Тайны "снежного человека"

По-видимому, нет ни одного человека, кто бы видел этого "вырывателя языков"[26], но есть сообщение, которое Бернар Хювельманс добыл из источника, который, с какой стороны не взглянуть, можно считать вполне заслуживающим доверия. С разрешения господина Хювельманса я воспроизведу этот рассказ, опубликованный в его книге "По следам неизвестных животных". Данное сообщение доставила доктору Хювельмансу Анна Изабелла де Сал Лейтао Тексиера, которая, в свою очередь, узнала об этом от Пауло Салданьи Собрино, всеми уважаемого бразильского писателя, широко известного на его родине. Главным действующим лицом его истории оказывается человек, которого он называет Иносенсио. Вот что пишет в своей книге доктор Хювельманс:

"В 1930 году он был участником экспедиции, которую возглавлял некий Сантана. Они поднялись вверх по горному массиву Уатумак к истокам реки Урубу. Когда их лодка дошла до водопада, они решили пройти пешком через джунгли до водораздела Урубу. Через 2 дня они добрались до неизвестного ручья, и руководитель экспедиции решил далее двигаться вдоль него. Иносенсио оказался в той группе, которая пошла вверх по ручью, но после двухчасового марша он сбился с пути, погнавшись за стаей обезьян, так как надеялся подстрелить одну из них. Когда он осознал, что заблудился, день уже заканчивался. Иносенсио стал кричать и стрелять из ружья, но никакого ответа не услышал, если не считать истошных воплей обезьян и криков потревоженных птиц. Он попытался чуть ли не вслепую найти обратную дорогу, чувствуя, что в такой критической ситуации необходимо что-то делать, пока еще окончательно не стемнело. В конце концов, он взобрался на толстое дерево и устроился в развилке между ветвями. Ночь наполнялась характерными звуками джунглей, но Иносенсио чувствовал себя достаточно комфортно, как вдруг послышался крик, который он поначалу принял за зов человека, однако тут же осознал, что ночью никто не смог бы разглядеть его на дереве среди ветвей. Затем он вновь услышал этот крик, который звучал уже где-то поблизости и более отчетливо. Это был дикий и внушающий ужас звук. Иносенсио, очень напуганный, на всякий случай зарядил свое ружье. Тут этот крик прозвучал в третий раз, теперь уже совсем близко, и показался Иносенсио еще более ужасным, оглушительно громким и нечеловеческим. Примерно за 40 лет до описываемых событий в этих местах проводилась ограниченная вырубка леса, и тогда самаумейра, падая, поломала своим стволом и ветвями другие, меньшие по размеру деревья. Именно оттуда доносился последний крик. Сразу после крика послышался звук шагов, как будто какое-то крупное животное очень быстро приближалось к Иносенсио. Оказавшись вблизи поваленного дерева, животное издало хрюкающий звук и остановилось. В конце концов, Иносенсио разглядел на поляне силуэт человека среднего роста. Ночное небо было безоблачным. Луны на небе не было, но бледный свет звезд падал на землю и кое-где пробивался сквозь непроходимые кусты. В этом полумраке Иносенсио увидел темную плотную фигуру, "которая стояла вертикально, словно человек".

"Это существо стояло там, где остановилось, и было такое впечатление, что оно подозрительно присматривалось к тому месту, где находился я. Потом оно вновь зарычало так же, как и прежде. Больше я не мог бездействовать и выстрелил в него, даже не потрудившись как следует прицелиться. В ответ я услышал ужасающий рев и шум ломаемых кустов, Я очень испугался, так как подумал, что животное продирается сквозь кусты к тому месту, где я прятался, и поэтому выстрелил в ту сторону еще раз. Ужасное животное было ранено и, совершив прыжок, скрылось у старой самаумейры. Из-за этой баррикады оно издало ужасающее рычание, причем такое яростное, что, как мне показалось, задрожало даже то дерево, на котором сидел я. Незадолго до этого мне удалось побывать на охоте на ягуара, и я принимал в ней самое активное участие. Поэтому мне было хорошо известно, каким взбешенным может быть это животное, когда оно прыжками мчится по берегу. Но рычание того животного, которое напало на меня в ту памятную ночь, было намного ужаснее и страшнее, чем грозный рык ягуара.

Я вновь зарядил ружье и, опасаясь еще одной атаки, выстрелил в том направлении, откуда доносилось рычание. Черная тень зарычала вновь еще громче прежнего, но потом начала отступать и, наконец, исчезла в глубине леса. Но время от времени до меня доносилось рычание животного, страдающего от боли, а потом все звуки смолкли. Начало светать".

Но до тех пор, пока солнце не поднялось достаточно высоко, Иносенсио не осмелился спуститься на землю из своего укрытия. На поляне он обнаружил следы крови, сломанные ветки кустарника. Вокруг стоял какой-то отвратительный всепроникающий запах. Естественно, Иносенсио не осмелился пойти по следам крови, так как боялся встречи с этим существом: ведь теперь оно могло быть еще опаснее, потому что было ранено. Дождавшись, когда солнце взошло высоко, Иносенсио, наконец, добрался до ручья и присоединился к остальным участникам экспедиции, которые стреляли из своих ружей для того, чтобы он мог определить их местонахождение. "Я утверждаю, что видел "манигуари" (именно такое заявление Иносенсио сделал Пауло Салдане). Это существо вовсе не так защищено, как раньше считали люди. Они говорили, что существо можно смертельно ранить только в том случае, если вы попадете в его единственное уязвимое место: в середину брюшной полости. Не могу с уверенностью сказать, куда попала моя пуля, но готов поручиться за то, что животное было ранено, потому что всюду я находил следы крови".

Я слышал очень много историй, очень похожих на приведенную выше, но так же, как и Бернар Хювельманс, чувствую, что автор был искренен и правдив в своем рассказе. Нет, дело даже не в искренности, а в фактах. Я гораздо хуже знаком с характерными условиями жизни во влажных тропических лесах и потому никогда не мог бы дать столь точного описания, а в рассказе Иносенсио имеется несколько пугающе "правдивых" узловых моментов. Если бы рассказчик даже захотел что-то преувеличить в своей истории, он мог бы легко сделать это, но не воспользовался такой возможностью. И все равно рассказ, конечно, звучит неубедительно. Почему? Опять приходится объяснять всевозможные бредни и разоблачать авторов, которые пишут целые тома по этой проблеме. Может быть, поэтому мы участвуем в довольно тяжелой гонке за кем-то знакомым и скромным вроде "снежного человека" вида "саскуотч"-"ох-мах", затаившемся в заболоченном заповедном краю Мату Гросу? За "снежными людьми", которые по непонятным причинам исчезают во время сильного затопления континента, на котором оказались совершенно случайно? Если маленький тщедушный индеец смог перебраться через Берингов пролив и добраться до Тьерры-дель-Фуего еще миллионы лет назад, нет никаких объективных причин, которые могли бы воспрепятствовать представителям менее развитых гоминидов сделать то же самое. Вполне вероятно, что "снежный человек" оказался здесь еще до "наводнения".

Как мне кажется, плоскогорье Мату Гросу оставалось выше уровня моря в течение достаточно длительного времени, но если сравнить современные флору и фауну этого региона, которые мало чем отличаются от растительного и животного миров других областей Южной Америки, то этот регион не получил никаких особых преимуществ по сравнению с другой замечательной областью. Я имею в виду огромное по площади Гвианское плоскогорье. Именно здесь есть места, в которых могли остаться древнейшие реликвии, и здесь же можно ждать самых удивительных открытий. Важно отметить, что представители практически всех больших групп млекопитающих, пресмыкающихся, земноводных и в особенности птиц и насекомых, обитающих в Южной Америке, в районе Гвианского плоскогорья приобретают вдруг странную и иногда совершенно неожиданную наружность, В этом регионе до сих пор существует множество видов животных, которые давным-давно вымерли на остальной части Земли: например, гоацин или "фазан-вонючка", птица, которая в молодом возрасте имеет на крыльях когтистый палец, как у ископаемого археоптерикса. Этот блок древнейших гор, как кажется, в самом деле избежавший затопления в течение многих геологических эпох — нечто вроде последнего убежища, в которое все время волна за волной прибывают живые существа, у которых вследствие сдвигов земной коры или опускания суши погибли прежние места обитания. И именно в этом уголке Земли мы можем ожидать встречи со "снежными людьми", если только они существуют или когда-либо существовали на этом континенте. И в самом деле, как раз из района Гвианского плоскогорья поступает наибольшее количество сообщений об этих существах, и именно эти сообщения оказываются наиболее информативными.

На всем пространстве Гвианского плоскогорья — будь то венесуэльская, британская, голландская (Суринам), французская или бразильская территория — название для подобных существ практически везде одинаково и звучит примерно как "диди" с добавлением всевозможных приставок и суффиксов — "дру-ди-ди" или "диди-агуири", — большая часть которых означает нечто простое, вроде "опасный" или "обитающий в воде". Однако мне удалось выяснить, что представления об этих существах среди местных жителей чрезвычайно туманны. Вероятно, это происходит из-за того, что большая часть местных жителей на самом деле не является коренным, то есть их предки когда-то проживали совсем в других регионах земного шара. И только оказавшись в среде ныне быстро исчезающих индейцев — караибов, араваков и других, — можно получить четкое представление об этих существах. Но разговаривать с представителями этих народностей почти невозможно, потому что их языки неизвестны и чрезвычайно трудны для понимания. И потом, все они от рождения очень скрытны.

Я впервые столкнулся с этой проблемой, когда во время поисков различных видов животных, которые требуют бесконечного терпения, опрашивал каждого встреченного о всех животных, о которых им доводилось когда-либо слышать. И вот когда я начал свои расспросы о приматах — или, вернее, о царстве обезьян, — мне стали сообщать о все новых и новых видах этих животных, которых ранее я никогда не видел. Это началось в Британской Гвиане (современная Гайана) и продолжилось в Суринаме (тогда еще Нидерландская Гвиана). Я видел там живых обезьян в том числе и в неволе, — которым даже не мог дать привычного названия. В тех краях нам рассказывали об упомянутых выше "диди". Они жили в гористой местности и были довольно симпатичными "куази" — это общее название всех приматов в том регионе. Эти существа не имели хвостов, вели наземный образ жизни, большие пальцы рук у них были такие же, как у людей, а жилища свои они строили в виде шалашей из пальмовых листьев. Обычно они убегали в случае опасности, но если в гористые места вторгалась большая группа людей, существа эти могли выйти большой группой навстречу опасности и швыряться в каноэ палками комками земли. Именно так излагали свои истории коренные жители.

Сам я никогда не видел "диди", но тогда мне не доводилось значительно углубляться на необитаемую территорию. Однако я встречал там несколько очень крупных следов, похожих на человеческие, которые были оставлены в илистых отложениях на пологих склонах притоков главной реки — чуть выше первых порогов и в 40 милях (примерно 64 км) от последней известной деревни. Я решил, что это следы либо индейцев, которые поднялись вверх по реке, чтобы поохотиться, либо индейцев, которые наверняка обитали там, хотя к тому времени уже более десяти лет их никто не видел в тех краях, — и допустил ошибку. Я не связал тогда появление этих следов с "диди" и не перестаю удивляться этому до сих пор. Ведь так легко было подыскать обычное объяснение необычным фактам. Кроме того, в том лагере случилось несколько других странных происшествий. История о "диди" возвращает нас к первым дням освоения Гвианского плоскогорья европейцами. О тех существах упоминается в записках сэра Уолтера Рэли, первые испанцы говорят, что слышали о них от коренных жителей, а в 1769 году Эдвард Бенкрофт дал описание их внешности:[27] ссылаясь на рассказы индейцев, он говорит, что эти существа имели рост около 5 футов (примерно 152 см), были прямоходящими, а тела их покрывала черная шерсть. И вновь многоуважаемый Бернар Хювельманс сделал достоянием гласности несколько особых сообщений относительно этих неуловимых существ. Вот что он рассказывает:

"В 1868 году, спустя столетие после доктора Бенкрофта, Чарльз Баррингтон Браун, который был правительственным топографом в Британской Гвиане, сообщил о новых слухах относительно неизвестного косматого существа, обитающего в верховьях Мазаруни на венесуэльской границе. Очень странно, что Сьезо де Леон охарактеризовал звуки, издаваемые этими полуобезьянами-полулюдьми, как "печальный вой или стон!" В первую же ночь после того как покинули Пиайму, мы услышали протяжный и очень грустный свист, который доносился из глубины леса, в связи с чем несколько людей в благоговейном страхе стали восклицать: "Диди". Этот свист повторялся два или три раза и был очень похож на звуки, издаваемые человеческим существом, начинаясь на высокой ноте и постепенно затихая на низкой… "Диди", о котором говорили индейцы, представлял собой низкорослое, плотного сложения и очень сильное существо — дикого человека, который обитал в лесу и чье тело было покрыто шерстью. В его существование верят во всем Гвианском плоскогорье - и в британской, и в венесуэльской, и в бразильской частях. За несколько лет до описываемых событий на реке Демерара я встретил лесоруба-метиса, которого с полным правом можно было бы назвать очевидцем, поскольку он встретился с двумя "диди" мужского и женского полов и еле-еле отбился от их нападения с помощью своего топора. Как он заявил, во время драки эти существа здорово поцарапали его.

В 1931 году профессор Нелло Беккари, итальянский антрополог, доктор Ренцо Джиглиоли и Уго Игнести были участниками экспедиции в Британскую Гвиану. Одной из их задач было изучение обезьяны Лоя. Потому что в этом регионе фауна, флора, климат и вся экологическая ситуация — в общем, то, что сейчас называют "биотопом", — были точно такими же, как в Сьерра-де-Перихаа[28], а Беккари вычитал в географической энциклопедии "Elisee Reclus", что, согласно индейским легендам, в лесах Британской Гвианы обитает странный косматый человек, называемый ими "диди", которого все индейцы очень боятся, хотя никто из них никогда его не видел. И только к тому моменту, когда Беккари готов был уже вернуться в Италию, он получил точные сведения о месте обитания этого животного.

Через несколько месяцев после его возвращения во внутренние районы Гвианского плоскогорья, Беккари познакомился с местным британским судьей господином Хешсом, который в то время постоянно проживал в районе Рупунуни. Хейнс рассказал ему, что много лет назад случайно наткнулся на пару "ди-ди", когда занимался разведкой месторождений золота. В 1910 году он собирался пройти через лес вдоль реки Конаварук, которая впадает в Эссекибо чуть выше ее слияния с Потаро, когда внезапно наткнулся на двух странных существ. Они встали на ноги в вертикальном положении, как только увидели его. Существа эти были похожи на людей, но их тела покрывала красновато-коричневая шерсть. Хейнс в этот момент не имел оружия и не знал, что ему делать, если встреча примет нежелательный оборот, однако оба существа медленно отступили и скрылись в лесу, больше не взглянув на него. Придя в себя после потрясения, Хейнс осознал, что встретил человекообразных обезьян неизвестного вида и сразу вспомнил легенду о "ди-ди", которую ему поведали индейцы.

Когда Майгем, проводник итальянской экспедиции, услышал эту историю, он припомнил, что нечто похожее произошло и с ним в 1918 году. Он собирался подняться вверх по реке Бербисе вместе с тремя спутниками: Ореллой, Гиббсом и еще одним американцем, имени которого он не помнил. Немного дальше Мамбаки они заметили на песчаном пляже у реки двух существ, которых с большого расстояния приняли сначала за людей и даже окликнули их, пытаясь спросить, хорошо ли клюет рыба.

Неизвестные существа ничего им не ответили и, потихоньку отступая, скрылись в лесу. Четверо мужчин очень удивились такому поведению и спустились к пляжу. Они были ошеломлены, обнаружив, что оставленные неизвестными следы были вовсе не человеческими, а обезьяньими. Майгем не мог точно сказать, были у тех существ хвосты или нет, но скорее всего они хвостов не имели, так как в противном случае Майгем и его товарищи вряд ли могли ошибиться и принять их за людей. Потом он сообщил, что двое других местных жителей, которых звали Мелвилл и Клостки, встречали похожих существ, но в другом месте.

Профессор Беккари получил дополнительные сведения о "ди-ди" у одного старого негра в районе Маккензи, который был известен своими житейской мудростью, ученостью и опытом. На берегах Демерары его называли "дядюшка Брун" — скорее всего, потому что он был выходцем из Французской Гвианы или Французской Вест-Индии, — а несколько индейцев, живших по соседству, настолько уважали этого человека, что называли его "губернатором". "Дядюшка Брун" узнал от индейцев, что "ди-ди" жили парами, а также о том, что чрезвычайно опасно убить одно существо из пары, так как оставшееся в живых существо неизбежно будет мстить за своего супруга или свою супругу и, явившись как-нибудь ночью, задушит убийцу прямо в его постели. Беккари не поверил самой фантастической части этой истории, но считал, что в ней, тем не менее, есть зерно истины. Лой, подобно Хейнсу и Майгему, тоже встречал пару "ди-ди", а кроме них о подобной встречи рассказывал и знакомый лесоруб Баррингтона Брауна. Подавляющее большинство обезьян, обитающих в Южной Америке, живет довольно большими группами, поэтому привычка жить отдельными парами указывает на то, что мы имеем дело с необычными экземплярами".

Наиболее значительным и единственным фактом, который объединяет все эти сообщения, является то, что никогда прежде не было столько очевидцев среди местных жителей — или людей, ссылавшихся на рассказы очевидцев, — которые называли бы этих существ обычными "обезьянами". Во всех без исключения сообщениях говорится, что существа не имели хвостов, были прямоходящими и обладали некоторыми человеческими чертами: например, строили шалаши и могли бросаться различными предметами. Все это вместе значительно отличается от образа глупой "обезьяны", упоминавшейся Франсуа де Лоем. Фактически мы вновь вступаем в противоречие с тем странным фактом, что большое число людей самых различных племен, национальностей и даже рас настаивают на том, что "снежные люди" являются неким видом дикого человека, а не человекообразными животными. Это одна из главных тем, которая постоянно возникает в связи со "снежным человеком".

Глава 9. Африка: самый неизведанный континент

Несколько слухов и несколько определенных утверждений

В некоторых отношениях африканский континент имеет структуру, очень похожую на структуру Южной Америки, но только, так сказать, в зеркальном отражении: бассейн реки Конго очень напоминает бассейн Амазонки, огромную горную цепь в восточной части Африки можно сопоставить с Андами в западной части Южной Америки, но существует, конечно, и ряд изолированных высокогорных районов в остальных частях африканского континента. Однако в том случае, если бы уровень моря повысился на 200 м, Африка в гораздо меньшей мере сохранила бы свои нынешние очертания. Большую часть этого континента занимают высокогорья, располагающиеся выше 500 м над уровнем моря, а над ними возвышаются еще более высокие горные вершины. И все-таки в одном существенном отношении Конго очень напоминает Амазонку. Бассейн этой реки тоже был когда-то — причем скорее всего не так уж давно полностью затоплен и представлял собой огромное озеро или внутреннее море, отделенное от океана. В конце концов, связь с Атлантическим океаном образовалась за счет формирования узкого и глубокого разлома в Хрустальных горах, которые соединяют низменные районы Габона с высокогорной частью Анголы.

В наши дни бассейн реки Конго является местом обитания нескольких очень необычных и древних видов животных — например, странная водяная циветта, открытая в 1916 году, которую, как мне кажется, с тех пор больше никто не видел; лесной жираф или окапи; знаменитый конголезский павлин, - но точно так же, как в случае с бассейном Амазонки, все эти животные появились здесь сравнительно недавно, мигрировав в этот район с соседних горных склонов, потому что все эти причудливые растения и необычные животные обитают в окраинных районах бассейна этой реки, но никогда не обнаруживаются в центральных районах.

Еще один очень важный аспект необходимо выделить в связи с африканским континентом. Дело в том, что лишь очень небольшая часть этого континента покрыта лесами, и в особенности это касается истинных равнинных экваториальных влажных лесов (или так называемых T-E-F). Кроме бассейна реки Конго подобные леса произрастают еще только в двух районах Африки: в западных прибрежных районах Гвинеи, а также в прибрежной полосе на территории Нигерии, Камеруна и Габона. Те же леса, которые растут на восточном побережье африканского континента, не являются типичными лесами T-E-F, причем большую часть тех лесов нельзя даже отнести к лесам с сомкнутым пологом. Более того, даже на западном побережье этого континента есть огромные безлесые территории внутри зоны сплошных равнинных лесов, а центральная часть Нигерии почти полностью лишилась лесов, там теперь возделываемые земли и саванны. Подобные области теперь есть даже в бассейне реки Конго. Леса типа T-E-F покрывают склоны гордо сравнительно больших высот во всем экваториальном поясе, но только те склоны, которые обращены к равнинам, покрыты такими же лесами. Подобная картина наблюдается на южных склонах горного массива в Гвинее, на обоих склонах горного массива, расположенного в Габоне и Камеруне, на обоих склонах горного массива Убанги-Шари. Такие же леса протянулись в южном направлении от района Бар-эль-Газаль до бассейна реки Касаи. Именно эти леса стали местом обитания большинства древних и редких видов животных. В то же время эти территории являются наименее изученными частями африканского континента.

Сообщения о следах пребывания "снежного человека* на африканском континенте поступают из трех частей: с южных склонов горного массива в Гвинее, из восточной части бассейна реки Конго и с восточных крутых берегов озера Танганьика. Этот факт можно объяснить как с географической, так и с зоологической точек зрения, поскольку каждая упомянутая выше область имеет по соседству горный район, который мог бы послужить убежищем во время частичного опускания суши или во время наводнения, вызванного глобальным повышением уровня моря. Следовало бы ожидать сообщений о "снежных людях" и с западных склонов габоно-камерунского горного массива, но их нет — по крайней мере, мне такие сообщения не известны. Перед тем как перейти к подробному изложению проблемы "снежных людей" на африканском континенте, я обязательно должен упомянуть новый фактор в нашем повествовании, который возникнет впервые, но о котором мы будем постоянно помнить, оставаясь на Востоке — до тех пор, пока не окажемся в Евразии.

А суть его заключается в том, что мы должны будем вкратце рассмотреть семейство человекообразных обезьян. Все связанное с этими животными представляет огромный интерес для каждого, поэтому, по возможности, следует устранить все вопросы. Все началось с первого изложения Дарвином теории происхождения жизни вообще и человека в частности. Несмотря на всеми признаваемый факт того, что сам Дарвин никогда не говорил о происхождения человека от обезьяны, а упоминал лишь об общих предках у обезьян и людей, почти все почему-то считают, что тем не менее сначала появились обычные "обезьяны", после них "человекообразные обезьяны", и лишь после этих последних появились "люди". Отчасти это заблуждение опирается на тот факт, что ветвь обычных обезьян кажется "более старой", а сами обычные обезьяны, конечно же, стоят на более низкой ступени развития, но существуют неоспоримые доказательства того, что когда появились человекообразные обезьяны и люди, представители этих двух ветвей начали развиваться одновременно, но само развитие пошло разными путями. Если проследить пути развития, то оказывается, что в какой-то момент времени представители обеих упомянутых ветвей были очень близки по внешности и уровню развития, но затем эти обе ветви разошлись настолько, что образовались два вида живых существ, и различия представителей этих видов увеличиваются. И тот факт, что некоторые "люди" (лучше употреблять термин "гоминиды") сохранили шерсть на теле и маленький размер головного мозга, вовсе не означает, что они остались "обезьяноподобными". Точно так же сплошной волосяной покров и маленький объем головного мозга у всех обитающих в наше время человекообразных обезьян не является доказательством того, что они задержались в своем развитии и находятся гораздо ближе к нашим общим предкам, чем мы сами. Просто их развитие шло в другом направлении. Кстати говоря, и на нашей ветви были такие же (вероятно) волосатые ребята с крошечными мозгами, а именно: синантроп из Восточной Африки или австралопитек из Южной Африки.

Тем не менее, если говорить о настоящем времени — при условии исключения возможности существования "снежных людей", — следует признать, что гоминиды очень сильно изменились, но на всей ветви остался единственный представитель, в то время как человекообразные обезьяны существуют в большом многообразии, и только отдельных их видов существует не менее двадцати*. Но нет никаких причин, по которым не могли бы существовать и другие виды этих животных, еще не известные науке. В течение длительного времени ни у кого не вызывало сомнений существование карликового шимпанзе. Предполагали также, что существуют карликовые виды гориллы, которых ученые никогда не видели в природе, но зато располагали шкурой и черепом этой особи. Был еще чрезвычайно странный малый сиаманг с острова Южный Паги, архипелаг Ментави (к западу от острова Суматры), о котором ничего не знали вплоть до 1903 года. Далее, в 1955 году[29] американский профессиональный охотник за редкими животными доставил из Габона элементы скелета хорошо сохранившегося образца человекообразной обезьяны малси небольшого размера, которые в настоящее время хранятся в музее в Цюрихе, Швейцария. Этот охотник сфотографировал животное, когда оно было еще живым, и можно со всей определенностью заявить, что оно имело очень странный вид: словно крошечный орангутанг с куполообразной головой и лицом, совершенно отличным от лица шимпанзе, целиком покрытый черной шерстью, но без больших пальцев! Охотник настаивал на том, что всем местным жителям хорошо известно это животное, что это животное не шимпанзе, что в отличие от шимпанзе оно ведет исключительно древесный образ жизни и никогда не спускается на землю, а также на том, что живут эти животные большими группами примерно по 40 особей. В порядке рабочей гипотезы этот образец отнесли к ребенку шимпанзе, но с чрезвычайно большим отклонением от нормы, хотя эта особь имела полный набор зубов взрослой обезьяны!

Таким образом, вполне возможно, что будет открыто несколько новых видов человекообразных обезьян (то есть понгидов), и не только в Африке. Все это очень затрудняет исследование проблемы "снежного человека", и в очень большой степени из-за того, что многие африканцы считают горилл — но, насколько мне известно, не шимпанзе - дегенеративной расой людей. В результате этого, когда они говорят о случаях встречи со "снежными людьми", они не делают различий между людьми и упомянутыми человекообразными обезьянами. Однако это играет особенно большую роль в тех случаях, когда речь идет о существах размером с человека или большего. При этом все как один утверждают, что существа карликового вида являются людьми, а не животными. Вследствие этого с настоящего момента мы должны с большой осторожностью интерпретировать все сообщения о следах потенциальных "снежных людей", всегда помня о том, что на африканском континенте, а также вообще на Востоке — правда, с меньшей вероятностью — могут существовать различные формы человекообразных обезьян — возможно, даже двуногих, ведущих исключительно наземный образ жизни. Уж в Африке такие обезьяны существуют совершенно точно.

Сообщения о существах, которые, вероятнее всего, принадлежат к карликовым видам "снежных людей", поступают с западной и восточной частей африканского континента, а именно: с южных склонов горного массива в Гвинее и восточных склонов главной горной цепи вокруг Танзании и Мозамбика. Сообщения из первого из названных районов представляли собой единственную серию утверждений, которые Бернар Хювельманс услышал от одного корреспондента научного издания, проверявшего сообщения, поступившие из района, который обычно называют Берегом Слоновой Кости (современное государство Кот-д'Ивуар). Поскольку эти утверждения уникальны и получены от очевидца, я испросил разрешения воспроизвести их в своей книге целиком в первозданном виде. Кроме них я располагаю только сомнительными народными сказаниями из Нигерии о существовании в этом регионе пигмеев.

В районе Берега Слоновой Кости, почти на противоположном конце Африки существует легенда о покрытых красноватой шерстью карликовых существах, которая во всех отношениях совпадает с преданием племен, обитающих в районе озера Танганьика, о котором мне любезно сообщил профессор А. Ледо из Тулузского университета. В 1947 году этот ученый возглавлял зоологическое отделение научно-исследовательского и учебного института в Адиоподуме, который затем располагался 12 милях (примерно 19 км) от Абиджара. Однажды вечером один молодой африканец, который работал в его лаборатории, после ужина подошел к профессору и задал ему один-единственный простой вопрос: существовали ли в Африке когда-нибудь пигмеи? Профессор сообщил этому сотруднику, что пигмеев находили в Центральной и Экваториальной Африке, а потом передал ему книгу по интересующему предмету. Однако профессор был удивлен той таинственностью, с которой молодой человек пытался навести справки по данному вопросу, и поэтому он спросил, для чего ему потребовались эти сведения. Дело в том, ответил африканец, что его коллега из другого научного отделения этого же института за день до их разговора встретил подобное существо в окрестностях.

У профессора глаза полезли на лоб. "Как, пигмеи, здесь?" "Да, примерно в 500 ярдах (около 450 м) отсюда". Профессор от удивления чуть не упал со стула. Территория института была окружена лесами, но хотя местами лес был очень густой, он был очень хорошо изучен, и местные жители постоянно бывали там. Вся история казалась очень подозрительной.

"Почему же ваш товарищ тут же не пришел ко мне и не рассказал об этом?", — с подозрением спросил ученый. Молодой человек объяснил, что поскольку все белые не верят слухам о пигмеях в этих краях, его товарищи боятся показаться смешными или, что еще хуже, сумасшедшими. Но он хорошо знал своего товарища, был уверен в том, что тот сообщил ему истинную правду, и поэтому на свой страх и риск решил самостоятельно провести расследование.

Профессора Ледо все больше и больше занимала эта история, и поэтому он настоял на том, чтобы очевидец обязательно пришел к нему и сам рассказал все о случившемся. Он заверил своего сотрудника, что не будет смеяться над его товарищем и никому больше не расскажет об этой истории.

Далее рассказ ведется от лица профессора. "На следующий день ко мне пришел тот парень, который все видел собственными глазами. Он оказался образованным человеком и имел аттестат о начальном образовании. Я попросил его рассказать об обстоятельствах, при которых он видел "пигмея".

Событие произошло неподалеку от метеорологического щита, когда сотрудники снимали суточные показания в 8 часов утра. Среди корней тутового дерева внезапно показался маленький человечек с длинной красноватой шерстью на теле и длинными волосами на голове — "такими же, как у белых людей, но только тоже красноватого цвета". (О длинных волосах на голове как у европейцев профессору Ледо сообщали все опрошенные им африканцы. Совершенно очевидно, что эта черта внешности не имеет никакого отношения к истинным пигмеям.) В то же мгновение маленький красный человечек и большой черный африканец повернулись друг к другу спиной и бросились бежать в противоположные стороны. А произошло это потому, что, согласно местным поверьям, маленькие лесные жители приносят несчастье. Достаточно только раз в жизни взглянуть на одного из них, и вы до конца жизни останетесь в одиночестве. Вместе с двумя своими информаторами я отправился в то место. Оно находилось на краю густого леса, тутовое дерево росло неподалеку от тропинки. У меня не осталось никаких сомнений в том, что если бы там появилось какое-либо существо, его можно было бы легко заметить.

Я попросил, чтобы мне обязательно сообщили, если что-либо подобное повторится вновь, но больше этих существ там никто и никогда не видел". Профессор Ледо допускает, что в то время проявил излишнее недоверие. Но он тогда даже вообразить не мог, чтобы всего в 12 милях от такого большого города, как Абиджан, и всего в 500 м от хижин, в которых проживали 6 европейцев и около 300 африканцев, в окрестном лесу, который хоть и был довольно густым, но далеко не дремучим, могли бы появиться какие-то неизвестные существа. Кроме того, африканец, который заявлял о том, что видел какого-то мистического пигмея, был уроженцем не нижнего Берега Слоновой Кости, а среднего Берега, а эта часть страны была покрыта саваннами. Вполне возможно, что огромный лес, производящий огромное впечатление на каждого человека, слишком сильно подействовал на его воображение. Во время своих редких прогулок по лесу профессор довольно часто натыкался на лесных антилоп. И если тот африканец увидел в тот раз красновато-коричневый круп одной из этих антилоп среди кустарника, возможно, что его воображение подсказало ему, будто это один из "маленьких косматых людей", о которых рассказывают легенды. Но как бы то ни было, когда профессор показал этому человеку книгу, в которой имелись иллюстрации пигмеев, обитающих в Центральной Африке, тот уверенно заявил, что виденное им существо совсем не было похоже на показанных ему пигмеев.

Несмотря на свой скептицизм, профессор Ледо решил провести расследование относительно содержания местных сказаний и тех оснований, на которых они построены. Он расспросил нескольких африканцев, которые относились к нему с большим доверием, и сделал вид, что всецело поверил в рассказанные ими истории, в результате чего без особых сложностей смог получить от них более подробные сведения по интересующему его предмету. Правда, для этого ему пришлось посетить много окрестных деревень.

Далее профессор рассказал следующее. "Фактически я не получил абсолютно никаких полезных сведений. Хотя было множество людей, которые "видели" (?) этих существ, все они оказались очень скрытными и предпочитали не рассказывать о предмете расспросов, ссылаясь на то, что, вероятно, ошиблись, поскольку встречи эти происходили в ночное время. Все это казалось вполне правдоподобным.

Удалось установить лишь один достаточно достоверный факт. В марте 1946 года члены бригады рабочих во главе с Джако (этот парень позднее стал моим лаборантом, и именно он рассказал мне о том своем приятеле; в 1949 году он скончался от отравления) вместе с каким-то европейцем, чьи личность и местожительство мне так и не удалось установить, по их предположению, видели одного из этих красных маленьких людей. Встреча произошла примерно в 8 часов утра в маленькой деревушке, построенной в глубине дремучего леса примерно в полумиле от строящейся железнодорожной станции. Существо сидело на высоком дереве. Европеец спросил, кто бы это мог быть, и африканцы рассказали ему о том, что это очень редкое существо и что любая встреча с ним грозит очень большим несчастьем. Одно время меня буквально засыпали со всех сторон историями о каких-то гномах с вывернутыми назад ступнями, о каких-то людях, которые половину жизни проводили в лагуне, а половину — на земле (думаю, что последняя легенда связана с ламантинами). Все эти сказки меня ничуть не интересовали, но я упоминаю их для того, чтобы сохранить полноту картины". Затем профессор опросил европейцев, которые путешествовали по Берегу Слоновой Кости. "Один из них сообщил мне следующее. Во время одной из его экспедиций в течение 1947 года охотник на слонов Данкел убил очень странного примата, неизвестного ему вида. Существо было небольшого роста и покрыто красновато-коричневой шерстью. Его застрелили в огромном лесу между Гигло и Тулепу, то есть между реками Сасандра и Кавалли. Останки этого существа пропали, когда охотник возвращался домой, и скорее всего их просто выбросили очень суеверные носильщики. Данкел даже предлагал моему информатору отправиться на то место, а он, в свою очередь, предложил мне составить им компанию".

В 1951 году новый сотрудник профессора в ответ на град обычных его вопросов сообщил, что в молодости — примерно в 1941 году — он видел собственными глазами, как какой-то охотник в Сегуэле притащил в клетке существо маленького роста, тело которого было покрыто красноватой шерстью. Глава местной власти ради приличия надел на него кое-какую одежду и отправил в Абиджан через Бваке. Этот парень ничего не знал о том, что случилось с этим маленьким узником потом. Как мне кажется, эта история немного приукрашена. Если это существо было действительно человеком, тогда незачем было сажать его в клетку, а если оно было без сомнения обезьяной, тогда чиновнику не надо было беспокоиться о приличиях и надевать на него одежду. А может быть, это существо было чем-то средним между человеком и человекообразной обезьяной, но вероятнее всего, это был примат неизвестного вида, которого одели в человеческую одежду ради шутки, как обычно поступают с ручными обезьянами:

Профессор Ледо отмечает, что все эти сказания о неизвестном примате с телом, покрытым красновато-коричневой шерстью, который обитает на Берегу Слоновой Кости, чересчур обременены весьма закоренелыми заблуждениями относительно того, что в лесах между реками Сасандра и Кавалли обитают пигмеи. Согласно заявлению Мехода Toy, одного моего знакомого технического специалиста, африканца по происхождению, уроженца Тулеплу, интеллигентного парня, который проявляет особый интерес к этим вопросам, еще не так давно существовали некие бартерные отношения между африканцами и упомянутыми лесными существами: первые оставляли в лесу в обмен на фрукты примитивные промышленные товары. Как он предполагает, такие отношения продолжались вплоть до 1935 года. Эти низкорослые лесные обитатели, принимавшие участие в бартерных отношениях, были едва знакомы даже самим африканцам. Африканцы гуэре называли их "секите". Вполне возможно, что упомянутые "секите" были самыми настоящими пигмеями, обитающими в Центральной Африке.

Опрос, который профессор провел среди европейцев, выявил один очень интересный факт. Те из них, кто никогда не оставался надолго в районе между реками Сасандра и Кавалли, категорически отрицают возможность существования в лесах каких-либо низкорослых существ, будь то истинные пигмеи или какие-либо неизвестные виды приматов. С другой стороны, те европейцы, которые длительное время находились в упомянутом районе, были готовы весьма серьезно обсуждать возможность существования здесь в прошлом пигмеев, и это, по их мнению, могло послужить реальной основой для создания легенд о красных гномах. Собственное мнение профессора Ледо сводилось к тому, что легенды и слухи, распространенные среди жителей Берега Слоновой Кости, основаны на факте существования пигмеев в этом районе, имевшем место в недалеком прошлом, и на факте существования в настоящее время приматов с красноватой шерстью, чья истинная природа остается до конца не выясненной".

Сообщения, поступающие из восточной части африканского континента, более многочисленны и разнообразны по содержанию, причем те, что приходят из самых различных источников. Главным из всех этих сообщений можно считать то, которое неоднократно публиковалось неким капитаном Уильямом Хиченсом в журнале "Дискавери" в декабре 1937 года, включая его статью "Таинственный африканский зверь". Вот что в ней говорилось:

"Несколько лет назад я был официально направлен в этот район (леса Ушуре и Симбити в долине реки Вембере) на охоту за львами, и, пока мы ждали на лесной просеке появления зверя-людоеда, я заметил двух низкорослых, обросших коричневой шерстью существ, которые появились из густого леса на одной стороне просеки и затем скрылись в еще более густой чаще на другом конце просеки. По виду эти существа были очень похожи на людей, имели рост около 4 футов (примерно 122 см), были прямоходящими, но тела их были полностью покрыты красновато-коричневой шерстью. Один из местных охотников, который находился в тот момент рядом со мной, пристально смотрел на этих существ со смешанным чувством ужаса и удивления. Это были, как сказал он, "агогве", низкорослые косматые люди, которых никто никогда не видел. Я предпринял отчаянные попытки отыскать эти существа, но не добился никакого успеха в том практически непроходимом лесу. Вполне возможно, что те существа были обезьянами, но если так, то это были не обычные обезьяны, которых находят в районе озера Танганьика: не бабуины, не толстотелы и не какие-либо другие. Так кем же были те существа?"

Вслед за публикацией сообщения об упомянутом инциденте некий господин по имени Катбер Бергойн поместил публикацию в "Дискавери", которая перекликается с историей капитана Хиченса. Вот что в ней говорилось:

"В 1927 году я вместе с женой плыл на японском торговом судне вдоль побережья Португальской Восточной Африки. Мы шли довольно близко от берега, и в 12-кратный бинокль я мог без труда четко видеть все объекты на берегу. Там был пологий пляж, на краю которого рос редкий кустарник. В кустарнике я заметил несколько дюжин бабуинов, которые, судя по их движениям, искали и собирали ракушки или крабов. Среди них я заметил двух бабуинов-альбиносов. Надо сказать, что это довольно редкое явление для упомянутых обезьян, но я о нем слышал и раньше. Пока мы наблюдали за бабуинами, из кустов вышли вместе два низкорослых человека, покрытых коричневой шерстью, и присоединились к бабуинам. Они совершенно точно не принадлежали ни к одному из известных видов обезьян, но обязательно должны были находиться в каком-то родстве с ними, так как в противном случае их появление встревожило бы бабуинов. Все-таки расстояние до берега оказалось слишком большим для того, чтобы можно было рассмотреть мельчайшие детали, но могу сказать, что эти человекообразные животные имели небольшой рост — примерно от 4 до 5 футов (около 122-152 см), вертикальную осанку и пропорциональную фигуру. В тот раз я пришел в большое волнение, так как было совершенно очевидно, что это были абсолютно неизвестные существа, о которых я никогда не читал и которых никогда не видел. Позднее, один мой друг, отличный охотник, рассказал мне о том, что как-то вместе с женой и еще тремя охотниками оказался в Португальской Восточной Африке, где увидел, вероятно, тех же существ, а именно целую семью: мать, отца и детеныша. Эти существа пересекли поляну и скрылись в кустах. Коренные жители, которые были среди охотников, громко стали кричать моему другу, запрещая ему стрелять".

И вновь мы должны вспомнить Бернара Хювельманса, сделавшего достоянием гласности два сообщения, которые я приведу вкратце. Первое было опубликовано в "Журнале Общества Восточной Африки и Уганды по исследованию истории природы" в 1924 году и принадлежало перу некоего С. В. Кука. Во что в ней было написано:

"В 15 милях (примерно 24 км) к востоку от железнодорожной станции Эмбу над равниной Эмберре начинаются очень высокие горы Два-Нгомбе примерно 6000 футов (около 1829 м) над уровнем моря. Как говорят коренные жители района Эмбу, в горах этих обитают только буйволы и представители расы маленьких красных людей, которые ревниво охраняют свои права горцев. Старик Салим, переводчик в Эмбу, рассказал мне, как он вместе с несколькими коренными жителями однажды отправился в горы, и они почти добрались до вершины, когда внезапно подул холодный ветер, и на них обрушился поток небольших камней, которыми швыряли в них невидимые враги. Когда после их поспешного отступления наступила короткая пауза, Салим, по его словам, случайно взглянул вверх и увидел около двух десятков низкорослых людей, покрытых красной шерстью, которые с силой швыряли булыжники и выказывали явное пренебрежение огромным скалам. На сегодняшний день даже самые отчаянные охотники за медом не отваживаются появляться в тех горах".

Последняя часть доказательств представлена в виде пересказа от Роджера Кортнея, который в своей книге "Новичок в Африке" воспроизводит историю со слов своего проводника по имени Али — надо сказать, что это имя очень часто встречается на восточном побережье африканского континента. Вот как звучит эта история в изложении самого Кортнея:

"А доводилось ли вам слышать о маленьких людях, которые живут в May, маленьких людях, которые похожи на людей меньше, чем на обезьян? Эти маленькие люди меньше, чем "шенци" (то есть внушающие отвращение иностранцы), и по своему образу жизни являются почти обезьянами". И он начал рассказывать о том, как его собственный отец погнал овец на пастбище на склонах горы Лонгенот и попал в руки к этим гномам, когда оказался в пещере, отправившись по кровавому следу одной похищенной своей овцы. Его оглушили чем-то сзади, а когда он пришел в себя, то обнаружил, что вокруг стоят эти странные маленькие существа. "Люди из May, — рассказывал он потом своему сыну, — были даже ниже, чем те маленькие люди из леса (он имел в виду пигмеев), и хотя у них не было хвостов, которые я смог бы разглядеть, они все равно были похожи на обезьян, которые скачут по ветвям в лесу. Кожа у них была белая — как брюшко у ящерицы, — а лица и тела были покрыты длинными черными волосами". К своему величайшему изумлению, пастух заметил, что его копье лежит рядом с ним. "Люди из May были настолько близки обезьянам, что даже не знали, что такое копье. Возможно, что они даже не догадывались, что я мог бы схватить это копье и с его помощью убить многих из них".

Вероятно, первая реакция после ознакомления с этими сообщениями заключается в том, чтобы предположить, что все авторы сообщений — и местные, и иностранцы - случайно столкнулись с группой обычных пигмеев, расой низкорослых людей, которых хорошо знают в районе Уэле бассейна реки Конго, а также в некоторых других регионах Центральной Африки. Верно, что кожа этих людей имеет слабый желтоватый оттенок, покрыта мягким пушком. Кроме того, у них есть обычай в некоторых торжественных случаях раскрашивать свои тела белой или красной краской. К тому же они имеют совсем маленький рост и находятся на крайне низкой ступени развития, что полностью соответствует описанию из сообщений. Далее, нет абсолютно никаких сомнений в том, что раньше они в гораздо большем количестве населяли весь район Африки в районе Эфиопии. И потом, нам надо вспомнить о том, что было время, когда еще одна совершенно иная раса людей была распространена по всему африканскому континенту и, может быть, ее представители заселяли даже ту часть нашей планеты, которую мы называем Европой. Это было в середине каменного века, а люди той расы до сих пор живут в Калахари. Я имею в виду бушменов с желтовато-красной кожей. Некоторые представители этой расы имели чрезвычайно маленький рост, но шерсти на теле у них не было. Очевидно, что цивилизация представителей негроидной расы является самой современной и новой в сравнении с цивилизацией представителей других человеческих рас и отличается целым рядом совершенно необычных признаков. Оказывается, что вплоть до начала эпохи цивилизации представителей этой расы вообще не было на исторической сцене, а корни этой расы следует, по-видимому, искать где-то в районе истоков Нила. Именно из этого района представители негроидной расы стали распространяться во всех возможных направлениях по африканскому континенту, хотя хорошо просматриваются два основных потока, один из которых двигался в западном направлении через три района Судана, а второй — сначала в восточном направлении, а затем в южном вокруг огромных озер и далее по восточным горным районам. Фактически представители негроидной расы добрались до Южной Африки в то же самое время, когда это сделали морским путем представители европеоидной расы — в XVI веке. Эти восточные племена, представители которых смешались с представителями древних кавказских племен, образовали сначала народность негроидной расы банту, а позднее стали основой хамитской народности. Первые из названных двигались в западном направлении, пересекли бассейн реки Конго и добрались до Камеруна. Иначе сложилась судьба тех племен, которые двигались прямо в западном направлении, через Центральную Африку и затем направились в Западный Судан. В северной части бассейна Конго и на всем их пути в западном направлении не было представителей кавказских племен, с кем могли бы смешиваться представители негроидной расы, зато, очевидно, там было в избытке представителей бушменов, которые жили в лесах и находились на крайне низкой ступени культурного развития. Негроиды не поглотили представителей этой народности в сколько-нибудь заметном количестве. Вместо этого они начали истреблять бушменов либо поголовно обращать их в рабство. Это очень важный факт, который обычно остается неизвестным при описании лесной зоны Западной Африки. Однажды я был очень удивлен, когда будучи приглашенным в большую деревню племени акунакуна в Нигерии, в районе реки Кросс на вечер музыки, заметил, что члены общины строго разделяются на четыре группы: две группы находились на переднем плане вместе с верховным вождем и близкими по положению второстепенными вождями и их приспешниками, а две другие группы — по одной с каждого края — держались далеко позади. Когда мы собрались, было еще довольно светло, и к своему величайшему изумлению, мы внезапно увидели, что община состоит из людей двух совершенно непохожих типов. Первый тип — высокие мужчины негроидной расы с темнокоричневой кожей и подобные им крепкие женщины с таким же цветом кожи. Второй тип — очень низкорослые, почти такие же, как пигмеи, с бледной красновато-коричневой кожей, плоскими лицами, широкими носами, сильно вывернутыми губами и маленькими кривыми ногами мужчины и похожие на них маленькие, но очень толстые женщины, каждая из которых имела необъятный зад. Я спросил у местного вождя, кто те люди и почему все представители общины держаться особняком и не смешиваются самым демократическим образом, на что мне с самым серьезным видом объяснили, что поскольку я не являюсь официальным лицом, мне милостиво позволят узнать о том, что те другие являются "рабами". Несмотря на то, что рабство было строжайшим образом запрещено в том (тогда британском) протекторате, как я позднее выяснил, в этом регионе были целые народы рабов, которые жили внутри многих племен. Представители этих народов занимались черной и трудной работой, и всем "полноценным" членам общины было строго-настрого запрещено заключать смешанные браки. Те люди были, пожалуй, самыми яркими представителями бушменов из всех, кого мне когда-либо доводилось видеть.

