Ядерная тень

— Ладно, сдаюсь. — Никсон шутливо поднял руки вверх. — Договор не подписывают, потому что советская сторона не успела проработать все параграфы. Это обычная юридическая волокита, поверь бывшему юристу, дорогая. Ничего более серьезного за данной задержкой нет. Ты удовлетворена ответом?

— И да, и нет. Мне кажется, у советской стороны было достаточно времени, чтобы не только изучить документы, но чтобы всей страной выучить текст договоров наизусть. И все же они заявили тебе, что документы не доработаны? Тебе не кажется это странным?

— Нисколько. Не забывай, Пэтти, я сам юрист. В моей практике такие случаи бывали не раз и не два. И даже не двадцать два.

— Простой юрист может себе позволить дорабатывать документы в последнюю ночь перед подписанием, а вот юристы, работающие на главу государства, такой роскоши позволять себе не должны. Я в этом уверена, Риччи.

— И что же ты думаешь, какова истинная причина задержки?

— Не знаю. Возможно, они в последний момент передумали и решили не подписывать документы. Быть может, советские ученые придумали такую систему защиты от ядерного удара, что им все наши ядерные боеголовки теперь нипочем. Или же они изобрели ядерную бомбу по мощности, в двести раз превышающую нашу бомбу, и подписание документов стало для них неактуальным. Если бы у меня были доказательства…

— Пэтти, даже не начинай! Никаких доказательств я у советской стороны требовать не стану!

— Хорошо, закроем эту тему, — вдруг заявила Пэт.

— Погоди, теперь у меня назрел вопрос. — Никсон остановил жену, которая, выключив воду, собралась выходить из душа. — Скажи теперь мне: почему тебя это так беспокоит? Раньше ты не проявляла рвения в урегулировании вопросов, связанных с ядерным оружием и тем более с предотвращением гонки вооружений. Каков твой интерес в этом вопросе?

— Ладно, ты меня раскусил. — Пэт тихонько вздохнула, положила руку на плечо мужа и с виноватым видом произнесла: — Просто я хочу в Санкт-Петербург.

— И?

— Вылететь в Санкт-Петербург делегация сможет только после подписания всех документов.

— Так вот оно что! Ты переживаешь о том, что подписание документов затянется и на поездку в Ленинград не останется времени? — Никсон облегченно вздохнул.

— Конечно, я переживаю! Вам ведь еще и в Киев лететь. А меня Киев не интересует, и ты это знаешь.

— Напрасно, Пэт, это тоже очень красивый город.

— Красивый, Риччи, но он не Санкт-Петербург!

— Дался тебе этот Ленинград. Город, как город, ничего особенного.

— Даже не произноси при мне подобных речей! Не смейте, мистер Никсон!

После этих слов Пэт выскользнула из душа, накинула на плечи халат и прошла в спальню. Спустя пару минут в дверь апартаментов постучали. Сотрудник из числа обслуживающего персонала пригласил президента США и первую леди на завтрак. Разговор с супругой был завершен, и ни Ричард Никсон, ни его супруга так и не узнали, насколько близка была Пэт к разгадке истинной причины задержки подписания документов.

Глава 6

К месту, где бойцы группы «Дон» оставили автомобиль, подполковник Богданов пришел последним, просрочив временной отрезок в два часа, им же самим отмеренный на выполнение задания. К моменту его возвращения бойцы успели обменяться новостями.

— У магазинчика ближе к центру поселка бабульки, торгующие семечками, сказали, что видели бежевый «жигуль», но номера не запомнили, и кто управлял машиной, тоже не знают. Уверены только, что не местный, — доложил прапорщик Казанец.

— Информация ни о чем, — прокомментировал майор Дубко. — Впрочем, у меня информация ненамного содержательнее. Я исходил свой сектор вдоль и поперек, и все, что смог узнать, только то, что у местных таких «Жигулей» наберется штук десять. Кстати, номеров этих автомобилей ни один из опрошенных тоже не знает. Видимо, такие мелочи, как номерной знак, дачников не интересуют.

— А меня дважды обнадеживали. Сначала пацаны голову мне дурили, расписывая, где и когда они нужную мне машину видели, а на деле оказалось, что им просто скучно, вот и развлекаются как могут. Потом мужик один, я его у тропинки, ведущей к речке, встретил, клялся и божился, что его сосед как раз на такой машине по выходным приезжает. Я на слово-то не поверил и правильно сделал. После долгих допросов выяснилось, что с моим описанием только цвет машины совпадает, а все остальное мужику показалось несущественным, — пожаловался старший лейтенант Дорохин.

— Ты ему что, деньги за информацию пообещал? — спросил майор Дубко.

— Ну да. Думал, так дело быстрее пойдет, — признался Дорохин.

— Эх, салага! — Дубко похлопал Дорохина по плечу. — Тебе еще учиться и учиться, как завещал нам великий Ленин. Разве можно сельским жителям наличку обещать?

— Почему бы и нет? Деньги ни в городе, ни в селе лишними не бывают, правда, Юрок? — Дорохин призвал в поддержку своей теории прапорщика Казанца.

— Коля, Коля… Как юнец попался на свою же удочку. — Казанец весело улыбнулся. — Даже дети знают, что за деньги тебе такого наплетут, неделю разгребать будешь.

— Да почему? Не понимаю!

— Потому что деньги только за информацию дают, а если у тебя нужной информации нет, останешься на бобах. Кому же охота халявные деньги упускать?

— Почему упускать? Ты потрудись, найди то, что нужно, и получи свои денежки. Все логично, — стоял на своем Дорохин.

— Ну, и много желающих найти то, что нужно, ты встретил? — усмехнулся Дубко.

— Тут ты прав, ни одного не нашел. Одна девица вызвалась было, сказала, пойду у знакомых поспрашиваю, и ушла с концами, — признался Дорохин. — А еще один мужик дом указал, в котором нужный мне «жигуленок» стоит, а когда мы туда пришли, оказалось, что там вообще не «Жигули», а «Москвич».

— Но деньги он все равно стребовал, — за Дорохина закончил Казанец.

— И это верно, — не стал лукавить Дорохин.

— А ты еще сомневаешься в том, что не стоило местным деньги в качестве вознаграждения за информацию предлагать. — Дубко снова похлопал Дорохина по плечу. — Да, Николай, давненько ты со свидетелями не работал. Избаловала тебя наша служба.

— Да это вообще не наш профиль, — начал оправдываться Дорохин. — Наше дело за границу ехать, беглецов и шпионов выискивать, а не по советским поселкам машины разыскивать.

— Тут я спорить не стану, профиль действительно не наш, — согласился Дубко. — Но в том и состоит прелесть нашей работы, Коля, что она порой подбрасывает сложные задачи.

— Она бы еще и решения оригинальные подбрасывала, тогда бы ей цены не было, — пошутил Дорохин.

В этот момент на тропинке, ведущей от поселка Николина Гора, показался Богданов. Разговоры сразу стихли, все с надеждой смотрели на командира, но по выражению его лица никак не могли понять, удачный оказался его марш-бросок или нет.

— Запаздываешь, командир, — возвысив голос, произнес Дубко, когда расстояние между автомобилем и командиром сократилось настолько, что тот мог его услышать.

— Давно ждете? — вместо ответа спросил Богданов.

— Я первым пришел, здесь уже минут сорок нахожусь, — ответил Казанец.

— Мы с майором почти одновременно подтянулись, но тоже с полчаса ждем, — продолжил Дорохин.

— Делаю вывод: найти автомобиль «Жигули» с дипломатическими номерами не удалось ни одному из вас троих.

— Так точно, товарищ подполковник, не удалось, — ответил за всех Казанец.

— Неудивительно, — произнес Богданов и сменил тему. — Попить дайте, в горле пересохло.

— Почему неудивительно? — переспросил Казанец. Вопрос о воде он проигнорировал.

— Коля, посмотри в багажнике, там канистра с водой должна быть. — Богданов достал из кармана ключи от машины и бросил их Дорохину.

— Воду-то я достану, — ответил Дорохин, подхватывая на лету ключи. — Но ответ на вопрос Юрка меня тоже интересует.

— Будет вам ответ, только попить дайте, — заверил Богданов. — Ух, и устал я, ноги отваливаются.

С этими словами он опустился на траву около вяза, оперся спиной о толстый ствол дерева и закрыл глаза. Дорохин достал из багажника пятилитровую канистру с водой, пошарил в «бардачке», отыскал алюминиевую кружку. Налил до краев, подошел к подполковнику.

— Попей, командир. — Он протянул кружку Богданову, тот никак не отреагировал. — Ты что, спишь, что ли?

Дорохин потряс командира за плечо. Тот, не успев открыть глаза, выбросил правую руку вперед. Мощный удар выбил кружку из рук Дорохина, а Богданов потянулся, собираясь схватить его за запястье. Дорохин, зная, что за этим последует бросок через плечо, едва успел отскочить.

— Ты чего, командир? — возмущенно крикнул Дорохин. — Своих бить?

— А?.. Что?.. О, прости, Колян, это я машинально. — Богданов виновато посмотрел на возмущенного товарища, затем перевел взгляд на упавшую кружку.

— Воду пролил, мне руку чуть не отсушил, — продолжал возмущаться Дорохин. — Что происходит, командир? Тебе что, марафон бежать пришлось, что ты на ходу отключаешься?

— Марафон не марафон, а стометровку я свою законно пробежал, — ответил Богданов и снова взглянул на пустую кружку.

— Сейчас принесу, — произнес Дорохин, поняв невысказанную просьбу командира. — Только ты глаза не закрывай. Будить я тебя больше точно не буду.

— Пожалуй, я лучше встану. — Богданов поднялся с травы. — Неси воду, Коля.

Дорохин повторно налил воду, поднес кружку командиру. Тот осушил ее до дна, довольно крякнул и обвел взглядом товарищей.

— Итак, ваш поход оказался бесплодным, — выдал он.

— Можно и так сказать, — за всех ответил майор Дубко. — У тебя что, тоже голяк?

— Нет, я его нашел, — заявил Богданов.

— Отличная новость! — обрадовался Дубко. — Молодец, командир, всем нам нос утер.

— На самом деле мне просто повезло, — ответил Богданов. — Сектор выигрышный достался, как раз тот, в котором наш дипломат обосновался. Да еще и мальчонка смышленый да наблюдательный на дороге встретился. Можно сказать, он за нас девяносто процентов работы сделал.

— Что за мальчонка? — спросил Дубко.

— Дачник, он с родителями несколько лет на Николину Гору из Москвы на все лето приезжает. Уже почти местный. — Богданов улыбнулся своим мыслям, вспоминая, как «играл» с мальчонкой в тренировку памяти.

— Он видел «Жигули»? — вступил в разговор прапорщик Казанец.

— Не только «Жигули». Он и дом, в котором дипломат остановился, показал, и про постояльцев кое-что рассказал. Но самое главное, сейчас он сидит в «засаде» и караулит водителя дипломата, пока я за подкреплением хожу. Но лучше я все по порядку расскажу.

Богданов рассказал бойцам, как встретил Егора, как выудил из недр его памяти сведения о «жигуленке» и его водителе. Затем рассказал о том, как он с Егором пошел к дому Купчихи, который она сдала внаем сирийскому дипломату Башару Хаддаду.

— Надо признать, учится парнишка быстро. К дому Купчихи мы подошли «задами», чтобы на глаза никому раньше времени не попасться. Сначала осмотрели двор, затем перебрались через забор — Егор мне лаз показал, так что самому и искать ничего не пришлось.

— Какую же ты ему легенду выдумал, что он тебя к своим знакомым черным ходом привел?

— Пришлось фантазировать, — признался Богданов. — Когда мы только к дому пошли, я еще не знал, понадобится мне помощь Егора или нет, и я сказал, что просто хочу на дом посмотреть. Мы ведь память тренировали, вот я и сказал, что запомнить хочу, как выглядит дом. Мальчишке здесь настолько скучно, что ему без разницы было, правду я говорю или выдумываю. Одному по поселку слоняться не хотелось, вот он мои правила и принял. Потом, когда к дому пришли, и я увидел во дворе желанный автомобиль, пришлось «легенду» менять.

— Небось сказал, что ты секретный агент, — веселясь, произнес Дубко.

— Почти так и сказал, только не про себя, а про тех, кто в доме. Сказал Егору, что эта парочка раньше работала на советскую разведку, а теперь скрывается от властей, потому что владеет очень важной информацией. Еще сказал, что меня с товарищами послали поймать бывших разведчиков, но так, чтобы местных жителей не пугать и панику не разводить. Товарищи мои, мол, в лесу остались, а я на разведку пришел. Еще похвалил Егора за неоценимую помощь, что он нас от нудных поисков избавил, что, кстати, является сущей правдой. Ну, мальчишка, разумеется, проникся моей историей и согласился помочь.

— И каков результат? — спросил Дубко.

— Ты не перебивай, я обо всем расскажу в свою очередь. — Подполковник осадил Дубко и продолжил рассказ: — Подобрались мы к дому, в окно заглянули. Там в большой комнате водитель сидит, чай попивает. Дипломата нигде не видно. Что делать? Как выяснить, на месте главный подозреваемый или нет его?

— Был бы ты не один, можно было в дом ворваться и сразу все выяснить, — произнес Казанец. — А когда ты один да еще не знаешь наверняка, на месте ли объект… При таких обстоятельствах в дом не сунешься.

— Вот и я так рассудил, — согласился Богданов. — В дом, думаю, соваться рано. Уйти за подкреплением, не зная, на месте ли Башар, тоже не вариант. Если его в доме нет, тогда нужно его водителя успеть обработать, пока он один. А если он в доме, то и с тем, и с другим одновременно без шума может и не выгореть.

— И что же ты предпринял? — спросил Дубко.

— Да что тут предпримешь? Пришлось снова Егора подрядить. Он ведь с водителем вроде как в друзьях, за сигаретами он ему бегал и собеседником несколько часов кряду служил. Значит, признает его водитель. Обговорил с Егором детали и отправил на разведку. Тому свой интерес — шикарное приключение в каникулы. Ушел Егор, я за сараем устроился, жду. Долго его не было, я уже беспокоиться начал, как бы он не прокололся. Но нет, Егор свою роль как надо сыграл. Подкатил к водителю, про школу да про каникулы ему ерунды наговорил, а потом потихоньку расспрашивать начал: что да как, да почему в будний день на отдыхе. Тот ему и рассказал, что хозяин его наверху сидит, какое-то важное письмо сочиняет. Как допишет, мол, так он, водитель, его в город повезет. Егор смекнул, что время тянуть нельзя, и откланялся. Сделал вид, что вспомнил, будто мамка его ждет, за хлебом послала, а он загулялся. Убежал через калитку, потом в лаз шмыгнул и ко мне.

— Да, с помощником тебе действительно повезло. — Дубко одобрительно покивал головой и задал вопрос: — Значит, сам ты Башара не видел?

— Погоди, это только половина моих приключений. — Богданов протянул кружку Дорохину. — Коля, не в службу, а в дружбу налей еще водички.

— С чего это тебя так жажда замучила? — удивленно поинтересовался Дорохин.

— Слушай дальше, все узнаешь, — усмехнулся Богданов. — Дальше было совсем все весело. Только успел Егор мне свой разговор с водителем пересказать, как из дома вышел сам Башар. Постоял на крыльце, поозирался по сторонам и снова зашел в дом. Но ненадолго. Второй раз вышел вместе с водителем. Гляжу, водитель к машине пошел. Ну, думаю, все, отвернулась от тебя удача, Богданов. Сейчас сядут в машину и уедут, и тебе на своих двоих за ними не угнаться. Шепчу Егору на ухо, беги во двор, попросись, чтобы они тебя подвезли не важно куда, главное, запомни, в каком направлении они сами поехали. У Егора реакция оказалась отменная. Шмыгнул в лаз и через пару минут уже во дворе возле водителя трется. Я наблюдаю со стороны, открываться-то мне не время.

— И что? Увезли они Егора? — Казанец аж вперед подался от волнения. — Рисковый ты мужик, командир.

— Сам знаю, что рисковал, да только выбора у меня особого не было, — согласился Богданов. — Смотрю, Егор на машину показывает, значит, просится подвезти. А водитель головой в стороны качает, отказывает, значит. Ну, думаю, еще пару минут жду и выхожу из укрытия, другого выхода нет, иначе упущу дипломата. Выждал время, только собрался выходить, гляжу, дипломат в дом пошел, а Егор снова к калитке. Ладно, думаю, подожду еще. И правильно решил. Егор ко мне прискакал. Говорит: водитель его с собой не берет, потому что хозяин его против любых контактов. Но пока он в пассажиры напрашивался, узнал, что водитель дипломата недалеко повезет, только до станции железнодорожной. А потом, говорит, вернусь и тебя, куда попросишь, отвезу. Дипломат до вечера не вернется, так что весь день в моем распоряжении. Я Егору велел от водителя ни на шаг не отходить, а сам на станцию рванул. Карту местности я изучал, помню, что она не слишком далеко от Николиной Горы. Километра три пробежал напрямки через поселок, через лесок и вдоль речки. Прибежал на станцию и сразу дипломата увидел. Он в вагон электрички уже заходит. Я едва успел в соседний вагон заскочить. Проехали мы с ним всего пару станций. Он вышел, я уж было решил, что удача снова ко мне благосклонность проявила и я смогу его здесь отловить и к вам притащить. Но не тут-то было: как только он из вагона вышел, к нему двое мужиков подкатили. Одежда простецкая, колхозная, а выправка военная. Вот дела, думаю! Снова в догонялки играть придется. Они от станции пешком пошли, я за ними. Только недолго они пешим ходом гуляли, через пару сотен шагов к ним машина подъехала, «Волга» черная, они в нее сели и уехали, а мне пришлось обратно возвращаться. Без машины слежки в любом случае не получится.

— Номера машины запомнил?

— Обижаешь. — Услышав вопрос Дорохина, Богданов фыркнул. — Не только запомнил, но и звоночек со станции успел сделать. Полковник Старцев посодействовал, быстро номера пробил. Принадлежит «Волга» председателю колхоза «Путь к коммунизму», а располагается этот колхоз километрах в тридцати от Николиной Горы.

— Интересно, за какой надобностью Башару председатель нашего колхоза понадобился? — высказал общий вопрос прапорщик Казанец.

— Хороший вопрос, но ответа на него у меня нет, — произнес Богданов. — А вот что у меня есть, так это информация о том, что водитель Башара в данный момент едет в Москву, и прибудут они с Башаром на место не раньше шести часов вечера.

— Это ты откуда узнал? — спросил Дубко.

— Егор постарался. Когда я к дому, который снимает Башар, вернулся, Егор был уже там. Он и рассказал. Водитель его, как и обещал, до магазина подбросил, а сам в Москву укатил. Пока он Башара до станции вез, тот планы поменял и велел водителю в Москву ехать. Водителю домой за каким-то письмом пришлось вернуться, иначе Егор ничего не узнал бы. По дороге в разговоре водитель сказал, что вернется только к шести, не раньше, так как Башара ему забирать часов в пять вечера. Егор с ним попрощался и вернулся к дому меня дожидаться. А сейчас он дом караулит, на тот случай если Башар в мое отсутствие туда вернется. Один раз планы поменялись, могут и снова поменяться, ведь так? А нам неожиданности ни к чему.

— И каков наш план? — задал вопрос Казанец.

— Сейчас мы поедем к дому Башара, произведем там небольшой обыск, чтобы понять, чем он дышит, — начал Богданов. — А затем устроим в доме засаду. Вернутся Башар с водителем, мы с ними и побеседуем.

— Прямо в доме?

— Там видно будет. — Богданов взглянул на часы. — Сейчас девять тридцать, у нас в запасе как минимум восемь часов, если никаких неожиданностей нам день не принесет. Чтобы Егора надолго не задерживать, выдвигаемся немедленно. По дороге заедем в магазин, купим что-нибудь перекусить. Затем поедем в дом Башара. Машину оставим чуть дальше, и кому-то придется у машины дежурить. В случае, если будет нужен транспорт, мы наготове.

— Как собираешься разбираться с Башаром? — задал вопрос Дубко. — Он все-таки фигура неприкосновенная.