Свадебная вендетта

– Почему? – спросил Гарик.

– Игроков вместе с Виктором было трое. Как играть через сетку нечетным числом? Значит, играли в обычный пляжный волейбол.

Встав на указанную точку, я посмотрела наверх по склону.

– Что отсюда видно?

Гарик обернулся за моим взглядом.

– Все видно. Дорожка вокруг дома видна отлично.

– Значит, можно было заметить всех, кто шел мимо.

– Если пацаны играли в мяч, то в пылу игры могли вообще никого не заметить.

– Согласна. Но чисто теоретически, это возможно. Поэтому убийца не рискнул бы тут показаться.

Я прошла чуть дальше.

– Вот здесь – цепочка следов, уводящая наверх, к дорожке. Скорее всего, это следы Виктора. Хорошо, что песок речной – рыхловатый и немного влажный. Хорошо держит форму.

Я пошла за следами, держа в руках балетки, и снова поднялась на склон. На плитке виднелся песок – видно, осыпался с босых ног Виктора. Но понять, в какую сторону шел жених, было невозможно. Мог пойти к дому, а мог свернуть в обратную сторону и пройти мимо домика с инвентарем.

Стоп! Я остановилась и почти рассмеялась.

– Ненавижу находиться в эпицентре истории – совершенно невозможно смотреть на картину отстраненно.

– Что ты имеешь в виду? – удивился Гарик.

– Совершенно очевидно, что Виктор не пошел в сторону гостевого дома – он же в итоге оказался в этом сарае с инвентарем. Даже если и собирался пойти попить воды в холле, что-то его отвлекло. Если бы он добрался до главного входа, поднялся по ступенькам и взял бутылочку с водой со стойки – его бы обязательно кто-нибудь заметил, а этого не случилось.

– И что нам дает этот факт?

– Понимание расположения игровых фигур на поле. Мы знаем, где находилась жертва и знаем траекторию ее движения. Наш жених хотел пойти за водой – но что-то его отвлекло. Что-то его отвлекло прямо здесь. – Я притопнула ногой, словно обозначая роковую точку в сюжете. – И он пошел к сараю.

Словно ведомая собственными словами, я двинулась туда же. Гарик нехотя поплелся следом:

– Ну, сказал же, не пойду внутрь!

– И не надо. В домик войду я, а ты поищи снаружи.

– Поискать что?

– Орудие убийства, Гарик. Мы ищем нож или что-то вроде того. Только не просто шарь в траве, а заглядывай во все уголки.

Гарик растерянно оглянулся вокруг, словно выискивая эти самые таинственные «уголки».

Я отперла дверь ключом, который мне часом ранее отдал Гарик, и открыла дверь.

В нос ударил запах крови. Хотя я внутренне подготовилась, мне все равно стало не по себе. Фигура зарезанного жениха виднелась в полумраке. Из круглого окошка под крышей бил слабый луч света.

Я пошарила по стене и нашла выключатель, который Гарик не смог обнаружить в прошлый раз. Лампочка, вспыхнув, озарила место преступления, и я невольно отпрянула назад. К таким сценам невозможно привыкнуть.

Итак.

Если бы я захотела избавиться от орудия убийства, то на месте преступника выкинула бы его прямо здесь – перед этим тщательно протерев от следов. Если меня трудно привязать к преступлению, мне нет дела до того, найдут нож или нет. А вот носить его с собой опасно – уехать с острова нельзя, а на обыске можно попасться. В общем, грамотный убийца избавился бы от него тут же – благо мест, куда можно засунуть нож, вокруг было предостаточно.

Стараясь не глядеть на тело Виктора, я перерыла весь домик – заглянула в каждый уголок и каждый ящик. Исследовала пол и стены, проглядела весь инвентарь, висевший на стенах, обшарила корзины с мячом и мешки с удобрениями, стоящие вдоль дальней стены.

Ничего не найдя, я приблизилась к телу Виктора. К горлу подкатила нежданная тошнота. Я вообще не особо боялась трупов, просто редко имела дело со свежеубиенными. А тут еще и человека видела живым пару часов назад.

Сзади послышалось движение – в дверном проеме показался Гарик.

– Что ты делаешь?

– Нож нашел?

– Нет. Я вроде везде вокруг посмотрел. Но убийца мог и где-нибудь подальше выбросить нож. Тут собака нужна, или криминалист, или оба сразу.

Я согласно кивнула, не сводя глаз с сидящей у стены жертвы. Муха под потолком начала биться в пыльное слуховое окошко, и мне показалось, что мы находимся в склепе.

Невольно вздрогнув, я заговорила уверенным бесстрастным тоном, стараясь вернуть себе душевное равновесие:

– Очень важно ничего не упустить. Может, убийца рядом с Виктором его бросил, а мы не заметили, потому что испугались и быстро ушли. Постой рядом, я сама подойду к нему.

Гарик шумно выдохнул воздух. Он сделал два шага и остановился, старательно глядя в другую сторону.

Я наклонилась к Виктору и осмотрела еще раз тело. Ножа не было.

– Черт! Значит, все-таки убийца забрал орудие убийства с собой.

В метре от трупа я остановилась – мое внимание привлек какой-то белый предмет. Я наклонилась и подцепила находку ногтем.

– Спиртовая салфетка, пропитанная чем-то красным, – констатировала я. – Возможно, убийца стер следы с ножа именно ею.

Я поднесла салфетку к носу.

– Фу, – буркнул Гарик.

К отчетливому спиртовому запаху и «железному» запаху крови примешивался какой-то посторонний, еле уловимый аромат. Что-то ягодное. Салфетка была с парфюмированной отдушкой.

Я оглянулась вокруг в поисках какого-нибудь пакета, куда можно было бы положить улику, но ничего подходящего не было. Тогда я вернула находку на то место, где ее обнаружила. Без нас сюда никто не заглянет.

– Пойдем, – сказала я Гарику, – работаем дальше.

Мы вышли, и я заперла дверь сарайчика на ключ. Гарик подал мне руку, когда я сходила со ступенек, но мне захотелось задержаться на последней.

– Что такое?

– Домик для инвентаря почти не виден с пляжа – его загораживают кусты. А от окон гостевого дома вход в строение скрывает пара деревьев. Убийца нашел хорошее место, – констатировала я.

– И что?

– На свидетелей, думаю, рассчитывать не приходится. Придется покопаться в прошлом наших жертв, чтобы понять, кому потребовалось их убивать.

Глава 5

В холле гостевого дома было пусто, но наверху пару раз хлопнула дверь. Очевидно, молодежь уже соскучилась сидеть по номерам. Послышался тихий смешок, мягко звякнули бокалы. При наших шагах неизвестная дверь тут же с шумом захлопнулась.

– Надо хотя бы общий вход запереть, чтобы подозреваемые по территории не разбежались, – пробормотала я, оглядываясь. Кто-то из официанток мелькнул в служебном проходе.

– Пожалуйста, вернитесь в номер! – громко сказала я.

В ответ девушка хихикнула и скрылась за дальней дверью.

– Весело им, – проворчал Гарик.

Я потрепала его по руке:

– Люди же не знают о том, что произошло. Или думают, что это какой-то розыгрыш. Не злись.

Глаза моего друга опять увлажнились. Он полез в карман шорт, пытаясь отыскать там свой пакетик с бумажными платочками, но тот оказался пуст. Гарик со злостью скомкал упаковку и бросил в ближайшую урну.

– Черт!

Я ткнула его кулаком в бок, постаравшись, чтобы это было чувствительно.

– Успокойся, пожалуйста.

– Сейчас сорвусь, – раздраженно пообещал мой друг.

Остановившись у чаши бассейна, он вдруг наклонился и сунул голову в мутноватую воду, а, когда выпрямился, струйки с волос полились на футболку.

– Полегчало? – спросила я.

– Нет.

– Теперь будешь пахнуть этой противной затхлой водой.

– Потерплю, отстань! – огрызнулся Гарик и отвернулся.

Я почувствовала, как внутри меня лопнула какая-то пружина.

– Послушай, принцесса! – Я с силой толкнула Гарика к стене. От неожиданности он открыл рот. – У меня нет ни секунды лишнего времени на твои нервы и приступы истерики. Не хочешь помогать – запрись в нашем номере и сиди рыдай, обняв коленки. Хочешь помогать – держи при себе свои эмоции. У меня и без твоих сцен полно забот. Понятно?

Гарик хмуро посмотрел на меня.

– Ненавижу, когда ты включаешь стерву.

– Ненавижу, когда ты ведешь себя как подросток.

– Ладно. Я заткнулся, обещаю, – он поднял ладони, – командуй.

– Опросим парней для начала, а после отсмотрим снимки фотографа и то, что наснимал оператор.

Мы снова поднялись на второй этаж. Два Дениса занимали комнаты рядом с нашим номером.

Я постучала наугад в первый. Открыл мне тот самый Вредитель, который нарушал спокойствие в банкетном зале.

– Отлично. Продолжение квеста? Предупреждаю, я ничего не ем с закрытыми глазами и не запускаю руки в закрытые ящики. В остальном – готов к подвигам.

– Мы войдем? – спросила я холодно, надеясь сбить с него оптимистичный задор.

– Велкам! – Пригласительным жестом бугай широко распахнул дверь.

Переглядываясь, мы с Гариком вошли в комнату.

В номере пахло спиртным и цитрусами. На стеклянном столике у дивана лежали апельсиновые корки, а рядом стояла початая бутылка коньяка и заляпанный пальцами бокал. Гарик посмотрел на натюрморт с отчетливой завистью, и я метнула в него раздраженный взгляд. Неисправимый алкоголик!

Денис отнес мое раздражение на свой счет и лениво протянул:

– Я до банкета не дотяну. Трубы горят.

Шторы в номере были задернуты, очевидно, чтобы палящее солнце не нагрело воздух до температуры плавления металла. Друг Виктора облокотился задницей о этажерку у стены и скрестил на груди руки, продемонстрировав мощные бицепсы.

– Вы – Денис О или Денис Цэ? – поинтересовалась я.

– О. Овчаров. А вам зачем?

– Так, для протокола. Надо же как-то различать ваши показания.

Денис О. киношно потер руки:

– Ух, детективная тема, моя любимая.

Я решила, что пора вывести свидетеля из заблуждения.

– Никакого квеста нет, Денис. На территории гостевого комплекса совершено преступление. Убит ваш друг Виктор и его…

– Блин, еще и убийство! Отпад! Так, так, так… И что мне нужно делать? – Денис смотрел на меня, широко улыбаясь.

Я обернулась к Гарику:

– Он под наркотой, что ли?

– Непохоже, – ответил Гарик, приглядываясь к Денису, – просто не отдупляет, что происходит.

Я пощелкала пальцами перед лицом парня.