Помоги проекту - поделись книгой:
• Начните с азов: внешность как бренд.
• Узнайте, какие опасности подстерегают вас на пути ребрендинга.
Планируя ребрендинг, следует задать себе главный вопрос: какие из имеющихся у вас умений и навыков можно использовать в новой профессии? Именно такой вопрос встал перед Крэйгом Пенной, когда сократили должность его мечты. Фанат поездов, Крэйг еще в начале 1990-х с головой ушел в Rail Trail — движение по преобразованию старых железнодорожных путей в велосипедные маршруты; он даже написал об этом четыре книги. Когда ему предложили официальную работу по продвижению Rail Trail, он подумал, что попал в сказку: «Ущипните меня! Уж не сон ли это?»
«Мне не просто надо было ходить по кабинетам чиновников. Я еще общался с местными жителями, рассказывал, как продвигать эти проекты. Как бороться с их противниками. Сколько мест я повидал, проезжая по полторы тысячи километров в неделю! Мне ничего не стоило прыгнуть в машину и помчаться на вечернюю встречу с активистами за 250 километров от дома». Но организация, на которую работал Крэйг, объявила о закрытии филиала, и ему пришлось спешно разрабатывать новый план своего будущего. Куда податься, если ваши уникальные навыки представляют собой глубокое знание процессов превращения старых рельсов в велодорожки?
Крэйг понял, что его особые умения могут пригодиться в нескольких областях. Реализуя свою мечту, он с женой купил маленькую гостиницу в Массачусетсе, буквально в шаге от дороги, подобной Rail Trail. Собирая единомышленников под вывеской Sugar Maple Trailside Inn, он сдавал в аренду велосипеды и демонстрировал «одну из крупнейших в штате коллекций железнодорожных карт, документов и книг по истории железной дороги на северо-востоке страны».
По мере роста числа посетителей Крэйг заметил некую общую тенденцию. «Многие посетители отеля всерьез рассматривали возможность перебраться в наши края, — рассказывает он. — Они останавливались у нас, а потом нанимали агента по недвижимости, чтобы купить дом. Я подумал, не стать ли мне таким агентом? Ведь в этом случае я охвачу еще одну маркетинговую нишу: наши постояльцы будут и клиентами по покупке недвижимости».
Чутье его не подвело. С лицензией риелтора в кармане Крэйг получил доступ к базе данных местной компании по продаже недвижимости. «Пять или шесть сделок в год я заключаю с постояльцами своей гостиницы, и благодаря этому работаю в спокойном темпе в отличие от своих вечно бегающих коллег». «Готовенькие» клиенты позволили ему высвободить время для пропаганды Rail Trail, поскольку эта тема по-прежнему увлекает его. «Сегодня для движения Rail Trail мне удается сделать больше, чем когда я служил в специализирующейся на этом некоммерческой организации», — отмечает он.
Изначально Крэйг сконцентрировал свою риелторскую практику на продаже домов возле бывшей железной дороги, чтобы прививать людям любовь к велосипедам. Для него важно было распространять интерес к любимому делу, поскольку среди жителей железнодорожных окрестностей до сих пор бытует предубеждение против прокладывания велотрасс. Они считают их криминогенным фактором. «Некоторые противники движения уверяли меня, что продать дома возле Rail Trail будет невозможно, и, чтобы утереть им нос, я стал риелтором со специализацией в этой местности», — смеется он.
В 2010 году Крэйг открыл в Нортгемптоне собственный офис недвижимости по франшизе колорадской компании Pedal to Properties[28], обслуживающей энтузиастов велоспорта. «Мы приезжаем к дому на велосипедах, осматриваем его, проверяем, безопасно ли детям ездить в школу на легком виде транспорта, разведываем окрестности», — рассказывает он. Велосипеды и Rail Trail — важнейшие составляющие его бренда: по просьбе Крэйга городские власти убрали парковочные места перед его офисом, и он установил на их месте четырнадцать рам для парковки велосипедов. Он сдает велотранспорт в аренду клиентам и посетителям местных гостиниц и устраивает еженедельные велоэкскурсии по местным «железновелодорожкам». «На моем надгробии не напишут, что я продавал дома, — шутит Крэйг. — Скорее, я Джонни Яблочное Зернышко[29] движения Rail Trail».
Крэйг использовал свои обширные познания в области Rail Trail в новой карьере хозяина гостиницы и риелтора. Лиза Граник переживала, что ради новой профессии ей придется забросить все, чего она достигла в академической юриспруденции. Она прошла традиционный путь преподавателя юридического факультета: по гранту Fulbright провела исследование в странах бывшего СССР, защитила докторскую диссертацию в Йельском университете и написала большую сравнительную работу по рассмотрению дел о домогательствах в судах России и США. Но чем ближе Лиза была к своей цели, тем тревожнее становились знамения. «Несколько моих друзей работали учеными в области юриспруденции, и все они были откровенно несчастны, — вспоминает она. — Я со страхом думала: неужели таково и мое будущее?»
Лиза стала все больше времени посвящать своему хобби — вину — и записалась на курсы сомелье. Вскоре она с удивлением обнаружила, что ее юридическая подготовка идеально подходит для новой карьеры в винной индустрии. Во-первых, как большинство научных сотрудников, она умела ясно выражать свои мысли и собирать информацию. Свободно владея русским, испанским, французским языками и немного итальянским, она могла напрямую общаться с виноделами — простыми фермерами, не знающими английского. Во-вторых, оказалось, что юридическое образование обострило ее способность оценивать вкус вина. «Анализ вина — это дедуктивный метод, — поясняет Лиза, — а навыкам дедукции уделяют особое внимание при обучении юристов. У меня проявилась способность разлагать вкус вина на составляющие с помощью дедукции».
В-третьих, подготовка к ведению споров помогала ей в беседах на винные темы. «Многие люди не обладают очень полезным навыком — умением объяснить сложную проблему дилетанту». Наконец, что довольно забавно, Лиза уже знала, как пишут диссертации. Оказывается, чтобы стать магистром виноделия (и попасть на отраслевые вершины), нужно много лет учиться, сдавать экзамены и написать диссертацию о вине. В этом ей и пригодились отточенные исследовательские навыки. Сегодня Лиза работает координатором по диссертациям в Американском институте вина и виноделия.
На первый взгляд, у юриспруденции и виноделия мало общего. Однако история Лизы показывает, что в профессии зачастую нужны вовсе не те навыки, которые кажутся очевидными непосвященным. Вполне вероятно, что и ваши умения можно применять в других сферах.
Поразмышлять над тем, какими навыками или способностями, редко используемыми в выбранном поле деятельности, вы обладаете, весьма полезно. Сьюзен Лидс получила МВА в школе бизнеса Уортона и более пятнадцати лет проработала в сфере банковских инвестиций: программы кредитования, ценные бумаги с фиксированной процентной ставкой, муниципальные облигации — всем этим она была сыта по горло. После нескольких лет, которые Сьюзен посвятила воспитанию детей, она занялась поиском новых направлений профессионального развития. «Мне не хотелось возвращаться к прежнему занятию, — говорит она. — Если уж выходить на работу и обделять вниманием детей, нужно делать что-то важное, что мотивирует и приносит удовлетворение».
Став матерью, Сьюзен заинтересовалась вопросами экологии: «Я начала задумываться о происходящем вокруг, о том, в каком мире предстоит расти нашим детям». Просматривая сайт экологической правозащитной организации, она наткнулась на список вакансий: требовался специалист по банковским инвестициям. Вскоре Сьюзен вышла на работу и поступила в двухгодичную аспирантуру по специальности «Политика».
Происходящее сразу стало для нее культурным шоком. Она никогда не работала в некоммерческом секторе и не проводила политические исследования, а ее доходы резко уменьшились. «Я чувствовала себя там как рыба, вытащенная из воды, — вспоминает она. — В компании было четыреста сотрудников, и только двое со степенью МВА: один в бухгалтерии, вторым была я». Сьюзен не всегда принимали хорошо. «Ко мне относились с подозрением, как к любому перебежчику из мира бизнеса в мир экологических правозащитников. Многие экологи-активисты видят врагов в таких людях, как я. И словно я говорила на другом языке, меня не понимали, к моему мнению не прислушивались».
Намереваясь с успехом окончить аспирантуру, Сьюзен всерьез взялась за учебу. «Я изо всех сил старалась сосредоточиться на хорошем: новое место позволяло мне познакомиться и наладить контакты с огромным количеством людей, занимавших весьма высокие посты; едва ли я когда-нибудь познакомилась бы с ними. Радовала также значимость моей работы».
Вращаясь среди юристов, правозащитников и исследователей, Сьюзен открыла в себе особые умения. «Им нужен был человек, который мог говорить с представителями Уолл-стрит на их языке; а я это умела». Она также обнаружила важные связи со своей прежней работой. «Одной из наших разработок было повышение энергоэффективности зданий, — рассказывает она. — Этот процесс похож на инвестицию: сначала ты инвестируешь в здания, а потом обращаешься с ними как с финансовыми активами. Б
У Сьюзен сложилась репутация новатора. Еще до окончания аспирантуры она выступала на крупных конференциях, и многие компании к ней прислушивались. Сегодня она руководит частно-государственной компанией, занимающейся инвестициями в энергосбережение. «Для меня это огромный опыт. Я многое знала о финансовых рынках, а сейчас приобретаю знания о государственном управлении, политике, энергетике, коммунальном секторе, технических нормах и даже о рынке недвижимости, — отмечает она. — Люди прислушиваются ко мне и считают лидером отрасли. На Уолл-стрит я бы не достигла такого успеха и за миллион лет».
Финансовые навыки Сьюзен, пусть и блестящие, не были исключительными на Уолл-стрит. Но в мире правозащитников она стала ценным специалистом, поскольку мало кто из экологов обладал ее познаниями. Ее умения — тот самый ценный актив, который помог ей выделиться и быстро расти. Подобным образом позиционировал себя на всех новых рабочих местах Джейсон Шэйплин. Большинство людей судят о вас по длительности пребывания на каждом месте работы. Но Джейсон знал: по этому критерию он никогда не войдет в число победителей.
Главной задачей для него стало превратить свое пестрое резюме в преимущество — он успел поработать журналистом, консультантом, специалистом по переговорам, спичрайтером в президентской кампании, директором азиатской телекоммуникационной корпорации и руководителем некоммерческой организации. В планы Джейсона входило одновременно развеять сомнения окружающих насчет своей компетентности и заинтриговать их свежим взглядом на профессию.
«Я работал в таком количестве мест, что могу говорить на профессиональном языке почти любой отрасли, — рассказывает он. — Мне легко общаться со специалистом по хеджевым фондам, а потом в офисе губернатора рассуждать о перипетиях законодательной власти. При знакомстве с новыми людьми я зачастую сразу перехожу на их профессиональный жаргон. Это привлекает внимание:
Джейсон усердно работал, чтобы изучить нюансы каждой из своих специальностей. «Это было полное погружение, — говорит он. — Я много времени проводил в библиотеке». Но он также не отказывался от роли «чужака», потому что она обеспечивала ему свободу выступления с новыми идеями и подходами. «Я стараюсь абстрагироваться от мелочей, чтобы видеть перспективу, — объясняет он. — Нужно знать, что и как работает, но при этом сохранять свежесть мышления. Получается так, будто вы стараетесь не стать экспертом в избранной области. Нужно задержаться где-то посредине, на полпути межу суперпрофи и новичком. Нужно знать достаточно много, чтобы приносить пользу и оказывать влияние, но все равно смотреть на вещи со стороны».
Джейсон использует свой метод и сегодня, работая главным директором агентства по работе с беспризорниками. Хотя он занят в этой области уже около десяти лет — достаточно долго для приобретения богатейшего опыта, — он все равно пытается сохранять свежесть восприятия, выискивая инновации в других сферах. «Мы разработали фантастическую новую модель помощи беспризорным детям, — рассказывает он, — потому что, наблюдая за тем, чем занимаются образовательные программы для малышей, центры помощи и кризисные центры для детей, я видел все их недостатки».
Помимо знаний, умений и уникального опыта вы отличаетесь от остальных неповторимостью своей личности. Иногда вы единственный, кто идеально подходит для какой-то конкретной профессии. Так случилось с Наифом Аль-Мутавой, кувейтцем по происхождению, который мечтал стать писателем. Когда Наифу было немногим больше двадцати, его сильно задел новостной сюжет о человеке, уволенном из химчистки за религиозные взгляды. Тогда он написал иллюстрированную книгу о важности разнообразия, которая получила премию ЮНЕСКО как лучшая детская книга о толерантности. Издательство заключило с ним контракт на две другие книги, но Наиф еще не считал писательство своим основным занятием. «Родители сказали, что для хобби — это просто великолепно, но для работы не годится», — вспоминает он.
К 2003 году, получив несколько степеней по психологии (предмету, наиболее близкому к литературе, потому что в ней тоже необходимо знание человеческой природы), Наиф считал, что его писательский опыт остался в прошлом. Но однажды, когда он ехал с сестрой в такси, она стала убеждать его написать еще одну детскую книжку. Поскольку Наиф успел получить МВА в Колумбийском университете, он автоматически просчитал в уме затраты и прибыль. «Я ответил, что для этого нужно придумать героев, которые могли бы сравниться по популярности с покемонами, иначе писать книгу нет смысла, — вспоминает он. — Таким образом я пытался сказать “отвяжись”». Но идея прочно засела у него в голове. Наиф выяснил, что покемоны — вирусный детский феномен — были запрещены в некоторых арабских странах. А что, если после трагедии 11 сентября 2001 года написать универсальную детскую историю с учетом принципов ислама?
Задумка превратилась в «99» — историю о группе супергероев с Ближнего Востока с характерными мусульманскими чертами, которые пропагандируют «мудрость, щедрость и основные человеческие ценности, важные для любого человека». С какой целью? «Мы сражаемся за сердца и умы будущего поколения, которое иногда учат использовать религию для разжигания ненависти». Книга «99» задумывалась как серия комиксов и действительно приобрела сравнимую с покемонами известность. Ее сюжет был положен в основу телешоу, которое показывают во всем мире, и тематического парка развлечений. Президент Обама даже назвал «99» символом толерантности. «Я с самого начала старался сделать книгу понятной для аудитории из разных стран, поскольку знал, что при благоприятном стечении обстоятельств она может стать международной», — рассказывает Наиф.
Не каждый психолог, даже со степенью МВА, сумеет написать всемирный хит об исламских супергероях. Но опыт жизни в Америке и арабское происхождение вдохновили Наифа. Используя налаженные в школе бизнеса связи, он собрал необходимые для реализации проекта суммы, а психологическое образование помогло сделать сюжетные линии убедительными. «Мои персонажи участвуют в конфликтах и решают личные проблемы. Все эти теории я усвоил из организационной психологии», — рассказывает он.
История Наифа и его международное признание показывают, что в новой профессиональной ипостаси нужно использовать все приобретенные знания и умения, а также личные качества. Он представляет собой прекрасный пример подхода к новому делу с позиции собственного уникального опыта и мировоззрения. После 11 сентября мир буквально взывал к тому, чтобы появился пропагандирующий социальную справедливость араб-психолог со степенью МВА и придумал мусульманских супергероев. Вам тоже следует опираться на собственные уникальные черты, даже если нет попутного ветра истории, как произошло с телерепортером Хэнк Райан, которую на написание книги вдохновил собственный стажер[30].
Райан, с детства любившая героев Агаты Кристи и Артура Конан Дойла, мечтала писать детективы. Чтобы набраться храбрости и воплотить мечту в жизнь, ей потребовалось двадцать лет проработать телерепортером. Первый же ее роман[31] стал бестселлером и получил престижную премию «Агата» — не в последнюю очередь благодаря симпатичной героине Шарлотте Макнелли, телерепортеру средних лет, озабоченной необходимостью удерживать позиции в «сфере вечной молодости».
«Мои книги такие фактурные, психологические и честные только потому, что я написала их именно сейчас, — говорит Хэнк, которой немного за шестьдесят. — Двадцать лет назад я была другим человеком. Мне даже в голову не приходила идея написать роман, и мои взгляды на жизнь были совершенно иными. Я рассказываю о женщине в середине жизни — тележурналистке, которая понимает, что камера больше не любит ее. Двадцать лет назад такая ситуация пугала меня. Сегодня я принимаю ее совершенно спокойно».
Кто-то скажет, что свой бренд разумно основывать на умениях, опыте или качествах характера. Ведь вы много работали над ними (как Сьюзен, годами оттачивавшая финансовые навыки) или вложили в них свои наиважнейшие ценности (как Наиф, убежденный сторонник толерантного ислама). Но что, если в глазах других людей ваш бренд формируется под влиянием прежде всего внешних факторов, которые вы не в силах контролировать? Что, если, каковы бы ни были ваши таланты, другие судят о вас поверхностно? Тогда остается только понять, каким видят вас окружающие, и взять этот образ под контроль.
Я часто слышу жалобы руководителей на то, что к ним относятся негативно из-за их внешности. Разумеется, легче стать своим парнем, если соответствуешь стереотипу: элитнообразованный светлокожий финансист, умеренно чудаковатый гений ИТ, сексуальная блондинка из отдела продаж. Но я вижу и изнанку ситуации: такому человеку крайне трудно выделиться. Чем вы отличаетесь от других образованных светлокожих финансистов? Придется много работать, чтобы проявить себя.
Итак, если вы уже освоили профессию, ваши отличия от других очевидны и привлекают внимание, пора строить мощный бренд. Ваши предполагаемые слабости могут стать преимуществами. Так случилось с моим бывшим руководителем Робертом Райхом.
Я занимала должность его пресс-секретаря, когда он баллотировался в губернаторы Массачусетса. С самого начала избиратели и СМИ были очарованы им. Он уже был знаменитостью национального масштаба благодаря тому, что работал министром труда в администрации президента Клинтона, а затем написал об этом откровенные мемуары. Публика стремилась попасть на встречи с ним, чтобы посмотреть на него вживую. Но Райх прекрасно знал, что когда он входит в комнату, люди замирают в недоумении. Все были наслышаны о том, что он маленького роста. Даже свои мемуары он в шутку озаглавил Locked in the Cabinet[32]. Но он не был просто среднестатистическим низкорослым мужчиной — он был очень маленького роста. Всего 146 см, если уж говорить точно. А если вы стремитесь получить голоса на выборах, то не станете шокировать или смущать избирателей, поскольку ваш необычный внешний вид заинтересует их гораздо больше, чем проблемы безработицы, здравоохранения или экологии.
Боб со свойственным ему юмором поднимал тему своего роста первым. Он шутил на свой счет, чтобы аудитория посмеялась вместе с ним, а не над ним. (Во время кампании он даже выпустил книгу очерков «Буду краток».) Тем самым он зарекомендовал себя как иной тип политика, не относящегося к себе слишком серьезно. Свою физическую особенность, которая могла ему помешать — ведь, согласно поговорке, «всегда выигрывает самый высокий кандидат», — он превратил в уникальное и запоминающееся преимущество. Избиратели рассуждали так: «Мне он нравится», «Он реально умный мужик». Райх не стал губернатором, но и другие, более высокие кандидаты в тот раз не добились успеха, проиграв сопернику, своей непохожестью затмившему их всех, — женщине.
Совершенно лысый гуру маркетинга Сет Годин сделал эту свою отличительную черту частью бренда. На обложках двух книг писателя помещена фотография верхней части его головы: от глаз и выше, а на сайте сказано, что для перехода на блог Сета нужно кликнуть мышкой по его лысине[33]. Так что если кто-то обращает внимание на ваши физические особенности, контроль над их обсуждением можно взять в свои руки.
Попробуйте!
• Составьте список своих особенностей, упоминание о которых неизменно удивляет гостей на вечеринках, когда вы рассказываете о себе (вы служили в Корпусе мира, говорите по-фински, были профессиональным саксофонистом).
• Теперь запишите свои профессиональные навыки — те, что можно «скормить» рекрутерам (вы эффективно ведете переговоры, имеете колоссальный менеджерский опыт, пишете коды быстрее всех). Приведите по крайней мере по два примера, подтверждающие владение каждым навыком, — эти истории оживят описание).
• Смешайте оба списка. Подумайте о своих целях. Что из перечисленного лучше всего подходит для их достижения? Какие комбинации наиболее интересны, необычны, запоминаются? (Люди вряд ли забудут говорящего по-фински и играющего на саксофоне программиста.)
Иногда возникает искушение исправить то, что другие воспринимают как физический недостаток. Подумайте дважды, прежде чем решиться на подобный шаг. Может выясниться, что именно благодаря этой особенности вас запоминали и любили. Не повторяйте ошибку Дженнифер Грей — знаменитой в 1980-х годах актрисы, сыгравшей застенчивую девушку по прозвищу Бэби, влюбленную в танцора, героя Патрика Суэйзи в фильме «Грязные танцы».
Среди голливудских див Грей выделялась своим носом, который не соответствовал канонам красоты. Сначала ее внешность вредила актерской карьере. «У меня была слишком еврейская внешность для фильма “Танец-вспышка”, — рассказывала она New York Times в 1987 году. — А на пробы в “Бесконечной любви” Дзеффирелли меня даже не пустили. Его ассистент сказала: “Извините, мы ищем красивую актрису”»[34]. Но все изменилось после фильма «Грязные танцы», неожиданно ставшего хитом. «Меня начали узнавать на улицах, просить автограф, — рассказывает Дженнифер. — Я не выглядела как кинозвезда. У меня был еврейский нос, и людям это нравилось»[35].
Однако актриса решила исправить свою внешность. В 1990-х годах она сделала ринопластику, которая изменила ее лицо почти до неузнаваемости. Она стала красивой, да, но была совсем непохожа на прежнюю Дженнифер Грей. Эта неудачная идея (ведь лицо актрисы — ее бренд) стала поводом для дежурных шуток в Голливуде; там даже начали снимать сериал It’s like, you know… («Это как, ну, ты знаешь…»), в котором Грей фактически сыграла саму себя. И лишь в 2010 году, более чем через двадцать лет после ошеломительного успеха «Грязных танцев», все попытки актрисы напомнить о себе наконец увенчались успехом. Она победила в финале шоу «Танцы со звездами», что помогло зрителям принять новую Дженнифер Грей. Но в интервью газетам она по-прежнему утверждает, что изменение формы носа было ее самой большой ошибкой[36].
На рынке, где все соревнуются друг с другом, никому не интересно, чем вы похожи на конкурентов. Именно отличительные особенности обеспечат успех вашему бренду. Примите свои отличия — и вы сможете превратить их в преимущества.
• Подойдите творчески к анализу своих умений. Звание профессора юриспруденции не означает лишь знание законов, ведь вы также умеете говорить с разными людьми, владеете дедуктивным методом анализа и прекрасно ведете устные дебаты. Как поставить свои навыки на службу новым профессиональным целям?
• Условия брендирования иногда меняются: умения, пять лет назад считавшиеся уникальными (я знаю, как вести блог!), перестают быть таковыми. Какие особые навыки востребованы на современном рынке труда?
• Спросите себя: что такое есть у меня, чего нет у остальных? Оберните возражения оппонентов против них самих. Если вам говорят, что вы не справитесь с работой в некоммерческой организации, поскольку раньше работали только на Уолл-стрит, значит, именно здесь и ищите фактор будущего успеха: у вас есть то, чего нет у других.
• Подумайте о своей индивидуальности. Есть ли вещи, которые можете сделать только вы благодаря уникальной комбинации опыта и умений?
• Если вы очень отличаетесь от тех, кто работает в избранной вами отрасли (например, вы женщина в мире венчурного бизнеса), то вам будет сложнее в нее попасть. Зато, когда вы там окажетесь, вас будет проще запомнить, а это прямой путь к успеху.
• Если ваша необычная внешность бросается в глаза, не стесняйтесь признать свою исключительность и не спешите от нее избавиться. Она запросто может стать изюминкой вашего бренда.
Глава 8. Расскажите свою историю
Итак, вы определили, какие присущие лишь вам умения, таланты и особенности выделяют вас из толпы конкурентов. Теперь пришло время рассказать об этом. Люди воспринимают окружающий мир через истории, в которых сами себе рассказывают, что и почему происходит вокруг. А натыкаясь на бессмысленную или обрывочную информацию, раздражаются или заходят в тупик. Как писал Малкольм Гладуэлл в «Переломном моменте»[37], если дети не понимают происходящего на экране телевизора, они, скорее всего, отвернутся и перестанут смотреть. Хорошо это или плохо, но взрослые ведут себя точно так же.
Для ребрендинга вам понадобится интригующая история, в которой вы поясните происходящие перемены, от малых (я был рядовым инженером, а сейчас хочу руководить) до глобальных (я владела студией йоги, а теперь собираюсь работать на Уолл-стрит). Я намеренно использовала слово «интригующая»: ваш выбор правильный, что бы ни думали о нем окружающие. Ребрендинг не принесет пользы, если другие люди о нем не узнают или проигнорируют его.
Следовательно, необходимо сочинить историю, которую люди поймут и оценят. Никто не одобряет убийство, но понять, почему человек убил убийцу своей жены (сюжет многих фильмов), способен каждый. Конечно, решение бросить стабильную работу с гарантированной достойной пенсией окружающие вряд ли сочтут мудрым, но хотя бы отнесутся к нему с уважением, если вы сделали это ради осуществления своей мечты. Возможно, вас осудят, если вы устроитесь работать консультантом, тогда как раньше были поэтом; но ваша история может и должна убедить всех, что ваше решение — верное. Как это сделать? Из этой главы вы узнаете:
• как показать четкую связь между своим прошлым и настоящим;
• найти темы, объединяющие ваш профессиональный опыт в единое целое;
• объяснить траекторию перемен с точки зрения ценностей, которые вы несете окружающим.
Вы также поймете:
• что не стоит пытаться стать тем, кем на самом деле не являетесь;
• нужно верить в себя;
• необходимо соответствовать новому бренду.
Когда Тоби Джонсон окончила военную академию Вест-Пойнт, ее первая работа была далека от типичного для новичков перекладывания бумажек: она стала пилотом вертолета, единственной женщиной в группе из тридцати летчиков. За семь лет службы в армии, в том числе во время вылетов в Ирак, у нее сложилась прекрасная репутация. Руководители давали ей прекрасные рекомендации — ее даже снимали в армейской рекламной кампании. Но когда Тоби решила уйти из армии и поступила в школу бизнеса, выяснилось, что у нее, в отличие от сокурсников, есть один большой недостаток: они уже получили опыт работы в корпорациях, а она — нет. «Единственной крупной организацией, на которую я работала, была армия США», — говорит Тоби.
Как же соревноваться за рабочие места с одаренными сверстниками, которые могут подробно рассказать о своем прошлом в корпоративном мире? Управление вертолетом все-таки не связано непосредственно с успехами в бизнесе. Тоби знала, что ее опыт можно использовать в новой сфере, нужно только объяснить потенциальному работодателю, каким образом. Нужно было написать запоминающуюся историю, которая представила бы ее в наиболее выгодном свете. «Я использовала свой военный опыт как преимущество», — рассказывает она.
Тоби составила понятную скептически настроенным «охотникам за головами» историю, сделав упор на приобретенные в армии управленческие навыки (в возрасте 24 лет она отвечала за восемь вертолетов «Апачи» стоимостью восемь миллионов долларов и команду из тридцати обслуживающих их специалистов) и способность к быстрому обучению, которую ей дал ранний опыт руководства. Многие из ее сверстников, впервые пробующих себя в роли менеджеров, еще не выработали свой стиль управления, что означает риск дорогостоящих ошибок.
Иными словами, Тоби серьезно подошла к созданию своей истории, постаравшись сделать так, чтобы она показалась логичной и ей самой (она развивает свой управленческий опыт и пробует применить его на новой арене), и другим (в противном случае можно было бы усомниться в пользе пилота вертолета для корпоративного мира). Ее стратегия сработала: сегодня она быстрорастущий менеджер в крупной международной компании по производству потребительских товаров.
Как показывает история Тоби, наш опыт часто содержит некие общие, на первый взгляд незаметные, моменты. Совершенно необходимо выделить время на их поиск и выразить в словах, поскольку в мире профессиональных отношений вечными и непреложными ценностями остаются постоянство и надежность. Даже если вы меняете карьеру или «спрыгнули» с корпоративной лестницы, вы получите поддержку, уважение и понимание окружающих, показав им, что идете намеченным путем. Так было с Джоном Дэвидоу, директором общественного радио, который столкнулся со сложной профессиональной задачей.
Обычно при упоминании эксперта по интернету воображение рисует юнца в толстовке с капюшоном. Поэтому когда Джона, ветерана традиционных СМИ с тридцатилетним опытом работы, назначили главой онлайн-трансляций телестанции, кое-кто удивленно вскинул брови. Но Джон с радостью взялся за новое задание, возможно потому, что в его представлении работа с интернетом означала не уход из медийной профессии, а ее продолжение. «Всю свою карьеру я был немножечко нонконформистом», — рассказывает он. Джон начинал в теленовостях на заре спутникового телевидения. «Мы во многом определили формат новостей, — вспоминает он. — В то время “правила движения” еще не устоялись». Тот же принцип он применил и на этот раз. «Все, чем я занимаюсь сейчас: новости онлайн, вовлечение аудитории, сочинение историй, напоминает о времени, когда перед нами открылось множество творческих возможностей». И хотя инструменты отличаются (социальные СМИ вместо спутниковых каналов), интересные новости создаются одинаково. Итак, Джон уже не новичок с парой лет опыта в цифровых СМИ. Судя по его словам, всю профессиональную жизнь он только этим и занимался, то есть рассказывал истории и осваивал новые области. «Я всегда работал эффективнее на должностях с минимальным количеством начальников, — признается он. — Так можно творить и созидать. Это просто новые способы оставаться предприимчивым и актуальным».
Джон выяснил, что завоевать доверие в новой сфере будет проще, если провести параллель с предыдущим опытом. Похожую стратегию под названием «расширение продуктовой линейки» задействовал известный писатель Тим Феррис.
Ферриса всегда занимали вопросы оптимизации. Будучи подростком, он интересовался скорочтением и изучением языков. Как можно делать это быстрее? Лучше? Какие существуют приемы? Когда ему еще не было тридцати, Тим основал компанию по продаже через интернет спортивного питания и пищевых добавок, которая, по его словам, приносила 40 тысяч долларов в месяц, но при этом отнимала все его время и силы. Когда же он, наконец, вырвался из замкнутого круга и отправился в турне по Европе, из-за накопившегося стресса у него «в первое же утро случился нервный срыв». Решив начать новую жизнь, Феррис разработал целую стратегию. Так родился его бестселлер «Как работать по 4 часа в неделю и при этом не торчать в офисе “от звонка до звонка”, жить где угодно и богатеть»[38] — эта ода лайфхакингу[39] во имя славы, богатства и ничегонеделания.
Формально «Как работать по 4 часа в неделю» — это книга о бизнесе. В этой области Феррис получил широкую известность: New York Times даже писала о парадоксальном увлечении элиты Кремниевой долины его рекомендацией резко ограничить использование электронной почты и «сесть на низкоинформационную диету»[40]. В книге даются рекомендации по повышению производительности, которые, без сомнения, могут внести свежую струю в вашу профессиональную жизнь, например: нанять виртуального ассистента из Индии, создать доходный бизнес в интернете, убедить босса разрешить вам работать из дома, заняться тайм-менеджментом и устанавливать цели.
На самом же деле интересы и источники вдохновения Ферриса многообразны. Он агитирует за международные поездки и геоарбитраж, то есть советует зарабатывать деньги в американских долларах, а тратить их в странах, где жить значительно дешевле. Он поощряет читателей не ждать, пока им стукнет 65, чтобы воплотить в жизнь мечты о путешествиях, а устроить себе мини-пенсию и пожить мобильной жизнью с возможностью работать где угодно. Он рекламирует пользу знания иностранных языков (сам Тим говорит на пяти языках и в своем блоге делится техниками ускоренного их изучения), занятий местными видами спорта и погружения в национальную культуру (сам он больше всего любит аргентинское танго и японскую верховую стрельбу из лука). Перед такими заманчивыми картинами сложно устоять. Так чем бы вы занялись, завоевав армию поклонников и укрепив свою репутацию автора книг по бизнесу? (Кстати, журнал Fast Company назвал Ферриса «самым инновационным человеком в бизнесе 2007 года».) Если вы Тим Феррис, то написанием книги о правильном питании и физических упражнениях. Удивлены?
На первый взгляд кажется странным, что Феррис выбрал такую тему для своей новой книги. Ведь он не врач, не диетолог и не знаменитый спортсмен (хотя в своей книге «Как работать 4 часа в неделю» он упоминает о золотой медали, полученной им в 1999 году на китайском чемпионате по кикбоксингу. Свою победу он одержал техническим нокаутом). Книга «Совершенное тело за 4 часа»[41] — весьма удачный ход для писателя, которому не хочется быть загнанным в рамки сложившегося о нем мнения.
«Не ждите от меня книги “Как работать по 3,5 часа в неделю” или “Как работать по 3 часа в неделю”. Мне было бы скучно ее писать, а вам — читать» — эти слова Ферриса опубликованы в блоге модной компании по созданию программного обеспечения 37 Signals, Signal vs Noise[42]. Феррис бросает новый вызов, чтобы не повторяться (он сам советовал читателям избегать застоя в работе).
«Я задумал написать ее [книгу “Совершенное тело за 4 часа”] прежде всего для того, чтобы показать разные стороны моей личности, — утверждает он. — Я не хотел загонять себя в угол, где мне пришлось бы постоянно поддерживать определенный уровень “успешности”. Даже если бы продажи моей новой книги были намного ниже, чем предыдущей, я все равно написал бы ее, потому что это было мне необходимо для сохранения собственного «я». К тому же мне хотелось заставить окружающих взглянуть на мой опыт шире. Люди должны читать эту книгу, чтобы понять, как я решаю свои проблемы, а не просто из-за интересной темы. Я предпочитаю стоять на одной ступени с Малкольмом Гладуэллом и Джорджем Плимптоном, а не прослыть узкопрофильным специалистом».
При расширении своего бренда Феррис использовал три выигрышные стратегии, позволяющие читателям проследить взаимосвязь между двумя столь разными его книгами. Во-первых, он отталкивался от уже узнаваемого бренда «4 часа», благодаря чему читатели провели параллель между его книгами, несмотря на различия. Во-вторых, он поднялся над узкой нишей бизнес-авторов и создал собственную категорию. Дистанция между бизнесом и здоровьем огромна. Но и то, и другое относится к теме построения стиля жизни. Этим термином он обозначает «наилучший образ жизни с наименьшими затратами сил, времени и денег» (благодаря этому Феррису удалось захватить отдельную категорию в поисковых системах интернета, поскольку слова вроде «продуктивность» уже многократно были использованы). И в-третьих, он снова сменил тему. В августе 2011 года Тим подписал широко разрекламированный контракт с новым издательством на третью книгу «Шеф-повар за 4 часа». Если идти к кулинарной книге напрямую от учебника по бизнесу, то смена темы покажется радикальной. Но после одного подобного маневра Феррис может уверенно утверждать, что лишь продолжает начатое движение.
Последний важнейший элемент истории — объяснить, что ваши перемены не признак нарциссизма. У всех людей есть увлечения и любимые дела. Приятно реализовывать себя, но еще приятнее вовремя выплачивать ипотеку. Как же убедить окружающих отнестись к вам серьезно, уважать ваше решение, помочь вам?
Такая задача стояла перед Либби Вагнер, поэтессой из Сиэттла, когда она решила стать консультантом по менеджменту. Имея бессрочный контракт на работу профессором в муниципальном колледже (где она преподавала поэзию, феминологию и литературное творчество), она в буквальном смысле могла работать там сколько угодно. Но когда ее сестра умерла от рака груди, Либби осознала необходимость перемен.
В колледже она подготовила программу по обучению преподавателей. Либби заметили в управлении исправительных учреждений штата и пригласили контролировать обучение и подготовку сотрудников управления. «Все были поражены. Как можно бросить работу с бессрочным контрактом и продать свой дом?!» Вскоре Либби и сама усомнилась в правильности такого решения, поскольку уже через несколько месяцев поняла, что новая работа ей не подходит. «В науке я преуспела потому, что в ней царит автономия. Никто не ставил мне жестких рамок, и я могла сама составлять свое расписание, — вспоминает она. — Но от предпринимательства я была очень далека. В кампусе студенты МВА и поэты существуют в разных мирах. Мы считаем, что у нас нет ничего общего».
Однако на новой работе она попала в мир МВА. Когда босс предупредил Либби, что ее должность оказалась под угрозой из-за урезания финансирования, она решила пользоваться любой возможностью профессионального развития, пока еще работала. «Я пообещала себе выучить все возможное об этом мире, куда попала; здесь все так отличалось от мира колледжа». Либби вступила в профессиональные группы и вызубрила должностные инструкции. «Мои первые шаги в менеджменте походили на пребывание в учебном лагере для новобранцев, — рассказывает она. — Я столкнулась со всевозможными трудностями; это напоминало курс молодого бойца».
Поделиться книгой: