Помоги проекту - поделись книгой:
— Приветствуем тебя, великий Джу Шо!
Остальные повторяют за ними, и мы касаемся лбами пола, пока командиры лишь кивают.
Глава Братства жестом указывает на тело в центре:
— Что разузнали?
— Ничего путного, — вздыхает Север и принимается докладывать.
Джу Шо внимает его словам, не проронив ни звука. Имя лидера Братства выбрано неслучайно и, вероятно, не является настоящим. В одном из центральных диалектов Джу Шо переводится как «Великий Зверь» — прозвище, как нельзя лучше отражающее сущность главы Братства.
Чёрные глаза пронзительно глядят на меня:
— Тигр, поведай, что удалось узнать.
Я повторяю сказанное Севером, выдерживая испытующий взор главаря. Тот, будто не веря, требовательно простирает длань:
— Оружие убийства.
Громила вручает ему клинки. Джу Шо внимательно их осматривает, изучает раны на шее советника.
— Жаль, что выпытали так мало, — негромко произносит он, — но главная задача выполнена — цель устранена.
Ещё раз окидывает меня пытливым взглядом и кивает на выход:
— Старшие звеньев остаются, прочие свободны. Передохните, братья. Скоро нам вновь придётся поработать во славу нового порядка.
Мы выходим, и почти сразу Полынь с Пастухом зовут меня с собой. Как выясняется, на вершину одного из деревьев, где меж ветвей устроен укромный наблюдательный пост.
— Ты ж тут впервые? — интересуется степняк. — Как тебе наше лесное убежище?
Вдыхаю полной грудью. Родной лес будит воспоминания детства. На миг кажется, будто вернулся я в отчий дом, в милые сердцу Лесные Холмы. Ветер доносит медвяный запах цветов, птичий щебет напоминает о матушке с батюшкой.
— Мне здесь нравится, — отзываюсь я, пропуская второй вопрос мимо ушей. — Вот только надолго ли мы тут застрянем?
— Что, уже по девкам продажным да выпивке истосковался? — ухмыляется Пастух.
Отвечаю ему кривой ухмылкой, а сам усиленно размышляю.
Нужно удвоить бдительность. Здесь все мне враги. Одно неверное слово — и я выдам себя с головой. Трудно далось решение прикончить Хва Ю. Недолго я колебался, и всё свершил во благо Империи и государя, но что делать дальше — ума не приложу.
Понятия не имею, где мы. Где-то близ столицы, это верно, да только сколько времени здесь пробудем и как передать весточку Джихвэю? Часы утекают, точно вода меж пальцев, и ценность добытых сведений тает. Если упущу назначенную встречу, все мои потуги втереться к Охотникам в доверие окажутся тщетны.
Глава 10
Старший звена Север пока скуп на новую информацию, и я с головой окунаюсь в повседневную жизнь лагеря Охотников. Скрупулёзно исследуя каждый уголок запрятанного в лесу поселения, стараюсь понять, как здесь всё устроено.
В голове лихорадочно роятся мысли, как бы ухитриться передать весточку Джихвэю. День тайной встречи неумолимо приближается, грозя безвозвратно испепелить добытые крупицы сведений. Все мои усилия будут перечеркнуты, и даже смерть советника станет напрасной.
Лагерь, на первый взгляд, прост и неприхотлив. Древесные дома, что оплели исполинские стволы, служат казармами для всех обитателей этого затерянного прибежища. Они стягиваются в тугое кольцо вокруг центрального здания, царственно возвышающегося на макушке могучего дуба. На его же собрате-исполине приютился обеденный зал. Джу Шо неустанно собирает бойцов, вдохновенно вещая о грядущих переменах и новом порядке, что принесёт Братство в Империю.
Малочисленность гарнизона лагеря лишь укрепляет мою догадку о временности этого пристанища. Да и сам облик строений, рождённых древесными техниками, чьи отголоски ещё витают меж сплетённых ветвей, намекает о недавнем их появлении на свет. Суммарно здесь находится полсотни душ, из которых далеко не все отправляются на миссии в составе звеньев.
Младшим членам, в отличие от командиров, с лихвой хватает повседневных забот. Пока старшие звеньев и сам Север подолгу судачат с Джу Шо да упражняются в ратном деле, мы, рядовые, несём все тяготы лагерной жизни. Дозоры, стряпня, уборка, охота — всё ложится на наши плечи, благо прислуги тут не водится. И припасов в обрез, лишь самое насущное.
Во время одного из нарядов по кухне Полынь сетует на докучливые просьбы Пастуха.
— И чего он хочет? — невзначай интересуюсь я, ловко потроша тушку кабанчика.
— Я уже не в первый раз здесь. Наверняка вскоре отправят на дежурство в птичник, а Пастуху не терпится отправить весточку матери. Нашел же время, честное слово! — вздыхает степняк.
— Птичник, говоришь? Что-то не припомню такого места. Я ж только из ночного дозора. Вроде всё обошёл, — одним махом вышвыриваю требуху в поганое ведро, незаметно закрыв ноздри
— Забыл я, что ты тут впервой, — шепчет Полынь. — А ты как думал, каким способом новости в мир отправляют? Почтовыми голубями, вот как! Сегодня ночью мне этих птиц сторожить.
Он потешно чирикает, а я лишь усмехаюсь в ответ.
— Так почему бы тебе брату не помочь? Невелика проблема, одним письмом больше, другим меньше. Родных-то грех не поддержать.
— Эх, на чувствах играешь! — машет рукой Полынь. — Я бы рад, да с этими птицами обращаться не умею. Похлёбку из них сварить смогу, а в остальном…
— Возьми меня в дежурство, — предлагаю я, уловив свой шанс.
— Это не мне решать, — пожимает плечами степняк. — К тому же, мне Север назначил в напарники Картавого. Ты, видишь ли, слишком неопытен для этого дела.
Во время нашей утренней охоты я заметил в лесу знакомый куст дикой ягоды. Спелая, она сладка, словно мёд, но недозрелая может сильно скрутить живот. Прихватил её с собой на всякий случай, и, как чувствовал, что пригодится.
Изучив распорядок дня и караулов, я использую возможность. За обедом незаметно подсыпаю зелёных ягод в мясную похлёбку Картавому и ещё нескольким охотникам, не задействованным в ночных нарядах. Этим я надеюсь увеличить свои шансы занять их место.
К вечерней смене многих бойцов прихватывает. Север честит нас с Полынью на чём свет стоит, мол, продукты худо мыли да всякой дряни в котел напихали.
— Брат, если б мы сплоховали, всем бы невмоготу стало! — пытается отбрехаться напарник.
Ухмыляясь, киваю и сам:
— Знать, не всяк желудок осилит такую дичь. Больное мясо жёстко и волокнистое. А раз похлёбку всем с одного котла плескали, то и вина не наша.
— Раз такой головастый выискался, Тигр, вот и ступай с Полынью на птичнике дежурить. Из-за вас наряд вполовину поредел, восемь душ от нужника и обратно бегают! — фыркает громила.
Довольный собой, тайно готовлю послание для Джихвэя. К вечеру мы с Полынью выдвигаемся к голубятне, укромно притаившейся средь древесных великанов неподалёку.
— Ну что, Тигр, показывай, как с птахами управляешься! Ты ж у нас кошак матёрый, пусть и полосатый! — подначивает степняк.
Поигрывая ключом, Полынь нечаянно роняет его меж досок.
— Недоумок! — рычу я, только для вида — сам-то уже успел подхватить ключ тонкой лозой. — Руки у тебя что ли, не оттуда растут⁈
— Ладно, ладно, не злись! Лучше помоги найти, — вздыхает Полынь, перегибаясь через перила. — Если кто-то придет с проверкой, обоим достанется. А вдруг кому-то срочно понадобится отправить сообщение? Тогда нам точно конец.
— Это тебе конец! — сверкаю глазами, сжимая кулаки. — Скажу, что у меня живот прихватило — побежал в лес, а тебя волки сожрали.
— Тигр, да ты чего? Знаешь же, по нашим правилам отвечать вместе, — бормочет он, спускаясь.
Через некоторое время сообщаю, что нашёл пропажу.
— Спасибо, друг! Ты меня, можно сказать, выручил, — радуется Полынь. — Север точно бы лишним дежурством наказал, а то и парочкой сверху.
— Теперь твоя очередь. Доставай письма Пастуха, займемся почтовыми голубями.
Прощупав двери на наличие защитных формаций, отпираю замок. Просторный птичник, уставлен клетками в несколько ярусов. Для вестей используют самых обычных голубей. Меня радует такое количество пернатых посыльных. Одной птахой боле, одной меньше — никто и не хватится.
Да только вот заминка — на все клетках наложены защитные печати.
— Эй, Тигр, ну что так долго? — заглядывает внутрь Полынь.
— Да, подожди ты, — отвечаю я, тщательно осматривая контейнеры.
Убедившись, что на каждой клетке установлена защита, которая скорее всего открывается особым образом, оставляю эту затею и озвучиваю, что матушка Пастуха, похоже, останется без свежих вестей.
До назначенного времени осталось всего ничего. Заговорщики собираются в столице уже на этих выходных. Мне надо любым способом попасть туда.
Вскоре нас приходит проверить Север с ещё одним старшим братом, но не просто так. Они отправляют какое-то послание, однако мне не удаётся подсмотреть, как именно снимается защита с клеток.
В последующие дни я всерьёз обдумываю побег, но этот способ может поставить под угрозу и тайное собрание. Если Братство плотно связано с мятежниками, то они могут заподозрить слежку и отменить встречу.
Когда мы с Пастухом возвращаемся с очередного караула, нас уже поджидают Север и Полынь. Старший довольно улыбается и произносит:
— Собирайтесь, нам нужно в столицу. Одно из звеньев запросило помощь в задании. Теперь мы сами будем выступать поддержкой, — он кратко вводит нас в курс дела.
— Может, выдвинемся с утра? — предлагает Пастух. — Мы ведь только что с караула.
— Ещё скажи, что устал, — Север встаёт и хлопает его по плечу. — В столице и передохнёшь, после задания.
По пути мы всё так же петляем через чащи и поля, избегая даже просёлочных дорог. Старший посвящает нас в детали задания: наше звено должно прикрывать другую группу, которой поручено устранить одного из капитанов городской стражи. Скорее всего из тех, что не поддержал грядущий мятеж. Этого нам не рассказывают, просто потихоньку сопоставляю факты.
К утру мы подъезжаем к высоким стенам. Уже на подходе становится ясно, что что-то не так. Возле главных ворот стягиваются военные. Патрули усилены, всех входящих в город тщательно досматривают. Наше звено минует ворота без труда — часть стражи подкуплена Братством. Однако нас предупреждают, что наряды в городе тоже усилены.
На улицах заметно поубавилось людей, зато страже теперь составляют компанию военные патрули, передвигающиеся небольшими группами. Кто они такие — неясно.
Мы осторожно пробираемся к месту встречи с другим звеном Братства. Через четверть часа, объединившись, восемь Охотников выдвигаются к казармам городской стражи, расположенным на востоке, недалеко от реки. Ровно там, где я получил своё первое тайное послание от Братства.
Наше звено занимает позиции на крышах ближайших домов. После развода новой смены капитан остаётся на месте с небольшим количеством бойцов. Основное звено проникает в казармы. Мы условились, что они подадут знак — действовать надо быстро и тихо, чтобы не привлечь стражу, заполонившую весь город.
— Ждём и без моей команды не вмешиваемся! — предупреждает Север.
Я обдумываю план отступления, чтобы оно выглядело максимально естественным. Внезапно на улице, ведущей мимо казарм, появляется несколько патрулирующих отрядов стражников.
И они явно направляются в нашу сторону.
— Север, — обращаю внимание старшего. — Кажется, у нас гости.
— Да, вижу я, — рычит здоровяк. — Ждём до последнего. Если они подойдут слишком близко, придётся их отвлечь.
В каждом отряде по дюжине человек, и они не похожи на простых бойцов. Среди них я ощущаю сильные ауры, которые даже не пытаются скрывать. Это кто ещё такие? Стискиваю кулаки, надеясь, что получу возможность красиво уйти. Однако стражники не торопятся к казармам — они словно кого-то ищут. Два отряда направляются вдоль реки, а один всё же двигается к казармам. Когда они подходят почти вплотную, Север командует:
— Наш выход.
Мы срываемся с крыши точно снежные барсы, прыгающие на добычу. Полынь на бегу вызывает нескольких фамильяров, привлекая внимание нашей подмоги. Север на ходу достаёт изогнутый клинок и сносит голову первому попавшемуся противнику, а остальные с криком растягиваются, занимая боевое построение.
Усилившиеся эманации Ки привлекают внимание и других отрядов. Внутри казарм звучит грохот и поднимается дым. Дело не удалось провернуть тихо, и я даже этому рад — возможно, капитан ещё жив. Всё же мы с ним на одной стороне, хоть сейчас всё и выглядит иначе.
Нас окружают враги, на улице развязывается полноценная битва практиков. Как и в прошлый раз, я стараюсь не убивать обычных вояк, доблестно или не очень несущих службу на благо Империи. За свои грехи пусть отвечают перед судом. Хватит мне и одного болтливого чиновника…
Стражники умело отделяют от меня Полынь, Севера и Пастуха, не давая им прийти мне на помощь.
— Никакой пощады! — кричит старший звена.
В этот момент на меня наседает сразу несколько бойцов. Укрепив своё тело, подставляюсь под удар одной из каменных техник. Ощущение, будто лягнула лошадь, а через долю секунды меня подбрасывает в воздух, где следующий мощный выстрел Ки вонзается в грудь, отшвыривая ещё дальше. Падаю кубарём прокатившись по грязной брусчатке и изображаю дезориентацию, когда пытаюсь подняться на ноги, ухватившись за перила. Чётко отслеживаю подскочившего врага, хоть и не подаю виду. Удар сердца и, поймав ещё один удар, ломаю ограждения набережной, падая в воду.
— Нет! Тигр! — крики и шум схватки заглушают объятия реки.
Пришлось немного пожертвовать своей кровью, но этого недостаточно для завершения представления. Следом за мной в воду падает один из стражников, погибший от руки Охотников. Я подтягиваю его к себе и шустро осматриваю тело, всё ещё находясь под водой. Бедняга мёртв.
Мысленно прося прощения, вспарываю ему живот, окрашивая реку алым цветом. Тело подхватывают созданные мной водоросли и прочно фиксируют на дне, чтобы не всплыл.
Сам же возвращаю себе прежнюю личину, созданную, ещё когда покидал лагерь Императора. Проплыв под водой, всплываю в соседнем квартале и уже под видом обычного прохожего бреду в сторону казарм, чтобы разузнать, чем закончилась битва, но улицы перегорожены, и меня не пропускают.
— Пока туда нельзя! — останавливают стражники.
— А что случилось? — интересуюсь я у них.
— Дела Империи.
Помимо меня здесь полно зевак. И ответ я нахожу у них, хоть и знаю правду, но мне интересно, что говорят и что смогли разузнать люди.
— Да там делёжка между воинственными группировками началась, — икая, говорит какой-то пьянчуга.
Дородная дама с выводком детей поддакивает ему.
— То есть как — воинственные группировки? Там же стража стоит — защитники Империи и нашего покоя, — выдаю свою версию событий.
— Тоже мне, защитники выискались! — фыркает матрона. — Сразу видно — деревенщина ты из какого-то медвежьего угла. Наш истинный защитник границы от демонов охраняет, а эти ублюдки, что в столице остались, лишь деньги наши делят да норовят кусок побольше оторвать от кормушки, пока Император этого не видит.
Послушав несколько версий происходящих событий, выдвигаюсь на встречу с Джихвэем. Мы условились использовать то же место для тайных встреч, где нас когда-то представили друг другу. Я до сих пор испытываю к этому человеку непонятную неприязнь, но другого контакта у меня сейчас всё равно нет.
Добравшись до полуразрушенного дома на окраине, жду до захода солнца. Собрание предателей должно состояться этой же ночью, и время тянется бесконечно медленно. Мы договорились, что раз в день на закате он будет проверять это место, когда я внедрюсь в Братство, но до сумерек он так и не объявляется, так что я решаю отправиться на тайную встречу один.
Поделиться книгой: