Клык Фенрира

– Там, дома, – сглотнул Алексей. – Я с утра пошел на раскоп… – Парень сделал паузу, проверяя, понимает ли граф, о чем идет речь. – Заблудился в лесу… и оказался здесь. Меня Семен нашел.

– А изменения?

– Они начались уже здесь… В лесу, я не знаю, в моем мире или в этом, на меня напали волки. Один из них укусил за руку… Думаю, это и стало отправной точкой. Укус.

– Но когда ты попал ко мне, ран не было. Только жар.

– Я знаю, – Алексей вздохнул. – Я вообще посчитал этот инцидент сном, но изменения начались именно тогда. До этого я был совершенно обычным парнем и очень хочу стать им снова.

– Но это…

– Невозможно? Я подозреваю, но что мешает мне хотеть несбыточного? А сейчас простите, пожалуй, я пойду, отдохну.

Кроме воспоминаний, Алексея волновал еще морально-нравственный аспект – он потерял бумаги, важные для Екатерины, и это не давало покоя. Молодой человек не любил подобные ситуации. Ему доверили тайну, жизнь, а он, пусть и невольно, предал это оказанное доверие. Облажался. Даже мысленно это слово прозвучало чуждо для восемнадцатого века. Алексей и раньше не очень его любил, но в данной ситуации он именно облажался. Причем очень сильно. Или это тот самый фактор? Невозможность изменить историю… так и должно быть. Столько вопросов, что найти ответы не получается, значит, нужно действовать исходя не из собственных знаний, а повинуясь внутреннему моральному кодексу. А по внутреннему моральному кодексу он облажался.

– Подождите. – Сен-Жермен задумался. – Еще один момент.

Алексей послушно уставился на графа, мечтая как можно скорее оказаться наедине с собой.

– Я думаю, вы понимаете, Алексей, что сейчас вы плохо контролируете себя и очень опасны. Неизвестно, в какой момент вы перекинетесь, как долго будете находиться в обличье зверя и кого в это время покусаете.

– Но я никого… – начал парень, но граф жестом заставил его замолчать.

– Много ли вы помните про то, как оказались здесь? Даже свое освобождение из подвала в доме моего старого врага вы не помните…

– Кто он? – упоминание о похитителе позволило не отвечать на неприятный вопрос. – Зачем… – Голос сбился. – Зачем он хотел это со мной сделать?

– Ну, во-первых, я не знаю, что «это», – пожал плечами граф. – А во…

– Его помощник, гадкий, вонючий некромантишка должен был заживо превратить меня в зомби! Напоить дрянью, чтобы кровь, лимфа и все мои внутренности стали густыми и вязкими, как смола… и тогда после смерти я бы очень долго не стал портиться! – дыхания не хватало. Алексей находился на грани истерики. Еще немного – и он банально разревется. Молодой человек сделал несколько глубоких вдохов и отвернулся к окну, пытаясь справиться с эмоциями. Тихий голос Сен-Жермена он едва разобрал:

– Думаю, он хотел отомстить мне. Многие нелогичные и неприглядные поступки Самуила Розы направлены на то, чтобы доставить мне боль или неприятности.

– То есть я стал разменной монетой в ваших нерешенных спорах? Просто замечательно! – невесело хмыкнул Алексей. На смену панике пришла злость, в том числе на себя, за позорный срыв.

– Вы хотя бы остались живы, – в голосе графа звучал лед. Алексею не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, насколько зол граф. Это не являлось слепой яростью – холодная, хранимая годами злоба.

– Но… – осторожно поинтересовался парень. – Кто-то погиб?

– Да. Мой бывший ученик, но это не та тема, которую я готов сейчас обсуждать с вами.

– А я готов ее обсудить, потому что чуть не погиб из-за ваших разногласий! Неужели я не вправе знать?

– Печальная судьба моего прошлого ученика – не ваше дело. Что же касается Самуила Розы, то он глуп, не в меру подозрителен и часто принимает желаемое за действительное. Вот и сейчас ему кажется, будто я пытаюсь встать у него на пути.

– А это не так?

– Нет, я сам не ожидал его встретить в России. Он не тот человек, с которым бы мне хотелось пересекаться. – Граф замолчал и через минуту задумчиво произнес: – Хотя допускаю, что здесь нас интересует одна и та же вещь. Но мне нет дела до самого герра Розы. На этом я считаю обсуждение наших отношений законченным.

Алексей понял – сейчас лучше не спорить. Слова не способны изменить уже случившееся, да и не отвечает граф за действия своего давнего врага.

– Можно идти?

– Ну, как только вы ответите мне на вопрос о том, что помните о моменте превращения в волка, и о том, как сбежали от Розы.

– Ничего. – Алексей опустил глаза, боясь, как бы они не выдали ложь. Про плюющихся в зомби котов, потом превращающихся в людей, а после вовсе растворяющихся в темноте, рассказывать не хотелось. Будут лишние вопросы, ответов на которые молодой человек не знал.

– О том, как очутились здесь, вы, полагаю, тоже ничего не помните. Так ведь?

Последняя фраза не звучала вопросом. Она была утверждением. Граф оказался прав, и Алексея это злило. Он действительно ничего не помнил, но почему же сразу подозревать его в том, что он на людей кидается… Или?..

– Я кого-то покусал, да? – вскинул глаза Алексей.

– Не успел, – отрезал Сен-Жермен, – но пытался, и не кого-нибудь, а Семена. Твои силы растут с каждым днем, а значит, следующее нападение может закончиться трагедией. Оборотень, попробовавший человеческой крови, становится неуправляемым. Как только ты кого-нибудь сожрешь, превратишься в тупое животное, у которого нет разума, а есть только жажда крови и инстинкты.

– Это произойдет обязательно? – Алексей сглотнул, перспективы, нарисованные Сен-Жерменом, совсем не радовали. – Разве нет тех, кто справился?

– Сдаются все. Кто-то раньше, кто-то позже, – слова графа звучали как приговор. – Но я постарался предотвратить подобный исход. Вы заметили у себя на руке браслет?

– Что это? – Парень нерешительно провел пальцами по украшению. Он, конечно же, его заметил, но думать еще и над его природой и значением времени не было.

– Амулет. Временная защита человеческой сущности. Вещь очень старая, редкая, вы не представляете, каких усилий мне стоило ее достать. Берегите его. Он не избавит вас от проблем, но позволит менять облик по своему усмотрению и, перекинувшись, сохранить человеческий разум.

– Но… за что? – вопрос был глупым, но вертелся на языке.

– Сложно сказать, – граф задумался. – Во-первых, мне стало жаль вас убивать, все же, хотим мы того или нет, вы – мой ученик. А живой и без сдерживающего амулета вы представляете реальную угрозу, и для меня в том числе. А сейчас отдыхайте. Столько потрясений за короткий промежуток времени действительно способны выбить из колеи. И не забудьте – браслет не снимайте. Он для вас – единственная защита и возможность сохранить рассудок.

– А можно вопрос не по теме? – Алексей остановился у двери и нерешительно оглянулся.

– Почему бы и нет?

– Здесь оборотни, маги, некроманты и зомби… а почему же в мое время ничего этого нет? Куда за два века исчезнет магия?

– Тут несколько вариантов ответа. Либо магию вытеснила техника, либо жадные и не думающие о будущем маги высосали всю энергию, либо вы, молодой человек, просто ее не заметили…

– А… – Алексей сам не знал, что хотел сказать этим бессмысленным звуком, но силы действительно иссякли, и ничего более умного он придумать не смог.

Молодой человек прошел в свою комнату и запер дверь. Свидетели ему сейчас были ни к чему. Да и вообще хотелось побыть одному, и если граф понял, что говорить сейчас бессмысленно, то Семен вполне может зайти. Если, конечно, не злится за вчерашний инцидент. Прежде чем решиться, Алексей долго стоял перед распахнутым окном у себя в комнате. С одной стороны, хотелось опробовать браслет и исправить допущенную ошибку. А с другой – сама мысль о том, что придется возвращаться в дом некроманта, вызывала ужас. Да и не знал молодой человек, где Самуил Роза прячет документы, и не имел ни малейшего представления, как их стащить.

Алексей колебался, взвешивал за и против, а руки уже машинально стаскивали рубашку. Синяки и ссадины почти прошли, также, судя по всему, не причинило вреда и пойло, которое заставил проглотить некромант. Сен-Жермен сказал, что это одна из особенностей оборотня – при смене ипостаси все раны заживают. В оборотничестве, видимо, есть и приятные стороны. Молодой человек уже взялся за ремень, когда понял, что рыскающий по улицам города зверь привлечет гораздо больше внимания, чем прогуливающийся человек, а перекинуться можно и недалеко от особняка Розы.

Решив окончательно, Алексей снова накинул на плечи рубашку и бесшумно выпрыгнул в раскрытое окно второго этажа, приземлился мягко на ноги, лишь коснувшись кончиками пальцев земли, чтобы удержать равновесие. В последнее время такие трюки давались ему легко, словно годы тренировок ушли на отработку плавности движений и ловкости. Молодой человек начал отчетливее видеть преимущества оборотничества. Напрягали лишь слова Сен-Жермена про сумасшествие, ну так граф же сам дал амулет. Пока волноваться не о чем.

К дому барона Алексей двинулся в бодром расположении духа и прошел так около квартала, пока не понял, что во время поездки в карете он дорогу не запомнил, так как в окно не смотрел. А как добирался волком, помнил очень смутно.

– Так, – пробормотал молодой человек под нос, пытаясь успокоиться. – Так. – Он затравленно посмотрел по сторонам, но ничего, кроме тонущих во мраке деревьев, не увидел. Немного успокоившись, Алексей собрался с мыслями и прикрыл глаза, стараясь вспомнить те ощущения, что испытывал, когда был зверем. Шорох опавшей листвы под лапами, запахи, хруст случайных веточек. Слух усилился, обострился нюх, и парень, немного пригибаясь к земле, словно от кого-то прячась, двинулся в противоположную от дома Екатерины сторону. Он шел с закрытыми глазами, но человеческое зрение сейчас только мешало, не давало сосредоточиться и сбивало с пути. Звериные инстинкты были куда надежнее. Из этого странного транса Алексей вынырнул в парке, сделал несколько шагов вперед и практически перед собой обнаружил высокий каменный забор. Алексей не узнал это место, но почувствовал, что пришел туда, куда нужно.

Он видел в темноте значительно лучше, чем обычный человек, но все равно мало что мог разглядеть. Сейчас это обстоятельство не имело значения, он был уверен: за забором находится дом Розы. Молодой человек плохо понимал, как волк будет перелезать через каменную стену, но, не сменив ипостась, соваться на вражескую территорию не хватало смелости.

Алексей вздохнул, еще раз с сомнением покосился на забор и принялся скидывать с себя одежду, когда услышал сзади гаденький смешок. Испуганно обернулся и заметил уже знакомого лохматого парня. Гость как ни в чем не бывало устроился на поваленном дереве. Появляться буквально из воздуха, похоже, было его привычкой.

– Да кто же ты такой! – в сердцах выдохнул Алексей. – И что тебе от меня нужно, а? Почему ты за мной следишь?

Вопрос о том, кто он, гость привычно проигнорировал, а вот на другие ответил, правда тоже туманно:

– Оберегаю я тебя. Нравишься ты мне.

– От чего оберегаешь? Зачем? Если бы не ты, я бы сейчас вообще спокойно сдавал сессию, а не прозябал бы здесь! Раньше оберегать нужно было! Нашелся ангел-хранитель!

– Ангел-хранитель? – заржал гость. – Насмешил. Скажешь тоже. А раньше я тебя не оберегал, потому как ты был мне не интересен.

– А сейчас, стало быть, интересен? Ты знаешь, что я домой, между прочим, хочу!

– Скучный ты. – Лохматый поковырялся в носу и вытер палец о штанину. – Ну, вот что у вас там интересного? Кем ты там был? Обычным, ничем не примечательным и никому не нужным студиозусом? А тут – сильный, ловкий и по-прежнему глупый.

– Почему это глупый? – обиделся Алексей.

– А вот зачем ты снова к некроманту полез? – усмехнулся гость. – От великого ума, что ли? Я для чего тебя спасал? Жизнью рисковал, между прочим. А ты не ценишь. А ну как, я не успею тебя снова вытащить? Был студиозус – стал зомби.

– Мне туда нужно, – буркнул Алексей и принялся стаскивать через голову рубашку. – Там вещи мои остались. Важные, мне секрет доверили…

– А ты, стало быть, его потерял? Ай-ай как плохо. Небось, дама секрет-то доверила? – Рыжий захихикал. – Если бы не дама, не полез бы ты к некроманту обратно. Да не имеет значения твой секрет. Не изменишь ты ничего, только зря угробишься. Не лезь! Как ты туда думаешь попасть? Оборачиваться хочешь? Тебе не кажется, что бродящий по коридорам дома волк выглядит несколько странно? Хотя и занятно, с удовольствием бы посмотрел, как ты в волчьем обличье будешь на стену карабкаться. Но при других обстоятельствах. Не лезь.

– Мне надо.

Алексей не собирался обсуждать свое решение с малознакомым парнем, тем более с этим. Молодой человек и сам понимал, что план не лучший, но другого не было.

– Точно решил? – Рыжий не сдавался.

– А тебе-то что?

– Ну, допустим, я могу тебе оказать еще одну услугу, – пожал плечами гость.

– Зачем тебе это? С чего ты будешь рисковать ради меня? И кто ты, в конце концов?

– Ты, можно сказать, крестник мой. Беспокоюсь я о тебе…

– Почему?

– Экий ты подозрительный. – Гость хмыкнул. Отряхнулся и спрыгнул на землю толстым пушистым котом. – Живым ты мне, студиозус, нужен, – муркнул зверь и растаял в темноте, оставив полураздетого удивленного Алексея наедине со своими мыслями.

Глава 13

Если бы герр Роза не спал крепким сном в своей постели, а вздумал прогуляться среди ночи в кабинет, он бы несказанно удивился. Пушистый серый кот появился прямо из воздуха в центре помещения, по-хозяйски запрыгнул на стол, плюхнулся на толстый зад и лапами разгреб кипу бумаг. Он копошился в листах, словно собирался в них нагадить, но потом передумал, прошелся вдоль стеллажей с книгами и повис на картине, за которой находился тайник. Вытащив из укромного места пухлый пакет, кот уже начал таять в воздухе, но, на секунду замерев в полупрозрачном состоянии, снова обрел материальность и спешно потрусил к догорающему камину. Не обращая внимания на огонь, разгреб лапами угли, вытащил зубами несколько почти догоревших листов и положил их сверху на папку с документами.

Герр Роза был не глуп и успел уничтожить некоторые опасные для него сведения, но кота это, похоже, мало волновало. Он два раза дунул на обуглившиеся листы, и они приобрели нормальный вид.

– Одни проблемы с вами, – буркнул пушистый вор и вместе с папкой растаял в воздухе.

Кот появился быстро. Алексей даже не успел вспомнить, что так и не сказал, какие именно «вещи» хотел забрать из кабинета Розы.

– Это потерял? – спросил рыжий, перекинувшись обратно, и протянул пухлый пакет с документами. Он выглядел так, словно его минуту назад вручила Алексею Екатерина. Даже не помялся и не испачкался. Парню казалось, что его заслуги в этом нет, он был уверен: презентабельный вид пакету придал именно лохматый незнакомец.

– Как ты узнал? – начал молодой человек, с опаской приняв из рук неожиданного помощника документы. Но гостя уже и след простыл. Он снова растворился в воздухе, оставив после себя туманное облачко пыли и тихий шелест деревьев.

Алексей крепко задумался. Если раньше ему казалось, что в восемнадцатый век он попал случайно или благодаря чьей-то злой шутке, то сейчас он начал думать, что все не так просто. Все на порядок сложнее. Он кому-то нужен, а на вопрос «Зачем?» пока ответа нет, и Алексей подозревал, что получит его лишь в том случае, если поймет, кто такой странный гость и по какой причине он периодически его навещает и опекает. Видимо, лохматому очень нужно, чтобы он, Алексей, был жив и по возможности здоров. Только вот зачем?

Камин давно погас – зомби слишком тупы и неприхотливы, чтобы поддерживать огонь без приказа, по своей инициативе. В большом полупустом доме стало промозгло и холодно. Даже изо рта шел пар, а руки, сжимающие подсвечник, заледенели.

Роза застыл перед открытым сейфом у себя в кабинете. Он не мог поверить глазам: документы, которые он, казалось, надежно спрятал, отсутствовали. Барон проснулся несколько минут назад от неясного чувства тревоги. Сердце стучало часто-часто, а руки стали липкими от холодного пота и дурных предчувствий, которые теперь оправдались. До своего кабинета Роза добежал в считаные минуты и обнаружил пропажу. Еще вечером, буквально несколько часов назад, документы были на месте. Своих барон не подозревал, Гансу он всецело доверял – этот мелкий человечишка полностью зависел от своего хозяина и был предан, как подобранный на помойке полудохлый пес. Роза не только вытащил Шнайдера из грязи и спас от заподозривших неладное церковников, но и позволил беспрепятственно заниматься любимым делом. Зомби утащить конверт тоже не могли – они слушались либо самого Розу, либо некроманта.

Все двери дома заперты на засовы, на окнах тяжелые ставни, по коридорам бродят беспокойные зомби, а документов все равно нет. Словно кто-то проник прямиком в сейф. Картина поставлена на место, замок кажется нетронутым, а в самом тайнике пустота. От нехороших предчувствий стало тяжело дышать. Свеча мелко дрожала в руках, ночной колпак сполз на глаза, а барон все стоял и смотрел в пустоту, размышляя, чем ему реально грозит компромат. Получалось – ничем хорошим. Он, конечно, предусмотрительно сжег несколько особо опасных страниц, но и оставшихся с лихвой хватит для того, чтобы его с позором вышвырнули из страны. Политическая миссия будет провалена, а вожделенный артефакт достанется Сен-Жермену.

Одна надежда – на русскую бюрократию. Еще несколько дней в распоряжении есть. Можно успеть найти выход из неприятной ситуации. Путаясь в подоле длинной ночной рубахи, Роза выглянул в коридор и зычно крикнул:

– Ганс!

Сонный некромант появился спустя пять минут, он, как и Роза, не успел переодеться со сна и сейчас зябко кутался в халат, который был ему явно велик.

– Собери нужных людей, – отрывисто бросил барон. – Я хочу, чтобы они срочно прибыли…

– Прямо сюда? – В голосе некроманта звучало недоверие. – Но это… опасно…

– Да, прямо сюда. Я хочу их видеть как можно быстрее. Кто-то украл документы, и боюсь, у нас осталось очень мало времени.

– Слушаюсь, господин, – мелко закивал некромант и умчался в глубь коридора, а Роза со злостью пнул табуретку, в раздражении скинул со стола несколько книг и отправился к себе в комнату. К приходу гостей нужно еще успеть переодеться.

Предатели, которых удалось подбить на заговор против реальной власти, трусливы, и разговаривать с ними нужно очень осторожно. Одно необдуманное слово, и они побегут, словно крысы с тонущего корабля, этого нельзя допустить. Возможно, придется действовать прямее и жестче, чем было запланировано ранее. Нельзя, чтобы Воронцов дал делу ход.

Молодой человек решил не заходить к Сен-Жермену, а сразу же выполнить поручение Екатерины. Ночью ломиться в дом канцлера Воронцова глупо, но Алексей не хотел оставлять документы у себя. Было просто страшно, вдруг они опять попадут в чьи-нибудь руки. Поэтому Алексей все же рискнул немного нарушить наказ Екатерины и обратиться за помощью к младшему Воронцову. В конце концов, он сам говорил, что чувствует себя обязанным и при случае непременно окажет ответную услугу. Вот сейчас представилась возможность проверить, насколько правдиво слово русского дворянина.

Алексей задумчиво постоял у закрытых ворот дома Воронцовых и понял, что будить хозяев среди ночи – не лучшее решение. Зачем людей полошить? Он двинулся вдоль забора и, обнаружив подходящее место, перемахнул во двор, прокрался к небольшому домику, в котором жил Александр, и тихонько постучал в окно.

Младший Воронцов выглянул не сразу. На его сонном лице читался испуг, он не сразу узнал Алексея.

– Алексей Дмитриевич, ты ли? – удивленно выдохнул юноша и отступил, приглашая гостя войти. – Какое дело привело тебя в столь поздний час? Неужели что-то случилось?

– Александр, – не стал медлить молодой человек и перешел сразу к делу, – помнишь, ты обещал, если понадобится, оказать мне любую помощь?

– Конечно же, но…