Газета Завтра 605 (26 2005)

Собственно ДПНИ, независимый депутат Закондырин и коммунист Пётр Милосердов (заявивший ещё 1 июня: "Если москвичи и дальше будут пассивно глядеть на безапелляционные действия национальных общин, то через пару лет придется проводить митинги в поддержку русской диаспоры в Москве") сделали всё, что бы привлечь широкое внимание к проблеме школы №223.

24 июня в сквере возле дома №8 по Ленинградскому шоссе прошёл митинг, организованный Движением против нелегальной иммиграции (ДПНИ) и Советом общественности Войковского района. В митинге приняли участие представители ряда других патриотических организаций — РОД, ННП, НПР, депутаты Муниципального собрания Войковского района, и, разумеется, местные жители.

По самым скромным оценкам, в митинге, продолжавшемся около полутора часов, приняло участие 450-500 человек. Очень много было молодёжи, в том числе и местной. Основные требования митинга были заявлены так: "Жители Войковского района Москвы требуют от главы управы Реутова О.Ф. и руководителя департамента образования правительства Москвы Кезиной Л.П:

— Отменить решение о создании на базе школы №223 грузинской этнокультурной школы.

— Уволить нынешнего директора школы.

— Провести переаттестацию учителей школы."

Первое впечатление — у людей наболело. После выступлений депутата Закондырина, координатора общественных связей ДПНИ Александра Белова и члена КПРФ Петра Милосердова микрофон переходил из рук в руки — местные жители спешили высказать своё мнение, и не только по поводу школы, но и об общей ситуации в Войковском районе: о произволе и коррупции исполнительной власти, о развале системы здравоохранения (единственная поликлиника №136 фактически более чем наполовину сдана в аренду), о развале ЖКХ района…

Чётче всего позицию граждан озвучило ДПНИ: "Если мы и дальше будем поодиночке укрывать своих детей от "страшных" грузин, если будем терпеть произвол коррупционеров, нас ждёт печальное будущее. До тех пор, пока мы, русские москвичи, не объединимся, сплочённые этнические кланы ни за что не станут считаться с нашими интересами! Купленые ими чиновники будут и дальше гнуть антирусскую линию, прикрывая свои шкурные интересы разговорами о "толерантности" и "межнациональном мире" Это, кстати, любимые слова главы департамента по образованию г.Москвы Кезиной, которая рьяно лоббирует "этнизацию" русских школ. Те же заклинания произносит и глава районной администрации г-н Реутов, отдавший нелегальным иммигрантам целые сектора районного хозяйства. Эти люди зарвались, их надо остановить".

Сколь верёвочке не виться — а конец один будет. Митинг практически единогласно проголосовал не только за вышеприведённые требования, но и за резолюцию с требованием отстранить от занимаемой должности главу управы Войковского района Реутова О.Ф.

МОЛЕКУЛА

МОЛЕКУЛА

Денис Тукмаков

Денис Тукмаков

МОЛЕКУЛА

23 июня Федерация еврейских общин России (ФЕОР) закатила у себя в штаб-квартире пресс-конференцию, чтобы устроить аутодафе над партией "Родина": дескать, организация эта антисемитская, шовинистическая, узконационалистическая и вообще ксенофобская. Стало интересно — я аккредитовался и пришел.

Ничего себе такое новехонькое семиэтажное здание в центре Москвы. Внизу — охрана наподобие думской: мордовороты (причем исключительно славянские) у входа, металлоискатели, рамки, конвейер для просмотра вещей. Нужно быть настороже: русский фашизм разгуливает по стране!

Туда-сюда бродят веселые старички в кипах, детишки в кипах с пейсами, официанты, охранники, опять старички и опять детишки. Большинство на вид — всё Иваны Васильевичи да Степаны Петровичи.

Поднимаюсь на четвертый этаж, в зал "Амфитеатр". На лестничных стенах — таблички с именами спонсоров, сплошь "жертв русских экстремистов", среди которых самая большая табличка была с именем Романа Аркадьевича.

"Амфитеатр" — славное помещеньице а-ля камерный театр со сценой и круто уходящими вверх рядами. Семисвечник, ряд позолоченных могендовидов, опоясывающий стены, грамотно поставленный свет, современные материалы отделки, — словом, идеальное место для чтения вслух стихов Евтушенко и Мандельштама.

4-5 телекамер уже стояли наготове: ОРТ, РТР, НТВ, ТВЦ, — их микрофоны торчали на столе. Русский фашизм кругом, едреныть, поэтому только периферийные каналы и собрались.

В три минуты первого в зал входят трое: председатель правления ФЕОРа Александр Борода, исполнительный директор ФЕОРа Валерий Энгель и пресс-секретарь Тимур Киреев. И началось...

Борода зачитал за полторы минуты обращение к Социнтерну, и так уже розданное всем на руки. Суть обращения следующая. Дескать, партия "Родина" — антисемитская, потому как ее депутаты подписали приснопамятное письмо в Генпрокуратуру, в котором требовали запретить экстремистов. Сам главный раввин России Берл Лазар пожаловался на это письмо Рогозину, но тот, дескать, лишь "ограничился формальным заявлением" (нужно было, чтоб сплясал, очевидно). Посему не место такой подлой партии в славном международном Интернационале. И вообще: усилиями "Родины" создается угроза фашизма, им нельзя при встрече подавать руки! Европарламент, Генпрокуратура и все правоохранительные органы, какие только есть, должны озаботиться существованием "Родины", а сама партия просто обязана четко и недвусмысленно ответить — любит она евреев или нет.

На этом основная часть прессухи закончилась, и перешли к вопросам. Сначала из уст проверенных журналистов полился привычный гон про "резкий рост антисемитизма в России" и т. д. Борода и Энгель — Маркс и Энгельс нашей современности — хором отвечали, пресс-секретарь разжевывал их ответы до удобоваримого состояния. Вдруг встала девушка из пресс-службы "Родины" и поинтересовалась, а что они, собственно, имеют против ее партии, если пресловутое письмо писали члены вовсе не партии, а фракции, что далеко не одно и то же. А партия "Родина", мол, давно уже письмо это осудила и к антисемитизму никакого отношения не имеет.

На это Борода принялся называть фамилии "злых и ужасных юдофобов из "Родины" и сильно удивлялся, узнавая, что никто из названных им товарищей в партии, в общем-то, не состоит. Наконец, он отыскал нужную фамилию (Андрея Савельева) и обрадовался: ну вот, нашел, наконец, "русского фашиста" в стане ненавистной партии. Потом он Савельева склонял и склонял на разный лад и потрясал кипой бумаг со стола: у нас, дескать, тут всё записано, у нас все-все цитаты собраны, а в них — страшный русский антисемитизм! При этом на просьбу привести какую-нибудь цитатку Борода ни к селу ни к городу прочитал слова Рогозина о том, что "Родина" призвана стать партией разделенного русского народа, миллионы представителей которого томятся под властью ханов, баев и баронов.

Я тоже задал вопрос феоровцам. Что же вы не цитируете программные заявления Рогозина на съезде, спрашиваю, в которых тот говорил о многонациональной России и о равенстве всех народов в стране? И как можно называть "ксенофобской" и "шовинистической" партию, на съезде которой выступали, к примеру, Шамиль Загитович Султанов и Бислан Сайдалиевич Гантамиров, причем последний предложил создать при партии Совет по национальной политике — орган, которого не существует нигде в России. Какие же это "русские фашисты"?

На это мне терпеливо, в три голоса, объяснили в том духе, что наличие мусульман или даже евреев в составе "антисемитской партии" ничего не доказывает, что часто евреи сами — первые антисемиты и что Рогозин на съезде не раскололся на тему "Бей жидов — спасай Россию" только из-за того, что в зале присутствовали как раз те самые европейские социнтерновцы, в рядах которых "Родина" хочет оказаться. "А это опасно для нас", — подытожил Борода.

Наконец, прессуха закончилась, и начались "приватные разговоры". В них все трое феоровцев признавались в любви к газете "Завтра", ратовали за скорейшее возрождение великого русского народа, а пресс-секретарь заявил даже, что он вообще "имперский советский человек". Я всё пытался понять, зачем же им понадобилось спустя полгода тыкать "Родине" письмом, причины появления которого аккурат перед встречей Путина с американцами в Братиславе известны, кажется, уже всем. На это Борода-Энгель мне вежливо отвечали: а пусть Рогозин бумажку осуждающую напишет! На предложение самим феоровцам выразить осуждение в адрес провокационного издания "Шулхан-Аруха" ими было заявлено: пусть, мол, и Православная церковь осудит издание ряда своих апокрифов. Доводы же о том, что русский фактор рано или поздно должен был быть взят на вооружение патриотической партией в разоренной и разделенной стране натыкались на пространные рассуждения об "исторических аналогиях" и "опасных прецедентах".

Федерацию еврейских общин понять можно: кушать очень хочется. Но кушать вкусную кошерную пищу, а также строить фешенебельные офисы в центре столицы, очень проблематично без разгула "русского фашизма" — только на него спонсоры и клюют. А нет фашизма — нет и гешефта.

ДИКТАТ НЕПРИЕМЛЕМ. Коммунисты — против «нового мирового порядка»

ДИКТАТ НЕПРИЕМЛЕМ. Коммунисты — против «нового мирового порядка»

ДИКТАТ НЕПРИЕМЛЕМ. Коммунисты — против «нового мирового порядка»

21 июня депутат Государственной думы, первый заместитель председателя ЦК КПРФ Иван МЕЛЬНИКОВ выступил на очередном заседании Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) в рамках обсуждения вопроса о положении на Ближнем Востоке.

Уважаемый господин Председатель!

Уважаемые коллеги!

Вопрос о ситуации на Ближнем Востоке является своевременным и объяснимым. И в докладе Комиссии по политическим вопросам содержится важная информация о положении в данном регионе.

Можно приветствовать прогресс в урегулировании палестинско-израильской проблемы. Хотя в этом процессе еще очень много сложностей. Предстоит много сделать для достижения взаимного доверия между сторонами. Израильская сторона продолжает строительство разделительного барьера. Палестинцев волнует и расширение поселений.

В последнее время при рассмотрении вопроса о ближневосточном урегулировании основное внимание уделяется палестинско-израильскому конфликту. Конечно, палестинская проблема является ключевой, но не единственной. Главная цель — достижение всеобъемлющего и справедливого мира на Ближнем Востоке. Это означает, что урегулирование должно быть не только между Израилем и Палестиной, урегулирование должно быть между Израилем и Ливаном, а также между Израилем и Сирией. По нашему убеждению, в контексте ближневосточного урегулирования следует рассматривать и положение в Ираке. К сожалению, содержание представленного доклада и проект резолюции не в полной мере соответствуют их названию — "Положение на Ближнем Востоке".

Совершенно неприемлемой представляется ситуация, которая складывается вокруг Сирии. США и Израиль продолжают предъявлять жесткие требования к этой стране. Продолжают вмешиваться в её внутренние дела. Дело доходит до того, что и России диктуют условия, на которых ей "разрешается" строить двусторонние отношения с Сирией.

Мы не можем согласиться с утверждением, что выборы в Ираке 30 января этого года были легитимными. Они проводились в условиях фактической оккупации страны иностранными войсками и под их контролем. Никакого национального согласия нет. Вражда и напряженность между основными этническими и религиозными общинами продолжает сохраняться. А это может привести к широкомасштабному гражданскому конфликту.

Ситуация в Ираке это — результат политики США в этом регионе. Соединенные Штаты имеют цель — установить контроль над этим стратегически важным районом. Ведь сейчас уже всем ясно, что никакого оружия массового поражения в Ираке не было. Следует напомнить, что в 80-х годах США поддерживали Ирак в его противостоянии с Ираном, а в июне 1990 года посол США в Ираке госпожа Глэспи фактически благословила Ирак на вторжение в Кувейт.

Концепция Большого Ближнего Востока, выдвинутая президентом США, уже отвергнута многими ведущими политиками и руководителями стран этого региона. Концепция воспринимается на Ближнем Востоке как продолжение политики так называемой "демократизации", которая осуществляется в отношении Ирака.

Важное значение для данного региона должны иметь меры по достижению взаимного доверия. В частности, объявление Ближнего Востока — зоной свободной от ядерного оружия.

Полагаю, Парламентская Ассамблея Совета Европы может и должна внести свой вклад в достижение этих целей. А содержащийся в докладе призыв к Ассамблее активизировать контакты с парламентами стран этого региона должен быть реализован.

МЕГАМАШИНА

МЕГАМАШИНА

Юрий Ковалев

МЕГАМАШИНА

Хорошо известно, что мировое сообщество оказалось перед перспективой скорого исчерпания относительно доступных энергетических ресурсов; необратимого загрязнения окружающей среды; "расползания" ракетно-ядерных технологий и нарастающего дисбаланса демографических процессов.

Однако существуют такие глобальные угрозы, о которых лидеры ведущих стран предпочитают не говорить открыто. Среди них — резко ускорившееся в последнее время таяние ледяных шапок на полюсах Земли и быстрое разрушение Гольфстрима. Вот суть вопроса, который перестал быть секретным благодаря мужественной гражданской позиции ряда западных экспертов частности, Д.Кинга, ведущего научного советника премьер-министра Великобритании; Э.Маршалла, начальника одного из управлений Пентагона (данные на 2004 год) и Друнвало, авторитетного современного мыслителя.

Как известно, Гольфстрим — это колоссальный поток, практически река тёплой воды, который идёт по поверхности Атлантического океана из южного полушария в северное и благодаря которому Северная Америка, а также Северная и Западная Европа не замерзают. "Продвигаясь" на север и постепенно охлаждаясь, Гольфстрим опускается на дно океана и как океанический поток возвращается на юг, где он снова нагревается, поднимается к поверхности и снова возвращается на север. Это что-то вроде огромной восьмёрки. "Источник энергии", поддерживающий это течение, находится на севере — там, где Гольфстрим опускается на дно океана. Концентрация соли в океане заставляет этот поток опускаться, соль же поднимает тёплую воду на юге. Однако в последние годы лёд на Северном полюсе стал чрезвычайно быстро таять. К примеру, три лета назад впервые в известной нам истории лед над точкой полюса полностью исчез, и корабли свободно плавали прямо над Северным полюсом. Пентагон располагает спутниковыми фотографиями Северного полюса, сделанными в 1970 и в 2003 гг. Они показывают: всего за 33 года он растаял на 40%. А сейчас — тает всё быстрее.

Одной из причин резкого ускорения процесса таяния полюсов, по оценке специалистов Европейского космического агентства, сделанной на данных, полученных со спутника "Сохо", является увеличение за последние годы силы магнитного поля Солнца в 2 раза. Но называют и другую причину: идет неуклонное потепление воды мирового океана от всё нагревающегося ядра Земли; это разрушает льды "снизу".

И вот в результате таяния льда пресная вода в огромных количествах вливается в Атлантический океан, концентрация соли в нем уменьшается, и Гольфстрим опускается не столь глубоко — а его течение замедляется. Так продолжается уже по крайней мере десять лет. Но сегодня процесс вдруг скачкообразно ускорился, и специалисты полагают, что полная остановка Гольфстрима произойдет, возможно, уже через полтора-два года.

Однако это — далеко не всё. Развертываются грозные события и на Южном полюсе. Несколько лет назад откололся ледник Ларсена А. "Эксперты говорили, — пишет Друнвало, — что они следят за этим событием, и что волноваться не стоит, поскольку этот шельфовый ледник был соединён с Южным полюсом только в течение последних 10.000 лет. Те же самые эксперты убеждали всех, что ледник Ларсена Б, находящийся за ледником Ларсена А, никогда не растает, потому что он в целости и сохранности существовал на протяжении многих ледниковых периодов. Однако в 2003 г. ледниковый шельф Ларсена Б (а это 2850 кв. километров льда!) откололся и уплыл в океан, растаяв всего за 35 дней. В результате уровень мирового океана поднялся почти на два с половиной сантиметра. Сегодня другой гигантский шельфовый ледник — ледник Росса остался незащищённым, т.к. лишь ледник Ларсена Б не давал ему уйти в океан. И вот, согласно информации Друнвало, в леднике Росса с 2004 г. возникла трещина. Если он окажется в океане и растает, то, по оценкам, уровень мирового океана вскоре поднимется на 5-6 метров. А ведь есть еще колоссальные по объему льды Гренландии... "

Всё сказанное приведет к столь кардинальным и масштабным изменениям на Земле, что пока даже нельзя оценить все их последствия для человечества. Ясно лишь следующее. Во-первых, будут затоплены обширные прибрежные зоны (вместе с существующей там инфраструктурой) во многих странах, а ряд островов и архипелагов (например, Багамские и Мальдивские) полностью исчезнет под водой. Значительная часть прежде плодородных районов земного шара, станет непригодной не только для земледелия но и для жизни людей, а территории таких, например, государств, как Финляндия, Швеция и Дания покроет слой льда.

Увы, не минует сия чаша и Россию: уйдут на дно Тихого океана Владивосток, Магадан и Петропавловск-Камчатский; в Балтийском море исчезнет Санкт-Петербург; полностью будут затоплены Ямало-Ненецкий автономный округ и Салехард. Кроме того, уже несколько лет в России тает вечная мерзлота. Это означает, что в скорой перспективе на значительной части территории нашей страны образуется гигантское болото. И риторически звучит вопрос — что станет с построенными в зоне вечной мерзлоты городами, нефтепроводами, буровыми установками, дорогами-зимниками...

Понятно, что, поскольку обратить вспять развернувшиеся процессы человечеству не под силу — оно должно хотя бы подготовиться к скорым потрясениям. В противном случае, завтра в мире начнётся предельно жесткая борьба уже не только из-за нефти и газа, но и за продовольствие, пресную воду, пригодные для жизни территории.

ТАЙФУН С ВОСТОКА. КНР сегодня: впечатления очевидца и прогноз аналитика

ТАЙФУН С ВОСТОКА. КНР сегодня: впечатления очевидца и прогноз аналитика

Александр Нагорный

ТАЙФУН С ВОСТОКА. КНР сегодня: впечатления очевидца и прогноз аналитика

"ЗАВТРА". Александр Алексеевич, вы недавно вернулись из КНР, причем не из туристической поездки, — у вас была возможность содержательно контактировать с представителями самых разных слоев китайского общества, снизу доверху. Что сейчас представляет собой "красный Китай" с вашей точки зрения, как очевидца и аналитика?

Александр НАГОРНЫЙ. Вы знаете, если отвечать на ваш вопрос одним словом, то это будет слово "грандиозно" или "невероятно". Дело в том, что последний раз я был в Китае около 15 лет назад, в начале 90-х годов, и перемены, которые произошли там за это время, иначе охарактеризовать просто нельзя. Причем я основываюсь не на впечатлениях от посещения какого-то одного или двух крупных городов: за три недели удалось побывать в десяти населенных пунктах: от Пекина и Шанхая до сельских местечек в самой что ни на есть глубинке. Кстати, поездка эта была организована Экспериментальным творческим центром под руководством Сергея Кургиняна по приглашению китайского Института ЕвроАзии, который раньше именовался Институтом Советского Союза. Люди, которые работают в этом институте, — это по преимуществу русисты, которые достаточно долгое время отработали в дипломатических ипостасях. Достаточно сказать, что на первом заседании было порядка семи или восьми бывших китайских послов, включая замминистра иностранных дел, который в свое время являлся послом в СССР в конце 80-х-начале 90-х годов, а его более молодые коллеги побывали послами КНР в бывших союзных республиках. Точно так же и другие наши собеседники: историки, экономисты, социологи, — были вполне квалифицированными специалистами, дискуссии с ними проходили весьма интересно и содержательно.

Так вот, возвращаясь к переменам в современном Китае, могу сказать, что я приехал в совершенно другую страну. Вас прежде всего встречают аэропорты, которые не имеют аналогов не только в азиатских странах, но и, по всей видимости, в Европе и в Америке. Они построены в основном за последние три-четыре года и рассчитаны на такие потоки пассажиров и грузов, которые чуть ли не на порядок превосходят всё, что можно увидеть на Западе. Далее — строительство. Вся страна представляет собой сплошную стройку. Строят не только жилье и офисы — строят промышленные зоны, строят технопарки, строят дороги, строят другие объекты инфраструктуры. Даже те здания, которые строились в 70-е годы, сносятся повсеместно, а на их месте возводятся новейшие красавцы-гиганты. При этом Новый Пекин немного напоминает Москву своими широкими проспектами и огромными домами, это такая версия Калининского или Кутузовского проспектов XXI века — настолько выше по качеству и архитектуре. Совершенно преобразился за последние 15 лет и Шанхай, деловая столица Китая. По-моему, он уже превосходит Нью-Йорк и этажностью своих небоскребов, и уровнем экономической активности.

"ЗАВТРА". Общий ритм жизни в китайских городах заметно отличается, скажем, от московского?

А.Н. Вообще, по сравнению с Москвой в китайских городах гораздо меньше машин — они очень дорогие, хотя автопромышленность КНР развивается быстро. Зато много велосипедистов и людей на мотороллерах. Причем все мотороллеры — с электромоторами, стоят от 500 до 1500 долларов. В крупных городах строится метро, я там был: вполне приличное, современное и красивое — не хуже, чем в мегаполисах Америки или Европы. Я думаю, темп жизни города лучше всего определяется в часы пик, когда люди идут на работу или возвращаются с работы. Никакого хаоса в Китае при этом не образуется, всё вполне организованно. Инфраструктура развивается стремительно — двух- трех- и даже четырехуровневые дорожные развязки являются нормой. Сравнивать это с широко разрекламированным строительством окружной дороги и "третьего транспортного кольца" в Москве просто смешно.

Добавьте сюда новейшие гостиницы и бизнес-центры, оборудованные по последнему слову техники, — я бы назвал это даже не "строительным бумом", а "строительным бешенством", за счет которого экономическая инфраструктура КНР уже через несколько лет будет превосходить американскую.

Но главное, что меня поразило, — это всё-таки люди. Потому что я помню китайцев начала 90-х годов: монотонно одетых, небольшого роста и — будем говорить прямо — в массе своей изможденных, которые, правда, вели себя очень дисциплинированно и достойно. Еще тогда меня поражало, как в шесть утра огромные толпы народа выходят на улицу для занятий гимнастикой. Сейчас население китайских городов выглядит совершенно иначе. Это люди достаточно высокого роста, которые в детстве, видимо, хорошо питались, прилично одетые и явно уверенные в себе, подтянутые, довольные жизнью, даже веселые. Подчеркну, картина практически одинаковая по всему Китаю: Сучжоу или Кунмин мало чем отличаются от Пекина и Шанхая.

В основном это, конечно, достаточно молодые люди: от 20 до 45 лет. Поскольку китайцы практически не пьют и не предаются другим излишествам, то выглядят они очень здоровыми людьми. А как старики? Это еще один ядерный удар по нынешней российской психике — потому что вы видите стариков в огромных парках, где они собираются, общаются, обсуждают какие-то новости, играют в карты, домино и шашки, занимаются гимнастикой, даже танцуют. Они раскованны, дружелюбны. И их — не сотни, их — десятки тысяч в каждом городе. Причем — а я общался с ними напрямую — к России и пенсионеры, и молодежь относятся очень хорошо.

Ни попрошаек, ни бомжей, ни проституток, ни наркоманов, ни слоняющейся без дела молодежи вы на улицах тоже не увидите. Это не значит, что их вообще нет, — есть, и, наверное, не так мало. Но это не массовое, не типичное явление, которое спрятано и показывается только в свое время и в своих местах, которые надо еще поискать.

Вот, наверное, пять или шесть узловых моментов, которые сразу бросаются в глаза при знакомстве с современным Китаем.

"ЗАВТРА". Вы говорите, что все эти перемены произошли за последние пятнадцать-двадцать лет. Невольно приходится сравнивать их с результатами российских "рыночно-демократических реформ". Поскольку сравнение оказывается не в нашу пользу, то возникают вопросы. Например, чем отличается наш путь от китайского, и могло ли российское общество и государство пойти этому по китайскому пути с тем же успехом, что и КНР?

А.Н. Знаете, я изучал китайскую экономику с 1976 года. Более того, когда в декабре 1978 года Дэн Сяопин объявил программу "четырех модернизаций", мне было поручено наблюдать за реализацией этой программы по линии Академии наук. Так что отличия китайских реформ от процессов, происходивших в Советском Союзе, мне достаточно четко видны. Но, прежде чем излагать собственную точку зрения, позволю себе обратиться, так сказать, к первоисточникам.

Во время нашего пребывания Пекин принимал форум "Китай и процесс глобализации", который проводился — уже не в первый раз — по инициативе американского журнала Fortune и крупнейшей медийной корпорации мира Time Warner Brothers-CNN-America on-line. Специфика этой международной конференции состояла в том, что она проходила в "запретном городе", то есть в бывшей резиденции императора, а ныне — штаб-квартире Китайской коммунистической партии, в помещении ВСНП, Всекитайского собрания народных представителей. В работе форума принимали участие ведущие политические деятели современного Китая, члены президиума политбюро КПК, то есть высшего исполнительного органа партии. Должен сказать, что это было очень интересно, потому что в огромном зале были расставлены столики, за которыми сидели представители мирового крупного бизнеса, преимущественно американцы, хотя были и европейцы, и японцы, и представители Юго-Восточной Азии. Всего около трех тысяч человек. Целями американской стороны было, конечно, установление контактов с представителями китайской политической и бизнес-элиты, открытые дискуссии по имеющимся разногласиям в финансово-экономической области и, наконец, требование ревальвации юаня. Открывал форум лично Ху Цзиньтао, который в своем небольшом докладе-приветствии очертил успехи Китайской Народной Республики. Он сказал приблизительно следующее: мы, благодаря нашему духовному отцу Дэн Сяопину получили правильный вектор движения, в результате валовой продукт современного Китая за прошедшие 27 лет увеличился практически в 30 раз и достиг около 1,5 трлн. долл. Это является огромным достижением, говорил Ху Цзиньтао, но у нас еще множество проблем, мы — развивающаяся страна, и нам нужно многому учиться. Поэтому мы приветствуем вас, мы готовы с вами работать, и так далее. Тут он сделал реверанс в отношении иностранного бизнеса и иностранных инвестиций, достигающих 45-50 млрд. долл. в год, а затем сообщил, что темпы экономического роста в 2005 году составят около 10%, если брать общий ВВП, и 16%, если брать промышленную продукцию. Это совершенно чудовищные цифры. Лично я не понимаю, как они вообще возможны в современной экономике. Правда, Ху Цзиньтао привел и некоторые другие цифры, которые дают возможность поразмышлять над феноменом китайского роста. Между прочим, он заявил, в порядке самокритики, что среди других китайских проблем — таких, например, как огромное население, которое не вышло еще из традиционного образа жизни, — присутствует высокая энергоемкость ВВП, которая в десять раз больше, чем у мирового лидера в области энергосбережения, Японии, в пять раз больше, чем у США, и в два раза — чем в среднем по миру. Здесь надо сказать, что многие специалисты-некитайцы, с которыми я общался и в России, и за рубежом, говорят, что всё не так плохо, что энергоемкость китайского ВВП на самом деле не превышает среднемировые показатели.

"ЗАВТРА". То есть на деле ВВП Китая приблизительно вдвое больше официальных цифр, и, таким образом, вот эти чудовищные темпы заявленного экономического роста — всего лишь своеобразный способ легализовать реальный потенциал китайской экономики, который до того скрывался от посторонних глаз?

А.Н. Похоже, что так. Ху Цзиньтао, например, сказал, что сегодня в Китае 450 миллионов мобильных телефонов — это на официальные миллиард триста миллионов населения, т.е. фактически у каждого третьего. На деле, наверное, население КНР давно перевалило за полтора миллиарда, однако этот потенциал по-прежнему скрывается. Им такие фокусы доступны — ведь в Китае социалистическая плановая система экономики сохранена, а то, что планирование там в основном не директивное, не императивное, а индикативное, ситуации не меняет. Да, нельзя не заметить предпринимательской активности — и это не только фермерство вокруг крупных городов, розничная торговля или сфера услуг. Очень много и средних, и даже крупных частных фирм. Но, во-первых, в Китае не всегда поймешь, где кончается частное и начинается государственное. А во-вторых, все базовые отрасли: энергетика, тяжелая индустрия, социальные программы, — остаются под контролем государства, точно так же, как базовые цены: на электроэнергию, горючее и т.д. Да, многие сектора экономики отданы на откуп рынку, но этот рынок обеспечивается со стороны государства дешевой электроэнергией, дешевым горючим, дешевым транспортом, дешевой связью и — очень важно — дешевыми кредитами. В Китае работают пять крупнейших государственных банков, соизмеримых с финансовыми гигантами Японии, Америки и Европы. Есть огромные холдинги, являющиеся по форме акционерными компаниями — как в Италии или в Норвегии, это помогает привлекать кредиты, работать на рынках, в том числе зарубежных, но базовые фонды принадлежат государству, и поэтому в Китае нет никаких "сырьевых олигархов", извлекающих сверхприбыли "на входе" за счет удушения остальной экономики. Нужно сказать, что в результате бензин на китайских бензоколонках дешевле, чем в России. Как такое может быть, если нефть большей частью импортируется в КНР из Индонезии, Брунея, стран Персидского залива и отчасти — из России? Значит, есть государственное вмешательство, есть государственное регулирование, которое на деле гораздо сильнее, чем кажется со стороны. То же самое — по электроэнергии, хотя здесь всё не так просто, поскольку в Китае действует многоуровневая система формирования цен на киловатт-час — в зависимости от месторасположения и характера потребителей электроэнергии. И когда сегодня экономический гуру Путина Андрей Илларионов начинает убеждать всех, что в Китае — самая либеральная экономика в мире (потому что самая эффективная, а государство якобы не может быть эффективным по определению), это даже не смешно — это не лечится.

"ЗАВТРА". В либеральных кругах присутствует и другая точка зрения на китайские реформы, которую, в частности, пропагандирует Владимир Мау: мол, модернизация там шла с "низкого старта", как в Советском Союзе 30-х годов, эта модель, как показывает опыт СССР, имеет встроенные "пределы роста", и КНР в самом ближайшем будущем столкнется с теми же проблемами, с которыми Советский Союз столкнулся в 80-е годы — с поправкой на время и на местные условия. Поэтому никакого "китайского пути" у нынешней России нет и быть не могло — нельзя же бесконечно ходить по кругу, повторяя собственное прошлое.

А.Н. Да, Владимир Мау и его единомышленники правы в том, что основой для китайской модернизации, как и для сталинской, является традиционный мир деревни — именно оттуда черпается человеческий потенциал, оттуда черпаются основные средства на модернизацию. Но этим обстоятельством сходство практически и исчерпывается.

Эти "ученые" просто выполняют заказ — убедить российское общество, что всё идет единственно возможным и самым лучшим путем, а та либерально-монетаристская схема, которая вымывает огромные объемы финансовых, сырьевых и человеческих ресурсов из России — это неизбежность, другого пути нет. Конечно, это всё вранье. Мое научное кредо заключалось как раз в сопоставлении китайской, советской и американской моделей развития. И я очень хорошо понимаю, какой рывок мог совершить Советский Союз, если бы диверсия против него не увенчалась успехом, если бы партийным и государственным руководством была развязана личная инициатива при сохранении централизации стратегических ресурсов. Мы могли перейти в совершенно иное технологическое измерение, могли предложить миру новый образ жизни — нужно было только решить элементарную проблему "колбасы".

"ЗАВТРА". Ну, предположим, колбаса-то была, только вот чтобы купить ее, требовалось потратить немало времени на стояние в очереди.

А.Н. Речь идет о повышении некоторых жизненных стандартов — элементарной задаче, которую в Китае решили за два-три года, и у нас ее можно было решить за несколько лет, после чего начать заниматься совершенно иными вещами.