Дело о пропаже генератора монстров

– Интересно, – говорит Клаус. – Но даже если ведьмам и мог понадобиться генератор, я не думаю, что они его украли. Или всё-таки они, Монти?

– Я уже сказал вам, я не знаю, – отвечает Монти, но с каждым разом его слова становятся всё менее убедительными.

– Сейчас самое время сказать правду, – говорит Клаус.

– Правду? – повторяет Монти.

– Да.

– Но… – Монти опускается на пол и начинает плакать, лиловые волосы закрывают пол-лица. Тебе сразу же становится его жалко. Это не закоренелый преступник. Это ребёнок, и он расстроен.

Твой босс чувствует то же самое. Клаус кладёт руку Монти на плечо и обнимает его. Тебе чаще приходится лицезреть его грубоватые манеры, однако ты не в первый раз видишь, что Клаус способен проявлять сострадание. Пусть всю свою жизнь он сталкивается с более мрачной стороной этого мира, но под густым белым мехом бьётся сердце великодушного йети.

Ты не понаслышке знаешь, каковы объятия йети, поэтому прекрасно понимаешь, отчего у Монти влажные глаза, когда Клаус наконец отпускает его. Монти вытирает слёзы и тянет за нитку, чтобы присобрать швы вокруг век.

– Я всего лишь хочу того, чего хочет любой мальчик, – говорит он.

– Генератор монстров? – спрашивает Клаус.

– Расти и иметь заботливого родителя, – говорит Монти. – Иногда я даже завидую Хью.

– Монти, Хью – оборотень, – говорит Клаус.

– Да, но большую часть времени он просто ребёнок, и он будет расти, как и все прочие. И у него есть мама, которая о нём заботится. Я не могу расти, а папе до меня вообще никакого дела нет. Ему куда интереснее делать эту идиотскую Энормельду.

– Поэтому ты спрятал генератор? Чтобы остановить его?

– Да. Я не хочу, чтобы он создавал мне маму! Я хочу, чтобы он был мне отцом.

– А почему ты сделал это в свой день рождения? – спрашивает Клаус.

– Я подумал, что папа не догадается, что это я, если в доме будет полно народу. Я думал, что он в первую очередь будет подозревать гоблинов, – отвечает Монти. – Я забрал генератор из лаборатории. Спрятал у себя в комнате. Я всего лишь хотел заставить папу задуматься. Я собирался потом вернуть генератор на место.

– Тогда почему ты этого не сделал?

– Потому что когда я вернулся в свою комнату, его там не было.

– Ты хочешь сказать, что кто-то выкрал его из твоей комнаты? – спрашивает Клаус. – Когда?

– Думаю, что во время игры в прятки кто-то видел, как я унёс его из лаборатории.

– Почему ты не сказал нам обо всём раньше?

– Я боялся, что папа разозлится.

– Я уверен, что он поймёт, – говорит Клаус. – Ты просто хотел внимания. Ты не виноват.

Клаус какое-то время молчит, чтобы Монти мог обдумать его слова, а потом мягко спрашивает:

– Кто мог тебя видеть? Кто, по-твоему, выкрал генератор?

Монти пожимает плечами:

– Когда после праздника я позвонил Бобби, он сказал, что это был Хью, но я думаю, что Бобби просто хотел ему насолить.

– Вы с Хью не очень-то ладите, – говорит Клаус. – Зачем ты пригласил его на свой праздник?

– Папа сказал, что я должен. Наверное, он просто хочет, чтобы мама Хью проголосовала за него на этих дурацких выборах.

Клаус кивает и с задумчивым видом поглаживает подбородок.

– Последний вопрос. Ты хочешь, чтобы я вернул доктору Франклфинку его устройство?

Теперь вид у Монти совсем убитый и потерянный.

– Я не знаю… Папа меня не слушает. Я не хочу, чтобы он делал мне маму. Я не хочу, чтобы он стал Ночным Мэром, тогда у него будет ещё меньше времени на меня. Я хочу, чтобы он был мне отцом.

Слёзы снова текут у него из глаз.

– Монти, доктор Франклфинк во многом руководствуется своими амбициями и страстью к науке, но он твой отец и он тебя любит. Я думаю, что тебе стоит поговорить с ним.

– Он сейчас в мэрии, – говорит Монти.

– Полагаю, мы можем отвезти тебя туда, – говорит Клаус.

Твой босс поворачивается к тебе.

Что ты скажешь? Стоит ли вам везти Монти к отцу? Вы всё ещё не нашли генератор монстров, возможно, вам стоит вновь обратить внимание на Хью Крика. Клаус ждёт твоего вердикта.

Ягнёнок в теле волка

Вы приезжаете тихий пригород и уже у дома Криков видите, что лепестки с розовых кустов разлетелись по всему саду, а на деревянном заборе замечаете следы когтей.

Клаус выходит из машины и втягивает носом воздух. Ты видишь, как раздувается его мощная грудная клетка. Он чует какой-то запах. Ватсон тоже его унюхал и начинает нервно пыхтеть двигателем.

– Хороший мальчик, – говорит Клаус, ласково похлопывая Ватсона по капоту. – Волноваться не о чем.

Глядя на вздыбленный мех Клауса, ты понимаешь, что он вовсе не так спокоен, как говорит.

– Давай проверим задний двор, – говорит он.

Вслед за ним ты огибаешь дом, отметив про себя, что занавеска в соседнем окне дёрнулась. Ты догадываешься, что соседи не в первый раз замечают что-то необычное у дома семейства Крик. Путь во двор вам преграждают ворота, но Клаус с лёгкостью их открывает. Вы проходите мимо вил и тележек, выстроившихся в ряд у стены дома, и оказываетесь на заднем дворе. В глубине его, под ивой, стоит сарай. Внутри горит свет, и вы слышите, что внутри кто-то ходит.

Вы осторожно крадётесь к сараю.

– Оборотни могу быть слегка… непредсказуемыми, – говорит Клаус. – Поэтому… эм, просто… постарайся, чтобы вид у тебя был не слишком… не слишком съедобный.

Он тихо усмехается и припадает ухом к двери. Изнутри до тебя доносится тихое рычание, но разобрать слова ты не можешь. Клаус осторожно поворачивает ручку.

– Не входить! – рявкает миссис Крик, прежде чем дверь распахивается.

Но Клаус налегает на доски, и дверь быстро поддаётся.

Тебе открывается не самое приятное зрелище. В сарае стоят два волка, оба скалятся и тяжело дышат. Сейчас в их облике нет ничего человеческого, однако по размерам и цвету глаз ты понимаешь, кто из них Хью Крик и кто его мама. В целом, этого и следовало ожидать, но если миссис Крик покрыта коричневым мехом, то её сын – ярко-лиловым.

– Какой интересный цвет, – говорит Клаус. – Хью, что ты с собой сделал?

– Простите, я просто хотел быть как все, а теперь посмотрите на ме-ме-меняяяуууу… – воет Хью.

– Ты не обязан ему отвечать, – перебивает его мать, угрожающе рыкнув на Клауса.

– Но если ты это сделаешь, то очень нам поможешь, – уточняет Клаус. – Я совершенно не понимаю, что здесь произошло.

– По-моему, это очевидно. Я и мой сын сейчас в эпицентре нашего ежемесячного ритуала.

– Это я вижу, – говорит Клаус, поднимает с земли куриное перо и изучает его. – Выходили прогуляться, да?

– Да, мы размяли лапы и перекусили, а остаток ночи проведём здесь.

– Вы гуляли вместе? – уточняет Клаус.

– По большей части, – отвечает миссис Крик. – Хью ушёл первым, но я его догнала.

– И увидели, что он стал лиловым? – со смешком спрашивает Клаус.

– Наверняка это просто связано с возрастом. Многие оборотни меняют цвет меха по мере взросления.

– Лиловыми они обычно не становятся, – говорит Клаус. – Хм… Вот что любопытно… – задумчиво продолжает он. – Генератор монстров создаёт волосы, которые оживляют неодушевлённые предметы, но Хью и так уже живой…

– Мне по жизни не везёт, – канючит Хью. – Был бы я зомби или вампиром, никто бы ко мне не придирался.

– Милый, не глупи. Оборотни были частью сообщества Теневой стороны с тех самых пор, как они ею стали.

Удивительно, что голос миссис Крик так легко узнать, несмотря на то что он исходит из волчьей пасти.

– А, я понял, – Клаус щёлкает пальцами. – Ты думал, что с помощью генератора монстров сможешь выпустить наружу своего внутреннего волка, чтобы всегда быть таким, какой ты сейчас.

– Да, – обречённо признаётся Хью. – Я всего лишь хотел, чтобы в школе со мной считались.

– Сработало? – спрашивает Клаус.

– Это мы выясним утром, разве не так? Но ради благополучия своего сына я надеюсь, что нет, – говорит миссис Крик, бросив быстрый взгляд на Хью. – Если ты думаешь, что оборотнем быть трудно, представь, каково тебе придётся, если останешься навеки лиловым! Об этом ты не подумал заранее, да?

– Я… Я… Я не знал, что стану лиловым, – говорит Хью. – В стае меня все засмеют.

Он делает небольшой круг, потом ложится на пол и закрывает хвостом нос.

– Мама, прости меня, пожалуйста.

– Ох, милый мой щеночек. – Миссис Крик гладит сына по голове. – Но я не понимаю. У тебя не было этой штуки, когда я забирала тебя из школы.

– Это хороший вопрос, – говорит Клаус. – Как ты это провернул?

Хью поднимает хвост и робко отвечает:

– Я уговорил гоблинов украсть генератор для меня. Я позволил им выиграть в прятки с условием, что они заберут его к себе домой. Потом я пошёл к ним и забрал его.

– Понимаю. А где он сейчас? – Клаус окидывает взглядом сарай.

– Я не знаю, – признаётся Хью. – Я не хотел ничего делать с ним здесь, чтобы мама меня не остановила…

– Что я бы и сделала, – перебивает миссис Крик.

– Поэтому сегодня вечером я отнёс генератор в парк и дождался темноты. А что было после того, как я им воспользовался, я не очень-то помню, – говорит Хью.