоточиться на том, что происходит. Вот и я пребывала в затягивающей трясине боли, не понимая, где я и что со мной случилось. Лёгкое прикосновение к щеке вызвало новый приступ боли, и я взвыла, закусив губу.

— Тихо-тихо, нам не нужны лишние травмы, — громом сотни лиловых туч прозвучал тихий голос надо мной. — Сейчас ты задержишь дыхание и медленно откроешь глазки, девочка, — еще тише, но не менее болезненно для моего слуха попросил ласковый шёпот.

Мне не хотелось подчиняться, но что-то подсказывало, что так нужно. Инстинкт? Разум? Не всё ли равно? Нужно, значит нужно. Задержала дыхание и медленно разомкнула веки.

Одновременно случилось две вещи: по глазам ударил яркий, после тьмы бесчувствия, свет и по телу разлилась волна живительной исцеляющей магии. Мне пришлось сжать зубы и вновь зажмуриться, чтобы не отторгнуть целительную энергию. Если бы это была родственная, драконья сила, всё произошло бы естественно. Но меня лечили сторонней, обезличенной магией, а это было настолько же больно, насколько полезно. Вот поэтому мы — драконы и не приемлем взаимодействия с обычными человеческими магами, их силы для нас противоестественны, они причиняют боль, заставляют корчиться в муках нашу драконью суть. Не на пустом месте появилась легенда о том, что человеческие маги зародились от драконьих болезней. И не зря мы называем их немощью. Магов это оскорбляет, ведь они думают, что это пренебрежение и признание их слабости. А в действительности же немощь — означает болезнь. Человеческие маги для нас сродни хвори, но им об этом лучше не знать. Да и я считала это детскими страшилками, до сего момента. Целительная магия помогла мне, но ценой неимоверных мучений. И привкус крови во рту от прокушенной губы был малой платой за сохранение тайны.

Прошло не меньше пяти минут, прежде чем я пришла в себя и смогла вычленить из шума в ушах голоса окружающих.

— Мы не ожидали нападения на территории, — тихо говорил кто-то.

— А мой приказ охранять и не выпускать из виду вас не натолкнул на мысль, что просто так охрану не предоставляют? — с изрядной долей раздражения отвечал… ректор? — Вы хоть представляете кто это? Мне её с рук на руки передал сам командующий императорской гвардии!

— Да уж поняли, что не пастушка. Она едва не обратилась, когда зов через защиту пробился. С трудом удержали, — ответил Айсек.

Пульсирующая в висках боль немного утихла и теперь я без труда различала знакомые голоса.

— Только не нужно преувеличивать свои заслуги. У неё нет истинной ипостаси, и знаю я, как вы её удержали. Ничего лучше придумать не могли? Ты хоть понимаешь, что тебя ждёт, если она пожалуется, что ты её рукоятью кинжала по виску приложил? — Это, кажется, был мэтр Дарно.

— Благодарю за информацию. Теперь я хотя бы знаю, почему у меня голова как мяч для игры в газонное сражение, — тихо проговорила я.

Или мне только показалось, что я это тихо произнесла. Воцарилась полная тишина, и это позволило мне осмотреться и понять, что я лежу на жёсткой, узкой, походной кровати, а надо мной натянут матерчатый потолок.

— Как вы себя чувствуете, леди Кен'Эриар? — поспешил подойти ко мне магистр Халинэс.

— Как девушка, которую долгое время водили по полигонам, а потом вырубили ударом по голове, — честно ответила я.

Лицо ректора вытянулось в страдальческую гримасу, и я поспешила добавить:

— Не могли бы вы представить меня отважным рыцарям, которым пришлось прибегнуть к столь кардинальным мерам во имя моего спасения? И я бы не отказалась от подробностей. Я всё помню, но жажду ответов. Неприятно ощущать себя безвольной куклой, которую можно остановить от незапланированных действий только посредством подрезания нитей незримого кукловода.

Эта тирада стоила мне не малых сил, но лицо я постаралась сохранить, хотя и чувствовала себя безмозглой марионеткой. Воспоминания о том, как я рвалась к кому-то или чему-то, не думая о последствиях и собственной безопасности бередили душу и порождали сонм вопросов, ответы на которые мне явно не понравятся. И самым ужасным во всём этом было то, что я точно знала — контроль надо мной незримый некто получил с помощью моего же медальона. Даже не так, он смог меня контролировать потому, что моя аура ещё была связана с родовым артефактом. А это уже было неоспоримым доказательством принадлежности злодея к драконьему роду. Только дракон мог обратить силу моего медальона против меня же. Пока есть эта связь, я в его власти. Когда же она пропадёт, найти похитителя будет уже невозможно. Обладая артефактом такой силы, скрыться от преследования не составит труда. Но это было всё, что я знала о своей связи с медальоном. По крайней мере, всё, что я помнила из уроков магистра Жринкера. Почему же я не вспомнила о таком нюансе, как контроль над разумом посредством связи по ауре раньше? Винить в произошедшем было некого, кроме себя.

— Вам сейчас лучше не волноваться, моя милая, — проговорил ректор, по — отечески поглаживая мою ослабевшую ладонь.

— Поверьте, моё волнение достигло того предела, через который переступить уже невозможно, — слабо улыбнулась я. — Всё произошедшее полностью моя вина. Не стоит наказывать моих охранников.

— Значит, вы знали о влиянии медальона? — скорее констатировал, нежели спросил магистр.

— Как это ни прискорбно, но вспомнила об этом я только сейчас, — ответила предельно честно.

Ректор помолчал, что-то обдумывая, встал и отошёл, будто не желая говорить, но всё же вернулся и произнёс:

— Теперь вы понимаете, почему я не желал вашего участия в поисках?

— Вы знали?! — воскликнула я, резко села и едва не повалилась обратно. Но меня поддержали, обернулась и встретилась с пристальным взглядом голубых, с серебристой каёмкой по контуру радужки глаз.

— Конечно, знал, — улыбнулся магистр Халинэс. — Кстати, позвольте представить вам лорда Айсека Лесли Младшего, лучшего адепта выпускного курса факультета высшей боевой магии, того, кто столь бесцеремонно лишил вас чувств во избежание более серьёзных последствий.

— Ты задолжала мне обряд посвящения, — прошептал блондин мне на ухо, прижавшись к моей спине под предлогом удержания в сидячем положении.

— Аська, — тоже прошептала я, слишком поздно осознав, что озвучивать эту догадку не стоило.

Меня бесцеремонно отпустили, и я упала спиной на жёсткую походную кровать. Перед глазам опять заплясали разноцветные круги.

— Адепт Лесли, не забывайтесь, — отрывисто проговорил ректор и меня опять бережно приподняли.

— Постарайтесь успокоиться и ни о чём не волнуйтесь, леди Кен'Эриар, мы обязательно поймаем злоумышленника и вернём ваш медальон, — уверенно проговорил магистр. Отдохните, я распоряжусь, чтобы вам подали горячий чай.

Магистр Χалинэс вышел из походной палатки, в которой мы все и находились. Вслед за ним покинули палатку мэтр Дарно и второй маг из моей охраны.

— Так кто же ты такая, маленькая, обворованная драконочка? — прошептал мне на ухо Айсек, которого, почему-то, решили оставить со мной. — Я, признаться, никогда не любил историю и генеалогию, твоя фамилия мне знакома, но вспомнить не могу. Просветишь?

— Только если ты взамен расскажешь, что же кроется за таинственным ритуалом посвящения, — ответила я, стараясь отстраниться от прижимающегося к моей спине адепта.

Однако он не только не позволил мне отстраниться, а прижался ещё теснее и обнял меня за талию. Теперь я практически полулежала на его груди.

— Возможно, когда-нибудь, — туманно ответил он.

— Немедленно отпусти меня… Аська, — мстительно приказала я.

Захват усилился до такой степени, что я с трудом могла вздохнуть. Он сжал меня как в тисках и злобно прошипел в ухо, обдавая щёку горячим дыханием:

— Никогда меня так не называй.

— Хорошо, — прохрипела я, и с трудом сдержала желание вновь произнести это прозвище, когда захват ослаб.

— Посвящение, — задумчиво произнёс маг, — я бы рассказал тебе о нём, но боюсь, тогда не получится сюрприза, когда тебе всё же придётся его проходить.

— А с чего ты взял, что я соглашусь? — поинтересовалась, смирившись с тем, что отпускать меня не собираются и, поудобней устроившись, откинула голову на услужливо подставленное плечо.

Возможно, виной подобной покладистости было пережитое и ещё не отступившая до конца ноющая боль в висках, или я просто подсознательно воспринимала Айсека как защитника. Разбираться в дебрях мотивации своих поступков у меня сейчас не было ни сил, ни желания. Пусть обнимает, если ему так хочется. Позже я даже, возможно, предъявлю ему претензии по поводу излишних вольностей, сейчас же лучше воспользоваться моментом уединения и расспросить его о произошедшем.

— Так что это было и как развивались события после того, как вы меня… успокоили? — спросила у слегка удивлённого моей реакцией на его близость адепта.

Правильнее было бы сказать, что его удивило отсутствие какой либо реакции на недопустимые действия. Он ожидал возмущения и обвинения в непристойном поведении, что и озвучил, вместо ответа на мой вопрос.

— В данный момент меня всё устраивает, — заявила я, не покривив душой.

