Поймай мне птицу Феникс

– Небольшие. – Баллард пожал подложенными плечами. – Ничего серьезного.

– О, но ведь могло быть серьезно! – Рэнц медленно покачал головой. – Я был бы ужасно расстроен, если бы упустил возможность по крайней мере поторговаться за сокровища «юй». Вот почему я полюбопытствовал, не произошло ли с вами нечто подобное, ведь Слейтер чувствовал бы то же самое, что и я.

Шэрон мгновение колебалась, потом вопросительно посмотрела на меня:

– Дэнни?

– Конечно. – Я посмотрел на Рэнца. – Полагаю, и у нас были некоторые осложнения, подобные вашим. Ничего серьезного.

– Вы знаете, кто был причиной неприятностей, мистер Бойд? – спросил европейский коллекционер.

– Вы хотите сказать, что это не вы? – удивился я.

Пышнотелая блондинка рядом со мной довольно хихикнула, будто я действительно сказал что-то смешное. Рэнц искренне почувствовал себя обиженным, а Баллард – слегка задетым.

– Помилуйте, мистер Бойд, – сказал скелет похоронным голосом. – Мы с Эдвином Слейтером соперничали, как коллекционеры, с давних пор – стреляные воробьи, если хотите. На хитрость отвечали хитростью. Но я никогда бы не опустился при достижении своих целей до грубого насилия. Это лишило бы меня по меньшей мере половины удовольствия от конечной победы. Нет. – Он замолчал на мгновение и уставился пустым взглядом в пространство. – Я просто подумал, не были ли причиной наших неприятностей одни и те же люди.

– Одни и те же люди? – повторил я.

– Изначальные владельцы винных кувшинов, – пояснил Рэнц. – Я получил анонимное письмо с рекомендацией не приезжать на аукцион. Возможно, и Эдвин Слейтер тоже получил такое же?

– Да, – подтвердил я.

– Тогда мы должны проанализировать возможность того, что Пекин решительно настроен потребовать украденные произведения искусства, – сказал он. – И если это так, мистер Бойд, полагаю, ни один из нас не захочет лишиться удовольствия побороться за них.

– И каким же образом? – проворчал я.

– Я предлагаю объединить наши силы, – тихо сказал Рэнц. – По крайней мере до начала аукционной продажи. Давайте объединим силы оппозиции против Пекина. – Он оперся локтями о стол и сложил кисти рук пирамидой, словно кроткий священник, готовый начать еженедельную проповедь. – Пекин, вероятно, хорошо организован и уже предпринял попытку предотвратить наше появление на аукционе. Вероятно, почти одновременно и в Нью-Йорке, и в Вене, где мы находились, когда все это произошло. Потерпев неудачу, они могут в следующий раз перейти к более отчаянным мерам. Следовательно, если мы объединим наши силы, у нас будет больше шансов противостоять им. Вы согласны?

– Теоретически это здорово, – пробормотал я. – А как вы представляете это практически?

– Мы здесь сняли большие апартаменты, – сказал Рэнц, соединяя пальцы обеих рук. – Так что имеется достаточно места, чтобы вы с мисс О’Берн присоединились к нам. – Он коротко улыбнулся Шэрон. – Я не питаю иллюзий насчет того, какого рода коллега ваш мистер Бойд, мисс О’Берн. Но полагаю, что, если Пекин предпримет враждебные действия, они с Полом окажутся труднопреодолимым препятствием.

Шэрон закусила оттопыренную нижнюю губку, затем вопросительно посмотрела на меня:

– Дэнни?

– Неплохая идея, – подтвердил я. – Почему бы нам не обдумать ее и не сообщить наше решение мистеру Рэнцу позднее?

– Отлично! – Шэрон вздохнула с облегчением, словно гора свалилась с ее плеч. – Так и сделаем.

Рэнц вытащил из жилетного кармана визитку, что-то на ней нацарапал и вручил Шэрон:

– Это адрес, мисс О’Берн, и номер телефона. Надеюсь, вы решите объединить с нами силы.

Тут Людвиг Рэнц плавно поднялся на ноги, остальные последовали его примеру.

– Полагаю, вы получите удовольствие от обеда, мистер Бойд. – Восхитительная блондинка просияла очаровательной улыбкой, затем пустилась догонять мужчин, покачивая округлыми ягодицами под обтягивающей черной юбкой.

Стулья быстро унесли, а нам в руки сунули меню. Я закурил сигарету, решил, что нью-йоркская вырезка великолепно подойдет (как минимум восемь унций), затем поднял глаза и увидел, что Шэрон напряженно наблюдает за мной.

– Что вы думаете, Дэнни, по этому поводу?

– Стейк, – сказал я без обиняков, – с чем-нибудь, что у них больше всего напоминает по вкусу жареную картошку.

– Насчет предложения Рэнца, болван вы этакий! – холодно сказала она. – Ужасно. Для меня это словно предложение пожить с ним в одной комнате!

– Возможно. – Я пожал плечами. – Думаю, смогу это сделать сегодня же днем.

– Зачем это вам?

– Просто чтобы посмотреть, сколько народу уже собралось в комнате Рэнца, – невозмутимо сказал я. – Я имею в виду таких ребят, как Баллард.

– И вы считаете, это хорошая идея? – засомневалась Шэрон. – Но предположим, что предложение коллекционера из Европы – ловушка?

– Я ведь еще формально его не принял, – пояснил я. – К тому же я так быстро бегаю при первых признаках опасности, что прежде чем они бросятся за мной, я буду уже в Атлантическом океане!

После ленча Шэрон оставила меня, чтобы поваляться на кровати с хорошей книжкой в руке. Я счел это чертовски глупой тратой времени.

Один из герцогов в маскарадном костюме и цилиндре остановил для меня такси, и я дал водителю адрес, который записал Рэнц для Шэрон. Туман немного поднялся, не слишком, но достаточно, чтобы рассмотреть противоположную сторону улицы. Это было одно из тех лондонских такси, где шофер сидит почти на улице, а пассажир – спиной к нему, замурованный за стеклом.

Адрес оказался в местечке, называемом Бейсуотер, и такси пробиралось через Гайд-парк, словно бладхаунд, потерявший нюх. Затем заколесил по путаным улицам, пока наконец не подкатил к фасаду серого четырехэтажного жилого дома в центре узкой улочки. Я выбрался из застекленной ловушки и заплатил. Затем понаблюдал, как такси отползло и скрылось в тумане.

Высокая девушка восточного типа, с глубоко засунутыми в карманы кожаного пиджака руками, возникла передо мной из тумана. Она блеснула ослепительной улыбкой, прежде чем туман вновь поглотил ее. Двенадцатилетний подросток на маленьком велосипеде пребольно наехал мне на ногу. Продолжив путь, он пробормотал что-то вроде: «Ну ты, вьетконговец!» – а затем снова набрал скорость, чтобы нанести увечье еще кому-нибудь. Мимо меня прошла парочка молодых людей, они словно наслаждались этим туманом, у парня был вид бывшего приверженца Мао Цзедуна: бородка словно у дикаря и раздувающиеся ноздри. Девушка же была томной блондинкой в белых обтягивающих брючках и мешковатом свитере до колен. Я решил, что это космополитическое сочетание.

Апартаменты Рэнца оказались на четвертом этаже, и я воспользовался старинным лифтом, страдавшим одышкой и двигавшимся резкими толчками, от которых по спине бежали мурашки, затем попал в плохо освещенный коридор. Потребовалась пара минут и четыре звонка в дверь, чтобы она наконец-то чуть приоткрылась.

– Кто там? – произнес в щель опасливый голос.

– Дэнни Бойд, – сказал я.

Дверь отворилась пошире, и в отверстие просунулась взъерошенная соломенная голова. Анна Гейне сонно заморгала на меня, затем ее глаза слегка расширились, и я наконец попал в фокус ее зрения.

Улыбка ее была явно приглашающей.

– Это красавчик американец!

В награду за такое точное описание я повернулся к ней левым профилем, и она приоткрыла дверь еще шире.

– Пожалуйста, входите, – сказала Анна хрипло. – Вы должны меня извинить, я отдыхала.

До меня сразу не дошло то, что она хотела этим сказать. До тех пор, пока я не вошел в прихожую и не оглядел все вокруг. Черное шелковое неглиже с глубоким вырезом, открывавшим впадинку меж ее полных стоячих грудей, в равной степени обнажало ее округлые бедра и длинные стройные ноги. Одного взгляда на все это хватало, чтобы понять: если старый паук Рэнц хочет кого-то заманить в свою квартиру, я бы первым прибежал сломя голову. Анна провела меня в гостиную, обставленную в стиле похоронного бюро. Ее стены были обиты тканью с видами старого Лондона.

Пышнотелая блондинка опустилась на диван и похлопала рукой рядом с собой.

– Пожалуйста, садитесь, мистер Бойд. – Барышня глубоко вздохнула. При этом черный шелк между двумя вершинами распрямился, а потом обмяк. – Мне жаль, но они все ушли, – проговорила она.

– Все? – Я радостно присел рядом с ней.

– Людвиг и Пол, – уточнила она. – Им нужно что-то сделать… какие-то дела… и их не будет, возможно, часов до восьми вечера. Мне было так скучно, что я решила поспать.

– Они, должно быть, спятили! – воскликнул я хрипло. – Хочу сказать, что выходить на улицу в такой туман! Когда можно остаться дома с вами!

– Благодарю вас! – От улыбки у Анны Гейне на щеках появились ямочки, а ее колено на мгновение соприкоснулось с моим. – Вы очень галантны… да?

– Дэнни, – быстро подсказал я. – Зовите меня Дэнни.

– А я – Анна. – На этот раз ее колено, соприкоснувшееся с моим, осталось в этом положении. – Я так рада, что вы решили нанести нам визит, Дэнни. Мне было так скучно! Эта мерзкая погода! Лондон – ужасное место в это время года. Так темно и так сыро… – Неожиданно ее глаза будто остекленели, женщина качнулась ко мне, обвила руками мою шею и прижала к моей груди свои полные твердые груди. – Поцелуй меня, Дэнни! – страстно прошептала она.

Я поцеловал ее. Это было похоже на близкий контакт с огнедышащим вулканом. Губы ее были горячими и влажными, тело извивалось, стараясь еще ближе притиснуться к моему. На мгновение я слегка растерялся: все это было слишком похоже на мои фантазии. И я испугался, что, если продолжу целовать ее, она вдруг исчезнет. Неожиданно осознав, что это чудо происходит в действительности, я взыграл разгоряченной мужской силой: отреагировал как настоящий красавчик американец. Вы не поверите, но буквально в ту же минуту зазвонил проклятый дверной звонок.

Я неохотно отпустил Анну, и она очнулась с недоверчивым выражением в остекленевших глазах.

– Мне послышалось? – умоляюще спросила она охрипшим голосом, но тут дверной звонок затренькал снова.

– Может, Рэнц забыл свой ключ? – мрачно предположил я.

– Людвиг? – Блондинка поднялась на ноги одним судорожным прыжком. – Он не должен видеть меня в таком виде! Он поймет, что я… – Анна в отчаянии огляделась, и я приготовился схватить ее до того, как она выпрыгнет в окно. – Дэнни, – зашептала она прерывающимся голосом, – вы должны открыть дверь. Если это Людвиг, скажите, что вы только что пришли, и я попросила вас подождать, пока переоденусь.

– А если не Рэнц? – спросил я.

– Тогда, – ее глаза снова остекленели при этой мысли, – кто бы там ни был, отделайтесь от него как можно быстрее, майн либе[2]!

Анна быстро выбежала из комнаты, и, когда звонок снова зазвонил, я направился в прихожую. К тому времени, как я там оказался, Анна уже исчезла. Я помедлил, стирая губную помаду с лица, затем открыл дверь.

Там стоял дылда с вежливой улыбочкой на физиономии. Ему было около тридцати. Чисто выбритый парень с красивой гривой блестящих черных волос. Настоящий франт – его пальто из ламы с черным бобровым воротником было неземной красоты. Вежливая улыбка сползла с его лица в ту же секунду, как он увидел меня, и его челюсть отвисла.

– Привет, Дин! – сказал я с искренней радостью. – Успел за последнее время пристрелить еще несколько партнеров?

Глава 5

Похоже, это был подходящий момент, чтобы ударить, пока Дин не закрыл рот, и я так и поступил – дважды с силой ткнул его в солнечное сплетение. Затем, когда он стал валиться в прихожую, отступил в сторону. Тут я рывком захлопнул дверь, приподнял его и вытащил тридцать восьмой из кобуры под мышкой. Потом приволок его в гостиную и бросил на диван.

– Первая дружеская мина, которую я вижу в Лондоне, – твоя, старый приятель! – сообщил я ему. – Я уже начинаю чувствовать себя как дома на прошлой неделе.

Взглянув на лицо Дина, я понял, что в данный момент он полностью освобожден от жизненных иллюзий, а также что желудок его все еще болит.

– Ну? – Я наклонился вперед и приставил дуло тридцать восьмого к тому самому месту, откуда шла боль. – Что привело тебя в Лондон к Людвигу Рэнцу, старый дружище?

Дин сделал грубое замечание по поводу моего любопытства и сообщил, что мне надо с ним делать. Но я проигнорировал его советы, потому что они были до смешного парадоксальны, как с точки зрения состояния его мозгов, так и с точки зрения физиологии. Я еще раз ткнул его в то же самое место, только на этот раз чуть сильнее. Дин охнул и уселся попрямее. Тень страха примешалась к злобной ненависти, сквозившей в его расширенных глазах.

– Ты ведь знаешь меня, старый приятель? – весело осведомился я. – Я и так хотел размазать тебя по стенке, а теперь у меня есть на то хорошая причина. А это облегчает мою задачу!

– Черт тебя побери, что ты тут делаешь, Бойд? – пробормотал он.

– Никогда не отвечай вопросом на вопрос. Это невежливо! – Я подправил манеры Дина еще одним тычком, который заставил его почти взобраться на спинку дивана. – У меня и вправду кончается терпение, Дин.

– Ладно! – сказал он. – Это все мисс Смит. Она условилась о другой встрече через нашего посредника на следующий же день после того, как мы побывали в вашей квартире. Мы с Лонни…

– А как себя чувствует Лонни? – поинтересовался я.

– Он в порядке. Пуля попала в мышцу, и, как только ее извлекли, причины для беспокойства исчезли. Ему просто будет больно двигать плечом пару недель, вот и все.

– Итак, вы с Лонни снова встретились с мисс Смит? – Я вернул его к теме нашего разговора.

– Она сказала, что предполагала такой исход. – Дин поморщился. – Эта мадам – сама сердечность! Сказала, что собирается в Лондон и может воспользоваться нашими услугами здесь, затем вытащила еще две тысячи долларов из своего кошелька и бросила их на стол! – Дин пожал плечами, потом, слишком поздно осознав свою ошибку, моргнул от боли. – Значит, нам нечего было терять.

– Зачем вы понадобились ей здесь? – строго спросил я.

– Мисс Смит не сообщила. Велела нам поселиться в отеле – дала адрес – и сказала, что свяжется с нами, когда мы ей потребуемся. Мы приехали сюда прошлой ночью. Она позвонила в отель час назад. Велела Лонни встретиться с ней в баре в одном месте, а мне – идти сюда.

– Для чего? – поинтересовался я.

– Увидеться с этим парнем, Рэнцом. – Дин вытер рукой рот. – Она сказала, что с ним какой-то громила – парень по имени Баллард. Но они, мол, не ждут меня, поэтому я запросто справлюсь с ними обоими. Велела покалечить громилу и постараться сделать это так, чтобы Рэнц хорошенько рассмотрел, как я буду этим заниматься. Затем велела сообщить ему, что у него всего двадцать четыре часа, чтобы убраться из Англии, в противном случае он окажется на месте своего охранника. А в следующий раз достанется и его девчонке.

– А что дальше? – спросил я.

– Затем мисс Смит сказала, что я должен вернуться в отель и ждать там, пока она снова не свяжется со мной.

– Что это за отель?

– Эта помойка – они называют ее частный пансион – находится в районе под названием Ланкастер-Гейт, – процедил сквозь зубы Дин. – Полагаю, в этом есть одно преимущество: там никто не сует нос в чужие дела!

– О’кей, – оживившись, сказал я, – давай с тобой вернемся туда и подождем весточки от мисс Смит.

– Что?! – Его глаза на мгновение вылезли из орбит. – Ты не можешь…

– Не могу… что? – Я предупредительно помахал пушкой тридцать восьмого калибра, и Дин сник.

Я велел ему встать, и мы уже были на полдороге к прихожей, когда снова появилась Анна. Ее лицо излучало безыскусную невинность. Она была одета в сильно обтягивающие белые хлопковые брючки до щиколотки и темно-бордовый свитер с бусинками, которые блестели, как мои глаза, когда я на нее смотрел.

– Дэнни? – Анна замолчала и, ничего не понимая, уставилась на Дина. – Кто это?

– Представитель оппозиции. – Я коротко описал задание Дина и объяснил, что он выбрал плохое время для визита к Рэнцу. Сказал, что теперь мы собираемся вернуться в его отель, чтобы дождаться таинственной мисс Смит.

– Но Дэнни… – ее губы разочарованно опустились, – я надеялась… а это не опасно?

Я пушкой подтолкнул Дина в спину, чтобы он шел в коридор.

– Только не с моим старым приятелем, – доверительно сказал я. – Что-то могло бы случиться, если бы он и его напарник были более компетентными. Но отнюдь…

– Когда вы вернетесь? – спросила Анна с болью в голосе.

– Как только смогу, сладкая моя, – пообещал я. – Я позвоню тебе, ладно?

– Хорошо, Дэнни. – Ее глаза заблестели в предвкушении всяческих восторгов. – Не откладывай слишком надолго, хорошо?

– Ты шутишь? – спросил я. – Я вернусь, если даже потребуется помощь святого Бернара, чтобы отыскать путь!