Помоги проекту - поделись книгой:
Невероятно бережно Стив приподнял веко зелёного глаза Йохалле и поднёс бумеранг. Он это делал крайне медленно, потому что подобное было очень опасно. Наконец, когда между глазом и лезвием оставалось расстояние с толщину пальца, Йохалле не выдержал:
— Да давай уже быстрее, чуть ткнул — и всё! Чего ты копошишься?
— Я — берсерк, — огрызнулся Стив, — я не могу просто чуть ткнуть! Не хочешь остаться без глаза — не лезь под руку!
Наконец, прицелившись, он осторожно коснулся глазного яблока эльфа и отпустил его веко. Тот мгновенно сморгнул, после чего из его глаза потекли чёрные слёзы. Это продолжалось примерно 30 секунд, после чего паралич полностью сошёл с Йохалле, и он поднялся, разминая затёкшие мышцы. После чего он забрал у Стива своё оружие и подошёл к стревлогу.
— Ну что, дружок, твоя очередь, — мягко сказал он, вставая перед ним на колени. И, глядя в испуганный глаз стревлога с вертикальным зрачком, добавил, — будет немного неприятно, но придётся потерпеть. Не переживай, я аккуратно.
И, в самом деле, пара секунд, легкое касание — и вот из глаза стревлога так же выходят чёрные слёзы, унося вслед за собой паралич.
— Интересно, — хмыкнул Стив, — а с Сарефа нельзя было развеять его проклятие на неспособность носить артефакты таким способом?
— Не говори ерунды, — отмахнулся Йохалле, — это работает только на те проклятия, которые сами должны пройти со временем. Это всего лишь ускорение развеивающего эффекта. Так что даже если бы я Сарефу оба глаза выколол своим бумерангом — это бы ничего не дало.
— Неважно, — Бьярташ, тоже вернув себе подвижность, встал, разминая тело, — что нам делать дальше? Сареф у драконов, и только одной Системе известно, что они будут с ним делать! Особенно теперь, когда они знают, что он пил эту проклятую кровь!
— А вариантов у нас не так уж и много, — мрачно ответил Йохалле, — отбить его, как вы понимаете, мы не сможем. Выкрасть — тоже. Я, конечно, могу собрать наших ребят, чтобы мы проникли на территорию Айон, но вот войти в поместье нам не под силу. Даже десяток Теневых Символов с этим не справятся. Собственно, вариант у нас только один. Тот самый, которого так боялся этот урод. Растрепать на всю Систему, что случилось. Индарелла должна узнать, его мать и дед в клане Ондеро должны узнать. Я, конечно же, пошлю весточку своим, как только прибуду в ближайшую синюю таверну. Пусть известят Вильгельма и Тарлиссона. Возможно, их внимание тоже добавит веса этой ситуации. Если заставить всю Систему смотреть на драконов — они десять раз будут обдумывать каждый свой следующий шаг в отношении Сарефа.
— И Адральвез! — горячо добавил Стив, — Адральвез тоже обязательно должен об этом знать! Если кто-то и может надавить на драконов — то это он! Кроме того, Сареф — носитель хилереми, он не бросит его там просто так!
— Стив, — Йохалле с грустью посмотрел на него, — мне очень жаль… но я не думаю, что мы можем рассчитывать на Адральвеза.
— В смысле? Почему? — опешил Стив.
— Потому что эту замечательную идею с кровью Сарефу подсказал Адральвез, — ответил Йохалле, — и, судя по тому, в каком бешенстве был Ильмаррион, вероятность, что Сареф станет обезумевшим чудовищем, которое пошло бы разорять ближайший город, была
— Да… да этого просто не может быть! — горячо ответил Стив, — да, риски, возможно, были, но Адральвез наверняка всё просчитал! И ты всерьёз веришь этому концерту, который устроил Ильмаррион? Я — ни капли не верю!
— Я знаю, что драконы крайне высоко ценят свою репутацию. Нападение обезумевшего чудовища на поселение, особенно с наличием жертв, чудовищно бы её пошатнуло. Даже если Ильмарриону плевать лично на Сарефа — подобный риск вполне мог довести его до такого состояния. И да, Стив, в то, что Адральвез предвидел, что Молох отдаст Сарефу свою кровь добровольно, я не верю. Никакой сверхразум не мог бы спрогнозировать подобное. Вывод остаётся только один. Адральвез намеренно слил Сарефа. И у него были на то причины. Демоны могли отомстить Сарефу за то, что он едва не использовал против них Сферу Хаоса… и, понимая, что с его иммунитетом к Очарованию под полный контроль они никогда его не возьмут… было решено извлечь из этого хоть какую-то пользу.
— Не… не верю, — опешивший Стив сел там же, где и стоял, — этого… ну, не мог Адральвез так поступить!
— Что тебя удивляет? — печально хмыкнул Йохалле, — подобные подставы от кланов — это на самом деле ещё так, игрушечки. Знал бы ты, какие порой комбинации эльфы проворачивают в политике — то подобный финт от Адральвеза тебя бы вообще не удивил.
— Я всё равно в это не верю! — заявил Стив, — я немедленно отправляюсь в клан Зинтерра!
— Это твоё право, — спокойно ответил Йохалле, — вот только к Сарефу после этого лучше не приближайся.
— В смысле… почему? — Стив уже вообще ничего не понимал.
— Потому что у тебя, в отличие от Сарефа, иммунитета к Очарованию нет. И когда ты придёшь к демонам и начнёшь задавать им неудобные вопросы — они просто перекрутят тебе мозги и возьмут под полный контроль. И не сильно рассчитывай на свою специализацию берсерка: в Системе ключик можно подобрать к чему угодно. А когда ты окажешься в их полной власти — Сареф больше не сможет чувствовать себя в безопасности рядом с тобой.
— Да что ты… ну а почему ты тогда не убьёшь меня прямо сейчас? — злобно прорычал Стив, — раз уж я такой неблагонадёжный? Прикончи меня, да и дело с концом, раз я такая угроза! Вдруг страшные демоны отдадут мне приказ дистанционно, и я сойду с ума прямо в этот момент⁈
— Не думаю, что демоны на такое способны, — пожал плечами Йохалле, — по крайней мере, с тобой. Вряд ли ты для них был настолько важен, чтобы в тебя закладывали возможность подобного контроля. Ты ведь даже официально не состоишь в клане Зинтерра. Тебя, так сказать, похвалили за то, что ты достойно представил клан Зинтерра на Состязаниях и дошёл до второго места, дали тебе за это хилереми и отправили жить своей жизнью да приглядывать за границами клана Айон. Но вообще — да, Стив, это проблема. Как только ты столкнёшься с полноправным членом клана Зинтерра — он щёлкнет пальцами и возьмёт тебя под полный контроль. Возможно, не сразу, но бесконечно сопротивляться ты не сможешь. А у демонов, как правило, достаточно времени. Так что над этим тоже стоит подумать.
Глядя на Стива, которого эти слова совсем выбили из колеи, Йохалле утешающе добавил:
— Мне жаль, Стив. Правда, жаль. Ты хороший, честный парень, который держит слово и готов помочь друзьям. К большому сожалению, именно поэтому тобой очень легко манипулировать. Особенно — с учётом хилереми в твоей голове.
— Мне надо подумать обо всём этом, — тихо ответил Стив, — и посоветоваться с Шевью.
— Подумай. Посоветуйся, — кивнул Йохалле, — потому что, к сожалению, это не преувеличение. Если ты сейчас уйдёшь в клан Зинтерра — мы больше не сможем тебе доверять.
— Думаю, у меня есть решение, как помочь Стиву, — сказал Бьярташ.
— Слушаем, — повернулся к нему тёмный эльф.
— Эмилия, — сказал стревлог.
— Эмилия? Та девочка, которая сейчас личная помощница Индареллы? — удивился Йохалле, — а чем она может нам помочь? Ей же даже 18-ти лет нет.
— Нам поможет не она, а её кольцо, — продолжил Бьярташ, — два года назад Сареф отдал ей Перстень Неразлучника, чтобы её, несколько недель, как прибывшую в клан, никто не донимал. Полагаю, за два года она подросла, поумнела и в курсе, как обстоят дела в этом клане, так что и Перстень с иммунитетом на Очарование ей уже не особо нужен. Эргенаш говорил, она была неравнодушна к Сарефу. Если мы скажем, что это для того, чтобы помочь ему — что, вообще-то, правда — она наверняка согласится отдать Стиву кольцо.
— Это мысль, — подумав, согласился Йохалле, — вот только в клане Ниафрост мы никто, и звать нас никак. Нам нужен кто-то, кто в состоянии обратиться в людской клан и быть услышанным.
— Тогда нам нужен Джаспер, — ответил Стив, — он может поднять связи в клане Парсент. Они, конечно, невелики, но чтобы отправить главам кланов несколько писем, их хватит. А там… там не знаю, там уже видно будет, что делать.
— Прекрасно, это звучит, как какой-то план, — кивнул Йохалле.
— Ну а ты, — спросил Бьярташ, — ты будешь подключать других Чёрных Легенд?
— Они почти все вольные, в этом нет смысла, — пожал плечами Йохалле, — мы же уже обсудили, что собирать боевой отряд толка не будет. Конечно, пусть Вартранн дёрнет Бесшумных Барсуков. Может быть, Кейя поднимет старые связи в Мерцающих Листьях. Раз уж ради того, чтобы Роггвира допустили к Источнику, она это сделала — то и для Сарефа подсуетится. Ну и я, конечно, в Нарне пару нитей дёрну. Но это всё, что мы можем сделать. Намного больше вопросов к тебе, стревлог. Сареф — ваш счастливый билет на следующих Всесистемных Состязаниях. Вы собираетесь что-нибудь делать для его вызволения?
— Я не знаю, — задумчиво ответил Бьярташ, — ты же сам говорил, что проникнуть в поместье и выкрасть его оттуда будет невозможно. А что мы ещё можем сделать — я не знаю. Тебе же известно, в каком положении находится наша раса.
— Да ну брось! — Йохалле устало закатил глаза, — из любого положения можно извлечь выгоду! Да на ваших уровнях гуляет самая грязная и непристойная информация! Неужели вы не можете совершенно ничего накопать на драконов?
— Накопать-то, может быть, и можем, — нехотя ответил стревлог, — да только ранг у нас не тот, чтобы трясти этим перед драконами и угрожать им.
— А этого от вас уже и не требуется, — успокаивающе сказал Йохалле, — вы, главное, раздобудьте эту информацию. А что и когда с ней делать — будут уже решать люди другого ранга.
— Для этого, в любом случае, надо поговорить с нашими Старшими.
— Отлично, — кивнул Йохалле, — на этот раз я сам с ними поговорю. Эти хитрожопые ублюдки, которые пытались кинуть Сарефа на награду, как последнего лоха, у меня из шкур повыпрыгивают.
— Йохалле, — с укоризной сказал Бьярташ, — они наши Старшие, они вынуждены заботиться об огромном количестве стревлогов, и они долгие годы упорно тянут наше общее дело. Они и не обязаны нравиться другим. Может быть, тебе стоит быть немного помягче?
— Ладно уж, — фыркнул Йохалле, — Ангреаш сейчас точно где-то рядом с ними околачивается. Вдвоём мы их раскочегарим немного быстрее… и немного деликатнее.
— Ну что, — спросил эльф Стива, — что вы решили?
— Мы идём с вами, — печально ответил Стив, — к сожалению… Шевью признал, что сказанное тобой может быть правдой. После всего, что Сареф для меня сделал… я не могу так рисковать.
— Мудрый выбор, — кивнул Йохалле, — по крайней мере, с нами ты можешь быть уверен: мы тебя в обиду не дадим. Значит, сейчас — к Джасперу и Янике. А там уже будет видно, как действовать дальше…
Глава 1.4
— С вашей стороны было бы очень любезно предложить мне завтрак, — мягко ответил Сареф, оценивающе глядя на дракона, — я ничего не ел со вчерашнего дня.
— Тебе позволят поесть после того, как мы поговорим, — ответил Иналай, дёрнув рукой. Сареф с трудом сдержал желание рассмеяться. Неужели драконы серьёзно собирались проверять его выдержку банальным голодом? Да Адейро перестал практиковать это наказание ещё до того, как Сарефу исполнилось 15, потому что попытки наказать его таким способом приводили лишь к дополнительной головной боли.
Иналай же, внимательно следя за Сарефом, недовольно поджал губы. От него явно не ускользнуло, как после этих слов закрылся Сареф, явно давая понять, что эта беседа будет совершенно бесполезной. Тем не менее, он осторожно заговорил:
— Может быть, ты тогда сам всё расскажешь? Зачем тебе вообще было это нужно? Зачем ты пил эту кровь?
— Вы и сами отлично знаете ответ на этот вопрос, — пожал плечами Сареф, — во время поисков Анейраша я получил проклятие, из-за которого не мог носить артефакты. Адральвез сказал мне, что этот эффект может снять кровь Чёрного Молоха. И, как видите, — Сареф вызвал из Инвентаря Обруч Познания и водрузил его себе на голову, — это сработало.
— Значит, мы были правы, эту дурацкую идею тебе подкинул Адральвез, — невозмутимо кивнул Иналай, — конечно, это было почти очевидно, что после Годасты в клане Ниафрост ты задержишься и поговоришь с ним. Но откуда мы, по-твоему, должны были это узнать?
— То есть вас не смутило, что я уклонился от возможности надеть эту вещь тогда, когда мне её подарили, — хмыкнул Сареф, — странно. Я думал, вы догадаетесь.
— По одному только этому факту? — удивился Иналай.
— Конечно, нет, — невозмутимо ответил Сареф, от которого не укрылось притворство дракона, — Фрида Вааг должна была рассказать вам, что когда она поймала нас перед началом похода на Осину — на мне тоже не было ни одного артефакта. Впрочем, я не удивлён её предательству. Вы предупреждали меня, чтобы я больше не разговаривал с ней, я сам виноват в этом. Учитывая же, что в смерти Бэйзина она всё это время винила меня, я мог сразу догадаться, что так будет.
— Но почему ты просто не попросил у нас помощи? — спросил Иналай, — зачем всё было делать так сложно?
Этот вопрос едва не вызвал в Сарефе вспышку неконтролируемого бешенства. Да как он смеет после всего, что с ним случилось, задавать ему такие вопросы⁈
— Уходите, — махнул рукой Сареф, вставая со своего кресла и подходя к окну, — вы никудышный дипломат, если считаете, что можете задавать мне такие вопросы. Нам не о чем говорить. Если вам угодно морить меня голодом и дальше — пожалуйста.
— Боюсь, ты не в том положении, чтобы указывать, куда мне идти, — с лёгким холодком заметил Иналай.
— Ну, тогда сидите здесь дальше, — пожал плечами Сареф, всё так же глядя в окно. Пару минут в комнате стояла тишина, после чего Иналай не выдержал:
— Сареф, ты ведёшь себя смешно. Только-только ты начал выказывать признаки взрослого человека. Когда преподнёс Ильмарриону полезный дар, когда рассказал нам о судьбе Бэйзина. И, что бы ты о нас сейчас не думал — мы умеем помнить добро, которое нам сделали. Поэтому, собственно, тебя и ждали шесть гвардейцев дома Агьялт. Не потому, что мы хотели избить и унизить твоих друзей, а потому что мы готовы были взять тебя живым, даже если бы ты превратился в обезумевшее одержимое чудовище. И я бы на твоём месте не сильно задирал нос, Сареф. Если ты думаешь, что полностью избежал последствий — это совершенно не так. Они могут пробудиться и через неделю, и через месяц! Только поэтому мы вынуждены были ограничить твою свободу. А теперь ты снова ведёшь себя, как ребёнок, который надулся, отвернулся и отказывается сказать, что у него случилось! Неужели ты сам не понимаешь, как это нелепо выглядит со стороны?
— Вы, действительно, не понимаете, — тихо рассмеялся Сареф, — что ж, хорошо. Объясню просто. Когда вас отлучили от вашей матери?
— Что… что? — Иналай опешил, — это вообще здесь при чём? При чём тут моя мать?
— И всё же ответьте, — мягко настоял Сареф, — это важно.
— Да никто меня не отлучал, — фыркнул Иналай, — моё обучение началось в пять лет, когда я получил от Системы свой первый возрастной талант.
— Вооот, — перебил его Сареф, повернувшись к дракону и с неприязнью на него посмотрев, — в этом и дело. Я не спорю, ваше обучение, возможно, было сложным и трудным. Почти наверняка сложнее и труднее, чем в прочих кланах. Но ваша семья всегда вас любила и всегда имела возможность это показать. Вы всегда чувствовали за спиной безопасность и поддержку своей семьи. Я же такой роскоши в детстве был лишён. По вашей вине. С сознательного возраста у меня фактически не было ни матери, ни отца. Только нянька — и ту вышвырнули прочь, когда она единственный раз посмела за меня заступиться. И всё это было — по вашим приказам. Вы серьёзно думаете, что я когда-нибудь это забуду? Нет, это всегда, подчёркиваю,
— Право слово, Сареф, — в голосе Иналая послышалось едва сдерживаемое раздражение, — мы думали, что ты уже перерос эти детские обиды и готов вести себя по-взрослому. Если уж на то пошло — то винить тебе нужно, в первую очередь, Систему, которая при рождении подарила тебе твой дефект с нулевым атрибутом. Я знаю, что ты говорил об этом с Адейро. У тебя было два пути: или просто расти с этим дефектом, в результате чего ты бы с вероятностью в 95% вырос бы клановым нахлебником, который бы спился вслед за своим отцом… Или попытаться спровоцировать Систему компенсировать это, да, жёстким воспитанием и суровым ограничением. И Система, как видишь, компенсировала тебе это таким уникальным умением, как Рука Пересмешника. Даже в клане Айон умениями подобной глубины обладают единицы.
— О, в этом я не сомневаюсь, — хмыкнул Сареф, — что помимо меня и моего отца есть и другие, кто по вашим приказам всё детство воспитывался, как скот, которых вы после этого забирали в свой клан, выжимали из них уникальные способности, после чего выкидывали этих несчастных на помойку.
— Это не смешно, Сареф, — отрезал Иналай, который уже с трудом сохранял самообладание, — мы никого, как ты изволил выразиться, не выкидывали на помойку! Даже если взять твоего отца — он не выдержал наших тренировок и отказался, это был его выбор. За это он получил право выбрать себе ту женщину, на которую покажет пальцем, и жить в клане до конца своих дней, практически не работая. Это — то, за что любой простолюдин убьёт навсегда, не задумываясь!
— Но, тем не менее, самих себя вы так предпочитаете не воспитывать, — едко заметил Сареф, — почему же? Представьте, что чистокровный член клана Айон будет воспитываться в таких условиях. Какое же чудо выдаст ему Система на 15 или 20 лет? Неужели вы ни разу не пробовали? Или самих себя вам всё-таки жалко?
— В подобном нет смысла, — пожал плечами Иналай, — такая стратегия — это, действительно, нечто близкое к крайним мерам. И нет никаких причин с её помощью пытаться чинить то, что и так не сломано.
— Конечно, — неприятно улыбнулся Сареф, — конечно же, это именно так, и никак иначе.
— И всё-таки на твоём месте я бы взял себя в руки и отнёсся к этому серьёзнее, чем на уровне старых детских обид, — продолжил Иналай, — потому что сейчас речь идёт о твоём будущем.
— А у меня есть какие-то богатые варианты будущего? — развёл руками Сареф, — ну хорошо, вот я здесь. Хорошо, у Ильмарриона была веская причина ограничить мою свободу. Если я, действительно, мог навредить мирным жителям клана Айон — без вопросов, ваш глава в своём праве. Но что дальше? Пройдёт месяц, ну два, ну три. Весь Севроганд будет всё это время внимательно на вас смотреть. Благодаря Ханству Поющей ночи все орки будут внимательно на вас смотреть. Благодаря клану Чёрный Ветер все гномы будут внимательно на вас смотреть. Благодаря Тарлиссону и его королеве все тёмные эльфы будут внимательно на вас смотреть. Ну что ж, удачи вам. Если в ваши планы входит скатиться в политическое ничтожество и дать демонам повод тыкать в вас пальцем и смеяться над вами — можете убить меня. Ах да, ещё Систему не забудьте. Ей не очень понравится, если один из Чемпионов через 5 лет не сможет прибыть на Всесистемные Состязания по вашей вине, вы так не считаете?
— Ты, конечно, обзавёлся несколькими влиятельными друзьями — но я бы не рассчитывал, что ради тебя они будут поднимать на уши всю свою расу, — пожал плечами Иналай, — что до Системы… до твоих Состязаний ещё целых 5 лет. И да… ты вроде бы обещал Ильмарриону, что будешь выполнять все наши приказы. Не слишком ли быстро ты отказываешься от своих слов?
— Обещал, — невозмутимо кивнул Сареф, — если Ильмаррион отпустил бы всех моих друзей. Сфайрата, однако, он не отпустил. Так что и рамки моего обещания не такие жёсткие, как могли бы быть. Само собой, от сказанных тогда слов я не отказываюсь. Если Ильмарриону угодно наблюдать за мной здесь — пожалуйста. Если сюда будут приходить мои знакомые с претензиями — я буду говорить им, что нахожусь здесь по своей воле, и они не смогут давить на вас через Систему. Но делать что-то себе во вред… или что-то унизительное? Не дождётесь.
— Как интересно, — Иналай цепко ухватился за новую нить, — ты уже готов назвать Сфайрата своим другом?
— Я оценил то, что он сдержал своё слово передо мной… даже зная, что может подвергнуться такому наказанию. После этого я, конечно, уже не могу называть его случайным знакомым.
— Допустим, — услышав желаемое, Иналай легко отбросил эту тему в сторону, — но ты расписал для себя самый удачный сценарий, Сареф. А что, если последствия выпитой крови для тебя всё-таки наступят? Ты, действительно, настолько уверен в своём здоровье?
Сареф внимательно посмотрел на Иналая… после чего понимающе улыбнулся.
— Не ожидал, что вы перейдёте к угрозам во время первого же разговора. Да, действительно, вы легко сможете заставить ваших алхимиков добавить мне что-то в пищу, чтобы Кровь Молоха всё-таки дала какие-то побочные эффекты. Спасибо, что предупредили, после этого можете не трудиться предлагать мне какую-то еду.
— Сареф, — Иналай неприятно улыбнулся, — тайно подсыпать или подливать что-то в еду — это не наш метод. Если нам потребуется тебя чем-то напоить — ты об этом узнаешь. Что ж, вижу, сейчас с тобой разговаривать бесполезно. Ты всю жизнь ненавидел и боялся нас, и теперь, оказавшись здесь, просто не в состоянии здраво мыслить. Пожалуй, лучшим выходом будет оставить тебя на пару недель в покое. И раз уж ты так боишься отравления с нашей стороны — можешь ходить в общую столовую. Как ты, возможно, догадываешься — нам не хватит ни ресурсов, ни глупости, чтобы травить всех членов нашего клана ради тебя одного. Так что вернёмся к этому разговору через пару недель.
С этими словами он поднялся и вышел за дверь. После чего, обернувшись, сказал:
— И советую без глупостей. С этого момента Энгрей, серый плащ, который вчера привёл тебя сюда, назначается твоим личным телохранителем. Он будет очень внимательно за тобой следить… и он будет с большим удовольствием тебя наказывать, если ты будешь плохо себя вести…
Закрыв дверь, он что-то сказал. Ему ответил уже знакомый голос серого плаща. Значит, это была не шутка, и вчерашний психопат из личной гвардии Ильмарриона будет везде ходить за ним хвостом. Как видно, на одного хранителя поместья Ильмаррион в отношении Сарефа уже не рассчитывал. Что ж… следующие две недели обещают быть интересными…
Глава 1.5
Прошло 3 дня. Как Иналай и обещал, Сарефу было дозволено гулять по поместью Айон. Телохранитель Энгрей не запрещал ему куда-либо ходить, Сареф мог свободно перемещаться и по поместью драконов, и гулять по саду, прилегающему к замку, и посещать тренировки драконов. Впрочем, от последнего Сареф благоразумно отказался. От него не укрылось, с каким страхом обычные члены клана смотрели на Энгрея, который по всему поместью ходил за ним, как приклеенный. Судя по всему, дом Агьялт был очень хорошо известен среди членов клана Айон, и потому с ними лишний раз никто не хотел связываться. Ярче всего это проявлялось во время приёмов пищи, когда вокруг него и Энгрея образовывалась стабильная мёртвая зона в несколько пустых столов. И это создавало гнетущее впечатление, потому что на самого Сарефа молодые драконы то и дело бросали любопытные взгляды, но почти сразу отворачивались, не желая, чтобы Энгрей даже случайно обратил на них внимание.
В итоге у Сарефа быстро сформировалась привычка приходить в столовую поздно, чтобы большинство драконов успевало поесть и уйти оттуда. И уже на третий день случилось так, что Сареф доедал свою порцию последним. Энгрей непрерывно сверлил его взглядом, а у поваров если и были какие-то претензии к тому, что график работы столовой нарушается, они благоразумно держали их при себе.
— Скажи, — внезапно спросил Сареф, задумчиво ковыряя вилкой остатки мяса в тарелке, — до какой степени ты меня ненавидишь? По 10-балльной шкале.
— Пятнадцать, — ехидно ответил Энгрей, после чего охотно продолжил, — если мастер Ильмаррион когда-нибудь сочтёт тебя бесполезным, и ты попадёшь в мои руки — будь уверен, легко ты не умрёшь. Я сначала выкручу тебе мозги и выжму из них твоего хилереми. Потом убью его, освежую и сделаю из него чучело. И всё это время ты ещё будешь жив. И только потом, может быть, я отпущу тебя во смерть. А, может, и нет. Может, сначала я покажу тебе остальную коллекцию чучел и подробно расскажу, откуда какое взялось.
Сареф поднял на него взгляд, пытаясь понять, шутит он или нет. К сожалению, судя по его маниакальному взгляду и мерзкой улыбке, от которой из губ пошла нить слюны, скорее всего, он говорил серьёзно.
— То есть, правильно ли я понимаю, что твоя основная деятельность — охотиться на членов клана Зинтерра?
— Неправильно, маленький тупица, — захихикал Энгрей, — главная задача членов дома Агьялт — обеспечивать безопасность клана Айон. Зачем мне гоняться за демонами по Системе, когда они сами сюда регулярно лезут в поисках наших тайн и секретов? Поверь, маленький тупица, никто из членов моего Дома никогда не жаловался на нехватку работы.
— Не сомневаюсь, — хмыкнул Сареф, доедая, наконец, остатки жареного мяса, — жаль, что я в своё время не спросил у демонов, сколько драконьих голов они держат у себя в поместье. Мне кажется, они бы рассказали много интересного.
— Спору нет, это игра, в которую всегда играют вдвоём, — Энгрей на удивление хладнокровно отреагировал на эту провокацию, — но, поверь, маленький тупица, мы намного больше ведём в счёте, чем ты можешь себе представить. И очень скоро у тебя даже будет возможность лично в этом убедиться.
— Ты предлагаешь мне пойти посмотреть твою коллекцию чучел хилереми? — насмешливо спросил Сареф, — спасибо, откажусь, во многих знаниях — многие печали.
Поделиться книгой: