Книжные тюрьмы

– Нет, Дарт Вейдер, тебе не завлечь меня своим светящимся мечом и лживыми речами… – прошептал под нос я, понимая, что мою шутку все равно никто не оценит.

Мэй, однако, засмеялась.

– Я посмотрела некоторые твои воспоминания о героях прошлого и нахожу аллюзию смешной.

Мы давно брели через золотое поле. Неудивительно, что у лисицы появилось желание побольше узнать обо мне и моем мире. Я встрепенулся, вспоминая, что одну мысль спрятал подальше. Мысль о том, что меня заберут из этого мира и Мэй останется в «Ветрах Востока» одна. Это осознание было надежно заперто, а моя подруга по-прежнему пребывала в неведении.

– Только это не историческое событие. Так выглядит наша культура. Мы придумываем истории и целые миры, чтобы передать знания грядущим поколениям, помочь нашей психике восстановиться или просто увлекательно провести время.

Мэй ухмыльнулась:

– Ты так говоришь о вашем фольклоре, как будто в нашем мире нет ничего похожего. Мне мама и папа на ночь сказки рассказывали, между прочим. Просто у тебя такие яркие образы в голове, что они слишком напоминают историческую хронику. Должно быть, ты большой фантазер.

Шиа, шедшая рядом, явно была расстроена тем, что сначала ей не дали договорить, а сейчас мы ведем уже свой разговор без ее участия. Еще чуть-чуть, и она бы начала размахивать руками у меня перед лицом.

– Прошу нас извинить, Шиа, – поспешно отозвался я, – но я уже дал понять, что не пойду с тобой на баррикады. У нас свой путь. И у меня есть план, как помочь этому миру. Боюсь показаться грубым…

– Да послушай же меня! Я иду к императору и записана на аудиенцию к нему. Увидев, что магические создания и люди умеют создавать единое сознание, от которого выигрывают обе стороны, император захочет вмешаться и…

Я вздохнул. Колосья злаков щекотали лодыжки и сбивали с мыслей.

– И что тогда? Ввергнет Империю Ветра в войну? Откажется от перемирия и политики невмешательства? А может, соберет послов из всех стран и покажет чудесный цирковой номер – «Мальчик и лисичка»? И тогда люди вдруг разом подобреют, раскаются и перестанут убивать невинных существ? Как по щелчку?

Шиа сузила глаза, готовясь выдать обидные слова. А потом разом обмякла и продолжила шагать по инерции.

– Император – мудрый человек! Он решит эту проблему. Надо лишь убедить его, что за магических животных стоит бороться. Что игра стоит свеч. Вы измените мир. Пожалуйста!

Мэй смотрела на девушку не отрываясь. Я с самого детства мечтал завести лису, едва прочитал роман Джерри С. С. Мортира. Книжная Мэй вызывала братские чувства, желание защитить ее и уберечь от бед. В какой-то степени Мэй и была моим детством. Помню, как мы пришли с родителями в зоопарк и я все ждал, когда же заговорит одна из грустных лисиц по ту сторону клетки. И тогда я бы ее спас, отвлек внимание прохожих каким-нибудь эффектным жестом… перевернул бы фургончик с сахарной ватой или бросил бы в воздух всю ту мелочь, которую мне давали на карманные расходы… А сам незаметно похитил бы пленницу, пока посетители увлеченно дрались за мои двухрублевые, пятирублевые и десятирублевые монеты.

И вот я вырос, и передо мной настоящая Мэй, живая, смертная. И что гораздо хуже – еще и внезапно смертная…

– Я не могу подвергать кицунэ такой опасности. Я не знаю, как отреагирует император на наше появление. Он может попытаться отобрать у меня Мэй в надежде завладеть ее дарами и возможностями. Если уж и обращаться за помощью к правителю, то гораздо позже – тогда, когда Мэй сможет за себя постоять, когда научится пользоваться своим даром. Ты же сама видела, что произошло на площади, когда обезумевшая толпа стала напирать. Да ее бы разобрали на сувениры!

Шиа не нашла, что ответить. Похоже, с нее раньше никто не сбивал спесь. Да кто она такая, раз привыкла, что ей все подчиняются? Я решил остановиться на версии, что она – одна из бывших командующих «Воительниц солнца». Некоторых девочек родители отдавали в этот женский отряд вместо школы…

– До летней резиденции императора еще два месяца пути. И это минимум, если без приключений. Мы можем просто, ну… двинуться в том направлении. А там – будь что будет.

Оригинальный сюжет, где Мэй и Минж учились работать в паре и оттачивали мастерство под руководством чутких монахов, потребовал от персонажей годы тренировок, после чего герои наконец учились пользоваться своими способностями и вырастили боевую мощь… С другой стороны, Мэй за эти несколько дней овладела теми же навыками, которыми ее изначальная книжная версия – за пару лет.

– Я рассмотрю вариант аудиенции у императора. Но сначала мне бы хотелось с ним познакомиться и убедиться в чистоте его помыслов, – эта фраза для местных жителей звучала не менее кощунственно, чем крики: «Всевышнего не существует! Он просто выдумка! Давайте лучше танцевать!» – в стенах церкви моего мира.

Но Шиа не стала возмущаться. Это меня беспокоило. Как будто она окончательно отчаялась и была готова услышать вообще все что угодно, лишь бы получилось исправить собственный мир.

– Недавно я нашла информацию о своей семье в фамильной библиотеке… Свиток был жутко пыльный, старый и лежал глубоко в архиве. Не думаю, что его прочитало много людей. На гербовой бумаге, посвященной моему роду, среди основателей были указаны оборотни. Это значит, что в моих жилах течет кровь людей-перевертышей. Тех, кто может по своему желанию обращаться в животных. Выходит, я тоже – магическое создание. Мои родители умерли, когда начались беспорядки во время переворота, и меня воспитали дядя и тетя. Возможно, у меня осталась еще родня и они в опасности. Да все, кто носит в себе магию, в этом мире – сейчас под угрозой.

Это откровение расставило все точки над «и». Для Шии магические создания – это буквально дальние родственники, которые оказались в беде. Возможно, девушка надеется найти свою родню. А еще – она наследница одного из пятисот благородных родов, раз кто-то составил подобный свиток для ее семейства.

Глава 15

Шиа

Маленькой девочке, должно быть, одной из самых узнаваемых в Империи Ветра, мама заботливо повязала на голову платок. А потом принялась пачкать ее лицо в грязи и заодно проверила, достаточно ли бедно на дочери смотрится мешок из-под картошки, пахнущий плесенью и землей. Мешок на ножках смешно замахал руками, вызвав хоть и беспокойную, но улыбку стройной леди.

– Я с картошкой мешок, пришел полежать в темный уголок! – выдал непосредственный ребенок, вытягивая руки вперед.

Превратить ее в оборванку было очень сложно, но все-таки папа с этим справился. Он сшил очень колоритные, особенно достоверные лохмотья.

– А я тыква спелая и вообще умелая… – Отец подхватил дочь на руки и закружил. Его черные волосы окрасились в рыжеватый цвет.

– Я тоже так хочу! Я тоже так хочу! – завопила Шиа.

Мама вздохнула, притворно не одобряя дурачества и закатывая глаза.

– Шиа, дорогая, подурачимся, когда покинем этот город. Ты же помнишь, почему мы так нарядились и куда торопимся? А ты, – леди метнула в мужа прищуренный взгляд, – лучше бы еще раз проверил, все ли вещи мы взяли.

Шестилетняя девочка улыбнулась и повторила заученные фразы:

– Мы играем в прятки с нехорошими людьми. Они нас ищут и не должны найти. Именно поэтому мы переоделись, как те ребята, которые приезжали к нам домой и показывали скептакль.

– Спектакль, – машинально поправил ее папа.

– Спеткакаль, – весело согласилась дочь.

Шиа представила, сколько им предстоит интересных приключений, ведь наконец-то можно будет выйти из дома! Возможно, они даже переплывут речку на летнем зонтике, совсем как медвежонок из сказки, которую мама читала ей перед сном. Или пропрыгают по выступам скал, пока под ногами будет шкворчать лава, выдыхая клубы горячего пара. Или оседлают заснувшего дракона, а он даже и не заметит и отвезет их на своей спине далеко-далеко, туда, где можно будет снова носить платья вместо этих глупых грязных мешков…

– Тш-ш-ш! – прошипела мама, ногой приоткрывая ту дверь, которой семья раньше никогда не пользовалась. – Мы слишком долго копались. За нами пришли, я знаю!

– Может, это свои прислали охрану, как обещали? – выдохнул папа, собирая котомки и хватая дочь за руку.

– Уж если без охраны остались дети императора, то что говорить о нас.

Папа передал часть вещей маме и ловко взгромоздил девочку на шею. Спускаясь по ступеням, ведущим из кухни в погреб, он слегка пригнулся, чтобы Шиа не ударилась головой о притолоку.

– А почему, скажи мне, кстати, дети императора без охраны? – нервно спросила мама.

– Потому что они все бросились в гущу сражения. Даже четырнадцатилетний Лин вышел защищать нас от вторженцев… Я проклинаю этих чужеземцев! Прикинулись торговой делегацией, вошли в город под мирными флагами. Еще и товар свой продавали первые несколько дней, чтобы усыпить нашу бдительность! Говорят, что их прозвали троянцами, поскольку они пересекли речку Тройку, когда шли к нам…

Отец отодвинул ящики с запасами еды, освобождая тайный выход. Эхо принесло в подвал звуки вышибаемой двери. Шиа затихла.

Глава 16

Ал

Наталья Игоревна зажмурилась, отстраняясь от книги.

– Александр Бенедиктович! Я не могу дальше читать! Сначала эта горестная история, из-за которой своих родителей теряет маленькая лисичка, а теперь скоро останется сиротой совсем маленькая девочка! Почему все повторяется вновь?

Начальник тюремной библиотеки принялся нервно барабанить пальцами по столу.

– «Ветра Востока», очевидно, закольцовывают события, связывают незримыми нитями героев и укрепляют между ними родство душ… Гораздо интереснее, что это за новый персонаж? Я пока подам заявку от своего имени и проверю, был ли дружен Денис Левинский с кем-нибудь по имени Шиа…

Ассистент пригладила и без того идеально уложенные волосы, так напоминающие прически кинодив 60-х годов. Девушка всегда мечтала быть похожей на Грейс Келли, но даже не подозревала, что в чем-то даже красивее этой актрисы.

– Вы думаете, что наш арестант переписывался с кем-то под ником Шиа? Если бы Денис и правда знал девушку, которая назвалась Шией, он бы ее вспомнил, я уверена. И мы бы прочитали об этом в «Ветрах Востока».

Алу было сложно спорить с Натальей, но необходимо было проверить все версии, даже самые бредовые. Вдруг заключенный каким-то образом смог создать проекцию когда-то знакомой собеседницы из интернета и сделать ее реальной на страницах книги?

– Ваш запрос одобрят самое раннее – послезавтра. Не проще ли просто дочитать том и раскрыть интригу самим? Мне так интересно узнать, чем же все закончится!

Начальник мысленно согласился с коллегой, но запрос все-таки отправил. Скорее, для успокоения и создания ощущения деятельности. Пассивно наблюдать за происходящим Ал никогда не любил и не выносил, когда что-то выбивалось из логической структуры происходящего. Если бы только жизнь можно было упорядочить и разложить по полкам, как книги…

– Наталья, позвоните, пожалуйста, создателю трансформатора. Хочу хотя бы приблизительно рассчитать, через сколько смогу описать свою проблему и начать ее решать.

– Но это же…

– Да, Наталья, я помню, ваш кумир. Вот и поговорите с ним.

– Но я совсем не знаю, с чего начать… – Ассистентка смущенно улыбнулась. – Я ведь на искусствоведа из-за нее пошла. Создатель трансформатора ведь не только физико-технический закончила – у нее еще и степень искусствоведа. У меня к точным наукам никогда не было способностей…

Ал представил, как совсем юная Наталья Игоревна (еще в бытность свою Наташкой) пытается собирать и разбирать компьютер и подсоединять к нему пыльную лучевую трубку от старого советского телевизора, но ломает и то и другое. Подавив смешок, начальник произнес:

– Давайте договоримся. Вы звоните Рите Домбровской, а я пока дочитаю ту главу, которая вас расстроила. Ну и перескажу неприятные моменты вкратце, не сгущая краски. Идет?

Телефон Риты Домбровской – гения инженерной мысли, создательницы трансформатора-преобразователя частиц – не отвечал. Чтобы успокоиться, Наталья вышла в безлюдный читальный зал и уселась за один из столов.

Девушка едва справилась с трясущимися руками и снова набрала номер, ощущая, как нервно колотящееся сердце на один гудок отсчитывает несколько ударов. А что ей сказать, когда она снимет трубку? Может быть, выказать свое уважение и восхищение ее научными трудами? Сделать комплимент умению держаться на публике? Нет, лучше просто уточнить, где сейчас Рита находится… Впрочем, все волнения оказались излишни – изобретательница ответила совсем не раздраженно и пообещала, что скоро будет.

Все еще нервничающая ассистентка решила самостоятельно поискать в сети аккаунт Дениса Левинского. Возможно, если она сможет раскрыть загадку появления нового персонажа, архивариус наконец начнет ценить ее как сотрудника. Вспомнив, как герой по имени Шерлок Холмс из книжки, принесенной Алом, начинал распутывать клубок интриг, Наталья воодушевилась и начала с самого простого. Для этого она нашла в интернете самые крупные онлайн-сообщества, посвященные «Ветрам Востока». Все Дэны никак не вписывались в характер того Дениса, о котором помощница начальника тюремной библиотеки успела узнать. По запросу «Левинский» ничего похожего странички фан-клубов не выдали. Тогда Наталья начала пролистывать ссылки сайта на самых активных пользователей. Спустя пять минут и тридцать просмотренных страничек, ассистентка наткнулась на записи человека, очень напоминающего по манере общения заключенного Дениса. Теорию подтверждал никнейм Levi. Помощница принялась смотреть связанные с его именем аккаунты и изучать комментарии. Именно о такой работе в детстве мечтает почти каждый ребенок – шпионить, находить информацию на преступников, сопоставлять данные и никогда не писать дурацкие отчеты…

Наталья устремилась обратно в кабинет, выставив перед собой экран мобильного телефона, через который и вела поиски.

– Я так и знала! Левинский вообще не переписывался с девушками на стенах сообществ. Более того, из всех барышень, кто когда-либо комментировал статьи Дениса о мире «Ветров Востока», по характеру нет совпадений. Ему пишут либо слишком женственные девушки, либо совсем подростки… Выходит, что Шиа вряд ли имеет реальный прототип. Ее образ не был перемещен сознанием Дениса Левинского.

– Может, Шиа – прозвище однокурсницы?

Наталья покачала головой.

– Вы как-то невнимательно читали рассказ Дениса о себе. Он почти не общался с однокурсницами. Знаете, есть такой тип мужчин, которые посвящают себя какому-нибудь важному занятию. А на амурные дела совсем не оставляют времени. Все ждут, что все как-то само собой образуется…

Ассистентка покачала головой, гадая: неужели ее начальник так сильно невзлюбил Дениса именно из-за некоторой схожести отношения к жизни?

– И что обычно происходит дальше с такими мужчинами? – полюбопытствовал Ал.

– Ну… Обычно какая-нибудь бойкая и активная девушка пробивает защитный барьер избранника и сама становится инициатором общения. Лед растоплен, господа присяжные.

Наталья Игоревна замолчала. Ее с детства учили очаровывать, кокетничать в рамках приличия и преподносить себя, как подарок в обертке. А о дамах, проявляющих инициативу, в ее семье говорилось с пренебрежением. «Так может вести себя только отчаявшаяся или очень некрасивая собой барышня. Твоя задача сидеть и ждать». «Как будто я собака, оставленная хозяином у магазина», – мрачно подумала ассистентка.

– Наталья Игоревна, вас что-то расстроило?

Ассистентка собралась последовать руководству матери и ответить, насупившись: «Нет, ничего!», подразумевая: «Меня догнали мои детские психологические травмы, возникшие в результате некорректного материнского воспитания. Мне кажется, я пускаю свою жизнь по проторенной дороге иллюзорных стереотипов, мешающих жить». Однако ее мысли перебила распахнувшаяся дверь. На пороге стояла женщина, немного похожая на сороку, в вязаном кардигане, с серебристо-белыми волосами, опускающимися на плечи. Легендарная Маргарита Домбровская не стала ждать, пока ей предложат сесть, и взглядом освободила место, на котором только что сидел Александр Бенедиктович.

– Благодарю, – сухо отозвалась гостья. – Суть проблемы мне ясна. Вы считаете, что книжное погружение одного из узников прошло с накладкой.

– Ей же лет семьдесят! Как Рите удается так хорошо выглядеть? – восхищенно пробормотала Наталья.

Не дожидаясь, пока изобретательница выдернет у него книжку из рук, начальник библиотеки передал ей том «Ветров Востока». Женщина сразу принялась листать роман, сопровождая беглое прочитывание страниц фразами: «Угу», «угу», «вот как» и «интересно». Ал посмотрел на свою помощницу и сперва даже не приметил у нее дыхания. Наталья замерла, явно борясь с искушением о чем-нибудь спросить гостью или выразить ей свое уважение.

Александр убрал с табуретки, заваленной книгами, все лишнее и уселся на жесткое сиденье.

– Кстати, я дочитал главу Шии. Ее родителей поймали на выходе из туннеля люди, пришедшие в город как торговцы. Их убили за то, что они представляли ветвь одного из знатных домов. Девочка убежала, два года провела на улице, пока ее не отыскали родственники и не взяли к себе на воспитание. Однако я все еще не могу понять: откуда в «Ветрах Востока» взялся совершенно новый персонаж? Все остальные герои, кроме, разумеется, Дениса, на страницах так или иначе фигурировали. Когда появилась эта Шиа, я решил, что Денис повторил свое чудо с перемещением образов из знакомой реальности… и уцепился за эту свою идею.

– Тогда Шиа может оказаться героем из другой книжки, которую помнит наш арестант. По логике, это как раз звучит убедительно.

– Попрошу вас не перешептываться: вы отвлекаете меня от чтения, – грозно попросила Рита Домбровская. – Впрочем, я уже получила представление о проблеме. Поэтому попрошу провести меня к трансформатору. Я отправляюсь решать проблему лично.

– Но… начальник тюрьмы… не давал отмашку…

– Начальник тюрьмы – мой бывший муж. Он и в браке-то ни разу не спорил со мной. А теперь – тем более. Я занимаюсь починкой и модификациями трансформатора, мне решать.

Наталья пожала плечами. Ал нахмурился:

– Сейчас без пятнадцати шесть. Поторопитесь – успеете застать Валерия, нашего технического специалиста.

– Что-то мне подсказывает, что я и без вашего Валерия прекрасно разберусь, – холодно отозвалась инженер. За суровой изобретательницей извиняющимся тоном хлопнула дверь кабинета.

Александр Бенедиктович принялся звонить начальнику тюрьмы и сообщил обо всем происходящем. В ответ архивариус получил лишь пространный ответ: «Женщины… Конкретно эту женщину лучше не трогать. Пусть делает свою работу».

Наталью учили, что одна из главных функций женщины – это поддержка мужчины и сглаживание углов, вне зависимости от того, как хорошо женщина разбирается в тригонометрии. Поэтому она легко и непринужденно перевела тему.

– А теперь, в порядке шутки, представьте, что Рита – это и есть Шиа, и она отправилась в книгу, провела там какое-то время, нашла магический источник молодости и теперь выдает себя за положительную героиню… и все с одной целью – уничтожить дерзкого узника, обошедшего литературные правила и законы, – хихикнула Наталья.

– Это был бы поворот, – согласился Александр Бенедиктович, – но еще запутаннее получилось бы, если бы Рита оказалась матерью Шии и сумела бы инсценировать свою смерть, но на самом деле продолжала бы манипулировать дочерью через других людей. А чтобы добраться до Дениса и разлучить его с лисой-защитницей, сначала бы заставила дочь играть чувствами книжного арестанта…

Наталья и Ал переглянулись. Желание написать совместную приключенческую книгу возникло у них одновременно.

Глава 17

Валерий

Валерий успел отрастить изрядное брюшко и лишиться части волос, но зато весь гардероб его юности почти не претерпел изменений. Клочковатые кудрявые волосы технического специалиста, точно кусты, росли справа и слева, избегая середины головы, и вызывали легкую ассоциацию с клоуном. Впрочем, этот образ компенсировали очки, деловито надвинутые на переносицу. Последнее время Валерий все чаще думал о том, чтобы сбежать с унылой и однообразной работы в какую-нибудь из любимых книг. И даже пусть смерть настигнет его там… Как будто он здесь неуязвимый и бессмертный! Так чего бояться? А вот в произведении можно пожить в свое удовольствие. И не придется приходить к девяти утра на работу… Вопрос всплывал только один: к Толкиену или к Роулинг? В этом возрасте, ему, конечно, уже не светит бегать по лесу Леголасом и стрелять из лука или записаться в студенты Хогвартса. Но кто сказал, что плохо стать скромным преподавателем магического предмета или пожирателем смерти? Кстати, и хоббит из него получится отменный! Как хорошо, что народец с волосатыми пятками тоже не стремился скорее взрослеть и съезжать из родительского гнезда.