Алёнушка

– При том, что Барышников этот меня от манекена не отличал. Вот Изабелла и придумала заказать мне цветы от некоего таинственного поклонника, чтобы привлечь внимание Александра. Когда женщина нужна одному, то она нужна и другому, – тоном повидавшей многое на своем веку женщины просветила Алена Константина.

Наступила тишина. Алене даже на краткий миг показалось, что Костик уснул. Она покосилась на него, но тот задумчиво рассматривал собственные ноги. Затем наконец, прочистив горло, он поинтересовался:

– А правда, что эта «Аленушка» столько стоит?

– Гарантировать ничего нельзя, но Изабелла считает, что на черном рынке ее вполне можно продать за такую сумму.

– И что, Барышников не узнает, что его собственность где-то всплыла?

– Этим займется Изабелла, – пожала плечами Алена, и в ее голосе сквозила такая вера в собственную родственницу, что она сама удивилась.

– А может она стоить больше? – снова немного помолчав, поинтересовался Константин.

– Может, – устала вздохнула Алена. – К чему эти вопросы?

– К тому, – Константин внезапно запнулся, – ну если это действительно такие деньги, что и с долгом можно расплатиться, и еще что-то останется, то, может…

– Что «может»? – переспросила Алена, все еще надеясь, что ей послышалось или она неправильно поняла. – Может, украсть картину?

– Ну не только, – смутился Костик. – Ведь чтобы ее украсть, надо же как-то этого Боярышникова…

– Барышникова.

– Барышникова отвлечь, а как его отвлечь? Ну ты сама понимаешь, о чем я…

Алена резко развернулась к мужчине, служившему ей опорой последние пять лет. Она не была слепой и глухой и видела, что жених ее неидеален, впрочем, кто из нас может похвастаться идеальностью? Но в одном она раньше никогда не сомневалась – Костик любит ее и за ним она, пусть как за плохонькой, гипсокартонной, но за стеной. И ради этого она была готова смириться даже с его мамой и ее помидорами. Поэтому сейчас ей очень важно было смотреть Константину в глаза и услышать это от него.

– И как же я могу его отвлечь? – медленно спросила она.

Костик окончательно смутился. Он отвел глаза и принялся всматриваться в сгущавшуюся темноту за плечом невесты.

– Ну как, как? Ну что ты как маленькая? А как ты его собиралась отвлекать? Снотворное подсыпать, что ли? Брось, Алена, мы с тобой современные люди и один раз не считается, тем более это же до свадьбы, просто, чтобы я не знал, ты без подробностей… – замямлил Костик, а Алена резко встала.

– Я устала, Костя, и хочу спать.

– Мы идем к Изабелле? – обрадовавшись, что этот неловкий разговор подошел к концу, Костик тоже вскочил со скамейки и готов был следовать за Аленой.

– Я иду к Изабелле, – медленно и отчетливо, с трудом сдерживая слезы, ответила Алена.

– А я что должен делать? – искренне удивился Костик.

– Езжай домой, к маме. – И, резко развернувшись, Алена поспешила по темной аллее, стараясь держаться подальше от леденцовых фонарей, чтобы ее слез не было видно.

– Лен, ну ты чего обиделась? Мне тоже нелегко, но это же один раз и для дела, – где-то за ее спиной продолжал бубнить Костик, а Алена, с трудом ступая стертыми ногами, прибавила шаг, чтобы оказаться как можно скорее вне зоны доступа отравленных слов.

* * *

– Здесь я должна была бы сказать «я же тебе говорила», но не буду, – изрекла Изабелла, протягивая внучке бокал с вином, когда та, зареванная и распаренная, вышла из ванной.

Час назад Алена ввалилась домой и разрыдалась прямо на груди у Изабеллы, бессвязно пытаясь рассказать ей все, что произошло. Из отрывочных фраз вперемешку с рыданиями Изабелла сделала вывод, что жених-идиот испортил ее вечер с Барышниковым, когда желаемое было на расстоянии вытянутой руки. А затем не придумал ничего лучшего, чем благословить эту наивную дурочку на измену. При всей циничности и жизненном опыте Изабелле отчаянно хотелось, чтобы с Аленой этого никогда не случилось. Чтобы хоть кто-нибудь в их семье прервал традицию болезненных мужских предательств.

Такую же глубокую рану нанес ей в свое время Филипп, превратив ее из всеобщей любимицы, фонтана радости и оптимизма в прожженную, циничную женщину, не верящую в любовь. Затем, много лет спустя, уже в жизни ее дочери появился мерзавец Вишневский и разбил ее сердце. Самое грустное, пожалуй, заключалось в том, что в случае Алены это был не красавец-мужчина, роковой джокер, а мелкоеничтожество.

– Все мужики – козлы, – непререкаемым тоном объявила Изабелла, влив во внучку два бокала вина и остановив поток слез.

– А как же дедушка? – всхлипывая, поинтересовалась та.

– Кроме твоего дедушки, разумеется, – не дрогнув подтвердила Изабелла. – Но он был штучным экземпляром, шедевром. Больше таких не делают. А вот Филиппа – деда твоего Александра – я действительно любила. Он первый после дедушки, кто сумел пробудить во мне чувства.

– И что случилось?

– То, что и должно было случиться. Он разбил мне сердце и ограбил. И после этого я наконец перестала быть наивной дурой.

– А от кого же вы родили маму? – Алена попыталась сосредоточиться и посчитать годы жизни Изабеллы, но та лишь махнула рукой:

– От заезжего молодца. Он был глуп, но дивно хорош собой. После Филиппа у меня развился прагматичный подход к мужчинам.

– Что же мне теперь делать? – Алена, переварив услышанное, уставилась огромными глазами на Изабеллу, и та с трудом удержалась от желания сесть поближе к внучке и крепко обнять ее. Алена была удивительно похожа на нее в молодости.

– Радоваться, – пожала она плечами.

– Радоваться? – непонимающе переспросила Алена.

– Именно. Что ты не вышла замуж за такое ничтожество. И что ты наконец поняла, что собой представляют мужчины. Между прочим, этот твой Барышников ничуть не лучше. У него невеста имеется, а он тебя домой приглашает обсудить сотрудничество, – передразнила она.

– Он ко мне не приставал, – тихо возразила Алена, непонятно зачем пытаясь выгородить Барышникова.

– Сколько времени ты провела у него в квартире? Полчаса?

– Двадцать минут, – вздохнула Алена.

Изабелла торжествующе посмотрела на нее.

– И что же мне теперь делать? У меня остается всего ничего, чтобы найти деньги, а Барышников и говорить со мной теперь не станет.

– Станет, поверь, – улыбнулась Изабелла. – Таких мужчин недоступность женщины только заводит. Он теперь рогом упрется, чтобы получить тебя.

– А я? Должна сделать то, что мне посоветовал Костик? – тихо спросила Алена.

– Делай то, что ты хочешь, – пожала плечами Изабелла. – Я за то, чтобы в молодости мы все получали как можно больше удовольствия, ведь в старости уже такой возможности не будет. Делать ты вольна то, что считаешь нужным. Главное – помнить, что ты должна не влюбляться в этого своего Александра и не планировать свадьбу и детишек, а просто использовать его, чтобы добиться желаемого.

– Как вам живется, используя других? – тихо спросила Алена после долгой паузы.

– Нормально живется, – твердо ответила Изабелла. – Не хуже, чем остальным.

Ночь Алена провела без сна, ворочаясь с боку на бок. Она зажгла свечи, стоявшие, казалось, во всех углах комнаты. Глядя на дрожащее пламя, она осознала – та, прежняя Аленушка, наивная, глупенькая, видящая в людях только хорошее, сгорала сейчас в пламенисвечей. Права была Изабелла. Мужчин нужно использовать. Что дали ей покорность, порядочность и верность? Только жениха, который готов подложить ее под другого для пользы дела.

Что нужно Александру от нее? Явно не ее богатый духовный мир. Про Льва и говорить не стоило. Все они считают, что за деньги можно все. Что же, пришло время и ей начать так считать.

На следующее утро Алена в офис опоздала. Перед работой она зашла в парикмахерскую, где отрезала косу, оставив волосы длиной чуть ниже плеч, и перекрасилась в каштановый цвет. Когда мастер закончил работу и явил Алене финальный результат, она взглянула в зеркало и обомлела.

На нее смотрела Изабелла. Молодая, красивая, отчаянная. Та, которая знает и умеет использовать мужчин, потому что, завороженные такой красотой, они пойдут за ней к обрыву, как за дудочкой крысолова. Темные волосы подчеркнули фарфоровую белизну лица, тонкие черты, а главное, глаза. Умело подкрашенные, они внезапно стали глубокими и похожими на тихие омуты. Один раз глянешь, и затянет навсегда.

В то утро Алена оделась во все черное – темные брюки, подчеркивающие фигуру, топ без рукавов. Когда она встала с кресла, то присвистнул даже парикмахер, колдовавший над ее преображением.

– Огонь, – одобрил он.

Вместо ответа Алена достала из небольшой сумочки красную помаду и накрасила губы. Затем удовлетворенно кивнула:

– Вот теперь огонь.

В офис она бессовестно опоздала и попала в эпицентр бури. Из кабинета Александра доносились громкие рыдания и звук падающих на пол предметов.

– Что происходит? – шепнула Алена Нико, в мгновение ока оказавшемуся возле нее.

– Васнецова, офигеть, – Нико в восхищении рассматривал преобразившуюся Алену. – Это тебя Барин вчера так повысил?

Он хихикнул, видимо, уже весь офис был в курсе, чтовчера вечером Алена обсуждала повышение дома у шефа. Но она лишь неопределенно передернула плечами.

– Смена имиджа. Или все, что мы делаем в этой жизни, должно быть для мужиков? – презрительно усмехнулась она.

– Ну, – Нико опустил глаза.

– Не услышала.

– Нет, – вздохнул Нико. – Для себя все надо делать, но у некоторых не получается. Вот, например, у нашей истерички.

Алена приподняла бровь (жест, подсмотренный у Изабеллы), а Нико, молча повинуясь, продолжил:

– Она закатила Барину сцену ревности с утра, и, кажется, он ее бросает.

– Бросает? – враз онемевшими губами повторила Алена и тут же опомнилась: – А нам какое до этого дело?

– Нам, может, и никакое, – хихикнул Нико, – а вот тебе…

Закончить он не успел. Дверь кабинета Александра распахнулась, и из нее фурией вылетела Каролина. Глаза ее были заплаканы, взгляд метал молнии, волосы растрепались. Но она лишь стала еще красивее. Возможно, потому что избавилась от маски пластиковой куклы и стала похожа на живую женщину.

– Где Никита? – Каролина выцепила в толпе Нико, а тот тут же словно уменьшился в размерах.

– Еще не было, – запинаясь, ответил он, а Алена просто не смогла поверить своим ушам.

– Ты что, ее боишься? – поинтересовалась она у Нико, когда Каролина выбежала из офиса.

– Нет, что ты, – Нико одернул красную бархатную жилетку, которую по случаю жары надел прямо на голое тело. – Просто в горле запершило.

– Врешь ты отвратительно, – вздохнула Алена, но свою мысль не успела развить. Александр возник на пороге своего кабинета.

– Алена, – деловым тоном с некоторой прохладцей обратился он к ней, – зайдите ко мне. И захватите эскизы.

– Удачи, – сиплым голосом пожелал Нико, растворяясь где-то среди манекенов, – я курить.

Алена, взяв стопку эскизов, лежавших на столе, заторопилась к кабинету Барышникова, игнорируя любопытные взгляды Глаши и Луши.

Переступив порог, она остановилась, оглядываясь по сторонам. Кабинет выглядел так, словно по нему прокатился асфальтовый каток. От идеального порядка Барышникова не осталось и следа. На полу валялись разорванные каталоги, поверх них два манекена – словно гранатой разорваны. Алена отметила, что один из них был некогда наряжен в свадебное платье, которое кто-то основательно порезал. Досталось даже фикусу. Он печально лежал на полу, горшок разбит, земля рассыпалась.

Алена перевела недоуменный взгляд на Александра и уже собралась задать вопрос, но тот властно привлек девушку к себе и поцеловал, одной рукой крепко прижимая ее, а второй освобождая место на столе. Алена и сама не заметила, как очутилась на холодной поверхности, прикосновение к которой привело ее в себя. Она оттолкнула Александра и резко вскочила, пытаясь отдышаться.

– Ты очень красивая, – улыбаясь, он провел рукой по лицу, вытирая красную помаду Алены, щедро отпечатавшуюся на его губах.

– Это не повод валить меня на стол через пять минут после расставания с невестой, – холодно заметила Алена, вспоминая утреннее напутствие Изабеллы «стать немного стервой».

– Откуда такая высокая нравственность? Не твой ли жених вчера ломился в мою дверь?

– У меня больше нет жениха, – Алена поправила топ и поймала свое отражение в зеркале, с удовольствием отмечая: хороша. Она подняла с пола коробку с салфетками и вытерла помаду.

– А у меня больше нет невесты, – в тон ей ответил Барышников, подходя сзади, обнимая ее и прижимая к себе. – По этому поводу приглашаю тебя сегодня вечером туда, где нам никто не помешает.

Сердце Алены пропустило удар, больше всего ей хотелось сказать «да», но она тут же строго напомнила себе: не будь дурой. Такие, как он, не способны любить. Помни, что тебе от него нужно.

Выдержав паузу, она кивнула:

– Мне кажется, мы не закончили ужин.

– Отлично, – широко улыбнулся Барышников. – Тогда в то же время в том же месте. И на этот раз я тебя никуда не отпущу.

– А я и не собираюсь сбегать.

И, не говоря больше ни слова, Алена освободилась от его объятий и вышла из кабинета, игнорируя взгляды сотрудниц.

День пролетел незаметно. Неожиданно для самой себя Алена отметила, что вовсе не волнуется при мысли о сегодняшнем вечере. Она погрузилась в работу, став внезапно очень требовательной.

Забраковала несколько идей Глаши и Луши и даже немного повысила голос в разговоре с мастерами – почему до сих пор нет тестового образца двух сумок? Эскизы были направлены им на прошлой неделе.

Сам Александр уехал из офиса в обед, бросив многозначительный взгляд на Алену. Та его проигнорировала.

Погруженная в работу, Алена не заметила, как наступил вечер. Она бросила взгляд на часы – до встречи с Александром оставалось чуть меньше часа, а ей еще надо заехать домой, взять поддельную «Аленушку» и переодеться. Сегодня вечером она твердо намеревалась осуществить задуманное. А потом… потом она научится жить дальше самостоятельно. Хотя в глубине души билась робкая мысль: а вдруг Александр не такой, как Костик? Ведь ее дедушка тоже был хорошим человеком. Не все мужики козлы, в этом Изабелла наверняка ошибается. Просто ей и маме не повезло, но вдруг повезет Алене? Ведь Александр даже не пытался ее поцеловать, пока у него официально была невеста. А то, что домой вчера пригласил, – ну мало ли? Некоторые рассматривают дом и как место деловых встреч. В конце концов, к открытому флирту он перешел, только когда расстался с Каролиной. А вдруг ей, Алене, повезет и она найдет любовь всей жизни?

Не успела Алена, охваченная сладкой надеждой, выйти из офиса и устремиться к такси, как ее перехватила какая-то тень, вынырнувшая из-под земли. Тень оказалась Каролиной.

– Так вот ты какая, – не здороваясь, заметила она.

– Какая такая? – с вызовом поинтересовалась Алена, внезапно осознавая, что Каролина пьяна. Что сестра от нее хочет? Закатить сцену ревности? Наверняка кто-то уже донес о ее повышении, и даже такая дура, как Каролина, сумела сложить два и два.

– Никакая, – резюмировала та и рассмеялась.

– У тебя все? Меня такси ждет, – Алена сделала попытку пройти, но Каролина внезапно схватила ее за руку.

– Ты что, думаешь, можно вот так прийти и взять то, что тебе не принадлежит?