Дело о пропаже генератора монстров

– Такое часто случается после обращения, – уточняет его мама.

– Получается, ты оставил его в парке? – спрашивает Клаус.

– Да, и мне кажется, там был кто-то ещё. Я был слишком занят тем, чтобы запустить генератор, но запах я уловил.

– Какого рода запах?

– Я не знаю. Он был немного забавный… и ещё было похоже, будто кто-то умер.

– Забавный и мёртвый, – Клаус переводит взгляд на тебя. – Может, зомби-клоун?

– Думаю, вы уже задали моему сыну достаточно вопросов, – говорит миссис Крик. – Если это поможет вам найти несчастную машину Франклфинка, то я должна сообщить вам, что сегодня вечером во время прогулки видела что-то лиловое рядом с фургончиком ведьм. А сейчас, пожалуйста, уходите.

– Хорошо. – Клаус идёт к двери, открывает её, но задерживается на пороге. – Спасибо, что сказал нам правду, Хью, – говорит он. – Лично я считаю, что тебе идёт.

– Что? Лиловый мех? – переспрашивает Хью.

– Честность, – отвечает Клаус с лукавой улыбкой.

Увидев выражение мордочки Хью, ты толкаешь Клауса локтём, и он добавляет:

– И мех тоже, парень. Знаешь, ты выглядишь отлично. Уникально, я бы сказал.

Мэрия

Клаус настаивает, чтобы по дороге в мэрию вы перехватили чего-нибудь съедобного. Он паркует Ватсона у крайне замызганного киоска и предлагает взять что-нибудь тебе и Монти. Глядя на изображения жирных кебабов, бургеров и чипсов, вы оба отказываетесь. По тому, как Монти постоянно дёргает себя за обвисшие нитки, ты понимаешь, что он нервничает.

Пока Клаус заказывает еду, вы ждёте в машине. Монти сидит на заднем сиденье, и вы оба молчите, пока он не наклоняется вперёд и не просит:

– А можно включить радио?

Тебе даже не приходится нажимать кнопку. Ватсон всегда слушает, о чём говорят в салоне. Включается радио, и голос диктора вещает:

– В мэрии вот-вот начнутся дебаты, в ходе которых будет решено, кто станет следующим Ночным Мэром Хейвентри. В продолжение темы давайте обратимся к специальному корреспонденту Аномальных Новостей Гретхен Барфли-Сьюэр.

– Добрый вечер, – произносит хриплый женский голос. – Как мы все знаем, Ночной Мэр несёт ответственность за то, как течёт жизнь на Теневой стороне, и сегодняшние кандидаты предлагают нам диаметрально противоположные пути развития. Брэмуэлл Стокер, как обычно, готов зубами вцепиться в новую должность, но в этом году ему противостоит доктор Франклфинк, человек, который создаёт монстров.

– Великолепно, Гретхен, – говорит ведущий. – И как обстановка, накаляется?

– Более чем, – отвечает репортёр. – Только что доктор Франклфинк намекнул, что у него есть информация, которая, по его словам, поставит решающую точку в этой ожесточённой схватке.

Клаус открывает дверь и кладёт на водительское сиденье бумажный пакет, доверху набитый фастфудом.

– Что ж, поехали, пора завершить это дело, – говорит он.

Он ест за рулём, что было бы довольно опасно, не умей Ватсон водить себя самостоятельно. Он отлично с этим справляется, и ничего страшного, если иногда останавливается, чтобы обнюхать фонарный столб.

– В корне любой загадки всегда таится один ключевой вопрос, – говорит Клаус с набитым ртом. – Но не всегда очевидно, как его следует формулировать. Доктор Франклфинк хотел, чтобы мы задались вопросом «Кто украл генератор?». Но мы уже знаем, что в этом деле несколько подозреваемых, поэтому правильным вопросом будет «Что случилось с генератором?».

– И каков ответ? – спрашивает Монти.

– Это мы как раз и намерены выяснить, – говорит Клаус. – Смотри-ка, мы уже приехали.

Мэрия находится в самом центре Теневой части Хейвентри. Это старинное здание из красного кирпича, вход в которое украшают горгульи. Одна из них периодически чихает, и тогда другие злобно поглядывают на неё.

Скучающего вида огр пропускает вас внутрь.

Внутри мэрии не протолкнуться. Жители Теневой стороны сидят на деревянных стульях, выставленных рядами, и пыхтят, шипят, урчат и рычат на Брэмуэлла Стокера и доктора Франклфинка.

Два политических соперника активно пытаются выцарапать друг у друга должность Ночного Мэра Хейвентри. Главный инспектор Дарка, минотавр и начальник Аномальной Полиции, сидит в первом ряду, скрестив руки и не отрывая от трибуны мрачного взгляда.

Среди зрителей ты замечаешь Бобби Стокера. Гоблины тоже здесь. Под потолком парит призрачная девочка Лана. Криков нигде не видно, но в этом нет ничего удивительного, так как сегодня полнолуние. Ведьмы и Труппо также отсутствуют. Ты поглядываешь на Клауса, который тоже окидывает взглядом зал.

Оба кандидата приоделись к дебатам. На докторе Франклфинке с иголочки новый лабораторный халат, в то время как Стокер красуется в плаще и цилиндре. Оба сидят за длинным столом, накрытым пыльной чёрной тканью. Между ними сидит почтенного возраста колдун с бородой, которая доходит ему до колен. Он стучит по столу большим деревянным посохом и кричит:

– К порядку! Прошу вас, будьте хоть немного цивилизованнее.

Никто его не слушает до тех пор, пока колдун не бьёт посохом об пол, отчего здание слегка сотрясается, и все в зале замолкают.

– Спасибо.

Колдун поправляет очки, которые съехали почти на самый кончик носа.

– А теперь, мистер Стокер и мистер Франклфинк, я хотел бы задать вам очень простой вопрос. Как бы вы решили проблему с драконами, которые грызут кабели передач? Доктор Франклфинк.

– Благодарю вас, великий магистр Димблби. В данном случае голая как коленка истина заключается в том, что…

– Как ты смеешь так дерзить мне, смертный! – Брэмуэлл поднимается на ноги и скалится, обнажив свои жёлтые клыки.

– Оставайтесь в рамках приличия, – говорит колдун.

– О, вот теперь мы видим его истинную натуру, – говорит Франклфинк. – Бывших вампиров не бывает. Голосуйте за меня!

– За вас? – шипит Стокер. – Вы ничего не достигли за свою короткую жизнь. Вы даже не смогли создать полноценного взрослого монстра.

– А теперь он унизился до того, что перешёл на личности, – говорит Франклфинк.

– А как, по-вашему, называются ваши намёки насчёт отсутствия моего волосяного покрова? – спрашивает Брэмуэлл. – Леди и джентльмены, мёртвые и неживые, надеюсь, вы разглядели истинную природу моего конкурента. Кого вы хотите видеть на этом посту: человека, который раздувает из мухи слона, или истинную опору нашего сообщества?

– Опору, скажите-ка? – Франклфинк поворачивается к залу. – Славные жители Хейвентри, сегодня я стою перед вами, чтобы сообщить невероятную новость: этот вампир – вор.

По залу проносится удивлённое «ах!».

– Тише, тише, – колдун снова стучит посохом по полу, при этом с потолка начинает осыпаться штукатурка. – Доктор Франклфинк, можете ли вы подтвердить подобное обвинение?

– Разумеется, могу, – доктор уже заметил, что вы с Клаусом стоите в зале. – Сегодня утром я нанял детектива с целью разоблачить преступника. Клаус Зольстааг, пожалуйста, расскажите всем, что вы успели выяснить об этом вампире.

Клаус идёт к трибуне. Он не торопится. Какое-то время медлит, а затем поворачивается к тебе. Он манит тебя пальцем.

– Ты тоже иди сюда, – говорит он. – И ты, Монти.

Монти не хочет идти. Ты тоже, но делаешь так, как сказал Клаус. Пока вы идёте к трибуне, все взгляды обращены на вас. Монти дрожит. Ты тоже прилагаешь все усилия, чтобы руки не тряслись. Ты по-прежнему сжимаешь в руках свой блокнот.

– Это однозначно против протокола, – говорит великий магистр Димблби.

– Да, и я приношу свои извинения, – говорит Клаус. – Но, видите ли, доктор Франклфинк нанял меня после того, как из его лаборатории исчез генератор монстров.

– Генератор монстров был украден. И это сделал он. – Франклфинк тычет пальцем в Брэмуэлла. – На месте преступления был помёт летучих мышей.

– Помёт, который вы сами туда подложили, – заявляет Клаус.

– Как вы смеете? – возмущается Франклфинк.

– Вы вызывали единорогов из клининговой службы, чтобы они убрали беспорядок, оставшийся после гоблинов…

– Он отравил моих гобличат своим мерзким тортом! – вопит из зала матушка Хлюп.

Клаус кивает:

– Но суть в том, что единороги вычистили бы все улики, которые преступник мог оставить, а следовательно, помёт летучих мышей – если это действительно он – был подложен в лабораторию уже после того, как они ушли.

– Что? – кричит разъярённый доктор. – Это возмутительно!

– Подкладывать ложные улики – да, это возмутительно, согласен, – кивает Брэмуэлл Стокер.

– Вы оба, успокойтесь, – великий магистр Димблби взмахивает посохом. А затем выкрикивает: – Силенциум оратор!

Обоих кандидатов внезапно вжимает в сиденья, а их указательные пальцы оказываются прижатыми к губам; вид что у Стокера, что у Франклфинка теперь до крайности растерянный. Колдун улыбается и говорит:

– А теперь, мистер Зольстааг, пожалуйста, продолжайте. Нам необходимо закрыть этот вопрос, чтобы продолжить заседание. Брэмуэлл крал генератор монстров или нет?

– Нет, он этого не делал. – После этих слов в зале воцаряется насторожённая тишина.

– А кто же тогда его украл? – требовательно спрашивает Димблби.

– Вор… Хотя, наверное, мне следует сказать воры, и они находятся в этом зале.

Монти кашляет.

– Да, я… – он медлит.

И не успевает он продолжить, как Бобби Стокер поднимается со своего места и говорит:

– Я украл генератор монстров.

В зале все ахают. Брэмуэлл Стокер сверлит глазами своего сына.

– Бобби, сядь!

– Если быть точнее, я попросил гоблинов украсть его для меня и поклялся, что сохраню всё в тайне, – продолжает Бобби.

Грюндель и Гринола вскакивают с места и синхронно, скороговоркой произносят:

– Ничего мы не знаем ни про какой генератор монстров.

– Это я научил их так говорить, – объясняет Бобби.

– Да, это так, – признаётся Грюндель.

– Ты украл его и ничего не сказал мне? – спрашивает Монти.

– Прости, Монти, – отвечает Бобби.

– Но зачем? – спрашивает Брэмуэлл Стокер.

Бобби пристыженно смотрит в пол, и ты вдруг замечаешь, что кончики его волос подпалены, а корни имеют лиловатый оттенок. Ты дёргаешь Клауса за рукав. Он видит, куда ты смотришь, и улыбается.

– Хорошо сработано, – говорит он, наконец поняв мотив Бобби.

– Генератор может вдохнуть жизнь в мёртвых, – громко произносит Клаус. – И ты, и твой отец – вампиры, а значит, вы оба мёртвые.

– С тех пор, когда я последний раз вдохнул воздуха, прошло две сотни лет, – гордо заявляет Брэмуэлл Стокер.

– Да, но ваш сын не так давно мёртв, как вы, – говорит Клаус. – И правда в том, что сейчас ты не хотел бы быть мёртвым, верно, Бобби?

Бобби пытается сдерживать слёзы, но ты видишь, что слова Клауса задели его. Твой босс попал в самое больное место.

– Я не понимаю, – говорит Стокер. – Ты происходишь из древнего рода вампиров. Я мёртв, твой дедушка был мёртв. И его отец тоже.

– Мне очень жаль, – всхлипывает Бобби.

– Вы утверждаете, что этот мальчик думал, будто может воспользоваться моей машиной и вернуть себя к жизни? – спрашивает доктор Франклфинк.