Помоги проекту - поделись книгой:
– Леська, иди ко мне в ассистенты, процент с заказов обещаю, – смеялась она, выкладывая из пакетов коробочки с блестками и роскошные яркие ленты. – Устала по магазинам мотаться.
– Ба, с таким ассистентом, как я, у тебя заказов просто не останется.
– Почему?
– Потому что вместо ленточек я припру кружево, а блестки перепутаю со стразиками. Я же ничего в этом не понимаю.
– Прям! Смотри, какие познания: кружево, стразики.
– Да-а-а, я почти рукодельный нобелевский лауреат. – Мы сложили бабушкины покупки в ее объемный чемодан с кучей отделений, и я спросила: – Ужинать будешь?
– Буду, – кивнула бабушка, села в кресло, вытянула ноги. – Давай прямо здесь, Лесь?
Мы редко ели в гостиной, но если это случалось, то обычные завтраки, обеды и ужины превращались в уютные посиделки – иногда под кино, а иногда мы просто болтали. У бабушки в запасе было столько потрясающих историй, будто она прожила жизни три-четыре. Я бы тоже была не против к шестидесяти годам скопить такую коллекцию, но пока что самым интересным событием оставалось то, как я в пятом классе потерялась на экскурсии. Но меня довольно быстро нашли – никаких приключений.
Я убежала в кухню заправлять салат и разогревать рыбу, бабушка из комнаты крикнула:
– Леся, ты общалась с Натальей Гавриловной?
– Общалась.
– Как у нее дела?
– Нормально.
– А можно чуть-чуть внятнее?
Вот этого я и боялась. Обманывать бабушку не очень хотелось, а «общалась» и «нормально» – вообще не обман. Но рассказывать в подробностях о походе к Гаврюше, не сообщив о странностях в квартире номер восемь и не выдав при этом полтора «Камаза» вранья, казалось не такой простой задачей.
Нет, бабушка бы не сказала и не сделала ничего ужасного, если бы я с нею поделилась. Просто я точно знаю, к чему бы это привело: во-первых, к тому, что я свое живое и богатое воображение трачу на какую-то ерунду. Во-вторых, к пространным разговорам о моем будущем. В-третьих, к бабушкиному негодованию: «Леська, так нельзя жить: что полезного для себя ты сделала за лето?» А я и правда ничего не сделала, я даже бросила немецкий в «Триолингво» и посты в блог выкладывала раз в неделю, так что крыть было бы нечем.
– Леся, ты меня слышишь?
– Ба, тут вода шумит!
Бабушка что-то пробормотала, а я открутила кран посильнее.
Все-таки жаль, что с ней нельзя посоветоваться. Уверена, что у бабушки легко нашелся бы ответ на вопрос «Что делать?»; она бы точно не стала дожидаться, когда Гаврюшин сосед сам даст о себе знать.
Я вошла с огромным круглым подносом в гостиную и увидела, что бабушка стоит у окна с телефоном.
– Ради бога, не устраивай трагедию! – раздраженно произнесла она в трубку и указала рукой на стол. Это означало, что она скоро освободится, и я могу расставлять тарелки. – Я так не думаю. Нет. Наташа, прошу тебя, успокойся и повзрослей, для твоего же блага!
Бабушка покрутила телефон в руках, бросила его на диван и сжала виски пальцами:
– С этим нужно что-то делать. Леся, напомни мне завтра поискать контакты Афанасьева.
– А кто это? – поинтересовалась я, усаживаясь за стол.
– Невролог. Мне кажется, Наташе пора обратиться к специалисту. Она как пятилетний ребенок, который думает, что под кроватью спряталось чудовище. Нельзя так воспринимать мир, это прямая дорога к инфаркту.
Не знаю, что там насчет инфаркта у Гаврюши, но мое сердце застучало сильнее. Стараясь не показывать волнения, я хохотнула:
– Кто у Натальи Гавриловны исполняет роль чудовища?
– Да она насчет соседа никак не угомонится. Твердит, что слышала нечеловеческие вопли из его квартиры.
– Может, пусть позвонит?
– Звонила, он не отвечает. – Бабушка прожевала кусок рыбы. – А ты мне еще говоришь, что с Натальей Гавриловной все нормально. Леся, надо быть внимательнее, ты взрослый человек.
Эх, бабушка, знала бы ты, насколько я внимательная. Я бы похвасталась, как разглядела чужие руки за считанные секунды, но не могу.
– Ба, но мы с Настей ее даже навещали, – стала оправдываться я. – И тоже слышали, как вверху что-то то ли стучало, то ли гремело.
– Леся, я не обвиняла Наташу в слуховых галлюцинациях, – нахмурилась бабушка. – Но вы послушали, как что-то гремит, и забыли, а она из-за такого ничтожного повода ночами не спит и успокоительное пьет. Кстати, о чем беседовали, когда вы пришли? И как она выглядела?
– Выглядела отлично, беседовали… Да ни о чем. Книжку мне обещала подарить. Чехова.
– Знаешь, как говорили мальчики в нашей юности? Если хочешь очаровать Наташу, говори с ней о Чехове. А если хочешь расстаться – о Булгакове, – рассмеялась бабушка. – Но, боюсь, Наташа не подумала, что ваше поколение такой подарок не оценит.
– Чего это? – почти обиделась я.
– Вы привыкли к электронной информации. Я не говорю, что это плохо, даже наоборот: нам приходилось торчать в библиотеках, а вы можете найти ответ на любой вопрос, не сходя с места. Правда, не всем интересно искать эти ответы… Леся, ты куда?
– Ба, пять минут! Или полчаса! Не знаю!
Я влетела в свою комнату, открыла ноутбук и нетерпеливо защелкала пробелом, ожидая загрузки системы.
Конечно, я не собиралась гуглить «как понять сосед или не сосед в квартире номер восемь». Но все-таки у меня был шанс узнать чужое мнение. Или, как сказала бабушка, получить ответ на свой вопрос.
Криминалити
Задача со всеми неизвестными
Дано:
1
2
3
Наверное, впервые я написала пост за несколько минут. И точно впервые опубликовала его, не проверив грамматические ошибки.
Глава 6. #23 #нехорошая_квартира #досье
Криминалити
Поделиться книгой: