Помоги проекту - поделись книгой:
А я и думаю: «Хм, где я раньше это читал?» Вспомнил – в «Sports Illustrated» за декабрь 1974-го года в статье про «Уорриорз»:
У нас блестящая команда. Игроки ставят команду превыше себя. Баскетбол, на мой взгляд - олицетворение командного спорта, и у нас играют люди, которые готовы подставить спину под удар ради коллектива. Все нацелены на результат. Ни разу не видел человека, который был бы расстроен своей игрой в случае командной победы. Раньше он мог бы переживать из-за плохой реализации бросков и не был бы особо счастлив.
Знаете, кому принадлежат эти слова? Рик Бэрри. Ему самому, главному козлине своего времени. В тот конкретный год сошлись звезды на небе, и Рик даже не стеснялся об этом говорить. И спустя полгода в его коллекции появился приз MVP финала. Можно быть уверенным, что команда движется в правильном направлении, когда слышишь хвалебные оды в ее адрес от звезды вроде Бэрри. Любая команда может на один сезон примерить на себе наряд бескорыстной дружины. Но не стать одноразовым чемпионом и продолжать побеждать? Бывший вратарь Кен Драйден объясняет, что
Погоня за победами становится установкой, обязательством и девизом. В конце концов, победа становится частью твоего «я». Превосходство. Возможность играть вместе с лучшими из лучших и самому быть лучшим на дороге не валяется. И если уж такой шанс тебе выпадает, то от него невозможно отказаться. Но если побеждать достаточно часто, то можно потерять вкус победы, удовлетворения от успеха и дать слабину, позволить себе уступить. Но обратного пути может и не быть. Проиграл – и на тебя никто не давит, а ты все равно получаешь много денег, тебе спокойно и комфортно. Чувствую, в этом году так и будет. Ведь если ты побеждаешь, то на следующий год неизбежен спад[75].
Расселл жил и дышал ради этих моментов и любил находиться под давлением:
Даже если у вас невероятно талантливый состав, вы психологически настроены на победы, уверены в своих силах и получаете удовольствие от игры, все равно рано или поздно вы столкнетесь с равным себе по силе. Именно в условиях чудовищного стресса и закаляются чемпионы. Характер чемпиона определяется его желанием и умением телом и духом отвечать на брошенный вызов. В дело вступает концентрация – способность демонстрировать лучшие навыки, находясь под предельным давлением извне[76].
Итак, повторная (и третья, четвертая и т.д.) победа в чемпионе напрямую вытекает из умения бороться с постоянной паникой (страх потерять нажитую славу) и давлением (надо не просто уметь его пережить, но и быть крайне уверенным в себе). Через такие дебри можно пробиться, только держа в голове определенную установку, то есть лидер и его партнеры должны полностью впитать в себя эту установку. Установку на победу. Уилт взял один титул в 67-м, а через четырнадцать месяцев его уже обменяли в другой клуб. Ему было интересно победить лишь однажды, защита титула его не слишком волновала, и он переключился на другую установку (захотел стать лидером лиги по результативным передачам). Тем временем Расселла рвало перед важными матчами и по ходу тринадцатого сезона в лиге. Ему уже не хватало пальцев на руках для всех завоеванных перстней, но это его не останавливало. Он хотел и умел только побеждать. Страсть к победе горела внутри него ярким пламенем. Партнерам Расселла по команде достаточно было находиться рядом и согреться у этого костра, и они тоже заражались желанием победить. В коллективе воспитать это чувство сложно, но уж если оно появляется и приносит плоды, то его стараются беречь изо всех сил. Великие команды так и становятся великими.
Именно поэтому все мы так четко помним «Буллс» Джордана и Пиппена. И в основании их величия находятся не первые пять титулов, а лишь один последний. Команда тогда из последних сил ползла к победе и оставалась на плаву исключительно за счет гордости и несгибаемой воли Майкла Джордана. Мой любимый момент пришелся на седьмую игру финала Восточной конференции. «Чикаго» уступают три очка, до конца остается шесть минут и «Буллс» все никак не могут сломить сопротивление очень крепких «Пэйсерс», которые явно были готовы свергнуть «быков» с трона. Но вы помните, как Джордан выиграл спорный у Рика Смитса, в котором было семь футов и четыре дюйма? А как Пиппен обогнал Реджи Миллера и завладел важнейшим мячом? Помните, как «Буллс» рубились на чужом щите и не жалели себя для победы?[77] Помните, как у Джордана не шел бросок, и он начал раз за разом идти под кольцо, как раннинбек в футболе, собирал на себе фолы и вставал на линию штрафных? Помните, как Джордан и Пиппен на последних секундах стояли, упершись руками в колени, и от усталости не могли даже порадоваться победе? Эти двое не позволили бы «Буллс» проиграть. Великая команда проявляется не в победах, а на грани поражения, когда она зубами выгрызает победу.
Как противопоставление – «Лейкерс» Шака и Кобе взяли всего три титула, а могли бы стать чемпионами раз восемь. За их ссорой было странно следить даже в сам момент конфликта, так что мне даже сложно представить, как их будут оценивать болельщики грядущих поколений.
«Пистонс»-89 намеренно взяли менее сильного Агуайра и стали лучше как команда. В восьмидесятых любой готов был убить кого-нибудь ради возможности играть плечом к плечу с Бердом или Мэджиком. Игроки, видевшие подвиги Расселла вживую, сегодня возносят его до небес. Любой баскетболист последних десяти лет предпочел бы иметь в партнерах Данкана, нежели любого другого. Во всех случаях есть общий знаменатель – приоритет на командную игру и слаженность, общее благо вместо индивидуального. Формула-то несложная[78]. Если группа талантливых игроков берет курс на такой подход, то как минимум один чемпионат у них в кармане. А если они смогут и дальше продолжать держать в узде свой эгоизм и пахать за себя и за того парня, то тогда могут замахнуться и на место в истории.
Цель этой книги можно кратко описать как «попытку выяснить, почему те или иные игроки и команды важнее, чем другие»[79]. Я понял, что, оперируя одной лишь статистикой, не найду ответа на этот вопрос, поэтому окунулся в историю игры – читал все книги об НБА, какие попадались на глаза, и смотрел все записи матчей, которые смог достать. По итогам анализа я выделил пять типов игроков – элитные игроки, которые делали всех вокруг лучше, элитные игроки-эгоисты, элитные игроки, которые примеряли на себя оба эти способа мышления в зависимости от ситуации и личных интересов[80], ролевые игроки, чья ценность в правильной команде увеличивалась вдвое или втрое, и парни, не оставившие следа в истории. Последняя группа нашего внимания не достойна. Три группы перед ними нам вполне интересны, а вот первой группе и достанется львиная доля внимания.
Меня волнуют те, кто блевал перед важными играми и плакал на телевизионных передачах, вспомнив всю боль прошедших лет. Мне не все равно, что кто-то отказался от титула (а то и нескольких), потому что был эгоистом и хотел побеждать, играя по своим правилам. Меня волнуют те, кто отказался от 20% своих минут на площадке ради команды. Я обращаю внимание и на цитаты из пожелтевших от времени журналов и слова благодарности и признательности от бывших партнеров. Меня волнуют те события, которые я застал лично и то, как они на меня повлияли. В итоге я пришел к выводу, что когда ты сравниваешь друг с другом великие команды и игроков, решающее значение имеет именно Секрет.
Напоследок, расскажу еще одну многозначительную историю, которая отлично все объясняет. Сразу же после последней победы «Селтикс» в чемпионате при Расселле в 1969 году раздевалку команды заполнили друзья, работники клуба, владельцы и журналисты. Разумеется, они ожидали увидеть типичный душ из шампанского и радостные объятия. Но Расселл попросил всех их на несколько минут выйти из раздевалки. По его словам, игроки хотели разделить этот момент триумфа друг с другом, и еще он сказал, не поясняя, кого имеет в виду, что «Мы все здесь друзья». Комната опустела, и игроки праздновали в одиночестве. Один бог знает, что они там говорили друг другу и что вообще этот момент значил для каждого из них. Как Айзейя говорил Дэну Патрику: «Нам не понять». Потом двери снова открылись, и Расселл согласился дать короткое интервью репортеру ABC Джеку Тваймену. И тот решил начать со ставшего в таких ситуациях уже обыденным типичного говенного недовопроса: «Билл, эта победа, должно быть, много для вас значит».
Расселл бодро начал ответ: «Джек…»
Больше ничего и не смог сказать. Пытался найти способ, описать свои чувства, но так и не нашел. Потер лицо рукой. Слова все не шли. Он не плакал, но эмоции переполняли его. Он был в тот момент похож на Эллиса «Реда» Бойда в той сцене из «Побега из Шоушенка», где он читает письмо Энди про то, что «надежда – хорошая вещь», у него комок подступает к горлу, а он все сидит со стеклянным взглядом и тонет в эмоциональности момента? То же случилось и с Расселлом. Он достиг высочайшей точки, которая вообще доступна спортсмену, и тот момент соединил в себе пот, кровь и шампанское, осознание собственного достижения и связи с партнерами по команде, которые они будет бережно хранить всю оставшуюся жизнь. Расселл знал, что пороха в пороховницах у «Селтикс»-69 было совсем немного и, скорее всего, недостаточно для победы. Он знал, что они не должны были победить. Но они сделали это. И получилось у них это за счет тех ресурсов, которые к баскетболу не имели никакого отношения[81].
Расселл больше никогда профессионально сам не играл в баскетбол. Он выжал из Секрета все что мог, завоевал 11 титулов и завершил карьеру в статусе величайшего победителя в истории спорта. Секрет сопровождал его до самого конца. Карьера Расселла закончилась, он протер глаза и сдержал слезы, но в словах выразить свои чувства так и не смог. Он ничего не сказал, но сказал все.
Почти тридцать лет спустя NBAEntertainment брала интервью у Уилта Чемберлена. Обсуждали его карьеру, и одной из тем стал финал-1969.
«Мы не должны были проиграть тогда «Бостону, - пробормотал он. - Ни за что. Ну…Я до сих пор не понимаю, как мы умудрились проиграть тогда «Бостону».
Он смущенно усмехнулся и произнес: «Для меня это загадка».
Ну еще бы.
Глава 2
РАССЕЛЛ. УИЛТ – ЗА НИМ.
Величайшие дебаты в истории НБА вовсе не являются дебатами по сути. По-моему, это странно. Например, вы можете считать «Клан Сопрано» величайшей телевизионной драмой всех времен. Я считаю, что таковой является «Прослушка». Если бы мы были лично знакомы, и подобная тема возникла после пары спиртных напитков досужим вечером, я бы отказался менять тему разговора до тех пор, пока вы бы не признали одну из трех вещей:
«Ты прав, Билл, я идиот, «Прослушка» действительно является величайшей телевизионной драмой всех времен».
«Я не знаю, прав ли ты, но обещаю просмотреть все шестьдесят пять эпизодов «Прослушки» как можно скорее, дабы мы могли продолжить наши дебаты».
«Ты начинаешь меня раздражать, отвяжись, Билл».
Это – единственные возможные для меня итоги спора. Хотя все это весьма субъективно – я могу верить, что «Прослушку» невозможно превзойти, но я не могу доказать этого и могу лишь приводить аргументы в пользу моего мнения. Вот и все. Однако если бы мы ввязались в величайший спор в истории НБА (кто круче - Билл Рассел или Уилт Чемберлен?), то я мог бы доказать, что Расселл лучше. Есть точный ответ, основывающийся на здравом смысле, фактах, статистике и весьма ценном мнении партнеров, соперников, тренеров и журналистов, которые наблюдали за их битвой в течение десяти сезонов[82].
Знаете, на что это похоже? На судебный процесс О Джей Симпсона. Через пару дней после убийства Голдмана и Брауна, когда О Джей предпринял неудачную попытку улизнуть в Мексику, подавляющее большинство американцев считало его виновным. Но начался судебный процесс, и мы узнали факты о коррупции и расизме в департаменте полиции Лос-Анджелеса. Мы узнали, что с большей частью улик небрежно обращались. Мы наблюдали за тем, как сбитая с толку команда обвинителей бездарно упустила дело. Но все это не имело значение, так как О Джей должен был быть виновным. В конце концов, его кровь была на месте преступления, у него не было алиби на момент преступления, у него на среднем пальце левой руки был загадочный порез, все знали о том, как он избивал жену и угрожал ей, подозреваемых в этом деле больше не было, и было сложно поверить, что такое количество полицейских и других служителей правоохранительных органов вдруг так спонтанно решат подставить кого-то[83].
Команда адвокатов умно (если не аморально) воспользовалась козырем под названием «расизм», ибо это был их единственный шанс оправдать О Джея, даже если это означало внести раскол в общество и испортить отношения между белыми и черными в процессе – и вывернулась, так как многие присяжные просто не могли принять во внимание слабые улики. К всеобщему изумлению, О Джей был оправдан. Спустя всего год, находясь перед лицом более компетентных обвинителей и с меньшим количеством улик, О Джей был признан виновным в гражданском суде и приговорен к выплате компенсации в 30 миллионов семьям погибших. Пятнадцать лет спустя, хотя виновные в убийстве Николь Симпсон и Рона Голдмана так и не были найдены, все больше и больше американцев начинало верить, что О Джей невиновен. Пройдет еще пятнадцать лет, и еще больше людей поверят, что его подставили. К 2035-му году никто младше сорока не будет помнить детали, кроме того, что О Джея оправдали и что, возможно, он был невиновен. Однако это не меняет того, что О Джей либо убил тех двоих, либо был как-то еще замешан в этом преступлении. Другое объяснение этому найти невозможно, если только вы не сумасшедший.
То же самое относится и к дебатам по поводу Расселла и Чемберлена. Уилт был более талантлив; Расселл давал больше шансов на победу своей команде. Уилт влиял на игру своими статистическими показателями; Расселл влиял на партнеров. Уилт выходил на пик в играх «регулярки»; Расселл выходил на пик в матчах плей-офф. Уилт уходил в тень в «клатче»; Расселл в «клатче» становился только лучше. Уилт проиграл почти каждый значимый матч; Расселл победил почти в каждом значимом матче. Уилт в одном из сезонов набирал в среднем 50 очков за игру; Расселла признали MVP в том самом сезоне. Уилта дважды обменяли по ходу его карьеры; Расселла не обменяли бы и за миллион лет. Уилт был помешан на статистике; Расселл был помешан на победах. Уилта заботило мнение болельщиков, журналистов и критиков; Расселла волновало лишь мнение его партнеров. Уилт никогда не становился чемпионом на школьном или студенческом уровне и лишь дважды стал чемпионом в ранге профессионала; Расселл выиграл два чемпионских титула в колледже и еще одиннадцать в НБА. Уилт игнорировал Секрет; Расселл полностью понял его. Мне не следует тратить целую главу на эти дебаты по двум бесспорным причинам: команды Расселла всегда обыгрывали команды Чемберлена, и Уилта дважды обменяли. Вот и все, спор окончен. Он был окончен еще с 1969-м, когда Расселл ушел из баскетбола в ранге величайшего игрока всех времен до прихода Майкла.
Но прошло несколько лет, потом еще пару, и статистика Уилта стала казаться все более и более неправдоподобной. Дебаты начались с новой силой. Теперь мне приходится тратить целую главу книги для развенчания шести самых типичных мифов в споре между Чемберленом и Расселлом.
Не существует более простого для понимания командного вида спорта, чем баскетбол: если две квалифицированные команды встречаются в семиматчевой серии, то при относительном равенстве таланта у обеих сторон доминирующий игрок всегда окажет решающее влияние. У нас есть шестьдесят лет опыта, дабы доказать подобное утверждение. В финале-84 «Лейкерс» и «Селтикс» были равны по всем параметрам, но Берд переиграл Мэджика в той серии. «Санз»-93 были лучше, чем «Буллс»-93, но Джордан тогда прыгнул выше головы. Мозес Мэлоун доминировал в финале-81, но как команда «Хьюстон» были слабее «Бостона». Это не китайская грамота. С момента объединения лиг в 1976-м результат только одного из финалов не кажется логичным на бумаге: когда «Пистонс» в 2004-м обыграли намного более талантливых (но тихо разваливающихся) «Лейкерс»[84], этакий звоночек для Лиги, которая все больше смещалась в сторону матчей с меньшим количеством очков, меньшим количеством владений, жесткой защитой и намного более медленным темпом.
До тех пор пока количество таланта у обеих сторон
(Если бы я написал «партнеры Уилта по команде были лучше, чем вам кажется, а партнеров Расселла вы переоцениваете», то вы бы мне не поверили. Поэтому придется разобрать каждый сезон так же скрупулезно, как и Барри Шнек анализировал ДНК в ходе суда над О Джеем. Если ради этого придется убить еще несколько тысяч деревьев, то так тому и быть. Для вашего же развлечения я забил низы страниц своими дебильными примечаниями).
Вот вам раскладка тех сезонов, когда Расселл выступал в НБА.
1957. Расселл присоединился к «Бостону» в середине декабря сразу после Олимпийских игр в Мельбурне, «кельты» затем преодолевают сопротивление «Филадельфии» (в составе которой играли члены Зала Славы Пол Аризин и Нил Джонстон) и сталкиваются с «Сент-Луисом» в финале. У «Бостона» два отличных «гарда» на пике возможностей (Билл Шерман и MVP-57 Боб Кузи) и трио новичков в лице Расселла, Хайнсона и Фрэнка Рэмзи; у «Сент-Луиса» в составе играли двухкратный MVP Боб Петит, Маколи и Слейтер Мартин[85] (члены Зала Славы), а также трио солидных ролевых Чарли Шейр, Джек Коулмен и Джек Макмэхон. Так как «Бостон» вырвал победу в седьмом матче[86], можно с уверенностью сказать, что команды были одинаково талантливы.
1958. «Хоукс» берут реванш благодаря новичку (и члену Зала Славы) Клиффу Хэгану и травме лодыжки Расселла[87]. Вновь одинаковый уровень таланта у обеих сторон.
1959. «Бостон» вырывается вперед: трое «олл-старов» Расселл, Кузи и Шерман, двое многообещающих «гардов» Сэм и Кей Си Джонсы, лучший шестой игрок Рэмзи и один из лучших поинт-форвардов Хайнсон. Но даже с таким составом им потребовались семь матчей, чтобы пройти «Сиракьюз» (во главе с Дольфом Шэйсом и Хэлом Гриром), прежде чем вынести «Лейкерс» Элджина Бейлора. В течение этих трех лет (и двух чемпионских титулов) «кельты» превосходили соперников по уровню таланта лишь однажды.
1960. «Бостон» проходит «Филадельфию» в шести играх, но им требуется семь матчей для победы над «Хоукс» с четырьмя членами Зала Славы (включая новичка Ленни Уилкинса). В то же самое время новичок лиги Уилт становится MVP сезона, играя с Аризином (десятикратный «олл-стар»), Томом Голой (член Зала Славы и пятикратный «олл-стар»), Гаем Роджерсом[88] (играл в МВЗ четырежды) и Вуди Солдсберри (Новичок года-58, участник МВЗ-59). У «Бостона» было больше мощи, но ненамного. И Уилту повезло не выступать в одной команде с Эриком Сноу, Дрю Гуденом, Сашей Павловичем, Лэрри Хьюзом и Турдо Сандовичем, как Леброну в 2007-м.
1961. Наступает двухлетний период, во время которого «Бостон» является самой перегруженной талантом командой в истории НБА: «кельты» расправляются с «Сиракьюз» и «Сент-Луисом» на пути к четвертому титулу; «Филадельфия» же оступается на пути к финалу, и Уилт выбрасывает своего первого тренера из команды (в дальнейшем это станет повторяющимся трендом[89]).
1962. По-прежнему нагруженные талантливыми игроками, «кельты» сумели одолеть «Уорриорз» Уилта лишь в семи играх и добыли титул лишь в овертайме седьмого матча финала против «Лейкерс» Уэста и Элджина. Я же говорю – в то время
1963. Первые признаки кризиса: Шерман заканчивает с баскетболом, Кузи и Рэмзи стареют, а новичок Хавличек еще не тот самый Хондо. «Селтикс» потребовалось семь матчей, дабы отбиться от «Цинциннати» во главе с членами Зала Славы Оскаром Робертсоном, Джеком Твайменом и Уэйном Эмбри, и еще шесть, дабы добить «Лейкерс»[91]. В том же сезоне «Уорриорз» переезжают в Сан-Франциско, заканчивают сезон с 31-49 и пролетают мимо плей-офф с Уилтом, Роджерсом, Томом Мешери (попал на МВЗ в том сезоне), Элом Эттлзом и Уилли Ноуллсом (четырехкратный «олл-стар») в составе. Но одержи они больше побед, Уилт не смог бы набирать по 44,8 очка за игру![92]
1964. Кузи завязывает с баскетболом, и ни один из «кельтов» в том сезоне не попадает в первую символическую пятерку НБА, что не мешает им обыграть «Цинциннати» с Оскаром и «Новичком года» Джерри Лукасом и с легкостью расправиться с «Уорриорз» Уилта (а также с будущим членом Зала Славы Нэйтом Термондом в составе) в финале. «Бостон» берет титула без настоящего разыгрывающего и мощного форварда в составе – кроме Расселла, у них больше не было хороших подбирающих или игрока, набирающего больше пяти передач в среднем. Но мы все же поставим им галочку в графе «Больше всего таланта среди всех команд в лиге» в последний раз[93].
1965. Рэмзи уходит из баскетбола, игра Хайнсона заметно бледнеет в его последнем сезоне. Несмотря на это, «кельты» завершили «регулярку» с лучшими показателями в эпоху Расселла (62-18) и уничтожили «Лейкерс» в финале благодаря Большому Трио и монструозному сезону от Сэтча Сэндерса. Что касается «воинов», то они развалились, проиграв семнадцать матчей кряду, и обменяли Уилта в «Филадельфию» в стиле «доллар в обмен на тридцать центов»[94]. Впервые команда Уилта равна «Бостону» по уровню таланта благодаря Хэлу Гриру (десять подряд участий в МВЗ), Люку Джексону («олл-стар», ставший восьмым в лиге по подборам в том сезоне), Чету Уокеру (семикратный участник МВЗ), Лэрри Кастелло (сыграл на МВЗ шесть раз) и двум приличным ролевым исполнителям Дэйву Гамби и Джонни Керру. Именно поэтому серия между «Филадельфией» и «Бостоном» решалась в последнем владении седьмой игры в старом «Гардене» (знаменитое
1966. Хайнсон завязывает с баскетболом, Кей Си Джонс быстро теряет форму, и Большому Трио «кельтов» приходится полагаться на стареющих ветеранов (Карл Браун, Мел Каунтс)[95] или отвергнутых другими командами игроков (Дон Нельсон и Лэрри Зигфрид) в последний сезон Ауэрбаха. Впервые в эпоху Расселла «Бостон» закончил «регулярку» вторым после «Филадельфии» (54 победы против 55 у «Фили»). Как всегда, это не имеет значения, ибо «Селтикс» пройдут «Филадельфию» в пяти встречах и выиграют седьмой матч финала у «Лейкерс» с разницей лишь в два очка. У «Филадельфии» в том сезоне явно больше таланта, по крайней мере, на бумаге.
1967. Кей Си покидает спорт, еще один ветеран приходит в команду (будущий член Зала Славы Бэйли Хауэлл), и Расселл пытается выполнять функции играющего тренера[96]. С первого же дня это был сезон «Филадельфии»: благодаря толчку от новичка Билла Каннингема и неожиданному озарению Уилта, понявшему, что ему вовсе не требуется набирать каждое очко команды, дабы помочь партнерам (об этом озарении мы еще поговорим), «Филадельфия» закончила сезон с 68 победами в копилке, выиграла серию с «кельтами» в пяти матчах и одолела «Уорриорз» в финале в шести матчах, добыв для Уилта его первый титул. Это был самый подходящий момент для Уилта – его самая сильная команда против самой слабой команды «Бостона» того времени.
1968. Уилт лидирует в НБА по передачам, у «Филадельфии» по итогам сезона на восемь побед больше, чем у «Бостона». Стареющие «кельты» умудряются отыграться с 1-3 в финале Восточной конференции, затем бьют весьма крепкую команду «Лейкерс» на пути к десятому титулу Билла. После того сезона «Филадельфия» обменяла Уилта в «Лос-Анджелес» в стиле «Доллар за сорок центов»[97].
1969. С дышащими на ладан Расселлом и Джонсом никто не воспринимает «кельтов» всерьез, особенно когда они занимают лишь четвертое место на Востоке по итогам регулярного чемпионата. В первом же раунде «Бостон» выносит признанного фаворита «Филадельфию» в пяти матчах. Во втором раунде они проходят фаворитов из Нью-Йорка – ту же самую группу игроков, которые возьмут титул в следующем сезоне и которых нью-йоркская пресса будет называть «Величайшей командой в истории» следующие двадцать пять лет. В финале «Бостон» возвращается с 0-2 и берет седьмую игру в Лос-Анджелесе.
Подведем итог: на протяжении десяти лет команды Расселла были более талантливы, чем команды Уилта, лишь в четырех случаях (1961, 62, 63, 64), а также имели небольшой перевес в 1960-м. В 1965-м «Филадельфия» и «Бостон» одинаково плохи. С 1966-го по 1969-й Уилт играл в намного более сильных командах. В шести из тех десяти сезонов уровень таланта между командами Уилта и Билла можно назвать «равным» или «относительно равным». После того как Расселл покинул лигу, «Лейкерс» уступили в знаменитом «матче имени Уиллиса Рида» в финале-70, в следующем сезоне пострадали из-за травмы Джерри Уэста и проиграли будущим чемпионам «Бакс», в 72-м одержали 69 побед в «регулярке» и промаршировали ко второму титулу в карьере Уилта, а в 73-м потерпели поражение в финале-реванше против «Никс». Уилт завязал с баскетболом после десятилетнего периода, когда он выступал в командах, достаточно талантливых для выигрыша титула в
Вот где история нечестно обошлась с Расселлом. Мы превозносим командную игру чемпионских «Никс», быстрые отрывы Уэса Анселда и альтруизм Уолтона в составе «Блэйзерс» в 77-м, однако именно Джонни Керр стал первым пасующим «центром» в истории лиги, а Расселл – следующим за ним. Помните, как вся система нападения «Портленда» основывалась на пасах Уолтона в 77-м?[98] После ухода Кузи «кельты» проводили все комбинации в позиционном нападении через Расселла из-за отсутствия настоящего разыгрывающего. Когда вы смотрите игры Расселла в записи, его способности пасовать выделяются почти так же, как и его защита – не только благодаря его способности находить врывающихся в «краску» партнеров, но и из-за способности начинать отрыв сразу после блока или подбора на своей половине площадки. Вот что пишет Хавличек в автобиографии «Hondo» (1977) о своем первом сезоне без Расселла:
«Невозможно описать, как нам его не хватало. Люди думаю о нем лишь как о защитнике и подбирающем, но он был ключом к нашему нападению. Он отдавал пасы точнее, чем кто-либо, с кем я когда-либо выходил на паркет. Это имело большое значение для таких ребят, как Нельсон, Хауэлл, Зигфрид, Сандерс и я, потому что ни один из нас не был хорош в игре один на один. Расселл делал нас лучше. Его способности отдать пас, поставить качественный заслон и в целом руководить нападением всегда недооценивались».
Так почему же Расселла не ценят за его способность пасовать? ПОТОМУ ЧТО УОЛТОН БЫЛ БЕЛЫМ, А РАССЕЛЛ БЫЛ ЧЕРНЫМ, ВОТ ПОЧЕМУ! Шучу, я лишь пытался изобразить Стивена Эй Смита[99]. Вообще Расселла не ценят за его способности к пасу по той же причине, по которой все считают, что он выступал с восемью членами Зала Слава на протяжение тринадцати лет или что его команды всегда были более талантливы, чем команды Уилта: потому что людям легче спекулировать слухами, чем самим трезво взглянуть на вещи. Когда вы смотрите игры Расселла в записи, четыре аспекта выделяются сразу: его способность пасовать, его умение блокировать броски оппонентов, его скорость в переходе от защиты к нападению и его неожиданное умение забирать подбор на своем щите и разгонять отрыв в стиле истинного разыгрывающего. Расселл был словно Деннис Родман-левша, только если бы у Родмана были способности Уолтона к пасу, атлетические способности Дэвида Робинсона и маниакальная жажда победы Майкла Джордана, плюс если бы Родман умел блокировать броски, словно Джош Смит, которому дали поиграть в Женской НБА в течение целого сезона.
(А вы бы наслаждались игрой с таким партнером по команде? Я так и думал).
Первые девять сезонов Уилта в лиге превосходят все, что было до и после этого. В свой первый год он набирал в среднем 37,6 очка и 27,6 подбора за игру; во второй год – 38,4 и 27,2; затем были просто сумасшедшие 50,4 и 25,7; 44,8 и 24,3; 36,9 и 22,3; 34,7 и 22,9; 33,5, 24,6 и 5,3 передачи в 66-м; 24,1, 24,2, 7,8 и рекордные для лиги 68,3% с игры в 67-м; и, наконец, 24,3, 23,8 и лучший в лиге показатель по передачам (8,6 за игру) в 68-м. На протяжении всей карьеры Уилт в среднем набирал 30,1 очка, 22,9 подбора и 4,4 передачи в регулярном сезоне. Подобные цифры на бумаге просто поражают воображение![100]
Статистика Билла сравнима с Уилтом только в области подборов – Расселл набирал в среднем за карьеру 15,1 очка, 22,5 подбора и 4,3 передачи, дважды выйдя на свой пик: в 1960-м (18,2, 24,0) и в 1964-м (15,0, 24,7, и 4,7). В битвах между Уилтом и Биллом Чемберлен крушил оппонента статистически, хотя Ауэрбах и ветераны «кельтов» клянутся, что Расселл играл в полсилы первые три четверти, позволяя Уилту набивать статистику, а затем давал ему прикурить в последней четверти; так же, если «кельты» громили команду Уилта, Билл расслаблялся и позволял оппоненту набивать бессмысленную статистику (зная, насколько Уилт ею одержим). За последние десять лет карьеры Билл сыграл 911 матчей, из них в 142 он сталкивался с Уилтом. Расселл использовал большую часть своих трюков против Уилта лишь в важных встречах и значимых моментах. Взгляните на статистику в этих 142 матчах:
На данный момент вы наверняка думаете «Да ладно тебе, Симмонс, у тебя нет шанса что-то доказать». Тогда вот вам еще статистика:
Погодите, это лишь начало. Вот вам их статистика в матчах плей-офф:
Интересно: статистика Билла растет, в то время как статистика Уилта значительно упала, хотя на кону стоит все, а Уилт постоянно был главной опцией в атаке для своей команды, в то время как Билл - лишь четвертой или пятой опцией. Таким образом, мы пришли вот к такой финальной статистике:
И, наконец, самая красноречивая статистика:
По любым статистическим раскладкам, Уилт Чемберлен был величайшим игроком, принимавшим участие в регулярных чемпионатах НБА. Я признаю этот факт. Что касается плей-офф, то он был не так уж и хорош.
Еще один факт: так как «кельтам» не требовались его подвиги в нападении, Билл тратил всю энергию на защиту кольца, подстраховку, контроль отскоков, создание открытых бросков для партнеров и на быстрые отрывы. Делая все это, он стал самым доминирующим игроком в защите – никто даже близко не стоял! – но, увы, статистически невозможно доказать его влияние на происходящее[102]. Расселл просто съедал все пространство под кольцом, разбирался со всеми проникающими в «краску» игроками соперника и демонстрировал потрясающую способность забирать мяч себе после блок-шотов. Если Уилт в подобных ситуациях выбивал мяч на трибуны в волейбольном стиле, то Расселл всегда старался выбить мяч в сторону партнеров, дабы те могли начать быстрый отрыв; это вылилось в то, что «кельты» Ауэрбаха были заточены на подобные быстрые атаки. Именно это бросается в глаза, когда вы смотрите записи тех «Селтикс» и именно поэтому они продолжали побеждать – у них был превосходный центровой, способный начинать быстрые отрывы, и превосходные игроки, способные их развивать. В конце концов, оппоненты отбросили все попытки пробиться мимо Расселла к кольцу и начали сбиваться на броски за пределами «краски», что весьма знаменательно, учитывая, что еще не наступила эра дальних бросков[103].
Таким образом, Расселл влиял на нападение оппонентов, даже не блокируя их броски, как вышибала в баре, который дает всем по шее в течение нескольких недель и в итоге снижает вероятность драки до нуля одним лишь своим появлением. К тому же игрокам «кельтов», ориентированным на атаку, не приходилось тратить энергию на защиту, ибо у них за спиной стоял Расселл, готовый исправить любую ошибку партнеров, так что Кузи, Шерман, Хайнсон и Сэм Джонс оказались словно в сказке, где им приходилось заботиться лишь о наборе очков.
Можно ли выразить подобное влияние на игру статистически? Конечно же, нет. Лига начала вести счет блок-шотам только в 1973-м, поэтому у нас нет возможности статистически доказать влияние Расселла на защиту; это все равно что пытаться доказать доминирование Чемберлена в нападении, если бы НБА не вела счет очкам, и мы были бы вынуждены полагаться на рассказы журналистов, партнеров и оппонентов, что-то в духе «Я помню, был матч в Херши, Пенсильвания, где у Уилта реально поперло против «Никс». Клянусь, он в той игре сотню очков набросал, наверное!»[104]. Уилт набирал столько же подборов, сколько и Билл, и наверняка блокировал больше бросков, чем любой другой центровой эпохи, но его нельзя ставить на один уровень с умением Расселла защищаться по двум причинам. Первая – Уилт не был прыгуном от природы, в отличие от Расселла, который умел выпрыгивать высоко вверх несколько раз в течение нескольких секунд. Уилт весил намного больше, поэтому ему приходилось расставлять ноги, сгибать колени и затем уже выпрыгивать. Множество оппонентов научилось рассчитывать время и забрасывать мячи над высшей точкой, до которой мог дотянуться Уилт[105].
С Расселлом и его умением подпрыгивать вы не могли позволить себе рассчитывать время. Вторая причина – Уилт был помешан на одном странном статистическом показателе. По непонятной причине он решил провести всю свою баскетбольную карьеру без удалений. Поэтому он прекращал стараться в защите после четвертого фола, даже если это и топило его команду. Я не выдумываю.
Серьезно, я не выдумываю.
Погодите, вы мне не верите? Вот что пишет Джон Хавличек в «Hondo»: «Величайшей причудой Уилта было желание не зарабатывать удалений. Он никогда досрочно не покидал игру, будь то школьный чемпионат, студенческий уровень или в ранге профессионала. Это был рекорд, который он жаждал покорить. Когда Уилт получал четвертый фол, его игра менялась. Даже представить себе не могу, скольких побед Уилт лишил свою команду из-за нежелания получить шестой фол»[106].
Перевод сказанного: Уилта статистика заботила больше, чем победы. Если бы НБА вела счет блок-шотам в 60-е, то он был бы помешан на этих цифрах (и на желании превзойти Расселла по этому показателю), забыл бы о желании никогда не получать шестой фол и, возможно, стал бы доминирующим игроком в защите, походу случайно взяв шесть титулов вместо двух. Но в то время защита не измерялась в цифрах. Поэтому Уилт ставил статистические рекорды в нападении, выбивал мячи на трибуны и пытался не получить шестой фол. Наконец, в сезоне-66/67 Уилт понял, что будет лучше для его команды, если он сконцентрируется на подборах, передачах и защите. Вот как он описывает подобное прозрение в своей автобиографии «Уилт: обычный темнокожий семифутер-миллионер, живущий по соседству». Вот так название![107]:
После того как Уилт понял, что значит «быть хорошим партнером» и выиграл первый титул, он в своей классической манере потерял интерес к победам и помешался на «ассистах». Ни с того ни с сего Уилт начал отказываться от легких бросков, дабы создать возможность для броска партнерам, по несколько раз за игру требовал сведений по своей текущей статистике, жаловался, если ему не засчитывали определенный «ассист», ругался с партнерами, которые не забивали с его передачи, и невероятно гордился тем, что лидировал в НБА по передачам в 1968-м (рекорд, которым он хвастался больше, чем другими)[110].
Как и везде, где Уилт стремился достичь успеха, он просто не сумел найти необходимый баланс и стал чересчур неэгоистичным, совершив лишь два броска во второй половине седьмой игры против «Селтикс», пока его партнеры мазали. Фаворит сезона-68 «Филадельфия» продула серию, в которой вела 3-1 и имела преимущество домашней площадки в седьмом матче, а Уилт позже написал в своей книге: «Хэл реализовал только 8 из 25, Уолли - лишь 8 из 22. Мэтти - 2 из 10, Чет - 8 из 22. Эти четверо совершили большую часть наших бросков, но попали только треть. А обвинили во всем, как всегда, меня».
Вот вам и уроки Уолтона, Намата и Симпсона. Так что же мы узнали в отношении Билла, Уилта и статистики? То, что команды Уилта надеялись на его игру в нападении, команды Билла надеялись на его игру в защите. Уилт пытался сосуществовать со своими партнерами, Билл делал своих партнеров только лучше. Уилту приходилось прилагать значительные усилия, дабы действовать неэгоистично и быть хорошим партнером, само существование Билла было обусловлено отсутствием в нем эгоизма и зацикленностью на команде. В конце концов, команды Билла брали чемпионства, а команды Уилта - отдавали.
Расселл – 11, Чемберлен – 2. Только две эти цифры имеют значение[111].
Был ли Уилт настолько классным парнем, что к нему приятно обратиться в аэропорту? Безусловно. Хотели бы вы взять у него интервью для журнала или ток-шоу? Конечно. Готовы ли люди, хорошо знавшие Уилта, рассказать полно интересных историй о нем? Без вопросов. Был ли он щедр, когда дело касалось денег? Абсолютно. Если бы вы работали стюардессой, хотелось бы вам доставить Уилту удовольствие на борту самолета? Видимо, да.
Странно, что, будучи таким отличным парнем, Уилт считался плохим партнером по команде. Он просто не понимал концепцию коллективной игры. Первые шесть лет карьеры он был занят тем, что постоянно передерживал мяч, был помешан на рекордах и требовал, чтобы к нему относились лучше, чем к его партнерам. Когда, наконец, «Уорриорз» развалились на части в 1965-м, легендарный журналист «LA Times» Джим Мюррэй написал в своей колонке: «Только одно дело Уилт выполняет на совесть – набирает очки. Он превращает собственную команду в сборище лакеев, чья основная функция – доставка мяча емупод корзиной. Их собственные навыки атрофируются, их желание блекнет. Такие игроки-оболтусы, как Уилли Ноуллз, приходят в «Уорриорз» и вскоре начинают бросать в окно записки, содержащие лишь одно слово: «Помогите»[112].
Даже когда Уилт пытался играть неэгоистично и копировать манеру Расселла, он смог продержаться в таком режиме только год. Он открыто враждовал со всеми своими тренерами, кроме двоих – Фрэнк МакГуайр (который позволял Уилту бросать по кольцу сколько душе угодно, что и привело к тем знаменитым 100 очкам) и Алекс Ханнум (только потому, что Ханнум был готов подраться с Уилтом)[113].
Уилт обвинял партнеров и тренеров в поражениях команды, ссорился с одноклубниками, которые могли помочь ему (самая знаменитая ссора – с Элджином в 1969-м), и унижал оппонентов в прессе, дабы выставить себя в выгодном свете. У него была отвратительная привычка отвлекать команду в самое неподходящее время – как, например, во время финала Восточной конференции-66 против «Бостона», когда «Sports Illustrated» перед пятой игрой опубликовал скандальное интервью с Уилтом, в котором он разорвал тренера Дольфа Шэйса на куски и уничтожил мораль своей команды[114].
Некоторые считают, что Уилт добился слишком многого слишком быстро, что он никогда не понимал концепцию командной игры, потому что всегда был центром внимания еще со времен школы. В своей книге «The Rivalry» о Чемберлене и Расселле Джон Тейлор написал, что, по мнению Ауэрбаха, владелец «воинов» Эдди Готтлиб избаловал Уилта. Очень часто Уилт даже не ездил на матчи вместе с командой. Он вышел из-под контроля. Ауэрбах даже сомневался, смог бы он сам тренировать Чемберлена. Уилт провел год вместе с «Глоубтроттерс», почувствовал вкус денег и славы и начал считать себя более важным, чем тренер или партнеры. Готтлиб, боясь потерять талантливого парня, позволил ему вести себя таким образом. Чемберлен остался при убеждении, что люди приходят на матчи, только чтобы посмотреть на него, и, следовательно, смысл каждой игры состоял в том, чтобы дать ему возможность проявить себя. Тут был свой бизнес-интерес, но он сделал Уилта неподатливым влиянию тренера, и, по мнению Ауэрбаха, ни одна команда, в которой выступал Уилт, не могла начать побеждать, пока он продолжал вести себя подобным образом[115].
Если вас еще интересует, как к Уилту относились в тогдашней НБА, то вот вам последняя история: когда «Сан-Франциско» пытался обменять Уилта в 65-м, владелец «Лейкерс» Боб Шорт заинтересовался настолько, что опросил своих игроков, стоит ли ему взять на себя контракт Чемберлена. Результаты голосования? Два – за, девять – против.
Как еще можно считать Уилта величайшим баскетболистом всех времен? На абсолютном пике его карьеры, «контендер» НБА, который проиграл два подряд финала и не мог найти управу на Расселла, мог заполучить центрового за бесценок, но игроки проголосовали против этого[116].
Думаете, игроки проголосовали бы против прихода Расселла?
(Если бы это был судебный процесс над О Джеем, то данная история приравнивалась бы к моменту, когда О Джей примеряет на себя окровавленную перчатку, найденную на месте преступления, и она садится как влитая).
Почти у каждого чемпиона НБА случался поворотный момент в плей-офф, когда команде требовался спасительный мяч, и они его получали. Но этот аргумент не останавливает защитников Уилта – они игнорируют реальность и оправдывают каждое из его поражений: финал Восточной конференции-60 (Уилт травмировал правую руку, ударив соперника в четвертой игре); седьмая игра финала Восточной конференции-62 (все решил спорный момент с «голтендингом»); седьмая игра финала Восточной конференции-65 (Расселл случайно допустил ошибку и почти стал козлом отпущения, но Хавличек спас «кельтов»[117]); первая игра финала Восточной конференции-68 (состоявшаяся сразу после убийства Мартина Лютера Кинга, когда тренер Алекс Ханнум даже не посоветовался с баскетболистами, хотят ли они выходить на площадку, тем самым убив их моральный настрой, несмотря на то, что они в итоге взяли вторую, третью и четвертую встречи); седьмая игра в 68-м (партнеры Уилта просто потеряли ритм); седьмая игра финала-69 (Уилт якобы «травмировал» колено в «клатче»); и седьмая игра финала-1970 (возвращение Уиллиса Рида вдохновило публику в «Мэдисон Сквер Гарден», и Уолт Фрейзер уничтожил Джерри Уэста).
Это нормально. Просто поймите одно: команды Уилта были беспомощны в «клатче», потому что Уилт был беспомощен в «клатче». Страх продуть затмевал для него все в важных играх. Боясь, что на нем сфолят из-за его отвратительного процента с линии штрафных, Уилт играл в «горячую картошку» или использовал патентованный бросок с отклонением (после которого приземлялся в пяти метрах от корзины и лишался возможности взять подбор в атаке); Уилт также не фолил, если у него уже было четыре или пять фолов, ну, знаете, из-за этого смешного желания не получить ни одного удаления на протяжении всей карьеры. Все это делало его бесполезным в концовках равных матчей, похожим на более ужасную версию Шака с 2002-го по 2007-й, только если добавить сюда нежелание фолить и боязнь завершить атаку[118].
Вот что пишет об Уилте великий Рик Бэрри в своей автобиографии «Confessions of a Basketball Gypsy» (у которой самая отвратительная обложка среди всех книг о спорте, когда-либо написанных[119]):
Святые угодники! Довольно суровые слова от парня, которые спустя четыре года на протяжении целого сезона будет носить парик! Давайте же пройдемся по каждому из седьмых матчей 68-го, 69-го и 70-го. В 68-м Уилт лишь дважды бросил по кольцу во второй половине, а затем продолжил пасовать партнерам, у которых просто не шло в тот вечер, затем Уилт обвинил их в поражении. В 69-м Уилт якобы «травмировал» колено и попросил снять его за пять минут до конца, выведя из себя ван Бреда Колффа (который затем отказался вернуть Уилта на площадку, даже если это и стоило «Лейкерс» титула) и Расселла (тем летом он публично выразил свое отношение к Уилту, тем самым начав вражду, которая длилась без малого двадцать пять лет). В 70-м Уиллис, прихрамывая, вернулся на паркет и забил два первых броска, но Уилт так и не подумал: «Погодите-ка, против меня вышел парень на одной ноге, может, мне стоит уничтожить его в атаке?»[120]. Уилт просто не понимал, как нужно побеждать; поражения больше подходили ему по характеру. Вот что Билл Брэдли пишет о Уилте в «Life on the Run»:
Взгляните на все это под другим углом: есть очень мало историй о подвигах Уилта Чемберлена в «клатче». Его три лучших момента в плей-офф: седьмой матч против «кельтов» в 65-м, когда в проигранной встрече Уилт набрал 30 очков и 32 подбора; решающая игра в серии между «Бостоном» и «Филадельфией» в 67-м, когда он уничтожил «Селтикс» невероятным трипл-даблом (29 очков, 36 подборов и 13 передач); и решающая пятая игра финала-72, в которой он уничтожил низкорослый состав «Никс» почти-квадрупл-даблом (24 очка, 29 подборов, 9 передач и 8 блок-шотов). Уилт однажды сказал в интервью журналу «Sport»: «В какой-то степени мне больше по душе, когда команда уступает. Игра окончена, и я могу ждать следующую. Но если мы побеждаем, то напряжение нарастает, и я волнуюсь по поводу следующего матча». Разве мог Расселл когда-либо сказать что-либо подобное?
Вот некоторые из самых известных выступлений Расселла в важных матчах[122]:
Поделиться книгой: