Рожденный для войны

Михаила же сопровождающий повёл в дальнюю часть здания и потом на второй этаж, где располагались административные помещения. И стандартный до зубовного скрежета, узнаваемый во всех мирах кабинет директора конторы средней руки. Владельца заведения Михаил знал по «воспоминаниям из будущего», но уже сейчас данный господин был весьма упитан, вальяжен и всем своим видом показывал, что он тут самый уважаемый человек. Иллюзий ни по его поводу, ни насчёт романтизации преступного мира Михаил не испытывал, но сейчас Ругимов был именно тем, кто нужен. Для него существовал один главный принцип — максимизация прибыли при минимизации издержек. А отсюда пока возможно, он предпочитал жить по закону или на грани закона и держать слово. Так как при бизнесе вдолгую жить по правилам намного выгоднее, чем при полном беспределе. А репутация человека, который держит слово, лишь когда ему одно место заправили в тиски и готовятся завернуть ручку — верный путь быстро примерить деревянный макинтош, положенный всем беспредельщикам. Но при этом при наличии соответствующих обстоятельств Ругимов без зазрения совести займётся любым криминальным бизнесом, если это станет выгоднее, чем соблюдать закон.

Собственно, именно на скупке нелегальных артефактов, оставшихся от альвов, в будущем они и познакомятся. Или нет, если Ругимов в ближайшее время не вляпается в те самые неприятности, которые в прошлый раз заставили его оставить казино и сделать пока ещё побочный бизнес мелкой контрабанды основным занятием.

А вот отпетого вида рожи, которые сидели рядом с Ругимовым, сейчас были совсем уж не к месту. Видимо, рассчитывая на возраст Михаила, он решил изобразить крёстного отца мафии? Не просто так по правую руку от хозяина казино сидел невысокий, но чрезвычайно широкий человек, с грубым, словно вытесанным из камня лицом, которое пересекал длинный неровный шрам. Взгляд у него был неприятный, острый, цепкий, взгляд хладнокровного убийцы. По левую находился пузатый господин, в деловом костюме весь какой-то добродушный и располагающий к себе… мошенник.

— Руслан Валерьевич, ну я же предупреждал, что у меня к вам серьёзный деловой разговор, — с укоризной сказал Михаил.

И демонстративно щёлкнул пальцами. Одновременно бросил плетение «ржавой гнили» в кресла помощников. Мебель в помещении была частью контура магической защиты, которую делал профессиональный маг по безопасности. Чары хорошо держали как прямой удар, так и попытку подсадить какого-нибудь магического «жучка» или проклятие. Михаилу-школьнику как бояричу вполне хватило бы силы пробить такую защиту, однако чисто за счёт голой мощи. И это сразу выставило бы его в неудобное, подчинённое положение сопляка, который мгновенно выкладывает свой главный козырь. «Ржавая гниль» была плетением из арсенала наёмников, которым частенько приходилось ломать зачарованные шаманами дикарей предметы. Внешне незаметное, плетение формально ничего не нарушало, потому спокойно просочилось через защиту, а дальше просто усилило абсолютно естественный процесс коррозии всех стальных деталей кресел.

Под аккомпанемент грохота разваливающейся мебели и свалившихся на пол людей, Михаил сел в приготовленное уже ему кресло, закинул ногу на ногу и вальяжно поинтересовался:

— Руслан Валерьевич, ваш цирковой антураж сам выйдет, или мне ему помочь? Во втором случае посоветую вам сразу подыскивать новых помощников, ибо эти двое на следующие полгода, если повезёт — будут бегать по больницам. Не повезёт — вы им пришлёте венок и пенсию родственникам.

Лощёный хлыщ и суровый убийца, не дожидаясь разрешения от босса, пулей вылетели из кабинета. После демонстрации возможностей на креслах в слова боярина оба поверили мгновенно. Ругимов остался спокоен, лишь привстал и сделал лёгкий уважительный поклон.

— Моё почтение, Михаил Юрьевич. Впечатлён и признаю, что первый раунд нашей дискуссии вы выиграли вчистую. Потому отвечу вам сразу честно. Помочь вам скрыться я не смогу. Ни за какие деньги. Вопрос не только в возможностях, подставлять шею под удар за проигравших я не стану. Надеюсь, вы оцените мою честность и откровенность.

— Ну так много я от вас и не попрошу, Руслан Валерьевич. И в качестве аванса наших хороших отношений на будущее подарю вам информацию. Откажитесь от завтрашней сделки по покупке накопителей Забытых. Или притормозите её и проверьте мою информацию. Я знаю, что господин Ясир ваш давний и надёжный партнёр, но в данной ситуации подставили в том числе и его. Подсунули груз. Настоящий владелец груза — Карим-бей, и по всем документам и накладным накопители сейчас в ячейке Каирского отделения госбанка Стамбула. Более того, накопители приготовлены как официальный подарок на встрече в Каире между генералом Юсуповым и Карим-беем. Через неделю.

Ругимов натуральным образом побелел. Карим-бей занимал должность визиря государственного спокойствия в Османской порте. Генерал Юсупов руководил Департаментом внешней безопасности Российской империи. Сразу и не скажешь, кто из них страшнее. А уж скандал с кражей официального подарка на межправительственной встрече… Тем более что Ругимов тут посредник-перекупщик, за неделю он груз уже сплавит с рук и не сможет вернуть. И никто потом не будет слушать его оправдания, что он не знал и готов компенсировать ущерб.

— Благодарю за предупреждение, Михаил Юрьевич, — хозяин кабинета встал и уважительно поклонился. — Я тщательно проверю вашу информацию, и если ваш источник не ошибается, то я ваш должник. Насколько я понимаю, у вас ко мне было какое-то предложение. Я готов вас выслушать.

Михаил на это ненадолго показал орифламу — Ругимов буквально впился в неё взглядом.

— Честность за честность, Руслан Валерьевич. Удар нам был нанесён серьёзный, но выбить всех у Воронцовых не получилось. Первую группу я уничтожил, вы сами убедились, — Михаил усмехнулся, — что моё место в клане несколько отличалось от, скажем так, официальных занятий.

Ругимов кивнул, затем всё же рискнул поинтересоваться:

— Если не секрет, чем вы… — он показал на обломки мебели.

— Ничего особенного. Вам ставил защиту хороший специалист. Но он не знаком с «ржавой гнилью». Не ругайте его и не требуйте неустойку, в наших краях с ней вообще мало кто встречался.

— М-да. Впечатлён, — развёл руками хозяин кабинета. — Сами, наверное, знаете, что у меня определённые торговые интересы в Африке. Настолько чисто и быстро исполнить «гниль»… Действительно, впечатлён. Ну что же, теперь я готов выслушать ваше предложение с вдвое большим вниманием.

— Для начала мне нужно в течение часа полностью заправленная машина «Шурале-победа» с прицепом и вот этот список, — Михаил положил листок на стол. — Взамен как полноправный глава клана через орифламу готов оплатить мой заказ передачей в ваше постоянное владение того самого участка нашей семьи в верховьях Коростли. Даже если моё следующее предложение окажется вам неинтересно, я полагаю, оплата моего первого заказа компенсирует вам все возможные неудобства.

Ругимов в принципе неплохо умел владеть собой, и Михаил-школьник ничего бы не заметил. Михаил-директор фирмы схожее состояние у своих заказчиков наблюдал не раз, потому внутренне рассмеялся. Хозяин кабинета заглотнул наживку и готов был хоть стриптиз на столе станцевать, если это необходимо для заключения сделки. Участок под санаторно-гостиничный комплекс в верховьях реки Коростель у семьи Столешниковых пытались купить все последние десять лет, но хозяева сидели как собака на сене. И сами не использовали, и не продавали. В деньгах боярский род не нуждался, туристическим бизнесом не занимался, просто купил давным-давно землю на всякий случай, когда подвернулась возможность. Получив сейчас участок, Ругимов спокойно может отказаться от своего рискованного бизнеса с казино, вложить деньги в санаторно-гостиничный комплекс, и буквально через три — четыре года иметь доход не меньше, но уже не рискуя постоянно шеей.

— Ваш заказ будет исполнен в течение часа. Если позволите… Я понимаю две винтовки, пулемёт и боеприпасы. Но остальное. Вы уверены, что вам нужны… школьные наборы? Может быть, вам добавить нечто потяжелее?

— Благодарю за участие, но я прошу точно по списку. И прошу нас дождаться здесь. Думаю, мы вернёмся ближе к полуночи. Тогда я буду готов обсудить вторую сделку.

— Я буду вас ждать, Михаил Юрьевич. С огромным нетерпением.

Глава 8

Нет места двоим

Агентура Воронцовых в городе точно имелась — это продемонстрировало уже то, что на выезде из Ярославля беглецов попытался задержать дорожный патруль. Представитель дорожной инспекции замахал полосатым жезлом, требуя остановиться на обочине рядом с их машиной. Нужно было оставить следы бегства, потому Михаил подчинился. Одновременно Маша, как маг Земли, развернула невидимый для простолюдина полог, способный защитить машину от выстрела. Аня её страховала. Заклинание было из арсенала наёмников Африканского легиона, стандартными полицейскими детекторами не фиксировалось. А ещё их школа не зря, считалось, даёт одно из лучших образований в стране. Принцип, рассчитанный на полуобразованных магов-легионеров, Маша и Аня ухватили сразу. Конечно, школьницы не могли делать всё с такой же скоростью и чистотой плетений, как профессиональные солдаты, у которых навык отработан годами тренировок. Но сейчас это и не требовалось.

— Здравствуйте. Лейтенант дорожной полиции Снежин. Назовите ваше имя. Прошу выйти из машины и предъявить права и документы на машину.

Михаил с искренней брезгливостью посмотрел на молодого паренька. Как тот торопится выслужиться перед победителями. Каждому из боярских родов выделен личный буквенный код номеров. «СТЛ» на номере может быть лишь у Столешниковых, а первая тысяча номеров всегда закреплена за семьёй.

— Лейтенант, если у вас плохо со зрением, советую его срочно лечить, пока вас не вышибли из полиции. На номер посмотрите.

— Молодой человек, немедленно вышли из машины и предъявили права. А также пройдёмте в полицейскую машину. На вас будет составлен протокол за оскорбление представителя полиции.

— Идиот, — искренне удивился Михаил. И громко, чтобы услышали два остальных полицейских, задумчиво сказал: — Давить тебя — бампер попорчу. Машину жалко. Аня, если этот идиот немедленно не сдвинется, спали его. И вон тех двоих, за то, что молча смотрели, как этот недоумок оскорбляет боярина.

Остальные полицейские соображали намного быстрее, хотели жить. И проверять, исполнит сопляк угрозу или лишь пугает, не собирались. Тем более, Михаил всё равно ещё боярин — а потому в своём праве. Он ведь спокойно указал полицейскому на его ошибку и на номер машины, и когда лейтенант продолжал настаивать — то совершил служебный проступок. Да ещё вдобавок нахамил боярину, заявив насчёт протокола и оскорбления представителя власти. Конечно, если боярин спалит полицейских, то уже он совершит серьёзное нарушение, подлежащее разбирательству: была ли превышена мера допустимого. Вот только даже если боярина признают виновным и сошлют в ссылку куда-нибудь в деревню на Чукотку, патрульным на том свете уже без разницы.

Коллеги выскочили из машины, заломили руки и буквально волоком оттащили лейтенанта. После чего один из них громко сказал:

— Приношу извинения, боярин Столешников. Лейтенант превысил полномочия. Проезжайте.

— Благодарю.

Едва дорожный патруль скрылся за поворотом, девочки облегчённо выдохнули, а Михаил, наоборот, весело сказал:

— Все молодцы, сыграно просто отлично. Теперь Воронцовы точно знают, куда мы поехали. И что мы в панике до полной неадекватности.

— Я уж испугалась, что мне и в самом деле придётся их подпалить, — нервно ответила Аня.

— Ни в коем случае. Они точно должны знать, в каком направлении мы бежим, иначе нас не успеют догнать сегодня.

За окном слева от машины струились прозрачные воды реки Коростль, как зеркало. Дорога пробежала мимо пары деревень с аккуратными сельскими домиками из красного кирпича, покрытыми светлою черепицею. Через богатые тёмно-зелёные и тучные луга, где паслись стада коров. Через поля, разделённые защитными лесополосами. Дальше дорога свернула в малообжитые места –те самые территории потенциального санатория, и потому если до этого навстречу редкие машины ещё попадались, сейчас дорога опустела совсем. Окрестности, в течение последнего часа казавшиеся довольно приветливыми, начали дичать. Давно уже не было видно сельских домиков по сторонам. Всё чаще вместо берёз и тополей попадались дубы или сосны, деревья то расходились, то теснились в группы. Наконец, им попался целый островок вековых сосен, на выезде из которого дорога уходила в холмы.

— Здесь, — приказал Михаил.

Они быстро разгрузили машину: девчонок явно распирало от любопытства по поводу странного груза, но пока никто не задавал вопросов.

— Женя, — Михаил показал на один из ящиков. — Ты ведь умеешь этим пользоваться?

— Конечно, — удивилась девочка. — Это стандартный набор для обучения мага Воздуха. Я как раз этой весной сдавала экзамен на вторую ступень мастерства, — сообразив, что остальным, плохо знакомым с тонкостями обучения воздушников непонятно, начала объяснять: — Вторая ступень означает умение тонкой работы с потоками. Ты надуваешь аэростат-зонд водородом из баллона, поднимаешь в воздух, а дальше толкая созданным тобой ветром, ведёшь по маршруту. На первой ступени ты просто смотришь на него и ведёшь по прямой, толкая созданными потоками. На второй ступени на аэростат ставят камеру, сам зонд ты не видишь. Заранее осматриваешь трассу, а потом, ориентируясь на маршруте чисто по камере, которая передаёт картинку вот на эти очки, как птица должен провести аэростат змейкой через реперные точки. Вся сложность толкать аэростат вслепую, и одновременно строить в голове картину местности, куда надо вести воздушные потоки. Но этот аэростат лёгкий, он же из бумаги. И магия воздуха капризная, там что-то лишнее на аэростат прикрепишь, и всё. Потоки собьются.

— Помните, я сказал, надо сделать так, как от нас не ждут? В сегодняшнем бою Женя станет нашими глазами. Тут аэростатов хватит с запасом. Вот здесь радиостанция, а у каждого будет радиоприёмник. Женя, поднимаешь в воздух аэростат, смотришь, говоришь нам. Запомни, никуда не лезешь, сидишь в самом укромном месте. Когда начнётся бой, от того, как точно и быстро ты будешь нам сообщать, кто куда двигается и пытается нас обойти — зависят наши жизни. Поняла?

— Да, — Женин взгляд загорелся.

— Как далеко ты можешь контролировать?

— Ну… у меня пока только вторая ступень. Километра три, не больше.

— Это если смотреть?

— Нет, если управлять. Смотреть — очки тянут за десять, а то и пятнадцать километров. У них же свой источник, завязанный на камеру. Но так далеко управлять только магистры смогут.

— Годится. Не надо управлять. Поднимай аэростат в воздух и пройди над дорогой. Толкни его, чтобы он просто летел в сторону Ярославля. Потом отдых, чтобы не тратить зря ману. И снова просто поднимаешь аэростат и свободным полётом пускаешь над дорогой.

— Поняла.

— Юна, Яна. У вас задача двойная. Во-первых, вы прикрываете Женю. Пока она смотрит за небом. Если к вам подходит противник, хватаете Женю и отходите на резервный пост. Задача та же. Пока мы втроём ведём бой, вы трое должны обеспечивать связь и наблюдение. Сейчас Женя вам объяснит требования к площадкам, обойдёте окрестности, найдёте четыре точки. Дальше втроём оборудуете основную и три резервных позиции.

— Поняли, — первой ответила Яна.

— Теперь второе. В бою вы будете нашей артиллерией. Точнее, минёрами. Как закончите с площадками, я покажу как из вот этого, — Михаил показал на три ящика, заполненные простенькими источниками питания для разных техномагических устройств, металлическими гайками и прочим, — сделать мины. Слабенькие, но много. Плетение, которое я вам покажу, становится на боевой взвод, когда вы запускаете мину магическим толчком. Врага эти мины вряд ли остановят, но если забросать пути движения, постоянные подрывы будут бить по их пологам и мешать бежать. Я покажу как, запускаете сразу группу зарядов. Дальше подрыв в воздухе, и отдельные элементы падают на землю.

— Сделаем, — в этот раз за обеих близняшек сказала Юна.

— Теперь мы. Я с пулемётом занимаю позицию вот тут, — Михаил показал на второй холмик пониже. — Откопаю полноценную стрелковую ячейку. Женя, стрелять буду строго по твоей наводке.

— Я поняла. Я сейчас пройду и пролечу сейчас. Нас учили для сдачи экзаменов по воздушному ориентированию, здесь то же самое можно сделать. Разобью всё вокруг по квадратам и вам нарисую, где какой номер.

— А зачем копать? — удивилась Маша. — Я маг Земли, я тебе за десять минут всё сделаю.

— И фонить будет на всю округу. Как маяк поставить: я тут. Нет, окоп только лопатой. А ты сейчас прямо на дороге выкопаешь яму, и мы заложим мину. Её должны заметить, потому и магия. Они остановятся. Дальше атакуете ты и Аня. Не напрямую магией. Вот.

Михаил указал на семнадцать простых железных труб и выложенное рядом снаряжение. В первую очередь плоские как таблетки пороховые заряды для запуска тренировочных мишеней: любой маг, а тем более дворянин, независимо от пола проходил минимальный гражданский курс начальной военной подготовки. Хотя бы для самообороны при нападении простолюдина.

— Соединяем три заряда, получаем стартовый ускоритель. Аня, контролируешь процесс запуска заряда, чтобы не разорвало и ровно горело. Маша, от температуры и для укрепления стенок, обернёшь трубу коркой песчаника, песка под ногами полно. Дальше. На пороховую ракету фейерверка накладываем заряд, который приготовлю я. Все пятнадцать штук снарядим заранее, плюс ещё парочку без заряда попробуем запустить для тренировки. Маша, Аня, вам придётся работать в паре. Аня, смотри внимательно. Видишь, на ракете сопла? Это ракета для так называемого сложного фейерверка. Обычно заранее настраивают отклонения сопел, чтобы после старта ракета летела и сверкала по заранее рассчитанной траектории. Например, рисовала фигуру в воздухе. Сейчас делаем так. Придумайте систему знаков. Маша, ты наводишь и стреляешь. В тире стреляла — и тут сможешь. Дальше следишь за ракетой, и если она отклоняется от цели, Аня полёт поправляет, зажигая нужные сопла. Тут есть комплект лука и стрел, тоже потренируетесь. Стреляете из лука и следите за стрелой. Задача обстрела минами и ракетами в первую очередь перегрузить амулеты и защитные пологи. Тогда я добью всех пулемётом.

— Поняли! — ответил нестройный хор.

Сразу как младшие девочки убежали искать места для своих позиций, Аня осторожно сказала:

— Миша. Ты тут очень интересные плетения боевые показал. И ты их явно не вчера узнал. И вот это ещё. Мины, остальное. В школе такое не учат. Я правильно понимаю, тебя на самом деле на «тень» готовили? Потому-то из всех, кто возможно уцелел после первого удара, орифламу передали тебе?

Кто такие местные «тени», Михаил не знал, да и прежний Миша тоже. Но смысл примерно понял и порадовался удачной версии: остальное девочки додумают сами.

— Да.

А вот Маша явно не поняла, о чём речь, и переспросила:

— Тень? А что за тень?

— Я от отца знаю… и то почти случайно и потому что он был официально наследником дедушки, — закусив губу ответила Аня. — Тени — это внутренняя безопасность клана. Кто они и сколько их, знает лишь глава и его наследник. А ещё Старшая тень. Они вроде как все, живут, кто работает, кто как Миша был — лентяй и раздолбай, уж прости. А на деле всё это — маска. Тени следят, чтобы никто внутри клана свой интерес не ставил выше интереса рода. Старшая тень — единственный, кто имеет право высказать возражения и не согласиться даже с мнением главы рода. Правильно, Миша?

— Ну так высоко мне было ещё рано, — усмехнулся Михаил. — И вообще, вчера было моё первое настоящее задание, которое я провалил.

— Ага, — не удержалась и хихикнула Аня. — А я-то думала, ты коньяк хлещешь, потому что рассчитывал Ленку Салахову притащить и трахнуть, а она тебе отказала. И тут мы припёрлись… — на этом настроение у неё опять поменялось, в уголках глаз выступили слёзы.

Михаил обнял обеих девушек и прижал к себе:

— Считайте, это Господь вас направил. Не знаю зачем, но он решил дать шанс именно нам. И мы обязаны его использовать.

— Мы справимся, — Маша тоже не смогла удержаться, в глазах стало мокро, но голос прозвучал твёрдо.

Женя подала сигнал тревоги, когда небо уже совсем посерело, мглистый воздух словно бы растворял глаза. Солнце как раз скрылось за деревьями и холмами. Наступил тот самый момент, когда в воздухе непонятно откуда — не с неба, а словно бы излучаемый землёй — рассеян повсюду и царит полновластно какой-то странный зыбкий сумеречный свет. Михаил заодно порадовался, что они получили новость заранее. Самый опасный для новичка момент в бою — первые минуты, когда организм бешено выбрасывает адреналин в кровь, а ты ещё не умеешь с этим справляться. Сейчас же, когда из лесочка показался кортеж из четырёх легковых машин и похожего на пузатый огурец автобуса, девушки были спокойны и готовы к атаке.

Приманкой был автомобиль, на вершине холма и тройка манекенов в одежде Михаила и старших девушек. Как будто они пробили колесо и его меняют. Издали на фоне почти стемневшего неба сразу не разберёшь, что это не люди, а дальше будет уже поздно. Женин голос отсчитывал дистанцию до мины:

— Прошли квадрат два. Минус сто. Минус пятьдесят.

Михаил был уверен, что опытные бойцы Леонида Воронцова заметят мину, остановятся, в этот момент и надо наносить удар. Вместо этого, заметив беззащитные жертвы, первый легковой автомобиль увеличил скорость — и на полном ходу влетел на мину. К небу поднялся столб пламени и яркий, чадящий бензином факел: заряд они закладывали с запасом, хватит танк подорвать. Остальные машины ударили по тормозам, съезжая на обочину в разные стороны. Тут же в автобус прилетела ракета от девушек. Ударил взрыв кассетного боеприпаса, заработал пулемёт. Трассирующих в этом мире не знали, но на вопрос Михаила, порывшись в школьных знаниях, Аня извлекла из памяти заклинание светлячка. Примитивное, для первого класса, потому его смог наложить предрасположенный к стихии Воды Михаил. Зато теперь Женя могла корректировать в темноте огонь пулемёта.

— Отходят в квадрат три, — позвучал в наушнике радиоприёмника голос Жени.

Грохнул взрыв, ещё один. Михаил планировал, что основным оружием будет именно пулемёт, всё остальное лишь прижать и ослабить защиту. Вышло наоборот. Сделанные на коленке суббоеприпасы чуть ли не каждый второй детонировал ещё в воздухе, часть взрывалась от удара о пологи, разбрасывая во все стороны шрапнель из гаек. Остальные падали на землю и рвались уже под ногами. Не менее эффективными стали и ракеты с фугасной боеголовкой.

— Маша, снайпер — четвёртый квадрат, возле пожелтевшей сосны. Готовится к стрельбе. Цель поражена. Михаил, смещаются в квадрат пять-два. Прижми. Яна, они залегли. Огонь.

Противник был опытный, действовал абсолютно верно исходя из привычных им боестолкновений. Сомкнуть щиты против пулемётного обстрела. Чем плотнее группа и меньше площадь защиты, тем легче прятаться и отбивать атаки. Снайперами сковать вражеских магов, даже отражённая щитом пуля обычно сбивает концентрацию и мешает бросать атакующие заклинания. И главное — плотный концентрированный огонь сомкнутой группой, выбивая при этом магов одного за другим. Сейчас эта тактика оказалась гибельной.

Сразу после первых выстрелов, Аня и Маша ушли на закрытую позицию с обратной стороны холма. Женя нашла цель — выглянули, Аня прикрывает от пули, Маша стреляет. Дальше Маша прикрывает от шальных попаданий и наводит, Аня, сосредоточившись, ведёт ракету. Снайперов с чего-то оказалось всего два. Они прекрасно умели маскироваться: заняли позицию — и не заметишь. Вот только с воздуха их передвижения были как на ладони. Обоих мгновенно размазало в кашу прямым попаданием фугаса.

Бойцы сомкнулись из-за пулемётного обстрела, попытались замаскироваться? С неба они всё равно были как на ладони, а кассетных зарядов вдохновлённые интересной, но простой задачей, близнецы наделали много и сейчас не жалели. Заодно кое-что добавили из знаний, которые им преподавал отец как специалист по металлу. Плотную массу пехоты сначала разметало взрывами кассет прямо над головой, дальше одинокие бойцы стали беззащитны перед пулемётным огнём. Тяжёлым пулям было всё равно, чего кромсать — плотную кору и древесину сосновых стволов или хрупкую человеческую плоть. Да и близнецы несколько раз добавили. И не скрыться, не убежать, висящие наверху глаза найдут каждого.

— Миша, вражеский маг движется в твою сторону. Дистанция триста.

Леонид Воронцов не зря считался одним из сильнейших магов своего клана, с огромным запасом маны. Наверняка и накопители с собой таскал. К пулемётной позиции, несмотря на обстрел, вышел почти целый, разве что весь в грязи и рукав порван. А вот пластырь на лбу он явно получил сегодня утром. Уже стемнело, склон холма освещали лишь яркая молния, которую Воронцов держал между руками. Увидев Михаила с винтовкой в руках, направленной на него, Воронцов хрипло рассмеялся:

— Испугал пукалкой для быдла, слабак. Ты убил Дмитро, ты убил Стаса. Я буду тебя медленно зажаривать, а потом отымею и зажарю живьём твоих соплячек. Обожаю молоденькое девственное мясо. А магички боярские должны выдержать побольше, чем простецкое быдло.

Грохнул выстрел — для отвлечения. Леонид на пулю не обратил внимания, та срикошетировала от полога в сторону. Дальше ему в грудь полетело «ледяное копьё», в которое Михаил вложил всё, чего ему доступно. От столкновения с защитой толстая сосулька всё равно попросту растаяла и стекла на землю лужей. Михаил и не рассчитывал чарами пробить защиту такого опытного и сильного мага. Одновременно с ударом «ледяного копья» он начал стрелять в ту же точку тела. Прогнувшаяся от удара магией, защита уже на второй пуле не смогла дальше гасить заброневое действие кинетического удара. Три пули, выпущенные в упор с начальной скоростью два километра в секунду, пусть защиту и не прошли, зато сломали Леониду Воронцову рёбра. Он закричал от боли, потерял концентрацию, молния сорвалась с руки и упала в лужу под ногами.

Воронцов и в самом деле был очень сильным магом. Когда ушла вспышка, и рассеялся пар, опознать обгорелый труп не смогла бы даже тщательная судмедэкспертиза.

Глава 9

Геральдическая палата

В самую глухую часть ночи, когда гаснут окна спален, одиноко скучают на улицах города фонари, громады домов оденутся тёмно-фиолетовым флёром и обольются голубоватой краской перемешавшегося лунного света и электрического от фонарей, через Ярославль тащилась одинокая «шурале-победа». Город, в котором днём бурно и буйно кипела жизнь, сейчас явился в каком-то стройном и очаровательном величии, как спящий после дневных трудов исполин, покоящий огромные свои члены. Окна салона машины были открыты, и вместе со свежим воздухом затекала мёртвая тишина, которую порой нарушал только отдалённый лай собак, да пару раз вдалеке послышался мерный топот коней полицейских кавалерийских патрулей, беспрерывно ездящих по улицам спальных кварталов. Маше и младшим девочкам городские звуки спать не мешали. Они вообще заснули в первые же полчаса дороги. И усталость, и реакция на первый в жизни бой. Аня клевала носом, но героически сидела на переднем сиденье и старалась подбадривать водителя, чтобы Михаила от темноты и тишины не клонило в сон. Лишь когда показались фонари городских улиц, расслабилась и тоже уснула.

Михаил неторопливо пересёк жилую зону и углубился в промышленную часть. Здесь ни собак, ни полиции не было, изредка при свете фонаря мелькала по краю зрения непонятная тень. Да и фонари горели через один, а те, что всё-таки светили, делали это очень тускло. Только у ворот заводов яркие лампы вырывали у ночи кусок пространства, и от этого остальная часть промзоны казалась ещё темнее. Зато казино работало, ярко освещалось, и парковка рядом с ним была даже полнее, чем днём. Впрочем, Михаилу искать место не пришлось. Их ждали. Сразу, как машина подъехала, её встретили и пропустили в закрытую служебную часть. С трудом растолкав сонных девчонок, Михаил убедился, что их хорошо устроят — в служебной части здания нашлась подходящая комната, куда из ресторана пообещали принести горячий ужин. Сам же Михаил от еды отказался, потому что торопился решить все вопросы с Ругимовым.

Хозяин казино встречал гостя всё в том же кабинете. Едва гость вошёл — поднялся из-за стола, встретил у самого порога и уважительно пожал руку.

— Доброй ночи, Михаил Юрьевич. Рад вас видеть. Если честно, я поспорил сам с собой, сможете ли вы выкрутиться. На ваш успех я ставил два к одному.

— И велик ли заклад был, если не секрет? Как дорого вы сами себе оценили моё предприятие?

— Позвольте оставить это маленькой профессиональной тайной, — усмехнулся Ругимов. — Время, я так понимаю, дорого. Но раз вы на обратной дороге не стали сразу ехать в Геральдическую палату и регистрировать род Тёмниковых, а сначала решили заехать ко мне, думаю, ваше деловое предложение окажется довольно интересным. Я, уж извините, позволил себе навести справки насчёт не только вас, но и ваших спутниц. С группой ваших… скажем так, оппонентов из Воронцовых, вопрос решён? Я правильно понимаю?

Михаил внешне сумел удержать невозмутимое выражение на лице, мысленно же ругнулся: ай да альтер-эго, ай да руки из жопы. Лазейку он нашёл, уникальное решение. А оказывается, ничего такого сложного и неповторимого в этих планах нет. С другой стороны, в итоге так даже лучше. Раз решение о регистрации нового рода для спасения семьи лежит на поверхности и выглядит как самое логичное, к Михаилу и девочкам остальные дворянские рода отнесутся нормально.

— Да, вопрос решён. Никто из них больше никогда не сможет предъявить хоть какие-то замечания к моим действиям. Вообще никто.

— Вот как? Интересно сказано, надо бы запомнить, — добродушно улыбнулся Ругимов. — Не сможет предъявить замечания к действиям. Действительно, хорошо сказано. Тогда позвольте перейти сразу к делу. Я правильно понимаю, пока вы ещё Столешников, вы хотите продать мне ещё какие-то активы семьи?

— Больше, Руслан Валерьевич, я хочу вам предложить намного больше. Вы же знаете, что едва я сменю фамилию, то потеряю доступ к орифламе. Но не саму орифламу. Вы меня понимаете? Завязанные на неё активы нашей семьи сохранятся, включая все положенные законом льготы. Да, их нельзя будет продать, зато я предлагаю вам договор на доверительное управление. Доходы мы разделим пополам. Но с условием, с моей стороны будут вписаны и девочки, а договор мы будем оформлять с магической клятвой на соблюдение договора. Решение от вас я жду немедленно. Договор будет действовать, пока я, девочки или наши потомки не вернут себе право на орифламу сокола.