Помоги проекту - поделись книгой:
При этом за день до сегодняшнего по всему поместью началась какая-то нездоровая суета. Везде носились слуги, натирая до блеска и так зеркальные полы, протирали картины, смахивали с потолков несуществующую пыль, выбивали ковры… Не лучше ситуация была и в саду: слуги носились, подметая тропинки и собирая опавшие листья. Конечно, была поздняя осень, и деревья должны были сбрасывать листья, но Сарефу нравился ковёр листьев под ногами, нравилось по нему гулять и о чём-то думать… а теперь, после уборки, сад стал выглядеть голым и пустым.
— Что происходит? — спросил он Энгрея, — к чему вся эта суета?
— Завтра состоится переход в Среднее Ученичество, — пояснил Энгрей, — молодые драконы покажут свои навыки и продемонстрируют, готовы ли они перейти на следующую ступень обучения. Само собой, приедут все главы драконьих родов со своими семьями, и все они будут на это смотреть. Очень важное и ответственное мероприятие. И, возможно, даже тебя пустят на это посмотреть.
О, в этом-то Сареф не сомневался. Даже больше: он был уверен, что Ильмаррион сядет на самую высокую трибуну и посадит Сарефа себе под бок. Чтобы все в очередной раз убедились: драконы всегда получают то, что они хотят. Вслух же, однако, он сказал другое:
— В такое время года? Так-то уже довольно прохладно. Нет, понятно, что взрослым драконам, наверное, всё равно, какое время года, но это же ещё ученики.
— Тонко подмечено, — хмыкнул Энгрей, — да, действительно, когда наступает зима, силы драконов несколько идут на спад. Но в том и проверка. Молодому дракону мало продемонстрировать свои навыки; важно при этом показать, что в тебе всегда горит огонь, и ты всегда полон сил. Только так можно стать достойным членом клана Айон.
— А члены твоего дома там будут? — спросил Сареф.
— Само собой, — важно кивнул Энгрей, которому почему-то очень польстило то, что Сареф задал ему такой вопрос, — наш Дом отвечает за безопасность всего клана Айон, естественно, нам постоянно нужна свежая кровь.
— То есть, глава вашего Дома тоже будет присутствовать? — уточнил Сареф.
— Само собой, — фыркнул Энгрей, — я же только что об этом сказал.
— Ну, мало ли, как устроена власть конкретно в вашем Доме, — пожал плечами Сареф, — может, если вы — личная доверенная гвардия Ильмарриона, то он вами и руководит.
— На самой заре создания нашего Дома так и было, — неожиданно кивнул Энгрей, — но тогда Агьялты были всего лишь простыми исполнителями, безымянными и, как следствие, фактически бесправными. Это порождало слишком много конфликтов между нами и знатными, поэтому один из предшественников Ильмарриона 450 лет назад создал Дом Агьялт и наделил всех его членов ненаследуемым дворянством.
— Ненаследуемым? Дальновидно, — хмыкнул Сареф.
— Можешь хихикать сколько угодно — на самом деле это весьма умно, — неожиданно серьёзно ответил Энгрей, — если у меня когда-нибудь будут дети — они не станут заложниками Дома Агьялт и будут вольны выбирать свою судьбу сами. Главное, что я смогу обеспечить им достаток. Если они захотят служить дому Агьялт — это будет их собственное решение. А если они захотят связать свою жизнь с чем-то ещё — клан Айон даёт для этого больше возможностей, чем кто бы то ни было. И это намного удобнее, чем растить в клане вечно недовольного, ноющего и бесполезного трутня, который при первой же возможности кинет свой клан и побежит по Системным лугам, выискивая, где трава зеленее, не так ли?
— И всё-таки, думаю, мне повезло, что я не родился в твоей семье, — уязвлённо ответил Сареф, — не думаю, что чучело хилереми — это тот подарок, который я хотел бы получить на совершеннолетие.
Энгрей в ответ на этот выпад лишь издевательски осклабился, прекрасно понимая, что его слова задели Сарефа намного сильнее, чем он показывает на первый взгляд…
А вот на следующее утро случилось непредвиденное. Энгрей, в принципе, привык к тому, что на завтрак они ходят поздно, поэтому он и Сарефу позволял лишний час поваляться в постели, и сам в это время дремал в уже излюбленном кресле. Однако сегодня Сарефа подняли ни свет, ни заря. И, с учётом того, что вчера Сареф зачитался одной из книг, которую почти с боем вырвал у местного библиотекаря, вставать не хотелось вдвойне. Однако, само собой, Сарефу очень быстро напомнили, что он не в гостях, и если ему говорят что-то делать, значит, надо это делать.
— Подъём, малявка! — скомандовал Энгрей, срывая с Сарефа одеяло, — тебя ждут великие дела.
— Ты что, с ума сошёл? — сонно возмутился Сареф, — что за дела? Дай мне поспать!
— Спать отменяется, — пояснил Энгрей, явно получая удовольствие от своей работы, — тебе поступил личный приказ Ильмарриона — присутствовать с ним на завтраке. Так что поднимайся, тебя подготовят.
— Он что, с ума сошёл? — рассердился Сареф, — ему мало того, что он покажет меня на всю трибуну сегодня днём? Ему надо и на завтраке мной похвастаться? Пусть катится в Хаос, никуда я не пойду! — после этих слов Сареф вызвал Гилеан и, вернув одеяло в постель, завернулся в него. Энгрей, как и следовало ожидать, подобного жеста не оценил. С Сарефа снова сорвали одеяло, после чего он чётко ощутил, как по его спине прошёлся хлыст, оставив яркую полосу боли.
Разумеется, это тут же всколыхнуло все его воспоминания, как в пятилетнем возрасте его избивал дядя Исмарк. Не помня себя от ярости, Сареф вызвал Системное окно и с помощью Тёмной Фазы сместился за спину Энгрея, после чего хотел обрушить Гилеан на его затылок так, чтобы вышибить тупому уроду все мозги… но, ожидаемо, его парализовало в момент замаха.
— Ну вот, совсем другое дело, — ехидно улыбнулся Энгрей, повернувшись к парализованному Сарефу и издевательски похлопав его по плечу, — надо было сразу с этого начинать. И помни: будешь вести себя, как маленький мальчик — тебя будут поднимать плёткой каждый день.
— Однажды я за это порву тебя на куски! — прошипел Сареф, — и тебя ничто не спасёт!
— Сам виноват, — пожал плечами Энгрей, — если ты до сих пор не понял, то повторю персонально для твоей глупой головы: если мастер Ильмаррион отдаёт тебе приказ — ты ему подчиняешься. А если ты ему не подчиняешься — мы находим способ заставить тебя подчиниться. Приступайте! — скомандовал он. Сарефа отпустил паралич, и он, упав на колени, только сейчас заметил, что за этой сценой молча наблюдали две девушки-служанки. Получив разрешение, они принялись приводить Сарефа в порядок, да так ловко, что он уже через 10 минут стоял, умытый, причёсанный и одетый в чистую новую одежду.
— Пойдёт, — невозмутимо кивнул Энгрей, — следуй за мной.
Сареф представил, как он вырывает внутренности Энгрею, а потом набивает его чучело, которое станет главным и последним трофеем в его коллекции, и ему стало чуть легче. Впрочем, в этот момент Хим поспешно погасил его злость и ярость, утешив хозяина, что время для мести ещё придёт. А вот если Ильмаррион совершенно внезапно пригласил его на такое мероприятие, значит, он затеял очередную гадость. Следовательно, холодная голова на плечах необходима, как никогда.
Через 15 минут Сареф и Энгрей стояли перед дверьми в небольшое помещение, судя по всему, столовой для личных приёмов. Кроме того, здесь уже стояли три гвардейца со знаками Дома Агьялт, охранявшие помещение. Энгрей кивнул Сарефу на дверь и отошёл к остальным гвардейцам. Сареф же открыл дверь с явным желанием поздороваться максимально вежливо — но при этом так, чтобы Ильмаррион десять раз пожалел, что решил так внезапно дёргать его для своей дешёвой показухи…
И оторопел. Потому что внутри небольшого, но очень приятного глазу и уютного помещения находился стол на 10 персон. Во главе стола, разумеется, сидел сам Ильмаррион, даже за столом не изменяя своей традиции сидеть с накинутым на лицо капюшоном красного плаща. По левую сторону от него сидели три члена клана Айон. Судя по тому, что среди них был Иналай — из дипломатического блока. В одном из двух оставшихся Сареф неожиданно узнал Фарвиго. Кроме того, рядом с тройкой дипломатов сидела Джинора, которая вообще непонятно, как здесь оказалась. Зато четверо гостей, сидевших по правую сторону от Ильмарриона, едва не заставили Сарефа уронить челюсть, потому что
Двое молодых людей, один взрослый мужчина и один мужчина уже в преклонном возрасте. У всех четверых на левом предплечье — красные кулаки на серебряном фоне. Гербы клана Гайранос. А это значит… что Жерар и члены его семьи (девушку Сареф даже помнил, она приезжала в клан Джеминид, когда ему было 19) лично прибыли сюда, в клан Айон.
— Здравствуй, Сареф, — кивнул Жерар, сидевший по правую руку от главы Ильмарриона, — рады видеть тебя в добром здравии.
Сареф же сделал то единственное разумное, что он мог сейчас сделать: прикусил язык. Он абсолютно не понимал, что здесь делают члены семьи Гайранос, почему их сюда вообще пустили, и для чего Ильмаррион притащил сюда его, но самым разумным будет не делать резких телодвижений. Поэтому он лишь кивнул в ответ:
— Доброе утро, господин Жерар. Ваш визит вышел настолько же приятным, насколько и неожиданным.
— Это точно, — подхватил Ильмаррион, — давай, Сареф, проходи, садись, ждём только тебя, — он указал рукой на свободное место по левую сторону от себя. Сразу же после этого слуги принялись подавать блюда. Само собой, это мог сделать и хранитель поместья, в десять раз быстрее и аккуратнее… но сейчас эта пауза позволила Сарефу собраться с мыслями.
Что здесь делают члены семьи Гайранос? Почему они получили приглашение на такое личное мероприятие? И через несколько секунд ответ пришёл. Девушка, которую сподвиг на самоубийство член клана Зинтерра… Она была невестой, которая должна была уйти в клан Гайранос. А теперь, когда она мертва… Жерар со своей делегацией прибыл сюда решать этот вопрос. И, судя по тому, что он первый поприветствовал Сарефа, именно он настоял на том, чтобы оный Сареф здесь присутствовал. Потому что больше не было ни одной причины, почему его выдернули из постели без предупреждения.
А это означало, что ему предстояло прикусить язык с удвоенной силой. Он почти не общался со своим дедом по отцовской линии, и потому отлично понимал, что за этот жест кто-то очень дорого заплатил. Его друзьям наверняка пришлось очень долго постоять перед кем-то на коленях ради него, и будет
После того, как произвели первую смену блюд, Жерар завёл непринуждённую беседу. Привычные хлопоты и подготовления к зиме сменились на обсуждение дел с кланом Зинтерра, который снова требовал для себя торговых привилегий, обещая в ответ беспрепятственный выход к Северному морю. Клан Гайранос, который не имел собственного флота, так как и выхода к морю не имел, как обычно, отказался, но на этот раз Зинтерра предложила дополнительно скрепить этот союз клановым браком. Невеста или жених — на усмотрение Гайраносов — отправляются к клан Зинтерра. Разумеется, им будут предложены
— Мы, конечно же, отказались, — закончил свой рассказ Жерар, — наш союз так же крепок, как и всегда. Однако не могу не заметить, что с каждым годом они проявляют всё бо́льшую настойчивость. По правде говоря, это уже начинает вызывать некоторое раздражение.
— Адральвез всегда поднимает голову перед холодами, ища, где можно откусить кусок пожирнее, — пожал плечами Ильмаррион, — к этому надо просто привыкнуть, как к смене времён года. Зинтерра не может предложить другим кланам ничего, кроме своих людей и своей рыбы, — он чуть слышно фыркнул, — они хотят построить этот торговый маршрут для того, чтобы поток товаров направился к ним, из вашего клана. Думаю, Жерар, вы это отлично понимаете.
— Само собой, — кивнул Жерар, — просто… я прошу вас проявить понимание, если во время нашего следующего торгового собрания будет присутствовать так же и Адральвез. Я не могу просто игнорировать его прошения без возможности высказаться, это будет слишком невежливо.
— Ничего страшного, — кивнул Ильмаррион, — там, где его присутствие неизбежно — я потерплю его пару часов.
— Да… собственно, об этом, — ловко ввернул Жерар, — насколько мне известно, мой внук проходил тренировки в клане Зинтерра…
Сареф, отправивший в рот ложку салата с крабами и маслинами, изо всех сил постарался, что его лицо в этот момент не свело. Только собственная воля и утешение Хима позволили ему в этот момент сдержаться и не сказать на весь стол, что он думает о своём «дедушке», которому всю жизнь не было до него дела.
— И прошёл их очень успешно, — невозмутимо продолжал Жерар, — кроме того, мне известно, что Сареф никогда не горел желанием взаимодействовать с кланом Айон… в силу разных причин. А в тот единственный раз, когда он пришёл сюда, как Чемпион, для тренировок в походах — меньше, чем через месяц он оказывается в поместье клана Айон. Так что, простите мне мою наглость, магистр Ильмаррион, но… Сареф, с тобой всё в порядке, тебе точно не нужна никакая помощь?
После этих слов Сареф буквально почувствовал, как глава драконов по правую сторону от него окаменел, ожидая ответа. И Сареф неожиданно понял, что если он сейчас скажет «да» — то Жерару будет, что предъявить Ильмарриону. Но, к сожалению, он давал слово ради спасения своих друзей. И, выбирая между лёгким и правильным, он никогда не шёл на поводу малодушия.
— Между нами, действительно, в прошлом были разногласия. Немалые разногласия, — добавил он, взглянув на Джинору, — однако время идёт. Мы меняемся. Жизнь в Системе течёт дальше. И когда я пришёл на земли клана Айон — меня без проблем пустили и на монстра 4-го, и на монстра 5-го уровня с максимально комфортным графиком. Так что, если магистр Ильмаррион предложил мне своё гостеприимство — думаю, было справедливо дать ему ещё один шанс.
Ильмаррион рядом с Сарефом выдохнул, Жерар же продолжал внимательно смотреть на своего внука. Выдержав паузу в несколько секунд, Сареф добавил:
— Но мне приятна ваша забота, господин Жерар, спасибо, — назвать Жерара дедушкой у него пока при всём желании язык не поворачивался. Жерар, чуть сощурив взгляд, кивнул и вернулся к своему блюду. А вот от Ильмарриона разошлась физически ощутимая волна злости. Вероятно, магистр драконов отлично считал этот намёк. И он, не сумев сдержаться, сказал:
— Сареф здесь в полной безопасности, можете в этом не сомневаться!
— Охотно верю вашим словам, — невозмутимо кивнул Жерар, — однако, к большому сожалению, иногда случаются вещи, над которыми мы не властны. Думаю, с учётом того, что мне потом ещё утешать Рикона, который успел сильно привязаться к девушке… да упокоит Система её душу, вы меня отлично понимаете.
Ильмаррион, понимая, что здесь его переиграли всухую, лишь что-то промычал, снова принимаясь за еду. Когда же трапеза подошла к концу, он сказал:
— Позвольте предложить вам и вашим спутникам посетить наше мероприятие — переход в Среднее Ученичество. Молодые члены клана Айон покажут, чему научились и достойны ли обучаться дальше.
— Конечно, — кивнул Жерар, — это большой знак доверия — показать нам что-то настолько личное. Для нас будет честью принять подобное предложение.
После этого все участники завтрака встали и направились к выходу. Сареф, не особо спешивший, оказался рядом с Джинорой, которая тоже встала из-за стола одной из последних. И когда они поравнялись, Сареф увидел, что Джинора, прижимая руки к своему животу, два раза скрестила указательные пальцы. Сареф сощурился. Это клановая система знаков невербального общения, которыми обменивались между собой члены кланов, когда нельзя было говорить напрямую. И сейчас Джинора сообщила ему, что против него, Сарефа, сейчас готовят какую-то гадость, и, возможно, в этом будет участвовать и сама Джинора, которую явно вынудили согласиться. Впрочем, об этом Сареф мог бы догадаться и сам. Каждый раз, когда Ильмаррион в этом поместье останавливал на нём свой взгляд, это для него не предвещало ничего хорошего…
Глава 1.9
Делегация, которую замыкали Сареф и Джинора, вышла из поместья и направилась к тренировочной площадке. Впрочем, уже на выходе был слышен доносящийся гул. И когда они подходили к площадке, Сареф нехотя признал, что он до сих пор недооценивал масштаб клана Айон. Впрочем, оглядеться он не успел: они свернули в сторону и, обойдя площадку с наружной стороны примерно на четверть, подошли к примыкающей башенке. Внутри оказалась винтовая лестница, по которой они и поднялись наверх.
Вышли они в особой балконной ложе, возвышавшейся над остальными зрительскими местами. Здесь стояли принесённые заранее кресла в 3 ряда, по 9, 8 и 7 мест на каждый ряд соответственно. Два нижних ряда уже были заняты незнакомыми, но, вне всякого сомнения, знатными драконами, который подчёркивали свой статус богатой одеждой и роскошными украшениями, среди которых, разумеется, превалировали красный, белый и чёрные цвета. Красный — цвет пламени, белый и чёрный — цвета герба клана Айон. Мельком Сареф подумал, что среди этих драконов должен быть и Феофан Вааг, если уж его род — главный по поставкам продуктов и в клан Айон, и на продажу за его пределы. Но так как в лицо он его не знал, то и подтвердить свою догадку не мог.
Ильмаррион, разумеется, занял центральное место в верхнем девятиместном ряду. Справа от него сели Жерар и трое членов его семьи, слева — Сареф, Иналай, Фарвиго и Джинора. Незнакомый Сарефу третий дракон из дипломатического блока, как видно, затерялся где-то по пути и ушёл по своим делам.
И вот здесь уже Сареф получил возможность оценить весь масштаб трагедии. Драконов было не просто много — их было невероятно много. При том, что кого попало сюда явно не пускали. Сразу под ними была трибуна для знати попроще, где стояли отдельные стульчики, и трибуна эта была огорожена от остальных железными перилами. Остальной же люд сидел на длинных скамьях и ожидал начала события. В проходах между трибунами стояли члены дома Агьялт, которые зорко следили за порядком, и при любой, даже самой малой искорке, которая грозила перейти в конфликт, подходили к спорщикам и делали им тихое, но явно весомое внушение, после чего спорящие покорно усаживались на свои места, не смея даже поднять взгляд.
Само собой, даже в их ложе стояло целых шесть членов дома Агьялт, по два в каждом ряду. И когда Сареф их осматривал, то пару раз уловил ненавистные взгляды. Направлены они были не на него самого, а на Жерара и членов его семьи. Словно гвардейцы Ильмарриона недоумевали, почему этим людям вообще дозволено здесь находиться. Одновременно Сареф заметил, что, хоть Жерар и сел рядом с Ильмаррионом, зато его более старший родственник, вероятно, племянник, сел с краю трибуны, а юношу и девушку они посадили между собой. И, судя по достоинству, с которым они держались, Гайраносы отлично знали, что их здесь будут поливать презрением, смотреть на них, как на второсортных выскочек… Но, тем не менее, они пришли сюда. По сути — ради него.
И в этот момент Сареф почувствовал, как лёд в его сердце начинает оттаивать против его воли. Какой бы сволочью не был Жерар, как и все главы кланов, он всё же был неплохим политиком. Он весьма умно разыграл имеющиеся у него карты. Он пришёл в клан Айон именно в тот момент, когда Ильмаррион устраивал это мероприятие, надавив на смерть невесты, которая была обещана его клану, и, фактически, не оставив ему ни времени, ни возможности для отказа. Потому что если к самому Сарефу Энгрей и прочие Агьялты уже привыкли, относясь к нему, как к причуде своего главы… То вот яростные и ненавидящие взгляды, которые они бросали на Гайраносов, красноречиво говорили о том, что их здесь быть не должно ни при каких обстоятельствах. И это вызывало невольное уважение. Значит, при должной сноровке и понимании положения вещей надавить можно даже на таких политических исполинов, как Ильмаррион и Адральвез. А с учётом того, что всё это давление и неприязнь Гайраносы сейчас терпят, по сути, ради него, то… Сареф пока не мог сказать, что он по этому поводу думает, но… наверное, именно так выглядит поддержка рода и семьи.
Наконец, все зрители собрались, и по какому-то неуловимому знаку наступила тишина. На поле же начали выходить молодые ребята, все в одинаковой форме, тёмно-красные куртка и штаны. Обуви, что примечательно, не было, все стояли на песке босиком. Их было много, сорок… нет, даже пятьдесят человек. За ними стояли трое взрослых драконов, вероятно, наставники и учителя. Ровным строевым шагом выйдя на середину площадки, ученики клана Айон повернулись в сторону трибуны, где сидел Ильмаррион, и так же синхронно отвесили уважительный поклон.
Эта картина вызвала у Сарефа невольную горечь. Он вспомнил, как праздновали день Зимнего Солнцестояния в клане Зинтерра. Там, конечно, было просторное помещение, куда вместились все члены клана, и это было по-своему уютно, но… их было всего 300 человек. 300 — на целый клан! А подарки, которые положено дарить членам клана до 20 лет, и вовсе получили всего 9. Да, возможно, там были не все, пусть половина, хорошо, пусть даже всего треть или четверть — но даже тысяча членов клана Зинтерра — что это по сравнению с этим столпотворением. И с 50-ю учениками, из которых, судя по всему, даже не все с первого раза получат право продолжать обучение. Объяснение этому было только одно: хилереми на самом раннем этапе безжалостно отсеивали всех, кто не подойдёт клану Зинтерра, драконы же этот отбор вели всё обучение, и наверняка найдётся немало тех, кто на каком-то этапе просто бросил тренировки и ушёл жить свою обычную жизнь.
Тем временем Ильмаррион поднялся на ноги. Сразу же по всему стадиону раздались аплодисменты: все гости приветствовали своего главу. Ильмаррион милостиво подождал десять секунд, после чего поднял руку, требуя тишины. И, как только она воцарилась, магистр начал говорить:
— Дорогие друзья! Сегодня, как и каждый год, мы собрались здесь для того, чтобы приветствовать наших учеников! Целый год, а кто-то даже дольше, они тренировались для того, чтобы доказать своё право перейти на следующую ступень обучения, и из Младшего Ученичества перейти в Среднее! Прошу заметить, что среди учеников так же есть и те, кто проходит этот экзамен во второй, а кое-кто даже в третий раз! Напоминаю, что проваливший экзамен трижды заканчивает своё обучение и не может дальше развивать в себе клановые силы! Да начнутся испытания, и пусть обучение продолжат достойнейшие из достойнейших!
После этой, признаться, совершенно не мотивирующей речи Ильмаррион сел обратно. Снова раздались аплодисменты, но они были больше вялыми и дежурными, потому что ими было принято завершать выступление главы клана. Сареф же обратил внимание на учеников. Ему в глаза почему-то бросились трое. Первый черноволосый парнишка с лицом, как у хорька, украдкой оглядывался на остальных с таким видом, что было яснее ясного: если потребуется, он будет идти по головам. Вторым был упитанный парень с рыжими волосами и зелёными глазами, стоявший вторым в третьем ряду. В нём ничего особенного не было, просто, глядя на него, Сареф вспомнил Джайну и Лину. Да и волновался он явно больше обычного. Последним был светловолосый мальчик с серыми глазами, стоявший в левом краю последнего ряда. От него Сареф чувствовал сильный отголосок усталости и безразличия. Казалось, этот мальчишка был до того измучен то ли тренировками, то ли ожиданиями своей семьи, что он уже хотел только одного: чтобы всё это просто, наконец, закончилось.
— Первое испытание! — возвестил распорядитель, который сидел прямо под их трибуной, — молодой дракон должен доказать, что он вынослив! Поэтому — необходимо пробежать десять кругов, — он эффектно взмахнул рукой, и на площадке появились металлическое ограждение, оставляя небольшую тропу между трибунами и центром арены, по которой и нужно было бежать, — необходимо преодолеть дистанцию за 10 минут! Приготовились!
Мальчишки тут же ринулись на стартовую разметку, которая была обозначена чёрно-белым рисунком на ограждении. Трое наставников, а так же двое подошедших гвардейцев Агьялт помогли ученикам занять места, чтобы дело обошлось без драки. Естественно, черноволосый с лицом хорька вырвал себе место впереди, а рыжий и сероглазый оказались в конце.
— На старт. Внимание! — начал отсчитывать распорядитель, когда ученики выстроились, — марш!
В тот же момент группа учеников разделилась на две неравные части. Десятка три, может быть, даже больше приняли свои драконьи облики, на которые были способны, и поскакали вперёд, на четырёх лапах с огромной скоростью. С десяток же прочих учеников честно побежали по песку на своих двоих, хотя двое или трое всё же не удержались и тоже частично обратили свои тела. Среди этой группы были и рыжий с сероглазым.
Поначалу, разумеется, ученики, что бежали впереди, значительно оторвались от остальных. На один, некоторые даже на 2 круга. Однако же длинная дистанция коварно показала, что сразу на старте выдавать свой максимум — это не самая мудрая тактика. Да, пока основная масса бежала третий круг, десятка самых прытких учеников, среди которых был и черноволосый, уже бежала пятый. Но вот из этой группы внезапно отвалились сначала один ученик, потом другой, третий… они упали на землю и пытались отдышаться. А поскольку пространство для бега было оставлено достаточно узкое, меньше десяти шагов, то на них случайно — а, возможно, и специально — во время бега наступали другие ученики, таким образом только ещё больше выводя их из строя. конечно, выглядело это всё максимально естественно: если ты бежишь длинную дистанцию по узкой тропе, да ещё и на четырёх лапах, у тебя нет времени особо разбираться, что там за груда тряпья под ногами.
Впрочем, справедливости ради, поступали так не все. Сероглазый парень, бежавший четвёртый круг, так же неожиданно упал на землю без сил, хотя он точно не использовал драконьих навыков. При этом рыжий парень, что уже пятый круг бежал в одном темпе, явно экономя силы, на бегу подхватил сероглазого за шиворот, поднял его и хлопнул по плечу. Сероглазый покачнулся, но всё же удержался на ногах и медленно побежал дальше.
И вот, к финишу нарисовалась интересная ситуация. Из десятки самых ретивых до финиша десятого круга добежали только трое, в том числе и черноволосый парень с лицом хорька. И то, они так дышали и держались за грудь, словно боялись, что их сердце не выдержит. Семеро же остальных попадали без сил — и по ним уже бежали другие, так же совершенно не стесняясь пройтись по хребту. Один из учеников, который нашёл в себе силы встать и продолжить марафон, топтал одного из упавших с таким мстительным энтузиазмом, что одному из гвардейцев Агьялт пришлось делать ему замечание и пригрозить дисквалификацией. Медленно, но верно ученики добегали до финиша. Успешно прошедшие марафон отходили на отдых в одну сторону, тех же учеников, которые уже никак сами не встали бы на ноги, неведомая сила поднимала и уносила к краю арены, где их уже ждали целители.
Рыжеволосый упитанный парень, на удивление, показал вполне хороший результат, финишировав в двадцатке и при этом совершенно не используя драконьи навыки. Сероглазый же парнишка каким-то чудом успел доплестись до финиша десятого круга за десять секунд до того, как распорядитель объявил, что время истекло.
По итогам этого отбора отсеялось 16 учеников. Пятеро из них, не скрываясь, плакали, уткнувшись в плечо подошедшим родственникам или наставникам. Судя по всему, это был их последний шанс, и теперь они больше не смогут обучаться дальше. Более того, их навсегда лишат драконьих сил. Интересно, как это выглядит? На них накладывают какую-то блокирующую печать? Или просто вытягивают из них драконьи силы? Судя по тому, что какое время клан Айон всерьёз рассматривал вариант изъятия у Сарефа Руки Пересмешника, драконы на такое более, чем способны.
Следующим испытанием после короткого отдыха стала диковинная полоса препятствий. Она состояла из трёх уровней, на каждом из которых с той или иной скоростью крутилось деревянное бревно с разными фигурами, наростами и прочими выступами, об которые очень легко споткнуться и упасть. В нескольких местах на брёвна лилась вода или сверху дул сильный поток воздуха. Основная соль, как понимал Сареф, заключалась в том, что даже если ученик упадёт с первого бревна, на второе, он всё равно сможет продолжить движение дальше, правда, на второй полосе бревно крутилось быстрее, и уступов и наростов там было гораздо больше. Упасть можно было и на третье бревно, но оно крутилось уже совсем с большой скоростью, и даже безо всяких препятствий просто удержаться на нём уже было подвигом. По бокам то тут, то там либо болтались верёвки, либо мерцали магические барьеры, чтобы ученик, упавший с одного уровня, имел больше шансов удержаться хотя бы на следующем. Но, само собой, если ты упал, возвращаться назад было запрещено.
По команде распорядителя ученики по одному заходили на полосу и начали её проходить. При этом все ученики запускались с интервалом в десять секунд, вероятно, для того, чтобы никто не расслаблялся.
Само собой, парень с лицом хорька ловко прошёл всю полосу препятствий на первом уровне, нигде не споткнувшись и даже не замедлившись. Сероглазый парень со светлыми волосами, которого запустили во второй десятке, почти сразу сам спрыгнул с первого уровня на второй и начал идти по нему. Как понял Сареф, этот парнишка имел вдумчивый подход и мог пройти любую ловушку или загадку, но он ненавидел, когда его подгоняли и толкали в спину.
Рыжеволосый упитанный парень ступил на полосу одним из последних, и он справедливо опасался этого испытания. Хотя поначалу он шёл хорошо, даже прошёл половину пути, но неожиданно поскользнулся на участке, где лилась вода, и обрушился вниз. В это же время уровнем ниже сероглазый парень медленно проходил дальше. Увидев падающего товарища, он схватил его и, возможно, даже удержал бы. Но, к сожалению, бревно крутилось не в ту сторону, поэтому секунду спустя они оба упали на третий уровень. В итоге они висели, обняв бревно каждый со своей стороны и крутились, как кусок мяса на вертеле. Казалось бы, они вот-вот должны были упасть, благо что бревно на третьем уровне крутилось очень быстро… но неожиданно они начали продвигаться вперёд вместе. Когда один из них оказывался вверху, он начинал ползти, а другой вцеплялся в дерево, используя когти на частично трансформированных руках и ногах. Когда же они менялись местами, полз другой, а первый замирал.
Выглядело это очень забавно, многие зрители не стеснялись тыкать в них пальцами и смеяться. Но Сареф не смеялся. Напротив, их можно было только уважать. Рыжеволосый наверняка сам бы прошёл дистанцию, но он нашёл несколько секунд, чтобы поднять товарища и подбодрить его. И юркий сероглазый легко бы прошёл полосу препятствий, но рискнул всем, чтобы помочь товарищу и отдать должок. В итоге ученики один за другим падали с брёвен, а эти двое, поддерживая друг друга, пусть и потратив больше всего времени, но всё-таки прошли полосу препятствий по нижнему бревну.
— У меня к тебе небольшая просьба, Сареф, — неожиданно раздался над ним вкрадчивый голос Ильмарриона. Тот вздрогнул. Он и сам не заметил, как проникся испытанием, и теперь искренне болел за рыжеволосого и сероглазого мальчишек, чтобы они прошли испытания, а черноволосый выскочка с лицом хорька оступился и получил по заслугам.
— Прямо сейчас? — нахмурился Сареф, бросив быстрый взгляд на Джинору, которая предупреждала его о том, что обязательно произойдёт нечто подобное.
— Мне бы хотелось, чтобы ты принял участие в третьем этапе ученического отбора, — продолжил негромко говорить Ильмаррион, — признаюсь, многим это было бы интересно, а ученикам — даже полезно.
— А что случилось? — ехидно спросил Сареф, — великий и ужасный клан Айон внезапно перестал располагать ресурсами, чтобы провести отбор Ученичества?
— Конечно, нет, — мягко ответил Ильмаррион, — просто обычно в третьем этапе оставшиеся ученики делятся на две команды. Каждой из них выделяется взрослый дракон. И каждая команда, используя палки, хлысты, цепи и свои собственные навыки, должна загнать своего дракона на выбранный участок и заковать его в цепи. Само собой, — со значением добавил магистр Айон, — для этой цели берутся дикие драконы. Чтобы процесс охоты и загона выглядели максимально естественно, и чтобы максимально исключить возможность того, что дракон будет поддаваться ученикам. И мне кажется, что сегодня для этой задачи подойдут два вполне конкретных дракона…
— Вы не посмеете, — у Сарефа от такой подлости волосы встали дыбом, — они же члены вашего клана. Вы не можете просто позволить их гонять малолетним соплякам по арене, как диких зверей, вы не можете так их опозорить, даже для вас это слишком низко!
— Вот как ты считаешь, — мягко спросил Ильмаррион, явно очень довольный реакцией Сарефа, — что ж, посмотрим… — с этими словами он поднялся и начал поднимать руку, готовясь объявить третий этап…
Глава 1.10
— Вы позволите мне навещать Махиаса и Сфайрата каждый день, — прошипел Сареф, которого сейчас разрывало надвое от ярости. С одной стороны, ему проклянуть себя хотелось за то, что он поддаётся на манипуляцию Ильмарриона, но с другой… и Махиас, и Сфайрат сейчас находились в таком состоянии из-за него. При этом их статус в клане Айон был для них всем. Они оба не были рождены здесь, и оставалось только догадываться, сколько страданий и лишений они вынесли ради того, чтобы обрести свою силу. И если после этого их будут гонять, как диких зверей, на глазах у всех мало-мальски значимых членов клана Айон, то после этого им только и останется, что покончить жизнь самоубийством вслед за несостоявшейся невестой, что должна была уйти в Гайранос.
— Я вроде не припоминаю, чтобы разрешал выставлять себе условия, — высокомерно ответил Ильмаррион, не в силах, однако, скрыть прорывающееся торжество в голосе.
— Если вам нужен носитель хилереми, который будет плясать под вашу дудку и развлекать ваш молодняк — заслужите его! — прошипел Сареф. Рука Ильмарриона дёрнулась, после чего он чуть повернулся в сторону Жерара, который отлично слышал их перешёптывания… И магистр драконов, хмыкнув, сказал:
— А ты нахал, Сареф. Уже давным-давно никто не смел требовать
— Да, — выдохнул Сареф.
— Отлично. Кириан! — Ильмаррион обратился к одному из Агьялтов, что стояли в ложе, — отведи его на площадку и дай ему возможность переодеться.
Сареф поднялся и аккуратно перебрался через места Фарвиго, Иналая и Джиноры. Девушка, когда Сареф аккуратно перебрался мимо неё, чуть подняла безымянный палец и мизинец на левой руке, покоящейся у неё на коленях. Этим невербальным знаком она пожелала ему удачи.
— Можешь надеть пару своих артефактов, — покровительственно бросил Сарефу вслед Ильмаррион, — думаю, это будет честно.
Гвардеец Кириан повёл Сарефа вниз по винтовой лесенке башни, примыкавшей к трибуне. Сареф полагал, что они спустятся вниз и будут обходить арену снаружи, но гвардеец, пройдя несколько пролётов, пару раз нажал на каменную стену — и внутри открылся тайный проход. Пройдя по нему, гвардеец и Сареф оказались в помещении, которое, судя по всему, было местной раздевалкой. Множество крюков, где висела одежда, налево вела дверь, за которой, вероятно, были уборная и душевые, а за большой дверью прямо впереди слышался гул зрителей.
— Переодевайся и экипируйся. В темпе! — приказал гвардеец. Сареф послушно переоделся, размышляя, что из артефактов ему надеть. Его выбор вполне логично остановился на Куртке Солнечных весов и Сапогах Следопыта. Повязка Провокатора слишком уж выделяется, да и надевать сейчас подарок Ильмарриона не слишком хотелось. Переодевшись и экипировав вещи, Сареф мельком глянул в своё Системное окно.
Поделиться книгой: