Помоги проекту - поделись книгой:
Глава 29. Не дрейфь, подруга, прорвемся!
С того случая, о котором я старалась не думать, прошло пять дней. Кайнерис был тихим и озадаченным, такое ощущение, что постоянно о чем-то думал. Но так как я сама еще не разобралась в своих ощущениях и своем отношении к происходящему, не пыталась лезть в его проблемы. Правда, своих выше крыши.
Но за это время магозоологи полностью переделали его апартаменты, сделав в них 3 спальни, в каждой из которых была своя небольшая ванная, что меня несказанно радовало. Распорядитель предоставил мне кровать, стол, стул и стеллажи. Шкаф же пришлось отвоевывать с потом и кровью. Но я и этого добилась.
Каждое утро мы тренировались на полигоне, бегали, и я пыталась пройти ту полосу. Пока выходило скверно, но могу сказать точно, что моя выносливость повысилась, и в последний раз я даже смогла пробежать 3 круга и не помереть. Хотя тритон все также говорит, что я слишком слабая. Но я человек — мне простительно… Хотя наполовину человек, но с этим я пока не свыклась. А как смогу посмотреть в глаза Ковентине, если она снова попадется, просто не представляю.
Сид окончательно переехал к нам, перевезя свои нехитрые пожитки. Теперь каждый вечер он активно готовит меня к жизни в академии, рассказывает о местных расах, об истории Атлантиды и немного вводит в курс магии. Правда, со мной больше подобных вспышек не случалось, но он уверяет, что я могу стать сильнейшим магом, нужно только почувствовать свою силу и научиться ей управлять. Только вот я больше ничего не чувствую.
Связь с Кайнерисом теснее не стала, то есть сейчас я вольна перемещаться куда захочу. О чем это говорит и почему так случилось, никто не знает. Но совру, если скажу, что меня это не радует. И да, больше он на меня не набрасывался и вообще лишний раз старается не подходить. Что он для себя решил, могу лишь догадываться.
Еще сегодня я получила расписание занятий на первый семестр. Список ужасающий, а количество часов, отведенных спортивной подготовке, и вовсе вызывает желание взвыть или сразу пойти утопиться. Хотя я же русалка, значит, мне и это не дано.
А прямо сейчас я сижу в большой аудитории по типу амфитеатра, расположенной на задворках полигона, и слушаю приветственную речь декана боевого факультета, то бишь магистра Кайнериса Мурроу, и готова сквозь землю провалиться.
Я, конечно, предполагала, что девушек будет немного, но что на 1 ступени я буду одна, подумать не могла. Собственно, на всем боевом факультете, включая меня, было всего 5 девушек. А те девушки, что сейчас присутствовали в зале, ничуть не отличались от мужчин и были такие же высокие, крепкие, мускулистые и с суровыми физиономиями. На меня они поглядывали с затаенной ненавистью и презрением.
В то время как парни разве что слюной не истекали, вызывая во мне непреодолимое желание помыться, чтобы смыть с себя их липкие взгляды.
А ведь я искренне надеялась, что не буду среди местного населения белой вороной, но сейчас отчетливо поняла, что я колоссально от них отличаюсь. Взять хотя бы мою внешность.
Большинство из здесь присутствующих имеет сине-зеленый цвет кожи и такой же цвет волос. Единицы отличаются более чистыми яркими цветами: синими, зелеными, фиолетовыми. А я со своими рыжими волосами выглядела настолько кричаще, что невольно выделялась из общей массы. И это при том, что, по моей прикидке, здесь в аудитории находилось не меньше четырех сотен адептов, а вполне вероятно, что значительно больше.
На моей ступени, если верить спискам, будет учиться 196 парней и одна я. Таким образом, все время меня будут окружать лишь одни мужчины, и это меня напугало даже больше, чем то, что я оказалась на Атлантиде.
И, разглядывая устремленные на меня лица, которые совершенно не слушали своего декана, я понимала, что учеба простой не будет.
— Ты не бойся так, — раздался голос рядом со мной. — Они только кажутся такими, на самом деле хорошие ребята. У Кайнериса другие не задерживаются.
Я растерянно обернулась и уставилась на широко улыбающегося парня. Сид научил меня по внешним признакам отличать расы жителей Атлантиды, и я сразу поняла, что смотрю на представителя водного дженази, так как его кожа была усыпана бисеринками влаги, так, если бы он только что вылез из воды, но я уже знала, что они не мокрые, а такие же, как, например, чешуйки у русалок и тритонов. Его кожа имела голубоватый оттенок, зеленые волосы чем-то напоминали водоросли, но, разглядывая их вблизи, они казались мягкими и блестящими, уши были похожи на маленькие плавнички и торчали между прядями его коротких волос, а между пальцами рук имелись тонкие, почти прозрачные перепонки.
— Меня зовут Аалтон Ривз. А тебя как? — представился парень, протягивая мне свою руку.
— Катя. Екатерина Дивина. — ответила я, отвечая на его рукопожатие и в очередной раз удивляясь тому, насколько горячие руки и подводных жителей.
— Приятно познакомиться! — еще сильнее улыбнулся парень, демонстрируя свои белые клыки. Я вроде уже не первый день тут, но к такому привыкнуть пока не получается. Все еще сложно переключиться от привычного восприятия человеческого образа и непривычного — жителей Атлантиды. Хотя надо признаться, что от Аалтона я ощущала искренность и доброту.
— И мне. Ты с какой ступени?
— Я с первой. Ты, видимо, тоже, так как последние пару лет девушек не брали. — ответил дженази, а я согласно кивнула. — Значит, будем часто видеться!
— Адепты первой ступени, — громогласно произнес Кайнерис, заставляя меня вздрогнуть и перевести на него взгляд, чтобы встретиться с его пылающими синими глазами, уставившимися точно на меня. — Будут разделены на 10 групп, чтобы кураторы смогли каждому уделить больше внимания. Списки уже вывешены на стене объявлений, чуть позже вы сможете с ними ознакомиться. А сейчас особенно хочу пояснить для новичков, — и он пронзил меня и Аалтона таким взглядом, что по телу пробежала дрожь, — Во время учебы вы должны быть сосредоточены именно на ней! Вы будущие боевые маги, которые сознательно выбрали свой путь, а значит, должны отдавать себе отчет обо всех своих действиях!
Ага, как же… Сами они выбрали! Я сильно нахмурилась и слушала дальше этого позера.
— То, какие силы вы вложите в себя сейчас, напрямую определят ваше будущее. Ваша ответственность, сосредоточенность и трезвость позволят вам не только добиться высочайших успехов в изучении боевых дисциплин, но, что важнее, в дальнейшем сохранить жизнь себе и окружающим, потому что из боевого отделения Академии Клейто выходят лучшие воины Атлантиды и всего подводного мира. Уж в это можете мне поверить! Но повторюсь, все зависит только от вас и вашего желания стать лучшими!
Тут до меня дошел смысл его слов… Какие еще воины? Я не собиралась становиться воином, да я одного вида оружия боюсь…
— Не дрейфь, подруга, прорвемся! — произнес Аалтон, похлопывая меня по плечу, пока я от ужаса пучила глаза, оценивая перспективу стать воином.
— Можете быть свободны! — рявкнул Кайнерис, снова вынуждая меня подпрыгнуть, я так скоро заикой стану…
— Пообедаем вместе? — спросил дженази, поднимаясь со своего места.
Я же растерянно перевела взгляд на тритона, который стоял на своей трибуне и усиленно хмурил брови, не сводя с меня взгляда, затем посмотрела на нашу нить, которая, как мне казалось, начала снова становиться ярче.
— А пойдем! Умираю с голоду! — ответила я, встала на ноги и начала протискиваться между стремительно пустеющими рядами аудитории.
Еще вчера мы с Кайнерисом решили не слишком афишировать нашу связь и, пока есть такая возможность, жить также, как и все адепты. Так что, раз я не могу поселиться в студенческом общежитии, то буду хотя бы вместе с другими адептами обедать и заводить друзей. Может, Аалтон прав, и среди боевиков есть хорошие парни?
— Давай только сначала списки посмотрим? — предложил Аалтон, поглядывая на доску объявлений.
— Давай.
Чтобы увидеть списки, нам пришлось подождать несколько минут, пока поток любопытствующих схлынет и мы сможем протиснуться к доске.
— О, Катя, мы в одной группе! Смотри! — радостно воскликнул дженази, тыча пальцем в наши фамилии.
— Здорово! — искренне обрадовалась я, так как начала чувствовать себя менее одинокой, а, возможно, даже успела обзавестись другом.
— А теперь идем обедать!
— Идем.
Глава 30. Мы совсем не похожи!
На протяжении пяти дней я каждый день приплывал в Главный Храм Посейдона, пытаясь призвать его к ответу, чтобы хоть что-то прояснить, узнать более полную информацию, но тот ни разу не ответил на мой зов. Он даже Сида игнорировал, к которому раньше всегда приходил. А тут словно издевался над нами, ежедневно заставляя просить и умолять. От злости я даже чуть и этот храм не разрушил, если бы только Сид вовремя меня не остановил.
Я злился на этого бога, на Ковентину, из-за которой мы с Катей попали в эту тяжелую ситуацию. Кажется, я злился на весь мир. И только доброе лицо девушки заставляло меня поумерить свой пыл и постараться успокоиться, чтобы не наделать еще больших ошибок.
С Сидом мы пришли к выводу, что сейчас в первую очередь необходимо подготовить девушку к предстоящей учебе, помочь ей хоть как-то влиться в непривычную для нее среду, чтобы она перестала пугаться и удивляться местным жителям и их способностям.
Поэтому каждое утро мы с ней тренировались на полигоне, и, хотя я ворчал, но с удовольствием отмечал целеустремленность и силу девушки. Она не сдавалась, хотя было видно, что ей тяжело.
Днем Катя с Сидом учились чувствовать магию. Так как он ее фамильяр, то в этом плане ближе всего к ней. Но пока в данном вопросе пробел полнейший. Если не считать той вспышки, о которой мне совершенно не хотелось вспоминать, то больше ее магия не активизировалась. И нам как можно скорее надо выяснить, что ей мешает. И сложность заключается в том, что таких магов, как она, больше нет, ей некому подсказать и направить.
А по вечерам мы рассказывали ей нашу историю, о жизненном укладе и жителях подводного мира. Мы говорили обо всем, что только приходило в голову. В свою очередь было видно, что Катя абсолютно искренне интересуется, задает массу своих вопросов и пытается все это запомнить.
Но вот сейчас я стоял перед сотнями адептов и должен был произносить приветственную речь, а все мои мысли сосредоточились на огненноволосой девушке, к которой уже начал подкатывать свои плавники зеленый юнец. Во мне все взбунтовалось, ярость так и клокотала.
А я ведь знал, что так будет, и готовился к этому. Настраивал себя, что она должна общаться с другими и что совсем неважно, что эти “другие” будут представителями мужского пола. Так почему же сейчас меня это настолько злит и выбивает из колеи, что хочется надавать по щам этому мальцу, схватить девушку и запереть в наших апартаментах, чтобы ни один не мог на нее так пялиться?
В аудитории даже воздух словно наэлектризовался, а почти все присутствующие вместо того, чтобы слушать меня, смотрят на Катю. Я вижу эти изучающие взгляды, некоторые даже не утруждают себя скрывать похоть и отчетливое желание, запахи которого так и доносятся до моего чуткого слуха.
А это только первый день! Да, фактически еще учеба не началась, а начнется завтра! А я уже взвыть готов! Как же мне бороться с этим? Бороться с собой и с ними?
Может, во всеуслышание заявить на нее свои права, чтобы точно больше никто даже и не думал подкатывать к ней свои яй… плавники? Но имею ли я такое право? Нет… Девушка ни за что не согласится с этим, она тогда из-за невесты взбеленилась. А сейчас наша нить почти не сияет, ее почти и не видно, если не знать, где искать. А значит, она может почувствовать себя свободной и хотя бы попытаться жить обычной студенческой жизнью. Попытаться полюбить новый для нее мир, чтобы по-настоящему захотеть стать частью него, а не чувствовать себя заложницей без права выбора.
Да, хоть мне это и неприятно, но так будет правильно. Поэтому я просто смотрел, как девушка выходит из аудитории в компании какого-то парня.
Мы пришли в столовую, которая сейчас была заполнена адептами первой и второй ступени. Как еще в начале мне пояснил осьминог, поскольку в Академии Клейто учится более 50 000 адептов, то их потоки распределяются, чтобы не создавать столпотворения. Хотя не все кушают в академии, некоторые предпочитают куда-то уходить, но в данном случае учитывается та ситуация, при которой абсолютно все желающие могут спокойно набрать себе еды, сесть за стол и поесть.
Мы с Аалтоном расположились за небольшим столиком, предназначенным для четырех персон, и принялись за свою еду.
— Ну рассказывай, как тебе удалось попасть на боевой факультет? — немного утолив голод, спросил дженази, с любопытством разглядывая меня.
— Да я сама не знаю…
Честно, на этот вопрос у меня не было ответа. Почему-то говорить, что я “невеста” Кайнериса мне не хотелось, и тем более, что это он меня сюда запихнул. А ничего другого мне придумать не удалось.
— Ладно, признаюсь, до меня дошли слухи, что ты невеста нашего декана. — произнес Аалтон, накалывая на вилку кусочек рыбы.
— Тогда зачем спрашиваешь, если и так все знаешь? — подозрительно прищурившись, спросила.
— Ты только не кипятись. Я не из праздного любопытства интересуюсь. Ты не похожа на нее. Ну, то есть на ту, кто должна быть “невестой”. Ты заметно нервничаешь, когда он рядом. Это договорные отношения, да?
— Ну что-то вроде того. — сухо ответила я.
— Тогда это многое объясняет. Он ведь тоже ведет себя так, словно вы не знакомы. Только вот зачем тебя на боевое зачислил, не понимаю. Ты же такая маленькая, — на последнем слове он еще пристальнее осмотрел меня.
— Я и сама не понимаю… Поэтому до ужаса боюсь того, как придется здесь учиться. На другой факультет он не захотел меня зачислять. А я хотела выучиться до…
— До того, как выйдешь за него. — закончил мою фразу водный дженази.
Отвечая, я придерживалась нашей общей версии моего неожиданного появления в стенах Академии Клейто и в апартаментах декана боевого факультета.
— Именно. Он мне даже поселиться в общежитии не дал…
Тут я уже обиженно надула губы. И ведь не соврала. Правда же, не дал. А я бы, может, хотела жить с другими адептами. Общаться с ними, ходить в гости. А под пристальными взглядами Сида и Кайнериса обо всем этом можно забыть.
— Сочувствую. А ты хочешь за него замуж? — тихо спросил Аалтон и даже подался вперед, ожидая моего ответа.
— Я… я не знаю.
И это чистая правда. По сути, мне-то и предложения никто не делал. И вся эта связь — одна сплошная фикция, о которой я рассказать не могу. Но и открыто ответить “нет” тоже.
— Знаешь, ведь помолвку можно расторгнуть и не выходить замуж, если не хочешь, конечно. Хорошо, что он хотя бы дал тебе возможность поучиться здесь, познакомиться с другими…
И парень бросил на меня такой взгляд, что мне сразу стало понятно, что он пытается привлечь мое внимание к своей персоне. Только вот мне и это было не нужно. Я еще к новому миру не привыкла, так что никакие парни мне тем более не нужны. По крайней мере, пока.
Тут мой взгляд случайно упал на входные двери столовой, и я увидела ее — Ковентину. Она была в слишком красивом для учебного заведения платье. Она вообще была вся “слишком”: слишком красивая, слишком яркая, слишком заметная, слишком отличающаяся. Все взгляды тут же устремились на нее, а мое сердце и вовсе было готово выскочить из груди.
Я отказывалась принять, что она моя мать. Да, я уже была не настолько категорично настроена и не кричала, что Посейдон лжет… Хоть мне и было от этого очень больно, но это объясняло мое такое неожиданное становление русалкой.
Но назвать ее матерью мой язык никогда не повернется.
— Это профессор Ковентина Эбба — декан факультета журналистики. — с придыханием сказал Аалтон, который, видимо, заметил мой взгляд, направленный на эту русалку. — Она невероятно красива. Таких русалок больше нет. — тут он запнулся, посмотрел на меня, — Впрочем, до твоего появления не было. Вы с ней даже немного похожи.
После этих слов мой аппетит резко пропал, собственно, как и все настроение.
— Не говори ерунды. Мы совсем не похожи. — ответила я, очень стараясь скрыть свою нервозность, и даже попыталась улыбнуться. — Я тут вспомнила, что еще не забрала учебники из библиотеки. Поэтому пойду сейчас, пока туда народ не набежал.
И встала со своего места, поднимая поднос со стола.
— Конечно. Еще увидимся, Катя. Пока. — произнес дженази, добродушно улыбаясь.
— Конечно! Пока.
Я отнесла поднос и направилась к дверям, стараясь не попасться на глаза Ковентине, когда неожиданно услышала визгливое:
— Катя?! Подожди!
Глава 31. Плыви так далеко, как только сможешь…
Я медленно обернулась и увидела спешащую ко мне Ковентину, и мгновенно по спине прошел холодок, а все тело начало колотить нервной дрожью. Честно, мне захотелось по-детски сбежать или прикинуться глухонемой, а заодно и слепой, ну на крайний случай, красиво приложить руку к голове и потерять сознание, сдавленно протянув “А-ах”. Но я сдержалась, уже за одно это мне можно воздвигнуть памятник.
Я нарочито удивленно подняла брови и спросила:
— Это вы мне?
— Ну конечно, тебе! — мелодично взвизгнула женщина, а я искренне удивилась такому умению. Вроде визжит, но как красиво!
— А мы знакомы? — а теперь я нахмурила брови, усиленно делая вид, что пытаюсь вспомнить, где же мы с ней виделись. Не знаю, получилось или нет, но русалка взвизгнула еще сильнее.
— Конечно! Нас Кайнерис познакомил!
— В самом деле? Извините, видимо, я вас просто забыла. Я тут не так давно, и пока не получается всех запомнить. — ох, видели бы вы сейчас лицо этой женщины! На нем отчетливо читалось такое изумление, хотя, скорее, настоящий шок. Она явно не привыкла, что кто-то ее может не заметить или так просто забыть. — Вы что-то хотели?
— Я? — она настолько растерялась, что не сразу смогла собраться с мыслями, хотя вон как спешила ко мне, — А… да, хотела поговорить. Поищем место потише?
Я оглянулась, словно не понимая, чем это место не подходит, и произнесла:
— Да вроде здесь не шумно.
Конечно, не шумно, потому что все находящиеся в этой столовой сейчас смотрели на нас, забыв про любые разговоры и даже про еду.
— И все же давай отойдем? — нервничая, ответила она.
Поделиться книгой: