– Верно, – вздохнула Розалия. – Так как же тебя зовут? Каменный мешок?.. Каменное сердце?
– Красиво, но неправильно.
– Остров Людоеда, – предположила Маруся.
Глот мрачно захохотал.
– Дикая Голова! – крикнул моряк.
– Остров Смерти!
– Обжора!
– Морское пугало!
Поначалу Глот откликался. Потом замолчал. Видимо, он слышал немало на своем веку.
Замолчали и пленники. Было ясно, что угадывать имя можно бесконечно, а без пищи и воды они долго не продержатся.
Услышав, как Маруся стучит зубами, Моляк расщепил ножом свой сундучок и развел небольшой костер. А оставшиеся щепки отложил в сторону.
– Эта будет последней, – достал он из кармана волшебную палочку и повертел ее в руках. – Я хочу погибнуть как нолмальный человек! Настоящий человек!
Моляк засунул палочку в рот, и не обращая ни на кого внимания, стал делать упражнения.
– Мне кажется, он сошел с ума, – шепнула корова Марусе. – И еще, я думаю, мы должны поговорить с Глотом. Может быть, нам что-нибудь удастся выяснить.
– Глот! – позвала Маруся. – Скажи, ты каменный или живой?
– Глупый вопрос, – отозвался Глот. – Камни живут, чувствуют, говорят и растут, только в тысячу раз медленнее. Что для вас целая жизнь – для нас одно мгновенье. Поэтому камни слышат людей, а люди не слышат камня.
– А скажи, Глот, – спросила корова, – кто написал стихи на стене? Один из тех, кто остался здесь?
– Ты не угадало, рогатое существо, эти стихи – мои.
– Твои? – удивилась Розалия. – Очень неплохо. Я бы даже сказала, отточено…
– У меня есть время, чтобы оттачивать слова, – хмыкнул Глот. – Время – великая вещь. Волны обкатывают и полируют камень. А я – обкатываю слова…
– Удивительно верно замечено, – воскликнула Розалия. – Если бы каждый мог оттачивать стихи столько времени…
– Пять тысяч лет, – самодовольно произнес Глот. – С тех пор, как я поднялся со дна…
Маруся в пол-уха слушала этот разговор, наблюдая за костром. Боцманский сундук сгорал быстро. На земле осталось с десяток щепок. Моляк подкладывал их, не вынимая палочки изо рта: «Ды-ды-ды, ды-ды-ды»…
– Может, он, и вправду, рехнулся? – подумала девочка. Ей вдруг стало жалко и себя, и Моляка, и милую Розалию, ведущую светскую беседу с этим каменным болваном.
– Если ты такой старый и мудрый, – вмешалась она в разговор. – То зачем же ты глотаешь маленьких людей?
– Так заведено с сотворения этого мира. И так мне приказал ОН!
– Кто ОН? – Маруся почувствовала, что в этом кроется какая-то загадка.
– Тот, кто дал мне истинное Имя, – важно произнес Глот. – Но вам этого не понять. Вы, люди, слишком мало живете и слишком глупы.
– Вздор! – закричал вдруг Моляк. – И если этот проклятый грот думает, что…
– Что? Что ты сказал? – вздрогнул Глот.
– Я сказал: Проклятый Грот! И готов повторить это тысячу раз…
– Ты угадал!
Каменная стена дрогнула и раздвинулась. В пещеру вместе с воздухом ворвался солнечный свет. Маруся и Розалия хлопали глазами, не понимая, что произошло.
– Полный вперед! – Моляк сгреб в охапку пожитки из своего сундучка и, подталкивая Марусю и корову, устремился к выходу. Но у самого выхода девочка остановилась.
– Грот! – спросила она. – А ты ничего не знаешь о Логопеде?
Каменное чудище не ответило.
Глава 13. Милая кошка
Приближался вечер. По заходящему солнцу моряк быстро вычислил правильный курс. Вместо унесенного бурей паруса он прикрепил к обломку мачты свою тельняшку, два других ее конца поддерживала рогами корова.
– Парррус – влево! Парррус – впрраво! – раскатистый бас перекрывал шум волн.
Розалия беспрекословно выполняла все команды:
– Никогда бы не подумала, что именно ты угадаешь имя этого каменного монстра. Кстати, как тебя зовут?
– Рюрик, – прорычал моряк. – Наконец-то, я могу нормально произнести свое имя, три тысячи якорей мне в глотку!
– А моряки обязательно должны ругаться?
– Извините, – смутился бывший боцман. – Это я от радости.
Неожиданно в темноте блеснул огонек.
– Маяк! – воскликнул Рюрик. – Значит, недалеко земля!
Через полчаса плот уткнулся в песчаную отмель. На берегу, рядом с маяком, стоял домик смотрителя. В окошке горел свет, и Маруся решительно постучала.
Дверь открыла перепуганная женщина. Однако, увидев девочку, успокоилась и пригласила путников в дом.
– Если не возражаете, корова тоже с нами, – сказала Маруся. – Ее зовут Розалия, и она моя подруга.
– Проходите, располагайтесь, а я пока уложу малышку…
– Милочка, иди спать! – позвала жена смотрителя. Из-за занавески вышла большая рыжая кошка, запрыгнула в детскую кроватку и сладко потянулась. Женщина укрыла ее одеялом, погладила по голове и что-то зашептала на ухо.
Через несколько минут из колыбели раздалось сонное урчание.
– Бедное дитя! – женщина вернулась к гостям и обратилась к корове. – Извините, а вас тоже… заколдовали?
– Скорее – наоборот, – сказала Розалия. – Меня расКОлдовали.
Узнав, куда направляются путники, хозяйка горестно заметила:
– Напрасно вы сюда приплыли. Города Градова больше нет.
– Как нет? – удивился моряк. – Не волной же его смыло?
– Нет. Но теперь это уже не город Градов, а город Гадов!
– Город Гадов? – вздрогнула Маруся.
– Им завладели жуткие твари –
– И жители не пробовали обороняться?! – воскликнул моряк.
– Пробовали, – вздохнула женщина. – Но все оказалось бесполезным.
– А чем они питаются? – поинтересовалась Маруся.
– Грызут все подряд: сахар, крупу, стружки, кирпичи, заборы, фонари, деревья, траву, картонные коробки, ведра… Хотя, – задумалась хозяйка, – у них странный вкус: они уничтожили в городе все деревья, а кусты не тронули. Или они с удовольствием грызут табуреты, но обходят столы и стулья…
– Или едят матрасы и простыни, но не трогают одеяла, – подсказала Маруся.
– Верно! Откуда ты это знаешь?!
– Догадалась, – улыбнулась девочка. – Похоже, они уничтожают все, в чем есть звук «Р»!
– Браво, – воскликнула Розалия. – Это подтверждает мою мысль: в каждом безумии есть система!
– И зная эту систему, можно попробовать с ней бороться, – загорелся моряк.
Хозяйка печально покачала головой:
– Их предводитель
Она немного помолчала, затем продолжила:
– Однажды я поехала в город за продуктами и взяла с собой дочь.
– Это моя дочка, – сказала она, указывая на кроватку. – В это время по улице проезжал
– А вы не помните, что он сказал? – спросила Маруся.
– Разве можно разобрать, что он говорит? У него рот вечно набит кашей. Я только поняла: «Милая кошка»! И моя дочка тут же превратилась… – женщина не удержалась и заплакала.
– Постойте! – воскликнула Маруся. – Он хотел сказать: «Милая крошка», а получилось…
– Точно! – заорал Моряк.
– Тише, смотрите…
Одеяло на кровати вдруг зашевелилось, приподнялось, и из-под него, потирая глаза, вылезла милая золотоволосая девочка:
– Ну что вы все так кричите?!
Глава 14. Город гадов
Услышав доносившиеся снизу крики, в дом ворвался смотритель маяка с ружьем. Однако, узнав о том, что случилось, расцеловал и Марусю и моряка, и даже попытался обнять корову.
– Не люблю этих телячьих нежностей, – промычала Розалия. – Лучше бы мне показали какой-нибудь лужок, пока эти
– Не доберутся! – стукнул кулаком Рюрик. – У меня есть план…
– Если ты будешь так кричать, – ехидно заметила Розалия, – думаю, я услышу его и с улицы.
Проводив корову, хозяйка стала укладывать дочь спать. А Маруся, моряк и смотритель поднялись на башню маяка и устроили совещание.
– У меня есть план, как уничтожить этих
– Не
– Крысы так крысы! Тем лучше… Нужно заманить их на корабль, вывезти в море и утопить.
– Ничего не выйдет, – сказал смотритель маяка. – Эти твари уничтожили все корабли в городе. Потому что, если наша спасительница права, – кивнул он на Марусю – в них есть звук «Р».
– А если взять лодки или плоты? – не сдавался Рюрик.
– Боюсь, и это бесполезно, – вздохнул смотритель. – Как вы заманите на них
Моряк почесал в затылке:
– Да, непростая задачка.
Совещание прервала хозяйка с дымящейся кастрюлей:
– Не хотите ли манной каши? На свежем молочке…
– Скажите, а почему вожака зовут –