– Каких еще женщин и детей?

– Беженцев, которых мы встретили на дороге. Разве мы могли оставить их китайцам?

– Скажи, чтобы капрал Надин принес мне карту, – приказал ему Шер Дил.

Они присели на корточках на веранде ближайшего домика, чтобы выпить чаю, и Надин, высокий темнокожий индиец с длинными черными усами, принес им карту.

Шер Дил развернул ее.

– До индийской границы триста миль, дорога туда одна, вот эта. Раньше с машинами переправлялись на пароме в Куалу, но как сказал отец Керриган, местные жители его сожгли.

– Можно еще переехать реку вброд у Камы, – добавил Драммонд. – И особенно на полугусеничных бронетранспортерах, которые уже двинулись туда.

– Вы думаете? – спросил отец Керриган.

Хамид кивнул:

– Боюсь, что да. Они хотят захватить молодого хана. Чанг дал понять это совершенно ясно. Им нужен в Бальпуре марионеточный правитель. Как сказал Шер Дил, есть всего одна дорога, чтобы выбраться отсюда. Они наверняка пойдут за нами.

– Тогда нам надо двигаться. У нас есть направление.

– Но только на время. – Шер Дил провел пальцем по линии реки на карте. – Вот здесь, в семидесяти милях к югу от Садара, есть деревня под названием Хума. Если китайцы захватят там лодки, они смогут переправить солдат.

– Да, но не машины!

– Это верно, но посмотрите, как извивается река, следуя долине. Они могут оказаться в десяти или пятнадцати милях от дороги. Это не расстояние для хорошо тренированных войск.

– Так вы думаете, что они смогут перерезать нам дорогу? – спросил Драммонд.

Хамид пожал плечами.

– Я не знаю, кто ими командует, но именно это я и сделал бы, будь на его месте.

– Так значит, чем скорее мы двинемся в путь, тем лучше.

Шер Дил взглянул на свинцово-серое небо.

– До темноты осталось часа два. Мы сможем за это время проехать достаточно далеко.

– А вы не думаете, что мы могли бы ехать и ночью?

– По такой дороге? – Хамид невесело усмехнулся. – Это будет просто самоубийство на таких машинах, как эти. Гораздо лучше остановиться и заночевать в подходящем месте, а с рассветом тронуться в путь. Китайцы еще не переправили через реку ни одного солдата, просто у них не было времени. У нас есть значительное преимущество перед ними.

Шер Дил поднялся на ноги и повернулся к капралу Надину.

– Как у нас с бензином?

– У нас его полно, полковник, хватит на все грузовики.

– А почему бы нам не бросить два и не поехать на остальных? – спросил Драммонд. – Хватит места для всех нас, если мы их разгрузим.

Шер Дил рассмеялся и широким жестом указал на эти четыре «бедфорда».

– Да вы только взгляните на них. Им по двадцать лет. Они ходят еще со времен бирманской кампании. – Он обернулся к Надину: – Они часто ломаются?

Капрал пожал плечами:

– Все время, полковник. То одно, то другое.

– Вот в этом-то все дело. Мы поедем на всех четырех. Если сломается один, у нас все еще будут три. И так далее. И хоть один, последний, доставит нас к границе. Кроме того, боеприпасы, которые в них есть, могут нам пригодиться.

Трое солдат стояли маленькой группкой в одном или двух ярдах от них и слышали весь разговор, и когда капрал Надин повернулся, чтобы уйти, один из них схватил его за рукав и быстро заговорил.

Шер Дил нахмурился и подошел к ним по грязи:

– Что здесь происходит?

Надин обернулся с нерешительным выражением:

– Двое солдат, сэр. Пиру и Юсуф. Они местные. У них в Садаре жены. Они хотят остаться. Не хотят возвращаться в Индию.

Когда он кончил говорить, только шум дождя и плеск воды в реке нарушали тишину.

Отец Керриган, казалось, очень волновался, а Хамид весь собрался, готовый ко всему. Драммонд мельком взглянул на Шер Дила и увидел, что тот побледнел и в гневе сверкает глазами.

– Неповиновение в боевой обстановке карается по законам военного времени.

Он снял с плеча старую винтовку «Ли-Энфилд», вставил обойму и передернул затвор, который издал характерный клацающий звук.

– Вам ясно?

Оба солдата были перепуганы насмерть. Шер Дил взял винтовку за ремень.

– Ладно. Капрал Надин, готовьтесь, мы выходим.

Надин и трое солдат поспешили прочь, и отец Керриган с облегчением вздохнул.

– Вы так перепугали меня.

– Дело дрянь, – сказал Хамид. – Когда такое начинается, никогда не скажешь, чем все закончится.

Шер Дил кивнул:

– Мы уже потеряли достаточно времени. Возьмите, что вам нужно из оружия, и двинемся в путь.

Беженцы, десяток женщин и пятеро детей, сгрудились под прикрытием грузовика, сжимая узлы со своими жалкими пожитками.

Они тихо сидели и беспристрастно наблюдали, как Драммонд и Хамид рассматривают то, что осталось в грузовике от груза, который был в нем раньше. Они обнаружили стеганые куртки, такие же, как у Ахмеда. Драммонд сбросил свои летные сапоги, все еще насквозь мокрые от пребывания в воде, и выбрал новые горные военные ботинки. Дополнив наряд непромокаемыми перчатками, он спрыгнул на землю.

Хамид был во втором грузовике с Шер Дилом. Полковник обнаружил ящик с автоматами и открыл его.

– Вот это очень хорошо, – сказал он с улыбкой. – Подарочек из Москвы. Плоды политики строгого нейтралитета.

Он приказал вскрыть ящик с патронами и другой с гранатами и обернулся к подходившему в этот момент капралу Надину:

– Позови других, я раздам автоматы.

Надин прокричал что-то, и через мгновение подбежали, вынырнув из тумана, Ахмед и третий водитель, высокий бенгалец по имени Амал.

– А где Юсуф и Пиру?

Двое солдат с недоумением смотрели друг на друга, а Надин побежал вдоль линии грузовиков. Он тут же вернулся и доложил:

– Они удрали, полковник!

Шер Дил схватил Ахмеда за грудки:

– Ты видел, как они уходили, мошенник?

Ахмед заслонился ладонями.

– Клянусь могилой отца, полковник. Они были здесь пять минут назад. Я только что говорил с ними.

– В чем же?

– Они были очень сердиты на полковника. Они сказали, что китайцы всех нас переловят. И мы никогда не попадем в Индию. – Он пожал плечами. – И что они не хотят оставаться.

Шер Дил разразился проклятиями, а Хамид мотнул головой.

– Без них даже лучше. Черт с ними. Среди нас хватит водителей. Я сам могу сесть за руль.

– А я? – спросил Драммонд.

– Поедете в последней машине вместе с Ахмедом. Мистер Брейкенхерст сядет в третью машину, где беженцы, с Амалом. Как только разместитесь, отправляемся.

Когда они ушли, Драммонд услышал свое имя и увидел Джанет, свесившуюся через задний борт второго грузовика.

Он быстро поднялся к ней.

– Что-нибудь не так?

– Нет, а что там случилось? – спросила она.

– Двое водителей сбежали, но это ничего. Как Керим?

– Только что заснул. Мы устроили его со всеми возможными удобствами.

Ящики были сдвинуты так, что получилось нечто вроде, алькова, где лежал молодой хан, укрытый одеялами. Он был очень бледен под белой повязкой. Когда Джанет выпрямилась, Драммонд спросил ее:

– Боитесь?

Она покачала головой:

– Пока не произошло ничего страшного. Думаю, все обойдется.

Он притянул ее к себе и поцеловал.

– Даже этого?

Она посмотрела на него серьезными темными глазами. Потом улыбнулась и нежно дотронулась до его лица. Она ничего не сказала, да в этом и не было необходимости, и они поцеловались снова.

– Скоро снова свидимся, – сказал он и оставил ее.

Когда он спрыгнул с заднего борта грузовика, то увидел отца Керригана, который стоял под дождем в широкополой шляпе и курил длинную сигару.

– Ну теперь-то я могу залезть в кузов?

Драммонд улыбнулся и помог ему забраться в машину.

– А где вы берете курево? – спросил он.

– Спасибо Ахмеду. Он все роется в припасах.

Драммонд потащился по грязи к последней машине. Открыв дверцу кабины, он увидел Ахмеда. Тот сидел за рулем, окутанный облаком табачного дыма.

Афридиец ухмыльнулся и вытащил коробку из ящичка для перчаток.

– Сигары, сагиб. Очень крепкие. Делают специально для индийской армии.

– Мне сейчас не до жиру, – ответил Драммонд.

Он закурил и закашлялся. Открылась дверца, и в кабину заглянул Шер Дил.

– Следующая деревня называется Хаза. До нее добрых девяносто миль.

– Нам нечего надеяться добраться туда засветло, да еще в такую погоду, – констатировал Драммонд.

Шер Дил согласно кивнул.

– Я буду доволен, если мы проделаем хотя бы сорок миль. Мы переночуем у обочины дороги и с рассветом двинемся дальше.

Он захлопнул дверцу, и тут же Ахмед нажал на стартер. Мотор несколько раз чихнул и наконец завелся. Грузовик перед ними дернулся вперед, и они последовали за ним.

В кабине было тепло, пахло бензином и соляркой, в ветровое стекло продолжал стучаться дождь. И внезапно у Драммонда стало так же легко на душе, как в той хижине пастуха. Он откинулся на спинку сиденья, положил автомат на колени и принялся очищать его от заводской смазки тряпочкой.

* * *

Как только звуки автомобильных моторов затихли в тумане, Пиру и Юсуф вылезли из прибрежных зарослей, где они прятались, и стояли под дождем, вслушиваясь.