Помоги проекту - поделись книгой:
Но тогда же были заложены первые посевы грядущих проблем. В конце 70-х DC решило резко расширить линейку комиксов, что получило даже целое официальное название DC Implosion, но спустя очень короткое время привело к спаду продаж и закрытию целого ряда новых и старых серий. Мультивселенная же, в свою очередь, привела к форменной путанице в событиях – хардкорные фанаты терялись в догадках, какое событие считать «каноном», а какое нет, что за чем происходило и тому подобное. Эти же хардкорные фанаты в последующем сыграют огромную роль в становлении комиксов в их современном виде, но пока они лишь озвучивали проблему – ничего непонятно, все запутанно. Примерно тогда же впервые было произнесено заветное слово «континьюти», которое стало бичом супергеройских комиксов на следующие 40 лет и остается им и сейчас.
В какой-то момент спад интереса, противоречия в событиях и общая раздутость Вселенной поставили издательство перед простым фактом – надо что-то делать, и делать срочно.
Современный век
Точкой отсчета для современности принято считать 1985 год, в котором в рамках DC случилась первая масштабная перезагрузка, и она как будто бы продолжается и сейчас, то есть длится уже 35 лет. Поразмыслив над этим фактом, я решил рискнуть и позволить себе разбить этот период на несколько промежутков, потому что за последние десятилетия комиксы существенно изменились, и грести их все под одну гребенку кажется кощунством. Итак, лично я могу выделить следующие подэпохи:
Эпоха переосмысления
1985–2000 годы. В 1985 году DC провело масштабную перезагрузку всей линейки комиксов, которую пафосно назвали Кризисом на Бесконечных Землях (который, кстати, уже издан на русском языке). Подавляющее большинство супергероев получило обновленную историю происхождения, и их приключения начались заново с условной точки отсчета. Множество параллельных вселенных, называемых Землями, были сведены в одну – от каждой было взято, по мнению редакции, все самое лучшее, а остальное беспощадно вымарано.
Образы персонажей также были пересмотрены. Мощнейший толчок к этому дали, само собой, «Хранители», представившие супергероев в крайне непривычном свете, но к этому была объективная необходимость – мир менялся, менялись и герои и, что важнее всего, менялись люди, которые писали комиксы. На смену оптимизму и дурашливости хлынули цинизм, нигилизм, жестокость, доселе непривычные темы от геноцида до самоидентификации. «Отрицание» комиксного модерна (под которым можно понимать Золотой век) порой достигало таких крайностей, что 90-е годы иногда называют Темной эпохой комиксов.
Само собой, долго так продолжаться не могло – общие неурядицы с рынком комиксов США и падение спроса привели к серьезным сдвигам как в содержательной части, так и в системе распространения комиксов. На смену безудержному постмодерну пришла…
Эпоха кроссоверов
2000–2010 годы. На мой взгляд этот период является высшей точкой развития супергеройских комиксов, если смотреть на масштабность и хитросплетения сюжетов и глобальных событий. Супергеройские кроссоверы, или «ивенты» – масштабные события, зачастую объединяющие несколько серий, появились еще в середине 80-х, но их коммерческий потенциал в полной мере раскрылся именно в нулевые годы нашего столетия. Да и художественный тоже, что греха таить – что DC, что Marvel выдавали мощнейшие сюжеты с участием своих главных супергероев. Но за этим стройным фасадом крылся и серьезный изъян, который в полной мере проявится уже в 2010-е: супергеройские комиксы все больше становились «вещью в себе», и для их чтения все больше требовалась серьезная подготовка – это не диссертацию написать, конечно, но просто «взять и читать» комиксы с каждым годом становилось все труднее и труднее.
Наглядно это видно уже ближе к концу нулевых и началу 10-х годов, когда наступила…
Эпоха блокбастеров
2010 – наши дни. Последнее десятилетие можно с уверенностью охарактеризовать как время супергероев – они захлестнули большие и малые экраны, демонстрировали заоблачные сборы и провоцировали тысячи споров. Для интеллектуальной собственности время это крайне прибыльное; для самих же комиксов все как будто бы стало все хуже и хуже.
Если мы говорим о DC, то 10-е годы прошли под эмблемой Бэтмена – он затмил всех других героев, купался в лучах внимания и чуть ли не единственный показывал серьезные продажи. Серии и одиночные комиксы о Бэтмене в этот период не поддаются исчислению; все стало крутиться вокруг его персоны, что не могло не сказаться на общем фоне издательства. Очередная попытка перезапустить Вселенную в формате New 52 закончилась провалом – из-за низких продаж и проблем с редактурой масса классических персонажей второго плана, вроде Джоны Хекса, Энималмена, Легиона Супер-Героев и многих и многих других, которые еще в нулевые процветали, в 10-е годы пропали со страниц комиксов и, похоже, безвозвратно. Комиксы DC сосредоточились на глобальных событиях, став шумным и громким аттракционом – коммерчески успешным, безжалостно эксплуатирующим старые идеи и образ все того же Бэтмена.
Примерно таким был путь комиксов DC, если попытаться уложить его в пару страниц текста. Надеемся, что вам стало чуточку легче ориентироваться в их хронологии. Значит, самое время запутать вас по-настоящему рассказом об упомянутой выше Мультивселенной.
Глава 8
Мультивселенная – дар или проклятие?
Как из одной вселенной появилось пятьдесят две и что из этого получилось
Идея того, что параллельно с нашим миром, в котором мы живем и здравствуем, соседствуют другие миры, стара, как история человечества: девять миров в скандинавском язычестве, рай и ад в христианстве, идею множества миров постулировали древние греки – все это было придумано давным-давно и имело четкий религиозно-мистический окрас. Эти миры были связаны с «основным» и так или иначе друг на друга влияли, но простому человеку были недоступны.
Шли годы, религия уступала место науке, и на какое-то время человечество как будто бы оказалось заперто в границах своего измерения, за пределами которого не было никого и ничего. Но прорывные открытия в физике, популяризация научной фантастики, увлечение космосом заставили людей вновь задуматься о том, что может лежать за пределами их бытия. И вот тут-то и появляются комиксы, и конкретно Флэш – главный персонаж всей Мультивселенной DC.
В прошлой главе мы рассказывали об эпохах в истории комиксов, о появлении и исчезновении новых персонажей, но не сказали, куда они уходили. А получилось вот как: в конце 40-х годов супергерои тихо-тихо начали уходить в день, и в DC осталась лишь Троица. В середине 50-х комиксы попали под каток цензуры, и Роберт Канигер, великий сценарист, предложил вернуть Флэша, чтобы проверить, есть ли у супергероев вообще потенциал.
Он получил добро и засел за работу, и вот тут-то его осенило – а пусть Барри Аллен, новый Флэш, станет фанатом старого Флэша, Джея Гаррика!
Идея была одновременно и безумной, и гениальной – скорее всего, старого Флэша к тем годам уже мало кто помнил (комиксы были больше развлечением, читали их дети, и так пристально, как сегодня, за ними никто не следил). Но это неплохой постмодернистский прием, отличный пример интертекстуальности и, конечно же, дань уважения авторам 40-х и их наследию. Именно поэтому Барри читал комиксы о Флэше в ту ночь, когда его поразила молния, и вкупе с пролитыми химикатами из криминалистической лаборатории он получил способность перемещаться со скоростью света.
И, как выяснилось, потенциал у них был ого-го какой – дебютировав на страницах
Более того, с огромной долей вероятности Мультивселенная была создана случайно. Кармайн Инфантино, художник этого выпуска, рассказывал следующую историю: между ним и редактором Джулиусом Шварцем долгое время шло негласное соревнование, суть которого была в следующем – Кармайн рисовал обложки, дабы Шварц смог придумать вокруг них историю. В какой-то момент Инфантино решил сыграть по-крупному и сунул ему знаменитую обложку, в которой два Флэша спасают мужчину, одновременно помчавшись к нему. Шварц призадумался, но спустя какое-то время позвонил Кармайну и сказал: «Мы справились»[6]. Так родился сюжет о параллельных Землях и так был перекинут мостик между новым и старым поколением героев.
Был найден элегантный выход, позволяющий объяснить отсутствие старых персонажей все эти годы – они, дескать, спокойно жили в своем мире, просто супергерои с «основной» Земли об этом не знали. Но как тогда быть с Бэтменом, Робином, Суперменом и Чудо-Женщиной, которые никуда не пропадали и даже встречались с членами ОСА? Как выяснилось, они с ними не встречались, и в комиксном лексиконе появляется второе важное слово «реткон», которое я уже пояснил выше.
В итоге было принято решение, что «наша» Троица никогда не встречалась с членами ОСА и что на Земле-Два есть своя Троица. Уже спустя два года после путешествия Барри состоялось полноценное знакомство двух Земель, и Лига Справедливости встретилась с ОСА в сюжете под названием «Кризис на Земле-Один!».
Вслед за этим кризисы посыпались, как из рога изобилия, персонажи начали регулярно бегать друг к другу в гости, все сильнее запутывая происходящее. Приведу лишь один пример, который ярче всего иллюстрирует эту ситуацию. Есть такой персонаж по имени Хоукмен (он еще появится в грядущем фильме «Черный Адам» с Дуэйном Джонсоном). Его история настолько сложная, что есть даже страничка в DC-шной фанатской Википедии под названием «Хоукмен сбивает с толку».
Археолог Картер Холл появился в 1940 году. В какой-то момент он узнает, что он и его возлюбленная Шиера Сандерс на самом деле – очередные реинкарнации принца Хуфу и Чай-Ары, живших аж при правлении Рамзеса II в Древнем Египте. Давным-давно злой жрец Хат-Сэт убил их обоих, но души влюбленных не нашли покоя и попали в цикл постоянных перерождений, дошедший до наших дней. Картер и Шиера обнаруживают у себя суперспособности и начинают бороться с преступностью. Ничего необычного. Но!
В конце 40-х годов парочка пропадает, а в 1961 году Картер Холл возвращается – вот только это не тот Картер, ибо новый Хоукмен не принц Египта, а офицер полиции Танагара, далекой и технологически развитой планеты, который прибыл на Землю в поисках сбежавшего преступника и так тут и остался, воплотившись в альтер эго Картера Холла (его настоящее имя Катар Хол). В 1963 году выясняется, что два Хоукмена живут на разных Землях и все вроде бы в порядке, но в 1986 году все Земли сливаются воедино и отныне существует лишь одна версия каждого персонажа. И вот тут-то начинается полная чехарда. Картер то появляется, то исчезает, он то родом из Египта, то с далекой планеты, его биографию кромсают и пытаются как-то увязать с актуальными событиями, но, увы, не получается. Да и до сих пор не получилось.
Нечто подобное происходило со многими персонажами – идея параллельных миров была интересной и необычной, но в какой-то момент превратилась в свалку сомнительных сюжетов и концепций. Десятки выпусков отправлялись на одну из Земель просто потому, что события в них ну никак не укладывались в общую канву Вселенной; к тому же за ней особо никто, похоже, и не следил, ибо комиксы все еще были развлекательным чтивом, на основе которого не писали диссертации и не спорили о том, кто в каком выпуске кого и куда послал (как сейчас). К началу 80-х годов стало настолько очевидно, что читатели вконец запутались и стали благоволить более простой и понятной Marvel, что DC решилось на беспрецедентный шаг – взять и обнулить все, собрав все лучшее в рамках одной Земли, отказавшись от десятков странных сюжетов и версий персонажей, и уже последовательно вести Вселенную по заданному курсу.
Но не тут-то было.
Во-первых, все обнулить не получилось, поскольку к тому моменту комиксы об этих героях выходили уже 45 лет и не так-то просто было вспомнить, какие эпизоды их биографий уже присутствуют в этом дивном новом мире, а какие только предстоит увидеть. Плюс обнуление разнилось от персонажа к персонажу – история Дианы началась заново; про Супермена вышла мини-серия из 6 выпусков, по-новому рассказывающая историю его происхождения; то же самое постигло Бэтмена в культовом «Бэтмен. Год Первый», а вот Зеленый Фонарь так и продолжил жить, как жил. И с новым, уже третьим, Флэшем в лице Уолли Уэста, бывшего протеже погибшего Барри, тоже не произошло ничего нового.
Во-вторых, параллельные миры – это здорово просто потому, что они гораздо слабее связаны условностями мира основного. К 80-м всем было понятно, что комиксы будут выходить до тех пор, пока их будут покупать; что у истории того же Бэтмена или Аквамена не будет конца – герои вечно будут сражаться, влюбляться, ссориться, умирать и воскресать. А вот в параллельных мирах у супергероев была роскошь, недоступная их коллегам из основной Вселенной – привилегия окончания их приключений и логического финала жизни, что с драматургической точки зрения крайне важно.
Ну и в-третьих: раз ступив на дорожку параллельных миров, сойти с нее уже не получится. Идея Мультивселенной оказалась настолько привлекательной, что на ее основе возникают масштабные кроссоверы, количество параллельных версий основных героев DC не поддается исчислению, рисуются полноценные карты Мультивселенной (традиционно принято считать, что миров всего 52), она то схлопывается, то расширяется, герои носятся между мирами, что еще больше запутывает читателя, и остаются лишь совсем стойкие.
К тому же это оправданный способ в миллионный раз рассказывать одни и те же истории, лишь меняя некоторые детали, что воспринимается как нечто свежее и интересное – а что, если Бэтмен будет рыцарем, или вампиром, Супермен станет кузнецом?
А теперь давайте познакомимся с самыми интересными альтернативными версиями персонажей, дабы оценить размах фантазии авторов.
Начнем с тех, о которых можно прочитать на русском языке. «Супермен. Красный Сын» – не только известная и необычная версия Супермена, но и сам по себе хороший комикс о Человеке из Стали, возможность взглянуть на хорошо знакомого персонажа под иным углом, докопаться до его сути. Даже выросший в другой стране и в другом времени Супермен остается Суперменом, и в этом комиксе проявляются те его ключевые качества, которые неподвластны внешней оболочке и культурному окружению – Супермен-коммунист все равно остается Суперменом с присущей ему тягой к справедливости, миру и правде. И, конечно же, элегантная концовка идеально подводит итог всей истории и перекидывает мостик между этим Суперменом и тем, кого мы хорошо знаем.
О Бэтмене на русском языке относительно недавно вышел комикс «Готэм. Нуар», который также выдергивает привычного героя из привычных обстоятельств, помещая его в обстоятельства необычные, и дает нам ответ на вопрос «Что есть Бэтмен?» Несмотря на то, что на дворе 50-е годы, главным героем номинально является Джим Гордон, который здесь представлен как спивающийся частный детектив, ответ на свой вопрос мы все же получим, если мы уберем все те атрибуты и условности, которыми оброс Бэтмен за прошедшие десятилетия, у нас остается чистый и незамутненный образ полумифического существа, даже не человека, похожего на летучую мышь, выбивающего из преступников всю дурь, и в которое – что крайне важно! – никто как будто бы не верит, но все так или иначе опасаются.
Если же брать те комиксы, которые еще не изданы на русском языке, то они просто изобилуют необычными сеттингами и историями – как вам, например, Чудо-Женщина викторианской эпохи, которая сражается с Джеком-Потрошителем? Или Кларк Кент, живущий в мире, где есть комиксы о Супермене и где все подтрунивали над тем, что его, дескать, назвали в честь героя комиксов. А в какой-то момент Кларк действительно получает силы Супермена! Бэтмен-вампир, сражающийся против армии вампиров, ведомых Джокером; Брюс Уэйн, что хочет оживить отца в виде Бэт-Мена, отсылающий нас к «Монстру Франкенштейна»; Супермен, что скрывал свои силы и вместо этого стал спортсменом и бизнесменом, Зеленый Фонарь, чья история вплетена в сказки «1000 и 1 ночи», и многое и многое другое – лишь малая часть того, что можно найти на страницах комиксов. А мы еще не упомянули Вселенную мультипликационных персонажей, Вселенную победившего нацизма, Вселенную, в которой пол всех супергероев изменен на противоположный… В общем, вы поняли.
А вот и список интересных историй подобного плана:
Концепцию Мультивселенной впоследствии подхватили и сериалы – на текущий момент все сериалы, выходившие в DC с начала 2000-х, аккуратно распиханы по разным Землям, пронумерованы и сложены на полочку, что изо всех сил поддерживает у зрителя ощущение связи между разными произведениями, что сегодня стало крайне популярно и как будто бы даже необходимо для того, чтобы очередной фильм или сериал считали успешным (на самом деле нет, конечно)!
Так что же такое Мультивселенная – дар или проклятие? Мне кажется, что это скорее хорошая идея – все же благодаря ей родилось немыслимое количество отличных комиксов, а путаницу пережить можно. С другой стороны, этот концепт нужно грамотно использовать, а не просто закидывать Бэтмена в новые декорации. На момент написания этих строк DC отказались от концепции «главной Земли и всех остальных» в попытке сосредоточиться непосредственно на качественной истории – так что, по большому счету, не так и важно, какие события где происходят, лишь бы читать было интересно!
Так, про Мультивселенную сказал, эпохи комиксные широкими мазками описал, про основных супергероев сказал… Стоп, а как же злодеи? Какой смысл в супергерое без суперзлодея?
Глава 9
О злодеях замолвите слово…
Самые отъявленные негодяи DC во всем своем зловещем великолепии
Вы же не думали, что я обойду их стороной, верно?
Первые супергерои сражались с бандитами, шпионами, коррумпированными промышленниками и прочими нехорошими личностями. Общим элементом всех этих историй был протагонист, сюжетно они были связаны весьма условно – это сегодня супергерой обрастает ворохом заклятых врагов, которые еще и ловко раскрывают те или иные стороны его характера или оказывают достойное сопротивление его способностям. Тогда же речь шла об обычных злодеях, образами которых кишела масскультура тех лет.
Но все изменилось с появлением нескольких ключевых негодяев, которые буквально захватили комиксы и добавили, наконец, последнюю переменную к формуле любого супергероя – его заклятого врага. И в первую очередь эти лавры принадлежат двум злодеям, непохожим друг на друга так же сильно, как и герои, что с ними борются, – Лексу Лютору и Джокеру.
Лекс Лютор
Раз уж первым мы начали с Супермена, то и здесь сначала поговорим о его заклятом враге, Лексе Люторе. Лекс Лютор появился отнюдь не в 40-х годах, а в 80-х – я имею в виду не персонажа как такового, а его привычный образ холодного промышленника, алчущего власти ксенофоба, готового принести в жертву своим амбициям кого угодно. В начале своего злодейского пути Лекс идеально вписывался в архетип «безумного ученого», который вовсю эксплуатировался кинематографом и в формирование которого сам Лекс внес немалую лепту.
Он дебютировал в
Определенную глубину Лекс начал получать в 70-х годах, когда, к удивлению многих читателей, они узнали, что Лекс и Кларк в детстве пересекались, и не просто пересекались, а даже были приятелями! Там были сделаны первые попытки выстроить между ними конфликт нового типа – не «злой злодей против доброго добряка», а конфликт идеологический.
Отсюда, само собой, растут ноги культового сериала «Тайны Смолвилля».
Тогда же начала вырисовываться личная травма самого Лекса – жестокий отец и погибшая сестра, – а некоторые сюжеты начали уводить его образ в сторону если не героя, то уж человека с набором принципов и даже состраданием. Лютор очень быстро рос над самим собой, и если фильм 78-го года (о котором поговорим ближе к концу книги) выписывал его скорее как непутевого афериста – критик Питер Сандерсон метко описал его как «торговца подержанными автомобилями, ворочающего ядерными ракетами»[7], – то комиксы вели его во все более серьезную и драматичную сторону.
Окончательно Лекс стал Лексом уже в 80-е годы, за что стоит отдельно сказать спасибо американским бизнесменам тех лет, ведь Лютор был списан именно с них – властные, жестокие фигуры с сигарой в зубах, ворочавшие миллиардами, вершившими судьбы людей, к которым было приковано внимание прессы и медиа. В мире, переживавшем второй виток Холодной войны, нарковойны, рождение киберпанка и технологический бум, ученый не мог быть суперзлодеем – им стали парни вроде Дональда Трампа. Впоследствии, правда, они и сами начали быть похожими на карикатурные версии самих себя, став теми самыми «комиксными» злодеями в худшем смысле этого слова, – но мы отвлеклись.
Лютор был то опереточным злодеем, то антигероем, то практически героем – жизнь его основательно помотала за последние десятилетия. Показательно, что у сильнейшего человека на планете главный враг – простой человек. Хотя у кого-то это вообще клоун.
Джокер
Джокер, конечно, персонаж удивительный, по ряду самых разных причин – начать хотя бы с того, что главным антагонистом Бэтмена стал не криминальный босс, не полубессмертный глава Лиги Убийц или любитель шарад и загадок, а человек в клоунском гриме, без прошлого и каких-либо внятных целей, кроме как раз за разом бросать вызов Бэтмену. Как так вообще получилось и чем Джокер выделяется на фоне других злодеев?
Интересно в его истории то, что он должен был стать типичным «злодеем месяца», коих тогда в комиксах было пруд пруди – это сейчас у каждого супергероя есть целый батальон личных врагов, с которыми они носятся по городам и весям без видимого прогресса, в далекие 40-е же почти каждый месяц появлялся новый негодяй или условная банда негодяев, которые строили свои козни. Джокер вообще должен был умереть в конце своего дебютного выпуска, но тут внезапно вмешался редактор Уитни Эллсворт и своим волевым решением решил сохранить персонажу жизнь. Что-то такое ему приглянулось в Джокере, что он посчитал его перспективным и интересным персонажем и, будучи хорошим редактором, который мыслил на перспективу, подумал, что его можно будет с успехом использовать в будущем. Как вы понимаете, чутье у него было исключительное.
И это совсем не преувеличение: у Бэтмена за всю его долгую историю были сотни злодеев больших и малых, причем настолько разнообразных, что и не счесть: гангстеры, ученые, воры всех мастей, фанаты гороскопов, мастера побега от погони, мушкетеры, пираты (!) – в общем, кого только не было. И из них всех выделиться и возвыситься ухитрился именно Джокер. Давайте попробуем предположить, почему так получилось.
Первое и, пожалуй, самое главное в его образе – то, что это абсолютно загадочный персонаж. Хорошим тоном для суперзлодеев тех лет было проговаривать вслух обстоятельства того, как они дошли до жизни такой, у многих злодеев мы знаем предысторию, некоторым даже уделяли довольно большое время, чтобы показать их падение (самый яркий пример – это Харви Дент в комиксе «Бэтмен. Долгий Хэллоуин», который частично был экранизирован в «Темном Рыцаре). О Джокере же мы не знаем буквально ничего – а прошло ведь, на секундочку, восемьдесят лет с момента его появления! Кто он, откуда он, как стал тем, кем стал, – за эти годы есть лишь ряд размышлений разных авторов и их версии и сотни фанатский теорий; но ни одна из них не признается боссами DC как официальная и каноничная. Загадка – страшная сила, и к подобным персонажам так или иначе внимание всегда будет повышенное.
Второе обстоятельство его популярности заключается в том, что он принадлежит к редкой породе злодеев – он трикстер, то есть хитрый интриган и лжец. В человеческой культуре такие персонажи представлены в огромном количестве, самый яркий пример – это Локи. Трикстеры непредсказуемы, коварны, абсолютно себе на уме и при этом крайне опасны, а такие персонажи всегда были и будут привлекательными.
Третье, весьма важное обстоятельство, заключается в том, что в ранних комиксах у Джокера были просто потрясающие ловушки и атрибуты. Не забывайте, основной аудиторией тогда были дети и подростки, которые явно фанатели от огромных наковален, гигантских покерных столов, игральных карт, бомб, ручных электрошокеров, машин с безумным дизайном и так далее и так далее. Каждая схватка с Джокером была поистине захватывающей, потому что в ход шли самые безумные средства. Это свойство персонажа сохранилось и позже, когда Джокер перестал быть смешливым клоуном и начал трансформироваться в расчетливого преступника со склонностью к позерству – а сохранилось оно благодаря главной причине его популярности: Джокер всегда остается Джокером.
Удивительно, как можно было создать персонажа, настолько подходящего для самых разных экспериментов над ним. Подавляющее большинство суперзлодеев находятся в некоей константе, и самый распространенный путь их развития состоит в переходе от раннего придурковатого и аляповатого образа к чему-то более драматическому: добавляем детской травмы, смерть родственника, неприязнь общества, взбалтываем и получаем уже привычного суперзлодея, но уже «серьезного». У Джокера же все не как у людей – его постоянно швыряет от шутника до маньяка, от гангстера до хитроумного интригана.
Джокер обладает чуть ли не уникальной особенностью – про него можно создать практически любую историю, в которой его представят с самой неожиданной стороны, и это все равно будет Джокер. Просто потому, что сама суть персонажа такова, что он свободно меняется, бросаясь из крайности в крайность. Ведь, как уже было упомянуто выше, у него нет четкой личности. Для читателей интерес – каким же Джокер будет в этот раз, для авторов, редакторов, режиссеров и продюсеров – огромное поле для экспериментов, шанс того, что очередную версию встретят в штыки, довольно низок. Джокером может быть и неудавшийся комик, и скромный инженер, и жестокий гангстер. Он может быть веселым, ироничным, маниакальным, жестоким, пугающим или сумасбродным.
Ну и, наконец, очень просто объяснить, кто он такой, для широкой аудитории – клоун-гангстер-убийца. Все. Прочих персонажей надо так или иначе серьезно перерабатывать, скажем, для большого кино, а Джокеру это не нужно – лепи из него кого хочешь, не ошибешься.
Можно сказать, что два этих колоритных персонажа вложили немалую лепту в создание образа суперзлодея и подтолкнули к созданию новых негодяев, которые возвращались бы в будущих выпусках – иными словами, еще больше утянули супергеройские комиксы в сторону их потенциальной бесконечности. Но это вне пределов нашего разговора.
Разумеется, только ими двумя список выдающихся злодеев DC не ограничивается. На самом деле, с ходу можно назвать дюжину-другую не менее выдающихся, и с полсотни просто хороших – но все они, к сожалению, обладают на порядок меньшей популярностью, нежели чем вышеупомянутая парочка. Поэтому неизбежно их придется как-то разбивать по категориям, дабы уж совсем не отвлекаться от темы и не рассказывать о том, о чем гораздо интереснее читать самому.
Гангстеры
Пожалуй, что основной «тип» недругов Золотого века комиксов – это бандиты всех мастей и величины, от рядовых налетчиков до серьезных и крупных фигур криминального мира. Само собой, своеобразную пальму первенства здесь держит Бэтмен, который собаку съел на войне со всякими криминальными элементами.
Самыми яркими однозначно можно считать Пингвина и Двуликого, чуть менее известны Кармайн Фальконе и Черная Маска. Пингвин, он же Освальд Кобблпот, – один из самых хитрых и осторожных преступников Готэма, который построил свою карьеру не на развеселых играх в салки с Бэтменом, а на контрабанде, торговле оружием и людьми. Он довольно редко сталкивается с Бэтменом напрямую, но на такой случай у него есть целая коллекция смертоносных зонтиков, в которые могут быть встроены пулеметы, огнеметы, отравляющий газ и черт знает что еще. При этом, в какой-то степени, он фигура трагическая – отпрыск знатного рода, из-за своего врожденного уродства его детство и юность прошли тяжело, и он решил отомстить всему миру, доказав, что сможет найти свое место в жизни лишь при помощи своих талантов.
Двуликий – фигура еще более трагическая: те из вас, кто смотрел «Темного Рыцаря» или, тем паче, читали комикс «Долгий Хэллоуин», знают историю его взлета и падения. Блестящий юрист и пламенный борец с преступностью, он вместе с Джимом Гордоном и Бэтменом бросил вызов преступности Готэма, но не смог избежать его тлетворного влияния. Точно нельзя сказать почему (от версии к версии все разнится), но его второе «я» прорвалось наружу, и отныне Харви Дент стал рабом случая, и все в его жизни имеет лишь два варианта решения. Его атрибуты – это изувеченное наполовину лицо, монетка и пристрастие к двойственности и цифре «2» в целом. Он сделал вполне успешную карьеру преступного главаря и нередко рисуется как важная шишка в пищевой цепочке Готэмского криминала.
Фальконе олицетворяет преступность «старой школы», на смену которой пришли нарядные и чудаковатые суперпреступники. На его примере что в «Бэтмен. Начало», что в «Долгом Хэллоуине» хорошо был показан переход Готэма в свою новую фазу, в эру героев и злодеев, когда страшнее итальянской мафии может быть клоун. Сюда же можно отнести и россыпь преступников помельче, но уже к Серебряному веку они потихоньку начали сдавать позиции, а сегодня, пожалуй, супергерои если и сталкиваются с ними, то совсем мимоходом.
С другой стороны, это не то что бы плохо само по себе – Грант Моррисон говорил, что в его комиксах о Бэтмене он все равно сражается с обычными преступниками «за кадром», поскольку внимание читателя лучше сосредотачивать на необычных злодеях и напряженных схватках. Гангстеры уютно чувствуют себя в других комиксах и сериалах и вряд ли сильно огорчаются тем фактом, что супергероика о них почти забыла.
Безумные ученые
Вторая «классическая» категория злодеев DC и комиксов в целом. Всякие создатели суперлучей, хитрых самолетов, роботов всех мастей и прочие и прочие люди науки, которые в какой-то момент свернули куда-то не туда. У современного человека может возникнуть вопрос – откуда взялась такая повальная мода делать из в общем-то безобидных деятелей науки каких-то жутких мизантропов и бесчеловечных злодеев?
Ответ кроется в человеческой истории – научные открытия начала и середины 20-х веков, львиная доля которых отправилась на улучшение вооружений, увенчалась созданием атомного оружия, самого страшного орудия убийства в истории человечества. Ученый стал видеться чем-то аморальным, люди задавались вопросом того, есть ли у них вообще какие-то нравственные границы или их главная страсть – наука – затмевает все остальное? Советую почитать «Колыбель для кошки» Курта Воннегута, в которой эта тема исследуется вдоль и поперек – тема ответственности ученого.
К тому же, в безумных ученых был практический смысл – с их помощью можно было с легкостью вводить самые разнообразные чудо-устройства, которые только и могли противостоять супергероям.
Из ярких представителей можно назвать, конечно же, Лекса Лютора – первого крупного ученого вселенной DC; не менее важным представителем этой славной когорты является доктор Сивана, заклятый враг супергероя Шазама, который, пожалуй, стал высшим проявлением этого архетипа. Мы обязательно вспомним Брейниака, который, скорее всего, известен нашим читателям если не по комиксам, то по игре
Долгие годы наука была чем-то пугающим для людей, что и толкало авторов на создание подобных персонажей. Но шли годы, мир менялся, человечество привыкало к технологиям – и в середине 80-х годов главным врагом общества стали не люди, отвечающие за изобретения, а те, кто стоял за их спиной.
Промышленники и бизнесмены
Только что говорили о Лексе Люторе и его трансформации из безумного ученого в бизнесмена, поэтому повторяться не буду – благо не он один является примером подобного архетипа. Сюда же можно отнести Максвелла Лорда, одного из антагонистов фильма «Чудо-Женщина: 1984». Этот миллиардер в комиксах долгое время выступал как союзник Лиги Справедливости, оказывая ей финансовую и политическую поддержку, но на поверку оказался не меньшим ксенофобом и мегаломаньяком, чем Лекс Лютор, когда попытался буквально подмять под себя всю планету.
Вообще, это интересная категория злодеев, потому что в комиксах приличное количество супергероев-богатеев: Бэтмен, Зеленая Стрела, Синий Жук и иже с ними, – и идея того, что богатый человек может пожертвовать всем ради блага общества, была и остается весьма привлекательной. Возможно – возможно – здесь сыграл роль американский менталитет, который долгие десятилетия симпатизировал людям богатым и успешным и видел в них если не героев, но людей уважаемых и положительных, – за их деловую хватку, ум и способности. Но к концу прошлого столетия эта стрелка повернулась на 180 градусов, и в миллионерах и миллиардерах стали видеть фигур безжалостных и беспринципных – про наши дни и вообще молчу, можно по пальцам одной руки пересчитать бизнесменов, которые были бы обласканы общественным мнением.
Что еще более интересно, так это то, что «хорошие» и «плохие» бизнесмены в DC практически не сталкивались друг с другом именно в своих гражданских обличиях – по крайней мере я с ходу не могу вспомнить крупный сюжет, посвященный этому. К началу 21 века все крутилось и крутится исключительно вокруг плащей и масок, а битвы с участием юристов и чернил остаются где-то за кадром. А жаль, было бы интересно.
Само собой, люди такого калибра далеко не всегда действуют своими руками – благо, к их услугам целый набор специалистов всех мастей.
Солдаты удачи
Наемники, убийцы, отставные военные – люди без родины и флага, которые проливают кровь за деньги, составляют внушительную группу злодеев. Они зачастую сталкивались с супергероями, которые полагались на навыки и физическую силу, а не полет или магию – Бэтмен регулярно разбирается с представителями этой сомнительной профессии.
Знаменитостей здесь однозначно две – Дэдшот, самый меткий стрелок на планете, и Дэсстроук, один из самых опасных бойцов в мире. Первый появился аж в 1950 году и, как и многие злодеи тех лет, носил вычурный фрак и цилиндр, заявляя о себе как о самом умелом стрелке. Забавно то, что он изначально притворялся персонажем строго положительным – дошло даже до того, что после его плодотворной работы бок о бок с Джимом Гордоном Бэт-сигнал заменили на «Дэдшот-сигнал» на крыше полицейского управления! Само собой, Брюс быстро раскрыл его коварные планы, и Флойд Лоутон загремел за решетку. Почти тридцать лет спустя, когда многие злодеи прошлого начали возвращаться в новом облике, вернулся и Дэдшот, в уже привычном нам костюме – красно-белое облачение, маска с встроенным оптическим прицелом и прикрепленные к запястьям пистолеты.
Дэсстроук же появился уже в начале 80-х годов и, на самом деле, является главным врагом не Бэтмена или Зеленой Стрелы, как можно подумать, а Юных Титанов, о которых мы уже рассказывали. Генетически улучшенный солдат, мизантроп и хладнокровный убийца, Слэйд Уилсон порвал с армией США и начал строить успешную карьеру наемного убийцы, равных которому в мире, пожалуй, что и нет – можно по пальцам одной руки пересчитать тех, кто может столкнуться с ним один на один и одержать верх, и это считая даже тяжеловесов вроде Супермена! Дэсстроук, как и Бэтмен, делает большую ставку на планирование и находчивость, поэтому его совершенно непросто взять с наскока, что называется.
У подобных персонажей в DC судьба зачастую несчастливая. Они не грезят мировым господством или геноцидом, не желают воздвигнуть себе памятник или заявить о себе как о могущественном злодее – нет, это люди, которые делают то, что умеют, а умеют они лишь воевать и убивать. Их руки по локоть в крови, их душа черства, а сердце безучастно к чужим страданиям. Они не видят для себя иной жизни и разговаривают с окружающим миром на единственном доступном им языке – языке насилия. Кстати, о тех, кто грезит этим самым господством.
Тираны, деспоты и завоеватели
Богатейшая категория злодеев, славные представители которой принесли просто неимоверное количество горя и страданий миллионам людей. Даже общий список займет страницу-полторы, что уж говорить о том, чтобы подробно разбирать каждого крупного негодяя DC – тут целая отдельная книга понадобится. Поэтому мы пройдемся широкими мазками по ключевым тиранам вселенной DC, что желают видеть мир лишь под своей пятой или ж просто в огне. И начнем мы, конечно же, с величайшего из них.
Дарксайд есть. Именно эту фразу отчеканил сам персонаж в комиксе Гранта Моррисона
Поделиться книгой: