Диплом для Золушки

Я чуть не кивнула, возможно, единственный раз в жизни соглашаясь со сводной сестрицей. Да-да, у него есть невеста, нечего на него смотреть! Все быстро отвели глаза и посмотрели в свои тарелки. Вот.

Но никто моих мысленных приказов не послушался, а Рафаэла и вовсе меня поразила.

– И что? Невеста ещё не жена! – отмахнулась она и посмотрела в сторону Делиана, который выбирал себе еду. – Приглашу его за наш столик.

Я застыла с поднесённой ко рту ложкой. Конечно, приглашение за столик не равно приглашению под венец, но… вот ведь нахалка! Как их Магда воспитала, что совсем не видят, где чужое лежит? Стоит то есть. К слову, стоит красиво, с идеальной осанкой, и при этом совершенно не замечая, какие восхищённые взгляды на него бросает добрая половина нашей академии. И не буду я говорить сейчас о том, что глаза кое у кого лишние, не буду, я сказала!

– Ты с ума сошла, – прошипела Габриэла.

Но Рафаэла её не слушала и с решимостью тарана направилась к боевику. Все затаили дыхание. Но дойти до Делиана сестра не смогла и столкнулась с какой-то девицей. Всё содержимое подноса полетело на пол. Досталось всем. И девушке, и самой Рафаэле. А у меня невольно улыбка от уха до уха появилась – ну такое красивое пятно от овощного салата и мясной подливы расползалось по красной ткани, что любой художник позавидует! И радовалась я этому не одна, заметила и улыбку Габриэлы. Вот только причины для радости у нас были разные, и за свою я тут же себя отругала.

Я ведь так улыбаюсь не из-за Делиана Фэкстона?! Ну разумеется нет! Просто всё ещё помню, как сестрицы мышей выпустили, а тут, пусть и мелкая, но месть, да к тому же не моими руками.

– Вот растяпа! – выругалась сестра и принялась сводить пятно магией.

– Смотреть надо куда идёшь, – не осталась в долгу девушка.

Как бы любопытно мне не было (да-да, всё дело в любопытстве, а не в моём чувстве собственности!), я, едва закончив с завтраком, убрала за собой поднос и отправилась к декану факультета магзоологии. Предстояло объяснить профессору, почему я не могу сдать оригинал диплома и вымолить второй шанс. Может быть, академия пойдёт на уступку, даст мне чуть больше времени или восстановит мой диплом? Должны же у них остаться хоть какие-то записи о моём пятилетнем обучении.

Но декана в кабинете не оказалось, и вопрос с дипломом остался открытым.

Я прошла в аудиторию, заняла свободное место и приготовилась к лекции профессора Ранса. Началась вводная часть. Я раскрыла тетрадь и уставилась на исписанные листы. Что за брыльс? Я ведь совсем недавно завела новую. Мой взгляд забегал по строчкам.

Особенно глаза зацепились за следующее:

«Мари грустит? Брыльс, я решусь сесть с ней за один столик, чтобы узнать, в чём дело? Не будет ли это выглядеть навязчиво? Хотя, столовая общая, почему я вообще должен заботиться об этом? Я хочу и могу сделать это, плевать на последствия. Решено. Сяду с ней. А там как получится. Но… куда она пошла? Мари меня избегает?»

Я несколько раз перечитала страницу. Там было написано ещё много чего, но в основном – бессвязный бред. Словно кто-то записывал неконтролируемый поток мыслей и неустанно перескакивал с одной вещи на другую. И он постоянно пополнялся! На белоснежных листах появлялись новые слова, строки, предложения.

Сердце учащённо забилось. Медленно в моей голове складывалась картинка. Съеденное Делианом печенье и тетрадь, которая записывала чьи-то мысли.

Щёки вспыхнули. Делиан думает обо мне? Он хотел подсесть ко мне? Нет, этого не может быть, с чего бы ему хотеть подобного? Он ведь не знает, что я та самая его принцесса…

Ой, то есть не его! И не принцесса. И вообще…

– О боги, – прошептала я, не в силах оторвать взгляд от записей.

«Интересно, что она сейчас делает? В расписании стоит магзоология. После общая ветмагия… Мы могли бы случайно встретиться в восточном крыле, как раз когда Мари будет переходить из одной аудитории в другую».

Что? Нет, не так. Что-о-о?! Делиан хочет встретиться со мной… как будто бы случайно? Пылали не только щёки, но и уши. Вообще особенность блондинок заключалась в том, что наше смущение мгновенно становилось достоянием общественности. Но сейчас не об этом. Зачем Делиан хочет встречи? И почему, почему сердце начинает колотиться быстрее и невольно вспоминается наш поцелуй? О, не то чтобы я не вспоминала его, наоборот – эти мысли порой приходилось выгонять метлой, но сейчас картинка-воспоминание в воображении засветилась особенно чётко.

И будто ответом на мой вопрос появилась запись.

«Мари-анна. Забавная, даже не понимает, в какую ловушку угодила. А ещё улыбка… Как же часто я её вспоминаю, брыльс бы её побрал! Сумасбродная, странная, восхитительная, а её грудь…»

Я захлопнула тетрадь. Сердце колотилось, едва я представляла Делиана, как он сидит на лекции и вместо изучаемого предмета думает обо мне. Боги, это было слишком вопиющим. Нет, конечно, он имел право на любые мысли, но я не имела права на их прочтение. И вообще… что он там говорил по поводу груди? Жуть, как хотелось вновь прочитать, чтобы потешить своё эго, но я отогнала это мелочное желание.

Я вторглась в чужие мысли. Тетрадь буквально обжигала пальцы. Это уже не маленькая шалость, а нарушение личных границ.

И к слову… То есть Делиану абсолютно плевать на нашу помолвку? Ему абсолютно безразлична та самая Принцесса, что когда-то тронула сердце Пирата? Или мне всего лишь показалось, что я там что-то тронула? А на самом деле ему плевать, о ком думать и за кем ухаживать!

Вот же… ловелас! Да как он смеет при живой невесте думать так о других девушках?! У-у, вот поскорее бы расторгнуть помолвку! И всё, больше никогда не знать его и не думать о нём!

Но как же он бесит. Мы ведь оставили друг другу помолвочные печати, которые не смог обычным путём снять даже жрец. В древние времена заклятья имели ментальную составляющую. Брак по любви был редкостью и магия помогала молодожёнам сблизиться. Кто знает, вдруг у нас сработало такое же? Ну или Фэкстон просто озабоченный боевик.

– Студентка Рашфор? – позвал профессор Ранс.

Я вздрогнула и захлопнула тетрадь.

– Да, профессор?

– Повторите, что я только что сказал, – потребовал преподаватель.

Я сглотнула и посмотрела на доску, где были записаны основные тезисы. Сегодня тема посвящалась паукообразным. Я вспомнила каракутов и по спине пробежал холодок.

– Что пауки могут быть очень милыми? – предположила я.

Со всех сторон послышались смешки.

– Рад, что вы так считаете. Повнимательнее, студентка Рашфор. Итак, яд каракутов используется…

На этот раз я взяла другую тетрадь и принялась делать записи, хотя мне ужасно хотелось узнать, о чём думал Делиан. Но я кремень! Ничего читать не буду! Пусть он там хоть сотни раз думает приятности о другой девушке при живой невесте! И плевать, что и та, и другая – это я. Он-то об этом не знает.

Глава 7

Я еле дождалась окончания лекции. Едва профессор Ранс отпустил нас, я нашла уединённое место, чтобы уничтожить тетрадь заклинанием, но не успела. У меня из рук вырвали записи.

– А что это мы читаем? – спросила Габриэла и принялась листать странички.

– Не твоё дело, – огрызнулась я и выхватила тетрадь обратно.

Но та снова выскользнула, описала дугу в воздухе и оказалась на этот раз уже у Рафаэлы.

– Видимо, что-то очень личное, – усмехнулась она и принялась листать страницы.

Мои пальцы сжались в кулаки. Видят боги, много лет я проявляла терпение и спускала с рук сёстрам все их выходки, но всему есть предел.

– Рафаэла. Верни. Мне. Тетрадь. – отчеканила каждое слово.

– А не то что? – она ухмыльнулась. – Тебе больше некому жаловаться, сиротка-Мари.

– Сиротка-Мари? – раздалось рядом, и я только сейчас заметила Делиана.

Скрестив руки на груди, он хмурился и переводил взгляд с Рафаэлы на Габриэлу. У обеих сестричек на лицах расцвели фальшивые заискивающие улыбки. Пользуясь их замешательством, я забрала тетрадь.

– Мы так шутим. Марианна наша сестра, – в подтверждение своих слов Рафаэла хотела приобнять меня за плечи, но я предупреждающе на неё посмотрела.

– Сводная. Мы не кровные родственники, – отметила я.

– Но любим мы тебя как родную. Меня, кстати, зовут Габриэла, но для друзей просто Габи.

Обе сестры оттеснили меня в сторону, тут же потеряв всякий интерес. Теперь всё их внимание занимал боевик. Этот фарс окончательно мне надоел, и я решила уйти. Уничтожу тетрадь чуть позже.

– Марианна, можно тебя на минутку? – Делиан обогнул сестёр и подошёл ко мне.

У Рафаэлы и Габриэлы от удивления открылись рты. Они явно не ожидали, что мы с Делианом знакомы. Более того, он сам пришёл со мной поговорить. Мне вдруг сразу же вспомнились строчки из тетради о том, как он хотел «случайно» встретиться со мной. Я не знала, как реагировать. С одной стороны было дико приятно, но с другой стороны… а как же принцесса и пират? Неужели их история была чем-то волшебным только для меня? Неужели только я почти каждую ночь вспоминала нашу прогулку?

– Может, в другой раз? – достаточно недружелюбно откликнулась я, испытывая странную ревность к той себе, что оказалась преданной принцессой. – Мне нужно на ветмагию.

– Отлично. Я провожу тебя до аудитории, – предложила Делиан, и больше поводов для отказов я не нашла.

Мы направились в восточное крыло академии. Я всю дорогу кусала губу, пытаясь разобраться в собственных чувствах.

– Почему они называли тебя сироткой? – спросил Делиан, как только мы завернули за угол.

– Потому что так и есть. Мама умерла, когда я была совсем маленькой. А несколько лет назад не стало и отца. Он, правда, успел жениться во второй раз и теперь у меня есть сводные сёстры и мачеха. Мы иногда ссоримся, но так, наверное, во всех семьях. Ты что-то хотел?

– Не похоже, что вы иногда ссоритесь, и уж тем более не сказал бы, что так во всех семьях, – посчитал нужным прокомментировать боевик, но я не стала развивать эту тему, тогда он сменил её: – Насчёт субботы… Увидимся на выходе из академии в двенадцать?

– Хорошо.

Показались двери аудитории.

– Мари…

– Да?

– Мне жаль, что ты так рано потеряла родителей.

Сердце пропустило удар. Во рту пересохло. Вспомнились похороны отца. Тогда я слышала много утешительных слов, но все они звучали фальшиво. Никого из гостей я не знала. Почти все обращались прежде всего к Магде, а я… просто сидела в углу гостиной и пыталась справиться с горем.

– Спасибо, – едва слышно прошептала я.

Мы остановились около дверей. На лице Делиана отразилось сочувствие. Будь это жалость, я бы отстранилась или даже разозлилась, но искренность его сопереживания меня обезоружила. Боевик продолжал смотреть на меня своими невозможно голубыми глазами, а я таяла и теряла остатки рациональных мыслей.

– Мари… – произнёс Делиан, и мой взгляд переместился на его губы.

Толчок сбоку заставил меня вздрогнуть. Тетради полетели на пол, а магия момента развеялась.

– Ой, простите, не хотела, – из аудитории выбежала студентка и умчалась прочь.

Делиан принялся поднимать мои тетради. Я присоединилась к нему и хотела первым делом забрать ту, в которой отражались его мысли, но… не успела. Она упала страницами вверх и распахнулась. Делиан взял тетрадь в руки, его взгляд пробежал по строчкам, он нахмурился.

– Это…

– Не то, что ты думаешь! – поспешила воскликнуть я.

Делиан продолжал читать и после поднял растерянно-смущённый взгляд на меня, прочистил горло и… прежде, чем он что-либо сказал, я оправдалась:

– А нечего было мышиное печенье есть!

– В смысле… мышиное?

– О боги, дайте мне сил, – простонала я, понимая, что надо мной сгущаются тучи. – Мыши съели мой диплом, чтобы восстановить его, я добыла зелье, которым нужно было их напоить. Но Пикси и Дикси такое не любят, ну я и пропитала зельем печенье-соломку. Ты его съел и получилось то, что получилось. Каким-то образом твои мысли перекочевали в мои конспекты. Заметь, я их об этом не просила.

– Марианна, ты просто ходячая катастрофа! – рыкнул Делиан, встал и протянул мне руку.

Я приняла его помощь и хотела отпустить ладонь, но пальцы боевика продолжали крепко меня держать. Он неожиданно дёрнул на себя, и я оказалась в его цепких лапах.

– И много ты успела прочитать? – угрожающе тихо спросил Делиан, нависая надо мной.

– Н-нет, почти ничего. Видела строчки, что ты хотел прийти, ну и всё… Клянусь, я бы не стала читать, даже будь у меня время! Но времени и так не было, я слушала лекцию, а в перерыве решила уничтожить тетрадь, но не успела – сёстры отобрали… Ты видел.

Повисла пугающая тишина. Делиан пристально смотрел на меня, а затем выдохнул и отступил.

– Значит, из-за меня и того, что я тогда съел печенье, ты не смогла восстановить диплом?

– Как-то так, – кивнула я со вздохом.

– Понял… Увидимся в выходные, Рашфор. А это, – он показал на тетрадь, – я забираю.

– Конечно-конечно, – понятливо закивала я.

– Или у тебя есть ещё тетради с моими мыслями?

– Клянусь клеткой-переноской своего кота – нет!

На секунду на лице Делиана отразилось замешательство, а затем он рассмеялся.

– Ну, раз переноской, значит, всё точно серьёзно.

Тихонько посмеиваясь, Делиан пошёл на занятия. Я же вошла в свою аудиторию и уселась на первое попавшееся место и облегчённо выдохнула. Сердце всё ещё быстро колотилось в груди. Мои мысли вернулись к моменту у дверей, до того как нас с Делианом потревожили. Мне казалось, что, если бы не та студентка, мы бы… не знаю, что там «мы бы», но что-то между нами точно происходило. Я тряхнула головой. Нет, этого не может быть. И вообще, скорее всего, навязчивые мысли вызваны помолвочными печатями. В ближайшем будущем я от них избавлюсь, и всё войдёт в привычное русло.

Когда лекции закончились, я вновь решила попытать счастья в деканате. Нерешительно постучала в дверь кабинета профессора Лаорта и – о чудо! – он был на месте и откликнулся:

– Войдите.

Сделав, глубокий вдох, я вошла.

– А, студентка Рашфор. Принесли диплом?

– Профессор Лаорт, дело в том, что… – я сцепила пальцы, – мой диплом съели мыши.

Рассказ вышел коротким. Декан внимательно меня выслушал, а затем снял очки и потёр переносицу.

– Боги, почему у всех факультеты как факультеты, а у меня… зверинец. У вас, значит, диплом мыши съели, у студентки Роден карликовая саламандра спалила вкладыш с оценками, а у студента Мозека кракен утащил реферат!