Помоги проекту - поделись книгой:
— Какой обед, Татьяна Ивановна? Ко мне доставка с утра едет, никак не доберутся. Все нервы измотали. Пообедать толком невозможно.
— Ох, так и не пообедал? А то я не знаю, — заворковала Исполнительная. — Добалуешься, Игорек.
Игорь глянул в лицо проницательной начальнице — все ухищрения спа-салонов и труды дорогой косметологии не могли убрать с этой рожи кровное родство госпожи Игнащенко с дуболомами Урфина Джюса. Только тех не такими блядовитыми вырубали.
— Если вопросов больше нет, пойду я в «Гранд Империал» загляну. Может, появились «туристы».
Смену интонаций Тать-Вана вполне улавливала. Нахер ее посылали не то чтобы очень часто, но ей помнилось. Был как-то прецедент с инспектором Любимовым, которого вроде как и не было. Тоже по пьяному делу…
— Иди, Игорек, иди. Глянь. Кто тут кроме нас остался-то? — загоревала Исполнительная. — Одно общее дело делаем. Я на тебя всегда полагаюсь. Вы лампочку-то вставили?
— Саша за стремянкой пошел. Сейчас вкрутим.
Игорь вышел в коридор — к двери хозотдельского кабинета привалился непосредственный пьяненький начальник, держался за стенку и прислушивался к болезненным ощущениям в уязвленном желудке.
— Валек, ты здесь, а, Валек? — заорала из своей берлоги Исполнительная. — У нас «Ессентуки» остались? Только мне давай четвертый номер…
— Сейчас, Танюша, — Валентин Александрович поплелся к холодильнику за живительной минералкой.
Сдает на глазах начальство: этот чуть живой, а жаба вообще не просыхает, у нее от старки и таблеток печень давно уж должна отвалиться…
…Доставка все-таки прибыла, Игорь принял товар, наскоро проверил канцтовары, сунул себе в карман конверт с комиссионными, полученными от тактичного экспедитора «Гумуса». Потом вместе с Сашкой скидывали-стаскивали вниз бесконечные упаковки туалетной бумаги, одноразовых полотенец и канистр моющего. Если кто считает, что обитатели шестиэтажного офисного здания производят нечто высокоинтеллектуальное и креативное, так то серьезное заблуждение. Использованную бумагу здесь производят. Всеми способами, блин…
Упаковки рассовали в высокие металлические шкафы, что выстроились вдоль стен подвального коридора, извилистого и местами столь низкого, что приходилось ходить, склонив голову. Впрочем, аборигены к своему обиталищу давно привыкли и управились быстро. Петрович, в силу преклонного возраста, бумажно-такелажными работами не занимавшийся, развлекал грузчиков воспоминаниями о своей флотской молодости:
— Вот стояли мы тогда в Кронштадте, а была зима…
Чуть ли не шестьдесят лет назад человек служил, а сколько свежих балтийских впечатлений…
Подвальный пролетариат отправился полировать вермут чаем, а Игорь, позапирав шкафы, вернулся к себе, снял куртку расцветки «камуфляж-стекляшка», что привычно заменяла спецовку, и утомленно плюхнулся в кресло. Тьфу, лампочку на четвертом так и не поменяли. Ладно, скажем, что сразу перегорела, нужно новые закупать. Там навару-то немного, но процентов двадцать пять с заказа можно снять. А пока Вике позвонить…
Сигнал, хоть и через коммутатор, проходил быстро. Игорь прикрыл глаза, ожидая знакомый голос…
Поговорили. Полу-бывший муж с работы еще не вернулся, болтать можно было свободно. Все у нее нормально: дети со школы вернулись, с соседкой встретилась, халтура на выходные появилась.
— А я уже скучаю… — прошептала трубка.
Игорь представлял, как подруга сидит на табурете в широком коридоре — дом совсем рядом, только двор пересечь, да свернуть мимо хоккейной «коробки». Бывшая коммуналка в старом, знакомом с детства, доме. Тогда еще и Вики здесь не было, и «Межкнига» сюда не переехала, а мелкий Игорь уже бегал через улицу мяч гонять. Впрочем, и Вика уже давным-давно стала местной, и от былых замоскворецких дворов мало что осталось. Эх, все мы вымирающие туземцы… С покупкой квартиры надо бы поднажать, остаться где-то здесь, недалеко, в своем старом районе. Дороговато, конечно…
Игорь пихнул «мышь» — зажегся экран монитора. Надо бы глянуть и что-то повыгоднее за компанию с лампочками заказать. Последние месяцы оказались удачные, финансов заметно прибавилось, на квартирку «в спальном» практически наскребли, но то не вариант: детей не оставишь, непременно где-то здесь обосновываться нужно. Сложно, но вдвоем все на свете решаемо…
Ага, вот «соток» можно взять, они уже списанные лежат, только по документам провести. Ну, скажем, триста штук, плюс «откат»…
— Не считай, — сказали за спиной.
Игорь вздрогнул и разозлился. Какого хрена⁈ Над пацаном что ли, шутки шутите?
Экран второго, не включенного, монитора отражал плохо, но за спиной угадалась непонятно откуда взявшаяся мужская фигура. Кто-то незнакомый. Теоретически мог через соседний бывший склад СД-дисков зайти, но там без шума не протиснешься. Нет, наверняка через главную дверь проскочил. Но как?
— Слушайте, а вы вообще кто?
— Да как сказать… — слегка замялся неизвестный — голос его был хрипловат, но казался молодым. — Вербовщик я, что ли…
— Кто⁈
— Ладно, не вербовщик, — хмуро согласился незнакомец. — Военком. Мобилизовывать пришел.
— Да ладно гнать, — Игорь попытался ухмыльнуться, но не очень получилось. И обернуться вместе с удобным крутящимся креслом тоже не получалось — инстинкт вопил что лучше этого не делать. Похоже, вовсе не шутка, а…
— Керст я, — буркнул чужак. — Но это объяснять долго. Ты уж извини…
Силуэт в тусклом зеркале шевельнулся, отодвигая полу куртки… мелькнул предмет, похожий на пистолет. Все же шутка, поскольку такие «стволы» только в музее и увидишь…
Твою мать! Не шутка. Игорь толкнул назад тяжелое кресло, резко сгибаясь, приложился скулой о край столешницы, рука успела нащупать рукоять молотка в нижнем ящике тумбы…
…Ладонь незнакомца крепко толкнула-ударила Игоря между лопаток, сгибая к столу, в затылок ткнулось твердое…
…Игорь успел увидеть, как на клавиатуру полетели черные брызги, но осознать, что это такое не успел. Всё.
Глава 3
Призраки бытхима и 7,63
Эй, ямщик, поворачивай к черту,
Видишь, мигают не наши огни.
Эй, братан! Поворачивай к черту!
При попадании в глаза немедленно промыть теплой водой!
…Душно, воздух густой, надо бы вытяжку включить. Офисно-складские площади у нас просторные, но не полностью отвечающие представлениям о комфортной жизнедеятельности.
Сиделось как-то неудобно. Вернее, полулежалось. Нависал низкий смутно-белый потолок — молдаване красили, в углу недосмотрел, загрунтовать «забыли», халтурщики, чтоб их… Надо бы самому заштукатурить, там дел на час…
Игорь вытянул ногу удобнее, слегка выпрямился… Видавшее виды офисное кресло, скрипнуло — оно, хотя и руководяще-кожаного статуса, тоже нуждалось в переборке. Но это попозже…
Мысли, наконец, устаканились, — круги смятения еще разбегались к границам черепной коробки, но голова уже соображала. Впрочем, это не голова, а глубокая лужа, растревоженная и взбаламученная внезапно переехавшим ее колесом. Левым-задним, его мать…
Кресло, стеллажи, тумбы и шкафы вокруг выглядели абсолютно привычно. Вот только сидел Игорь не за своим рабочим столом, а почему-то в «посетительском» кресле. Видимо, давно здесь устроился: спина и ноги затекли, голова слегка замерзла — подвалы, здесь со сквозняками не особо свыкнешься.
Самое паршивое, что рабочий стол оказался занят — сидел за ним некто, увлеченно сутулил кожаную спину и щелкал клавишами мышки. А между тем персональный рабочий компьютер — вещь весьма интимная…
Что-то все равно не о том голова-лужа думает…
— Как башка? — не оборачиваясь, осведомился оккупант.
Ну да, тот же хрипловатый голос.
— Вроде ничего, — Игорь, кряхтя, заерзал. — А что это было, а? Вы меня ударили? А нахрена?
— Я? С чего мне вдруг бить? — пробубнил незваный гость, не отрываясь от просмотра новостной ленты. — «Динамо» сегодня играет… Шансов-то нет. И они и при Коблеве дерьмово играли, а уж теперь…
— Португалец по центру у них неплох, — возразил Игорь, чуть разворачиваясь в кресле. — Хотя игру на себя чересчур тянет…
— Я в легионеров вообще не верю, — отозвался оккупант — куртка его, толстой кожи, чуть потертая, фасонистая, поскрипывала при каждом движении. — Вот к чему негодным валютным импортом дыры конопатить? Пригласили бы одного-двух, для обмена интернационального опытом и хорош…
— Это верно. А лучше и вообще никого не приглашать…
Ненависть накатывала такая, что самому не верилось. Игорь не понял что произошло, но ощущение было такое, словно… Да насрать, потом разберемся…
Тумба стояла слева, не слишком удобно. Добротный образчик офисной меблировки. Дверца-шторка, ножки тумбы давно свинчены и убыли к месту нового жительства. А не совсем удобно стоит, поскольку дотянуться до полки без очевидных телодвижений сложно…
— Ладно, хрен с ним, с футболом, — решил кожаный гость, закрывая «окно» браузера. — Надо тебе как-то объяснить, и потактичнее, а я в этом психическом деле не особо поднаторел.
Оккупант явно предпочитал стиль общения демократичный, в современном корпоративном духе, на «ты». Почему бы, собственно, и нет?
— Ты уж поднапрягись, объясни, — попросил Игорь, осторожно вытягивая из тумбы оружие. Гвоздодер был глубоко отечественного образца: загнут с обеих сторон, темный металл, без особых наворотов. Впрочем, сейчас главное — вес.… — Ты кто, и что, собственно, здесь происходит?
— Иван я. Или проще — Вано, — пояснил пришелец, отворачиваясь от монитора. — Ты сам-то как, соображаешь? Может, водички там или чайку сообразить сначала?
Морда у гостя оказалась молодой, округлой и довольно простецкой. Реденькая щеточка усов под носом на этой физии выглядела странновато, возможно, из-за своей неравномерной щетинистости. Смотрел Иван-Вано в глаза, и с этаким странным интересом…
— Да нет, какой тут чай? — Игорь тыльной стороной ладони утер лицо. — Что-то мне и так душновато. Что тут вышло? Со мной и вообще?
Иван-Вано почесал нос, тронул свои дурацкие усы и пожал плечами:
— Если «вообще», так вроде ничего особого в мире и не случилось. Вот с тобой посложнее. Ну, скажем так: есть хорошая новость и плохая…
Гвоздодер он не видел — Игорь вяло вытянулся в кресле, бессильно свесив руку до пола. Свет настольной лампы ярок, дает резкие тени, внизу за крестовиной кресла в полутьме хоть обрез прячь. Кстати, жаль, что не припас…
— Не томи, — попросил Игорь. — Что-то у меня и так ум за разум заходит. С головой странно…
— Не-не, голова в порядок придет, — заверил гость. — Аккуратно получилось. Кстати, клавиатуру я поменял, в шкафу взял.
— Да я понял, — утомленно кивнул Игорь. — Хотя та эргономическая была. Да фиг с ней, с клавой. С мной-то что?
— Если в целом, так ты умер, — с легким намеком на сочувствие объявил Вано. — Хотя на самом деле в данной ситуации все получается несколько сложнее.
— Шутишь? — хозяин склада вновь утер лицо — было оно не особо потным, видимо, злость все волнение на себя взяла. — А это какая была новость: хорошая или плохая?
— Так если для обычного человека, так верняк — плохая, — хмыкнул гость. — Но если взглянуть с обратной стороны, так ты уже не обычный, да и работа у тебя теперь имеется.
— Точно работа? Или халтуру какую предлагаешь? — уточнил Игорь.
— Не, работу. Если конкретно выразить, так службу. Можно сказать, особой важности, государственную, — обстоятельно пояснил гость. — Хотя понять все это не так чтобы просто…
— Все верно, я себе натурально полудохлым чувствую, — согласился кладовщик. — Слушай, там справа под столом коробка с минералкой. Открой бутылочку. Открывашка в левом ящике, а можно пассатижами…
— Да знаю я, — Вано нагнулся, запуская руку под вместительное подстолье.
Куртка на нем толстая, почти комиссарская, нужно сразу в голову…
Игорь врезал, целя по короткостриженому загривку…
Все же с левой руки вышло не очень — замах чересчур длинный, враг инстинктивно успел нагнуться и выставить локоть. Но все равно прилетело недурно.
Кожаный оккупант охнул:
— Твою ж…
Игорь молча ударил повторно.
— Ы! — крякнул Вано, пытаясь укрыться за спинкой кресла.
Гвоздодер снес подлокотник, задел бок врага…
— Да постой! — выкрикнул гость, пытаясь вырваться из капкана между столом и креслом…
Хрясь! Грых! — инструмент крушил, догоняя и черную спину, и кресло, не жалея и стол — повисла на хвосте провода мышь, брызнули в стороны карандаши, образцы маркеров и выделителей текста…
— Ну, мля… — рычал Вано, пригибаясь еще ниже — голову он ловко уклонял, да еще ощупью пихал кресло назад, оттесняя противника с гвоздящим гвоздодером.
Игорь метил по круглой башке, ощутил что попал, но тут кресло наехало на ноги, оккупант вывалился из-под стола, взбрыкнув, задел провода и удлинители — зашатались на столе мониторы, опрокинулась лампа, хрустально лопнула колба лампочки…
— Гад, твою…! — враг во тьме яростно отбивался — в Игоря полетело кресло, в грудь ударила бутылка «Ессентуков». Упование на то, что гость потеряет ориентировку, увяло, не успев родиться. Гвоздодер чудом отбил тяжелый ключ-«шведик», запущенный врагом, на пол посыпались гостевые чашки. Гнутый конец гвоздодерского оружия, наконец, достал кожаное, относительно мягкое — цель зарычала и метнулась в сторону. Вот, урод прыткий…
Чуть подсвечивал экран монитора, но дрались практически на ощупь. Гость опрокинул под ноги тумбу, цепко ухватил за рукав свитера — Игорь загнутой «пяткой» гвоздодера, словно кастетом, ударил по лапе врага. Мля, кости словно стальные, даже не хрустнули. Но оккупант отскочил, матерясь. Наступая, хозяин склада пропустил удар ногой в пах — узость дверного проема спасла и прикрыла — не то чтобы сокрушительно двинули, но чертовски чувствительно. Игорь заставил себя разогнуться, перехватил гвоздодер двумя руками… Хищный раздвоенный «клюв» свистел, задевал стены, громыхнув о металлический торец шкафа, высек искру… Из щели входной двери пробивались лучи желтоватого коридорного света — вот в них мелькнула рожа гостя — оскаленная, жуткая, монстр, а не человек. Да похеру нам…
К двери Игорь врага не пустил — загнал в соседнюю «хоз-химическую» комнату. Здесь высились рельсовые стеллажи, было тесно и воняло моющими средствами. Гвоздодер достал по гостя по плечу — тот даже не заорал, в ярости зашипел:
— У, мудила…
— Похеру, — процедил Игорь, все еще не в силах толком разогнуться.
Навстречу прилетела початая упаковка стирального порошка — верхние пачки лопнули, мигом окутав пахучей завесой. Стеллаж и ядовитый туман затмили жиденький свет от двери, во тьме, среди приторной смеси химии, Игорь дважды удачно врезал гвоздодером. Судя по звуку, враг упал. Теперь ноги ему переломать, деваться из тупика ублюдку некуда. Если за стеллаж протиснуться вздумает, так крестец раздробить…
Игорь взмахнул оружием, угадывая местоположение колена гостя. Без спешки, сейчас по одному, по другому…
Вспышка ослепила, грохот ударил по ушам. Второго выстрела зажмурившийся Игорь собственно и не видел — грохнуло вплотную, за спиной взвизгнул рикошет, посыпалось стеклянное… а, это запасные плафоны для туалетов… Глупо, застрелит сейчас. В предчувствии верной пули в груди стало холодно…
Действительно ударило. Не в грудь, а в нос, но так что аж вновь ослеп, теперь уж от боли. Инстинктивно ухватившись за сломанный нос, Игорь задел себя по уху гвоздодером. Ох, да хрен с ним, вот нос…
Враг зашевелился, Игорь попытался достать гвоздодером, попал во что-то мягкое — кажется, противник как щитом прикрылся широкой коробкой с моющим средством. Под напором этого тарана пришлось пятиться, попытка достать-зацепить железом снизу не прошла — враг попросту выпустил коробку. Хозяин склада оступился, неловко сел на умывальную раковину, хранящуюся на средней полке стеллажа.
— Мудак, ну, мудак… — прохрипел враг, бредя к выходу…
Поделиться книгой: