Младший сын князя. Том 8

— А я надеялся, что Тарасовы вас больше не побеспокоят, — хмуро ответил Тимофей, продолжая следить за дорогой. — Если он нападёт, вас не затруднит, если я с ним разберусь? Как… старший брат, я выбью из него всю дурь и преподам урок.

— Разрешаю, — кивнул я, вновь отпивая прохладный сок из стакана. — Но только если нападёт. Первым даже не думай нападать. И не выходи из машины, пока я не подам знак. Постараюсь уладить конфликт словами. А при виде тебя он, скорее всего, ещё сильнее вскипит от злости.

— Как прикажете, молодой господин, — сказал мне Тимофей, заворачивая за очередной угол.

Дальнейшая наша поездка прошла в полной тишине. Я витал в своих мыслях, думая, как поступлю, окажись моя догадка верна. Тимофей, скорее всего, так же думал о своём. Однако уже через пару минут мы доехали до отеля, и я под светом фонаря встретил там Вячеслава.

Не узнать его было довольно сложно. Во-первых, он был внешне похож на Тимофея. Ну а, во-вторых, у меня была очень хорошая память. Стоило мне один раз увидеть человека, как я мог спокойно запомнить его на всю жизнь. Разве что пришлось бы немного покопаться в воспоминаниях.

Я дал знак Тимофею остановиться, после чего первым вышел из машины и направился к тому месту, где находился Вячеслав Тарасов. Последний выглядел очень нервным и, судя по всему, настолько загрузил себя мыслями, что даже не замечал моего прихода до момента, пока я не стал говорить.

— Я уж надеялся, что ты в тюрьме больше времени проведёшь, — сказал я, глядя на остановившегося паренька. В ответ он лишь смотрел на меня глазами, полными ненависти. — Может быть, поймёшь, что нападать на других аристократов и шантажировать людей — это плохо. Но, видимо, тебе прошлого урока было мало. Зачем пришёл? Неужто рассчитываешь на другой исход? Или хочешь своими действиями развязать войну против Львовых?

— Т-ты… — сквозь зубы процедил Вячеслав и, как мне показалось, даже не вслушивался в мои слова. — Это не твоё дело, Львов! Где Тимофей? Покажи мне его! Дай с ним поговорить!

— Выбирай тон! — от меня стала исходить жажда крови, однако к моей неожиданности, на Вячеслава она почти не оказала эффекта.

Тут-то я начал соображать, что состояние парня, скорее всего, невменяемое. Чем больше я на него смотрел, тем более странным мне казалось его поведение. Не удивлюсь, если он принял до этого какой-то запрещённый наркотик, чтобы временно повысить свою силу. Ну или просто для уверенности.

— Где Тимофей⁈ — вновь повторил он свой вопрос, даже не думая отступать. — Я знаю, что он должен быть с тобой!

— Даже если так, что с того? — попытался спровоцировать я парня на действия, понимая, что дело вряд ли получится разрешить миром.

— Я не оставлю тебя в покое! — криво ухмыльнулся Вячеслав, вызвав у меня ещё больше внутреннего отвращения к нему. — Я стану твоим ночным кошмаром! Так что лучше бы тебе дать мне с ним поговорить!

В ответ на это я лишь поднял правую руку, давая сигнал Тимофею выйти из магокара. Конечно, можно было и самому разобраться с Вячеславом, но я уважал просьбу своего личного слуги. Ко всему прочему, роду Тарасовых будет проще откупиться от меня, если парень нападёт на слугу, а не меня.

— Вячеслав Михайлович, прошу выбирать слова и не оскорблять моего господина, — двигаясь по направлению к младшему брату, сказал Тимофей, при этом угрожающе хрустя кулаками. — Если, конечно, не добиваетесь того, чтобы это сочли за угрозу. В таком случае я буду иметь полное право задержать вас до прибытия Службы Имперской Безопасности.

— Вот, значит, ты каким стал, старший брат, — вновь полностью проигнорировал всё сказанное в его адрес Вячеслав. — Первый раз испортить мне жизнь своим рождением тебе стало мало! И ты решил это повторить, забрав у меня то, что принадлежит мне по праву! Моё наследство!

— Боюсь, я совершенно не понимаю, о чём вы говорите, — ответил Тимофей, в то время как я молча наблюдал за этим спектаклем, готовый вмешаться в любой момент.

— Всё ты прекрасно понимаешь! Ты всегда был отцовским любимчиком! Я знаю, о чём вы говорили! Он захотел сделать тебя наследником и ты согласился! Иначе и быть не могло! — с каждым новым восклицанием в его голосе всё сильнее проявлялись нотки безумия.

— Я разговаривал с нашим отцом и могу вас заверить, что отказался от этого предложения, — старался сохранять спокойствие Тимофей, однако ему это давалось нелегко. — И мой господин также не стал меня обратно продавать роду Тарасовых.

— Брехня! Я всё знаю! Мне всё рассказали! — продолжил гнуть свою линию Вячеслав, двигаясь в сторону Тимофея.

Одновременно с этим он сунул руку в карман и в его пальцах появился маленький пакетик с удивительным образом знакомым мне синим порошком. Раздробленные в пыль энергетические кристаллы, которую очень любили употреблять террористы и бандиты в Ливии. Как она здесь оказалась, да ещё и в руках Тарасова?

— Лучше бы тебе бросить этот порошок на землю, — сказал я, при этом не торопясь первым нападать на Вячеслава.

Увы, помешай я ему сделать то, что он задумал, и закон мог оказаться не на моей стороне. Тут уже пришлось бы доказывать, что Вячеслав был в неадекватном состоянии, и я пытался его спасти от бездумных действий, а не напасть из-за прошлых обид.

— Что, боишься? — по-своему воспринял мои слова Вячеслав, после чего закинул всё содержимое пакетика себе в рот. — А теперь посмотрим, кто из нас сильнее, брат, — угрожающим тоном сказал он и побежал на Тимофея.

Глава 25

К большому сожалению для Вячеслава, энергетический порошок не мог дать настолько большого усиления, какого он хотел. За прошедшее время он со своим талантом и пилюлями мог создать в лучшем случае третий круг маны.

С энергетическим порошком и, возможно, ещё с каким-нибудь кратковременным усилителем, в теории, он мог сравниться по силе с магом четвёртого круга. С очень слабым магом четвёртого круга. Однако даже я не смог бы победить Тимофея, используя грубую силу.

Что уж говорить про Вячеслава, который за всю жизнь даже толком не тренировался и ни разу не участвовал в серьёзных сражениях. Со стороны это выглядело так, будто мышка набралась смелости и вышла сражаться в поле против льва. Шансы на победу у неё в таком случае были околонулевые.

Поэтому я нисколько не удивился тому, когда Тимофей, не сходя с места, ударил кулаком в солнечное сплетение Вячеславу, затем добавил кулаком в подбородок и закончил серию ударов ломанием носа младшего брата.

При этом, несмотря на всю боль, парень не вырубился, оставаясь в сознании. Он выл от боли, одновременно с этим капая слезами на асфальт. А ведь это только начало, и основная боль придёт после того, как начнётся отдача от принятых усилителей.

Я же в свою очередь думал, что для такого ублюдка, как он, даже такого наказания будет мало.

Может, сам Вячеслав забыл, но я-то помнил, как он портил жизнь моим однокурсникам, угрожая расправой с их родственниками, если они не будут ему подчиняться. Прощать подобное двумя годами отсидки и повторным избиением для меня было мало.

Даже если сейчас он снова угодит в тюрьму, то как скоро оттуда выйдет? Год, два? А может, всё вообще обойдётся домашним арестом? Увы, то, что он получит заслуженное наказание, я сказать не мог.

— Везёт ему, — вслух сказал я, стоя над телом Тарасова. — Я бы ему сломал энергетическое ядро, но если сделаю это сейчас, то он попросту умрёт.

— Молодой господин… — хотел было что-то сказать Тимофей, но я и сам увидел, как тело Вячеслава стало биться в судорогах.

Слишком быстро наступила отдача от порошка. Хотя нет, от него не пошла бы такая реакция организма.

— Вызови целителей, — сказал я, одновременно с этим наклоняясь к парню и проходясь по нему внутренним зрением. — Похоже, у него передозировка ядом.

Вот уж не подумал, что буду сидеть на земле и спасать жизнь этому ублюдку. Чувствую, роду Тарасовых придётся очень дорого за это мне заплатить.

* * *

Жизнь очень часто любит преподносить неприятные сюрпризы. Но порой некоторые из них оказываются не такими уж плохими, как могло казаться.

До прибытия профессиональных целителей, я поддерживал в Вячеславе жизнь. Он умудрился додуматься сначала принять неизвестный мне наркотик, а затем ещё принять энергетический порошок.

При этом он не сообразил, что у него в организме от этого непременно бы случился огромный переизбыток маны, из-за которого он должен был умереть. Но дуракам везёт и рядом оказался я. Ну или почти везёт.

Из-за его выходки мне даже не пришлось разрушать ядро парня. Он сам с этим прекрасно справился, одновременно с этим полностью уничтожил энергетические каналы.

Тут даже лучшие целители развели бы руками, не в силах помочь. Так что карьера, как мага, у Вячеслава на этом моменте закончилась, так толком и не начавшись.

Отдельного упоминания заслужила мать Вячеслава. Она первой узнала о том, что случилось, и пришла в участок, где я давал показания. Вела она себя очень надменно и одновременно с этим угрожала тем, что засудит меня за случившееся с её сыном. Мои разумные доводы на то, что я вообще-то её сыну жизнь спас, её не убедили.

Затем, уже спустя несколько часов прилетел Михаил Юрьевич Тарасов. Тот, в отличие от жены, вёл себя куда спокойнее и приносил искренние извинения за доставленные неудобства.

Ну и, само собой, предложил принести компенсацию за случившееся, чтобы Львовы не стали объявлять войну Тарасовым. Уже сидя в снятом мной пятизвёздочном номере, мы обсуждали её размер и способ оплаты.

— Могу я узнать примерные цифры, за которые вы и ваш род будут удовлетворены компенсацией? — спросил меня мужчина, при этом скрывая свои эмоции по поводу произошедшего. Мне из-за этого даже не верилось, что Вячеслав приходится ему сыном.

— На самом деле подойдёт любая, — сохраняя спокойное лицо, ответил я. — Зная ваше непростое положение, вы можете оплатить рублями, вашими специалистами, товаром, услугой. В крайнем случае вы просто будете должны моему роду.

— В таком случае я бы хотел заплатить товаром, — без раздумий ответил Тарасов. — Я готов поставлять вам нашу продукцию практически по себестоимости на протяжении пяти лет в неограниченном количестве. Само собой, я надеюсь, что ваш род не будет злоупотреблять этой возможностью, чтобы наш бизнес совсем не обанкротился.

— У нашего рода есть честь, и мы не станем так поступать, — покачал я головой, после чего скрестил руки на груди. — Однако я также хотел бы получить небольшую денежную компенсацию в учёт спасения вашего сына. Можете не переживать, она не будет неподъёмной для вас.

— Буду премного благодарен, — ответил мужчина, тем самым соглашаясь на мои условия. — Что касается моей жены — пожалуйста, примите ещё раз мои извинения. Она, должно быть, понимает, что наш сын вновь попадёт в тюрьму, причём в этот раз надолго. Из-за этого у неё разрывается сердце.

— Если она не будет впредь пытаться как-то навредить моей жизни, то я закрою глаза на её оскорбительное поведение, — сказал я и услышал вздох облегчения от Михаила Тарасова.

— Я премного благодарен вам, — ответил Михаил Юрьевич, после чего мы перешли к обсуждению возможной денежной компенсации.

На этом вся история с родом Тарасовых, можно сказать, закончилась. Причём для самого рода прошедшая ситуация стала небольшим благословением — всё-таки возможность поставлять товар Львовым также давала шанс на будущее сотрудничество. А это в свою очередь могло помочь роду выйти из опалы.

Но мне до всего этого уже не было ни дела, ни времени. Бюрократической волокиты меньше не становилось, а ведь помимо неё я должен был тренироваться и заняться рунным черчением, которое постоянно откладывал в долгий ящик.

Одним словом, скучать я себе не давал.

* * *

Роман, к моей неожиданности, прилетел ко мне раньше планируемого срока. Такого поворота я не ожидал, поскольку знал любовь Романа к своей работе и то, что он ею завален. Тут, скорее, стоило ждать обратного.

Так, сидя за столом и трапезничая, мы вели друг с другом непринуждённую беседу.

— Неужто тебе так понравилось работать с моими специалистами, что ты решил прилететь раньше времени, — ухмыльнулся я, сидя в кресле и наблюдая, как Роман жадно поедает принесённый ему стейк. — А я уже собирался отправить тебе доспехи в мастерскую, чтобы ты помог мне с ними.

— Опыт, несомненно, был интересный, но повторять я его не горю желанием, — сказал он, разделывая ножом кусок мяса на маленькие части. — Я прилетел пораньше, чтобы отобрать наиболее перспективных рунных мастеров, которых смогу сделать своими личными учениками.

— Так ты ведь ненавидишь учить людей, — сказал я Роману, после чего макнул в соус принесённую мне рыбу. — Вряд ли ты изменил мнение за прошедший месяц.

— А у меня не осталось другого выбора, — положив вилку на тарелку, развёл руками парень. — Работы становится больше, а завал не уменьшается. Даже если я с тобой в поте лица работать буду, ничего не изменится. Очень много заказов от имперской канцелярии, и времени на личное творчество не хватает. Тут нужны подмастерья, чтобы хотя бы чертили простые рунные вязи и убирали с меня нагрузку. Да и к тому же мне полезно время от времени видеть солнечный свет и общаться с людьми, а не только с персоналом. Иначе так можно растерять все свои социальные навыки или свихнуться.

— Тогда будем верить, что тебе эти перемены пойдут на пользу, — улыбнулся я брату, параллельно покончив со своим блюдом. — Всё-таки отдаваться работе — хорошо, но в жизни должны быть и другие интересы.

— Я с этим утверждением не до конца согласен, но спорить не буду, — сказал Роман и примерно в одно со мной время расправился со своим стейком. — А теперь ближе к сути. Примерно через пару недель сюда прибудут рунные маги. До этого нам нужно окончательно подготовить прототипы брони. В идеале нам хотя бы первые пять доспехов продемонстрировать имперской канцелярии, чтобы получить пробный заказ.

— Кстати говоря, сколько примерно нужно будет создать доспехов для пробного заказа? — поинтересовался я у старшего брата.

— Тут не могу сказать наверняка. Скорее всего, они потребуют от пятидесяти до ста штук в течение трёх месяцев, — немного подумав, ответил парень. — Так или иначе, с нынешней скоростью производства, которую показывают твои специалисты, проблем не возникнет. Правда, тебе всё равно позже придётся расширять производство.

— Я уже к этому готовлюсь, — честно сказал я Роману. — Эти доспехи должны стать новым поколением в мире вооружения. А значит, доспехами заинтересуются не только имперская канцелярия, но и наш с тобою род. Со временем придётся перевооружать всех слуг, пусть даже за это меня ждёт щедрая награда.

— На твоём месте я бы смотрел на это с другой стороны, — покачал головой Роман. — Если твой бизнес взлетит, то в таком случае отец передаст тебе ещё заводы, чтобы ты вводил там новую технологию производства.

— Ты так говоришь, будто это легко сделать, — сложил я руки на груди. — Это как минимум опять лететь в Австрию, налаживать поставки, искать нужных специалистов, и в особенности рунных магов. На всё это потребуется очень много времени, а я пока что учусь в Академии. Отец должен это понимать и вряд ли станет нагружать лишней работой.

— И то верно, — кивнул Роман и немного погодя добавил: — Кстати, чуть не забыл. Ты должно быть не в курсе, но проверка доспехов имперской канцелярией весьма своеобразна.

— В каком плане? — приподнял я левую бровь.

— Допустим, ты им скажешь, что твои доспехи относятся к тяжелому классу и способны выдерживать попадание магией четвёртого круга. В таком случае они захотят проверить её в реальных условиях боя, — принялся объяснять ситуацию Роман. — Другими словами, тебе или кому-то из слуг придётся в полную силу сражаться в доспехах против выставленного ими бойца.

— А в этом разве есть большой смысл? — непонимающе спросил я, поскольку проверка, на мой взгляд, выглядела странно.

Можно ведь проверить характеристики брони, не сажая внутрь человека и уж тем более не сражаясь. В крайнем случае, можно было бы обойтись небольшим спаррингом. Проверка и впрямь выглядела в моих глазах своеобразно.

— Забыл уточнить, твой противник будет примерно в аналогичных доспехах, — поспешил добавить Роман. — Не удивляйся, у Имперской канцелярии есть в разработке доспехи с защитной магией четвёртого круга, но поставить их на поток в нынешних условиях невозможно. По сути, это такие же прототипы, которые используют только для проведения таких вот «проверок». Вот Имперская канцелярия захочет проверить, насколько доспехи в целом будут подходить запрашиваемым ими стандартам качества.

— Теперь всё встало куда понятнее, — сказал я, невольно задумываясь о том, что меня ждёт в будущем. — Ладно, с этим позже разберёмся. Пошли на завод, часть рунных мастерских уже готова и можно работать.

— Согласен. Поели, можно и поработать, — довольно ответил Роман.

После этого разговора прошло ещё несколько дней. Мы довольно быстро чертили руны на доспехах. Тут уже играл тот факт, что я набил руку и большинство рун рисовал, не напрягаясь. Ну а в случае возникновения ошибки мог попросту её исправить, поскольку ничего сложного для меня в этом не было.

Правда, я даже подумать не мог, с чем мне предстоит скоро встретиться.

Глава 26

В то время, когда Евгений вместе с Романом был вовсю занят работой с доспехами, Гиневард проходил индивидуальную тренировку в Сибири, на землях рода Рязанских. Поэтому о том, что кто-то может прервать его тренировку, он не беспокоился.

Можно сказать, на ближайшие сотни километров вокруг его окружал лишь лес. Исключением разве что было добывающее предприятие Львовых, где они разрабатывали свои ресурсы, но дальше арендованных земель ни слуги, ни персонал не выходили. Так что они в любом случае не смогли бы узнать о его секрете.

Сам парень сидел на небольшой поляне, под светом звёзд, возле горящего костра и готовил недавно пойманного зайца. Своей добычей он остался доволен, поскольку животное не смогло почувствовать его присутствия, и он смог убить его точным попаданием в глаз метательным ножом, а это тоже надо уметь.

Правда, на вкус вся дичь, которую он пробовал в последние несколько дней, была не очень. Жёсткое, с волокнами, без капли жира, чтобы придать мясу хоть какую-то сочность. Это уже не говоря про отсутствие самых обычных приправ — соли и чёрного перца.

«Вот уж не думал, что буду скучать по готовке Даниэля», — подумал Гиневард, следя за тем, чтобы мясо не подгорело.

Несмотря на полное отсутствие комфорта, ему в целом нравилась тренировка наставника и его запреты на применение современных средств.

Во-первых, она позволяла отточить свои навыки на открытой местности, пусть даже ему запрещено было пользоваться магией огня, чтобы не поджечь лес.

Во-вторых, парень мог остаться наедине со своими мыслями, чего в последнее время ему очень не хватало.

Ну и, в-третьих, было приятное чувство из-за того, что за никто не наблюдает. Даже Вильям, его личный защитник.

Силу последнего Рязанский даже не мог оценить. Вильям был не только первоклассным магом и защитником. Он также обладал навыками профессионального убийцы. Скрывать своё присутствие для него было не сложнее, чем другим дышать. И последнее очень не нравилось молодому аристократу.

Да, с одной стороны он был едва ли не под абсолютной защитой. Ни у какого убийцы ниже восьмого круга не было шансов не то, что убить, даже подобраться близко к Гиневарду. Но в то же время ощущение постоянной слежки, которую он не замечал, сильно раздражало. Это не говоря о том, что парню не нравилась такая гиперопека со стороны рода.

Очень тяжело стать сильнее, когда не чувствуешь угрозу смерти. Очень непросто выйти за пределы своего организма, чтобы раскрыть потенциал своего дара. Самое первое и последующие за ним сражения с Евгением Львовым это доказали.

До их первого боя Гиневард считал, что без преувеличения является талантливейшим магом своего поколения в Российской империи. Всё-таки почти отказавшись от пилюль, к девятнадцати годам достичь четвёртого круга маны могли считаные единицы. А уж если говорить про навыки боя, с ним по-настоящему никто не мог сравниться.

В Академии лишь несколько человек могли заставить его сражаться всерьёз. На первом месте стояла Юлия Смирнова — она была невероятно сильным заклинателем, и будто этого мало, не менее превосходно владела искусством меча.

Девушка на голову превосходила тот уровень, что парень демонстрировал в Академии. Однако какие бы нежные чувства к ней Гиневард не питал, в настоящем бою у Смирновой были околонулевые шансы на победу, если бы он начал действовать всерьёз.

Следом по силе шёл Максим Романов — третий принц Российской империи. В бою один на один им ни разу не доводилось сражаться, однако было глупо отрицать силу молодого наследника престола. Особенно учитывая, что он занял первое место на турнире.

В этот же список он мог включить обеих сестёр Друцких, Амелию Львову и, пожалуй, Реваза Багратионова. К сожалению, в этом году выпустился из Академии, а ведь Рязанский был не против померяться с ним силами и талантом в магии.

Вот только появление в его жизни Евгения Львова многое изменило. При первой встрече он его сильно недооценил. Пусть даже парень посчитал, что княжич не так прост, как о нём ходили слухи, он и подумать не мог, что за каких-то два года он займёт тринадцатое место в списке лучших учеников Академии. Хотя это достижение меркнет на фоне его других заслуг.