Людо и звездный конь [litres]

Другая страна… Нехорошие земли! Внезапно испугавшись, Людо вскрикнул:

– Ренти, Ренти, вернись!

Но Ренти рассеянно пересек бурлящий ручей и начал подниматься по тропе.

Пение внизу прервалось. Все глаза обратились на Людо. Затем порыв ветра пронесся по ложбине – и вмиг все стало другим. Феи на листьях водяных лилий исчезли, словно лепестки, унесенные ветром. Облаченные в зелень лесные жители стояли неподвижно, только трепетали листья их одежд, и теперь Людо увидел, что это всего лишь деревья, молоденькие побеги. Водяные люди замерцали, прозрачные и радужные, словно пузырьки, и растворились в воздухе. Даже девочки бросились врассыпную и исчезли в лесу позади пруда. С плеч и боков Быка, увядая, спадали гирлянды и грудами ложились у его ног. Телец поднял величественную голову и уставился на Людо громадными темными глазами.

Откуда-то сверху, выше верхушек деревьев, раздались первые раскаты грома. Ренти исчез из виду. Людо забыл, что нельзя убегать, когда бык смотрит на тебя в упор. Забыл, что должен оставаться в Доме Тельца до темноты. Он развернулся и со всех ног бросился вслед за Ренти.

– Ренти, Ренти, вернись!

На бегу он слышал, как за спиной гремит другой гром – копыта бегущего быка.

Добежав до ручья, Людо не обнаружил там Ренти. Бык приближался, ускоряя шаг. Дрожала земля, гремели копыта, в небе рокотал гром. Внезапно в ручей белым хлыстом ударила молния. Стремительно и легко, словно крылатые лесные создания, Людо перемахнул через ручей и понесся вверх по тропе, скользя и спотыкаясь о камни, пока не достиг вершины, откуда тропа уходила дальше между громадными пирамидами из камней.

Камень соскользнул и покатился под ногой, и Людо рухнул ничком на тропу. Ушибся он не сильно, но был испуган и задыхался от бега. Три или четыре секунды мальчик лежал, собираясь с силами, чтобы встать. Поднявшись и потирая колено, Людо осознал, что больше не слышит грома и грохота копыт. Тельца нигде не было. Мальчик оглянулся и увидел, что ручей, поляна и вся летняя благодать остались далеко позади, словно приснились ему.

Назад пути не было. Он должен идти вперед. А солнце все еще ярко светило высоко в небе, и он был в Доме Близнецов, где бродил ужасный лучник.

И сразу же Людо увидел знак на каменной плите: ♊.

Рядом стояла табличка:

Стрельбище.

Каждый день до захода солнца вход запрещен.

Прямо за ней начиналось каменистое плоскогорье, перемежаемое пирамидами из камней выше человеческого роста. Между двух таких пирамид и стоял Ренти, прижав уши к голове и блестя белками. Коня крепко держал под уздцы человек, другой нагнулся, поочередно осматривая его ноги, а третий…

Третий стоял поодаль на высоком валуне, тщательно прилаживая стрелу на тетиву.

Глава 12. Близнецы

Человек, который осматривал ноги Ренти, поднял глаза, увидел Людо и что-то сказал товарищу. Мужчины были похожи как две капли воды. Людо разом вспомнилось все, что говорил ему Гула о Близнецах и ужасном Стреловержце. И теперь, из-за глупости Ренти, они вошли в Дом Близнецов при свете дня и угодили в западню.

Людо был всего лишь мальчишкой и, думаю, в первое мгновение паники вполне мог бы убежать, бросив Ренти, но лучник на валуне, который наверняка и был Стреловержцем, тоже его заметил. Он натянул огромный лук, целя стрелой в Людо.

Людо остался на месте. Он вспомнил, что сказал ему Стрелец: «Этот конь верой и правдой служил тебе всю жизнь, готов ли ты послужить ему верой и правдой?» В замешательстве Людо стоял и гадал, значит ли это умереть вместе с Ренти? Впрочем, выбора у него не было. Стрела настигла бы Людо раньше, чем он пробежал бы пару шагов. И снова в голову пришли слова Гулы: «Сначала переговоры, потом драка – отличный девиз».

Поэтому Людо, хоть и изрядно перепуганный, остался стоять на месте, как стоял перед Тельцом, и когда лучник понял, что бежать мальчик не собирается, то опустил свой громадный золотой лук.

Один из Близнецов, который первым увидел Людо, подошел и встал напротив него, нагнув мощную шею и пристально всматриваясь в мальчика. Это был очень красивый мужчина, широкоплечий и сильный. Густые черные волосы, близко посаженные черные глаза под широкими, сросшимися на переносице бровями. У него был низкий лоб, а короткий нос оканчивался широкими ноздрями. На самом деле он весьма походил на Тельца: много силы и недостаток ума, что не обрадовало Людо, который надеялся уговорить Близнецов не трогать их с Ренти.

Близнец не стал тратить время на любезности.

– Кто сказал, что ты пройдешь через наши земли? – рявкнул он.

– Никто не сказал, господин, – ответил Людо. – Но мне говорили, что я должен идти этим путем. Видите ли, Стрелец велел нам следовать за Солнцем. Простите, что я нарушил границы ваших владений, но мой конь заблудился, и мне пришлось пойти за ним. Надеюсь, он тут ничего плохого не сделал?

Несколько секунд Близнец молча хмурился, словно не вполне понимал услышанное. Затем выдернул у Людо из-за пояса нож Пелея.

– Начнем с этого. Явился вооруженным. Угрожал. Мы такого потерпеть не можем. Вынуждены защищаться.

– Нет-нет! – с живостью воскликнул Людо. – Я не собирался никому угрожать! Пелей дал мне кинжал, а Гула, Водолей, сказал…

– Хотя я тебя и с кинжалом мог бы скрутить одной левой, – продолжал Близнец, который совсем не слушал Людо. Он потрогал лезвие пальцем и расплылся в улыбке. Улыбка Близнеца очень не понравилась Людо. – Скрутил бы тебя одной левой, даже если бы правую мне привязали за спину, и съел на завтрак.

– Не сомневаюсь, господин, – закивал Людо, надеясь его улестить. – Я вам никакого вреда причинить не могу! А если вы позволите нам пройти через ваши земли, мы тут не задержимся, и все будут довольны. К тому же, если нужно, я отработаю…

– Вреда? – воскликнул Близнец. – Хотел бы я на это посмотреть! Только попробуй! Увидишь, что будет. Не успеешь моргнуть глазом, я тебя на кусочки разорву.

При этих словах Близнец схватил Людо за плечо.

Однако его прервали – другой Близнец, который держал Ренти под уздцы, крикнул:

– Кастор! Веди его сюда. Ликей будет с ним говорить.

Кастор, который еще крепче сжал плечо Людо, выглядел разочарованным, однако, к удивлению мальчика, спорить не стал, только встряхнул его и погнал перед собой по плоской каменистой земле. По пути он что-то недовольно бормотал под нос, но тихо, чтобы лучник (которого, очевидно, звали Ликеем) не услышал. Людо не пытался вырваться – ни к чему хорошему это не привело бы, – а покорно шел вперед, надеясь, что с Ликеем удастся договориться. Кастор, толкая его перед собой, посмотрел вниз и презрительно усмехнулся:

– Не сопротивляешься? Куда катится молодежь! В твои годы мы с Поллуксом бросались в драку, не разбираясь, и нам было все равно, чем сражаться, кинжалом или зубами.

– Это верно, – подтвердил другой Близнец, когда они подошли к нему. – Мы не боялись противников в восемь раз крупнее себя! И убивали их.

– В восемь?! – воскликнул Кастор. – А в десять не хочешь? В двадцать! Вспомни Амика. Или Идаса. Вот это были драки!

И братья расхохотались, но Кастор по-прежнему сжимал плечо Людо, а Поллукс, закончив изучать копыта Ренти, крепко держал его под уздцы. И все же до сих пор они не причинили вреда ни мальчику, ни коню. Близнецы ждали Ликея Стреловержца, который спустился с валуна и теперь приближался к ним.

Несмотря на страх, Людо не мог отогнать от себя мысль, что такого человека видит впервые. Его размашистая походка была легка и непринужденна, он словно летел над плоскогорьем, двигаясь стремительно и почти не прилагая усилий. Со стороны могло показаться, будто он катится по земле на коньках. Он был очень высок, на голову выше Близнецов, и если их волосы были чернее ночи, то его пышная грива сияла, как снег, ниспадая на плечи, а глаза сверкали голубизной. Одет лучник был в желтую короткую тунику, а на правое плечо набросил волчью шкуру. Его колчан был полон стрел длиной с человеческую руку, оперенных белыми и серыми гусиными перьями, громадный лук с двойным изгибом отливал золотом, а золотая тетива гудела при ходьбе. У ног вились волки, высунув язык и не сводя глаз с Ренти и Людо, но держась позади хозяина.

Людо опасался Близнецов, как любой опасается туповатых задир, которым нравится обижать слабых, но в чувстве, которое он испытывал к Ликею Стреловержцу, страх мешался с трепетом и благоговением. Так люди боятся грозы и извержения вулкана.

Ликей заговорил, и голос его был мелодичен и бесстрастен, как зов трубы.

– Отпустите их.

Близнецы подчинились. Рука Кастора упала с плеча Людо, а Поллукс отпустил недоуздок Ренти. Людо подхватил повод и встал между братьями, держа Ренти под уздцы.

Поллукс переступил с ноги на ногу:

– В чем дело, Ликей? Позволь нам самим с ними разобраться. Они не стоят того, чтобы ты марал о них руки.

– Только стрелам перевод, – вмешался Кастор. – Мы быстро. Просто скажи. Управимся вмиг.

– По отношению к ним это будет добрым поступком, – сказал Поллукс с воодушевлением, хотя ничего доброго в его тоне не ощущалось. – Если им удастся от нас ускользнуть, они попадут к Раку, а тебе известно, что это значит.

– И все же вы уступите их мне. – Лучник обратил суровый взор на Людо. Он стоял всего в трех шагах от мальчика, но тому показалось, будто его пристально рассматривают с далеких звезд. Только с третьей попытки он смог выдавить из себя несколько слов:

– Господин, ваша милость, – Людо облизал сухие губы, – мы вышли из дома только вчера и с тех пор следуем за Солнцем. Ренти – коня зовут Ренти, ваша честь, – угодил в снежную лавину, и выбраться нам удалось только через пещеру, где живет ваш родственник. Стрелец… ведь он ваш брат?

– Да. Он позволил пройти вам обоим?

– Это он велел нам идти вслед за Солнцем, – ответил Людо, затем, путаясь в словах, рассказал Ликею, как Ренти упал в трещину, о совете, который дал ему Стрелец, и об их путешествии.

Говорить было непросто, потому что Близнецы, которые стояли с обеих сторон, нетерпеливо переминались с ноги на ногу. Кастор снова провел большим пальцем по лезвию кинжала и прошептал:

– Легче легкого убить их быстро. Никакого удовольствия. Он не будет сопротивляться. Крестьянин, что с него взять.

С другой стороны Поллукс согласно закивал:

– Никакого веселья. О чем думал Стрелец, впуская этого невежду? И от коня его никакого проку. Только и годится что на скотобойню. Легкая мишень.

Лучник молчал, не сводя глаз с Людо. Он стоял так неподвижно, что мальчик решил, что говорил зря, его не слушали. Он что-то пробормотал, запнулся и смущенно прикусил язык.

– Я же говорил, – тут же вмешался Поллукс. – Даже сказать толком не умеет. Бесполезный хлам. Отдай нам его, Повелитель волков. Мы с ним разберемся.

– Разбираться мы умеем, – усмехнулся Кастор, проведя большим пальцем по лезвию.

Ликей не обращал на братьев никакого внимания. Людо обнаружил, что ему трудно даже просто смотреть на лучника. Солнце быстро садилось. Оно как раз зависло над горизонтом, и, стоя против света, Ликей казался тенью в солнечном мареве, только сияли волосы и лук. У волков можно было различить лишь поблескивающие внимательные глаза.

Когда лучник заговорил, его голос звучал глуше, словно издалека.

– Мальчик, – обратился он к Людо, и тетива лука загудела, – когда ты родился?

– Одиннадцать лет назад, господин, – удивленно ответил Людо, – в первый день июня.

– Так я и думал, – сказал Ликей. На миг, когда он обернулся к неугомонным Близнецам, его глаза сверкнули в закатном свете. – Вы их отпустите. Он мой. Отдай ему кинжал, Кастор, и больше не смей к нему прикасаться.

Несколько мгновений Близнецы стояли неподвижно, словно не верили собственным ушам. Затем обменялись взглядами над головой Людо. На их глупых красивых лицах было написано неподдельное изумление и разочарование.

– Но, Ликей… – начал Поллукс.

– Но, Ликей… – сказал Кастор.

– Такова моя воля, – произнес высокий лучник, и тетива его лука низко загудела.

Людо выдохнул. Он не понимал, что происходит, но видел, что Стреловержец не даст его в обиду Близнецам, поэтому заговорил смело, хотя сердце выскакивало из груди:

– Господин…

– Да, мальчик.

– Я могу идти? Прямо сейчас?

– Можешь, – ответил Ликей. – Ты рожден в этом Доме, под знаком Аполлона Ликейского, Повелителя волков, Стреловержца, Охранителя стад. Ты принадлежишь мне, и ты всегда служил мне верой и правдой. Пока ты здесь, в этом Доме, тебя не коснется никакое зло. Можешь отдохнуть до утра, а когда встанет солнце, ты без труда минуешь Дом Рака. Но твой конь с тобой не пойдет. Он увечен, а калеке, будь то конь или человек, не суждено выйти из моего Дома.

– Ты хочешь сказать… что можешь исцелить его? – запинаясь, спросил Людо.

– Исцелить или убить, какая разница, – отвечал Повелитель волков. – А теперь отойдите. Солнце сейчас сядет.

Лучник поднял громадный лук и приложил стрелу к тетиве. Оперение у нее было серое, наконечник отливал сталью. Тетива тревожно загудела. Последние лучи заходящего солнца сверкнули, словно капли свежей крови.

Кастор нехотя вернул Людо кинжал, затем Близнецы отступили в сторону, как было велено. Только Людо остался рядом с Ренти. Старый конь стоял напротив Стреловержца, подняв голову – узкая мишень для стрелы. Людо заставил себя расправить плечи и, заслоняя коня, взмолился:

– Господин…

– Отойди, – твердо промолвил Стреловержец, но тут Близнецы, непредсказуемые в своей тупости, прошли между ним и Людо. В то же мгновение солнце нырнуло за горизонт, словно горящее колесо рухнуло в воду, окрасив небо кровавым багрянцем, а по земле протянулись длинные тени.

Людо развернулся, ловкий, как угорь, запрыгнул на Ренти, ухватился за веревочный недоуздок, ударил коня пятками по бокам и крикнул:

– Вперед, Ренти, вперед!

И Ренти подчинился. Наверное, он был напуган не меньше Людо, потому что не успел мальчик вскочить на спину коня, как тот, забыв про хромоту, взял с места в карьер, чтобы укрыться за ближайшей скалой.

Людо лежал на спине Ренти, мертвой хваткой вцепившись в лошадиную гриву. Сзади крики Близнецов слились в одном злобном реве. Затем раздался спокойный и неожиданно насмешливый голос:

– Оставьте их. Ждите.

Людо, не отнимая щеки от спины Ренти, оглянулся. Каменистое плоскогорье накрыла тень. Близнецы стояли рядом, плечо к плечу, словно квадратные пирамиды из камней. Позади них тенью на фоне багрового заката высился Стреловержец, величественный, словно дерево, словно утес, словно сами небеса. Стрела радугой прочертила небо.

Раздался короткий музыкальный звук, будто дернули струну, и со вспышкой и долгим свистом, точно соколиное крыло рассекло воздух, стрела пролетело мимо щеки Людо. Белое гусиное перо коснулось лица, золотой наконечник скользнул по шее Ренти, и стрела исчезла в сгущающейся тьме. Они не слышали, как она упала.

Тут конь и мальчик оказались под тенью скалы, укрывшей их от лучника, и по ровной прямой дороге устремились к морю.

Глава 13. Рак

Пляж был ровный и длинный, такой длинный, что в надвигающейся темноте Людо не видел его конца. С одной стороны лежало море, холодное-прехолодное, в сером небе над горизонтом мерцали звезды. Серые тучи и мерцающие звезды словно неслись по небу, как Ренти несся по пляжу. Казалось, волки Ликея мчат наперегонки с конем. Людо чудилось, будто он слышит скрип их призрачных когтей.

С другой стороны, насколько видел глаз, тянулись черные обрывы – исполинские стены на фоне черного неба, на котором медленно всходила луна.

Людо лежал на спине Ренти, вцепившись в развевающуюся гриву, а конь галопом скакал по ровному песку, совершенно не выказывая хромоты. В свете луны и звезд Людо хорошо видел на несколько метров вперед и успел заметить знак Рака, написанный на песке, вот такой: ♋.

Ренти проскакал прямо по знаку, взрывая копытами песок. Вытянув шею и навострив уши, конь мчал по узкой песчаной полосе между морем и скальными обрывами.

На пляже было пусто: ни человека, ни зверя, только шелестели волны, накатываясь на берег, луна сияла в небе над обрывами, а на темном песке из-под копыт Ренти разбегались мириады маленьких рачков.

– Ренти, – прошептал Людо, – а ведь Ликей нам помог. Потому, что я родился в его Доме, и потому, что он – Охранитель стад, а я всю жизнь о них заботился, а еще потому, что он ненавидит тьму. Эта стрела… он собирался убить тебя серой стрелой, а потом сменил ее и выпустил белую. Она коснулась тебя – и ты исцелился. Ты исцелился, Ренти! Ты больше не будешь хромать! Теперь мы обязательно нагоним золотую колесницу… Ничто нас не остановит! Эти глупые рачки, да разве они могут нам помешать? Смотри, вот и пляж кончается!

Людо не верилось, что самое ужасное препятствие оказалось таким легким. И правильно не верилось. Ренти был уже на середине пляжа и скакал так быстро, как не скакал и жеребенком, когда справа от них что-то зашевелилось в тени черных обрывов справа.

Казалось, шевелятся сами скалы. Громадный валун неожиданно поднялся с земли на восьми суставчатых конечностях, словно гора о восьми ужасных колоннах выросла на песке. Послышался звук в тысячу раз громче любого звука – это клешни царапали по ледяным камням. Во тьме зажглись два холодных глаза.

– Кто смеет проходить по моим землям ночью? – раздался язвительный скрипучий голос.

Бесполезно было вступать в переговоры или спрашивать, что угодно хозяину этого Дома. Людо знал, что ему угодно. Понимал это и Ренти. Испуганно захрапев, старый конь прижал уши и поскакал еще быстрее.

Но шансов у него было не больше, чем у мухи против паука. Словно оползень сошел с горы – так скользнул к ним Рак, и огромная клешня взметнулась к самой луне. Зубчатая, словно акулья пасть, она раскрылась и протянулась поперек неба.