Небеса Умоются Кровью 7. Сквозь Паутину Лжи

Мы проходимся по печати, поправляя подточенные жуками линии, чтобы не нарушать защитный периметр. Даже если практики заметят и попытаются её стереть, весточка тоже придёт. Однако дёргаться из-за надоедливых насекомых никому не охота. Я выжидаю, сам не задавая вопросов, но вижу, что Полынь приуныл.

— Тебя что-то беспокоит, брат? Ты хмурый ходишь всё дежурство.

— Да из головы у меня эта миссия не выходит. А твоя гибель, пусть и ложная, всё-таки меня беспокоит, — он осторожно возвращает на место кору.

— С чего это ложная? Ты на что намекаешь⁈ — гневно смотрю на него.

— Не так выразился. Тебя точно могила только исправит, а не исправит, так хоть рот заткнёт, — отступает он от меня. — Подохнуть я не хочу, вот чего боюсь. С одной стороны, дело нехитрое. Северу даже план особняка должны выдать, где эта генеральша остановится. Вот только ты, пусть и выжил, но был близок к смерти, а нашей целью был лишь капитан стражи.

— Да не бойся ты так. В нашем деле без этого никак, — хлопаю его по плечу и показываю на следующее дерево. — Кажется, там следующая печать.

— Не боюсь я, зверюга. Подохнуть просто не хочу. Дожить бы до победы… Когда строй новый установится…

По крупицам я выуживаю информацию и у второго соратника — Пастуха. Южанин тоже боится смерти после моей кончины, пусть и не состоявшейся. Он сильно печётся о матушке и своей невесте, которой обещал несметные богатства и особняк, полный детишек. Знала бы она, чем он зарабатывает.

Задачка у меня становится непростой — пробраться и разведать план особняка. Как это сделать за пару дней, ума не приложу. И получил ли его уже Север? Возможно, будут ждать до самого последнего момента и дадут ознакомиться перед началом миссии.

Однако прежде, чем добраться до плана, подворачивается удобный момент — в лагерь прибывают припасы. Разгружая ящики, я осторожно заглядываю в них и вижу добротные подковы. Перетаскивая их на склад, улучаю момент и ломаю в нескольких местах, затем осторожно склеиваю прочной древесной смолой. Выглядят они внешне всё так же, только когда лошадей начнут подковывать — сломаются под ударами молотка.

Для виду порчу и другие припасы. Даже еду. Надеюсь, подумают на поставщиков, а не на кого-то из лагеря. Ящики запечатываю, не оставив следов.

Остановить миссию вряд ли получится, но затянуть её точно смогу. Результатов долго ждать не приходится. По лагерю быстро расходятся слухи о проблемной поставке припасов, и всех грузчиков вызывают на допрос Север и другие старшие звеньев.

— Кто-то из вас, ублюдки недоношенные, притрагивался к содержимому! — требует ответа Голод. — Лучше признайтесь сами, и ваша смерть будет быстрой!

Север уделяет больше всего внимания нашему звену. Однако он действует хладнокровнее.

— А что хоть случилось? — подаёт голос Пастух.

— Тебя это волновать не должно! — рявкает худющий адепт.

Южанин затыкается, остальные братья молчат, но я вмешиваюсь, поддерживая возмущение:

— Как это понимать? Нас в чём-то обвиняют, но непонятно в чём, и мы должны в этом признаться? — развожу я руками. — Без вины виноваты? Так получается.

Голод не выдерживает и подскакивает ко мне, извлекая из кармана знакомый предмет.

— Ну и что это? Подкова, — я пожимаю плечами.

— А вот что? — он крепко сжимает её в руках, но результата сначала нет.

Моя техника оказалась слишком сильной? Однако, когда по его меридианам начинает течь усиленно Ки, металл не выдерживает и разваливается на несколько частей.

— Так может это торгаши нас надули? — подаёт голос один из братьев, широкоплечий боец с чёрными волосами, заплетёнными в косу. — Нам какой с этого прок? Мы же на этих конях и поедем.

Пока Голод и ещё несколько старших обрабатывают нас, Север отходит в сторону. Я осторожно слежу за ним. Его навещает Акшай и незаметно передаёт свиток. Быстро его развернув, он сворачивает и кивает.

Вот и карта. Теперь бы взглянуть на неё и подумать, что делать. Не найдя виновных, нас на ночь разгоняют по казармам. Всё время, что я находился в лагере, незаметно распускал свою сеть, чтобы лучше наблюдать за перемещениями и понимать, что происходит. И не зря. Дождавшись, когда остальные заснут, оставляю вместо себя обманку и поспешно выбираюсь на улицу. Благо все дома из дерева, и сделать это незаметно несложно. Сползаю под кровать, раздвигаю пол и выскальзываю на свободу.

Казарма старших братьев отдельно, но она сейчас пустует. Они все собрались в центральном доме собраний. Однако снаружи выставлена охрана из караульных, хотя раньше такого не было. Проникнуть внутрь тоже несложно. Используя минимум Ки, добираюсь до пола дома и таким же способом, как ушёл из своей казармы, захожу внутрь.

Однако найти нужное оказывается непросто. Обстановка у них немного иная. Отдельные комнаты, кровати поудобнее — не сильно, но хотя бы есть простенькие матрасы. Я торопливо обшариваю комнаты, и в этом помогает сеть. В центре, где должен находиться ствол, — большое пустое пространство, но в него так просто не попасть. Механизма никакого нет, кто-то из старших тоже использует древесную технику. Остаётся надеяться, что он не обнаружит моих действий.

Запустив Оплетающий Побег внутрь, проверяю на наличие скрытых ловушек или печатей. Чисто. Приступаю к проникновению, с усилием раздвигая стены. Древесина здесь невероятно прочная, и она словно сопротивляется. Оставив эту затею, выхожу из казарм и проделываю себе путь по стволу снизу. Попутно наблюдаю за собранием старших. Мои попытки проникнуть внутрь не вызвали суматохи, значит, у меня ещё есть время.

Всё же добравшись до потайной комнаты, я обнаруживаю по центру стол, где аккуратно разложены бумаги. У стен стоят несколько шкафов с разными книгами, но самое интересное находится прямо передо мной — план особняка. Он чётко врезается в мою память, но что мне с ним делать? Его явно уже изучили, на нём даже метки есть. Пропажа однозначно вызовет подозрения. Тогда…

Мне вспоминается моя страсть к рисованию. У меня даже в кольце есть принадлежности для этого. Положив перед собой план, я для начала точно копирую бумагу, сохраняя её структуру до мельчайших подробностей. Всё же её делают из дерева, а моя стихия прекрасно этому способствует. Следующим делом достаю кисть и краски, рисую новый план, похожий на прежний, но спутанный. Меняю комнаты местами, добавляю новые закутки и коридоры. Для верности бережно переношу метки, расставляя их в соответствующих местах. Надеюсь, сработает.

Зал советов резко приходит в движение. Множество аур покидают его. Однако я ещё задерживаюсь, рискуя разоблачить себя. Последним штрихом вытягиваю влагу из краски, делая её сухой, и возвращаю план на то же место. Поправляю бумаги и ныряю в дерево.

Не все старшие направляются обратно к себе, несколько аур расходятся по казармам, и Север движется к нашей. Я, словно молния, пробираюсь под полом. Выныриваю под кроватью и, убрав обманку, проскальзываю под одеяло.

— Подъем! — раздаётся его голос по казармам.

Следом за ним входят другие командиры звеньев.

— Мы выдвигаемся на срочную миссию в столицу, — говорит Север. — Полынь, Пастух и Хамелеон, вы пойдёте со мной.

— А я⁈ — выступаю вперёд.

— Наше звено уже укомплектовано, — Север бросает на меня сухой взгляд. — Тебе бы, Тигр, ещё раны свои подлечить. А то опять по любовницам придётся отсиживаться.

— Старший, если есть, что сказать, говори. Я ведь мог в столице остаться, но не стал вас бросать. И всё ещё могу быть полезным, даже с того света способен вернуться. Да и столицу отлично знаю, облазил её вдоль и поперёк, изучая ассортимент выпивки и ночных бабочек.

— Наше звено уже укомплектовано, — повторяет он.

Внезапно в комнату входит Акшай.

— Что, желающие есть? — ухмыляется он. — Миссия-то будет непростой.

— Значит, за неё заплатят подороже, — довольно выступаю вперёд. — Хрен с ними, ранами, тяжёлый кошелёк хорошо облегчает боль.

— Вон, кошаку нашему неубиваемому всё неймётся, — Акшай указывает на меня.

— Отлично. Могу взять его к себе, мне не нужна четвёрка. А вот одного молодчика в помощники не помешает. Этого я заодно научу традициям Братства, — заявляет он, хотя в его голосе звучит совсем другое обещание — угроза.

Очередная проверка.

Глава 15

Выезжаем мы небольшими группами. Звеньев задействовано неожиданно много, но покидаем лагерь не в их составе, а парами с небольшими промежутками времени. Однако так, чтобы других уже не было видно и слышно. Даже ауру уловить невозможно. Предосторожность или подозрительность?

— Двигаем, — Акшай трогает поводья и, переведя духовного жеребца сразу в галоп, задаёт темп скачки.

К моему удивлению, дорога проходит спокойно. Спутник, хоть и смотрит на меня зверем, которым, по сути, и является, однако говорит больше о предстоящей миссии, не растрачивая попусту редкие перерывы в бешеном темпе нашей езды. Правда, информацию выдаёт скупо и неохотно. Я замечаю, что он тщательно ко мне приглядывается.

— Задание не только кажется сложным, — делится своими мыслями Акшай, — оно именно таким и является. Братству уже удавалось устранить нескольких генералов без потерь и силами всего одного звена. Однако в этот раз ситуация иная. Генерал Карисса — одна из немногих командующих, кто до сих пор остаётся верен Императору. Такой вздор. Этому спятившему адепту, у которого мозги уже высохли от времени, в них только и остались мысли, как истребить демонов.

— Меня больше интересует, сколько солеев и луников я получу за это. Ну и подробностей хочется. Ты-то, старший брат, информацию мне по крохам выдаёшь, и дельной я пока не услышал.

Акшай скалится:

— Я даю тебе столько, сколько положено, юнец. Твоё дело работать руками, а не головой. За тебя всё уже подумали и решили. Куда скажу идти, туда и пойдёшь. Скажу прыгать, будешь прыгать, — отвечает он, пришпорив коня.

Его пренебрежительные слова в адрес Императора я пропускаю мимо ушей, хоть меня они и цепляют. Вылавливаю только важные детали о задании и выстраиваю план, как противодействовать Охотникам. Будет сложно, возможно, даже придётся раскрыть себя или прикончить Тигра уже окончательно. Тогда я получу простор для действий и смогу лично устранить самых сильных адептов в Братстве. Однако я подмечаю очень чётко, что все эти уколы в сторону Императора меня так сильно не трогают, как раньше. Почему? Тоже непонятно.

В другой наш разговор он всё же делится более ценной информацией.

— Наша с тобой задача — поддержать основное звено, которое устранит генерала, — начинает он. — Задействовано много групп из-за усиленной охраны. Однако работать будем тихо, как полагается, и постараемся устранить цель незаметно.

— Мы пойдём со всеми? — уточняю я.

— Ты пойдёшь вместе со мной внутрь. Мы проложим путь, если потребуется, по трупам, — довольно заявляет он. — Однако Великий Зверь хочет свести к минимуму жертвы, чтобы не было грязи.

— Почему? — задаю я вопрос.

— Заказчик привередливый, — скупо отвечает он.

Из всех наших бесед мне удаётся составить примерную картину будущего сражения. Лидер Охотников желает сделать всё тихо и обойтись без лишней крови. Причина не ясна до конца, но я предполагаю, что заговорщики надеются переманить часть младших офицеров на свою сторону, а это сложно будет сделать, если вырезать всех солдат без разбору.

Все звенья оцепят территорию особняка — это их основная задача: никого не впускать и не выпускать оттуда. Дополнительно для подстраховки наложат защитную формацию, которая поможет скрыть шум сражения, если без него не получится обойтись. Мы с Акшаем хоть и проникнем внутрь, но устранением Кариссы займётся звено Севера — он в этом спец. Уже убирал двух генералов.

На подъезде к столице мы пересекаемся с несколькими отрядами. Тут уже члены Братства вновь объединились в звенья. Старшие что-то обсуждают, пока мы стоим в стороне, перекинувшись парой фраз. Видимо, установка у них такая. Младших братьев в случае удачи больше интересует жирная нажива, но я вижу в их глазах и страх. Значит, боятся бесславно сдохнуть, если что-то пойдёт не так.

В город, спешившись, мы проникаем без проблем, воспользовавшись помощью подкупленной стражи. Нас не досматривают и пропускают без задержек. Уже внутри Акшай припоминает мне историю моего воскрешения.

— Ну что, может, заглянем после миссии к твоей ночной бабочке? — едко бросает он, пока мы пробираемся в район знати к нужному нам особняку.

— Во-первых, старший брат, с чего ты решил, что она жрица любви? Такого я не говорил. А во-вторых, я не привык делить женщин. У тигрицы может быть только один самец, — как можно надменнее говорю я, пародируя манеры покойного Тигра.

— И всё же заглянем, не вдвоём, так по очереди, — улыбается он хищно и с усмешкой. — Уверен, ей не привыкать. Да и меня больше интересуют не её навыки, а что она расскажет про тебя.

Я лишь пожимаю плечами.

— После миссии видно будет. Тигрицы моей тебе не видать, но у неё полно симпатичных подруг.

Особняк, выделенный Кариссе, находится в самом сердце района знати. По всей столице очень много отрядов стражи, но здесь приходится действовать ещё осторожнее. Чем ближе мы подходим к цели, тем больше движения в особняках аристократов.

Вокруг открытые пространства, сады полны клановых бойцов, которые явно настороже, но сейчас не на нашей стороне. Случайные прохожие сюда редко забредают, а во время визита генерала их и вовсе не должно быть.

Однако у Братства и на этот счёт есть план. Звенья маскируются под прислугу и работников, без проблем передвигаясь по заранее намеченным маршрутам, минуя патрули или проходя там, где охрана подкуплена. Хотя не все из них, похоже, на нашей стороне — всё же заговорщиков в столице достаточно. Некоторые патрульные останавливают нас, для вида допрашивают и отпускают.

Особняк, в котором остановилась Карисса, принадлежит верному Императору клану Небесного Грома. Самих хозяев сейчас нет, но их люди на месте. Соседние поместья почти пустуют, там немного охраны, патрулирующей только внутри.

Сначала звенья распределяются по округе, тщательно проверяя окрестности. Некоторые даже надевают доспехи городской стражи. Чтобы избежать подозрений, к ним присоединяются командиры из городского гарнизона. Братство уже в открытую действует вместе с заговорщиками, заступая на дежурство вместо прежних караулов. Когда посторонних вокруг особняка не остаётся, а новые патрули несколько раз обходят территорию, начинается подготовка завершающего штриха операции — установка маскирующей формации.

Масштаб поражает. Как государь мог допустить, чтобы гниль настолько разрослась в самом сердце Империи? И главное — почему столько людей готовы на это пойти? Денег и власти вряд ли на всех хватит. Возможно, есть что-то ещё, о чём я не знаю… Или забыл? Всё больше неприятных сомнений посещает меня, но стараюсь не забивать ими голову в такой важный момент.

Мы объединяемся со звеном Севера и затаиваемся в зарослях парка по соседству с особняком, ожидая завершения подготовки формации. Ожидание утомляет, но даёт возможность обдумать план. Акшай не отпускает меня от себя. Он — основная проблема. Зато мы рядом со звеном Севера, и мне удаётся раздобыть немного информации.

— Пойдёте по коридорам, где дежурят наши люди, — сообщает Акшай, — поэтому их не трогать.

Среди солдат Кариссы или охраны, оставленной кланом, есть предатели. Плохие новости.

Тем временем Пастух и Полынь пристают с глупыми расспросами, куда я собираюсь потратить жирную награду. Их страх словно испарился, и они уже делят шкуру неубитого медведя. Не по зубам он вам, будьте уверены — я к этому руку приложу.

Хамелеон, мастер маскировки, стоит в стороне, скрывая лицо под капюшоном, и в нашей беседе не участвует. Однако он наблюдает за мной, я чувствую его пристальный взгляд. Акшай тоже постоянно поглядывает в мою сторону.

Один из «наших» патрулей подаёт знак.

— Действуй, брат, — Акшай хлопает Севера по плечу. — Всё зависит от твоего мастерства. Мы поддержим, если понадобится.

Четвёрка охотников выдвигается, разминувшись с патрулём, и подходит к стене, но мы остаёмся на месте, затаившись в кустах чуть в стороне от соратников.

— Так и будем сидеть на месте⁈ — изображаю раздражение нетерпеливого задиры. — Вряд ли за такое участие мне заплатят много денег.

— Скажи-ка… — поворачивается ко мне Акшай, его аура становится враждебной, — а ты точно Тигр? Возможно, других братьев тебе удалось ввести в заблуждение, но уж больно мне твоя Ки знакома. Не встречались ли мы часом раньше?

— О чём ты толкуешь, старший брат⁈ — сжимаю кулаки и выпускаю свою ауру. — Да и кто тебя знает, в каком кабаке столицы ты мог меня видеть. Лучше бы думал о деле, а не пестовал свои мнимые обиды.

Собеседник разминает плечи и качает пальцем перед моим лицом.

— Нет-нет-нет. Тут явно что-то другое. Давай, покажи сильнее свои зубки. Хочу почувствовать твою силу.

Ублюдок. Как же хочется своими руками убить его, но здесь слишком много Охотников — если нашу схватку заметят, все они бросятся на меня. На поддержку стражи и людей из кланов я не рассчитываю. Чем глубже погружаюсь в это змеиное логово, тем больше понимаю, что предатели повсюду. Им нет конца и края.

— Силу? Раз так руки чешутся, может, решим всё на кулаках? — предлагаю я. — И шуму поменьше будет, и проверим, кто из чего сделан. Нанесём по одному удару. Ну, что подкинем монетку, кто первым?

Акшай заходится сдержанным хохотом, прикрывая рот.

— Мальчишка… А ты забавный. Такой глупости я ещё не слышал.

Звено Севера уже перебралось за ограду, но на территории особняка пока тихо.

— Куда глаза пялишь? — Акшай улавливает мой интерес. — После твоих слов я даже усомнился в своих догадках. Однако, чтобы поставить жирную точку, позволю тебе ударить первым. Ведь мой удар станет для тебя последним. Запомни это.

Я занимаю боевую стойку и слегка разгоняю по телу Ки, ощущая её бурным потоком в своих меридианах. Провоцировал его я не просто так. У меня уже сформировалась задумка, что делать в этой ситуации.

Противник стоит расслабленно, надменно смотря на меня, и подаёт голову вперёд. Мой кулак моментально наполняется духовной энергией. Бью ощутимо, но не в полную силу, прикладывая лишь треть обычных усилий. Мою руку встречает его раскрытая ладонь. Пальцы Акшая стискивают мой кулак, пытаясь сломать кости, на месте человеческих ногтей пробиваются когти. Они впиваются в плоть и царапают плотную оболочку, оголяя лежащую под ней вторую кожу.

— Так и думал, ублюдок, что ты подделка, — его зубы заостряются. — Не зря законы Братства передаются из уст в уста, чтобы их нельзя было нигде прочитать. Никто и никогда, ни при каких обстоятельствах не может поднять руку на своего брата. Тренировки, естественно, не в счёт. Вот только откуда тебе это знать, погань имперская? Возможно, ты умён, раз смог так долго водить нас за нос, но сейчас ты умрё…

Пользуясь его болтовнёй, я мысленно вызываю подарок алхимика Лао из кольца. Перед удивлёнными глазами Акшая возникает кровавая сфера, пышущая безудержной злобой.

И в этот раз я наношу удар в полную силу. Моя свободная рука вбивает трофей прямо в глотку оппонента.

По его телу пробегает болезненная дрожь. Он отшатывается назад, ударяясь о ствол дерева. Пальцами рвёт себе щёки, но сфера уже начала растворяться в острозубой пасти.