Поэтому нам всегда следует помнить о том, что представители народов, которые действительно стоят на очень низкой ступени развития, до сих пор обитают в Африке в районе Эфиопии, и все они, очевидно, были либо порабощены, либо просто уничтожены высокими благородными представителями негроидной расы. Такая ситуация сохраняется уже многие века, но бушмены все-таки выжили. Те из них, кто избежали участи рабов, должны были соблюдать большую осторожность и пытаться укрыться в труднодоступных местах. Тем не менее и представители суданской ветви на западе африканского континента, и представители народности банту на востоке настаивают на том, что такие существа, как "сехите" или "агогве", будучи во всех отношениях настоящими людьми, стоят на еще более низкой ступени культурного развития и относятся к более древним народностям, чем современные примитивные народы типа бушменов. Не думаю, что нам следует заходить так далеко, чтобы связать их существование с австралопитеками (хотя, разумеется, в мире нет ничего невозможного), потому что за прошедшие 500 000 лет на Земле существовало бесчисленное множество различных рас и субрас людей, сублюдей и обезьяноподобных людей (или обезьянолюдей, если хотите). Одному Богу известно, сколько еще рас могло сохраниться в горных лесах Африки. Давайте не будем забывать о том, что лишь в 1910 году в Африке были обнаружены крупнейшее наземное животное Ceratotherium cottoni, особый вид носорога, и легендарный окапи. А конголезский фазан был открыт только в 1936 году! Сказать о том, что на африканском континенте не осталось больше мест, где могли бы укрыться существа даже размером с пигмеев, значило бы сказать глупость. И в качестве доказательства можно привести огромного "уфити", который в последние годы возник на горизонте зоологической науки. Пусть история с ним послужит предметным уроком для всех скептиков.

Эта история случилась в феврале 1960 года, а сообщение о ней звучит так же сомнительно, как и все другие, с которыми нам доводилось знакомиться. Вот как выглядела одна из версий ("Санди мейл", Зомба, Ньясленд, 14 февраля 1960 года).

"Лесничие в Ньясленде, исследуя сообщения о "черном косматом чудовище", замеченном в лесном районе Нката-Бей у озера Ньясы, обнаружили там более 30 необычных сооружений, устроенных на верхушках деревьев. В официальном сообщении главный лесничий Оливер Кэри говорит, что, по их мнению, эти строения могут быть логовом упомянутых странных существ. Местные жители называют это существо "уфити" - сверхъестественным духом, — а в различных сообщениях оно описывается, как животное с длинным черным мехом, бесцветными ягодицами, без хвоста, с широкой грудной клеткой и ростом около 5 футов (примерно 152 см). Одно подобное существо было недавно сфотографировано сотрудником Управления общественных работ господином Маклейгеном в непосредственной близости от моста Лимпаса, который возведен неподалеку от Нката-Бей на озере Ньяса в Северной провинции Ньясленда".

Вот вам очень хороший пример таких сообщений, с которыми нам стоило бы иметь дело, как с нормальными информационными материалами по проблеме "снежного человека". И тем не менее это сообщение буквально переполнено вздором, поэтому давайте рассмотрим его критически перед тем, как покончить с ним.

Во-первых, как это всегда бывает, никто заранее и точно не знает типа животного, которого сразу и безоговорочно называют "чудовищем". Надо сказать, что такая практика вообще безответственна и в особенности в таком случае, как этот, когда, как выяснилось позднее, объект рассказа был чем-то похож на существа, которых каждый иностранец мог неоднократно наблюдать в любом зоопарке. Далее, введение термина "необычные сооружения на верхушках деревьев" приводит к преднамеренной дезориентации. Почему бы автору этого сообщения не рассказать, какие именно сооружения он имеет в виду и по какой причине считает их необычными? Птичьи гнезда, сделанные из фанеры, или индейские вигвамы в Ньясленде, пожалуй, могли бы показаться необычными, а вот грубые птичьи насесты из изогнутых ветвей и прутьев — нет, потому что они типичны в тех краях. И потом, если те существа были хорошо известны местным жителям и даже имели собственное название, то в обнаруженных сооружениях на деревьях не должно быть ничего необычного. А называть их строителей "духами" — это уже слишком. Где это видано, чтобы духи строили себе логово на верхушках деревьев? А от фразы "сверхъестественный дух" можно просто прийти в ужас. Разве духи по природе своей не являются сверхъестественными объектами? Или я чего-то не понимаю? И, черт возьми, что тогда понимается под сверхъестественным духом? Более того, автор сообщения тут же начинает называть этих существ "животными" с "бесцветными ягодицами"! Что значит "бесцветные"? Были эти чертовы ягодицы абсолютно черными, белыми, желтыми, как у людей, или еще неизвестно какими? Слова, как заметил однажды один британский парламентарий, должны придавать смысл. Почему эта очевидная аксиома не должна применяться к официальным сообщениям и газетным репортажам, я так и не смог понять за всю свою жизнь. Наконец, давайте вспомним, что нам сообщили о том, будто бы одного из этих существ сфотографировали, но почему-то соответствующую иллюстрацию в газете не поместили. Была ли та фотография "засекречена", была ли она так плоха, что невозможно разобрать, что на ней изображено, или настолько похожей на фальшивку, что никто так и не осмелился никому показать ее из страха, что его назовут глупцом? А может быть наоборот, она была очень четкой, но не укладывалась в "готовую схему", и ее просто никто не захотел публиковать?

Вся история, как она разворачивалась впоследствии, выглядит почти классической и может служить хорошим примером реакции современного мира на нечто неожиданное или совершенно нежелательное. Оно объявляется подделкой или недоразумением, а некоторые факты чрезвычайно интересными. Вокруг первых не утихают бесконечные споры, а последние почти полностью игнорируются. Затем все сначала говорят о том, что неизвестные существа — герои "туземных мифов", потом эти существа объявляются животными, и, наконец, сообщается, что существа животные, которые сбежали из какого-нибудь цирка (о каком цирке можно говорить, если разговор идет о лесных районах Африки, куда ранее не ступала нога цивилизованного человека?), после чего начинается настоящее "стирание". Некие "эксперты", сбитые с толку фактом фотографирования и настойчивыми утверждениями "официальных лиц" относительно того, что обнаруженные объекты действительно существуют в то время как сами эксперты говорят совершенно обратное, — не могут придумать разумные объяснения. Однако в это время появляются фотографии, на которых, как кажется, четко видно, что обнаруженное существо является представителем популяции шимпанзе, которые обитают в этом огромном районе лесов с сплошным пологом и которые изолированы от других видов шимпанзе и других лесных районов не менее чем 700 милями (около 1126 км). (Тем не менее этот вывод был благополучно скрыт, так как согласно строжайшему приказу ни одно из этих существ ни при каких обстоятельствах не должно быть захвачено в плен или убито для того, чтобы можно было провести тщательные исследования.)

Все это очень хорошо, но имеется несколько особенно неприятных аспектов. Во-первых, коренные жители тех мест, как кажется, хорошо знали то существо и даже дали ему название, и в то же время проживающие там люди белой расы и охотники воспринимали существо как вымысел. Истина же состоит в том, что об упомянутом существе, как и о других "снежных людях" во многих регионах мира, стали говорить только тогда, когда в тех лесах появилась первая настоящая дорога — вспомните о Джерри Крю, — но затем никто не мог удержаться от того, чтобы не приукрасить историю выдумкой о "сверхъестественных духах"[30]. Потом вдруг не стали публиковать обещанные фотографии. Сообщалось, что их доставили в Солсбери, столицу Федерации Родезии и Ньясленда, 6 февраля, а на следующий день, как говорят, они "очень заинтересовали антропологов и зоологов". Затем мы получили заявление представителя Мемориального музея Виктории в Солсбери относительно того, что изображения на фотографиях были недостаточно четкими для проведения идентификации. Однако он указал на то, что изображение (на тот момент единственное) и описание неизвестного существа соответствовали изображению бушмена, обнаруженному в районе Рува, которое сначала приняли за рисунок медведя. (Это почти классическое заблуждение в том смысле, что в тех краях никогда не водились медведи и вообще к югу от Марокко и Алжира за все время не было обнаружено ископаемых останков ни одного медведя.) Так или иначе, вот что появилось в печати (я цитирую статью из газеты "Родезия геральд" от 7 февраля 1960 года):

"Известный родезийский зоолог господин Р.Г.Н. Смитерс, сотрудник Национального музея, смог даже по этим фотографиям низкого качества указать несколько необычных отличий. Он сказал:

"По утверждениям, которые мне доводилось слышать в Ньясленде, и по представленным фотографиям это существо можно было бы принять за шимпанзе. Однако имеются два факта, которые мешают это сделать. То животное имеет вытянутую морду, в то время как у шимпанзе морда плоская. Во-вторых, это животное, насколько я понял, было обнаружено за тысячу миль от тех мест, где оно должно было обитать, будь оно шимпанзе. Это животное, очевидно, не может быть и бабуином, даже при том условии, что оно имеет морду, как у бабуина, потому что бабуины имеют хвост и никогда не бывают черной масти. Кроме того, бабуин не имеет такой осанки, как у обнаруженного животного, у него совершенно иная манера поведения. Далее, обнаруженное животное имеет большие размеры, которые намного превосходят размеры шимпанзе или бабуина". Господин Смитерс сказал также, что вероятность принадлежности неизвестного существа к каким-то новым, ранее неизвестным видам, очень мала, а потом добавил, что если бы в его распоряжении находились фотографии более высокого качества и слепок следа неизвестного существа, скорее всего он смог бы идентифицировать его".

Я не совсем понял, что зоолог имел в виду, когда говорил о "новых видах".

До этого момента все шло очень хорошо, но потом история стала приобретать иной оборот. Я имею несколько сообщений для печати по этому вопросу, изданных с благодарностями от Управления информации Ньясленда, почтовый индекс 22, Зомба, Ньясленд, и имеющих номера 28/60, 38/60, 51/60, 69/60, 73/60, 81/60, 93/60 и 106/60. Они представляют собой десять размноженных на мимеографе листов стандартного размера с самым захватывающим текстом. Я мечтаю только о том, чтобы была возможность воспроизвести их все для вас в полном объеме, так как они представляют собой самую образцовую процедуру связи с прессой и самым типичным примером того, как пресс-атташе должен вести себя при разговоре с "экспертами". Вам будет представлена полная история, изложенная официально, начиная с сообщения от двух прагматичных сотрудников Управления по общественным работам от 16 декабря 1959 года о том, что "на дороге было замечено ранее неизвестное животное", до официального заявления двух "экспертов по диким животным" из музея Родса-Ливингстона от 17 марта 1960 года. С этого последнего заявления я и начну.

ПРЕСС-РЕЛИЗ N106/60 (Издан телеграфно-телефонной службой)

НЕУЛОВИМЫЙ "УФИТИ" Зомба, четверг. Чудовище из тропических лесов Ньясленда, "уфити", было идентифицировано как новый вид шимпанзе двумя экспертами по диким животным из музея Родса-Ливингстона.

Господин Б.Л. Митчелл и господин К. Холлидей, которые практически ежедневно наблюдали за указанным существом, пока еще не получили ни одной фотографии. Уфити остается все так же неуловимым, как и прежде, пропадая из вида всякий раз, когда кто-нибудь приближается к нему, а густые кусты и плохое освещение создают дополнительные трудности для получения качественных фотографий.

Уфити, у которого, как считают, сейчас сезон активной жизни, вернулся к своему любимому месту обитания в районе Лимпаса-Бридж после отсутствия в течение двух недель. Главный хранитель лесов господин Р.Г.М. Уиллен, который совершает регулярные поездки по лесам, находился в группе нескольких человек, которые заметили это существо, когда оно появилось вновь во вторник, у дороги.

Два эксперта по диким животным, которые занимаются сбором фотографий и других вещественных доказательств, надеются на то, что смогут снарядить более солидную экспедицию с целью изучения большего участка тропического леса.

Однако маловероятно, что какой-либо научной экспедиции будет позволено захватить "уфити" для более тщательного исследования до тех пор, пока не будет установлено, что в данном тропическом лесу обитает достаточное количество особей этого вида. Издано Отделом прессы Управления информации Ньясленда. Почтовый индекс 22, Зомба, Ньясленд, 17 марта 1960 года.

На первый взгляд, это сообщение может показаться более чем удовлетворительным. Может показаться, что на этот раз тайна раскрыта, "чудовище" идентифицировано, а зоологическая наука обогатилась. Но, к сожалению, не считая того факта, что не было сделано практически ничего для решения проблемы, количество самых важных вопросов осталось прежним, а если и уменьшилось, то только благодаря искусному их умолчанию. Позвольте мне для начала извлечь на свет несколько таких вопросов из реальных сообщений для прессы. Например, в пресс-релизе N 93/60 мы можем прочесть любопытное заявление о том, что "хотя в сообщениях указывается на то, что "уфити", вполне вероятно, представляет собой гигантский вид шимпанзе, его следы (sic!), как говорят, больше похожи на следы человека, чем на следы животного. Это животное намного крупнее, чем шимпанзе, и рот у него меньше, чем у последнего". Далее, в пресс-релизе N 81/60 мы читаем, что "это существо имеет рост почти в 6 футов (около 183 см), короткие ноги и очень мощные руки; большинство очевидцев оценивает его вес примерно в 150 фунтов (около 68 кг)". В том же пресс-релизе говорится, что "отпечатки следов указывают на то, что у существа на стопе имеется три обычных пальца и один большой палец". Тут мне лучше прервать цитирование для того, чтобы выяснить несколько вопросов.

Либо отпечатки следов были получены, либо нет. Если отпечатки были получены, то они должны походить либо на отпечатки следов человека, либо на отпечатки следов животного. Но нет людей, у которых на стопе имелось бы только три обычных пальца и один "большой палец", а у горилл и шимпанзе имеется четыре обычных пальца и один широко отставленный и очень увеличенный большой палец. Далее, в природе не существует шимпанзе ростом в 6 или даже в 5 футов (примерно 183 и 152 см), потому что шимпанзе таких размеров не смог бы устоять на своих слабых задних ногах. Более того, если то существо действительно является шимпанзе и имеет упомянутые размеры, оно должно весить никак не меньше 300 фунтов (около 136 кг), что следует из строения этого животного. Таковы головоломные официальные сообщения. Другие сообщения поступают из неофициальных источников. Первое поступило в форме письма в газету "Родезиан геральд" от Иды П. Вуд и было напечатано в номере от 24 февраля 1960 года. Вот что там было написано:

"Сэр, в дополнение к статье в вашей газете относительно неизвестного животного, сфотографированного Маклареном, сообщаю сведения, которые могут быть полезными вам и властям, сомневающимся в результатах идентификации этого животного. Во время объяснений, которые я давала своему мальчику-слуге, показывая изображение тигра на пакете с хлопьями для завтрака, я сказала ему, что это животное не обитает в Африке, а то животное, которое он называет тигром, на самом деле тигром не является, а потом добавила, что изображенный на пакете зверь — очень сильный. Упоминание о силе, казалось, очень поразило мальчика, потому что, постаравшись побыстрее закончить разговор о тигре, он спросил меня, известно ли мне что-нибудь о "сильном человеке". После того как мальчик долго размахивал руками, показывая, какой он имеет рост и какую ширину, после того как он сказал, что "большой человек" похож на бабуина, только он намного, намного больше, я поняла, что речь идет о горилле. Я сказала, что да, я знаю это животное, но раньше никогда не видела его в этих краях. А он, как оказалось, видел его в Ньясленде. Он начал описывать этих животных, и тогда выяснилось, что их существует два вида, серые и черные, причем черные были немного меньшего размера, и их рост примерно соответствовал росту мальчика: от 5 футов 8 дюймов до 5 футов 9 дюймов (от 172 до 175 см). Этот мальчик приехал из Ньясленда, и, по его словам, он видел первое черное существо упомянутого вида в 1952 году неподалеку от деревни под названием Назомбёа. Животных второго типа он видел в 1953 году в Португальской Восточной Африке в районе деревни Курриве.

Названия обеих деревень даны в транскрипции с языка племени чиньянья, а упомянутых животных они называют "фирети". Я стала настойчиво расспрашивать его о том, не принадлежат ли черные животные к другому виду, но он ответил отрицательно и заявил, что "все животные одинаковые, но каждый раз можно видеть только черных или только серых".

Эти животные устраивают себе логова, как гориллы[31], большие и неопрятные, спят в них только одну ночь, потому что, как я полагаю, боятся быть обнаруженными. Интересно было бы узнать, как отнесутся к этой информации те антропологи, которых заинтересовала статья в вашей газете, если вы будете так любезны и перешлете им мои сведения. Не напечатаны ли уже те фотографии, о которых шла речь в статье?"

(подписано) Ида П. Вуд Синойя.

Приведенное выше сообщение указывает на то, что эти существа известны в тех краях, и я ничуть не сомневаюсь в том, что умелое и терпеливое расследование, проведенное среди "темных коренных жителей", показало бы, что существа всегда были хорошо известны здесь. Мне следует объяснить, что упоминание "черных и белых разновидностей этих существ" является почти универсальным в Африке и обычно имеет отношение к половому диморфизму, характерному для очень многих животных. (Между прочим, во многих частях Африки коренные жители различают только три цвета: черный, белый и красный. При этом к последнему относят практически все цвета от темно-оранжевого и всех оттенков коричневого до темно-красного. Все остальные цвета, включая все оттенки синего и зеленого, считаются белыми или черными в зависимости от того, наблюдаются ли они на ярком свету или в тени. Все оттенки любого цвета в той или иной мере могут быть красными, черными или белыми.) Поэтому утверждение африканцев относительно того, что существуют два вида упомянутых существ, когда они говорят об одном и том же животном, скорее всего отражает половые или возрастные различия этих существ.

Удивительные сведения поступают к нам из другой части африканского континента, расположенной в 1400 милях (примерно 2253 км) от первой, причем ранее из этой части Африки ни о чем подобном никогда не сообщалось. Это сообщение действительно является настолько удивительным, что нам следует рассмотреть его очень тщательно, учитывая тот факт, что Юго-Западная Африка и Ангола постоянно преподносят нам новые сюрпризы. Эта часть Африки быстро приобретает репутацию "самой неизведанной части", потому что она никогда не была вотчиной для охотников, вследствие чего здесь сохранилось множество известных видов животных, а также имеется несколько видов, которые обитают только здесь и больше нигде в мире — например, гигантская черная лошадиная антилопа. Это сообщение о наблюдении "снежного человека" первоначально появилось в Солсбери, в газете "Ивнинг стандард" от 18 ноября 1959 года, но не получило широкой известности до тех пор, пока не возникли обстоятельства, связанные с "уфити" или "фирети". Вот что было напечатано в этой газете:

"ВИНДХУК, среда. Власти Юго-Западной Африки и фермеры, живущие в районе Оутхо, интересуются, не является ли та огромная неуклюжая человекообразная или обычная обезьяна, которую видели на фермах, расположенных неподалеку от Оутхо, гориллой. Люди, которые видели животное, категорически настаивают на том, что оно не было большим бабуином. В соответствии с их описанием, обнаруженное животное очень сильно напоминало гориллу. Фермер Зюс Мартиц услышал от своего пастуха Овамбо о том, что это животное похитило одеяла и продукты пастуха, после чего последний пытался выследить животное, но потерял след на каменистом участке. Изучение следов показало, что животное передвигается на двух ногах. Иногда в стороне от главного следа обнаруживают отпечатки рук животного. Размер следов животного составлял примерно 5,5 дюйма (около 14 см) в ширину, а сами следы напоминали следы руки человека. На следах четко просматривается наличие пяти пальцев. Официальные власти обратились к фермерам с призывом не убивать животное, а попытаться захватить его живым. Ближайший известный район, где обитают гориллы, располагается на территории Бельгийского Конго (современное государство Заир) и находится примерно в 1000 милях (около 1609 км) от Юго-Западной Африки".

Отвлекаясь от приведенного выше сообщения и возвращаясь на какое-то время к "уфити", следует указать на то, что есть определенное несоответствие в сообщениях о последнем животном. Я не в силах заставить себя поверить в то, что инспекторы по охране дичи, смотрители лесов и другие ответственные граждане могли абсолютно исключать шимпанзе, как животных, подходящих под описание неизвестного существа. Неужели ни один из них никогда не был в зоопарке, где содержатся эти обезьяны, или никогда не видел их изображений в книгах? Даже мимолетный взгляд на изображение этой обезьяны был бы достаточным для того, чтобы узнать в неизвестном существе шимпанзе, если, конечно, то существо было шимпанзе. Зоологи и антропологи тоже должны были, причем с такой же легкостью, идентифицировать неизвестное животное по фотографии, если там было бы изображено нечто, напоминающее формами тела шимпанзе. И кажется очень странным, что имели место трудности при идентификации животного по фотографии, которая, по-видимому, была достаточно четкой, если все сошлись на том, что на ней изображен не бабуин. Нет ничего невозможного в том, что какие-то подвиды шимпанзе выбрали этот район местом своего обитания и распространились здесь в достаточном количестве, хотя в некоторых отношениях это кажется маловероятным. Однако не вызывает никаких сомнений тот факт, что оставленные следы принадлежат человекообразной обезьяне. Потому что они совершенно отличны от следов, которые могли быть оставлены представителем любого вида гоминидов. В этом нет абсолютно никаких сомнений. В случае с "уфити" самое серьезное обвинение, которое можно было бы предъявить "экспертам", состоит в том, что они, судя по опубликованным материалам в пресс-релизах, не были даже знакомы с основными понятиями тех научных специальностей, к которым причисляли себя. В настоящее время я располагаю копиями тех фотографий, которые упоминаются в связи с другими, более четкими и снятыми позднее крупным планом. На всех фотографиях, даже самых расплывчатых, четко виден крепкий типичный шимпанзе с телом, покрытым редкой шерстью, который либо внимательно смотрит вниз с дерева в типичной манере понгидов, либо флегматично стоит на земле, опираясь на все четыре конечности поза, которую предпочитают все человекообразные обезьяны. (Нет ни одной фотографии, где животное перемешалось бы или стояло только на двух ногах.) Фотографии двух отпечатков следов — часть следа располагалась на мягкой почве — могли бы на первый взгляд сильно удивить, поскольку эти следы очень напоминают человеческие за тем исключением, что на фотографиях видны только четыре пальца. Однако удивляют фотографии следов, а не сами следы, потому что при рассматривании следов под другими углами "пропавший палец", а именно большой палец, который широко отставлен, что характерно для шимпанзе, уже четко просматривается. Жаль, что пришлось затратить немало трудов для того, чтобы показать, какая грубейшая ошибка могла быть допущена, какая ложная схема могла быть выстроена, какой вымысел присутствует в сообщениях по исследуемой проблеме.

Когда мы перейдем к последней большой области африканского континента, в которой, как говорят, могут обитать "неизвестные существа", нам, слава Богу, не понадобится помощь экспертов. Однако мы в своем исследовании будем опираться на свидетельства путешественников, известных охотников и других дилетантов, которые иногда допускают такие же грубые ошибки. (Ох, где те славные времена водителей дорожной техники и лесорубов!) Тем не менее есть и очень обнадеживающий просвет впереди — чуть ли не первый и вообще единственный, — который связан с сообщениями здравомыслящих, честных, хорошо подготовленных, хорошо образованных и удачливых профессиональных "ловцов животных" вроде Шарля Кордье, швейцарца, который постоянно поставляет в музеи и зоопарки образцы фауны, в которых те нуждаются, причем все они надлежащим образом упакованы и законсервированы, в случае необходимости такой операции. Тут, по крайней мере, мы имеем дело не только с человеком, чьим сообщениям мы можем доверять в общем смысле, но и с тем, кто действительно знает всех животных и их зоологию, который побывал во многих регионах мира. Вы можете в большей степени полагаться на сообщения этого человека, чем на сообщения всех вольных и невольных охотников за "снежным человеком", вместе взятых.

Эта информация, как не раз бывало прежде, поступила ко мне от Бернара Хювельманса, который получил ее непосредственно от Кордье (в момент написания этой книги), который в январе 1961 года находился в бассейне реки Конго. Вот что написал Кордье Бернару Хювельмансу: "Нам попались три цепочки следов ног без сопутствующих отпечатков передних конечностей, которые проходили по мягкому илу неподалеку от воды. Следы были совершенно необычной формы". Кроме того, следы не были похожи на следы гориллы, и далее Кордье пишет: "Готов поручиться, что эти следы длиной в 12 дюймов (около 30 см) не были оставлены гориллой". Эта находка, как вам теперь известно, относится к району Бакаву. Хозяин следов, очевидно, принадлежал к какому-то новому виду больших понгидов.

В результате мы должны обратиться к сообщениям из менее достоверных источников. А исследование мы начнем с некоего существа, которое называют "гигант Тано" и которое впервые было описано Луи Боулером примерно сто лет назад. Описание это содержит несколько забавных характеристик и несколько логических несовпадений. Вот что сообщается в том описании:

"В самой чаще девственных лесов Верхнего Тоно в колонии Золотой Берег коренные жители рассказали мне странное предание о диком лесном человеке, который, как следует из данного описания, представляет собой белую обезьяну внушительного телосложения, обладающую человеческими инстинктами. Жители, которые живут в деревне, расположенной вблизи логовища этого чуда природы, приходят в ужас от его сообразительности. Они накрепко запирают свои двери на ночь и разбрасывают жареные бананы и маниоку вдоль тропы в джунглях, которая ведет к деревне для того, чтобы задобрить животное и утолить его голод. Коренные жители заявляют о том, что по ночам животное является в деревню и убегает только тогда, когда его начинают отпугивать огнем. Женщины напуганы этим чуть не до смерти и ходят на свои поля с маниокой только все вместе. Оказывается, две женщины во время сбора маниоки случайно столкнулись с этим животным. Животное схватило одну из женщин, закинуло свою жертву за плечо и утащило ее куда-то прочь. Другая женщина, вопя от страха, прибежала назад в деревню. Никаких следов похищенной женщины отыскать так и не удалось. Это животное похитило также нескольких детей, и потом были обнаружены их искалеченные тела с разодранной брюшной полостью.

Один охотник и несколько женщин, которые видели это животное, так описывают его: существо, размером больше человека, руки его толсты, как тело человека, "кожа такая же, как у белых людей", но покрыта черными волосами. На руках у животного по четыре пальца, но большие пальцы отсутствуют. Голова его плоская и, как описывают ее очевидцы, "кажется небольшой по сравнению с головой большой обезьяны", что, скорее всего, означает: голова у животного размером была почти или точно такая же, как у больших обезьян. Очевидцы также сообщают о том, что рот у существа "был точно таким же, как у обезьян, с выступающими передними зубами", и оно, по их словам, "всегда носит с собой коровью шкуру", которую "носит как одежду, когда немного холодно", то есть животное закутывается в шкуру, когда чувствует холод. Один охотник пытался застрелить это существо, но зверь сломал его ружье, а затем переломал обе руки охотнику. В районе верхних равнин рассказывают и о многих других инцидентах, связанных с этим ужасным существом".

Самый впечатляющий аспект этого сообщения, как мне кажется, связан с тем, что перед нами определенно встает облик какого-то представителя вида гоминидов, а также с тем, что, как и в случае с жителями Оутхо в Юго-Западной Африке (сообщение из Виндхука), это животное приходит к обитаемым районам из горных лесов. Это действительно необычно. Еще один замечательный факт из этого сообщения заключается в отсутствии больших пальцев на руках. Насколько я понимаю, считается, что большой палец у лезиантропа имел чрезвычайно маленький размер по сравнению с размером его кисти и был расположен очень высоко на кисти. Возможно ли, чтобы этот палец был тесно прижат к кисти и поэтому плохо заметен людям, наблюдавшим это животное? Также новым является упоминание о том, что у животного была светлая кожа, поросшая черными волосами. Все сообщение в целом действительно кажется более чем досадным в нескольких отношениях, потому что стоит абсолютно особняком, насколько мне известно. Естественно, можно предположить, что происходит это из-за того, что путешественник добавляет к собранным среди местного населения сказаниям кое-какие краски для того, чтобы придать им оттенок народных преданий. И потом, среди этих сказаний — а я собрал их сотни — может отыскаться хотя бы одно, которое может показаться достоверным.

Вероятно, я могу делать подобные заявления, исходя из того, что сам достаточно хорошо знаю жителей Западной Африки, и хотя в целом высоко ценю их как рассказчиков народных сказаний, считаю, что они крайне плохо разбираются в вопросах, связанных с фауной их собственного родного края. Жители Западной Африки рассказывали нам самые дикие истории о животных, которые обитают в этой же части африканского континента, но почти в каждом случае они говорили хорошие слова, совершая ужасные поступки. Это не те люди, которые стали бы выдумывать басни об "отсутствии больших пальцев", о белой коже или о голове, которая "кажется небольшой по сравнению с головой большой обезьяны". Если они что-то утверждают — а я подразумеваю сейчас сообщения из первых уст, а не пересказ традиционных сказаний, — то они сами в это свято верят. Упоминание растерзанных детей тоже, как кажется, должно иметь оттенок реальности. Мне известно, как именно рассказчик намеревался поведать об этом: "Не расспрашивай больше меня и не говори мне, что это был леопард, потому что если ты не знаешь, то мне-то хорошо известно, как они пожирают людей".

Единственный другой тип "снежного человека" в Африке, который упоминается в сообщениях, причем несколько раз и различными путешественниками - это "мухалу". Как может показаться при чтении отрывка из книги госпожи Гатти "Охота, в которой мы будем участвовать", история выглядит запутанной. Вот что сообщается в упомянутом отрывке.

"Потом появились слухи о каких-то странных антропоидах. Одно из этих существ является огромной человекообразной обезьяной и, как говорят, обитает в тропическом лесу. Представители племен пигмеев называют это существо "мухалу". Руководитель экспедиции Aмтилпо Гатти, широко известный исследователь Африки, неоднократно заявлял о том, что он, со своей стороны, верит в существование "мухалу" и с готовностью примет описание, даваемое пигмеями, которые сообщают, что упомянутое существо имеет чрезвычайно большие размеры, ходит обычно прямо, а все его тело кроме лица покрыто очень темной, возможно даже черной шерстью. На лице у него растут белые волосы. Еще одно существо другого типа — самое опасное из всех — представляет собой крупное животное с телом, покрытым длинной черной шерстью на спине и белой на других частях тела. Говорят, что достаточно только попасть в поле зрения этого чудовища, и любой человек тут же скончается в ужасных мучениях. Мы обнаружили человека из племени соли, который дожидался нас, чтобы сказать, будто пигмеи напали на след матери Бонго и ее молодого отпрыска. Он также сообщил о том, что если Бвана появится, то пигмеи полны решимости захватить молодое существо.

Поэтому Тилле решил сделать еще одну попытку. Он также решил собрать группу из членов нашей экспедиции, которые могли бы выступить в качестве носильщиков. Однако прежде, чем они смогли приступить к выполнению задачи, произошло событие, которое повергло в панику всех людей Калуме.

Еще с тех пор, как мы оказались в Итури, мы не раз слышали предания и до нас доносились слухи об огромном животном, которого члены племени Бонданде называли "мухалу". Тилле очень заинтересовался этим вопросом и считал, что это животное действительно существует, являясь неизвестным до сих пор пятым видом антропоидов или субчеловеком.

Однако в то время он ничего не мог поделать кроме как расспрашивать об этом существе. И вот этим утром один из участников нашей экспедиции продрался сквозь кусты на поляну с лицом серым от ужаса, бормоча что-то об ужасном "мухалу". Все его рассказы оказались противоречивыми. Сначала он говорил, что это животное ударом сбило его с ног, и это казалось очень странным, потому что все коренные жители твердо верили в то, что "мухалу" достаточно только раз взглянуть на человека, как тот тут же падает замертво. Потом этот парень заявил, что первым увидел то животное и успел убежать. Но независимо от того, что случилось в действительности, весть о том, будто "мухалу" находится где-то поблизости, буквально парализовала всех наших людей.

Тилле настаивал на том, чтобы отправиться в то место, где, по словам парня, он видел животное, и там все проверить. Я уж не знаю, каким образом ему удалось воздействовать на того парня, полумертвого от страха, или воззвать к гордости Ламесе и двух других членов нашей экспедиции, но все они согласились сопровождать его к тому месту.

Он обнаружил там чрезвычайно большие следы и несколько клочков черных волос в дупле дерева, где, по-видимому, и сидело животное. Ни найденные волосы, ни обнаруженные следы не соответствовали ни одному из известных видов человекообразных обезьян. Но панические настроения среди наших людей коренного происхождения росли настолько быстро, что Тилле уже был не способен их сдерживать. Даже Калуме умолял нас покинуть Тамбехе и вернуться в его деревню. Все коренные жители, которые в тот момент были с нами, хоть и не желали оставлять нас одних, все-таки были готовы бежать оттуда".

В этой области африканского континента, а именно в южной части горного массива Убанги-Шари, мы, как кажется, имеем дело с двумя совершенно различными существами: одно принадлежит к неизвестному виду понгидов, а другое — к неизвестному виду гоминидов, и именно последнее является одним из видов "снежного человека". Несмотря на явные преувеличения, которые присутствуют в описаниях коренных жителей — и особенно это касается описания, даваемого пигмеями, с которыми чрезвычайно трудно, если только вообще возможно, общаться, — сообщаемые ими сведения не кажутся слишком невероятными. Животное первого вида, возможно, является человекообразной обезьяной, которая ведет наземный образ жизни и оставляет те странные следы, которые недавно были изображены Кордье, в то время как животное второго вида находится в родственных отношениях с существом, называемым "гигант Тано". Следы, обнаруженные в Бакуму, по словам местных жителей, были оставлены существом, которое они называют "апаманди". Они описывают это существо как низкорослого человека очень плотного телосложения, заросшего черной шерстью, но имеющего светлую кожу. Эти следы в длину составляли примерно 8 дюймов (около 20 см), то есть были по виду очень короткими и широкими и имели одну странную особенность, а именно: второй палец стопы был длиннее и первого и третьего пальцев, причем он был немного отставлен от первого или большого пальца. Значение таких пропорций второго пальца стопы станет ясным, когда мы приступим к исследованию вопроса о существе вида "мех-тех" или, другими словами, о "снежном человеке" с Гималаев.

Сообщения об этих двух существах (а может быть, все-таки о двух видах одного и того же существа) весьма туманны, отрывочны и к тому же очень редки. И тем не менее, если вы посетите северо-западную окраину леса в Итури, то обнаружите, что оно (или они) считается не просто редким, а чрезвычайно редким представителем местной фауны, обитает в северной части самых высокогорных лесов и лишь время от времени спускается в долину. Я разговаривал с многими людьми, которые побывали в той области, которая совсем недавно была еще неуправляемой, но лишь те из них, кто специально интересовались местной фауной или кто занимались исследованием преданий и фольклора коренных жителей, когда-либо слышали об этом существе. Однако, как мне кажется, все эти люди придерживались мнения, что это существо принадлежало к местному виду гориллы или к какому-либо неизвестному виду крупных человекообразных обезьян, ведущим наземный образ жизни. Когда же я интересовался их мнением относительно того, что это существо могло бы быть представителем примитивных гоминидов, а не высокоразвитых человекообразных обезьян, ответы были совершенно различными. Большинство смотрело на меня с удивлением, но некоторые говорили: "Да", после чего непременно начинали рассуждать о возможности существования крупных форм австралопитеков, которым удалось выжить в этой части африканского континента. Затем они обычно переходили к плезиантропу, вероятно потому, что эта форма хорошо была освещена в литературе и был даже воссоздан их облик.

Африка вне всякого сомнения является землей пигмеев и некоторых видов больших человекообразных обезьян, но здесь никогда не обнаруживали каких-либо видов гигантских гоминидов. По крайней мере, африканцы не упоминают их, даже если говорят о существах "Тано" и "мухалу" (или об одном из них), как об очень крупных животных. Наши реальные существа типа "ox-мах" могли бы стать отличными героями африканских преданий о духах, но их просто нет здесь, и мы встретимся с ними только тогда, когда снова доберемся до мест, где они должны обитать.

Глава 10. Восток — "Тайна"

Сообщения с Суматры и полуострова Малакка

Теперь мы собираемся совершить большой прыжок через океан из Восточной Африки в ту область, которую обычно называют Востоком, точнее, в Юго-Восточную Азию. Такой прыжок может показаться слишком длинным, и это на самом деле так. Он может показаться вдвойне длинным, так как мы собираемся пропустить все, что лежит между этими двумя точками например, Саудовскую Аравию, Индию и Цейлон, — хотя они и могут служить чем-то вроде верстовых столбов на нашем пути. Тем не менее у нас есть для этого несколько веских причин.

Во-первых, в этих зонах не существует проблемы снежного человека, которую можно было бы обсуждать, хотя есть много мифов, легенд и преданий, особенно на Цейлоне. Во-вторых, геологи утверждают, что ранее две крайние области (Африка и Юго-Восточная Азия) были одним огромным континентом, который они назвали Гондваной, и многие примитивные живые организмы, существующие до сих пор, очевидно, представлены различными, но схожими или даже родственными видами на противоположных берегах Индийского океана. Нас не интересует, с какого именно берега эмигрировали конкретные виды животных, но, несомненно, эта связь присутствовала с древнейших времен. Хорошими примерами могут служить африканские и восточные лоривидные лемуры[32], еще можно упомянуть бескрылых птиц, называемых бескилевыми, включая африканского страуса, с одной стороны, а также эму и казуаров — с другой стороны. Опять же, в обеих упомянутых областях мира обнаружены большие человекообразные обезьяны как различные виды листоядных обезьян или гверецевидных: гверецы в Африке и лангуры на Востоке. Каждый из названных видов животных указывает на историческую эпоху, когда между обеими областями существовала сухопутная связь.

Примитивные люди и вообще гоминиды, как кажется, тоже перешагнули через океан. Пока не установлено, была ли сухопутная связь, возвышавшаяся над уровнем моря в то время, когда происходило развитие наиболее примитивных видов — таких, как австралопитеки Южной Африки или питекантропы Индонезии. Но можно почти с уверенностью заявить, что таковой уже не было, когда в обеих областях началось развитие первых рас истинного человека (или же переход от примитивного к истинному человеку). В современную эпоху наиболее примитивными народами являются пигмеи с некоторых островов в Индийском океане, из горных районов полуострова Малакка и с Филиппин. (Необходимо отметить, что пигмеи из западной части Новой Гвинеи, как теперь считается, являются просто "низкорослым" видом высоких папуасов из других частей этого острова.) Эти низкорослые люди имеют очень много общего по обе стороны Индийского океана, и в настоящее время ученые полагают, что они действительно составляют подвид человеческой расы.

Упомянутые пигмеи на самом деле являются примитивными, но даже они говорят о том, что не являются первыми людьми в местах их нынешнего проживания, а семанги с полуострова Малакка утверждают, что где-то в их краях остались живые представители тех людей, которые обитали там еще до появления семангов. Малайцы дали им имя "дьявол-сакаи" ("ханту-сакаи"[33]) и говорят, что эти существа живут и перемещаются только по деревьям. Весьма удивительное заявление, потому что "сенои" тоже охотно взбираются на деревья и чувствуют себя там очень комфортно. Имеется доказательство, что эти протопигмеи (то есть правильнее было бы их назвать теми-кто-жил-здесь-до-пигмеев) когда-то были очень широко распространены в Восточной Африке, в южной части Аравийского полуострова, в Индии, в Шри-Ланке (в этой части Азии особенно), а также в Малайзии и Индонезии. Мы будем часто вспоминать их, потому что эти существа будут постоянно возникать на протяжении всего нашего повествования, начиная с этого момента, и нам сейчас следует повнимательнее приглядеться к ним, так как в исследуемой в данное время области (то есть восточной части Азии, а точнее, восточной части без Индии и Шри-Ланки) в действительности нет четкой линии раздела между ископаемыми субгоминидами, о которых нам известно, реальными примитивными людьми и теми, кого мы в настоящей книге называем "снежными людьми".

И еще один момент, о котором мне сразу хотелось бы сказать. По причине ужасного выражения "снежный человек" и той суматохи, которая в связи с этим явлением имела место в Гималаях, не только популярный взгляд на подобные существа, но и образ, построенный в нашем мышлении со строго научной точки зрения, представляется мифическим великаном, тяжело скачущим по снежному полю и рвущим на части яков и несчастных шерпов. В действительности, если исследовать этот вопрос более тщательно и всесторонне, что мы и пытаемся сделать в настоящей книге, становится ясно: то, с чем мы имеем дело, является полной историей гоминидов и, по существу, предков человека, прошлой и настоящей. Откровенно говоря, наш термин "снежный человек" означает гоминидов, отличающихся от всех известных видов современного человека — ни больше, ни меньше. И я твердо верю в то, что в ходе нашего исследования мы извлечем всю проблему из категории "мистического", после чего она станет обычной частью физической антропологии. Даже если мы никогда не станем свидетелями захвата десятка "снежных людей" (как кажется в настоящее время), я все равно буду уверен, что всю информацию по этой проблеме, поступающую из всех уголков мира, можно на законном основании тщательно анализировать, чтобы восстановить прошлое человека и заполнить провал в истории, который существует в настоящее время между маленьким ореопитеком, обнаруженным в Италии в угольных пластах миоценового периода, и, скажем, бушменами или пигмеями. Более того, именно в этой части Востока мы собираемся максимально приблизиться к той цепочке, которая связывает эти две стадии эволюции человека и которая может еще существовать в наши дни.

Нашим первым пунктом в этой новой области будет, вероятно, самый странный, старый и, с точки зрения зоологии, самый интересный уголок нашего мира. Я говорю о юго-западной части огромного острова Суматра и цепочке островов у западного побережья этого острова, которые называются островами Ментавай. В некоторых отношениях странной представляется вся Суматра, и не только из-за своих огромных размеров, густых лесов, относительно малочисленного населения и фактического пренебрежения к себе со стороны исторической науки. Этот остров вместе с полуостровом Малакка, островами Ява, Калимантан и несколькими близлежащими маленькими островами (возможно, сюда следовало бы отнести и остров Палаван, который обычно включают в состав Филиппинского архипелага) создает зоогеографический субрегион с очень необычными характеристиками. Помимо того, что в указанной области обитают слоны, носороги, тигры и другие азиатские животные, там же водятся более странные и древние виды: малайский тапир, орангутан (или "миа"), сиаманги, долгопяты и маленькие, самые примитивные из всех ныне живущих приматов перьехвосты (Ptilocercus). В действительности, весьма впечатляющим представляется даже список одних млекопитающих, а ведь здесь обитает множество необычных птиц, земноводных, пресмыкающихся, рыб и беспозвоночных всех возможных типов. Эта область представляется островком земли, который служит последним убежищем всем живым существам во времена климатических изменений, землетрясений или наводнений. Но даже внутри этой ограниченной области можно выделить еще более специфическую субобласть. Это острова Ментавай, расположенные напротив горного массива Барисан, расположенного в южной части острова Суматры.

В этой субобласти обитают абсолютно уникальные и очень странные животные. Для примера мне достаточно упомянуть только так называемых лангура с островов Ментавай и карликового сиаманга с острова Южный Паги. Первый из названных в действительности вообще не является лангуром, а принадлежит к тупоносым обезьянам (вид Simias concolor), которые образуют свой собственный вид, абсолютно непохожий на все другие известные виды, обитающие в иных частях света. Карликовый сиаманг (вид Brachytanites klossi) является маленькой обезьяной, принадлежит к гиббонам и занимает промежуточное положение между гиббонами и более "развитым" сиамангом (вид Symphalangus), обитающим на острове Суматра и полуострове Малакка. Фактически оказывается, что эта субобласть, расположенная южнее Суматры, является убежищем в убежище, и поэтому животные, обитающие здесь, обычно принадлежат к реликтовым видам. На карте вы можете увидеть, что горный массив Барисан, хотя и образует непрерывную цепь с горным массивом Бекит и остальными горными районами в западной части Суматры вплоть до Ачина, является прибрежным. В северо-западной части указанного массива высочайшей вершиной является гора Марапи, самые высокие горы располагаются вблизи города Паданга, а в промежутке четко просматривается разрыв в горной цепи. Флора и фауна в области массива Барисан ближе к растительному и животному мирам островов Ментавай, чем гористых районов в северной части Суматры. (Еще более удивительным является остров Энг-гано.) Каменные пещеры особого вида здесь являются прибежищем для целой группы видов "снежных людей", обитающих на Востоке, и прежде всего для существ, которых коренные жители называют "седапа", а также "оранг-пендек" (то есть "маленький человек") или "оранг-летхо" ("бормочущий человек").

Тут у нас появляется веселенькая проблема. Поблизости от нашей субобласти простирается то, что зоологи называют малазийским субрегионом — то есть все районы, окружающие полуостров Малакка, а также острова Суматра, Калимантан и Ява, — а там очень много фольклорных преданий, имеющих отношение не только к упомянутому существу "седапа", но и к существам размером с человека, а на Суматре, кроме всего прочего, известны сказания о гигантских существах, которых коренные жители называют просто и логично "оранг-гаданг" или "огромный человек". Эти фольклорные предания весьма специфичны. На острове Яве они упрятаны, и притом достаточно глубоко, в доиндуистской мифологии. Этот остров в течение многих тысячелетий был очень плотно заселен, и сейчас здесь высок уровень цивилизации. Поэтому, хотя здесь и остались еще районы с девственной природой, где обитают реликтовые виды животных вроде особых видов носорогов, примитивные гоминиды, когда-то жившие на этом острове во времена питекантропов и мегантропов, скорее всего давным-давно истреблены. С другой стороны, остров Калимантан остался совершенно диким и представляет собой особый случай. На нем тоже обитают необычные виды животных (например, носач), но о "снежных людях", очевидно, не сохранилось даже фольклорных сказаний[34]. Хотя не так давно была опубликована очень странная история об одном таком существе, которого доставили в качестве добычи на своем корабле пираты!

С другой стороны, остров Суматра и сам полуостров Малакка изобилуют не только намеками, но самыми определенными сообщениями по крайней мере о трех видах примитивных гоминидов или "снежных людей".

Филиппинский архипелаг представляет собой еще один зоологический субрегион. В другой субрегион входят остров Сулавеси и соседние с ним острова. В обоих субрегионах обитают необычные животные, хотя последний из названных располагается на австралийской стороне линии Уоллеса, гигантской линии раздела между Австралией и Евразией, вследствие чего там живут сумчатые животные и другие типичные представители австралийской фауны вместе с представителями явно азиатского животного мира. Среди них можно назвать малого черного бабуина, известного под названием черной обезьяны, и двух видов макаков. О "снежных людях" из упомянутых субрегионов сообщений нет, но на Филиппинском архипелаге проживают настоящие негритосы-пигмеи, и там постоянно говорят о некоем "человеке с хвостом". Особенно часто он упоминается коренными жителями острова Палаван. Сам вопрос о хвостатых гоминидах обсуждается уже на протяжении столетий. Многие народы награждали хвостами своих ближайших соседей или более далеко живущих иностранцев по той единственной причине, что те были более скромными мошенниками. Другие на основании непроверенных сообщений и изображений обезьян считали их более низкими формами человека в других землях. В конце концов, были случаи, когда рождались люди с ярко выраженными хвостами. (Со мной вместе в школе учился прекрасный парень, у которого была такая штуковина длиной в 3 дюйма (около 8 см), поросшая красновато-коричневыми редкими волосами длиной в 1 дюйм (примерно 2,5 см). Это явление называется "атавизмом". Хотя этот термин вряд ли можно назвать правильным для подобного явления, потому что тогда нам пришлось бы рассматривать время до появления человекообразных обезьян или людей.

А теперь вернемся на Суматру и рассмотрим вопрос относительно существа, называемого "седапа". Слухи о том, что на этом острове обитают дикие люди, ходили с древнейших времен. Об этом существе упоминал еще Марко Поло (правда, у него мы тоже находим хвостатых тварей, притом еще и голых). О его существовании впервые вполне определенно сообщил англичанин Уильям Марсден, который в 1818 году постоянно проживал в Бенкелене, расположенном на западном побережье Суматры, но вплоть до начала XX века западная общественность не была знакома ни с одним достоверным сообщением о подобных существах. Как и во всех остальных случаях, правдивость репортеров и возможность существования упомянутых животных яростнее всех отрицали почти исключительно те, кто не жил подолгу на Суматре либо вообще там никогда не бывал. Такое отношение к данному вопросу ярче всех продемонстрировал хранитель музея в Битензорге на острове Ява доктор К.У. Даммерман. Его примеру до Второй мировой войны следовало большинство ученых, но не все. После того как Индонезия завоевала свою независимость, ситуация в этом вопросе стала иной, особенно если судить об этом по материалом индонезийской прессы. Однако общее отношение изменилось гораздо позднее, в результате чего уже в наше время один профессор антропологии Джакартского университета написал моему другу, профессору Коррадо Джини из Международного института социологии в Италии, письмо, в котором заявлял о том, что "оранг-пендек" является лишь одним из видов существ "оранг-кубу", примитивных людей с некоторыми чертами настоящего человека, "о которых правительство Индонезии заботится с особым вниманием".

Хотя я очень рад слышать о том, что индонезийское правительство уделяет повышенное внимание существам "кубу", а это довольно трудная задача в данной политической ситуации, должен сказать, что несмотря на принадлежность Суматры Индонезии, правительство этой страны составлено из представителей острова Ява, которые очень мало знают о Суматре фактически даже гораздо меньше, чем знали об этом острове голландцы. И потом, мне интересны не представители "кубу", которые хорошо известны уже многие века, а скорее представители "оранг-гугу". У "кубу" нет волосяного покрова на теле, а у "гугу", как говорят, он должен быть независимо от того, существуют они или нет. Как впервые показал Марсден, "кубу" являются людьми без волосяного покрова на теле, стоящими на крайне низкой ступени культурного развития, что, впрочем, не мешает им быть отличными охотниками. Обитают они в районе горного массива Барисан. Существа "гугу" не являются людьми, встречались даже в то время очень редко, обитали они в самой чаше горных лесов и не имели речи. Жители Суматры малайского происхождения дали им несколько названий на своем языке: "ату", "седабо" или "седапа". Они часто добавляют к этим названиям свое слово "пендек" или "пендак" для того, чтобы было понятно, что речь идет о существе маленького роста, либо слово "гаданг", если хотят дать понять, что говорят о каком-то большом существе.

В пользу действительности существования "седапа" я не могу привести никаких доказательств кроме опубликованных сообщений о них. Лично я относительно их существования могу сказать, что это не только возможно, но и вполне вероятно — особенно если об этом говорят коренные и все местные жители, — потому что горный массив Барисан очень подходящее место для того, чтобы там смогли выжить древние формы гоминидов. Как мы увидим дальше, в этом районе было не так много кандидатов на "седапа", и потом, совсем рядом, на острове Ява обитал питекантроп. Кроме того, существование малайского тапира, единственные живые родственники которого обитают в тропическом поясе Америки, показывает, насколько в действительности безопасным в качестве убежища является этот уголок Востока. Когда речь заходит о "жизненном пространстве" для таких существ, в котором они могли оставаться более или менее неприметными для окружающих, у меня просто не хватает слов для возражений. Я провел много счастливых месяцев, путешествуя по Суматре в компании с юным уроженцем Ачина (которого по случайному совпадению звали Ачи), и все, что могу сказать, сводится к тому, что леса этого острова посрамили бы многие другие в иных частях света, так как создается впечатление, будто они вечные и бескрайние. Известное население этой части Индонезии сравнительно невелико, а площадь изученной территории достаточно мала. Если исключить реки, то огромные заболоченные территории вообще непроходимы, леса в долинах высоки и очень густы, горные леса также практически непроходимы для человека. История существ "седапа", если ее рассматривать применительно к западному миру, получила широкую огласку благодаря исследованиям доктора У.К. Осмен Хилл из Лондонского зоологического общества и — в который раз! — доктора Бернара Хювельманса из Парижа. Было еще несколько голландцев, которые немного раньше посвятили себя исследованию этой проблемы на Суматре. Самым известным из них был доктор Эдвард Якобсон, который первым в 1917 году опубликовал материалы по данному вопросу в журнале "Де тропише натур" (этот журнал когда-то издавался в Велтефредене, остров Ява). Однако сами исследования доктора Якобсона относились к 1910 году. Именно благодаря этому человеку те несколько фактов, которые были собраны Л.К. Вестенеком, который какое-то время занимал пост губернатора Суматры, получили известность. Самым ранним упоминанием об интересующих нас существах следует считать сообщение некоего официального представителя властей, который наблюдал за недавно открытыми огромными участками девственной территории Суматры в районе горного массива Барисан у местечка Лобук Саласик. Этот человек оставил очень взвешенное письменное заявление. А суть его заключалась в том, что с расстояния, равного всего 15 ярдам (около 14 м), он увидел "очень большое существо на сильно согнутых ногах, которое бежало, как человек, и почти пересекло тот путь, по которому двигался я; тело его было покрыто густой шерстью, но оно не было орангутаном; лицо его не было похожим налицо обычного человека; оно молчаливо и угрожающе пристально, с недовольством взглянуло в сторону людей, а потом не спеша побежало прочь; рабочие с намного большей скоростью бросились бежать в противоположном направлении". Представитель властей, вконец ошарашенный, остался стоять там, где стоял.

Значение приведенного выше заявления заключается в утверждении о том, что то существо не было орангутаном, стояло на задних конечностях, причем "на сильно согнутых". Последнее определение может означать, что у существа были короткие ноги, либо они казались такими по сравнению с длинными руками и огромным торсом. Все это, в свою очередь, свидетельствует о том, что существо не было орангутаном, потому что это животное, исключая самых молодых особей, просто не в состоянии даже просто ходить на ногах. Доктор Якобсон заинтересовался этим вопросом, когда находился в лагере, расположенном на склонах горы Каба горного массива Бекит, в июле 1916 года. Однажды к нему пришли два охотника и сообщили, что видели существо "седапа", которое ковыряло ствол поваленного дерева всего в 20 ярдах (примерно 18 м) от них. Очевидно, оно искало личинки жуков — деликатес, который с удовольствием употребляют в пищу многие народы во всем мире, — но когда осознало, что за ним наблюдают, поспешно убежало прочь на задних конечностях. Как бы то ни было, это описание во всех отношениях согласуется с другими наблюдениями за существом "седапа". Все говорят также о том, что тело этого существа покрыто короткой черной шерстью.

Тут я должен подчеркнуть тот факт, что большой сиаманг на самом деле крупная и сильная человекообразная обезьяна, во многих отношениях он является промежуточным звеном между гиббонами и человекообразными обезьянами. Хотя это животное отлично адаптировалось для жизни на деревьях, оно довольно часто спускается на землю и тогда передвигается на задних конечностях, размахивая руками, держа их на весу и напоминая в этом отношении гиббонов. Но последние так поступают только на бегу, а при ходьбе они поступают иначе. Я сам как-то случайно натолкнулся на сиамангов, которые тщательно обследовали подгнившие стволы поваленных деревьев в поисках различных насекомых, которые часто собирались в трещинах на стволах. В Индонезии я в течение года содержал у себя гиббона вау-вау. Это животное выросло в семье людей, а потом путешествовало вместе со мной по всей стране. Совершенно случайно я должен был во время той поездки заниматься сбором насекомых, и большую часть моей коллекции составили те экземпляры, которые были найдены, пойманы и осторожно доставлены мне этим маленьким антропоидом-компаньоном. Обычно этот зверек бегал по лесу на задних конечностях, волоча по земле одну руку, а обнаружив ствол гнилого дерева, взбирался на него и начинал обследование каждой трещины с помощью своего длинного указательного пальца (он был левшой), добывая всеми возможными способами такие редкие образцы, которые сам я ни за что не нашел бы. То было какое-то сверхъестественное зрелище, когда он поочередно предлагал мне первого и всех последующих насекомых того же вида, пока я знаками не давал ему понять, что уже собрал достаточное количество, после чего мой компаньон съедал всех остальных. Гиббонов можно отнести к понгидам, но во многих отношениях они являются "почти людьми". А относящийся к этому же семейству сиаманг, возможно, обладает этими качествами в еще большей степени. Малайцы часто относятся к ним именно так.

Позднее доктор Якобсон показал следы предполагаемого существа "седапа", которые он обнаружил на горе Керинтхи. Межно со всей определенностью заявить, что .)ти следы не принадлежали ни гиббонам, ни сиамангам, ни каким-либо иным видам человекообразных обезьян, у которых стопа имеет характерный отличительный признак, именно: широко отставленный и очень крупный больной палец. Те следы наверняка были человеческими, но очень маленькими, широкими и короткими. Имеется достаточное количество сообщений о предполагаемых следах существ "седапа". В 1958 году Гарри Гилмор сделал несколько гипсовых слепков со следов, обнаруженных между реками Сиак и Кампар. Однако почти несомненно, эти следы были оставлены карликовым малайским медведем бируангом. Это животное может принимать вертикальное положение и даже перемещаться на задних конечностях, но никогда не бегает подобным образом. У медведя бируанга рост примерно 4-5 футов (около 122-152 см), широкие плечи, а тело его покрыто короткой черной шерстью. Кроме того, перемещаясь на задних конечностях, это животное может размахивать передними лапами. Его морда имеет бледный оттенок, в результате чего при рассматривании его в анфас при слабом освещении, характерном для леса с высокими деревьями, он может быть похожим на человека — я знаю это по собственному опыту, потому что не единственный раз пугался этих зверей, когда неожиданно замечал, что они тихо стоят в сторонке и наблюдают за мной. Тем не менее следы задних конечностей этих животных имеют ряд характерных особенностей и ничуть не похожи на предполагаемые следы существ "седапа", которые можно видеть на рисунках, на почве или в виде гипсовых слепков. Как и у всех остальных медведей, у бируангов длина пальцев на задних конечностях увеличивается от крайних слева и справа к среднему пальцу (хотя у бируангов это менее выражено), все пальцы плотно прижаты друг к другу, а сами ступни не вывернуты наружу. Кроме того, на следах почти всегда видны отпечатки когтей. Более того, река Сиак протекает вне области предполагаемого обитания существ "седапа", хотя в тех местах о них сложено немало сказаний.

Согласно сообщению Вестенека, некий господин Остинг однажды "заблудился" в районе горного массива Бекит поблизости от той горы, где два охотника сообщили доктору Якобсону о виденном ими существе "седапа". В течение нескольких часов он кружил по лесу и натолкнулся на существо, которое принял за местного жителя, сидящего на стволе поваленного дерева спиной к нему. Обрадовавшись тому, что видит хоть какое-то живое существо, он бросился к незнакомцу, но тут же испытал сильнейшее потрясение. Его рассказ был опубликован в журнале "Де тропише натур" в переводе на английский Ричарда Гарнета.

"Я увидел, что у него короткие волосы. "Короткая стрижка", — подумал я. А потом вдруг понял, что на шее у него была кожа какого-то странного оттенка и притом очень грязная. " Ну у парня и шея: грязная, вся в морщинах", — сказал я себе.

Размер тела у него был примерно таким, как у среднего туземца, но плечи были массивными и квадратными, даже без намека на покатость. Цвета он был не коричневого, а какого-то землисто-черного — скорее даже серого, чем черного.

Могу точно сказать, что он наверняка заметил мое присутствие. Он даже не повернул головы в мою сторону, а просто встал на ноги. Рост у него оказался примерно таким же, как у меня: примерно 5 футов и 9 дюймов (около 175 см).

Потом я увидел, что это вовсе не человек, и начал пятиться назад, потому что не имел при себе никакого оружия. Существо спокойно сделало несколько шагов, а потом своей неправдоподобно длинной рукой схватило молодое деревце, которое готово было вот-вот сломаться под его тяжестью, и бесшумно взобрался на соседнее дерево, совершая огромные прыжки то вправо, то влево. "Что за огромный зверь!" ~ подумал я. Это животное не было орангутаном, потому что незадолго до этого я видел эту человекообразную обезьяну в Артисе (амстердамском зоопарке). Больше оно было похоже на чудовищно большого сиаманга, но у того длинная шерсть, а у этого существа, вне всякого сомнения, шерсть на теле была короткой. Я не видел морды этого животного, так как оно и вправду ни разу не взглянуло в мою сторону".

Судя по описанию Остинга, это существо было чрезвычайно крупным сиамангом, вероятно, старым и одиноким, у которого по какой-то причине была короткая шерсть. То, что оно было скорее человекообразной обезьяной и не принадлежало к гоминидам, подтверждается, в частности, замечанием о его "неправдоподобно длинной руке". Я не знаю, как комментировать данное сообщение, но хочу надеяться, что то существо оставило следы.

Между тем известен еще один случай — с господином Ван Хеерварденом, лесным объездчиком. Он произошел в 1918 году в северо-восточной части массива Барисан в провинции Палембанг, но не в горных районах, а в заболоченных лесах у самого побережья в районе реки Банхое-Асин. Ван Хеерварден заметил две цепочки следов на берегах небольшого ручья в районе реки Муси: одни следы были побольше, другие — поменьше, как будто там прошли мать с ребенком. Следы были такими же, как у человека, но только очень маленькими. Позднее ему стало известно, что господин Брейкерс тоже видел похожие следы и в том же самом месте. Ван Хеерварден решил провести расследование среди представителей народности кубу, и это имело очень большое значение, учитывая приведенное выше заявление правительства Индонезии. Ван Хеерварден выяснил, что трое из них видели в том регионе существ "гуту" (то есть существ "седапа" или "оранг-пендек"), причем остальным членам племени этот факт оставался неизвестным. Их описания увиденных существ сходились в том, что "гугу" имели рост около 5 футов (примерно 152 см), были прямоходящими, имели черные волосы вроде конской гривы и соответствующие зубы. Позднее Ван Хеерден услышал, что какой-то охотник нашел мертвого "гугу" и попытался притащить его в свою деревню, но его тело было уже в стадии сильного разложения, в результате чего вскоре после упомянутого случая умер и сам охотник. Еще одного "гугу", как он узнал по рассказам очевидцев, обнаружили в какой-то реке. Местные жители окружили его в своих каноэ, но тот нырнул и скрылся.

Тем временем Ван Хеерварден убедился в том, что действительно в этих лесах обитало низкорослое косматое существо из семейства гоминидов, и он потратил много времени на то, чтобы расспросить коренных жителей и узнать, где это существо чаще всего видели. В октябре 1923 года он направился в одно такое место поохотиться на кабанов в лес у реки Паулу-Римау и решил найти там укрытие, затаится и ждать. И как оказалось впоследствии, он был хорошо вознагражден, потому что, если он не законченный и не самый искусный лжец, ему удалось хорошо рассмотреть одно из этих неуловимых существ. В течение часа или около того вокруг ничего не происходило, но потом его внимание привлекло нечто на дереве. Во что было дальше:

"Я решил осмотреться и слева от себя заметил слабое движение в ветвях небольшого дерева, стоявшего в одиночестве. Теперь-то я знаю, что в тот момент была уже пора возвращаться домой, потому что никому не советовали ходить в тех местах после захода солнца. Но в то же время я из любопытства уговаривал себя сходить и посмотреть, чем вызвано замеченное мной движение. Что за животное могло прятаться на том дереве? При первом беглом осмотре я ничего не увидел. Но после того как обошел дерево кругом, я заметил на ветке какое-то темное и косматое существо. Оно крепко прижималось к стволу дерева. Мне показалось, что это животное старалось остаться незамеченным, но уже почувствовало, что его вот-вот обнаружат.

Это наверняка было существо "седапа". Охотники поймут волнение, которое охватило меня. Сначала я просто наблюдал и изучал животное, которое все еще, не двигаясь, сидело на дереве, прижавшись к стволу. Я старался привлечь внимание этого существа криком, но оно даже не пошевелилось. Что мне было делать? Я не мог рассчитывать на чью-нибудь помощь и захватить животное. Но по прошествии времени, я решил, что просто обязан захватить его своими силами. Попытался покачать ствол дерева, но безуспешно. Тогда я положил ружье на землю и попробовал подобраться к животному поближе. Мне удалось вскарабкаться едва ли на 3 или 4 фута (примерно от 91 до 122 см) по стволу, когда оно над моей головой начало шевелиться. Существо немного переместилось по ветке и слегка наклонилось в сторону, в результате чего я смог рассмотреть его волосы, лоб и пару глаз, которые пристально смотрели на меня. Движения этого существа сначала были медленными и осторожными, но как только "седапа" увидел меня, ситуация сразу совершенно изменилось. Существо стало нервничать, все его тело дрожало. Чтобы рассмотреть его получше, я вновь соскользнул по стволу на землю. Тело этого существа и спереди было покрыто шерстью. Цвет шерсти на груди был немного светлее, чем на спине. Очень темные волосы на голове спадали ниже ключиц и доходили чуть ли не до талии. Шерсть была очень густой и спутанной. Нижняя часть лица у него казалась более вытянутой, чем у человека. Коричневого цвета лицо почти не имело растительности, а лоб его казался высоким, а не низким. Брови у животного были того же цвета, что и волосы, и очень густые. Взгляд у него был пристальный, глаза очень темные, подвижные и похожи на человеческие. Нос был широкий, с очень большими ноздрями, но во всяком случае не грубо очерченный. При взгляде на него я вспомнил карликовых кафров из народности банту. Губы у этого существа были довольно обычными, но когда оно открыло рот, я поразился его удивительной ширине. Когда рот у животного нервно подергивался, четко были видны клыки. Они показались мне очень большими и, во всяком случае, были более развиты, чем у людей. Передние зубы были обычными. Цвет зубов был желтовато-белым. Подбородок был немного скощенным. На какое-то время, буквально на миг, у меня появилась возможность рассмотреть его ухо, и оно оказалось в точности как человеческое. Внешние поверхности кистей рук были слегка покрыты волосяным покровом. Когда животное вставало в полный рост, руки у него свисали немного ниже колен. Поэтому можно считать, что они были длинными, а вот ноги показались мне коротковатыми. У меня не было возможности рассмотреть его ступни, но я видел пальцы ног, и они были по форме совершенно такие же, как человеческие. Это существо было женского пола и имело рост около 5 футов (примерно 152 см).

В лице этого животного не было ничего отталкивающего или неприятного, и вообще оно не было похоже на обезьянью морду, хотя быстрые нервные движения глаз и рта очень напоминали поведение обезьян в состоянии стресса. Я стал приближаться к животному, демонстрируя спокойствие и дружеские намерения, словно старался успокоить испуганную собаку или лошадь, но его поведение не изменилось. Когда я поднял ружье и прицелился в эту маленькую самку, услышал жалобные звуки "ху-ху", на которые, словно эхо, тут же прозвучал ответ из соседнего леса.

Я положил ружье на землю и вновь стал забираться на дерево. И когда я уже почти добрался до того места, где находилось существо "седапа", оно быстро переместилось по ветке в сторону, ветка наклонилась, и животное спрыгнуло на землю с высоты в добрые 10 футов (около 3 метров). Я тоже поспешно спустился на землю, но прежде, чем успел добраться до ружья, животное уже успело удалиться от меня почти на 30 ярдов (около 27 метров). Продолжая удаляться, оно издало что-то вроде свиста. Многие люди сочтут мой поступок ребяческим, если скажу, что увидев развевающиеся волосы, я не смог нажать на курок. Потому что внезапно у меня появилось чувство, что я собираюсь совершить убийство. Я вновь приставил приклад ружья к плечу, и вновь у меня не хватило смелости сделать выстрел. Насколько я успел заметить, ноги у животного были толстыми и короткими, но необычным было то, что "седапа" бежало, ставя сначала пятки".

Мне всегда казалось, что это сообщение было наиболее откровенным. Тем интереснее посмотреть, как к нему отнеслись, когда несчастный Ван Хеерварден в конце концов рассказал о случившемся с ним происшествии. Даже такой уравновешенный человек, как доктор Хювельманс, не смог удержаться от цитирования некоторых выражений, которые позволяли себе люди, не имеющие к этой проблеме никакого отношения, а в некоторых случаях никогда даже не бывавшие на Суматре или поблизости от этого острова. Прежде всего это касалось доктора К.У. Даммермана из Битенцорга. Его откровения столь восхитительны, что я просто обязан воспроизвести их дословно в назидание и для руководства на будущее в качестве замечательного примера чистейшего вздора, на который не скупятся всяческие эксперты, вследствие чего вы всегда должны с величайшей осторожностью относиться к всевозможным комментариям. Сей ученый муж после замечания о том, что ни один представитель белой расы кроме Ван Хеервардена никогда не мог так подробно рассмотреть существо "седапа", далее продолжает: "Но этот автор настолько невероятно точен в своем описании упомянутого животного, что не остается ничего другого, как предположить, что все происшествие является либо плодом воображения автора (то есть автор обыкновенный лжец. — Прим. авт.), либо он написал свое сообщение под сильнейшим впечатлением от историй о существах "оранг-пендек". Однако даже в том случае, если допустить в общих чертах достоверность происшествия (то есть здесь эксперт не осмеливается обвинить автора во лжи. — Прим. авт.), животное, о котором нам рассказывают, не может быть не кем иным, кроме орангутана". Может! А я бы очень удивился, если бы кто-нибудь заявил о том, что доктор Даммерман знаком с зоологией хотя бы в общих чертах. И даже этому не поверил.

Конечно, рассказ господина Ван Хеервардена не единственный в таком роде. Сообщения о "седапа" поступают от множества людей как коренного происхождения, так и иностранцев. В 1927 году, как говорят, одно существо "седапа" попало в тигровую ловушку, и вновь в связи с этим инцидентом в события вмешался неугомонный доктор Даммерман. В этот раз он выступил в роли эксперта по серологии (кровь) и трихологии (волосы), впрочем, ничуть не с лучшими результатами. Фактически, выдав очередную порцию относительно следов крови и волос, найденных в том капкане, он заявил, что "невозможно добиться каких-то значимых результатов, основываясь только на исследовании найденных волос (это действительно верно, так как исследование волос является очень непростой задачей. — Прим. авт.), но результаты исследования крови косвенно указывают на человеческое происхождение. Однако мы не можем считать установленным факт принадлежности найденных следов крови сбежавшему из капкана животному: вполне возможно, что следы крови принадлежат какому-нибудь местному жителю, который случайно поранился, манипулируя с капканом". По этому поводу хочу заметить, что если вы располагаете достаточным количеством материала для исследований, не должно возникать никаких вопросов относительно результатов анализа, поэтому фраза "косвенно указывают" лишена какого-либо смысла. Во-вторых, "местными жителями" этого региона Индонезии являются малайцы, которые принадлежат к монголоидной расе, а представители этой расы человечества не имеют волос на теле, а на голове у них растут волосы, имеющие характерные, неповторимые особенности. В-третьих, кто сказал, что в капкан попалось какое-то "животное"? Кроме этого, мне больше нечего сказать.

Трудность в исследовании существ "седапа" заключается не в том, что об их природе существует два мнения, а в том, что было немало очевидных и преднамеренных фальшивок. Самая серьезная из них относится к 1932 году, когда местные репортеры сделали заявления о том, что была застрелена мать-"седапа", а ее ребенок был отправлен весьма уважаемому местному сановнику роканскому радже. Вся мировая пресса чуть не сошла с ума, узнав об этом, но только небольшое местное расследование выявило тот факт, что названный раджа не имел никакого отношения к этому инциденту — хотя он какое-то время и проявлял интерес к упомянутой проблеме и даже предлагал определенное вознаграждение любому, кто смог бы добыть неоспоримые доказательства существования животных "седапа", — а ребенка-"седапа" смастерили те самые два охотника. Даммерман заявил, что это было преднамеренно видоизмененное молодое животное Semnopithecus, хотя это название означает животного с острова Ява! Более надежные источники говорят, что это был лутонг (Trachypithecus). Как сообщали, животное было мертвым, имело рост около 17 дюймов (примерно 43 см), цвет кожи был как у существ "оранг-блунда" (то есть людей европеоидной расы), и оно не имело волосяного покрова на теле, кроме волос на голове. Говорили, что потом "ребенка" выкупили и отправили и отослали тому же доктору Даммерману, который на этот раз смог продемонстрировать полное отсутствие подлинности присланного животного. Выяснилось, что это была молодая обезьяна хорошо известного вида тонкотелов, но волосяной покров на теле был сбрит, характерный для этого вида длинный хвост — отрезан, черепная коробка — разбита, а морду чуть-чуть видоизменили, подложив под кожу на носу кусочки дерева для того, чтобы придать морде обезьяны вид человеческого лица.

Изготовление "демонических" существ — старая практика на Суматре, о которой упоминал еще Марко Поло. Это занятие было основным источником тех ужасающего вида карликовых гомункулов, которые выставлялись в музеях и на выставках редких вещей в Европе с XVII по XIX век. Как правило, это были высушенные тела обезьян, к которым пришивали отвратительные головы и всякие дополнительные детали. Обычно этих искусственных уродцев продавали морякам. Поэтому совсем не исключено, что знаменитая история с "синдаи", произошедшая в 1957 году, имела похожее происхождение.

История эта началась с сообщения по международной телеграфной линии о том, что в южной части острова Суматра захвачено существо из рода сублюдей. Как говорилось в том сообщении, животное вида "синдаи" было женского пола и 17 лет от роду. Сообщалось, что существа "синдаи" были довольно редки, но хорошо известны коренным жителям Суматры, которые относились к ним с большим почтением. Намекалось, а иногда и прямо говорилось о том, что это, должно быть, первый реальный экземпляр "исчезнувшего звена". Данное сообщение пришло из Палембанга в тот момент, когда революционные события в том регионе почти достигли своего апогея. Поэтому новости из подобных мест всегда воспринимаются как ненадежные и сфальсифицированные.

Если суммировать все сообщения о "синдаи", вырисовывается такая картина: тело его (или ее) было покрыто короткими белыми редкими волосами, хвоста не было, перемещалось существо на задних конечностях и во всем остальном было похоже на человека, но не имело речи и питалось исключительно сырыми продуктами. Затем было объявлено, что животное перевезли на остров Ява для того, чтобы там провести "исследование силами ведущих ученых". Честно говоря, это последнее, что я слышал о том существе. Правда, говорили, будто по дороге груз застрял в Палембанге. Единственное, что могу добавить к этой истории, так это высказать предположение о том, что это могла быть обезьяна семейства гверец под названием "симпаи" или семейства тонкотелов[35].