Козыри судьбы

Рик. Рик Кински, парень, с которым она встречалась после нашего с ней разрыва. Я знал его только внешне: тощий, с усиками, типичный «умник» — толстые очки и все, что в таких случаях полагается. Он был управляющим в книжной лавке, я заходил к нему пару раз. Это все, что я о нем знал. Может быть, он сумеет мне рассказать о картах. И о том, как Джулию угораздило влипнуть в историю, стоившую ей жизни.

Я еще немного поразмышлял, затем отложил карты. Всё — карточные дурачества в сторону. Успеется. Сейчас мне была нужна информация — и как можно больше.

Я направился обратно к машине. Пока я шел, возникла мысль: а ведь тридцатое апреля еще не кончилось. Возможно, Z не считает стычку сегодня утром прямым ударом по мне. В таком случае у него еще море времени повторить попытку. И потом я чувствовал, что, если начну подбираться ближе, Z забудет о всяких датах и вцепится в мою глотку, как только найдет к ней дорогу. Я решил отныне, пока этот проклятый вопрос продолжает оставаться открытым, вообще не снимать защиту и жить как в осаде. А все мои силы надо направить на то, чтобы вопрос закрыть. И похоже, само мое благополучие требовало, чтобы враг был уничтожен, и чем скорее, тем лучше.

А может, стоит пойти поискать совета? Я задумался. Если и так, то у кого? Существовала жуткая куча всего, чего я еще мог не знать о своем наследстве…

Нет. Еще нет, решил я. Следует рискнуть и справиться самому. Но одно дело — хотеть. А знать, как за это взяться, — тут нужна была практика. Там, откуда я родом, надо всегда быть готовым улаживать сволочные вопросы.

Я поехал, высматривая телефонную будку и пытаясь не вспоминать о Джулии — о той Джулии, какой я видел ее в последний раз. С запада нагнало немного тучек. На запястье потикивали часы, рядышком с невидимой Фракир. Международные сообщения по радио были безрадостны, как всегда.

Я затормозил у аптеки и воспользовался телефоном[10], чтобы позвонить Льюку в мотель. В номере его не было. Тогда у стойки я заказал клубный сэндвич и молочный коктейль[11] и попробовал позвонить еще. Результат был прежний.

О’кей. Отловлю позже. Я направился в город. «Полистай-ка» — кажется, так называлась лавка, в которой работал Рик.

Проезжая мимо, я увидел, что там открыто. Я припарковался парой кварталов выше и вернулся пешком. Теперь, когда я снова был в городе, приходилось держаться настороже, но никаких признаков слежки я не заметил.

Пока я шел, меня обдало холодным ветром, обещающим близкий дождь. Через окно лавки я разглядел Рика. Он сидел за высокой конторкой и читал книгу. Больше в лавке не было никого.

Маленький колокольчик над дверью доложил о моем приходе. Рик оторвал взгляд от книги. Потом выпрямился, и, пока я шел на него, глаза у него делались все шире и шире.

— Привет, — сказал я, на мгновение задержав шаг. — Рик, я не знаю, помнишь ты меня или нет?

— Ты — Мерль Кори, — тихим голосом сказал он.

— Точно, — сказал я, наваливаясь на конторку. Он отодвинулся. — Мне нужна кое-какая помощь с твоей стороны. А именно — небольшая информация.

— Какая?

— По поводу Джулии.

— Слушай, — заволновался он, — я к ней даже близко не подходил, пока вы с Джулией были вместе.

— Да? Нет-нет, ты не понял. Это меня не интересует. Мне нужны сведения посвежее. Она пыталась дозвониться до меня всю эту неделю, и…

Рик покачал головой.

— За последнюю пару месяцев я от нее ничего не слышал.

— То есть как?

— А так. Мы с ней не встречались. Видишь ли, у нас разные интересы.

— С ней было все в порядке, когда вы… перестали встречаться?

— Вроде да.

Я посмотрел ему прямо в глаза, он моргнул. Мне это не понравилось. «Вроде да». Я видел, что он немного побаивается меня, поэтому решил надавить.

— Что ты подразумевал под «разными интересами»? — спросил я.

— Знаешь, она была… немного странная, что ли, — сказал Рик.

— Не знаю. Расскажи.

Рик облизнул губы и отвернулся.

— Не хочу нарываться на неприятности, — сказал он.

— Я тоже. Так что там было?

— Ну, — сказал он, — она была напугана.

— Напугана? Чем?

— Н-ну… Тобой.

— Мной? Это смешно. Я никогда ничего такого не делал. И что же она сказала?

— Она никогда об этом не говорила в открытую, просто всякий раз в ее разговорах всплывало твое имя. Затем она увлеклась всеми этими забавными штуками.

— Ты меня запутал, — сказал я. — Окончательно. Говоришь, она стала странная? Увлеклась какими-то забавными штуками? Какими штуками? Что происходило? Я вообще ничего не понимаю, а понять очень хочется.

Рик поднялся и, бросив взгляд в мою сторону, направился в глубину лавки; я так понял, что мне надо пойти за ним. Я пошел.

Он замедлил шаг, проходя мимо секции, где стояли книги по народному врачеванию, экологическому земледелию, боевым искусствам, лекарственным травам и уходом за ребенком на дому, но не стал задерживаться и прошел дальше в секцию оккультизма.

— Вот, — сказал он, останавливаясь у книжных полок. — Она брала кое-что домой, а когда возвращала, каждый раз брала еще больше.

Я пожал плечами.

— И это все? Странным это трудно назвать.

— Но она на самом деле всем этим здорово увлеклась.

— Этим многие увлекаются.

— Ты не даешь мне договорить, — сказал Рик. — Начала она с теософии, даже смоталась на собрание местной группы. Но довольно быстро это ей надоело, а тут как раз она повстречала каких-то людей со связями в этих кругах. И скоро она уже крутилась вокруг суфистов, последователей Гурджиева[12], познакомилась с каким-то приблудным шаманом.

— Интересно, — сказал я. — А йогой она не увлекалась?

— Йогой — нет. Я ее спрашивал, но она сказала, что ищет силы, а не самадхи[13]. В общем, она все больше и больше заводила странных знакомств. Атмосфера для меня стала слишком жидкая, так что я сказал «до свидания».

— Почему, интересно? — задумчиво спросил я.

— Вот, — сказал он, — взгляни-ка.

Он кинул мне какую-то черную книгу и сразу же отступил назад. Я поймал. Это была Библия. Я раскрыл ее на странице с выходными данными.

— И что здесь особенного?

Он вздохнул.

— Ничего. Извини.

Рик взял у меня книгу и поставил на полку.

— Подожди минуту. — Он вернулся к конторке и взял оттуда табличку с надписью: «Только что вышел. Откроемся в —»; под этим был циферблат с подвижными стрелками. Он отметил стрелками полчаса и повесил табличку на дверь, чтобы было видно снаружи через стекло. Затем задвинул засов и жестом позвал меня за собой.

В конторе, куда мы прошли, был стол, пара кресел и картонные упаковки с книгами. Рик уселся за стол и кивнул мне на ближайшее кресло. Я сел. Затем он включил автоответчик, сдвинул в сторону пачку бланков и деловых писем с торговой книги, открыл ящик и вынул бутылку «кьянти».

— По стаканчику? — спросил он.

— Спасибо, не откажусь.

Рик поднялся и шагнул через открытую дверь в маленькую туалетную комнату. Взял с полки пару стаканов, сполоснул их, принес, поставил на стол, наполнил и один подтолкнул ко мне. Стаканы были из «Шератона».

— Извини за Библию, — сказал он, поднимая стакан и делая глоток.

— У тебя был такой вид, словно я должен был провалиться в сопровождении клубов дыма.

Он кивнул.

— Я на самом деле уверен, что причина, из-за которой она искала силу, как-то связана с тобой. Ты занимаешься оккультизмом?

— Нет.

— Она даже иногда говорила, что ты можешь оказаться сверхъестественным существом.

Я рассмеялся. Спустя мгновение Рик — тоже. Потом сказал:

— Я не знаю. В мире столько странного. Конечно, большинство всего этого — ерунда, но…

Я пожал плечами.

— Кто знает? Так ты думаешь, она искала какую-нибудь систему-методику, которая дала б ей силу защититься от меня?

— У меня сложилось такое впечатление.

Я сделал глоток вина.

— Это не имеет смысла, — сказал я.

Сказав это, я понял, насколько мои слова могли оказаться правдой. И если Джулия из-за меня ступила на ту дорожку, где в конце концов ее поджидала смерть, значит, я тоже отчасти несу за это ответственность. Я вдруг почувствовал тяжесть душевной боли.

— Давай рассказывай, что там еще у тебя осталось, — сказал я.

— В общем, мне хватило этого с головой. Я устал от людей, которые только и делали, что пережевывали всю эту космическую муру, и откололся.

— Это все? Так нашла она нужную систему, нужного гуру[14]? Что было потом?

Рик сделал большой глоток и уставился на меня.

— Мне она действительно нравилась, — сказал он.

— Не сомневаюсь.

— Таро, Каббала, Золотая Заря, Кроули, Форчун[15] — вот во что она влезла потом.

— И осталась?

— Не знаю точно. Думаю, да. Об этом я узнал уже позже.

— Значит, ритуальная магия?

— Похоже на то.

— Кто ею занимается?

— Многие.

— Я имею в виду, на кого из них она вышла? Это ты знаешь?

— Думаю, Виктор Мелман.

Рик выжидающе посмотрел на меня. Я покачал головой.

— Извини, такого не знаю.

— Странный человек, — задумчиво сказал он, делая глоток. Потом откинулся в кресле, закинув руки за голову и выставив вперед локти. Взгляд его был направлен в туалетную комнату. — Я… я слышал, как говорили… разные люди… некоторым из них я вполне доверяю… что он действительно кое-чего достиг и что-то реальное у него есть, что он познал некое просветление, был инициирован, обладает некой силой и вообще он чуть ли не великий учитель. Но у него всякие там проблемы с ego[16], без них никогда такие дела не обходятся. Все имеет свою изнанку. Я даже слышал, что это не его настоящее имя и что на него имеется материал в полиции, и уж скорее он Мэнсон, нежели Волхв[17]. Впрочем, не знаю. Номинально он художник — его работы и на самом деле довольно хороши. Их покупают.

— Ты с ним встречался?

Молчание, затем:

— Да.

— И как он тебе?

— Не знаю. Ну… что-то мне в нем не нравится. Не могу сказать точно — что.

Я поболтал стаканом.