Соприкосновение наших аур давало мне возможность восстановиться гораздо быстрее, нежели это происходило бы без телесного контакта. Да, я бессовестно подпитывалась его жизненной энергией, она, в отличие от магии, у всех разумных (за исключением нежити и нечисти) приблизительно одинакова и не вызывает у драконов отторжения. В народе такой обмен жизненной силой называется незамысловато, но весьма точно — поделиться душевным теплом. Вот я и грела свою израненную захватившим мой медальон злодеем душу, заодно восстанавливая порядком потрёпанную ауру.

— После того, как я тебя… успокоил, атака сразу же прекратилась, и мы доставили тебя сюда, воспользовавшись одноразовым порталом, — ответил на мой вопрос Айсек.

— Что? — возопила я, выпрямившись столь резко, что потянула его за собой. — Вы могли воспользоваться порталом в любой момент, а вместо этого водили меня по болотам и зарослям?!

— А как ещё прикажешь развлекаться несчастным адептам, которых решили использовать в качестве дуэний для одной невезучей юной драконочки? — нисколько не смутившись, ответил маг.

— Развлеклись? — прошипела я, заставив себя расслабиться и вновь откинуть голову на его плечо.

— Да уж, повеселились, — усмехнулся блондин. — Давненько у нас такой практики не было.

— Что ты можешь сказать о нападавшем? — решила я сменить тему, пока не сорвалась и не высказала всё, что думаю об этих весельчаках.

— Практически ничего, — пожал он плечами, от чего моя голова мотнулась в сторону и я непроизвольно щёлкнула зубами.

— Полегче, — проворчала недовольно.

— Я и так делаю вид, что не чувствую, как ты бессовестно тянешь из меня силы.

Ой. А я наивно полагала, что он не заметит. Да уж, неудобно получилось. А с другой стороны, о каком неудобстве может идти речь, если он беззастенчиво польз уется моей слабостью, чтобы обнимать и прижимать к себе.

— Ты сам предоставил мне такую возможность, — буркнула, борясь с, совершенно не к месту, пробудившейся совестью. Ощутимого урона ему мои действия не принесут, но какая-то часть усталости передастся. Ничего, отоспится. Вполне справедливая цена за… развлечение.

Айсек промолчал, и не отстранился, за что я была ему благодарна, глубоко в душе и молча.

— Так что это за место и что мы тут делаем? — спросила, когда молчание затянулась, и маг не спешил его прерывать, видимо о чём-то задумавшись.

— Это мобильный штаб, созданный, как я понял, специально для поиска твоего злодея, — ответил блондин с небольшой задержкой.

— Он не мой!

— А чей же ещё? Он пришёл сюда за тобой и заметь, больше ни на кого не нападает, — возразил Айсек.

— Почему ты так уверен, что он пришёл за мной, а не находился уже здесь, когда я приехала? — задала я резонный вопрос.

Маг отстранился, придерживая меня за плечи, и заглянул в глаза.

— Теперь мы точно знаем, что это дракон, довольно сильный и опытный, а в академии таких не водится. Этот тип охотится именно за тобой и пришёл сюда по твою душу, — без тени улыбки проговорил он.

Не знаю, что подействовало на меня больше: сказанные им слова, или то, что блондин стал таким серьёзным и собранным, но именно в этот момент я по-настоящему испугалась. Не того, как отреагируют родители на похищение семейной реликвии, не того, что шансов стать фрейлиной императрицы становится всё меньше и меньше, а того, что мне действительно угрожает опасность. Не медальону, не репутации рода, а моей жизни!

— Я боюсь, — прошептала сдавленно. Сказала я это не Айсеку, а самой себе, это было признание, которое далось мне с большим трудом. Но стало немного легче. Удивительно, но признавшись себе, что потеря артефакта и места фрейлины, в сущности, такие мелочи, в сравнении с угрозой жизни, я немного успокоилась. Избавилась от ложных забот и увидела ситуацию со стороны. Но вопросов только прибавилось. Кто это? Что ему от меня нужно (кроме медальона)? Почему именно я, в конце концов! И если всё дело в родовом артефакте императорского рода, то почему именно сейчас? Лучше бы его передали Авроре — младшей сестре императора. Но, по какой-то причине, решено было удостоить чести хранительницы памяти и наследственности рода именно меня. Не потому ли, что к этой сомнительной чести прилагается вполне реальная опасность? Аврора важнее, пока у Валинора не появятся наследники, она его правопреемница, вторая по важности персона в империи, я же всего лишь четвёртая (третий мой отец, но он не раз объявлял во всеуслышание, что никогда не примет корону).

— И правильно делаешь, что боишься, — вывел меня из задумчивости голос светловолосого мага. — Не знаю, кому ты перешла дорогу, но этот парень не шутит.

— Он украл память и наследие императорского рода. — Не знаю, что толкнуло меня на откровенность, но слова были сказаны и теперь Айсек наверняка догадается о том, кто я и что было похищено.

Так и вышло.