Я буду летать

Братства лично она не ощущала. Скорее ее пытались выжить, чем подружиться, но традиция… это свято.

— Пошли, — мотнула головой, уже зная, что пожалеет.

В баре, несмотря на работающую систему вентиляции, было жарко, а в воздухе витало ощутимое напряжение. У стены и барной стойки выстроились в ряд курсанты — вся группа целиком, кроме оставшегося в коридоре нервно кусающего губы Виталия.

Софи оценила построение «смирно», взгляды куда-то в подпространство перед собой, сосредоточенные лица — у кое-кого на лбу блестели капельки пота — и обреченное выражение: капец котенку.

Перед жертвами облавы с предвкушающим видом прохаживался куратор курса — полковник Капывалов. Рядом переминался с ноги на ногу, бросая сочувственные взгляды на парней, старший мастер Антон Вадимович. Двое пятикурсников споро и привычно проводили обыск «малышей».

Софи прикинула диспозицию. До последнего, практически сползшего по стене курсанта с лицом — краше лишь в гроб кладут — оставалось еще три жертвы. Минут пять и Сашку — а у кого еще могли быть фляги? — запалят со спиртным, а с ним и всю группу заодно. На первый раз не отчислят, но откатят в конец рейтинга. Плюс нагрузят отработками, чтобы дорогу в бар забыли.

— Господин полковник, простите, я немного задержалась. Можно встать в строй?

При звуке ее голоса лицо Сашки, которому доверили опасный груз, посветлело, сменив обреченную мертвенную бледность на румянец, в глазах заблестела лихорадочная надежда. Взгляд, правда, остался буравить пространство перед собой.

— Тебя тут не было, — не оборачиваясь, предупредил Сергей Георгиевич, — но если желаешь присоединиться, — пауза давала шанс передумать и не разделять ответственность с парнями, — вставай.

Судя по всему, полковник был уверен — алкоголь они найдут. Так что, если она сейчас присоединится, наказания ей не избежать. Но заветы брата… Вот они сейчас и заставляли ее промаршировать мимо застывших по стойке смирно парней и встать последней в ряд. Аккурат за Сашкой. Расправить плечи — смирно, так смирно — и устремить взгляд перед собой, точнее на портрет какого-то красавчика в синем комбинезоне на противоположной стене бара. Белобрысый здоровяк — ее макушка оказалась вровень с плечом парня — сдвинулся так, чтобы наполовину ее прикрыть.

— Кхм, господин полковник, можно вопрос? — рыжий мгновенно вступил в игру, отвлекая внимание на себя.

«Ему в политики надо, а не в технари, интриган проклятый», — мелькнула едкая мысль, но тут в бедро Софи ткнулась плоская фляжка и она, затаив дыхание, перестала слушать, что там вещает рыжий. Не дыша, чуть развернулась и аккуратно убрала флягу в набедренный карман. При желании в их комбезы можно было целый ящик инструментов поместить, ну почти весь, особенно если разгрузку на пояс прицепить.

Тихонько дернула парня за рукав, мол, вторая где.

Получила вторую.

Заработала подозрительный взгляд пятикурсника — тот был уже совсем рядом и применила свое тайное оружие: улыбнулась широко, светло, радужно. Парень точно удар под дых получил: вскинул брови, застыл на мгновенье с открытым ртом, устремив взгляд куда-то в пустоту. Этого хватило, чтобы вторая фляга заняла свое место.

Все. Теперь она контрабандист в расположении береговой охраны. Главное, следить за лицом, ну и взгляд снова на того… в синем. Красивый чертяка. Небось, звезда какого-нибудь курса.

Пятикурсник отмер, шагнул к ней.

Твою же… Страшно-то как.

— Меня тоже будешь обыскивать? — поинтересовалась Софи невозмутимо у пятикурсника — у самой внутри сердце провалилось в пустоту. Парень замялся нерешительно, покраснел и обернулся вопросительно к полковнику.

Его напарник закончил обыскивать Сашку и тоже повернулся к старшему, показательно развел руками.

— Что? — удивился полковник. — Ничего?

Пятикурсник помотал головой.

— Надо же, — Сергей Георгиевич задумчиво пожевал губу, видимо, прикидывая, где произошел сбой.

— Я же вам сразу сказал: мы ни при чем! Чисты, как стеклышко! — радостно завопил рыжий, и полковник поморщился: говорунов он не любил.

— Ладно, — обвел он парней тяжелым взглядом, от которого воспрявшие было духом, курсанты приуныли, — будем считать это не вам повезло, а мы не доработали. Все. Свободны.

— А эта? — забеспокоился тот самый, сраженный ее улыбкой, пятикурсник, и Софи застыла, покрываясь корочкой ледяного страха. Она внезапно вспомнила, что правый карман, тот самый, из которого выпал ключ, она так и не удосужилась зашить. Фляжка, конечно, потолще ключа будет, но что если тоже выпадет? Прямо под ноги проверяющим? По спине противно потекла капля пота, во рту пересохло, сердце бухало в груди, выдавая ее с потрохами.

Мучительно-долгие секунды по ней скользил взгляд Сергея Георгиевича, потом полковник махнул рукой и скомандовал:

— Отставить, — и стремительно вышел из бара.

С его уходом из Софи словно стрежень вынули. Она выдохнула, облокотилась о стойку бара. В ушах зашумело, ноги обмякли.

— Слушай, — пятикурсник так и мялся напротив, — тебя как зовут?

Софи все еще пребывала в пограничном состоянии: попалась или пронесло, а потому не сразу поняла, что от нее хотят. Бедром она прижималась к стойке, контролируя флягу. Старший мастер остался, и до нее доносились громовые раскаты его голоса: «Ну, черти! Едва под монастырь не подвели! Смотрите у меня!».

Спас рыжий. Обнял парня за плечи и проникновенно так сказал:

— Как ее зовут, не твое дело. Вали давай. Дай людям отдохнуть.

Курсант побагровел лицом, бросил на Макса убийственный взгляд, но что возразить не нашел. Развернулся и вылетел из бара, словно его пнули под зад.

Софи прикрыла глаза, ощущая себя сдувшимся шариком.

Мастер продолжал что-то вещать, заказывая двойной эспрессо. Услышав знакомое: «А вот как-то по пути…», Софи застонала. Антон Вадимович был неплохим человеком, с богатым прошлым и фанатично преданным своему делу. Его единственный недостаток был в том, что он обожал делиться этим прошлым с окружающими.

— Надолго, — подтвердил ее опасения рыжий.

— Черт! — выругалась Софи, ощущая себя диверсантом в тылу врага. В карманах по гранате…

— Да не боись, — Макс понизил голос, придвинулся, нависнув, — сейчас выйдешь в туалет, там камер нет, отдашь мне. Дальше я сам. Все путем.

— Ты дурак! — выдохнула Софи, ощущая, как от злости внутренности разъедает кислотой. Нет, можно было попытаться всучить фляги рыжему прямо сейчас, но «Астронавт» уже наполнился народом. Шумной толпой ввалились навигаторы. Софи взглядом отыскала пару преподавателей. В баре варили лучший кофе на станции, так что народ любил сюда захаживать. Ну и безалкогольное пиво с орешками было только здесь.

В такой толпе кто-то может заметить их маневр… Рискованно.

— Ты мне карман пропорол, идиот! — она пальцами вцепилась в край стойки, стараясь успокоиться.

— Черт! — рыжий мгновенно осознал масштаб проблемы и нервным жестом взъерошил волосы. — Это же две недели назад было! — воскликнул он.

Софи покраснела, потом одернула себя. Какого она чувствует вину?

— Я ждала, что ты раскаешься и сам мне его зашьешь, — прошипела.

Макс посмотрел на нее как на идиотку.

— Ладно, — его взгляд смягчился, — идем вместе. Нога к ноге.

Софи неверяще воззрилась на рыжего. Что?

— Не дрейф, — подмигнул парень. — Все решат, что мы развлекаемся. Правая или левая?

— Правая, — прошептала девушка, вдруг ощутив, что сердце бьется быстро совсем по другой причине.

Его ладонь легла ей на талию, Макс дернул девушку на себя, прижал тесно, заставляя бедром ощутить идущий от него жар.

— А теперь правой, шагом марш, — скомандовал парень.

Более дурацки Софи себя никогда не чувствовала. Под смешки окружающих и вопли рыжего:

— Посторонись! Боевой крейсер выходит на орбиту! — они двинулись в сторону туалетов.

— Ладно, заучка, должен признать, с тобой можно иметь дело, — проговорил рыжий, пряча фляги в карманы. — Возьмусь за твое воспитание, человека сделаю, — пообещал он.

— Лучше из себя его сделай, — досадливо фыркнула Софи, стараясь встать в тень так, чтобы покрасневшее лицо не бросалось в глаза.

— И это… — рыжий вдруг смутился, — держись от других парней подальше. Ты же глупая. Враз обманут.

А от него, значит, подальше держаться не надо, — с насмешкой подумала Софи.

— За собой следи, бригадир, — вернула его же слова, — а то доведешь группу до отчисления.

— Много ты понимаешь?! — вмиг разозлился рыжий.

— Больше твоего, — и она выразительно посмотрела на карманы, где прятались фляжки со спиртным.

— И что ты тут забыла? — вопрос застиг ее около серебристого бока «Стража». Того самого, приглянувшегося ей чем-то еще с первого раза.

Софи выдохнула, прокляла про себя любопытствующего и медленно, понимая, что бежать бесполезно, задрала голову.

Колпак поехал вверх и оттуда на нее глянуло знакомое лицо. Хм. Четверокурсник. Как же его зовут? Кажется, Алексей. Точно, Алексей.

Не худший вариант. Парень вроде неплох и не станет на нее докладывать преподавателям.

— Нельзя? — спросила с вызовом, отступая, чтобы лучше видеть курсанта.

Курсант нахмурился, и Софи прокляла собственную несдержанность. Привыкла на улице с пацанами разговаривать так, словно за ней целая дивизия стоит.

Мысленно дернула себя за уши и опустила голову:

— Прости, я знаю, что нельзя, просто очень хотелось. Всегда мечтала… — она запнулась, прикусывая язык. И почему этот простой в целом парень с короткой стрижкой темных волос и серыми, очень внимательными глазами вызывал у нее желание поделиться сокровенным?

Надо держаться от него подальше, — решила она, делая короткий шаг назад.

Парню ее маневр не понравился. Он прищурился, а потом одним слитым движением выпрыгнул из кабины на приставленную лестницу. Присел на корточки, смотря на нее сверху вниз.

— Это твое? — подкинул в ладони разводной ключ, который не известно когда успел достать из кармана.

Софи напряглась, а Алексей вдруг швырнул ключ точно в нее.

— Дурной? — завопила девушка, перехватив свой же инструмент в паре сантиметров от головы.

— Хорошая реакция для технаря, — одобрил курсант, спрыгивая на пол ангара.

— А если бы не поймала? — она зло посмотрела на Алексея. Тот насмешливо пожал плечами. Все ясно. Развлекается. Поймал первокурсницу на запрещенке и теперь чувствует свою власть. Софи стиснула ладони, ощущая, как внутри поднимается волна гнева.

— Хочешь? — внезапно предложил парень, взглядом указав на открытый колпак.

Софи от удивления даже дышать перестала.

— А можно?

Парень приглашающе отступил в сторону.

Повторять не пришлось. Софи убрала ключ в зашитый наконец-то карман и белкой взлетела наверх. Перешагнула через борт, с благоговением опустилась в кожаное кресло. Прижалась к прохладной поверхности спиной. Обвела взглядом датчики, тумблеры, штурвал.

Сколько раз она видела все на экране «Цитадели». Не погасшую черноту приборной доски и заснувшие датчики, а расцвеченную огнями, цифрами, с уносящейся вперед вселенной.

Ладони сами легли на штурвал.

— Ты решила его угнать? — нарочито лениво поинтересовались сбоку. Парень облокотился о край, но девушку не обманула его расслабленная поза. Небось, уже пожалел, что пустил ее в кабину. Она сама бы начала нервничать, расположись кто чужой на ее кресле.

Персональных истребителей было немного. В основном на одной машине летало, чередуясь, несколько пилотов, но лучшие удостаивались права на личную машину.

Она заметила пару наклеек на приборной доске. Пушистую игрушку-талисман. Небрежно брошенные перчатки. Похоже, это была машина четверокурсника, а значит, он лучший на курсе.

— Скажешь тоже, — мотнула головой Софи, стряхивая отросшую челку с глаз. — Но если ты разрешаешь…

И парень клюнул. Завелся.

— Даже если бы разрешил, ты бы не включила систему. Молчу, что ангар не смогла бы покинуть, не снеся стойку.

И такое пренебрежение было в голосе, что Софи тоже не выдержала, прикрыла глаза и монотонно, по памяти, начала перечислять инструкцию по запуску истребителя малого класса.

Руки сами летали по приборной доске, касаясь нужных тумблеров. Когда она перешла к оборотам прогрева двигателя, курсант не выдержал:

— И что такая умная делает на инженерном?

Софи словно ледяной водой окатило. Она распахнула глаза, сглотнула, лихорадочно соображая сколько успела сболтнуть. Выходило много.

— У меня прекрасная память, — процедила враждебно, — прочитала один раз, вот и запомнила.

— Ну-ну, — ей ни капли не поверили.

— Спасибо за опыт, — она поднялась, оказавшись вплотную к парню, — мне пора.

Он не сдвинулся, перекрывая доступ. И ей категорически не понравился его взгляд. Вымораживающий такой… Вспомнилась давняя шутка брата о том, что все пилоты суеверны и страдают паранойей. А тут она… умная такая.

Нет, никакой опасности не существовало. Если курсант доложит о своих подозрениях кому надо, ему мягко укажут на место, мол, не его ума дело. Но ведь может решить разобраться сам… Вдобавок, ее сразу предупредили, чтобы не высовывалась и не привлекала внимания. Раз твердо решила учиться на инженерном, нечего смущать народ своей страстью к полетам.

— О Нетопыре слышала? — спросил вдруг парень, вцепляясь в нее взглядом.

Паника нахлынула, сковывая ноги льдом. Грудь сдавило. И тишина сделалась такой, что она услышала в ушах удары собственного сердца.