Искалеченные

– Значит, мстишь мне, – Мелани просекла мой план. – Хорошо. Встречаемся в девять в "Шекспире", – бросила она Марку и забралась обратно в «Порше».

– Я забронирую нам столик, – растерянно сказал ей вслед Марк.

– Надеюсь, твой дружок не такой же молекулярный, как кухня, которой ты собираешься угощать Мэл, – я с усмешкой на него посмотрела.

– Если ты испортишь мне свидание – твое лечение у Гранта рискует затянуться, – недовольно произнес он, поднимая мотоцикл с земли.

– Если бы все угрозы, которые сыпались на меня, сбывались, я бы давно тусовалась в аду, – сказала я и залезла в машину, хлопнув за собой дверью.

Внутри автомобиля было довольно прохладно от работающего вовсю кондиционера. Мелани вдавила педаль газа, и я застегнула на себе ремень безопасности. Впрочем, он все равно не спасет меня от убийственного взгляда моей подруги.

– Что это, мать твою, было? – рявкнула она.

– Я сообразила нам парное свидание, – довольным тоном пропела я.

В невыносимом молчании мы проехали оставшийся путь до моего дома. Когда я открыла дверцу машины, за моей спиной послышалось рычание Мэл.

– Только попробуй не прийти! В девять как штык!

О, да. Я обязательно приду, чтобы посмотреть на то, как облажается Марк.

Глава 5. Мы искали счастье, но нашли вино

Линдси

– Мэл, я опаздываю на пятнадцать минут. Твой Билл не Английская королева, может и подождать, – я убрала телефон от уха, чтобы не слышать голос подруги, напоминающий крики чайки у берега, когда она ругалась.

– Бен! – прозвучало на весь салон.

Взглянув на дисплей, я увидела, что случайно нажала на громкую связь.

– Кто такой Бен? – я ткнула в экран пальцем, убирая горящий значок рупора.

– Его зовут Бен, а не Билл, – слишком эмоционально пояснила Мелани.

– Бен, дай лапу! Билл, фас! Какая разница? Оба варианта звучат так, как будто это кличка лабрадора или шарпея, но никак не парня, с которым хочется… – я запнулась, подбирая корректное слово, чтобы не смущать пожилого таксиста.

– Между прочим, этот шарпей имеет свой дом на Бель-Эйр и два повышения за последний год, – гордо пропела подруга.

– И как я раньше жила без этой информации, – я закатила глаза, в сотый раз подряд поправляя волосы, небрежно заколотые на макушке.

Бросив телефон в клатч, я засунула его подмышку и выбралась из такси, перед этим оплатив поездку. Я с любовью прижимала к себе края пальто, чтобы не испачкать светлый кашемир и побежала по пешеходному переходу. Затем ступила на тротуар, чуть не провалившись каблуком в слив канализации.

Отличное начало вечера, Лин.

Наконец, я нашла здание с элегантной вывеской "Шекспир". Потянув дверь ресторана на себя, я оказалась в просторном светлом холле, отделанном белым мрамором, который всегда ненавидела. Я искренне не понимала, почему один и тот же камень используют, как на надгробиях, так и в интерьерах.

– Добрый вечер, – девушка-хостес оглядела меня снизу вверх, задержав взгляд на моих волосах. Черт, неужели все так плохо, – У вас забронирован столик?

– Да, – я осмотрелась по сторонам в поисках зеркала, заметив огромное в пол напротив гардеробной.

– Я вас провожу.

Девушка терпеливо дождалась, пока я сняла пальто, оставшись в черном платье с открытым верхом. Платье слишком сильно стягивало меня по бокам и визуально приподнимало и увеличивало грудь.

Видимо, моя депрессия, заедаемая пиццей и колой после косяков, не прошла даром, и я набрала пару килограмм.

Кстати, сегодня одна из самокруток со мной. То ли для храбрости, то ли от страха, что свидание окажется провальным, я заботливо положила в сумочку косяк.

Окинув себя взглядом в зеркале, я направилась в зал, заметив за одним из столиков компанию из трех человек. Здесь сидела Мелани в сверкающем серебристом платье, а напротив нее читал меню Марк. Биллом являлся рыжеволосый парень с кислой миной на лице, облаченный в серый претенциозный костюм.

«Лучше бы шарпей», – подумала я, делая шаг назад.

Но мой план с отступлением провалился, так и не начавшись. Когда я хотела дать деру, Мелани замахала руками, словно птенец, выпавший из гнезда.

– Линдси, а мы тебя заждались.

– Добрый вечер, – нерадостно произнесла я, приблизившись к столику.

Рыжеволосый вскочил, чтобы пододвинуть мне стул. Но его опередил официант, неожиданно появившийся рядом. В глаза бросились загорелые руки, покрытые татуировками и положившие передо мной меню.

– Линдси, познакомься, это Бен, – Мелани быстро перевела взгляд с рыжеволосого обратно на Марка.

Курт Кобейн решил поразить нас этим вечером, аккуратно зачесав назад волосы до плеч и накинув на футболку с сатанинскими надписями черный пиджак. Судя по тому, как Мелани дольше обычного осматривала внешний вид парня, старания Марка не прошли даром. Он выглядел действительно, как рок-звезда.

– Чудесно выглядишь, Линдси, – сказал Билл, пробегаясь взглядом от моего лица к вырезу у груди.

– Спасибо, – равнодушно ответила я, уткнувшись в меню. Билл был слишком официально одет и слишком широко улыбался, чем слишком меня бесил.

– Ты работаешь вместе с Мелани? – донесся его голос сквозь винную карту.

– Да, – траурным голосом сообщила я.

– Линдси ведет колонку в журнале, делая обзоры на развлекательные заведения в нашем городе, – торжественно сообщила Мелани. – Ни одно важное событие не проходит без ее участия, будь то открытие нового ресторана или художественная выставка.

– Какая интересная работа, не то, что мое банковское дело, – Билл выдвинулся вперед, сокращая расстояние между нами.

Я отодвинулась от него вместе со стулом, задев находившегося рядом официанта. Я открыла рот, чтобы извиниться перед ним. Но подняв голову, так и застыла с отвисшей челюстью. На этот раз я смогла выдавить лишь нечленораздельный звук.

Перед нашим столиком стоял Рэймонд, одетый в белую футболку с фирменной символикой заведения на груди.

Судя по его скучающему лицу, он не узнал меня. Либо персонал здесь так выдрессировали, что они не должны проявлять никаких эмоций.

Я решила занять ту же позицию, будто мы не знакомы.

– Будьте добры, бокал Шато Сент Мишель, – нейтральным голосом проговорила я, заметив, как Билл нахмурился.

– Линдси, может выберешь более винтажное вино? Это же "Шекспир". Я уверен здесь хороший выбор выдержанных сортов, – растянуто произнес рыжеволосый, добавив в конце снисходительную улыбку.

Похоже, в мире Билла алкоголь ценником ниже ста баксов за бутылку приравнивался к восьмому смертному греху.

Я подложила ладонь под подбородок, прокручивая в уме, какой фразой наградить Билла.

"Иди к черту", – довольно грубо.

"Мое терпение – самый выдержанный сорт", – слишком заморочено.

Нужно было найти золотую середину, но мои поиски прервал Марк.

– Давайте бутылку Шато Мишель, мне тоже нравится это вино, – непринужденно сказал Курт Кобейн, не догадываясь, что спас рыжеволосого и наш вечер от моих глупых фраз. Марк поднял взгляд на официанта, узнав в нем "коллегу" с собрания. – Рэймонд! Я не ожидал тебя тут встретить.

– Я тоже, – Рэймонд немного поднял уголки рта вверх.

Если учесть, что он круглые сутки ходил с каменным лицом, как Северус Снейп, ему безумно шла улыбка.

– Мне, пожалуйста, апельсиновые спагетти, бальзамическую икру и бутылку Беринджер, – проговорил Билл, положив меню на край стола. – Линдси, а что ты предпочитаешь?

«Свалить отсюда, как можно скорее», – подумала я, смотря по сторонам.

– Очень рекомендую икру, – добавил рыжеволосый, вновь пододвигая ко мне стул.

– Спасибо, но у меня аллергия на цитрусовые, – ответила я, положив на стол сумочку, как ничтожный барьер.

Марк, наоборот, успешно сокрушал неприступную крепость Мелани, рассказывая смешные истории с концертов. Его шутки заставляли улыбаться подругу, уже раскрасневшуюся от выпитого бокала вина, которое принес Рэймонд. Его татуированные руки периодически подливали Шато в наши бокалы.

Хваленый Беринджер в одиночестве распивался Биллом, с манерным видом наслаждавшимся бальзамической икрой.

Между тем, я невольно засмотрелась на Рэймонда, когда он принимал заказ за соседним столиком. Он встретился со мной взглядом, отчего я поспешно отвела глаза. Черт. Наверное, я слишком откровенно на него пялилась.

– Линдси, ты так ничего не выбрала к вину, – осуждающе произнес Билл. – Может быть, попробуешь десерт? Могу порекомендовать мандариновый чизкейк.

– Она же сказала, что у нее аллергия на цитрусовые, – резко сказал Рэймонд, остановившись у нашего столика.

Билл замер каменным изваянием, а я пробормотала, что ничего больше не нужно.

– Расскажи немного о себе, – сказал Билл.

По его лицу было не похоже, что его интересовали факты из моей жизни. Его глаза оформили гражданство в моем декольте, и я пожалела, что оставила пальто в гардеробной.

Но помимо взгляда Билла, я почувствовала, как на меня смотрел кто-то другой. Я повернулась и встретилась взглядом с Рэймондом. Мои щеки предательски вспыхнули, и я тут же опустила глаза на скатерть, словно она была самым интересным зрелищем в ресторане.

Однако через несколько секунд, я вновь подняла взгляд, чтобы рассмотреть надписи на латыни на руке Рэймонда.

Интересно, что обозначает эта строчка, тянувшаяся по крепкому предплечью?

Из раздумий меня отвлекло деликатное покашливание Мелани. Вдруг я вспомнила, что Билл задал мне вопрос.

– Моя жизнь очень скучна, Билл, – тихо ответила я.

– Бен, – поправил меня рыжеволосый, и я услышала, как усмехнулся Рэймонд.

– И что же я сказал забавного, заставив рассмеяться официанта? – сделав ударение на последнем слове, Бен развернулся к парню. – Твои обязанности – убирать тарелки и открывать бутылки. Смех над посетителями в твои задачи не входит.

– Как и терпеть таких зануд, – Рэймонд нахмурился, выдерживая на себе презрительный взгляд рыжеволосого.

Если бы сюда пришли умники, говорящие, что в нашем демократическом обществе отсутствует деление на классы, они забрали бы свои слова обратно. Бен начал говорить Рэймонду столько гадостей, сопровождая унизительную речь мерзкими ухмылками, что даже у меня лопнуло терпение.

Я хотела попросить замолчать Бена, но Рэймонд шагнул в сторону рыжеволосого и мрачно навис над ним. Казалось, еще секунда, и он сломает Бену нос. Но Марк вовремя подоспел, заняв место между ними. Схватив за плечо Рэймонда, он оттащил его от столика.

Бен не догадывался, что был в шаге от сломанной переносицы, и продолжал дальше выплевывать гадости.

Слушая его монолог про недостатки обслуживания, я подлила себе вино. Тут у нашего столика остановилась женщина, переводя взгляд с моего равнодушного лица на возмущенную моську Бена. Я отметила ее беспокойство в виде учтивой вымученной улыбки, а надпись на ее бейджике: "Хейнс, главный менеджер" пророчила проблемы в работе Рэймонда.

– Добрый вечер, – она немного наклонила светлую голову с короткой стрижкой в знак вежливости. – Я – старший менеджер Глория Хейнс. Вы чем-то недовольны?

– И вы еще спрашиваете? – Бен вонзил в нее яростный взгляд, – Ваш официант нахамил мне!

– Прошу прощения, он только стажируется, – Глория метнула на миг вспыхнувшие возмущением глаза в сторону Рэймонда, – я пришлю вам более опытного сотрудника.

– Спасибо, но мы довольны этим официантом, – сказала я, заметив, как весь ресторан смотрит на наш столик.

– Я все равно требую поменять обслугу, – Бен хлопнул ладонью по столу, заставив дрожать живые цветы в вазе, стоящие по центру стола.

– С этой минуты вашим официантом будет Пьер. Прошу прощения за доставленные неудобства, – безжизненным голосом проговорила Глория и через мгновение покинула нас.

Быстрым шагом она направилась к Рэймонду, стоявшего у служебного выхода вместе с Марком.

– Даже в Макдональдсе обслуживание лучше, чем здесь! —Бен все не унимался.

– Не уверена, что парни произносящие "Свободная касса" имеют такие шикарные задницы, – я разглядывала пятую точку Рэймонда.

К нему подошла Глория, и судя по пронзительному голосу, переходящий в ультразвук, начала делать выговор. Но ее пламенная речь быстро закончилась стремительным падением на пол бейджика Рэймонда и его таким же резким выходом из зала.

– Да, у него десятка, – согласилась со мной Мелани, проводив взглядом фигуру Рэймонда.

Бен смотрел на меня и Мелани с непониманием и не догадывался, что нашим тайным развлечением было деление мужских задниц по десятибальной системе.

– А у него пятерка, – Мелани кинула взгляд на рыжего.

– Какие еще пятерки и десятки? – Бен вскочил со стула, и, увидев его фигуру, я поняла, что подруга переоценила его.

– Уверенная тройка, – произнесла я, выливая из бутылки остатки вина к себе в бокал.

– Это было самое отвратительное свидание в моей жизни, – прокричал Бен, кинув на стол несколько купюр.

– Рада стараться, – я натянула самую искусственную улыбку.

– Не ожидал от тебя, что ты притащишь с собой это мелкое исчадие ада! – Бен ткнул пальцем в Мелани, а затем удостоил меня презрительного взгляда. – Линдси, желаю тебе веселой ночи вместе со твоей десяткой! Потаскушка!