Походы Александра Македонского, 334-323 гг. до н.э.

Однако дипломатией и военной силой Александр наконец покорил непримиримое население. Он обеспечил целостность территории, разместив гарнизоны македонцев и греческих солдат. Только скифы к северу от Яксарта оставались постоянной угрозой. Когда-то они владели этими землями, которые у них отобрали персы, и была опасность, что скифы вновь начнут военные действия по отторжению северо-восточных провинций. Перед походом на юг через «Индийский Кавказ» (Гиндукуш) Александр оставил заставы из состарившихся и ослабевших от ран воинов-ветеранов, чтобы держать границу по Яксарту и город, который он там основал, — Александрию Эсхату (Alexandria-Eschate), что можно перевести как «Самая дальняя Александрия».

Теперь он «нацелился» на реку Инд. Планируя свою экспедицию в Индию, Александр расширил свои претензии уже за границы старой Персидской империи. В этот момент в армии появились симптомы, предвещавшие мятеж. Но Александр обратился к своим воинам с пламенной речью, успокоив их легендами о визите бога Диониса в Индию. И армия выступила за своим лидером в долину Инда без колебания.

Александр не сразу двинулся к Инду, он разделил свое войско. Гефестион и Пердикка с большей частью конницы, частью пехоты и обозом направились через Киберский перевал к Инду, чтобы навести переправу через Инд. Арриан, по аналогии с действиями римских саперов, предполагает, что речь шла о наведении Гефестионом понтонного моста Сам же царь вместе с Кратером отправился вдоль реки Кунар, чтобы пройти горную область Баджаур и Сват, подавив по пути возможные очаги сопротивления. Оба войска должны были вновь соединиться у Инда.

Для Александра и его людей эта кампания оказалась очень трудной. Большая часть крепостей на их пути оказали македонцам ожесточенное сопротивление. В отместку они, взяв город, истребляли жителей. В Массаге были уничтожены 7000 индийских наемников с женами и детьми.

За Индом македонцев дружественно встретил правитель города Таксила (Taxila). Арриан в своей истории именует Таксилом и самого царя. В действительности имя этого раджи, вероятно, было Амфи (Amphi), а прозвище Таксил у Арриана он получил по имени своего главного города. Он подчинился Александру по собственному желанию. Очевидно, что он искал македонской помощи для разгрома своего восточного соседа, которого греки называли царем Пором (Porus или Poros). Отдыхая со своими воинами в Таксиле, Александр получил заверения о преданности многих индийских правителей. Но вскоре стало очевидным, что дружба с Таксилом означает непримиримую вражду с Пором. Готовясь к новой войне, Александр двинулся с войсками на восток по направлению к реке Гидасп (Hydaspcs. современный Джелум в Пакистане), за которой Пор собирал свою армию.

Сражение на реке Гидасп

Когда Александр достиг Гидаспа, то обнаружил, что большая армия царя Пора сосредоточена против него на другом берегу реки. В древние времена часто случалось, что сражения происходили на водных рубежах: с одной стороны река для обороняющейся стороны как бы представляла собой защитный ров, с другой стороны — это было снабжение водой для солдат, расположившихся лагерем на его берегах. Гидасп так или иначе не был узким потоком или горным ручьем. Это была река шириной в 4 стадии (около 70 м). В засушливый период ее во многих местах можно было преодолеть вброд, но в это время года Гидасп был судоходной водной артерией.

Противостоящие армии отлично видели друг друга через реку, которая в результате сезонных дождей сейчас, в начале лета, была быстрой и полноводной. Численный состав армии Пора оценивается историками древнего мира по-разному, и современные исследователи не всегда соглашаются с приведенными ими цифрами. Вероятно, главные силы индийской армии насчитывали где-то 20–50 тысяч пехоты, 2000–4000 кавалерии, от 85 до 200 слонов и от 300 до 1000 колесниц. Дополнительно сообщается, что брат Пора располагался рядом с войском из 4000 конников и 100 колесниц. Как видите, цифры имеют значительный разброс, и истина находится где-то посередине.

Александр помимо своих 5000 индийских союзников сейчас привел с собой значительное число воинов из Западной Азии, но ядро его армии было все тем же: оно состояло из македонской пехотной фаланги и конницы гетайров, с которыми он когда-то пересек Геллеспонт. Армия, противостоящая Пору, состояла, вероятно, не менее, чем из 40 тысяч воинов. Александр всегда считал, что именно такая численность предоставляет ему оптимальную стратегическую и тактическую подвижность. Именно с такой армией он доказал, что способен наносить поражения азиатским силам любой численности, какие бы ни выступали портив него. Вполне возможно, что Александр в этом бою имел численное преимущество над противником.

Паводок на Гидаспе не давал возможности перейти реку вброд. Александр публично объявил, что он согласен ждать осени, пока уровень воды в реке не понизится. Без сомнения он говорил это для того, чтобы индийские шпионы донесли слова Пору. Сам Александр вынашивал совершенно иные планы.

Пор тщательно охранял все места возможных переправ, для этих целей его слоны были очень полезны, поскольку их появление неизбежно вызывало губительную панику у лошадей, которых пытались переправить на плотах или баржах. Но Александр был находчив в тактических вопросах. Еще до похода к границам Пора он демонтировал лодки и галеры, которые до этого использовал на Инде. Лодки были разобраны на две части, тридцативесельные галеры — на три. Эти секции перевозились по суше в фургонах. Так на Гидаспе была быстро собрана целая флотилия. С самого начала эти лодки смогли войти в реку. Индийцы не предприняли никаких попыток перехватить греческие плавсредства в канале на полпути.

В течение следующих недель Александр беспрестанно перемещал свою конницу вверх и вниз по речному берегу, производя при этом как можно больше шума. Пор, чтобы предупредить концентрацию воинов Александра где-либо выше или ниже по течению, посылал свои отряды для параллельного движения по своему берету, ориентируясь на производимый македонцами шум. Любое место, в котором было возможно форсирование, охранялось специально выделенным индийским отрядом. Однако пока все передвижения войск Александра были притворством. Ни один из двигавшихся с таким шумом отрядов так и не предпринял попытки форсировать реку, и в конечном итоге Пор ослабил свою бдительность. Это, конечно, и было намерением Александра. Македонцы имели теперь возможность осуществить реальное нападение. Любой звук их передислокаций воспринимался противником как ложная тревога.

Конница Александра в этих шумных передислокациях не только притупляла бдительность индийцев, но и провела разведку подходящих мест для форсирования реки, о чем и сообщила Александру. На основании этих докладов он выбрал место, где запланировал тайно ночью пересечь реку. Он оставил своего офицера Кратера в том месте, где македонская армия первоначально расположилась лагерем, с отрядом (одной гиппархией) конницы. Он же командовал всеми подразделениями азиатской конницы и 5000 местных индийских солдат, ему же подчинялись два лохоса (роты?) македонской фаланги.

Александр сам установил место форсирования, перейдя реку в выбранном месте со смешанным отборным отрядом. Отряд включал авангард конницы гетайров и подразделения кавалерии его офицеров — Гефестиона, Пердикки и Диметрия. Их подразделения в хрониках именуются гиппархиями, но нигде не говорится об их численности. Вероятно, они были больше традиционных македонских эскадронов, которые Александр использовал в Малой Азии. С собой он также взял азиатских воинов, включавших конных лучников, и два подразделения для прикрытия флангов — лучников и агриан.

Оставив существенные силы в базовом лагере, Александр, конечно, стремился замаскировать от Пора факт перемещения ударных отрядов к броду ниже по течению. Индийцы не должны были догадываться о форсировании реки до начала сражения. Его приказ Кратеру был следующим: если Пор бросит только часть своей армии против Александра, оставив напротив Кратера своих слонов, подойти к реке и своим присутствием связывать врага, находящегося на противоположном берегу; если же Нор уведет всю свою армию — безопасно форсировать реку и нанести удар индийцам в тыл. Фактически главная опасность для македонской конницы при форсировании была от слонов. Как только слонов снимали с этого места форсирования, македонцы могли смело форсировать реку, независимо от того, какие индийские силы защищали тот берег.

Под покровом ночи

Пункт, выбранный как место будущего форсирования реки, находился в 150 стадиях вверх по течению от базового лагеря (примерно 25 км). Здесь на противоположном берегу был мыс, покрытый пышным подлеском, а посередине реки находился остров, также заросший густым лесом, что давало возможность скрыть сосредоточение конницы, а при удачном стечении обстоятельств — и саму переправу. Вдоль берега с македонской стороны Александр уже выставил цепь пикетов, способных оперативно передать сообщение путем визуальных и звуковых контактов. Так же, как и с имитацией перемещения отрядов, Александр дал возможность врагу привыкнуть к крикам и световым сигналам этих застав.

Осуществив все действия по соблюдению секретности, Александр обеспечил полную скрытность переброски своих войск. Он проследовал маршрутом, достаточно отдаленным от берега реки (хотя и нельзя сказать, что слишком длинным или окружным). Македонцы шли к месту высадки почти всю ночь, при этом их настигла гроза с проливным дождем. Однако в данном случае они были рады непогоде, поскольку это скрывало их марш от противника.

В месте форсирования заранее были приготовлены плоскодонные лодки и плоты. Плоты были не из бревен, а из кожаных бурдюков, заранее привезенных сюда. Бурдюки наполнили соломой и зашили, сделав водонепроницаемыми. Под покровом ночи их спустили на воду. Александр уже применял подобную технику форсирования на Дунае и на Оксе. Сюда же без лишнего шума подогнали и небольшие тридцативесельные галеры, которые были в разобранном виде перевезены с Инда и собраны на месте.

Вдоль речного берега на полпути между основным лагерем и пунктом переправы Александр разместил отряд под командованием трех своих офицеров — Мелеагра (Meleager), Аттала (Attalus) и Горгий (Gorgias). В отряды помимо их пехотных подразделений входили конные эскадроны и азиатские наемники. Этим силам было поручено форсировать реку только тогда, когда главные индийские силы вступят в сражение и не смогут помешать переправе. Таким образом, форсирование Гидаспа должно было происходить последовательно на трех участках. Легко догадаться, что наличных плавсредств для организации паромов у Александра для переправы в одном месте просто не хватало.

На рассвете началась переправа. Флотилия паромов скрытно двинулась поперек реки. Александр с командирами находился на тридцативесельной галере. Примерно до середины реки все плоты, лодки и галеры были вне поля зрения противника. Но как только они продвинулись дальше, то были обнаружены индийскими наблюдателями, и гонец немедленно поскакал к Пору, чтобы доложить о действиях неприятеля.

Воины же Александра теперь столкнулись с непредвиденными трудностями. Берег, на который они высадились и который с македонской стороны казался материком, в действительности оказался большим островом. От противоположного берега его отделяла узкая, но глубокая протока (глубиной выше головы). С большим трудом воины и их кони смогли преодолеть этот быстрый глубокий поток.

Переправившись, наконец, на другой берег, Александр смог построить свое войско в походно-боевой строй без противодействия противника. После построения он двинулся к индийскому лагерю вдоль реки вниз по течению. К моменту столкновения с Пором строй оставался таким, каким его сформировал Александр после форсирования. Лучшая конница гетайров плотной массой шла перед пехотой, и впереди них двигалось 1000 конных лучников. Их задачей было заметить появление слонов и атаковать их стрелами до подхода главных сил. Основной конный отряд численностью около 5000 воинов был прикрыт с флангов конными лучниками под командой Таурона (Tauron), которые уже доказали свое умение управлять лошадьми в самых критических ситуациях и вести прицельный огонь.

Позади конницы маршировали гипасписты под командованием Селевка. Главный строй копейной фаланги с обоих флангов охраняли агриане и метатели дротиков. Нам не известна позиция многочисленных вспомогательных конных подразделений, которые не входили в перечисленные элитные соединения. Вероятно, они следовали в тылу или охраняли левый фланг гипаспистов.

Арриан говорит, что и имеющимися силами Александр был готов при случае разбить всю армию Пора, но это было не так.

Все эти маневры были обусловлены боязнью македонцев, что индийские слоны помешают форсированию реки его воинам. Он хотел прикрыть свои войска от слонов и колесниц, а лишь потом, когда на этот берег переберутся все его силы, устремляться в решительную атаку. Наличной пехоты (6000 воинов) для решительных действий явно не доставало. Но паромные средства уже перевозили вторую волну высадки. И было ясно, что ночное форсирование Гидаспа в общем прошло успешно.

Индийский ответ

Когда сведения о форсировании македонцами реки достигли Пора, индийский царь не предполагал, что в данном случае он столкнулся с главными силами. Он посчитал, что как и в предыдущие дни, когда небольшие македонские отряды имитировали подготовку переправы в разных точках Гидаспа, он столкнулся с такой же группой, теперь изображавшей форсирование. Потому навстречу Александру он послал относительно небольшой мобильный отряд под командованием своего сына (или брата?). В немалой степени этому заблуждению способствовали и доклады наблюдателей, сообщавших о крупных силах Кратера, находившихся в базовом лагере. Фактически Александр планировал и надеялся, что развитие событий будет именно таким. Индийское подразделение, посланное против Александра, насчитывало приблизительно около 2000 конницы и 120 колесниц (Плутарх приводит вдвое меньшие числа). Именно о такой численности противника сообщает Птолемей, и их принимает в своих хрониках Арриан. Отряд был разбит во встречном бою, около 400 индийцев было убито (в том числе, и молодой принц). Лошади и колесницы были большей частью захвачены, но несколько колесниц сумело вырваться из гущи боя и прорваться к царю с новыми данными о враге.

Лишь теперь Пор осознал, что против него выступает основная армия Александра. К тому же и воины Кратера теперь в открытую начали готовиться к форсированию реки, так что индийцы не могли не обращать внимания и на это направление. Для охраны берега индийский царь оставил небольшой отряд воинов с несколькими слонами, которых по его мнению было достаточно, чтобы запугать любую конницу, находившуюся на плотах. Сам же он со своей главной армией выступил против Александра. Его армия насчитывала около 4000 всадников, 300 колесниц, 200 слонов и 30 000 пехоты. Местность, по которой он шел, была грязной и полузаболоченной, а потому мало подходила для поля боя. Наконец, индусы вышли на небольшую равнину, покрытую песчаными наносами, которая обеспечивала возможность для маневра конницы и колесниц. Здесь они остановились, намереваясь дать бой противнику.

Индийская передняя линия была составлена из слонов, расположенных приблизительно с 30-метровыми промежутками. Сзади слонов и в интервалах между ними находились пехотные подразделения (в основном — лучники). На флангах этот строй прикрывала конница и колесницы. Когда Александр появился в пределах видимости индийского боевого строя, он остановился и позволил своей пехоте отдохнуть. При этом македонская конница патрулировала вокруг отдыхавшей пехоты.

Перед началом боя против Пора Александр перетасовал руководство подразделений своей армии. Его старшие офицеры имели разный боевой опыт и разные организаторские способности. Потому при организации сборки плавсредств и форсировании лучше проявили себя одни командиры, а в бою лучше были другие. Кен был назначен командиром конницы Деметрия (Demetrius), в свою очередь Деметрий стал его заместителем. Селевк остался командовать гипаспистами. Командовать копейщиками фаланги были поставлены Таурон и Антиген (Antigenes). При командных перестановках Александр учитывал не только боевые качества своих офицеров, но и прошлый опыт службы в кавалерии, в фаланге или с лучниками.

Пор имел превосходство в численности пехоты, но Александр имел преимущество в коннице. Так или иначе, исход сражения зависел от того, смогут ли индийские слоны привести в замешательство ударную македонскую конницу и можно ли путем маневрирования построить сражение так, чтобы избежать противостояния конницы и слонов. Александр открыл сражение с атаки своих конных стрелков, которые произвели немалый беспорядок на крайнем левом фланге врага.

Следует помнить, что колесницы Пора были расставлены на каждом фланге впереди его конницы. Экипажи стоящих на месте колесниц имели на вооружении мощные луки и хорошие условия для стрельбы, потому Пор надеялся, что именно они послужат основной противодействующей силой конным лучникам Александра. С другой стороны, именно колесницы и стали основной целью для конных стрелков македонцев. (На каждой колеснице боевой расчет составлял 6 человек, из которых двое были не вооружены, а прикрывали щитами остальных).

Конные лучники налетали на индийский строй и тут же откатывались назад, их постоянное движение позволяло наносить экипажам колесниц серьезный урон. Видя это, индийский царь пересмотрел свое решение в порядке развертывания армии. Он приказал легкой коннице занять позиции перед колесницами. Но Александр со своей конницей гетайров уже атаковал индийцев, прежде чем конники успели изменить свои порядки. В целом левый фланг индийцев нес сейчас тяжелые потери, перейдя к обороне и не помышляя об атаках.

На другой стороне поля боя конница правого фланга индийцев перешла в наступление, чтобы уравновесить ситуацию. Расстояние между боевыми порядками позволило им набрать скорость, и сейчас индийская кавалерия неслась вперед перед своим строем через все поле боя, чтобы атаковать отряд Александра с фланга. (Кавалерия македонцев на их левом фланге была малочисленной и никакой угрозы индийцам не представляла). По-видимому, Александр предусмотрел возможность такого маневра. Его офицер Кен, действуя по заранее оговоренному плану, отсоединил гиппархию тяжелой конницы из задних рядов отряда Александра и увел ее в тыл. Там, пройдя позади своей пехотной фаланги, македонские кавалеристы появились на левом фланге и оттуда ворвались в центр поля боя между двумя пехотными линиями. Кен успел нанести удар по индийской коннице в тот момент, когда ее первые ряды уже вступили в бой с гетайрами Александра.

Индийская кавалерия могла попасть в ситуацию, когда ей пришлось бы биться на два фронта. У Пора конницей командовали достаточно опытные офицеры, которые на ходу сумели разделить свои силы на два отряда: один из них атаковал Александра, а другой — Кена. По приказу Александра его гетайры ускорили движение и врезались в строй индийской кавалерии, когда та еще не закончила перестроение. Индийская кавалерия была легче македонской, и вынести такой удар она не смогла. Остатки конницы устремились назад, ища защиты возле своих слонов.

Поражение Пора

Теперь настало время слонам показать свои боевые возможности в полной мере. Их строй двинулся против приближающейся македонской пехоты. Несмотря на ливень стрел и метательных копий слоны относительно легко преодолели расстояние до фаланги и вломились в ее строй. Выучка их была превосходной: слоны топтали фалангистов, несмотря на выставленный лес копий, использовали бивни и хоботы для уничтожения противостоявших им щитоносцев.

Индийские конники повторно попытали счастья в атаке против гетайров Александра, но и эта их вылазка окончилась отступлением под прикрытие слонов. Сражение на этой стадии приобрело нетипичный для древнего мира рисунок. Кавалерия обеих противостоящих армий теперь не искала решающих возможностей на флангах строя, а сконцентрировалась плотными группами в середине пехотного строя. Правда, для индийцев это была точка отхода под прикрытие слонов, а для македонцев — основная сила их армии, удерживающая остальной строй от отступления и бегства.

Тем временем атака слонов постепенно потеряла свою инерцию, уничтожив первые линии фаланги. Их махауты (погонщики) были уязвимы для стрел и дротиков, чем тут же воспользовались македонцы. Слонам также доставалось от вражеских стрелков, потому многие утомленные раненые животные возвращались назад, в то место, откуда они начали атаку, даже если они не потеряли своих махаутов.

Индийская конница, в отличие от македонской, теперь оказалась со всех сторон окруженной своими слонами. Многовековой опыт древних войн свидетельствует, что напуганные слоны не менее опасны для своих, чем для врагов. Слоны Пора в этом плане не были исключением: индийцы, оказавшиеся на их пути, были смяты и растоптаны. Тем временем индийская пехота, лишившаяся поддержки своей конницы, слонов и колесниц, оказалась легкой добычей для восстановившей свои ряды македонской фаланги.

Наконец, когда все резервы Пора иссякли, конница и пехота Александра окружили остатки его армии, захватывая слонов, которые теперь стояли на месте, издавая горестные трубные звуки по своим погибшим погонщикам. Индийская конница была уничтожена как боевая сила, а те воины Пора, которые обнаружили спасительный промежуток в окружающих их македонских частях, устремились в бегство. Однако и оно не спасло их. Кратер со своим отрядом сумел с боем провести форсирование Гидаспа, пересек реку и перехватил истощенных беглецов.

Царь Пор был воином гигантского роста (его рост 1,92 м), сидевшим на специально тренированном слоне. Он был бронирован в крепкие пластинчатые доспехи и, в отличие от Дария, вовсе не собирался пускаться в бега, хоть и видел, что сражение им в целом проиграно. Он сражался вместе со своими до тех пор, пока хоть кто-то из индийцев продолжали битву. И только раненый в правое плечо, повернул слона. Александр, видя мужество противника, пожелал спасти его. Сначала он послал к нему Таксила. Тот, подскакав на безопасное расстояние к слону Пора, пожелал, чтобы тот остановил животное, ибо ему не удастся бежать, и послушал слова Александра. Увидев своего извечного врага Таксила, Пор собирался бросить дротик и, может быть, убил бы его, если бы тот не отъехал подальше от Пора со своим конем. Александр же послал вместо Таксила и индийца Мероя, который был старым другом Пора. Когда Пор услышал слова Мероя, он остановил слона, слез с него и приказал скорее вести себя к Александру.

В сражении и последующем преследовании индийцы потеряли 3000 своей конницы, 20 000 пехоты и все колесницы. Выжившие слоны стали добычей победителей. Арриан говорит, что македонцы потеряли 20 гетайров и 80 фалангистов. Для сравнения Диадор насчитывает только в македонском контингенте 280 убитых среди конников и 700 пехотинцев. Безусловно, эти цифры не соизмеримы с индийскими потерями, большинство жертв которых приходится на резню при их отступлении.

Возвращение в Вавилон

Александр заключил союз с Пором и примирил его с Таксилом. Рядом с Гидаспом, на месте битвы царь построил большой город и назвал его Никеей (по-гречески «Победный»), а несколько севернее, где была осуществлена переправа, основал город Букефалию (Bucephala), в честь своего боевого коня, который здесь умер от старости. Александр отдыхал со своими воинами в течение месяца и за это время получил подкрепления солдат фракийцев, посланных ему губернатором Каспийской области.

Потери македонцев были огромны. Александр понял, что, если он не хочет, чтобы вся Индия объединилась в борьбе с ним, как это было в Согдиане, необходимо вести себя милостиво с побежденными и привлекать местных правителей на свою сторону. Поэтому царь не только не казнил Пора, но даже расширил территорию его страны, подчинив ему 15 прежде независимых племен. Теперь, утратив свою свободу, они ненавидели Пора, и царь для того, чтобы сохранить свою власть, не мог обойтись без поддержки македонцев. Александру пришлось оставить значительную часть своей армии в долине Гидаспа для поддержки Пора и Таксила.

Александр отправился в поход в июле до окончания сезона дождей. Македонцы пересекли реки Акесинсс (Acesines — Ченаб) и Гидроат (Hydroates — Равви), покорив местные племена. Город Сангалу они сровняли с землей. Дождь все лил и лил, воздух был туманным и промозглым. Ветераны Александра уже были не теми юными сорвиголовами, которые восемь лет назад вышли из Пеллы. Они прошли более 17 000 миль и принимали участие во всех мыслимых битвах и осадах. Редко кто из них не пострадал. Когда армия подошла к разлившемуся от дождей Гифасису (Hyphasis), среди воинов распространились слухи о земле и людях, живущих за рекой. Говорили, что в двенадцати днях пути есть еще одна большая река (вероятно, Сутледж), за которой живут многочисленные свирепые племена, у них есть колесницы и боевые слоны.

К тому же было известно, что Гифасис — восточная граница империи Дария. До сих пор Александр, по крайней мере, мог заявлять, что, как преемник Дария ведет войну за провинции, принадлежащие ему по праву. По, перейдя через Гифасис, войско его встало бы перед перспективой военного похода, который мог неизвестно когда закончиться. Это был бы буквально поход на край света.

Как пишет в своих хрониках Арриан, Александр надеялся достичь «Великой реки Океан», который согласно греческим географическим представлениям окружал сухопутную массу мира. Однако его воины теперь следовали за ним без энтузиазма. И когда Александр наблюдал их падающий моральный дух, он пытался взбодрить их страстным обращением. После длительного молчания, которое последовало за пламенной речью Александра, Кен смело выразил нежелание армии продолжать поход. Эта речь рассердила Александра, поссорив его с армией в целом и Кеном в частности. Царь удалился в свою палатку и не выходил оттуда в течение двух дней. Но когда никто из воинов не проявил никакого раскаяния в предательстве его глобальных планов, он осознал, что время возвращения назад для этой армии уже наступило.

Но даже отступление в Вавилон было полно для македонцев драматическими событиями. Александр был вовлечен в безумную войну против маллов (Malli), группы племен долины Инда. При штурме одной крепостей маллов он едва не был убит. Увлекая за собой своих воинов, отказывавшихся карабкаться по осадным лестницам, Александр во главе нескольких телохранителей первым взобрался на стену и спрыгнул внутрь крепости. В этот момент лестница, по которой следовали остальные, обломилась, и царь оказался среди врагов. Видя, что в крепости находится только Александр и его три оруженосца, маллы смело набросились на них. Царь и его телохранители отчаянно защищались, но скоро один из них (Абреас lAbreas]) был убит, а сам Александр получил несколько тяжелых ран и упал на колени у стены. Его храбрые оруженосцы Певкест (Peucestas) и Леоннат (Leonnatus) держались еще на ногах и мужественно защищали царя, заслонив его своими телами. Подоспевшие в последний момент македонцы вырвали потерявшего сознание Александра из рук маллов и отнесли в палатку. Александр был на волосок от смерти, и македонцы в отместку устроили резню, убив всех мужчин, женщин и детей в захваченном городе.

Оправляясь от почти фатальной раны, Александр направил свою армию вниз по течению к Акесинесу и далее к Инду. Постоянные конфликты между командирами гетайров — Кратером и Гефестионом, вынудили его разделить свою армию. Основная часть под командованием Кратера направилась назад через область Арахосию (Arachosia) и город Александрию (Кандагар). Сам же Александр загорелся идеей исследований и открытий. Он собрал остатки своей армии и отправился в район Патталы (Pattala) в дельте Инда. Свои силы он разбил на две части, ведя исследования неведомых земель с суши и с кораблей.

Александр исследовал оба устья Инда. Флот, который должен был, очевидно, следовать параллельно его движению во время возврата на запад, задержал муссон. Таким образом, Александр и его воины скоро потеряли контакт с судами, которые совершали теперь самостоятельное плавание под командой его адмирала Неарха (Nearchus). Команды Неарха часто путали незнакомые условия Индийского океана, который включал такие явления, как сильные течения и китов. Они претерпели много лишений и нужды, и несколько судов было потеряно.

Сухопутные силы претерпели еще большие лишения, блуждая в пустыне Гедрозии (Gedrosian. пустыня носила то же название, что и персидская сатрапия Гедрозия. нынешний Белуджистан). Сначала отряд Александра тащил роскошную добычу, добытую в восточных войнах, а также многочисленных женщин и детей. Но вскоре им пришлось бросить и сжечь добычу, а многих своих животных они вынуждены были убить на еду. Все страдали от жажды, потому с радостью разбили лагерь на берегу ничтожного ручейка, протекавшего в пустыне. Внезапно ночью где-то в отдаленных горах прошел ливень, превративший маленький ручеек в ревущий полноводный поток. Много женщин и детей утонуло во время этого паводка, были потери среди воинов и животных. В пустыне больные или истощенные падали и оставались лежать там, где упали, поскольку ни у кого не было сил помочь им или нести их. Когда сильный ветер стер все межевые вехи и занес тропы песком, проводники Александра, не умевшие читать звезды, сами сбились с пути. В этом критическом положении Александр взял выбор маршрута на себя и, используя собственные способы определения направления, привел своих отчаявшихся воинов к берегу моря. На берегу на относительно небольшой глубине была обнаружена пресная вода. В течение семи дней претерпевшая чудовищные лишения армия шла по безлюдной береговой полосе.

В конце концов Александру удалось установить контакт с армией Кратера, находившейся в Кармании (Carmania). Кратер прислал ему столь необходимых вьючных животных и слонов, и остаток марша проходил в сравнительно цивилизованных условиях. Вскоре поступили сведения, что вскоре прибудет и Неарх. Александр не мог в это поверить и даже арестовал правителя провинции за распространение ложных слухов. Когда же перед царем появился сам Неарх, оборванный и заросший, Александр подумал, что в живых остались лишь сам командующий флотом и пять его спутников. Однако Неарх сообщил, что флот добрался до места и корабли сейчас проходят ремонт в Гормузе. Радость Александра не знала границ. Отт принес жертвы богам и велел устроить праздничные состязания атлетов и музыкантов в честь возвращения флота. Сведения о датах его плавания в различных хрониках отличаются так, будто речь идет о разных экспедициях. Но скорее всего Неарх отбыл из устья Инда в конце юго-западных муссонов в октябре 325 г. до н. э. и достиг Суз весной 324 г. до н. э.

Теперь Александр мог подсчитать потери. Он вышел в поход с 85 тысячами человек, среди которых было много гражданских лиц. Из них осталось в живых не более 25 000 человек, а гвардия гетайров сократилась с 1700 до 1000. Лошади, мулы, запасы, дорогое оружие — все пропало. Александр хотел свалить вину за неудачный переход по пустыне на сатрапа провинции Аполлофана. Но тут пришло донесение от Леонната, который сообщил, что местные племена напали на его отряд, причинив немалые потери. В числе убитых был и Аполлофан. В пропагандистских целях Александр представил поражение Леонната, поменяв местами цифры потерь. В результате получилось, что Леоннат победил, уничтожив 6000 туземцев и потеряв всего десятка два воинов. При низком моральном духе после аферы в пустыне армия не перенесла б известия о поражении.

По возвращении в Вавилон Александру впору было заняться казнокрадами. И крупнейшим из них был уже упоминавшийся Гарпал. Во время индийского похода до царя доходили тревожные слухи о его казначее. Говорили, что Гарпал вызвал к себе из Афин известную куртизанку Гликеру, которая жила как принцесса во дворце в Тарсе. В 327–326 гг. до н. э. в Тарсе началась чеканка серебряной монеты без всяких признаков того, что это монета Александра. Распространились слухи, что Гарпал готовит мятеж против своего царя. Если бы Александр не вернулся из восточного похода (именно так полагали многие в Малой Азии), то Гарпал, благодаря огромным денежным ресурсам, оказался бы самым могущественным человеком империи. За пшеницу, бесплатно отправляемую в Афины во время голода 330–326 гг. до н. э., Гарпал был удостоен там почетного гражданства. При поддержке греков он мог бы выступить прошв Ангипатра.

Александр мало что мог предпринять по делу Гарпала до возвращения в Вавилон. Но как только по пути в столицу царь казнил проворовавшихся сатрапов Клеандра и Ситалка, Гарпал предусмотрительно скрылся. Он бежал, захватав 6000 наемников и 5000 талантов серебром. Гарпал отплыл в Афины. Когда он появился в Пирейской гавани, наивно ожидая, что его встретят как героя, порт оказался закрытым для него. Однако во второй половине месяца Гарпал объявился снова, на этот раз под скромным предлогом оказания материальной помощи, всего с тремя кораблями, имея с собой 700 талантов.

Проникнув в город, он быстро обрел сторонников в деле подготовки мятежа. В это время, одно за другим, прибыли посольства Антипатра, Александра и Олимпиады с требованием немедленной выдачи Гарпала. В Афинах начались жаркие споры, надо ли выдавать Гарпала а если надо, то кому. Пока шли эти споры, Гарпал ухитрился бежать с помощью неизвестных лиц. Это вызвало большой политический скандал, который еще усилился, когда стало известно, что из 700 талантов лишь половина оказалась в сокровищнице Акрополя. Гарпал после своего удивительного бегства из Афин снова оказался на Пелопоннесе, собрал свою флотилию и отплыл на Крит. Там он вскоре был убит македонским агентом.

В последние годы Александр жил своей идеей смешения европейской и азиатской культур. В развитие этой идеи он обязал своих македонских офицеров жениться на азиатках. И никто не может упрекнуть Александра, будто он сам не подал тому примера. Согласно Арриану 10 тысяч македонцев женились на местных женщинах, все они получили подарки от царя. Александр решил сделать Вавилон столицей своей империи.

Характер царя испортился, он с удовольствием принимал все проявления азиатской лести и возвышал льстецов. С каждым днем все более Александр проникался мыслью о своем божественном происхождении. Он с упоением принимал депутации из дальних стран, поздравлявшие его с фантастическими завоеваниями. В 324 г. до н. э. в Вавилон прибыли дружественные посольства из Ливии. Карфагена, Испании и Галлии. Возможно, что если бы Александр прожил дольше, он обратил бы свои помыслы и к западным завоеваниям, но пока он планировал экспедицию в Аравию, вдохновленный, очевидно, разведкой Неарха.

Эта подготовка, в частности — строительство флота для действий в Персидском заливе, была прервана его внезапной смертью, которая последовала за молниеносной болезнью, похожей на отравление, в 323 г. до н. э. Александр не назвал никакого преемника на свой трон. Так случалось и в прошлые разы, когда его жизни угрожала болезнь или раны. Смерть в сражении фактически угрожала ему непрерывно, и все же Александр никогда не задумывался о вопросах престолонаследия. Согласно Арриану он был в сознании последние двадцать четыре часа свой жизни. В своей «Истории Александра Македонского» Квинт Курций Руф утверждает, что царь произнес несколько осмысленных фраз перед самой смертью. Но или он не желал указать преемника, или это ему было безразлично. По легенде на прямой вопрос своих командиров Александр прошептал: «Сильнейший». В результате старшие офицеры поделили на части его обширную империю, отдельные части которой вскоре вступили друг с другом в кровопролитные войны.

Возможно, что в последние годы он мало думал о политике. Анализируя его поступки, мы видим Александра в качестве одержимого исследователя, который пытался узнать о границах обитаемого мира, а сделать это в те годы можно было только военным путем. Что же касается его истребляемых врагов, то ими были те, кто пробовал препятствовать ему ходить, где ему нравилось, когда ему этого хотелось.

После Александра

Филипп Арридей (Arrhidaeus), сводный брат Александра, который, вероятно, командовал македонской армией, пришедшей в Малую Азию в 334 г. до н. э., находился в Вавилоне во время смерти Александра. Сын Филиппа II и его фессалийской любовницы Филинны (Philinna), Арридей был признан законным преемником трона Македонии, однако его власть была чисто номинальной. В дворцовых интригах он был наивен и простодушен, соглашался на опекунство любого, кто только претендовал на эту роль. В конечном счете, он согласился на доминирующую роль Олимпиады, матери Александра, которая, ревнуя его к собственному потомству, убила Арридея в 317 г. до н. э.

Посмертный сын Александра и Роксаны был еще слишком мал для политических интриг, но уже именовался царем Александром Македонским IV. Он и его мать были убиты в 310 г. Кассандрой (Cassander), сыном регента Антипатра, умершего в 319 г. до н. э. Кассандр, считая себя естественным наследником македонского трона, безжалостно избавлялся от всех возможных конкурентов.

Если семейство Александра не наследовало Македонии, то никто из македонцев не наследовал Персидскую империю. Западные территории, завоеванные Александром, были в 321 г. до н. э. под контролем Антигона (Antigonus), сына Филиппа, при Александре губернатора Фригии (северо-западная Малая Азия). Антигон считал себя единственным наследником всей империи и быстро уничтожил двух старших офицеров Александра, не согласных с его притязаниями. В 315 г. до н. э. он казнил Пифона, сына Кратея, телохранителя Александра, правившего после смерти царя в Мидии (Западный Иран). В 316 г. до н. э. Антигон казнил Евмена, сына Гиеронима, командира и секретаря Александра, правившего частью Малой Азии, прилегавшей к Черному морю. Антигон был самым сильным из царских преемников, что немедленно обусловило противостояние ему остальных наследников Александра. Против Антигона выступили Селевк (Seleucus), сын Антиоха, управлявший большей частью азиатских провинций империи из Вавилона, Птолемей, правивший Египтом; Кассандр, сын Антипатра, правивший Македонией, и Лисимах (Lysimachus), телохранитель Александра, правивший Фракией.

Этот мощный альянс сумел разбить Антигона при Ипсе (Ipsus) во Фригии в 301 г. до н. э., сам он погиб в сражении. Союз против Антигона был временным, после исчезновения Антигона как внешней угрозы преемники Александра оставались разобщенными вплоть до II столетия до н. э., когда по одному их царства попали под власть Рима. Последней представительницей правителей македонской династии была Клеопатра, возлюбленная Юлия Цезаря и Марка Антония, она покончила с собой в 30 г. до н. э.

Македонская власть в северо-западной Индии ненадолго пережила Александра. Пенджаб скоро вышел из-под эллинистического контроля, присоединившись к царству Чандрагупты, основателя царства Мауриев (Chadragupta Maurya). В свое время этот царь склонял Александра Македонского на поход против империи Нандов, а теперь воспользовался моментом, чтобы увеличить свои территории (ранее он был преемником губернаторов Александра и гарнизонов в Бактрии и Афганистане).

Монеты, имеющие греческие и индийские надписи, свидетельствуют, что еще лет сорок индо-греческие цари правили на рубеже III–II столетий до н. э. Один из них — Менандр (Menander), правивший с 155 г. до 130 г. до н. э., именовавшийся в индийских хрониках как Милинда (Milinda), запомнился в истории как греческий царь, перешедший в буддизм.

Глоссарий

В настоящем издании по возможности не применялись специфические македонские термины для обозначения оружия, доспехов и войсковых соединений. Потому в конце мы приведем краткий список слов, транслитерированных с греческого, который читатель может сопоставить с терминами, используемыми в других изданиях об Александре. Слова представлены в единственном числе, но читатель сам может получить множественную форму, добавив окончания «oi» или «ai». У латинских авторов, писавших об Александре, греческие окончания «os», «oi», «а» и «ai» превратились в «us», «i», «е» и «ае» соответственно. Так появились латинские «Parmenio» и «Aristo» вместо греческих «Pamienion» и «Ariston». Еще сложнее с греческим звуком «ei» — в латинских трудах он превратился в «i». Так. например, латинский «Clitus» соответствует греческому «Clcitos». а также (хоть это совсем другое слово) «Cleitus». Буква «у» использовалась латинянами, чтобы заменить греческий «ипсилон», но в некоторых словах буква «и» заменяет «у» при английской транслитерации. Несколько собственных имен традиционно англизированы в трудах историков США и Великобритании. Например, «Agrianes» («агриане» — четыре слога с коротким «е» на конце), но в английских книгах мы часто встречаем «Agrianians» («агрянян»). Не без помощи англичан имя македонского царя стало «Филипп» вместо греческого «Philippus» («os»), а английский и латинский Александр подменили греческого «Alexandras». Греческие имена, транслитерированные в работах на других языках, возможно, ближе к оригиналу. Немецкий язык, например, в ряде вопросов точнее английского, по крайней мерс, здесь пишут букву «к» вместо латинского «с». Дополнительную путаницу в англоязычную литературу вносит тот факт, что по случайности слово «Maccdon» в английском языке обозначает одноименное государство или латинскую провинцию, тогда как в греческом «Makedon» обозначает «македонец».

Agema — авангард. «Basilikon agema» (= царский авангард), обычно это конница Александра, но отряд мог состоять и из hypaspist-ов (смотрите ниже).

Akontion — метательное копье.

Basilikoi Paides — «царские юноши», контингент юных македонцев, следовавших за царем, находясь на действительной военной службой. Часто переводят как «царские пажи». Они получили известность главным образом из-за их заговора против жизни Александра в Бактрии.

Chitiarchia — соединение в тысячу воинов, аналог — «chiliarchy».

Chiliarches — командир «chiliarchy»: одновременно воинский чин персидского премьер-министра.

Hetairos — гетайр, компаньон, сотрапезник — воин из отряда тяжелой кавалерии, в которой служили представители македонской знати. Иногда они называются греческим словом «philoi», переводящемся как «друзья».

Hipparchia — к концу кампании так именовали подразделение гетайров, точная численность такого отряда никогда не определялась.

Hipparchos — командир hipparchia («hipparchy»).

Hoplitcs — греческий тяжелый пехотинец с большим овальным щитом: «hoplite».

Hypaspistes — македонский пехотинец, вооруженный копьем и большим щитом, «hypaspist». Hypaspists в конце кампании именовались «серебряными щитами», почти всегда это слово переводят как «телохранитель».

Ile — ила, эскадрон конницы.

Ilarches — иларх. командир илы.

Kopis — копие, рубящий меч с искривленным лезвием, отличающийся от прямого, обоюдоострого, именуемого «xiphos».

Lochos — подразделение илы, иногда переводится как «рота».

Longche — копье более короткое, чем сарисса (смотри ниже).

Machaira — махайра, рубящий меч (= kopis).

Melophoroi — «предъявители яблок», греческое название персидской царской охраны с шариками на тыльной стороне копья.

Pelte — (или «pelta») малый, легкий щит из кожи и плетеных прутьев.

Pellastes — первоначально — легковооруженный застрельщик со щитом pelta, но к описываемому периоду (IV столетие до н. э.) оружие и броня пслтастов усилились, хоть они и оставались легкой пехотой.

Pentekonloros — пятидесяти весельная галера.

Penteres — Quinquercmc; галера с пятью гребцами на каждое весло.

Pezetairos — македонский пехотинец. В противоположность позетайросам «Asthctairoi» были той частью армии, которая вербовалась в городах, а потому приходила на службу быстрее, чем проживавшие в сельской местности позетайросы.

Phalanx — боевой линейный строй — плотная линия македонских пикинеров.

Prodromos — продромы, разведчики — отряд легкой фракийской конницы под командованием македонских офицеров.

Sarissa — сарисса, пехотная пика или кавалерийское копье (правильнее «sarisa»).

Sarissophoros — тяжелый кавалерист македонской армии (= prodromos).

Satrapes — сатрап, греческая форма персидского слова, подразумевающего губернатора провинции.

Stadion — стадия, греческая мера длины около 180–185 метров.