Ночь дракона

Кирин не ответил. Он повернулся, поднял голову, выдохнул, и воздух наполнился шелестом. Туманная завеса расступилась и рассеялась. Теперь я отчетливо видела все, что было за священным созданием.

Тропа открыта. Следуй за мной в мир живых, маленькая душа. Ты еще нужна здесь.

Я обернулась на храм, но он уже пропал из виду. Все заволокло густой дымкой, в которой иногда поблескивали пучки призрачного света. Холод пробрал меня до костей. Я отвернулась и пошла следом за Кирином в лесную чащу, окутанная облаком тумана.

* * *

Я открыла глаза. Мир тонул в темноте. Оказалось, что я лежу на боку, подо мной мягкая трава; ее кончики защекотали мне щеку, стоило только заерзать. Я поморщилась, медленно села, осмотрелась.

Меня встретила темная рощица, посеребренная лунным светом. Слух уловил легкий шелест. Я с любопытством огляделась и увидела в ветвях вокруг кодама. Их крошечные тела разливали призрачный зеленоватый свет, который подрагивал между деревьев. Чудилось, что я все еще сплю. Тело было непривычно легким, словно бы нереальным.

Я опустила взгляд, и сердце пропустило удар. Рядом со мной лежал на боку Тацуми, подложив руку под голову и закрыв глаза. Он дышал медленно, на его лице застыло мирное, расслабленное выражение. У меня внутри все сжалось – я еще никогда не испытывала ничего подобного. Я впервые видела его крепко спящим, а не задремавшим, устроившись спиной к стене с мечом на коленях. Толком не осознавая, что делаю, я нагнулась и нежно прикоснулась к его лбу, убрала с лица прядь.

Легкого касания оказалось достаточно, чтобы он резко открыл глаза и сел. Я подскочила от неожиданности. В его зрачках вспыхнуло страшное, демоническое пламя, потом он заморгал, и оно потухло.

– Юмеко.

– Gomen, Тацуми! – быстро извинилась я. Убийца демонов уставился на меня большими остекленевшими глазами. – Не хотела тебя разбудить. Вернее, хотела, но не так. А ты…

Тацуми не дал мне закончить, а подался вперед, положил ладонь мне на щеку и поцеловал меня в губы. Поцелуй был страстным, почти отчаянным, полным чувств и облегчения. Я словно окаменела, хотя душа моя тотчас прильнула к нему, вспыхнула голубовато-белым пламенем, охватившим все мое существо.

Тацуми отпрянул – казалось, он и сам удивился такому повороту, – а потом опустил затуманившиеся глаза.

– Gomen… – пробормотал он и хотел было отстраниться еще сильнее. – Зря я так… прости… Больше не…

Я коснулась его щеки. Тацуми замер и снова посмотрел на меня. Наши взгляды встретились. В глубине его зрачков еще мерцали алые отсветы, но от него веяло страстью. В этот раз поцелуй был нежным. Тацуми тихо выдохнул, притянул меня ближе, сев поудобнее и обвив руками мою талию. Я зажмурилась, приникла к нему, не постеснялась даже запустить пальцы в его густые волосы. Вспышки огня внутри превратились в яркое ровное пламя.

Тацуми отвел назад голову – но совсем немного. В его глазах плясали алые и фиолетовые огоньки.

– Я думал, что потерял тебя, – прошептал он. – Когда Кирин ушел, я решил, что… – Тацуми содрогнулся и нежно провел большим пальцем по моей щеке. – Это же ты, да, Юмеко? – пробормотал он, и тень сомнения пробежала по его лицу. – Или это сон?

Я накрыла его ладонь своей.

– Если так, то он снится нам обоим.

Тацуми улыбнулся, наклонился вперед, чтобы снова меня поцеловать, но тут краешком глаза я уловила какое-то движение и обернулась. В нескольких ярдах от нас на поваленном дереве сидела рыжая лиса и наблюдала за нами сияющими янтарными глазами. Ее великолепный пушистый хвост обвивал лапы. Стоило лисе заметить, что я обратила на нее внимание, как она поднялась, не отрывая от нас взгляда, и спрыгнула с дерева. В прыжке ее хвост с белым кончиком словно бы раздвоился. У меня екнуло сердце. Кицунэ сделала три шага в сторону деревьев, обернулась к нам, нетерпеливо подергивая пушистыми хвостами. Она явно нас ждала.

Тацуми, проследив за моим взглядом, печально улыбнулся.

– Кажется, нам тут больше не рады.

– Hai, – согласилась я, кивнув, и нехотя высвободилась из объятий убийцы демонов. Как же сильно хотелось задержаться в этом мирном, полном ками лесу, позабыть о внешнем мире и страшных опасностях, грозящих нам. Вот только ночь уже была на исходе, и наше время тоже истекало. – Кажется, нам пора.

* * *

Посланная Кирином лиса повела нас по лесу тропой, которой, должно быть, никто, кроме нее, не знал. Кодама провожали нас взглядами, устроившись на ветвях. Кицунэ двигалась проворно, не останавливалась и не оглядывалась. Ее хвосты с белыми кончиками, покачиваясь, плыли сквозь мрак. Меня снедало любопытство, оно горело внутри огнем – мне очень хотелось заговорить с ёкаем, первым чистокровным сородичем, который только встретился на моем пути – во всяком случае, в реальном мире. Кицунэ, да еще и с двумя хвостами, вот это да! В голове роилось множество вопросов – мне столько всего хотелось узнать об их мире! Но кицунэ не сбавляла шаг и ни на йоту не сокращала расстояния между нами. Должно быть, полукровка, идущая за ней по следу, ни капельки не волновала и не интересовала ее.

Когда кицунэ вывела нас из леса и мы оказались у кромки маленькой долины, небо уже начало немного светлеть, а горизонт окрасился бледно-розовым. В нескольких ярдах от нас виднелся спуск в большую зеленую низину, окруженную с одной стороны лесом, а с другой – горами-великанами, чьи крутые вершины вгрызались в облака.

Кицунэ обернулась, взглянула на нас горящими желтыми глазами, дернула хвостами и исчезла. Разочарование разлилось у меня в груди, но вскоре от него не осталось и следа – я посмотрела в низину и удивленно распахнула глаза.

У наших ног раскинулся огромный город. Он мерцал в тени гор, словно огромная стая светлячков. Город был обнесен стеной, но казалось, сам лес спустился в низину, чтобы потеснить местных жителей: над узкими улочками высились древние деревья, многие дома были построены вокруг их стволов, чтобы не потревожить великанов. Пестрые крыши пагод тянулись к небу, яркие мостики украшали собой паутинку речушек и ручьев, прорезавших долину, а в самом центре стоял окруженный рвами величественный замок с белыми стенами и красной крышей. По углам долины, словно бессмертные стражи, возвышались четыре статуи: Кирина, Феникса, Тигра и Великого Дракона.

Тацуми окинул город цепким взглядом.

– Должно быть, это и есть Шинсей Ядзю, – предположил он. – Столица Клана Луны. Надо соблюдать осторожность.

– Потому что чужакам нельзя свободно путешествовать по острову? – уточнила я. Убийца демонов кивнул.

– Здесь надзор особенно строгий. – Он кивнул на красно-белый дворец в центре города, сияющий, как драгоценный камень. – Ведь тут живет Цуки Киёми, даймё Клана Луны.

Я ахнула.

– Цуки Киёми! Именно к ней меня отправил Кирин! Сказал, что Киёми-сан поможет нам остановить Генно.

– Кирин, – повторил Тацуми, – велел тебе поговорить с даймё Клана Луны?

– Hai.

Тацуми немного помолчал, разглядывая город и людей, спешащих по его улицам, будто муравьи.

– Мы можем пробраться туда незаметно, – сказал он наконец. – Но вряд ли даймё проникнется особым доверием к двум чужакам, заявившимся к ней во дворец без приглашения. А если нас схватят, скорее всего, убьют. Тем более что…

Он осекся, но мне и так было понятно, что его тревожит – собственный нечеловеческий, полудемонический облик.

– Думаю, мне лучше спуститься туда и попросить встречи с даймё, – предположила я. – Кирин ведь сказал, что нам потребуется ее помощь. Недаром же он нас сюда отправил!

Тацуми ничего на это не ответил. Я почувствовала на себе его взгляд и взяла его за руку. Он помедлил, а потом сплел пальцы с моими.

– Я должна идти, – продолжила я, – но тебе спускаться со мной не обязательно, Тацуми. Уверена, магия шиноби поможет тебе незаметно проскользнуть в город. Можем встретиться позже, когда минует опасность.

– Нет, – Тацуми покачал головой. – Раз Кирин велел тебе сюда прийти, на то есть причины. Ты должна поговорить с даймё. Одну я тебя не отпущу.

– А вдруг тебя захотят убить?

Тацуми неожиданно ухмыльнулся уголком рта.

– Не исключено… если только они увидят демона, – со странным весельем в голосе подметил он. – Вот бы нашелся способ притвориться кем-то другим…

– Ох! – Досадуя на свою глупость, я сорвала с ближайшей ветки лист и мрачно покосилась на убийцу демонов. Тот все еще ухмылялся. – И когда ты успел научиться сарказму? Окамэ-сана, что ли, наслушался? От Тацуми, которого я помню, и улыбки-то трудно было дождаться.

– Сам не знаю, – резко посерьезнев, сказал Тацуми. Его глаза потемнели. – Знаю, что сильно изменился, – тихо продолжил он. – Помню, каким я был, когда мы встретились, но… тот Тацуми теперь чужой, он как незнакомец. – Убийца демонов покачал головой. – Не знаю, что это – влияние Хакаимоно или дело в его воспоминаниях о десятках убийц демонов, которые были до меня, вот только… я осознаю, что изменился. Но сколько во мне осталось от настоящего Тацуми – я не понимаю.

У меня сжалось сердце. Я подошла ближе, коснулась рукой его щеки. Тацуми закрыл глаза, а по моим пальцам разлилось тепло.

– Мне очень нравится нынешний Тацуми, – прошептала я.

Дрожь, пробежавшая по его телу, передалась мне, когда Тацуми накрыл мою ладонь своей.

– Радостно слышать, – тихо произнес он. – Потому что я и сам не понимаю, что со мной творится.

Мое сердце бешено колотилось. Хотелось прильнуть к нему в поцелуе, запустить пальцы ему в волосы, ощутить прикосновение его рук к коже. Хотелось прижаться к нему крепко-крепко, чтобы нас уже ничего не разделяло, но эти ощущения пугали даже меня саму.

Я торопливо отпрянула и подняла лист, зажатый двумя пальцами.

– Ну что, готов к встрече с даймё?

– Только в козла меня не превращай, – натянутым голосом попросил Тацуми. – И в ронина.

Я прикусила губу, представив убийцу демонов в козлином обличье, потом коснулась листом его лба. Тацуми стоял неподвижно и, закрыв глаза, ждал, пока ему передастся моя магия. Грянул беззвучный взрыв, поднялся столб дыма, а когда он рассеялся, убийца демонов предстал передо мной в черных одеждах и с железной тростью в руке. Его голова была прикрыта широкополой соломенной шляпой, надежно прятавшей рога.

Тацуми осмотрел себя и поднял на меня удивленный взгляд.

– Священник?

– Они обычно не вызывают подозрений, – объяснила я, пожав плечами. – Как и служительницы храма. Ты заметил, что Рэйка обычно расхаживает где хочет, и никто на нее косо не смотрит? Все потому, что каждый думает, что она выполняет волю Ками, а мешать богам – к беде. Ну и взбучку она может задать нешуточную.

– Понятно.

Я склонила голову набок.

– Что, не хочешь быть священником, Тацуми-сан? Могу превратить тебя в служительницу!

Он поморщился.

– И так неплохо.

Мы отыскали узкую тропу, ведущую в низину, и спускались по ней, пока не вышли на дорогу пошире, которая привела нас к огромным городским воротам. Если у ворот столицы империи, Кин Хейген Тоши, выстраивались длинные очереди из желающих попасть внутрь, то в окрестностях столицы Цуки нам встретилось всего несколько путников. Каждый из них удостоил нас скупым кивком и прошел мимо.

У ворот стояло два стражника, облаченных в серебристо-черные одежды Клана Луны. Их копья поблескивали в вечерних сумерках. Воины встретили нас внимательным взглядом. Я рассчитывала, что мы сможем смешаться с толпой, держащей путь в столицу, но в ту минуту поблизости никого, кроме нас, не оказалось.

– Стой! – Один из самураев оставил свой пост и загородил нам дорогу. Мне стоило большого труда сохранить невозмутимость. Угрожать оружием он не стал, но в его взгляде, сперва задержавшемся на мне, а потом на Тацуми, читалась суровость. – Опять чужаки, – отчеканил он. У меня душа ушла в пятки. – Говорите, зачем прибыли? Вы – часть группы, которая уже успела пройти в город?

– Группы? – повторила я. Тацуми, стоявший рядом, встрепенулся. Сердце у меня тревожно заколотилось, в душе зажглась надежда. – Не было ли в ней аристократа из семейства Тайо, служительницы и ёдзимбо?

Самурай расслабился, хотя во взгляде читалось скорее раздражение, чем облегчение. Он повернулся, чтобы ответить, и вдруг замер, изумленно уставившись на меня. Я затаила дыхание. Неужели он увидел мой истинный облик и понял, что я кицунэ?

– Hai, – наконец прошептал он. – Те, кого вы описали, уже в городе, моя госпожа. Сейчас они говорят с даймё. – Самурай сделал шаг назад и быстро поклонился, а потом вперил взгляд в землю. – Мы проводим вас во дворец, прошу, следуйте за нами.

Радостная и вместе с тем сбитая с толку, я пошла за воинами по улицам Шинсей Ядзю.

Чуть ли не с первого шага я отчетливо ощутила присутствие ками.

Мы точно попали в самое сердце священного леса, только вместо деревьев нас окружали здания, жилые дома и храмы. Город был полон ками. Куда ни кинь взгляд, я везде замечала кодама: они сидели на ветвях древних деревьев, растущих вдоль дороги, скакали по крышам домов, даже восседали на плечах и головах некоторых горожан, которые то ли привыкли к присутствию крошечных существ, то ли не замечали его. Окутанная пламенем птица с великолепным алым оперением и длинным хвостом сидела на крыше святилища и чистила перышки, а призрачный пес бежал по улицам следом за мальчиком. Когда ребенок обернулся и заговорил с ним, зверь завилял хвостом.

Мое внимание привлек чей-то смех. Я подняла глаза и увидела на ступеньках небогатого дома девочку с бумажной вертушкой на палочке. Она помахала мне. Ее большие глаза мерцали желтым, а на макушке торчали знакомые ушки с черными кончиками. У меня перехватило дыхание. Но когда я остановилась и окликнула ее, девочка взбежала по ступенькам и скрылась в доме, взмахнув на прощанье пушистым хвостом.

– Получается, в городе живут и ёкаи, – заключил Тацуми, когда мы продолжили путь по улице. – Во всяком случае, тут никто от них не шарахается. Я видел бакэнеко[18] на заборе, а под одним из мостов сидел каппа. Удивительно, что они спокойненько тут обитают, безо всякого кровопролития.

– У них есть все что нужно, – заметила я, и внутри вдруг пробудилась странная тоска. – Люди их принимают. Их не считают чужаками, чудовищами, их не боятся, они – естественная часть привычного мира, как ками.

– Начинаю понимать, отчего Клан Луны предпочитает жить в изоляции, – продолжал Тацуми, наблюдая за светящимся белым мотыльком, который спустился к нему и принялся кружить рядом, беспорядочно работая прозрачными крыльями. – И почему в местные города не пускают приезжих. Далеко не каждому клану понравится здешняя мирная обстановка.

Я не ответила. Девочка-кицунэ снова вышла из дома, вприпрыжку спустилась с лестницы у черного хода, а там встретилась с двумя детьми-ровесниками. Ребята заскакали, радуясь встрече, а потом вместе побежали и скрылись за углом.

Я судорожно вздохнула и отвернулась. Глаза защипало.

– Я рада, – прошептала я, – что есть на свете место, где они могут быть собой. Где они живут в безопасности.

Тацуми ничего на это не ответил, и мы продолжили путь через город.

Мы пересекли арочный мост и подошли к воротам величественного дворца Клана Луны. По бокам от них возвышались статуи грозных комаину раз в десять крупнее Чу. Каменные глаза смотрели гордо и дерзко. Интересно, подумала я, а могут ли они, как Чу, оживать, чтобы защитить дворец, если понадобится? За воротами раскинулся безмятежный, мирный сад. Белый песок, покрытый бороздками от граблей, и бамбук поблескивали в свете желтой луны, которая ползла вверх по небосводу. Аристократы, сбившись в небольшие группки, тихо беседовали в тени дворца.

Когда мы поравнялись с тремя знатными дамами у маленького пруда, одна из них при виде меня удивленно округлила глаза, потом быстро отвернулась, потупившись. Дамы начали жарко о чем-то перешептываться, украдкой поглядывая на нас. Шерсть у меня на хвосте вздыбилась. Тацуми нахмурился. Он тоже заметил их странное поведение, но нам ничего не оставалось, кроме как пройти следом за стражниками по лестнице к главному входу во дворец.

В просторном зале за огромными двойными дверями мягко светились фонари, бросая оранжевые блики на блестящий пол, выложенный деревом и каменными плитами. Тут тоже были аристократы, несколько самураев и стражники. Пока мы шли через зал, я поймала на себе еще несколько взглядов, полных смятения и недоверия. Раз уж в этом городе так много ками, духов и ёкаев, может, все они видят мой истинный облик, как его ни прячь, подумала я.

И если они правда видят лису, смело идущую по дворцу, получилось ли скрыть от них демона, шагающего рядом?

Из дальнего конца зала, где грозно возвышались золотые статуи феникса и дракона, донесся голос, строгий, женский, очень знакомый. У подножия статуй стояли трое. Я разглядела длинные белые волосы, маленькую фигурку в красной рубашке хакама, стройного воина с луком на спине.

Ахнув, я бросилась к ним.

– Minna! – позвала я и помахала рукой. – Дайсукэ, Рэйка, Окамэ-сан, вы добрались!

Они разом обернулись, и на их лицах отразилось неподдельное изумление.

– Юмеко! – вскричала Рэйка, бросилась ко мне и на миг заключила в объятия. Я ответила тем же, но служительница почти сразу отстранилась и заглянула мне в глаза, снова посерьезнев. – Ты цела? – спросила она, стиснув тонкими пальцами мои руки. – Что было после того, как корабль затонул? А где… – она перевела взгляд на Тацуми, безмолвно стоявшего позади меня, и вскинула изящную бровь. – Каге-сан?

Я не видела, что творится у меня за спиной, но, должно быть, убийца демонов ей кивнул, потому что мико тут же расслабилась и отвернулась, а Дайсукэ и Окамэ выступили вперед.

– Юмеко-тян! – с улыбкой поприветствовал меня Окамэ и покачал головой. – С прибытием! Я пытался убедить этих двоих, что волноваться не стоит, что сам Тамафуку дарует тебе удачу. Даже когда нас разлучили, я ни капельки не сомневался, что ты и Каге-сан воссоединитесь с нами в самом неожиданном месте.

– Да ладно? – мрачно проговорила Рэйка. – А кто в первый же вечер напился до чертиков, потому что решил, что их обоих сожрал умибодзу?

– Так ведь я сам чуть не утонул! – Окамэ вскинул руку к потолку. – И гордость не помешает мне признаться, что, когда тень футов пятьдесят в высоту выныривает из океана и разбивает корабль в щепки, сложновато уберечься от потрясения. Не понимаю, почему вы не напиваетесь каждый день!

Дайсукэ улыбнулся.

– Как чудесно снова видеть тебя, Юмеко-тян, – сказал он, не скрывая радости. – И тебя, Каге-сан. Когда чудовище потопило корабль, я думал, что море вас забрало. Но вы вернулись к нам, слава ками!

– Теперь вы рассказывайте! – потребовала я, обведя их взглядом. – Как вы оказались здесь после кораблекрушения?

– Нам удалось доплыть до порта Хейси, – пояснил Окамэ. – А когда местные нас выловили, мы рассказали, зачем прибыли, и нас отправили сюда – поговорить с даймё.

– Мы и сами тут недавно, – уточнила Рэйка. Ее глаза потемнели от тревоги. В них читалось предостережение – но от чего, я понять не могла. – Киёми-сама была так любезна, что пообещала нам аудиенцию, но…

– …но она не знала, что в ее город прибудут еще двое, – произнес голос за спиной у мико. – И что они тоже хотят помешать пришествию Дракона.