Свадебная вендетта

Я отмахнулась от сердобольного друга и продолжила давить:

– Понимаете, в вашем случае все слишком очевидно. Мать Виктора описала вас, как девушку с крашеными волосами, но розовая краска с челки слезла – она практически не видна, и человеку, который вас раньше никогда не видел, в голову не придет такое описание. Сейчас ваши волосы выглядят вполне натурально. Она видела вас раньше и, очевидно, не часто – иначе назвала бы ваше имя, вспомнила бы, что сын с вами встречался. Виктор редко вас водил к себе домой. Может, и матери даже не представил. Или представил мельком. Она просто узнала ваше лицо, но не вспомнила, где его видела. Вспомнила только вашу крашеную челку. Вы хотели сюрприз устроить не Виктору, а себе. Посмотреть на него на свадьбе, в объятиях другой женщины, пощекотать нервы. А может, вы его убить собирались?

– Нет! – возмутилась девушка. – Я бы никогда ничего плохого Вите не сделала.

– А Виктории?

– Я бы не смогла – работы было много. Хозяин «Рая» прижимистый, и людей нанимает в обрез. Для приготовления банкета рук не хватало. Я была очень занята и все время находилась на виду у других. Даже с вами столкнулась на улице – вы же помните. И с мамой Виктора тоже. Мне показалось, что она меня узнала, когда я подняла ей сумочку, но она не поздоровалась.

Яна хотела сдержаться, но против воли обиженно шмыгнула носом.

– Успокойтесь, – сказала я, – возможно, сработала ваша униформа. Людей в форменной одежде мы обычно воспринимаем как фон, и даже, если видим знакомое лицо, не сразу можем определить, откуда знаем этого человека.

– Вика ничего не заподозрила? – вдруг спросил Гарик. – Она ничего не знала о ваших встречах с Виктором?

Официантка с удивлением посмотрела на моего друга. Словно только что рассмотрела его в этой тесной комнате, пропахшей дымом и дешевым кофе.

– Я почему спрашиваю – похоже, вы особо не скрывались, – пояснил Гарик, – и даже в прошлый раз приехали на остров со свадебным фотографом. Получается, он тоже был в курсе.

– Фотограф бы молчал, – сказала Яна, – Витя умел с людьми договариваться. Но вы правы – он не слишком старательно меня прятал, хотя я живу в том же районе, что и Вика. Однажды мы чуть не нарвались на каких-то его знакомых. Витька вовремя разглядел их на улице, и мы свернули в переулок.

– Вы что, в открытую по улицам гуляли? – удивилась я.

– Это был мой день рождения, и я хотела провести его с любимым человеком, – с вызовом ответила Яна.

Я задумалась. Виктор охотно проводил время с бывшей девушкой, хотя на носу была свадьба. Пусть он, как и многие мужчины, был сторонником разнообразия, но обычно перед тем, как связать себя узами брака, мужчины все же более сдержанны в своих влечениях. Значит, он был почему-то уверен, что ничего его будущему браку не угрожает. Что дало ему такую уверенность? Или он просто из тех подлецов, которые не считают нужным признавать какие-то обязательства перед женщиной?

– Вы говорите, что не знали Викторию.

– Не знала.

– Но Виктор наверняка о ней рассказывал. Что именно?

Яна помолчала и снова потянулась за пачкой сигарет.

– Вы мне не поверите, – прошептала она, глядя в окно.

– Поверю, рассказывайте.

Яна продолжала молчать и разглядывать кусты за окном. С реки доносился умиротворяющий плеск волн, накатывающих на берег, и эти звуки казались саундтреком совсем другой истории, а не той кровавой драмы, что разыгралась здесь, на острове.

– Яна, сейчас нам очень важно услышать правду. Виктор каким-то образом вынудил Викторию выйти за него замуж, так?

Гарик, не выдержав такого поворота, возмутился:

– Ты что несешь, Тань?

Я не повернулась к нему и продолжала сверлить взглядом свидетельницу. Та, в свою очередь, с изумлением смотрела на меня:

– Откуда вы знаете?

– Нетрудно догадаться. Они ссорились и даже сегодня не были похожи на счастливую пару. Виктория в день своей свадьбы, будучи на сказочном райском острове со своим суженым, идет прогуляться в полном одиночестве, в то время как ее жених развлекается с друзьями, даже не вспоминая о невесте. Несколько человек рассказали нам о ссоре, которая произошла между молодыми на теплоходе. А еще мне бросилась в глаза одна деталь: никто из свидетелей не говорил о том, что Виктор и Виктория страстно любили друг друга. Наоборот, я то и дело слышу откровенное недоумение – как Виктория согласилась выйти замуж за этого человека? Выводы просты – согласилась, потому что не могла не выйти, так? Речь идет о каком-то шантаже, – я наконец повернулась к Гарику, – том самом, о котором упоминала завуч.

Он медленно кивнул, словно догоняя мою мысль.

– Все это звенья одной запутанной цепи. Помогите мне ее распутать, Яна. Своим рассказом вы уже никак не навредите Виктору. Наоборот, поможете поймать убийцу.

* * *

День был ветреный. Весна наступала медленно, и кое-где, в глубоких ямах и оврагах, до сих пор лежал грязный снег, покрытый хрусткой ледяной коркой. Несмотря на такую погоду, Яна надела легкое пальто. Хотелось в свой день рождения выглядеть красиво. Пальто было густого черничного цвета и очень шло к ее тонкой фигуре и светлым волосам с кокетливой розовой челкой. Она вышла на улицу и задохнулась от морозного воздуха, обжегшего легкие холодным огнем.

– Дура, замерзнешь же, – с коротким смешком поприветствовал ее Витька.

Он был в короткой кожаной дубленке и выглядел роскошно, впрочем, как и всегда. Его неимоверная привлекательность даже немного злила Яну – она понимала, что встречные, увидев их на улице, прежде всего думают о том, какой этот парень красивый, а уж потом, во вторую очередь, замечают ее. И хотя она не была серенькой мышкой и была довольна своей внешностью, по эффекту явно проигрывала своему спутнику.

Красота Виктора была какой-то избыточной. Конечно, Яне хотелось, чтобы все было наоборот. С другой стороны, это помогало ей примириться со своим положением. Стань она его женой, всю жизнь бы оглядывалась – не хочет ли кто посягнуть на ее сокровище и – сходила бы с ума от ревности. А так – в положении тайной любовницы – у нее оставалась возможность сохранить над ним какую-то власть и одновременно не быть зависимой. А находиться в зависимости от своих чувств – ужасно унизительно. Поэтому можно считать, что в тот день, когда Виктор объявил о своем намерении жениться на Вике, она выиграла, а не проиграла.

Выстроив в голове эту нехитрую цепочку, Яна почувствовала укол самолюбия – себя не обманешь. Ей хотелось выть и кричать. Но она никогда и никому в этом не признается. Если ей уготована такая роль – она ее примет. В конце концов, браки сегодня совершаются не на небесах, а в ЗАГСах. И там же спокойно расторгаются. Надо затаиться, подождать и посмотреть, к чему эта история с женитьбой приведет. Может, она зря беспокоится, и Виктор, начав жить с женой, быстро осознает, что потерял.

Яна улыбнулась любимому самой сладкой из своих улыбок.

Виктор вручил букет и распахнул перед ней дверь машины, но девушка скорчила капризную гримаску:

– Давай лучше погуляем.

– В такую холодину? – удивился Виктор. – Поехали лучше в ресторан. Я жрать хочу. А потом ко мне. – Он недвусмысленно подмигнул.

– Нет, сначала погуляем, – заартачилась девушка. Ей хотелось пройтись с ним и хотя бы ненадолго представить себе, что они пара и что им нечего скрывать, – пожалуйста! У меня день рождения все-таки!

– Господи, ну о’кей, – Виктор с раздражением хлопнул дверцей. – Только недолго. А то сдохнем от холода.

Они пошли по длинной улице, выходящей к городскому парку. Аттракционы в это время года еще не работали, но на дорожках, петляющих между деревьями, было много народу. К тому же, на радость, гуляющим парочкам и мамашам с детьми, открылись первые ларьки со сладкой ватой и фастфудом.

Виктор с удовольствием купил им по гамбургеру, и они торопливо съели их у шатающегося высокого столика, вытирая салфеткой, капающий с пальцев жирный соус.

– Ресторана это не отменяет, – невнятно пробормотал Виктор, дожевывая последний кусок.

Она улыбнулась – в этом парне всегда боролись две противоположности: его пролетарское происхождение, радующееся дешевому гамбургеру в уличной забегаловке, и успешное настоящее, с его понтами и тягой к дорогим ресторанам.

– Конечно.

Прогулка длилась недолго – Яна быстро пожалела о том, что решила побродить на холодном ветру. Пальто совсем не грело, и она уже через десять минут начала стучать зубами. Хот-дог и кофе в бумажном стаканчике сильно не согрели, поэтому парочка быстро повернула обратно.

На полпути к ее двору, где Виктор оставил свою машину, он вдруг остановился, резко дернул ее за рукав и свернул в узкий грязный проулок.

– Что такое? – заволновалась Яна.

– Да там… Знакомые. Давай обойдем.

Она закусила губу, но смолчала. Таковы правила игры, и надо привыкать прятаться: прикрывать лицо на улице, сворачивать в незнакомые переулки и не дергаться, когда в ответ на ее звонок он будет отвечать бесстрастным металлическим голосом: «Да, Павел Геннадьевич». Зачем ему вообще понадобилась эта Вика – невзрачная училка с коровьим взглядом и таким надменным выражением лица, словно все вокруг не люди, а ее нерадивые ученики?

– Кого ты там увидел? Знакомых твоей высоконравственной богини? – съязвила она, хотя обещала себе никогда ничего не говорить о его будущей жене.

– Ты что, обиделась? – Витька приобнял ее, и Яна почувствовала, как удушающее счастливое тепло разливается по всему телу. Как же она любила его прикосновения!

– Мы же обо всем договорились, так? Котенок? – Он взял ее за подбородок и развернул к себе. – Если продолжишь в том же духе, закончим все прямо здесь и сейчас. Я не хочу, чтобы ты обрывала мне телефон или звонила ей.

– Да не буду я! – испугалась Яна и вцепилась в его руку. Не хватало еще испортить себе расставанием день рождения.

– Ты – моя маленькая вкусная тайна, – он легко коснулся пальцем ее замерзшего носика, – моя и только моя приятная тайна. Пусть так и остается.

Они пошли дальше, и Виктор, желая немного скрасить настроение своей обиженной спутнице, невзначай произнес:

– И кстати, не такая уж она высоконравственная.

* * *

– Что он имел в виду? – спросила я.

– Только то, что сказал. Высоконравственной его невеста не была. Витя упомянул, что впервые увидел эту свою Вику в довольно пикантном месте.

– Денис Овчаров познакомил своего друга с Викой, – не поняла я, – что в этом безнравственного?

– Этот дурак до сих пор так думает, – фыркнула Яна.

Она слезла наконец с подоконника, опустошила пепельницу в мусорное ведро, стоящее у двери, и включила электрический чайник, чтобы заварить кофе. Чайник уютно зашумел, придавая нагретой солнцем комнате дачную атмосферу.

– Да, их личное знакомство произошло именно через Дениса. Но Витька уже видел Вику раньше.

– Где?

– В одном закрытом стриптиз-клубе на окраине города. «На крючке». Знаете о таком?

Я обернулась к Гарику – журналисту такие вещи бывают известны.

Тот хмуро пояснил:

– Частный нелегальный стриптизник. Находится в промзоне. Днем маскируется под крутой рыболовный магазин, но внутри есть вторая дверь, ведущая в соседнее здание. По вечерам туда съезжаются клиенты. Полиция в курсе, но ничего не делает: прикормлена. Слишком много влиятельных людей посещают это заведение. Устроено оно по высшему классу. Дизайнера для внутренней отделки приглашали из Европы. Бар весь импортный.

– А что в меню?

– Элитные удовольствия. Массаж, стриптиз, проститутки, наркотики, казино. Любые пожелания клиентов. Все, разумеется, высшего класса.

– Что там делала Вика? – спросила я у Яны.

– Она там работала, – ответила официантка, – не проституткой, нет. Иначе Витька и не подумал бы на ней жениться. Она только танцевала стриптиз, но была очень востребована. Выходила к шесту в образе строгой училки. Не знаю, что в ней такого было, но, по словам Витьки, богатеи просто с ума сходили. В ночь, когда она работала, в заведении был аншлаг.

– Да ни в жизнь не поверю, – воскликнул Гарик. – Тань, кого ты слушаешь? Обиженную бабу, которая спит и видит, как бы мужика обратно вернуть?

– Но возвращать-то уже некого, – напомнила я.

– Я не обманываю, – Яна налила себе в чашку кипятка, насыпала две ложки растворимого кофе и, усевшись на тот же подоконник, прикурила очередную сигарету, – Витька сказал, что глазам не поверил, когда увидел Вику с Денисом. Присматривался к ней весь вечер издалека и наконец понял, что это она. Денису ничего не сказал, разумеется, но перехватил Вику где-то на следующий день.

– Зачем?

– Ну как вам сказать? Не только богатые папики голову от нее теряли. Витька тоже приезжал в клуб ради этой стервы. Говорит, в жизни ее почти невозможно было узнать. На сцену в клубе Вика выходила совсем другой – накрашенная, в образе, очень раскрепощенная. Узнав, кто она, Витька уже не мог отпустить свою добычу. Он год о ней мечтал.

– Хорошо, допустим, это правда. Но Вика о таком женихе вряд ли мечтала, – возразила я, – как же в конечном итоге так вышло, что эти двое сошлись?

Яна улыбнулась:

– Вы просто не знали Виктора. Он всегда добивался своего. Если сказал: «Будет моя», значит, так и случится. Насколько я знаю, этой дурочке поначалу польстило его внимание. Было с кем сравнивать – Дениска все же никакого сравнения с Виктором не выдерживал. Но она вдруг заупрямилась и встречаться не захотела. Тогда он стал ее шантажировать.

Я понимающе кивнула:

– Угрожал, что расскажет ее родителям.

Яна нервно рассмеялась:

– Да вы и Вику совсем не знали, господа следаки.

Мы с Гариком переглянулись.

– А это, черт возьми, что значит?

Яна выпустила сквозь зубы белесую струю дыма, растаявшую в занавесках:

– Да ей плевать было на то, что подумают родители. Значение для этой дряни имела только ее карьера. В клубе Вика углядела какого-то чиновника, который имел отношение к сфере образования. Не буду говорить «министра», потому что даже Витька толком этого не знал. В общем, она сделала исподтишка несколько пикантных фотографий, и как-то заявилась к этому развратнику прямо на работу. Пригрозила, что обнародует снимки – мол, у ее молодого человека есть знакомые журналисты и в их числе даже главный редактор «Итогов». – Гарик при этих словах густо покраснел. – За молчание Вика потребовала продвижения по карьерной лестнице.

– Теперь понятно, как ей удалось получить ту должность в отделе образования.

– А что так слабо? – встрял Гарик, в котором наконец проснулся дотошный журналист. – Если она ухватила министра за яйца, могла бы и больше потребовать.

– Это вызвало бы вопросы, – ответила я вместо Яны, – а Вика явно хотела создать видимость честного карьерного взлета. Мужик был на крючке и с дальнейшим продвижением тоже помогал бы.

– Все так, – засмеялась Яна, – но эта святоша сделала ошибку – как-то напилась и рассказала об этом Витьке.

– И тот воспользовался информацией, чтобы принудить ее к замужеству, – заключила я.

– Точно. Она сначала не восприняла его всерьез, но Витька встретился с завучем школы, которая метила на ту самую должность, что отдали Вике. Рассказал, что у него есть компромат на Вику. Пообещал все рассказать позже.

– И завуч прибежала угрожать Вике, – догадалась я.

– На это он рассчитывал. Вика увидела, что жених настроен серьезно, испугалась и дала согласие. Если бы ее участие в стриптиз-шоу и шантаж должностного лица с целью продвижения по службе были раскрыты, мадам не просто лишилась бы карьеры, а судимость огребла. Тут, как в известном фильме: «Не то, что за Ксан Ксаныча – за козла пойдешь», – закончила Яна, – а теперь, пожалуйста, уйдите. Я хочу остаться одна.

Я увидела, как ее глаза покраснели.

В комнате повисла гнетущая пауза. Мы с Гариком переваривали услышанное.