Нулевой Атрибут-9. Том 3. Исполненная клятва

Нулевой Атрибут-9. Том 3. Исполненная клятва

Глава 1.1

Полёт длился, самое большее, полчаса. Но даже эти полчаса длились невыносимо долго. Потому что измученного Сфайрата постоянно подгоняли плетьми и шпорами, и с каждым разом он жалобно ревел от боли, но из последних сил махал крыльями. Сареф то и дело оборачивался, с жалостью наблюдая за драконом. Он и подумать не мог, что в клане Айон практикуют такие жестокие наказания. С другой стороны… как наказывают в клане Зинтерра, ему тоже было неведомо. Особенно если вспомнить, что его самого Адральвез никак не наказал за историю со сферой Хаоса…

Хотя… не наказал ли? Что если Адральвез не стал его наказывать… сразу? Потому что… ну, в самом деле, у главы демонов не так много людей, а носителей хилереми — ещё меньше. Вот он и поставил Сарефа на галочку, до поры, до времени. А потом… когда для него так удачно сложились обстоятельства, он и указал Сарефу на вожделенную морковку, и тот, как тупой осёл, помчался за ней, не слушая никого. Хотя Махиас предупреждал, что не может всё быть так просто, что это очень опасно. Судя по обрывкам слов Ильмарриона, он ожидал увидеть Сарефа в облике обезумевшего чудовища, жаждущего крови, которое должно было броситься в ближайший город и — в обход категорий безопасности Системы! — начать рвать мирных жителей на части.

Ведь… если подумать об этом здраво… зачем Ильмаррион притащил с собой шестерых псов дома Агьялт? Ну, даже если допустить, что делать что-то лично Ильмарриону не по статусу — двоих бы хватило за глаза на них всех. Но шестеро? Значит, Ильмаррион считал, что им надо будет не просто остановить обезумевшего Сарефа и оторвать ему башку. Нет, даже в такой ситуации глава драконов был готов захватить его целым и невредимым. Это было бы весьма трогательно и заботливо с его стороны… если бы он походя не был готов пришить навсегда любого, кто встанет у него на пути.

Наконец, перед ними показалось поместье драконов. Несчастный Сфайрат, которого уже непрерывно погоняли плетьми, летел из последних сил. Сареф снова обернулся, жалея, что он не может помочь ему Властью Жизни. Он был уверен, что псы Агьялт в ответ на это обозлятся — и тогда точно изобьют его до предсмертного состояния. С другой стороны — несмотря на то, что до начала полёта дракон чётко предупредил Сарефа, чтобы тот сидел смирно, он не сделал ему ни одного замечания, когда Сареф оборачивался. Как видно, он находил полезной для Сарефа возможность лишний раз посмотреть, что бывает с теми, кто нарушает приказы Ильмарриона.

Наконец, посадка. Дракон, нёсший Сарефа, приземлился мягко и быстро, а вот несчастный Сфайрат рухнул без последних сил на землю. Впрочем, ему не дали ни секунды передышки: его седок тотчас влупил ему несколько плетей, заставляя несчастного подняться на ноги. Сам же Сареф плавно соскользнул на землю по выставленной лапе.

— За мной! — скомандовал обратившийся дракон.

— А что будет с ним? — спросил Сареф. Дракон злобно сверкнул глазами, явно не понимая, как Сареф в своём положении осмеливался задавать вопросы, но всё же коротко ответил:

— Уйдёт в чуткие руки Вивиен Вааг, разумеется. Ей не впервой работать с таким. А теперь я рекомендую тебе закрыть рот — и не открывать, пока не разрешат.

После этих слов он направился в сторону здания. Сареф обратил внимание, что приземлились они за пределами границ поместья. Оттуда к ним уже спешила Вивиен, которая если и была удивлена случившимся, то благоразумно держала своё удивление при себе, не выдавая на лице ни единой эмоции. Она подошла к одному из серых плащей, и тот принялся ей что-то объяснять. А Сареф, глядя на Вивиен… внезапно понял, как Ильмаррион получил нужную ему информацию.

Фрида! Конечно, недостающий кусочек мозаики в эту картину внесла именно она. Охрану Агьялтов ей, естественно, назначили потому, что она тогда поймала Сарефа и вынудила его ответить на вопросы. Вот только проблема была в том, что она тогда видела его походную экипировку. И она видела, что на нём так же не было ни одного артефакта. О чём, конечно же, заботливо донесла Ильмарриону. И уже после того, как Сареф лично при нём отказался надевать Обруч Познания, главе драконов ничего не стоило сложить два плюс два. В конце концов, через две точки проходит только одна прямая.

— Не отставай! — рыкнул ему серый плащ, увидев, что Сареф замедлился. Тот послушно прибавил шагу, не желая лишний раз вызывать раздражение у драконов. Несмотря на то, что после этого осознания он был готов убить Фриду своими руками, была в этом и одна положительная сторона. Севрогандские Дьяволицы были здесь ни при чём. Значит, весь сыр-бор Ильмаррион поднял исключительно из-за выпитой крови Чёрного Молоха, потому что она, по его мнению, как-то должна была повлиять на Сарефа. И было очень хорошо, что Сареф додумался до этого так быстро. Если драконы убедятся, что кровь никак на него не повлияла, есть вероятность, что какое-то время спустя они сами отпустят его. А вот если он раскроет рот по поводу Дьяволиц — скорее всего, он уже никуда отсюда не уйдёт.

Внезапно страж остановился. Сареф послушно затормозил перед ним. Насколько он мог судить по мерцающей красной черте, они находились точно перед границей поместья.

— Снимай куртку! — приказал он.

— За… зачем? — несмотря на готовность Сарефа притворяться послушным и не доставляющим проблем, этот приказ сбил его с толку.

— Не задавай вопросов! — прорычал страж Агьялт, явно теряя терпение. Решив не испытывать судьбу, Сареф послушно снял куртку.

— Подойди к границе и сделай ровно один шаг за неё! — приказал серый плащ. Сареф выполнил приказ — и сразу после пересечения границы перед ним возник стревлог, состоящий из расплавленного серебра. Хранитель поместья.

— Проверь его руки! — приказал страж. Хранитель взял Сарефа за запястья и подержал его несколько секунд. После чего отпустил его и поднял руки вверх, на уровень головы. Сареф обратил внимание, что кончики трёх пальцев покраснели.

— Проверь его разум! — продолжил страж. Хранитель положил ладони Сарефу на виски и подержал несколько секунд. Потом отпустил. Теперь покраснели уже кончики всех пальцев, а большой палец левой руки и вовсе полностью налился багрецом.

— Проверь его сердце! — отдал третий приказ серый плащ. Хранитель положил руку Сарефу на грудь и несколько секунд слушал его пульс. Потом отпустил его — и поднял вверх руку. Сареф увидел, что большой палец и мизинец покраснели полностью, но больше багрового нигде не было.

— Понятно, — ответил серый плащ, который выглядел расслабленным и раздосадованным одновременно, — свободен!

Хранитель поместья испарился.

— Можешь одеваться, — он коротко кивнул Сарефу, — и следуй за мной.

— Простите, но что всё это значит? — осторожно спросил он, натягивая куртку.

— Для тебя это, в любом случае, ничего хорошего не значит, — мрачно ответил серый плащ, и его тон явно говорил о том, что за следующий недозволенный вопрос ему открутят голову на месте.

Они шли через узкую боковую тропу примерно 10 минут, после чего вышли на главную дорогу, которая уже была знакома Сарефу. Сейчас был вечер, и с тренировочной площадки, которая отсюда немного просматривалась, доносились драконьи рыки и хлопки крыльев. Серый плащ, однако, повёл Сарефа в поместье. Там были несколько скучающих бездельников, которые слонялись по первому этажу, но едва они видели серого плаща, как их моментально сдувало ветром. Что было вполне логично: если это личная гвардия Ильмарриона, которая отчитывается только ему, неразумно лезть им под руку во время работы. Тем более, что отлов вот таких бездельников явно тоже входил в их обязанности.

Серый плащ отвёл его на третий этаж, ровно в ту же гостевую комнату, где Сареф ночевал 10 дней назад. С того момента здесь даже ничего и не изменилось, кроме, очевидно, того, что слуги поменяли бельё и вымыли комнату после того, как он уехал из поместья.

— Располагайся, — коротко рыкнул серый плащ, и, судя по его голосу, он бы с куда большим удовольствием отвёл его в каморку в казематах с единственной грязной тряпкой на полу.

— Мне хотя бы разрешено ходить принимать пищу? — спросил Сареф.

— Заткнись! Завали хлебало! — прорычал страж Агьялт, окончательно выйдя из себя, — ты, тупорылый урод, сейчас жив только милостью нашего главы! Тебе было плевать, что у тебя в голове и так сидит этот… вер’миин! Тебе надо было ещё хлебнуть чёрной отравы! Скажи спасибо, что ты вообще ещё жив, придурок!

— Я всего лишь спросил, как мне принимать пищу, — невозмутимо ответил Сареф, — что за истошные вопли? Странно видеть, что доверенные члены дома Агьялт не умеют держать себя в руках.

— Советую прикусить язык, сопляк, — прошипел серый плащ, — я всё запоминаю, и ничего не забываю. В твоём положении крайне неразумно обзаводиться лишними врагами.

После этого он повернулся, чтобы уйти. Сареф сделал едва уловимое движение Гилеаном — и созданный телекинетический барьер в ногах стража заставил его споткнуться и рухнуть носом в землю. Вскочив, он с такой лютой злобой посмотрел на Сарефа, словно в этот момент был готов продать честь своей семьи и свою душу в придачу ради возможности вцепиться ему в глотку.

— Ты же сказал, что ничего не забываешь, — с ехидной улыбочкой заметил Сареф, — однако ты всё же забыл сказать мне, как я буду принимать пищу. Если ваш «милостивый» глава притащил меня сюда для того, чтобы морить голодом — скажи об этом сразу.

Страж закрыл глаза, явно сосчитав до пяти, после чего снова посмотрел на Сарефа и отчеканил:

— Все дальнейшие инструкции получишь через хранителя!

После чего он вышел из комнаты, с грохотом захлопнув за собой дверь. Сареф же снял ботинки и лёг на постель, размышляя, сколько ещё такого отношения ему предстоит вынести. Потому что слова о хилереми как «вер’миин», что переводится как паразит, более, чем красноречиво говорили о том, какое здесь к нему будет отношение. Особенно теперь, когда он не почётный гость, а пленник, следовательно, и за языком сильно можно не следить. Конечно, собственный клан в этом плане достаточно его закалил, но здесь это, судя по всему, грозилось выйти на совершенно иной уровень. Что ж… очередной вызов его навыкам, в данном случае — хладнокровию и умению держать себя в руках. Хотя бы какое-то время, пока информация о том, что с ним случилось, не разойдётся хотя бы по Севроганду. Хотелось надеяться, что в этом друзья его не подведут…

Глава 1.2

Прошло несколько часов. И — никакой реакции. О нём как будто забыли. Проверка хранителем поместья была единственным знаком внимания, который уделили Сарефу. И после этого его бросили, словно до него больше никому не было дела…

Хотя, конечно же, это было не так. Проверка хранителем явно показала что-то такое, чего драконы никак не ожидали. Возможно, они рассчитывали увидеть последствия испитой крови Молоха ещё во время полёта. А по итогу — даже проверка хранителем не дала им предлога признать Сарефа бешеным псом, которого можно законно посадить на цепь. И теперь — Сареф был в этом уверен — драконы внимательно наблюдали за ним и ждали малейшего проявления эффекта выпитой крови. Вот только никаких проявлений не было. И это было странно. Если Чёрный Молох называет хилереми Отголосками, значит, себя он подразумевает полноценным голосом силы, что его породила. И его кровь, которая намного древнее и сильнее крови обычных демонов, явно уже должна была дать результат.

Указав рукой в Гилеане на окно, Сареф телекинезом нашарил щеколду и отодвинул её. Окно открылось, и свежий осенний воздух ворвался в комнату, наполняя её прохладой.

— Я думаю, вы и сами знаете, почему так получилось хозяин, — Хим впервые подал голос с тех пор, как они оказались здесь.

— Как ты себя чувствуешь? — тут же спросил Сареф.

— Нормально, — ответил Хим, — прошлый раз меня… немного закалил, так что даже если нам придётся провести здесь значительное количество времени — я это как-нибудь переживу.

— Это хорошо, — кивнул про себя Сареф, — я не сомневаюсь, что драконы будут изучать нас очень долго… и хорошо, если только визуальным изучением дело и ограничится.

— Я тоже уверен, что Ильмаррион не станет делать резких движений, — заметил Хим, — потому что о ваших взаимоотношениях с драконами знает весь Севроганд. Очень скоро весь материк узнает, что драконы схватили вас, когда вы пришли с мирной целью испытать своё мастерство в походах и добыть себе ценные вещи. И теперь весь Севроганд будет очень внимательно смотреть, что же драконы будут делать дальше. Может ли Ильмаррион попытаться извести меня, свести вас с ума или просто убить нас обоих — запросто может. Но позволит ли он увидеть всему материку, до какой степени он самодур и психопат, и позволить клану Зинтерра полностью перехватить политическую инициативу на материке? Да никогда в жизни.

— Тебе там реликтовый Обруч Познания голову не натирает? — хмыкнул Сареф, — так грамотно рассуждать?

— Мой Интеллект полностью зависит от вашего, и я всегда улавливаю обрывки ваших мыслей, — невозмутимо ответил Хим, — для меня это главный способ учиться. Ну и смертельная опасность, конечно, тоже добавляет стимул быстро соображать.

— Ты думаешь, они всё-таки попытаются тебя уничтожить?

— Они вполне могут, хозяин, — равнодушно ответил Хим, — объявить, что я сошёл с ума, и единственный способ спасения вашей жизни — это моё уничтожение. Готов поспорить, вы будете не первым носителем хилереми, которого клан Айон «спасает» таким образом.

Немного помолчав, Хим добавил:

— Вы, кажется, не понимаете всей ситуации, хозяин. Помните то замечательное письмо, которое Ильмаррион написал вашему дядюшке два года назад? О том, что он хотел изъять вашу способность. Глава драконов считал, что это возможно, потому что они не знали обо мне. Даже если бы вы по прибытии сюда были полны решимости сохранить способность — драконы легко могли бы попытаться вас очаровать, запугать, обмануть, одурманить, обворожить, загипнотизировать, да хотя бы нагрузить вас тренировками и довести до состояния, когда вы бы уже ничего не соображали и желали бы только, чтобы вас оставили в покое. И после этого вы легко бы выдали формулу отречения от своей корневой способности. А когда они поняли, что у вас есть я — то тогда-то они сообразили, что лёгкие способы отменяются. Потому что как бы они вас ни изводили — ваш разум я защитил бы даже в тогдашнем своём состоянии. Поэтому да, хозяин, чисто из мести они могут попытаться уничтожить меня. Я к этому готов.

— Никто тебя уничтожать не будет, — твёрдо сказал Сареф, — я этого не позволю. И даже если допустить, что Ильмарриону плевать на то, как он будет выглядеть в глазах глав других кланов — я всё ещё Чемпион во Всесистемные Состязания. Он не посмеет давить на меня сверх меры, потому что Система в состоянии покарать даже его.

— Хотелось бы верить, — ответил Хим, — но вы мой хозяин, я не имею права заставлять вас рисковать жизнью ради меня. Если вы умрёте — я всё равно погибну вслед за вами.

Сареф промолчал. Ему очень хотелось заверить Хима, что всё будет хорошо, что выйдут они отсюда обязательно вдвоём… но в их положении обещать такое было невозможно. Да и Хим всё равно почувствует его сомнения и неуверенность, которые только ещё больше его огорчат.

— Так… что насчёт крови? — спросил он Хима, чтобы сменить тему, — что тогда случилось? Я помню, как эта сила пыталась что-то сделать с моими Талантами и Умениями… но у неё ничего не вышло.

— Здесь в нашу пользу отыграло много условий, — с готовностью подхватил тему Хим, явно тоже радуясь возможности поговорить о чём-то ещё, — во-первых, Молох отдал вам свою кровь добровольно. Даже две совершенно одинаковые вещи будут сильно различаться, если одна была отдана добровольно, а другая — отнята силой. А для крови это условие действует, наверное, на порядок сильнее.

— И в чём это может проявляться? — поинтересовался Сареф.

— Например, в вашей способности Кровавый Договор. Вы же понимаете, хозяин, что такое уникальное и сильное умение не возникает на пустом месте? За пригоршню здоровья — усиления, на которые обычное призванное существо может рассчитывать только в случае, если умение на его призыв Радужного или более высокого качества. Это умение, я почти уверен в этом, возникло потому, что когда-то ради спасения моей жизни вы добровольно отдали мне свою кровь. Тогда, кстати, демоны тоже сильно испугались и устроили нам проверки. Которые, однако, ничего не дали.

— Действительно, — кивнул Сареф, вспомнив, до какой степени опешила и возмутилась Орзана, когда узнала, как Сареф спас тогда Хима.

— Ну вот, — продолжил хилереми, — в итоге умение закольцевалось в Кровавый Договор.

— И ты думаешь, только из-за этого кровь Молоха сработала так слабо?

— Не совсем, — ответил Хим, — мне кажется, желание, которое вам предложил Молох… это тоже было своего рода испытание. Как это было и с Василиском. Выберете ли вы добычу, или знания, или ещё что-то… поэтому вы поступили очень мудро, потратив это желание не на себя. Даже если вы действовали неосознанно — ваше благородство тоже в этот момент защитило вас от пагубности этой крови.

— Ну ты скажешь, — смутился Сареф, — то есть, двух этих факторов оказалось достаточно, чтобы свести на нет весь эффект крови?

— Конечно, нет, — в этот момент в голосе Хима прозвучала гордость, — третьим фактором, избавившим вас от негативных последствий, был я. Вы же помните, что кровь Молоха сначала ударила в ваш Талант на Убеждение, а потом — в тот же Кровавый Договор, пытаясь их уничтожить? К счастью, мне хватило мастерства удержать эти способности и направить эффект крови, куда надо.

— Я в тебе и не сомневался, Хим, — похвалил его Сареф, — в любой ситуации ты всегда сделаешь всё, что от тебя зависит.

— Спасибо, хозяин, — благодарно откликнулся Хим.

— А что скажешь насчёт Адральвеза? — спросил Сареф.

— Не знаю, хозяин, — грустно ответил Хим, — я уловил и эти обрывки ваших мыслей. Ведь когда Адральвез говорил, что я помогу вам справиться с эффектом этой крови… могло такое быть, что он просто имел в виду тот факт, что мы не умрём на месте. А так… он ведь не мог знать, что Молох отдаст вам свою кровь добровольно. Он не мог знать, что Молох будет искушать вас своими дарами. А даже если бы вы и остались в здравом уме… Не знаю, хозяин, я не верю, что по случайности кровь ударила по вашему Таланту на Убеждение.

— Почему? — удивился Сареф. Впрочем, всего через пару секунд до него дошло, — ну, конечно. В него же входит мой иммунитет к Очарованию.

— Именно, — грустно подтвердил Хим, — если так об этом думать — то вариантов развития событий было три. Первый — мы сходим с ума и нападаем на ближайшее поселение клана Айон. С учётом внезапности — бед мы могли наделать немало. Реакция Ильмарриона только лишний раз это подтверждает. Второй — вы сохраняете рассудок, но кровь вычистит вам один из Талантов Полуторного Совершеннолетия. Даже если предположить, что Талант очистился бы случайный, всё равно есть высокий шанс в 33%, что очистится талант, который не позволяет демонам контролировать вас так, как им того хотелось бы. Ну и в третьем, самом маловероятном, вы просто очиститесь от проклятия. И будете только благодарны Адральвезу, который подсказал вам решение этой проблемы. Как видите, во всех трёх случаях глава Зинтерры остаётся в плюсе.

— Но ведь мы же это уже обсуждали, — устало заметил Сареф, — многие члены клана Зинтерра уходят наёмничать на долгое время, некоторые — дольше, чем на 10 лет. В таких условиях невозможно поддерживать постоянную подпитку Очарования.

— А оно им и не нужно, хозяин, — подумав, ответил Хим, — ведь клан Зинтерра — это их дом. Где они выросли, где их учили и любили. И потом можно сколько угодно путешествовать — воспоминания о доме всегда будут заставлять тебя возвращаться. В конце концов, Адральвез ведь тоже не дурак, и он не станет дёргать за этот поводок при каждом удобном случае. Да и что плохого: обычные зинтерровцы наёмничают, не чураются даже такой мелкой работы, как натаскивание молодых ходоков в ясельных походах. Они поддерживают репутацию клана, члены которого, несмотря на свою силу и своё положение, всегда хотя бы выслушают тебя. А вот с такими, как мы… может быть совсем другой разговор. Так что я не знаю, что вам сказать, хозяин. Конечно, напрямую обвинять Адральвеза в том, что он так отомстил за сферу Хаоса, пока нельзя. Но… слишком много нехороших совпадений во всей этой ситуации. Я думаю, нам надо набраться терпения и потихоньку собирать информацию, хозяин.

— Тем не менее, есть ещё одно, что нам стоит сделать, — сказал Сареф, — то, что драконы не обшмонали мой Инвентарь сейчас, не означает, что они не сделают этого потом. Я не хочу, чтобы они забрали мой последний Пункт Развития. Надо потратить его сейчас. Я возьму усиление на пятый артефакт для тебя, Хим.

— Хозяин, мы же об этом уже говорили, — тут же возразил хилереми, — у нас пока нет столько артефактов, чтобы вы брали это усиление. А те, что есть — могут легко отобрать драконы. Я по-прежнему настаиваю, что усиление для Руки Пересмешника, где вы можете давать цели одну свою способность, лучше.

— Я в этом не особо уверен, — пожал плечами Сареф, — стревлогам и накрутки 30% Параметров уже будет достаточно.

— Хозяин, — Хим заговорил мягко и деликатно, — речь не только о стревлогах. Теперь, когда ваша нулевая Сила исчезла навсегда, вам надо начинать вкладываться в эту способность. Ведь вы можете использовать её даже на меня. Вот представьте: вы раскрутили мне Параметры, да ещё сверху накинули возможность использовать Власть Жизни. Пусть даже Серебряного качества. Но это — ещё плюс один шанс на спасение от смерти-навсегда для ваших друзей. Вы же помните, чем такая ситуация едва не закончилась для Йохалле?

Сареф вздрогнул: Хим нанёс удар точно в цель. Его до сих пор преследовали кошмары о том, ЧТО могло случиться во время этого похода. И подобное, конечно, было решающим аргументом в пользу того, чтобы взять усиление Руки Пересмешника.

— Что ж… убедил, — нехотя согласился Сареф, — с такой точки зрения, конечно, польза этого усиления неоспорима…

Рука Пересмешника. Потрачен Пункт Развития.

Рука благословляющая. Цель умения получает одну из ваших способностей на выбор, но её качество будет на один разряд ниже, чем у вас. Не могут быть переданы Обычные умения, Корневые умения и умения Радужного и более высокого качества.

— Это было правильно решение, хозяин, — ободряюще сказал Хим, — раз уж драконы из-за этой способности без конца с вами носятся — пора бы уже и нам начать извлекать из неё какую-то пользу.

— Но для этого нам сначала надо выбраться отсюда, — ответил Сареф.

— Мы обязательно отсюда выберемся, хозяин. Сколько раз Система до этого ломала нам хребет?

— Много, — улыбнулся Сареф.

— И вы отлично знаете, сколько раз мы после этого поднимались на ноги…

* * *

До самого вечера Сарефа так никто и не побеспокоил. Дверь в его комнату оставалась запертой снаружи, и хотя он мог легко преодолеть её с помощью Тёмной Фазы, Сареф решил не наглеть в первый день своего заточения здесь. В комнате был графин с водой и два стакана, но еды ему так никто и не предложил, а сам он не пожелал унижаться до того, чтобы выпрашивать её, так что ему пришлось ложиться спать голодным.

Наутро, едва он оделся и умылся — благо его покои содержали персональную туалетную комнату, раздался стук в дверь, после чего в комнату вошёл Иналай.

— Доброе утро, — поздоровался он, и хотя его голос звучал вежливо и доброжелательно, Сареф за свою жизнь достаточно поднаторел в разговорах, чтобы услышать холод даже в голосе такого сильного дипломата, как Иналай, — вижу, ты попал в большую беду, Сареф. Надеюсь, — он изящно сел в ближайшее кресло, — ты простишь нас за то, что случилось вчера. Всё произошло слишком быстро… и получилось не очень красиво. Даже, скорее, очень некрасиво. Однако теперь, когда мы все успокоились за это время, я думаю, мы можем обсудить пути выхода из этой ситуации…

Глава 1.3

Стив, Бьярташ и Йохалле оказались телепортированы на территорию клана Андерраст. Гостевые браслеты с них, естественно, сорвали до того, как выдворить. Мало того, парализующие чары Ильмарриона всё ещё работали. Поэтому они лежали, не в состоянии пошевелиться. Да ещё и лежали друг на друге: в самом низу был Йохалле, на него сверху при телепортации упал Стив, а венчал эту пирамиду своим телом Бьярташ, которого выпнули в портал последним.

К счастью, Шевью сразу после этого начал развеивать парализующие чары со своего хозяина, и потому спустя час Стив, наконец, сумел аккуратно сбросить с себя Бьярташа и самому слезть с Йохалле. Ещё спустя десять минут, когда Стив окончательно пришёл в себя, он подтянул эльфа и стревлога к ближайшему дереву. К этому времени Йохалле, наконец, смог заговорить.

— Ну и дрянь эти его чары, — просипел он, — сутки будем отходить. У нас нет столько времени!

— И что ты предлагаешь? — спросил Стив, — прости, но вас двоих на своём горбу я далеко не унесу. Да и бросать вас в таком состоянии тоже не вариант.

— И не нужно… возьми мой бумеранг, — продолжил шептать эльф. С этими словами рядом с его ногами упало оружие. Вероятно, вызвать Системное окно Йохалле сил всё-таки хватило. Стив послушно взял бумеранг.

— Сделай мне надрез на запястье, — продолжил приказывать эльф, — не бойся, я сам себя потом залечу. Должна пойти моя кровь.

Стив осторожно выполнил и этот приказ. Половина бумеранга, соприкоснувшись с кровью, моментально почернела.

— А теперь очень осторожно возьми бумеранг и коснись тёмной его стороной моего глаза. Тупым концом, чтобы не повредить глазное яблоко.