Академия 5 (СИ)

Вернее, попытался, потому что пока струи воды не вымыли моё лицо, просто невозможно было разлепить веки. Они были заклеены каким-то неприятным веществом, которое, казалось, выделялось из моей кожи. Эта мерзость размякла под дождём и водяные потоки смыли её, не оставив и следа. Я понятия не имел, что это такое, но без этой дряни чувствовал себя неописуемо лучше. Ангелины это не коснулось, что невероятно порадовало меня. Страшно представить, какую лекцию прочитала бы мне белка, если бы даже случайно измазал этой гадостью. А фантазия на месть у Лины была отменная — она бы набила мне нос листьями, пока я спал. Опять.

Эта мысль заставила улыбнуться, я подхватил белку на руки и посадил себе на плечо, а затем поднял лицо навстречу дождю. Ледяные струи снимали боль в теле, но я беспокоился, что если погода останется такой же морозной, в убежище будет слишком холодно и сыро, чтобы оставаться там долго.

— Нужно найти камни, чтобы выложить ими пол платформы, тогда мы сможем развести костёр, не боясь прожечь пол, — сказал Ангелине. Пришлось говорить громче, чтобы она услышала меня из-за шума дождя, а затем наклонить голову, чтобы понять ответ.

— Да, приспособить что-то вроде водосборника для воды — тоже хорошая идея. Посмотрю, сможет ли Луг это сделать, — согласился я, повернулся на пятках и нырнул обратно в убежище. Как можно тише подошёл к месту, где спали Луг с Дерпом, и потрепал ткача по чешуйчатой голове. — Эй, приятель, пожалуйста, проснись.

Шестирукая обезьяна тихонько заскулила, а затем один за другим открылись все четыре глаза. Существо моргнуло, посмотрело на меня, и его губы разошлись в улыбке, обнажив большие тупые зубы. Я улыбнулся в ответ.

— Надеюсь, что ты сможешь сплести нам несколько больших чаш на внешних стенах убежища, чтобы они могли задерживать дождь. Ты сможешь это сделать, приятель? Прима-ткач моргнул, его любопытство перешло ко мне через связь.

Я постарался представить себе глубокие чаши, прикреплённые к стенам убежища, а затем изобразил, как дождь стекает по зданию и наполняет чаши. Луг возбужденно заскулил, уловив идею, и не успел я произнести и слова, как он уже вскочил на ноги и вылетел за дверь. Для быстрого передвижения ткач использовал две нижние руки, чтобы помочь ногам. Самая верхняя пара рук выходили из мышечного горба над позвоночником альфы, что придавало ему немного сгорбленный вид. Я последовал за Лугом к двери и, высунув голову, увидел, что ткач уже усердно работает.

Пока Луг занимался чашами, я вернулся к осмотру припасов. Их было не так уж много, и большинство относилось к тому типу, который можно взять с собой в поход. Антонина действительно была готова к войне, когда собирала всё это. Медицинские принадлежности, зелья исцеления, энергетические пилюли, даже подушки и одеяла облегчили бы длительное путешествие. Нужно будет как-то отблагодарить её, когда снова увижу. При мысли о том, что трое моих женщин вернулись в Академию, где им может грозить опасность не только от Империи, но и со стороны Директора, у меня защемило сердце.

Я был рад, что нашёл свою маску, и ещё больше обрадовался, когда обнаружил стазисный фонарь и кристаллическую панель, в которой находилась Трак. Под ней лежала сложенная форма, и я с удовольствием влез в брюки и рубашку, хотя и не потрудился застегнуть пуговицы. Отыскав свой ранец, сунул в него маску, а затем порылся в вещах, которые хранил внутри, и достал пакетик с солёными орешками. Ангелина радостно взвизгнула, получив лакомство и нежно укусила меня за мочку уха. Её радость передалась мне по связи, дополнив счастье от того, что я наконец смог одеться. Обнаружив, что Юлия тоже принесла припасы, понял, что не только Антонина заслуживает благодарности. Все мои подруги в Академии рисковали собой.

Я позволил своим чувствам коснуться этих уз и ощутил решительную сосредоточенность, но ни одна из них не излучала страдания, что обрадовало и немного успокоило меня. Лилия, похоже, работала над чем-то, что её озадачило, чувствовался гнев, который меня беспокоил. Антонина, казалось, на что-то охотится. В её связи чувствовался хищный азарт. Возможно, она «играет с кем-то в кошки-мышки». Юлия же транслировала холодный профессионализм, который почти скрывал чувства, но что-то заставляло её излучать затаённую радость, и я улыбнулся в ответ.

Юлия, казалось, ощутила моё внимание. Я почувствовал вспышку удовлетворения от связи, затем передо мной возникло розовое щупальце и начало откатывать реальность назад. На помощь пришли ещё два щупальца, но они не образовали достаточно большого дверного проёма, чтобы человек мог пройти через него, а протолкнули внутрь три запечатанных коробки. Каждая коробка была увенчана футляром со свитком, на котором было написано одно из наших имён. Я поднял голову, и щупальце Юлии ласково коснулось лица, а затем извивающиеся конечности возвратили пространство на место и исчезли.

Опустив взгляд на коробки, поджал губы. Затем повернул голову, чтобы посмотреть на спящих Анну с Алисой, и почесал основание левого рога. Наконец принял решение и слегка пожал плечами.

— Эй, Анна! Алиса! Мы получили почту.

Глава 11

Девушки не хотели просыпаться, но после нескольких минут уговоров и поцелуев удалось окончательно разбудить их. Моя возня с Анной испугала крепко спящую Фиби, а окончательно эльфийку привело в чувство резкое превращение дракона в человекоподобную форму. Фиби поднялась на ноги и, положив руки на бёдра, уставилась на меня. Я чувствовал её недовольство, но когда открыл рот, чтобы извиниться, дракон довольно чувствительно ударила меня по лодыжке, задев нерв.

— Ой, чёрт! — я подпрыгивал на месте, покачивая ногой в попытке вернуть чувствительность в конечность, что облегчило Фиби задачу по обниманию, от которого я с грохотом рухнул на пол платформы. Дракон с маху вжалась головой в мою грудь, выбив из неё остатки воздуха, а мне оставалось лишь в очередной раз порадоваться, что её рога загибаются назад, а не вперёд, как у меня. Наконец мне удалось освободить одну руку и погладить Фиби по макушке.

— Придурок, — коротко и ёмко пробормотала дракон мне в грудь. Я вытащил руки из её объятий и обнял, извиняясь за то, что так сильно напугал. Ангелина благоразумно соскользнула с моего плеча, когда я упал, собрав вокруг себя воздушную ману и, используя её, плавно приземлилась на плечи Анны. Белка возмущённо пищала и шипела, а Анна внимательно слушала.

— Ты права, Ангелина, Иван должен извиниться за то, что так напугал нас, но я не думаю, что он приготовит нам ужин, — сказала эльфийка, стараясь не засмеяться, и от блеска в её глазах у меня потеплело на сердце.

— Попробовать стряпню Ивана⁈ Ну, нет, это будет скорее наказанием для нас, чем способом ему извиниться, — заметила Алиса. Я повернул голову в насмешливом возмущении и замер, засмотревшись, как она влезает в свои чёрные брюки. Натягивая штаны на свою упругую попку, Лиз красиво покачивалась, и я облизнул губы в неосознанном вожделении.

Анна рассмеялась, видя это: — Лиз, поможешь подобрать брюки моего размера? Судя по реакции Ивана на то, как ты одеваешься, мне просто необходимо иметь в своём гардеробе хотя бы пару.

Алиса оглянулась через плечо и подмигнула нам серебристыми глазами: — Мне кажется, тебе идут юбки, к тому же вряд ли у нас ещё какое-то время будет возможность ходить по магазинам.

Этот разговор привёл всех в весёлое расположение духа. Я осторожно поднялся на ноги и сел на пол. Фиби всё ещё не отпускала меня из своих объятий. Нехотя позволила переместить её и, оказавшись на коленях, прижалась к моей груди. Нечего было и пытаться разорвать её хватку: девушка была слишком сильной.

— Так, я знаю, что не спрашивал вас, когда разрабатывал этот план… — начал я, но Анна прервала меня.

— Не извиняйся, хорошо? Мы сами хотим быть с тобой. Все мы напали на имперский лагерь, а лично у меня был приказ не делать этого. Антонина, Лилия, возможно, и Юлия тоже хотят находиться здесь, но ты был прав, когда сказал, что они должны контролировать ситуацию изнутри, оставаясь в Академии. Директору тысячи лет, и хотя школа не имеет своей собственной армии, он один могущественен, как армия. Ты был прав, мы не сможем изменить ход наших жизней, если не будем действовать вместе, чтобы противостоять его планам.

Я никогда не видел её такой серьёзной, и моё удивление, должно быть, было хорошо заметно, потому что эльфийка покраснела и опустила глаза.

— Она просто удивительна, — подумал, восхищаясь её стойкостью.

Алиса кивнула в знак согласия, хотя и выглядела смущённой.

— Иван, когда ты нас разбудил, сказал, что пришла почта? — спросила она. Моргнув, покраснел: — Чёрт, напрочь забыл об этом! Хмыкнул и вытянул руку, указывая вглубь убежища.

— Точно, да! Юлия открыла маленькую… ну, как она там называется, и отправила в неё ящик для каждого из нас — наверху лежат запечатанные свитки с нашими именами, так что, предполагаю, каждому есть посылка. Свой я ещё не открывал.

Алиса нетерпеливо развернулась на каблуках и пошла по направлению к ящикам. Стройная полуфейри не стала надевать рубашку, и я залюбовался тем, как её длинные серебристые волосы струятся по бледной спине. Они заметно подросли, и теперь пряди касались икр. — Сколько в них гламура, а сколько настоящих волос? — задался я праздным вопросом. Лиз согнулась в талии, чтобы осмотреть свою коробку, кокетливо вильнув попкой перед моими глазами.

Анна подошла к ней и встала рядом, эльфийка вообще не потрудилась одеться. В одежде было почти незаметно, насколько хорошо развита мускулатура Анны. У неё не было рельефных громоздких мускулов, свойственным культуристам, но игра мышц при движении была очевидна. Упругая попка не вполне уравновешивала внушительную грудь, хотя в школьных юбках было нелегко заметить, что она немного полновата. Но это была приятная, естественная полнота, и мне нравилась её ладная, гармоничная фигура.

Женщины взяли свои свитки, лежащие на коробках, и погрузились в чтение. Мне пришлось обойти Фиби, чтобы взять бронзовую трубку, в которой лежал мой свиток. На нём были выбиты ряды букв, которые можно поворачивать, и эти ряды были сдвинуты, чтобы составить моё имя. Сняв фиксирующие крышки на обоих концах свитка, немного понаблюдал за женщинами и увидел, что одна сторона свободно поворачивается. Я попробовал открыть свою, но она не поддавалась. Может, здесь есть какой-то код или загадка? Попробовал сдвинуть буквы и обнаружил, что они вращаются вдоль поверхности трубки. Интуитивно написал «ворон», и тубус звучно щёлкнул. Я повернул крышку, и она освободилась.

Потянувшись внутрь, осторожно достал свиток и развернул его. Писала Антонина, и я расправил пергамент, чтобы можно было прочитать.

'Если ты читаешь это, значит, Юлия успела доставить посылку, которую я приготовила для каждого из вас. Внутри коробки ты найдёшь особый гримуар. Книга соединяется с несколькими справочными томами в библиотеке. Магия работает на уровне, который не блокируется школьным барьером, потому что она не двусторонняя. Как ты понимаешь, я разрываюсь между тем, что это явный риск, ведь пропажу могут обнаружить, но в то же время, у вас всех будет возможность продолжить обучение.

Ты должен знать, что большая часть школы считает, что вы трое погибли во время дуэли Имри и Маледикт. Но Директор не верит в это. Полагаю, он считает, что вы сейчас находитесь в тюрьме имперцев, поскольку приказал школе предпринять более агрессивные действия против сил, собравшихся за стеной.

Григ Сберс не остался в стороне. Болотный имп сконструировал маленького автономного голема, который передвигается на шести шарнирных конечностях. Я не знаю, что такое «паукобот», но бес настаивает, что именно ты дал ему идею для его создания. Голем сделан из дерева, на котором вырезаны руны, и питается от небольшой канистры с мана-паром. Григ создал небольшую хрустальную сферу, в которую вложил заклинания, и они вмонтированы внутрь конструкции. По всей видимости, они дают устройству команды. Он создал небольшой отряд этих тварей и отправил их расставлять ловушки на местности между армией и нашими стенами. Хотя каждый голем работает всего несколько часов, они расставили тысячи одноразовых ловушек, которые должны преподнести империи неприятный сюрприз, если они предпримут попытку штурмовать школу.

Маледикт и Имри прекратили бой и удалились зализывать раны. Ни одна из них не была серьёзно ранена, и никто не знает, куда спряталась Маледикт. Профессор Хек рассказал мне, что Маледикт и Директор чуть не подрались после того, как он отправил меня в Дом Ворона, чтобы я наказала тебя за неповиновение. Очевидно, дракон считает, что ты не сделал ничего плохого. Я знаю, что она очень любит тебя, но следует быть осторожным — драконы известны тем, что имеют свои собственные планы и никогда не действуют без личной выгоды.

Директор некоторое время допрашивал тех из нас, кто вернулся, но не пытался использовать магию разума, чтобы убедиться в правдивости наших слов. Невозможно понять, что он задумал, и поэтому трудно давать тебе советы. Знай, что мы любим тебя и будем работать во благо нас всех, как только сможем. Юлия обещала обеспечить вас всем необходимым. Частью этого является поставка мебели, которая будет отправлена сегодня вечером. Она попросила освободить то место, куда поставила коробки, чтобы можно было переместить большие предметы, не раздавив чего-нибудь.

И последнее предупреждение: не позволяй мане превращаться в сущность. В этом футляре для свитков ты найдёшь кольцо. Кольцо изготовлено из орихалка, минерала из мира Юлии, а драгоценный камень — звёздный сапфир с моей родины. Мы смогли поместить в него твою сущность, и его ношение восстановит часть утраченной энергии. Но если ты сформируешь новую искру сущности, то извлечь её снова будет невозможно. Директор, скорее всего, ждет, пока твоя сущность достигнет высшей точки развития, прежде чем напасть, так что будь осторожен.'

Я нахмурился и наклонил трубку со свитком, из которого выскочило кольцо и упало мне на колени. Металл бронзового цвета на ощупь оказался удивительно плотный. Повертев его в руках, рассмотрел камень цвета индиго восьмиугольной огранки, сверкающий серебряными бликами. На мгновение показалось, что блики движутся, но иллюзия исчезла, когда повернул кольцо, чтобы посмотреть на него сбоку. На металле были выгравированы ворон с одной стороны и дракон с другой. Артефакт напоминал школьное кольцо, только гораздо красивее.

Примерив его на разные пальцы, обнаружил, что оно подходит для среднего пальца левой руки. Как только кольцо оказалось на месте, по руке пробежала вспышка тепла, и я тут же почувствовал связь между своей маной и кольцом, а поток энергии влился в тело.

— Чёрт, ничего себе, как будто только что выпил кофе… Я потряс головой, чтобы прочистить её, позволяя энергии впитаться в мышцы. Фиби поймала моё запястье и поднесла его к своему лицу, чтобы взглянуть на кольцо.

— Сокровище, — выдохнула она с благоговейным трепетом. Я повернул руку и погладил её по голове, а Фиби издала счастливую трель.

— Ну, а что у вас? — обратился я к Анне и Лиз. — Тоже получили заколдованные учебники? Обе подняли глаза от тяжелых чёрных томов, которые перелистывали, и кивнули. Алиса, похоже, была в восторге. Ясно, что магический справочник — лучший подарок, который можно было ей сделать.

— Здесь содержатся ссылки на книги из запретного архива! Это исследовательские тома, используемые профессорами, я не могу поверить, что нам дали доступ, — восторженно пискнула она и провела пальцами по обложке книги с выражением, которое я узнал. Эта книга действительно возбуждает её, как хороший секс. Не знаю, как ей удалось убедить стольких людей, что она ледяная королева…

Реакция Анны оказалась более сдержанной: — Хотя я не так взволнована, как Лиззи, но в книге содержится много информации о боевой магии, которую я раньше не знала. С нетерпением жду, когда смогу её изучить. Как только освою некоторые из этих заклинаний, смогу сделать солдат империи очень несчастными или даже мёртвыми. Её жизнерадостное настроение вполне подошло бы для разговора о том, какую рубашку она планирует купить. Вспомнилось то, что нежная эльфийка, обожающая кексы, была воином на все сто. Мне это безумно нравится, но и немного пугает.

Свернув свиток, засунул его обратно в тубус, затем закрыл крышкой и отложил в сторону — было любопытно посмотреть, какие знания содержит моя книга. Деревянная коробка легко открылась, и внутри оказался чёрный фолиант с серебряными уголками. Лицевая сторона была пуста, а на переплете имелось серебряное тиснение, но на корешке не было ни текста, ни рун. Осторожно открыв книгу на первой странице, обнаружил список алхимических книг, а также книги по вырезанию рун, атакующим заклинаниям и магии укрощения. Заинтересовавшись, перешёл к следующей странице и увидел, что она пуста. Нахмурившись, в замешательстве прикоснулся пальцем к одной из перечисленных книг по алхимии.

По книге разлилось слабое тепло, а затем начали проявляться чернила, заполняющие страницы. Вскоре передо мной предстал рукописный отчет мага, потратившего десятилетия на освоение алхимической практики очищения тела для максимального усиления потока маны.

— Итак, нужно просто прикоснуться к названию книги, которую хочу прочитать, и страницы воссоздадут её? Вау, да, это невероятно полезно. Похоже, это довольно продвинутая магия…

Я бегло изучил первое попавшееся зелье и тут же побледнел, увидев по меньшей мере шесть ошибок, при допущении которых зелье превращалось в смертельное варево.

— Очень продвинуто…

Я закрыл книгу, не успев слишком увлечься, а затем осторожно отстранил руки Фиби от своей груди. Дракон сонно заворчала, но всё же позволила мне встать.

— Прежде чем погружаться в учёбу, нам нужно разработать план. Меня не устраивает просто скрываться здесь до конца своих дней, пока не стану достаточно могущественным, чтобы победить Директора. Что, по-вашему, мы должны предпринять?

Анна и Алиса обменялись взглядами, и было забавно заметить, что моя возлюбленная-полуфея выглядела страдающей, когда закрывала свой фолиант. Она выпрямилась и поправила очки. — В письме мне рекомендовали сменить сферу деятельности с прорицания на внушение на расстоянии. Это область заклинаний, которая предполагает доминирование над разумом других существ на расстоянии, подобно укрощению зверей, только целью будут являться разумные виды. По мнению Антонины, можно создать проблемы в имперском лагере, временно контролируя разум солдат, пока они спят, и совершать диверсионные акты.

Я медленно кивнул, определённо понимая, что это полезный навык. Когда взглянул на Анну, она смущённо улыбнулась: — Боюсь, как боевой специалист, я не обладаю такой же способностью создавать хаос на расстоянии. Большинство моих книг посвящено созданию заслонов, щитов и заклинаний местности. Антонина предложила мне поработать над освоением магии, необходимой для того, чтобы обезопасить наш лагерь от наблюдения. Там есть более продвинутые версии заклинаний, которыми я уже владею, так что теперь можно основательно поработать над созданием защиты. Однако пока мы не начнем сражаться с врагами, большая часть моей силы бесполезна.

Я покачал головой: — Не бесполезна. Помните, мы в дикой местности. Я могу следить за хищниками, но рано или поздно в лагерь забредёт нечто враждебное, с чем нам придётся столкнуться.

Анна улыбнулась, явно довольная тем, что оценил её навыки. Но тут выражение её лица резко изменилось — эльфийка в шоке уставилась мне куда-то за спину. Алиса смотрела в том же направлении, приоткрыв рот и выпучив глаза. Я резко развернулся в сторону входа. В дверном проёме стояла огромная фигура, ростом выше меня самого. Женщина положила руку на бедро и смотрела на меня с властным выражением на лице, которое говорило о том, что она полностью контролирует ситуацию.

— А что насчет меня? Какие у вас планы? — спросила она.

Глава 12

От удивления у меня отвалилась челюсть. У женщины, стоявшей при входе в убежище, по руке стекала струйка крови, она слегка наклонилась в одну сторону, так как опиралась на левую ногу. Лицо было сильно рассечено: глубокая рваная рана пересекала его наискось, заканчиваясь в закрытом правом глазу, но ощущение силы, исходящее от неё, ничуть не изменилось.

Анна с Алисой дёрнулись было с места, но я вскинул руку, чтобы не дать им сделать ничего, что могло бы спровоцировать дракона.

— Как, чёрт возьми, Имри нашла нас⁈ Я глубоко вздохнул и выпрямился во весь рост. Это был бессмысленный жест — в данный момент её рост составлял два с половиной метра, и она могла при желании стать ещё выше.

— Ты пришла, чтобы выжечь всю плоть из моего тела по сантиметру и заставить меня кричать от боли, как обещала? — спросил я. Выражение лица Имри не изменилось, она покачала головой и указала в сторону, мимо меня.

— Если честно, я пришла навестить свою дочь. Маледикт не так часто разрешает мне видеться с ней. Просто не мешай мне, — ответила дракон. Я в полном замешательстве уставился на неё, проследил за тем, куда она указывает — прямо на Фиби, а затем снова посмотрел на бледную женщину.

— Подожди, что⁈

Хотя, конечно, это вообще не моё дело и не следует лезть в личные дела драконов, но дело касалось Фиби, которую я любил и поэтому не собирался останавливать себя. — Что⁈ Значит, она твоя дочь? Она дочь Маледикт!

Я растерянно переводил взгляд с Фиби на Имри и обратно. Биология объясняет всё довольно просто: одна мама, один отец. А у драконов что, по-другому? Какая здесь во всём путаница, чёрт!

На обычно бесстрастном лице Фиби появилось выражение глубокого дискомфорта. Её плечи ссутулились, она искоса взглянула на Имри, а затем подняла одну руку, слегка взмахнув ею. — Мама, — пробормотала она.

Одно это простое слово, казалось, затронуло что-то в глубине души Имри, и её выражение лица смягчилось. Она прошла мимо, словно меня здесь и не было, и заключила Фиби в крепкие страстные объятия. Маленький дракончик издала писк, когда Имри прижала её к себе и стала покрывать её голову поцелуями. Я посмотрел на Анну, потом на Алису. Они застыли, словно статуи, во все глаза глядя на драконов, и ждали.

Наконец Фиби не выдержала таких активных материнских ласк, и ей удалось ударить Имри коленом в живот достаточно сильно, чтобы крупный дракон захрипел и отпустил её. К счастью для моего рассудка, женщина наконец обратила на нас внимание. Положив руку на бедро, она уставилась на всех с таким видом, словно это мы были сумасшедшими.

— Драконы — очень редкий вид даже здесь. С Маледикт мы знакомы очень давно, это долгая история, и вам не обязательно её знать. Ни одна из нас за тысячелетие не сумела найти достаточно сильного и достойного партнёра, и сто лет назад мы провели простой ритуал, который позволил мне временно сменить пол. Маледикт отложила кладку, а я оплодотворил её. Мы договорились, что будем совместно воспитывать наших детей, но Маледикт ушла, отдав яйца драконам других, меньших видов, для высиживания и воспитания. Когда я узнала, что нашу дочь связал укротитель зверей, я была… сильно расстроена.

Я сглотнул, посмотрел на Фиби и открыл рот, собираясь заговорить, но дракон перебила меня.

— Приход Фиби в имперский лагерь показал мне, что она связала себя узами не потому, что была молода и наивна — ты ей действительно небезразличен. Нам с Маледикт ещё предстоит… серьёзный разговор, но мне теперь придётся пересмотреть своё отношение к Империи. Я всё ещё не в восторге от того, что моя дочь привязана душой к Повелителю Демонов, но, возможно, ты не совсем выродок.

Хуже всего было то, что невозможно было понять, шутит она или говорит всерьёз. От дракона исходила такая же сильная аура, как от Директора или Маледикт, хотя, казалось, она совершенно не транслировала эмоциональную энергию. Директор тоже не излучал эмоций, но от него веяло целеустремленностью, грозящей подчинить реальность своей воле. Маледикт окружала аура страсти и силы настоящего хищника. Но Имри… Имри — это ледяное, мощное присутствие, которое кажется… роковым. Сила, которую не остановить.

— Никогда не считал и не считаю себя дегенератом ни в каком виде и ни при каких обстоятельствах, — сказал я. Да, конечно следует осторожно обращаться с таким могущественным драконом, но уже порядком надоело, что на меня наезжают. — Я не просил о реинкарнации на Тариле, не просил быть Повелителем Демонов и не просил перерождаться в вид, о котором ничего не знаю. С тех пор как прибыл сюда, мне пришлось многое вытерпеть: пренебрежение, неприязнь, злость, зависть… Я не собираюсь и дальше позволять кому бы то ни было бросать мне в лицо обвинения в том, чего нет. Если тебе есть что сказать, говори.

Гнев прорвался в моём голосе, и Имри охватило багровое сияние. Дракон смотрела на меня, не отрываясь. Серебристые глаза с золотыми прожилками, напоминающими солнечные лучи, сверлили, стараясь проникнуть в самую душу. Но я не собирался отступать и выдержал этот взгляд. Ноздри Имри втянули воздух, и я поднял подбородок, приготовившись к вспышке… но совершенно не был к тому, что произошло. Дракон громко рассмеялась.

— О, теперь я понимаю, почему ты нравишься Маледикт. Ещё немного развития твоей маны, и ты сможешь принять зрелую драконью форму, а дети, которых ты сможешь произвести на свет… — последующие слова было трудно разобрать, она бормотала больше для себя, чем для меня, но часть удалось услышать. Лицо Фиби скривилось, но при этом она не сводила глаз с Имри.

— Какого чёрта все эти могущественные существа видят во мне самца-производителя⁈ Неужели существует какая-то межпространственная острая нехватка членов, о которой я не знаю? Ведь мне в своей недолгой жизни на Тариле приходилось встречать и других… По крайней мере, предполагаю, что это были самцы… Хотя мне не раз доводилось и ошибаться.

Анна подошла ко мне и положила руку на плечо. Прикосновение холодного металла к коже вывело меня из раздумий, и я вздрогнул от неожиданности — даже не заметил, когда она успела облачиться в броню. Эльфийка сжала моё плечо, стоя рядом: — Иван — хороший человек. Он вырос не в нашей вселенной и, быть может, не знает многих наших обычаев, но он делает всё возможное, чтобы относиться ко всем справедливо. Я ни разу не видела, чтобы он проявил неуважение к кому-то, кто уважает его, — сказала она. Её рука слабо дрожала на моём плече, выдавая напряжение.

Алиса тоже не осталась в стороне: откинув волосы назад, она встала рядом, а безумный взгляд её глаз встревожил меня. И, поскольку на ней не было рубашки, это немного отвлекало внимание. Рука полуфеи покоилась на серебряном фолианте, прикреплённом к поясу. Надеюсь, что она не собирается совершить что-нибудь по-настоящему безумное?

— Когда мы познакомились, у Ивана были все основания меня недолюбливать, но вместо этого он помог мне выбраться из-под власти хулигана, который использовал ненависть Империи к моей расе. Он не позволил воспользоваться мной, и помог моей матери получить все ресурсы, необходимые ей для продвижения нашего народа к свободе. Он не просто хороший человек, он спаситель… — голос Алисы постепенно звучал всё громче, и я прервал её, потянувшись, чтобы обнять.

— Спокойно, не будем сейчас выяснять отношения, Имри поступит так, как решит сама, — я снова обратил всё своё внимание на дракона. — Если тебя действительно волнует, что я за человек, спроси свою дочь. Фиби была рядом почти с самого моего появления в школе.

Имри наклонила голову, затем медленно кивнула: — Справедливое предложение, я так и сделаю.

От неожиданного движения дракона нас отбросило назад, а поток ветра чуть было не снёс возведённое с таким трудом жилище. Женщина двигалась так быстро, что я не успел ничего предпринять, когда она, подхватив Фиби, скрылась за дверью. Вещи и продукты, лежащие кучей на полу, разлетелись во все стороны и врезались в стены, а вихрь воздуха заставил вибрировать всё строение.

Я через связь почувствовал панику, но эмоции исходили не от Фиби, а от Луга. Выбежав наружу, обнаружил приму-ткача, прижавшегося к внешней стороне плетёного купола. Шестилапая обезьяна вцепилась одной рукой в дерево и пыталась восстановить равновесие — ударная волна от внезапного исчезновения Имри почти сбросила ткача с дерева.

— Ты в порядке, Луг? — позвал я. Зверь издал несколько недовольных хрипов, затем зарычал, и ему удалось переместиться к краю убежища. Первые несколько водоуловителей были уже готовы. Луг каким-то образом плотно выстелил чаши листьями, чтобы образовался водонепроницаемый слой.

— Потрясающая работа, дружище!

Испуганный зверь тихонько заскулил. Алиса и Анна подошли к нам, и из волос Лиз появилась Ангелина. Сильванская белка спрыгнула с плеча фейри и приземлилась на плечо Луга. Тихонько пискнув, она похлопала ткача по толстой шее. Я обнял Луга за плечи и погладил по чешуйчатой голове. — Прости, приятель, мы имеем дело с безумно могущественными существами и, видимо, некоторые из них не отличаются хорошими манерами.

Луг обхватил меня за талию всеми своими руками и зарылся головой в мою шею. Ангелина снова пискнула, поползла по голове Луга и, вскарабкавшись по руке, устроилась на моём плече. Утешая и поглаживая своего нового товарища, поднял взгляд к небу: — Имри, мне всё равно, что ты сверхмогущественный бессмертный дракон, ты обидела Фиби, и я найду способ уничтожить тебя.

Моя связь подсказывала, что Фиби находится где-то наверху. Больше информации не было. Имри двигалась настолько быстро, что мои сенсорные заклинания были нарушены, и придётся накладывать их заново. Анна и Алиса присоединились ко мне, тоже почесывая Луга, и вскоре ткач успокоился настолько, что отпустил меня.

Зверь заскулил и снова полез на крышу убежища дальше продолжать работу. Ангелина одним изящным прыжком оказалась у него на плече, вцепившись в густую шерсть примата.

— Ладно, думаю, Лугу уже лучше, а Ангелина пусть сопровождает его, если он снова вдруг начнёт нервничать. Чем займёмся мы? — я посмотрел на дам, чтобы узнать, есть ли у кого-нибудь идеи.

— Давайте выпустим Трак, а потом ещё поработаем над защитой, чтобы укрыть это убежище — мы явно не так надежно защищены, как я предполагала, — Алиса смущённо моргнула, признавая, что её защита не идеальна, и я положил руку на её голую спину.

— Имри находится на совершенно другом уровне силы, так что мы никак не могли этого знать.

Полуфея покачала головой и выпрямилась: — Неважно. Это тот же уровень силы, что и у директора, а значит, нам ещё нужно совершенствоваться.

Анна кивнула в знак согласия и потрепала Алису по плечу: — Это так, но не забывай, что если Фиби — дочь Имри, то она могла следовать кровным узам, а их невероятно сложно блокировать. Эльфийка посмотрела на меня и улыбнулась. — И у нас есть новые книги для изучения, чтобы улучшить именно эту область, так что, думаю, Алиса права: нам следует освободить Трак и продолжить укреплять лагерь.

— Хорошо, так и сделаем. Возьму свой стазис-фонарь, и мы спустимся на землю, чтобы начать работу.

Я рефлекторно пригнул голову, входя в убежище, хотя арка была достаточно высокой. Оказавшись внутри, закончил одеваться и, пока женщины наводили порядок в комнате, начал собирать своё снаряжение. Мне стало легче, когда прикрепил Пандемониум к бедру. Поправив ремни на ранце, завязал набедренные шнуры, удерживающие стазисный фонарь на месте. Когда был готов, кивнул дамам, и мы вышли из убежища.

Спускаться по дереву оказалось труднее, чем подниматься — требовались сноровка, терпение и привычка. Уже когда находился на полпути вниз, меня озарило: — Какого чёрта я мучаюсь? У меня же есть крылья! Сделав глубокий вдох, оттолкнулся от дерева. Пока падал вниз, крылья раскрылись, вспомнив ощущение полёта. Тело, похоже, лучше справлялось с ситуацией, чем разум, потому что, наклонив голову, обнаружил, что конечности выпрямляются и направляют меня в плавный спиральный спуск.

К сожалению, я так и не научился правильно приземляться. Попытки сохранить равновесие с помощью бега при ударе о землю привели к тому, что шлёпнулся животом на мшистую землю, хотя мне и удалось подставить руки, чтобы смягчить падение.