Нулевой Атрибут-9. Том 3. Исполненная клятва

— Такие сборища устраиваются, чтобы обзаводиться новыми знакомствами и налаживать связи, — ответил Сареф, — ты можешь представить, чтобы я здесь с кем-то заводил знакомство? Да ты посмотри на них, — он кивнул в сторону гостей, что сидели за остальными столами, — они готовы порвать нас на куски за то, что мы, а не они, сидим на этих местах.

— Я бы на твоём месте не стала спешить с выводами, — пожала плечами Джинора, — взгляни вон на тех, что сидят ближе всего к нам за вторым столом. Это члены домов Лейавин и Эстайр. Среди пятерых учеников, которых ты вышвырнул в третьем туре Ученичества, двое были из этих Домов. И они же пытались сдать этот экзамен в третий раз. Думаю, ты и сам понимаешь, что после такого они не будут лучиться радушием в твой адрес.

— Ну, понятно, — Сареф снова уткнулся в тарелку, в которой угодливо появилась новая еда, — теперь я ещё и в этом виноват.

— Ситуация не безнадёжна, — заметила Джинора, — насколько мне известно, ты согласился обучать учеников клана вместе с прочими наставниками. Так прояви себя. Пусть ученики увидят, что ты, действительно, можешь их чему-то научить. Пусть родители учеников поймут, как им на самом деле повезло, что их дети получат такой опыт. И тогда другие Дома драконов, возможно, изменят своё мнение на твой счёт.

— Мне неинтересно заслуживать уважение других драконьих Домов, — ответил Сареф, — мне вообще плевать, что они думают.

— А я бы на твоём месте всё-таки уделила этому внимание, — мягко заметила Джинора, — даже если ты будешь до конца жизни заниматься походами на монстров — среди твоих покупателей и заказчиков, которым ты будешь продавать добычу, наверняка будут члены клана Айон. Так почему бы не попробовать завести знакомства, если есть такая возможность? Согласна, здесь и сейчас они тебе не светят. Но совсем скоро ты получишь возможность иметь дело с самым дорогим, что есть у этих семей: с их детьми. И вот тогда-то ты и раскроешь своё красноречие. Брось, Сареф, ты же умный парень. Неужели ты сам никогда об этом не думал?

— Посмотрим, — пожал плечами Сареф.

Какое-то время все гости просто тихонько переговаривались между собой, но спустя примерно час Ильмаррион поднялся на ноги. Сразу после этого пространство как будто немного поплыло перед глазами Сарефа, а в следующий момент он обнаружил, что ме́ста в зале стало словно в несколько раз больше. Мало того, столы каким-то образом сместились так, что теперь все они стояли вдоль стен, причём гостям, судя по их недоумевающим или равнодушным взглядам, это не доставило никаких неудобств. Мельком Сареф заинтересованно взглянул на Ильмарриона. Даже будучи главой клана на территории своего поместья, для трюков с пространством такого уровня требовалось немалое мастерство. Но подумать как следует Сареф об этом не успел, потому что магистр драконов заговорил:

— Ну что ж, дамы и господа. Надеюсь, вы все успели прийти в себя после дороги, согреться и оценить старания наших поваров. Поэтому теперь — традиционная часть праздника. Танцы! С вашего позволения, в этом году мне бы хотелось открыть наш праздник танцем двух молодых людей, которые уже сделали очень много для нашего клана, и принесут ему ещё немало пользы в будущем. Возможно, они даже сами не догадываются, как много. Тем не менее, позвольте представить… Сареф, Джинора, не будете ли вы так добры?..

Сареф, как раз в этот момент проглотивший приличный кусок жареного мяса, закашлялся, и только Хим успел среагировать и, взяв под контроль горло хозяина, сделал могучий глоток. Джинора, как раз взяв в руки бокал вина и пригубив его, тоже чуть не поперхнулась. Вероятно, это для неё стало такой же неожиданностью, как и для него. Вот уж сюрприз так сюрприз. Одно дело — просто потанцевать, и совсем другое — открывать праздник. Даром что Сареф даже не помнил, когда он вообще в последний раз танцевал.

Но делать нечего, в таких просьбах не отказывают. Пока Сареф и Джинора поднимались и шли к центру площадки, Хим поспешно восстанавливал в памяти Сарефа тот раз, когда он танцевал с Орзаной. Эти воспоминания вспыхнули и словно освежились в мозгу Сарефа, наполняя его уверенностью в том, что теперь он, по крайней мере, не опозорится.

Джинора, догадавшись, что у Сарефа давно не было практики, при первом звучании мелодии повела его в танце, позволяя следовать Сарефу за собой и подстраивать свои движения. Впрочем, Сарефу хватило всего лишь десять секунд, чтобы освоиться, и когда мелодия зазвучала быстрее и веселее, он уже сам аккуратно перехватил контроль и взял ведущую роль в танце.

Боковым зрением Сареф, тем временем, рассматривал гостей, которые, не отрываясь, наблюдали за их танцем. Безусловно, некоторые из них смотрели на Сарефа с плохо скрываемым отвращением и, несомненно, плевались бы, если бы могли. Но куда больше глав Домов смотрели на Сарефа с интересом и расчётом. Явно понимая, что даже если Сареф — это новая причуда Ильмарриона, он здесь явно надолго, и потому, возможно, строить планы следует с учётом того, что он, так или иначе, будет здесь какое-то время. Возможно, Джинора права. Те, кто его ненавидят, не стесняются этого показывать, потому что всю жизнь ненавидеть носителей хилереми было принято. А те, кто поумнее и готов взглянуть на вещи иначе, всё же не спешат делать это первыми. Потому что даже если предположить, что Сареф вменяемый, и с ним как-то можно вести дела, всё равно он — фигура неизвестная, и оттого несущая риски. А риски и без того никто не любит, а уж консервативные драконы — так и подавно.

Наконец, Сареф и Джинора завершили первый танец. Раздались аплодисменты, сначала редкие и тихие, но уже через несколько секунд зазвучавшие куда громче и веселее. Как видно, гости с запозданием поняли, что молодым людям, которых глава клана лично пригласил открыть праздник, всё ж таки следует оказать должное уважение.

После этого Сареф и Джинора начали второй танец, но теперь гости уже могли присоединиться к ним, чем большинство молодых парней и девушек не преминули воспользоваться. Сареф и Джинора же, уже не стесняемые сотней взглядов, которые ждали их малейшей ошибки, с куда большим удовольствием двигались по серому мраморному полу. Завершив второй танец, Сареф с удивлением понял, что и он начинает потихоньку проникаться праздником. Он и сам себе не хотел в этом признаваться, но ему опостылело тупое и однообразное существование в этом поместье, обрыдло общество Энгрея с его постоянными тупыми шутками и маниакальной любовью к собственной коллекции чучел хилереми… Хотелось хоть какого-то разнообразия, и этот праздник как нельзя лучше подходил для того, чтобы немного развеяться.

Поэтому Сареф был совершенно не против и третьего танца, и четвёртого. Но в этот момент случилось странное. Рядом с ними оказался Сфайрат и, схватив Джинору за руку, с силой увёл её за собой в новый танец. Должно быть, девушка растерялась, иначе бы она, привыкшая часами держать в руках щит, уж смогла бы дать отпор иллюзионисту, даже айоновцу. Сареф попытался было пойти за ними, как неожиданно за руку схватили уже его самого.

— Не откажите девушке в танце, о почётный гость, — услышал Сареф знакомый голос. И, повернувшись, он увидел Фриду, которая вцепилась в него мёртвой хваткой. Сареф, не имевший ни малейшего желания с ней танцевать, попытался было стряхнуть её с себя, но это оказалось не так-то просто. А вырываться и устраивать публичный скандал ему явно было не с руки. Тем более, его не покидало ощущение, что Фрида именно этого и добивается. Поэтому Сареф нехотя присоединился к другим танцующим с неожиданной партнёршей под руку.

— Ах, какой почёт, какой почёт, — издевательски щебетала Фрида, полностью отдав контроль над танцем Сарефу, — самый важный гость уделил мне своё время и подарил танец, ах, я просто в восхищении!

— Сбавьте эмоции, — холодно ответил Сареф, — вам даже в очереди не пришлось стоять ради этого танца.

— Ну как я могу не восторгаться, — мягко сказала Фрида, — вы первый носитель хилереми, который пробыл здесь так долго… по крайней мере, в здравом уме и твёрдой памяти. Как можно было пропустить такое сокровище мимо себя?

Сареф же смотрел на Фриду и чувствовал непонятное отвращение. Хотя девушка была чиста, опрятна, и от неё исходил приятный цветочный запах, с ней что-то было не так. В прошлый раз она была всего лишь грустной девушкой, которая просто хотела узнать правду и закрыть важный для себя вопрос. Сейчас же в её взгляде была какая-то нездоровая маниакальность, она жадно смотрела на Сарефа, и тот почти физически чувствовал, как неприятен этот взгляд. Он даже не знал, с чем это сравнить… Как будто хозяйка смотрит на маленького цыплёнка в ожидании, когда он вырастет в большого и жирного петуха, которого можно будет зажарить на сковороде.

— Ну что же вы молчите, Сареф, — продолжала ворковать Фрида, — вы уже оценили все удобства и достоинства этого поместья? Важному гостю — большое внимание.

— Вряд ли я такой уж важный гость, — окончательно потеряв терпение, Сареф перешёл в атаку, — в конце концов, за мной приставили смотреть только одного члена Дома Агьялт. А вот за вами — целых двух. Чем бы это могло быть вызвано? Неужели вам, — Сареф стремительно прокрутил Фриду вокруг её оси, после чего подтянул к себе, — может угрожать какая-то опасность?

— Времена нынче страшные, — желчно продолжала Фрида, — одна из девушек недавно покончила с собой… по крайней мере, кое-кому хотелось, чтобы это так выглядело. Так что, возможно, дополнительная охрана не повредит. Я верный член своего Дома, и если им кажется, что моей безопасности может что-то угрожать — кто я такая, чтобы с ними спорить?

— Разумно, — кивнул Сареф, совершая последние движения танца, — хотя и неожиданно. Обычно верные члены домов не устраивают скандалы на мероприятиях, которые организует их семейство.

— Все мы не без изъяна, — притворно-скорбным голосом ответила Фрида, — и все мы порой совершаем ошибки. Как, например, опозорить члена своей семьи во время выступления на Всесистемных Состязаниях…

— Это не была ошибка, — мягко сказал Сареф, — и я не знаю, что вы себе возомнили или вбили в голову — но советую не играть со мной. Потому что если кто-то попытается навредить мне — я легко совершу ещё одну не-ошибку, и не пожалею об этом…

— Навредить? Тебе? — Фрида широко раскрыла глаза, после чего мягко коснулась ладонью его щеки, — поверь, Сареф, я как никто другой в Системе заинтересована в том, чтобы ты здравствовал и процветал. И если тебе будет нужна помощь, какая угодно — только намекни.

Наконец, танец завершился, и Фрида, напоследок поцеловав Сарефа в щеку, сделала книксен и ушла. Сареф же впервые в жизни почувствовал, что выражение «Колючий поцелуй» — это не преувеличение. Мало того, когда Фрида уходила, Сарефу на мгновение показалось, что на дне её глаз мелькнула что-то знакомое…

Оглядевшись, Сареф поискал глазами Джинору, но не нашёл её ни на площадке для танцев, ни на своём месте за столом. Он хотел было вернуться за стол, надеясь, что она найдёт его там, когда освободится, но внезапно его снова взяли за руки, на этот раз — мягко и бережно. Повернувшись, он, к своему огромному удивлению, увидел… Аду, спутницу Оливера.

— Один танец? — вежливо спросила она, чуть подняв правую бровь, — а то, боюсь, больше мне сегодня никто этого не предложит.

— Я так понимаю, Оливер тоже здесь? — справившись с собой и напомнив себе, что Ада лично ему ничего плохого не сделала, Сареф принял приглашение и повёл её в новом танце.

— Да. Он очень сюда хотел. Так что пришлось… постараться.

Сареф этому очень сильно удивился. Подобное мероприятие, да ещё и в клане Айон, носило очень личный и закрытый характер. А, значит, либо у Ады были невероятно хорошие связи, либо… либо её статус в клане Эксайл вообще не поддавался никакой оценке.

— А разумно ли было приводить сюда Оливера? — спросил Сареф.

— Я сказала ему, что если будет хоть малейший повод для скандала, он никогда не сможет стать папой. Потому что инструмента для этого он лишится самым мучительным способом, какой только можно выдумать.

Больше Ада ничего о себе говорить не стала, да Сареф и не видел смысла спрашивать. Девушка получала искреннее наслаждение от танца, буквально порхая рядом с Сарефом. И когда до конца танца осталась несколько нот, она неожиданно прильнула к нему и прошептала на ухо:

— Однажды ты спас моего отца из большой беды. Я этого не забуду. Обещаю.

Сареф не успел на это ничего ответить — Ада отпустила его и ушла прочь, за один из дальних столов. А Сареф стоял, пытаясь сообразить, о чём она вообще говорила. А потом до него дошло. Если она из клана Эксайл… то с его людьми Сареф пересекался всего один раз, в орочьем Ханстве Мародёров, когда орки под руководством Бэйзина схватили и удерживали группу дипломатов из этого клана. Значит, там был и её отец…

Больше с Сарефом желающих танцевать не было. Поэтому он вернулся за свой стол, отдать должное праздничным угощениям. Прошёл час, потом ещё час. Гости уже разделились на несколько групп, и никто ни на кого не обращал внимания. Даже Ильмаррион с бокалом вина в руке слушал нескольких пожилых мужчин, что собрались вокруг него, и ни на что не обращал внимания. Понимая, что в такой ситуации его уже никто не хватится, Сареф осторожно выскользнул из-за стола, и, лавируя между танцующими, направился к выходу.

Он шёл к себе, лениво размышляя о том, что узнал на этом балу. Почему Джинора выглядела такой уставшей, что ей всё это время приходилось делать? Что за концерт ему устроила Фрида? Её слова о том, что она желает ему здоровья и процветания, никак не вязались с её поведением, она, казалось, готова была придушить его своими руками. Каким образом Ада умудряется протащить капризного Оливера везде, куда ему захочется? Если уж она даже сюда его провела — то, наверное, и это не предел? Или он чего-то не понимает…

Внезапно дверь рядом с ним открылась, и чья-то рука втянула Сарефа в комнату. Там царила почти полная тьма, но всё же клановый талант на ночное зрение позволил ему разглядеть… Джинору.

— Тихо, Сареф. Тихо. Это всего лишь я, — прошептала она, опаляя его шею горячим дыханием, — хорошо, что ты пришёл. Может быть… повторим наше свидание? Мы же уже пробовали, нам было так хорошо. Давай завершим этот вечер приятно?

Сначала Сареф хотел отказаться. Одно дело переспать с Джинорой в городской гостинице, и совсем другое — в поместье, куда в любой момент может сунуть свой нос Ильмаррион. Но потом выпитое вино неожиданно взыграло в его мозгу, и он махнул рукой: да будь что будет. Сидеть ему тут, судя по всему, ещё долго. Так что лучше уж Джинора, чем какая-нибудь марионетка Ильмарриона…

Глава 2.5

Три недели спустя Сареф находился на тренировочной площадке вместе с наставником Мигелем и 25-ю учениками, всеми, которые прошли испытания Среднего Ученичества. И, судя по тому, с каким воодушевлением ученики на него смотрели, этот урок они ждали долго.

Сареф же с любопытством осматривался. За пределами площадки валил густой снег. За несколько дней он покрыл дворец драконов полностью, и теперь тот походил на какой-то диковинный пряник, которые Сареф видел ещё совсем ребёнком. Здесь же площадка была чиста. При этом дул ветер, но никакая влага, ни в виде снега, ни в виде капель дождя, сюда не проникала. Даже температура была выше, чем за пределами площадки. Ненамного, но, по крайней мере, даже при активных физических нагрузках ученики не рисковали заболеть.

— Приветствую вас, мои ученики, — поздоровался с ребятами Мигель, наставник средних лет с короткой рыжей шевелюрой и яркими синими глазами. Мельком Сареф отметил в его голосе искренность: как видно, этот наставник любил свою работу, как любил и своих учеников. Доказательством этому служило и то, что сами ребята, несмотря на то, что они пожирали глазами Сарефа, довольно дружно поприветствовали Мигеля в ответ.

— Магистру драконов стало известно о вашем желании разнообразить своё обучение и привлечь к урокам… носителя хилереми, — судя по всему, в этот момент Мигелю хотелось использовать другое, более бранное и часто используемое выражение, но он в последний момент прикусил язык, — магистр предложил нашему гостю принять участие в нескольких уроках. Он, конечно же, согласился, — Мигель небрежно махнул рукой в сторону Сарефа, подразумевая, что, конечно же, Сареф должен был не только согласиться, но и сам на коленях умолять о том, чтобы ему оказали такую честь.

— А когда мы сможем с ним сразиться? А это правда, что он уже Чемпион Системных Состязаний? А пусть он вызовет своего демона! — тут же раздались возгласы со стороны учеников.

— Тихо! — скомандовал Мигель, — я не считаю, что разумно в первое же занятие…

Вот только Сареф его уже не слушал. Выцепив взглядом ученика, который уже хотел сражения, и который, конечно же, оказался мальчишкой Ургвар, Сареф вызвал Системное окно:

Тёмная фаза!

В тот же момент он стал сгустком тьмы и, скользнув в сторону Ургвара, материализовался за его спиной и упёр ему в горло Скальпель Архитектора.

— Сражение окончено. Ты труп, — мягко прошептал он на ухо мальчишке, отпуская его. Тот ошалело оглядывался, пытаясь осознать, что вообще случилось. После чего с обидой сказал:

— Так нечестно! Я даже понять ничего не успел!

— Вот именно, — бесстрастно парировал Сареф, — именно так выглядят схватки с врагами. Враг не будет честно вызывать вас на бой один на один, не будет ждать, пока вы подготовитесь. Он будет подбирать время, чтобы нанести удар, когда вы ничего не ожидаете, и когда вы максимально уязвимы. Когда вы в походе останавливаетесь на ночлег, монстры, устраивающие засаду, не будят вас и не ждут, пока вы подготовитесь. Они будут атаковать сразу, молниеносно и по самым уязвимым местам. Поэтому даже самая сильная, одарённая и удачливая группа может проиграть банально из-за невнимательности. Поэтому крайне важно поддерживать постоянную бдительность. Советую это запомнить. Потому что порой Система может подбросить вам и что похуже. Например, Мёртвого Короля воров. И после встречи с ним вы рискуете и вовсе никогда не вернуться домой.

— А вы когда-нибудь встречались с Мёртвым Королём воров? — спросил рыжеволосый мальчишка с зелёными глазами, чьего имени Сареф пока не знал.

— Было дело, — нехотя ответил тот.

— И какой он? — затаив дыхание, спросил Ургвар, уже забывший, что минуту назад Сареф его едва не «прирезал».

— То, что о нём говорят — правда. Это самое умное, хитрое и опасное существо во всей Системе. Он может обмануть кого угодно, и горе вам, если вы поведётесь на его слова.

— А вас он обманывал? — спросил светловолосый Альвин. Сареф запнулся. Спроси его об этом кто-то другой, он бы, не задумываясь, приказал бы нахалу не совать свой нос в чужие дела. Но Альвин вызывал у него симпатию. Он чем-то напоминал Сарефу его самого восемь лет назад. Альвин явно не был в восторге от обучения, но не желал подводить свой Дом, и потому старался изо всех сил. И эти старания явно давали плоды. Потому что его атака туманной кобры, изученная и натренированная до достижения им 15-ти лет… Ради такого явно стоило сильно постараться.

— К сожалению, да. Правда, мне повезло немного больше, чем другим, поэтому я сумел остаться в живых. Ну и мой хилереми, конечно, очень мне помог.

— А что он вам обеща… — начал было один из мальчишек, но в этот момент у Мигеля лопнуло терпение.

— Прекратить! — приказал он, — мы собрались здесь для тренировок, а не для выслушивания небылиц. А теперь пять кругов по полю — марш!

Ученики недовольно загудели, но перечить не осмелились. И потому, собравшись в две шеренги, рысцой побежали вокруг поля. Мигель же подошёл к Сарефу.

— Я попросил бы тебя не лезть к ученикам поперёк моего слова, — холодно сказал он Сарефу, — и уж, тем более, обойтись без этой дешёвой показухи. Самоутвердиться на подростках может кто угодно, и это не то, для чего тебе позволено здесь быть.

— Что плохого в том, чтобы ученики заранее знали, что такое настоящий поединок? Тем более, — добавил он, — я и не лез поперёк твоего слова. Но ученики задали вопросы. Не в том ли состоит смысл обучения, чтобы отвечать на вопросы учеников? Поверь, метод: «Заткнитесь и делайте, как я сказал» ещё никому не позволил выучиться дальше посредственности с полностью убитой инициативой.

— А ты в этом, конечно, больше всего понимаешь, — огрызнулся Мигель, — сам хоть когда-то кого-то учил?

— Пока не приходилось, — признал Сареф, — но согласись, что ситуация интересная. Я всю жизнь бегал от обучения в клане Айон. И теперь, когда я здесь, меня, внезапно, просят поделиться навыками, которые я приобрёл за пределами этого клана. Немного иронично, не находишь?

Мигелю на это было ответить нечего. Поэтому дальше они молча стояли и ждали, пока ученики завершат пробежку. Когда те, наконец, добежали пятый круг и выстроились в шеренгу, Мигель начал расписывать план дальнейшей тренировки, но ученики снова принялись канючить и упрашивать Сарефа показать своего хилереми.

Мигель в раздражении посмотрел на Сарефа. Сареф тоже растерянно покачал головой. Если смотреть на ситуацию объективно, то Мигеля тоже можно было понять. Назначение Сарефа на эту тренировку произошло буквально накануне вечером, в последний момент. В итоге они с Мигелем впервые встретились здесь, по крайней мере, осознавая, что им придётся какое-то время работать вместе. Естественно, они даже не смогли разработать никакой план урока, и теперь вместо обычной тренировки получается какой-то бардак. При этом у Сарефа было тонкое, но отчётливое подозрение, что именно этого Ильмаррион и добивался. Вот только зачем? Разве что показать Сарефа бестолковым болтуном и хвастуном, который даже ничего толком рассказать не может. Ну, пока у него это неплохо получается.

— Рано вам ещё видеть боевого хилереми, — попытался вступиться за Мигеля Сареф, — особенно сейчас, когда он злой, голодный, и будет совсем не прочь поживиться парой особо наглых учеников.

— Враки! — заявил рыжеволосый парень с зелёными глазами, — здесь, на территории поместья, глава Ильмаррион ни за что не позволит причинить нам вред.

Сареф с лёгким одобрением на него взглянул. Как видно, им с детства хорошенько вбивали в голову, что самое безопасное место в клане Айон — здесь, в поместье, под боком дядюшки Ильмарриона. Он даже ощутил лёгкий укол ревности: ему самому этого чувства защиты в детстве ох как не хватало.

— Возможно, — признал он, — но вот надрать несколько нерадивых задниц в воспитательных целях он более, чем в состоянии. Так что не будите лихо, пока оно тихо.

Но учеников оказалось этим не пронять. Подростки, которые куда больше опираются на инстинкты и интуицию, отлично чувствовали разлад между Сарефом и Мигелем, как организационный, так и личностный, и теперь с удвоенной силой давили, выпрашивая разрешение посмотреть хилереми. И в этот момент Сарефу пришла в голову отличная мысль. Он подошёл к Мигелю и тихо сказал ему:

— Давай просто устроим показательный поединок. Им это тоже будет полезно.

— Поединок? Здесь? — Мигель растерянно на него посмотрел, словно не верил, что Сареф внезапно решил ему помогать.

— Ну да, — кивнул Сареф, — они прекрасно понимают, что у нас нет плана, и будут продолжать расшатывать дисциплину. Если сейчас упорствовать и продолжать ставить их на место — на это уйдёт всё время до конца урока. Поэтому надо поступить хитрее. Дать им то, что они хотят — но на наших условиях. Так у нас получится сохранить авторитет.

— Ну… хорошо, — нехотя согласился Мигель, — наверное, это имеет смысл.

— Хорошо! — Сареф вышел вперёд, — мы с наставником Мигелем посовещались и пришли к такому решению. Поскольку совсем недавно кончились праздники, и ещё не все успели настроиться на учебный лад, мы решили сделать вторую часть урока показательной. Мы с наставником Мигелем сразимся в поединке. Он — в форме дракона, я — с призывом своего демона. И вы увидите, как проходят такие поединки. Вам это будет полезно.

Судя по тому, как недовольно насупились ученики, они ожидали явно не такого. Им наверняка хотелось увидеть хилереми вблизи, потрогать его, даже, возможно, сразиться с ним. Но, переглянувшись, поняли, что дальше спорить бесполезно. Если они откажутся от этого — то не получат вообще ничего. А так — всё лучше, чем продолжать скучную тренировку.

Несколько учеников, уходя на трибуны, бросили на Сарефа взгляд, в котором сквозило невольное уважение. Наверняка поначалу они расценили Сарефа как своего в доску парня, которого можно раскрутить на всё, что угодно. И тот факт, что даже в таком возрасте он легко нашёл управу на их манипуляцию, заставил учеников немного изменить своё отношение. Это тоже хороший урок: внешность обманчива, если человек выглядит добрым и простодушным — не факт, что тебе удастся сесть ему на шею.

Когда ученики разошлись, Сареф почувствовал на себе ещё один одобрительный взгляд. Повернувшись, он увидел на самой верхней ложе одинокую фигуру в красном плаще. Несомненно, Ильмаррион, нарочно устроив весь этот бардак на первом уроке после каникул учеников, пришёл посмотреть, как Сареф будет выкручиваться. Более того, на трибунах, помимо учеников, он заметил целый десяток серых плащей Агьялтов во главе с Энгреем, которые уж слишком пристально на них смотрели. А на противоположной стороне от них — два десятка зевак, которые, казалось, прекрасно знали, что здесь сейчас будет происходить, и именно за этим и явились…

Мигель и Сареф разошлись друг от друга на полсотни шагов каждый. После чего наставник принял свой полный драконий облик. Стоило отдать должное: он был крупнее и Махиаса, и Сфайрата, пусть даже совсем ненамного, но в бою это будет иметь значение. Как и волосы, его чешуя была яркого рыжего цвета, переходя в золотой в области брюха, под горлом, а так же несколько костяных пластин на спине так же переливались золотом. Даже сейчас, когда небо было надёжно затянуто хмурыми тучами.

— Ну что, Хим, готов размяться? — спросил Сареф своего хранителя.

— Более, чем готов, хозяин, — откликнулся хилереми, — а если быть честным — ничего сейчас не жажду сильнее, чем хорошей драки. И возможность начистить морду дракону сейчас весьма кстати!

— Ну, тогда — поехали, — скомандовал Сареф, и уже с привычно кольнувшим в руку отголоском боли вызвал Системное окно и выбрал первую способность:

— Призыв демона!..

Глава 2.6

Сареф почти физически ощутил волну облегчения и предвкушения, с которой Хим материализовался перед ним. Целых три месяца у него не было такой возможности, и с учётом того, сколько времени и сил было вложено в его физическое воплощение, можно было понять, как хилереми истосковался по своему телу.

Мигель, увидев хилереми, взревел, после чего совершил невероятный прыжок, такой силы, словно он выстрелил своим телом, только и мелькнули золотистые пластины на его спине. Сареф и Хим бросились в стороны, но Мигель это прекрасно предвидел. Потому что, оказавшись между ними, он стремительно развернулся, и по Сарефу ударил хвостом, а в Хима попытался вцепиться зубами. Но Сареф и его хилереми, действующие синхронно и считывающие боевые импульсы друг друга в доли секунд, дали слаженный ответ.

Сареф вызвал своё Системное окно и, выставив руку с Гилеаном навстречу хвосту Мигеля, выбрал седьмую способность:

Силовое Поле!

В тот же момент его окружила сияющая защита, и хвост дракона на огромной скорости врезался в ребро выставленной ладони. Разумеется, сломать гибкий драконий хвост таким образом было нельзя, да Сареф к этому и не стремился. Главное было — вызвать у противника болевой шок, что он успешно и проделал. Хим же в это время, выставив руки, использовал свой огненно-световой луч, который ударил дракона точно в морду и ненадолго ослепил его.

Получив столь слаженный отпор с двух сторон, Мигель резво отскочил в сторону, набирая дистанцию. Вообще для Сарефа оказалось неприятным сюрпризом, что дракон пока не использовал свои крылья, зато он невероятно быстро перемещался по песку. Попытавшись пару раз выстрелить в него тёмными молниями из Гилеана, Сареф потерпел неудачу. Стрелять надо было на опережение, но Мигель перемещался настолько непредсказуемо, что на расстоянии свыше 50 метров это было совершенно бесполезно.

Зато Хим, напротив, не собирался отсиживаться в стороне. Используя Сапоги Следопыта, он прытко сократил дистанцию и, дождавшись удобного момента, вызвал свой огненный хлыст и выстрелил им, попав точно по золотым пластинам на спине Мигеля. Тот яростно взревел и, подпрыгнув, сделал пируэт, выдав при этом несколько яростных выпадов передними и задними лапами. И его когти во время этих выпадов вспыхнули… а затем следы от рубящих ударов разошлись во все стороны.

Естественно, в Хима направилось наибольшее количество огненных полос, которые должны были нашинковать его на сотни маленьких прожаренных кусков мяса. Понимая, что просто убежать не получится, Хим использовал Исходную Позицию, возвращаясь к Сарефу. Однако шквал огненных полос рванул вслед за ним. Мало того, все огненные рубящие импульсы, разошедшиеся в разные стороны, внезапно начали слетаться к ним. Понимая, что преследовать их эти сгустки могут до бесконечности, и уклоняться надо в самый последний момент, Сареф выждал нужное время и использовал восьмую способность:

Тёмная Фаза!