Академия 5 (СИ)

— По крайней мере, не зарылся лицом в мох, так что это уже кое-что…

Поднявшись на ноги, посмотрел на Лиз и Анну, когда они спустились на землю. — Ладно, приступим к работе.

У меня было довольно слабое представление о том, как именно действуют формации, но я посещал курсы по вырезанию рун. Это означало, что если только Анна или Алиса будут направлять меня, я справлюсь. Алиса объяснила, что нельзя позволять демонической мане заполнять эти руны — вдруг у Империи есть заклинание, позволяющее отслеживать сигнатуры демонов, но зато магия укрощения вполне подходит для этой цели. Уменьшив свою трость до минимальной длины, стал использовать её как длинное долото, чтобы выцарапывать руны в грязи. Анне пришлось немного потренировать меня, прежде чем привык к правильной глубине, но вскоре мы уже работали вместе.

Я старался не думать о Фиби. Сложность рун и работа над символами усиления в узорах позволяли отвлечься от этих гложущих мыслей, но всё же не переставал следить за её связью. В ней не было страха или беспокойства, скорее… смущение?

— Интересно, о чём они могут говорить сейчас?

Вместе с двумя женщинами мы укрепили маскировочные щиты вокруг базы, и как раз в тот момент, когда я собирался сделать перерыв, чтобы поесть, позади раздался шум. Повернувшись на звук, одной рукой потянулся к Пандемониуму, хотя уже знал, что оружие бесполезно.

Вернулась Имри.

Глава 13

— Нет, это нонсенс! Этого не может быть!

Счастливая Фиби как ни в чём не бывало стояла рядом со своей матерью и… облизывала рожок с мороженым. — Клянусь, весь этот мир существует для того, чтобы испортить моё представление о нормальности. Мама-дракон ведёт дочь в небесное кафе-мороженое… Конечно, почему бы и нет, что тут странного? Глаза защипало, я приподнял очки и ущипнул себя за переносицу. Разом смешались облегчение и отчаяние, радость и гнев, откуда-то из глубины души вырвался тяжёлый вздох. На лице Имри отразились сначала недоумение, затем растерянность.

— Прошу прощения? — сказала она, явно шокированная моей реакцией. Я поправил очки, выпрямился и откашлялся, посмотрев на неё, а потом понял, что больше не в силах сдерживаться.

— Честно говоря, то, что ты её мать не дает тебе права делать всё, что хочешь. Ты напугала меня до смерти, просто взяв и утащив Фиби вот так, без объяснений. Это прекрасно, что она получила мороженое, я чувствовал, что она в порядке и не испугалась, потому что следил за ней по связи, но это было грубо. И это ещё не говоря о том, что ты была готова убить меня медленной, мучительной смертью только ради демонстрации своей силы и из-за спора с Маледикт. Всё это выглядит как-то дерьмово. Я понимаю, что драконы себялюбцы и эгоисты, но ты хоть раз подумала о жизнях ни в чём не повинных людей в школе? Империя только одним ударом по башне Дома Змеи уничтожила сотни молодых магов, и всё из-за какой-то грёбаной религиозной херни!

К концу речи я уже перешёл на крик. Ангелина спустилась с ветвей и приземлилась мне на плечо, а Анна утешительно положила руку на спину. Мои глаза облили пару драконов багровым светом, Фиби бросила на мать неодобрительный взгляд. Имри поджала губы, сверкнув на меня глазами.

— Сейчас я умру…

— Возможно, ты прав, — просто сказала Имри. Я опешил, не готовый к такому повороту разговора и ожидая гнева, возражений и крика. — Я пришла в это измерение, потому что хотела увидеть свою дочь. Когда Хейспиасуская империя обратилась ко мне, я увидела способ достичь своей цели. То, что Маледикт ввязалась в конфликт, меня не удивило, поскольку она всегда была неравнодушна к домашним животным… и, очевидно, ты — один из тех, в ком она заинтересована. Однако когда она заявила права на тебя, я… приревновала.

Странно было видеть, как краснеет огромная женщина, однако моё смущение было не меньшим. Чтобы заполнить возникшую неловкую паузу поднял руку и почесал в затылке. Как вообще можно отреагировать на слова, что могущественный дракон длиной в сотни метров ревнует к другому дракону⁈ Немного собравшись с мыслями, открыл было рот, чтобы ответить, но подскочил от неожиданности, когда Алиса заговорила у меня за спиной.

— Значит ли это, что ты отказываешься от поддержки Империи?

Лицо Имри потемнело, и она снова поджала губы: — К сожалению, принцесса сочла нужным связать меня узами договора, и я поклялась помочь ей обрести власть над школой. Потерпит ли она поражение или станет правительницей Академии, но я должна оберегать её, насколько это в моих силах.

Я застонал: — Так ты её телохранитель⁈

Даже не хотелось задумываться о том, как трудно будет прогнать или убить Викторию, если мне придётся противостоять Имри, чтобы добраться до принцессы. Я не питал иллюзий, что смогу победить дракона. Сила Имри находилась на таком уровне, который мне ещё было трудно постичь.

Анна подошла поближе и тайком положила в рот крошечный кусочек шоколада. И откуда только она их берёт⁈ Эльфийка заметила мой взгляд, и кончики её ушей потемнели в тон волосам. Выражение растерянности пойманного с поличным человека вызвало у меня смех, я поцеловал Анну в лоб, прошептав: — Спасибо. Она выглядела смущённой, но я уже снова обратился к Имри.

— Каковы именно условия вашего пакта?

Пакт — это своего рода магический договор между разумными существами. Несколько раз о нём упоминали на уроках межпространственной географии, но я не придал этому особого значения. Знание того, на что именно она согласилась и какие правила должна соблюдать, может нам помочь. Возможно, есть шанс, которым мы сможем воспользоваться. Мне не хотелось терять надежду, и я ухватился за эту мысль.

— Не надейся слишком сильно, имперские дипломаты заключают надёжные сделки, — предупредила Имри. Она закрыла свои странные глаза-звездочки и на мгновение задумалась, а затем начала читать договор: «Та, кто известна как Имри Первозданная, Дракон Севера, будет защищать личность принцессы Виктории Вайс, Героя Хейспиасуской империи и третьей в очереди на императорский престол, до тех пор, пока оная не завоюет Академию Магов на Тариле или не признает своё поражение. Кроме того, Имри обязана оказать помощь в победе над Повелителем Демонов Иваном Стрельцовым и убедиться, что он не представляет угрозы для императорского престола.»

Да-а-а… Непохоже, что здесь есть хоть какая-то лазейка. Хреново. Ангелина защебетала, лицо Анны начало светлеть, и через минуту эльфийка уже подпрыгивала на месте.

— Ангелина права! Имри, ты ведь уже победила Ивана, так что часть сделки выполнена, верно? — Анна взволнованно переводила взгляд с меня на дракона. Где-то вдалеке забрезжил лучик надежды.

Имри на мгновение вскинула руку, погрузившись в раздумья. — Правда, я победила Повелителя Демонов в бою, и сейчас он определенно не представляет опасности для Императорского престола. Но это не отменяет того факта, что я должна охранять принцессу до тех пор, пока она не завоюет Академию или не сдастся. Поэтому я не могу бросить вызов Империи.

Волнение Анны не ослабевало, и стоило это ценить — мне самому было нелегко сохранять оптимизм.

— Но тебе ведь не придётся самой сражаться с Академией, верно? Ты просто должна следить за тем, чтобы Виктория не погибла. А поля сражений — очень опасные места…

Имри, казалось, поняла слова Анны быстрее, чем они дошли до моего сознания. На лице дракона появилось хитрое выражение, и она улыбнулась. Потом до меня дошло.

— Погоди, ты хочешь сказать, что Имри сможет попробовать увести эту сучку от стен Академии? — переспросил я, не уверенный, что правильно понял.

Анна взволнованно кивнула: — Они не требовали, чтобы Имри сражалась за них, осаждая школу, кроме как помогать им победить тебя, что она уже сделала! Закончив объяснение, эльфийка завизжала и заплясала на месте, а я разразился смехом.

— Серьезно? Всё так просто? — я взглянул на Имри в поисках подтверждения. Бледный дракон подняла руку, чтобы успокоить наше веселье.

— Погодите, я могу не поддерживать её на поле боя, но не могу заставить отозвать свои войска или убедить отказаться от войны. Если бы я предприняла эти шаги, вам всё равно придётся сражаться с имперской армией. Кроме того, если Маледикт вернётся, мне придется отбиваться от неё. Судя по тому, что я видела, принцесса — очень упрямая женщина, и не думаю, что она откажется от своих планов, если только не будет очень бояться за свою жизнь. В её окружении есть и такие, кто готов пожертвовать своей жизнью за принцессу и Империю.

Алиса подошла и встала рядом со мной и Анной. Она выглядела куда менее воодушевленной, чем эльфийка. Интересно, видит ли она что-то, чего не видим мы — в мифологии фейри безумно хороши в сделках и контрактах. Я поднял голову в немом вопросе, и она натянуто улыбнулась.

— Генерал Шэдоубейн хорошо известен своим тактическим мастерством. Помимо того, что он искусный убийца и маг, он также тренирует элитные войска, которые специализируются на проникновении и захвате магов. Он один из тех, кого посылает Империя, когда хочет выкорчевать рощу фей с их территории. Ты ведь одно время сражался с ним, Иван? — спросила она. Я сглотнул и кивнул.

— Да, он очень опытный воин. Хотя у меня и больше силы, чем у него, но если бы бой продолжился, генерал бы меня уничтожил, — признался я.

— Да, генерала стоит опасаться, и несколько его подчинённых почти так же опытны. Впечатляет, что ты сдерживал его так долго, но в нынешнем состоянии тебе его не одолеть. От такой резкой оценки Имри мне стало не по себе, но она продолжила, прежде чем я успел что-либо возразить: — И всё же, если ты хочешь, чтобы я помогла тебе в войне с Империей, ты должен согласиться на два условия.

Я нахмурился, а затем почувствовал, как по моей связи с Фиби пробежала вспышка замешательства. Её беспокойство не располагало к доверительному настрою, и, прищурившись, посмотрел на большого дракона.

— Я выслушаю тебя, но ничего не обещаю.

Этот осторожный ответ вызвал улыбку Имри, и у меня возникло ощущение, что прошёл какое-то испытание. — Сначала ты примешь каплю моей крови, как ты принял её у Маледикт. Ты связан душой с моей дочерью, и хотелось бы, чтобы ты тоже был связан кровью со мной. Приняв мою кровь, ты станешь её старшим братом и опекуном, когда нас не будет рядом.

— Что это с этими драконами, которые настаивают, чтобы я пил их кровь? Хотя, чёрт возьми… Будет здорово стать кровным братом Фиби! — я посмотрел на дракончика и увидел улыбку на её губах. В её золотистых глазах светилась надежда. Медленно вздохнул, а затем выдохнул.

— Хорошо. Я сделаю это. Для меня будет честью иметь Фиби в качестве маленькой сес… — Фиби хлопнула меня по животу и подняла с земли, обняв до хруста в позвоночнике. Имри не стала дожидаться, пока восторг дочери утихнет, и продолжила:

— Ты также поклянёшься мне, что не будешь спариваться с Маледикт Пурпурной, если только я не буду рядом, и что ты спаришься со мной в то же самое время, — сказала Имри. Её странные серебристые глаза с солнечными лучиками, отходящими от зрачков, пристально смотрели на меня, и хотя Фиби не оставляла попыток переломить меня пополам, я всё же заметил жар в её взгляде.

Протянув руку, начал теребить волосы Фиби между рогами. Это, похоже, немного успокоило её, и, ослабив хватку, дракончик поставила мои ноги обратно на мшистую землю. Я наконец смог вздохнуть, крылья инстинктивно расправились, вырвавшись из ловушки её сильных рук. Хвост заходил из стороны в сторону, и я наклонился, чтобы снять напряжение с мышц позвоночника. Спина затрещала сразу в нескольких местах, и стон сорвался с моих губ. Убедившись, что меня не парализовало, внимательно посмотрел на Имри.

— Почему вы с Маледикт так стремитесь затащить меня в постель? Ты не первая, кто обращается ко мне с таким предложением, так что просто скажи мне, ладно? Флирт — это мило, хотя и немного пугающе, и хотя вы обе безумно сексуальны… Думаю, мы продвинемся дальше, если вы просто выложите мне всё начистоту, хорошо?

Имри подняла руку и откинула с лица волосы цвета слоновой кости, а затем кивнула головой: — Я уверена, что Маледикт говорила что-то о том, что ты станешь сильным магом, верно? Когда подтвердил сказанное, она продолжила: — Драконы, как правило, не любят ни Повелителей Демонов, ни Героев. И те, и другие склонны ввергать естественный порядок мира в хаос, но мы уважаем силу. Чем могущественнее драконья пара, тем больше яиц мы производим. Повелители Демонов лучше способны к воспроизведению, чем Герои, а мы с Маледикт обе хотим, чтобы драконы продолжали процветать как вид.

Я моргнул, а затем, подняв руку, потёр переносицу и искоса взглянул на Анну. Эльфийка пожала плечами. Перевёл взгляд на Алису — она, казалось, оценивала Имри. Зная полуфею, можно сказать, что она размышляет о том, достойна ли Имри лечь со мной в постель. Когда-нибудь я выясню, почему так много могущественных существ в этой вселенной хотят иметь детей от Повелителя Демонов. Но могу ли сейчас позволить себе отказаться от этого соглашения? Закрыл глаза, пытаясь взвесить все «за» и «против».

Итак, плюсы: школе не придётся иметь дело с Викторией, когда Империя нападёт, что также позволит Имри не участвовать в сражениях. Это несомненный плюс, поскольку Директор — единственный, кто может её удержать. Минус — мне придется иметь дело с безумным дерьмом, которое может сотворить со мной драконья кровь, и меня будут шантажировать сексом. Секс втроем с парой горячих гигантских дракониц, а также то, что получу Фиби в качестве младшей сестры — совсем не плохо звучит. Чёрт, клянусь, эта вселенная вращается вокруг моего члена, но это может дать нам передышку, необходимую для разработки плана по избавлению от Империи.

Я хмыкнул и сосредоточился на глазах Имри. Дракон, казалось, готова была ждать ответа целую вечность.

— Хорошо, согласен. Но ты сама должна рассказать об этом Маледикт, я не собираюсь ввязываться в это дерьмо. Мой ответ заставил её улыбнуться.

Имри шагнула ближе, её зубы начали удлиняться, превращаясь в клыки, сверкающие глаза приобрели хищное выражение. Покачивая бёдрами, она приближалась ко мне. — Превосходно, мне не терпится почувствовать тебя в себе.

— Боже правый, это совсем не то, что мужчина хочет услышать, когда на него надвигается гигантская тысячелетняя драконица! — я понял, что бормочу себе под нос, и постарался выпрямиться.

Огромная тень нависла надо мной, я судорожно сглотнул и напрягся, когда она подняла руки. Впервые за последнее время на её коже проступили чешуйки, а за спиной взметнулся длинный хвост. Чем ближе она подходила, тем больше раскрывалась её истинная сущность. На лбу выросли рога цвета слоновой кости, и она хрипловато рассмеялась. Я вздрогнул.

— Не волнуйся, я буду нежной…

Глава 14

Когтистые руки Имри обхватили моё лицо, а губы одарили удивительно нежным поцелуем. Я только начал расслабляться, когда змеиный язык скользнул в мой рот и принёс с собой тяжелый, медный вкус крови. Как и в случае с Маледикт, и в прошлый раз, когда Имри пыталась сделать это, кровь дракона застряла в горле, словно железный шар, и не желала двигаться дальше. Попытки проглотить её были тщетны, как и попытки выплюнуть.

Тело начинало паниковать, и я заставил себя сосредоточиться на мане внутри себя. Моё умение медитировать росло, и, благодаря помощи Юлии, я смог выделить ядро сущности, которое находилось в даре Имри. В отличие от силы Маледикт, мана Имри светилась насыщенным кремовым цветом. У меня возникло ощущение, будто попытаюсь проглотить луну, поэтому решил принять этот мысленный образ за основу и представил, что сила Имри — это лунный свет, льющийся в меня.

Взяв в руки жгут с маной, попытался раскрутить его как можно быстрее, надеясь, что это привлечёт силу. Поначалу ничего не происходило, и я уже начал беспокоиться, смутно осознавая, как Имри осторожно обхватила мои крылья, чтобы они дико не хлопали. Анна и Алиса что-то говорили, но я не мог ничего расслышать из-за стука собственного сердца. Ангелина поглаживала мочку уха, а Фиби сжимала мою руку между своими. Их забота и внимание вернули мне уверенность.

Опираясь на поддержку, представил, как мана становится весомой, словно гравитационный колодец, как она прилипает к лунной силе, притягивая к себе её крупицы. Сначала это было похоже на дождь из блесток: крошечные точки кремового цвета рассыпались по мане, но по мере того как я упрямо продолжал гнать свою энергию, покрытие росло. Вздрогнул, когда чужеродная мана коснулась моей физической маны — именно там она держалась надёжнее всего. Это было чуждое ощущение, но оно начало просачиваться внутрь, образуя полоски цвета слоновой кости среди тёмно-фиолетовой силы.

Однако не мана была самой большой проблемой, а кровь, которая всё ещё сжимала горло. Кровь вспыхнула белым огнём, к которому страшно было прикоснуться. Сущность Имри имела ледяной привкус, который трудно было описать. У Маледикт ничего подобного не было, но сейчас не было времени на анализ. Лёгкие отчаянно сжимались, нуждаясь в воздухе. Толкнув своё осознание в ледяное пламя, потянул его вниз, к вращающейся силе. Пламя рассеивалось по мере того, как втягивалось внутрь, и к тому времени, когда оно достигло центра моей сущности, огонь превратился в бассейн жидкой силы. С ней было легче справиться, когда она превратилась обратно в ману, но я столкнулся с новой проблемой, когда эта самая сила коснулась моего оплетённого существа.

В основе маны Имри лежала духовная сила — такая же, как у Виктории.

В тот момент, когда сила цвета слоновой кости столкнулась с моей демонической маной, меня начало сжигать изнутри. Где-то в глубине вспыхнуло эфемерное пламя, и я забился в конвульсиях от боли. Отчётливо ощутил, как треснула кость в ноге, затем одно из рёбер. Святая сила не желала иметь ничего общего с демонической энергией и грозила раздробить тело, если я не смогу взять реакцию под контроль. В отчаянии пытался заглушить ману Имри своей, но её сила была слишком чиста и огромна, чтобы её можно было контролировать. Наконец ухватился за сине-белую сердцевину своей укрощающей магии, попытавшись просунуть её между энергией демона и вторгающейся силой, и это принесло облегчение.

Бешено закрутив кольцо магии внутри себя, чтобы создать новые промежутки между физической и интеллектуальной маной, усилием воли загнал в эти промежутки ману духа. Из моих ноздрей и ушей начала сочиться кровь, но кости крошиться перестали. Чем больше силы Имри вводил в промежутки между своими силами, тем больше моё тело восстанавливалось после пережитого испытания. Протянув эти нити через свою косу, сплёл их в новое кольцо, отчего ледяное исцеление волной хлынуло через меня. Когда магические нити наконец соединились, образовав настоящий круг, весь мой центр стабилизировался.

Задыхаясь, судорожно втянул воздух в лёгкие. Кровь исчезла, и я сглотнул, вновь обретя способность дышать. Вместо пульсирующей боли вдруг почувствовал себя свежим и сильным. Имри в какой-то момент опустила меня на землю, и, открыв глаза, увидел, что она стоит в нескольких метрах от меня. Анна, Алиса и Фиби столпились вокруг, тесно прижавшись своими телами к моему телу. Ангелина что-то пищала на ухо, и их моего горла вырвался лишь хрип, когда попытался заговорить.

Пришлось прокашляться, прежде чем смог заставить лёгкие работать достаточно ровно, чтобы начать произносить слова. — Всё в порядке, не думаю, что Имри в этом виновата. Я не знал, что в центре её сущности находится святая сила, — наконец с трудом выдавил из себя. Имри побледнела от этих слов, что несказанно поразило меня, учитывая, что её кожа цвета слоновой кости и так уже была достаточно бледна, а теперь она стала почти прозрачной. И был ещё больше потрясён, когда дракон поклонилась мне.

— Мои извинения, Иван. Я совсем забыла о том, как трудно соединить дух-ману и силу Повелителя Демонов. Я подвергла твою жизнь риску, и теперь у тебя в долгу.

Алиса с Анной зло поглядывали на Имри и молча хмурили брови, а я наклонил голову, чтобы прислушаться к тихому писку Ангелины — белка поглаживала мочку уха, одновременно нашёптывая.

— Ты можешь загладить свою вину, поставив вокруг лагеря свои собственные заслоны, чтобы обезопасить его от обнаружения. На уровне защиты клада… — сказал я, надеясь, что Ангелина знает, что делает.

Имри подняла бровь и взглянула на Ангелину. Та дёрнулась от этого, но дракон не выглядела рассерженной. — У тебя мудрый советник, — наконец произнесла она. Ангелина издала писк и торжествующе подняла вверх крошечную лапу. Я едва сдержал стон — теперь белка будет просто невыносима несколько дней, но не винил её. Это был правильный выбор.

Имри закрыла глаза, и над нами возник белый круг. Я увидел по меньшей мере дюжину различных магических кругов, заключённых во внешнем кольце. Каждый из них вращался со своей скоростью, и не было возможности сосчитать, сколько магических рун движется внутри. У меня не нашлось названий для некоторых геометрических фигур, заключённых в меньших кольцах, а то, как они скользили друг по другу, выглядело почти как трехмерное кино. Имри демонстрировала это с непринуждённой лёгкостью профессионального фокусника. Магический круг был сотни метров в поперечнике и полностью окружал поляну, которую мы выбрали для своего убежища. Мана вспыхнула ещё раз, а затем исчезла.

— Дело сделано, — сказала дракон. Она улыбнулась нам, затем сделала шаг назад и просто исчезла. Я огляделся по сторонам, уверенный, что она где-то рядом, однако не увидел ни единого следа дракона.

— Ну, это было несколько театрально, — пробормотал я. Фиби хихикнула и погладила чешую на своем запястье. Подняв руку, взъерошил её серебристые волосы. — Похоже, теперь ты моя младшая сестра. Как звучит «Фиби Стрельцова»? Её лицо засветилось от восторга, и дракон ещё раз крепко обняла меня. На этот раз, по крайней мере, мои крылья вовремя успели распахнуться, чтобы не попасть в ловушку железных объятий.

Пока я пытался высвободиться из хватки Фиби, Анна с Алисой вернулись к работе над своими собственными дополнениями к защите. Они соглашались, что в этом нет необходимости, учитывая уровень силы Имри, но никому не хотелось, чтобы наша жизнь была полностью в её руках. Я наконец освободил Трак от стазис-фонаря, а затем потратил некоторое время на то, чтобы познакомить фалдона с Лугом. Они быстро нашли общий язык и сдружились, так как я научил приму-ткача одному важному навыку — щекотке.

Луг оказался достаточно крепким, чтобы выдержать толчки возбуждённого фалдона, а Грузик была на седьмом небе от счастья, когда поняла, что у её нового друга целых шесть рук. Пришлось уделить некоторое время тому, чтобы показать Лугу как расчёсывать лохматую шерсть фалдона, а также проверять и чистить её бронированные пластины. Ткач быстро учился и излучал счастье от того, что у него есть чем себя занять. Я как мог внушил им, насколько важно не выходить за пределы убежища, а затем оставил двух зверей играть вместе.

Теперь я часто практиковался в полётах, чтобы быстро добираться до убежища и обратно, и обнаружил, что могу нести Анну или Алису, но не обеих вместе. Над приземлением нужно было ещё поработать, но я пообещал себе, что буду тренироваться каждый день, пока не обрету контроль над своим новым телом.

За повседневными делами и вознёй с подопечными время, казалось, летело незаметно, и я не успел оглянуться, как прибыла наша мебель. Её расстановка стала приятным развлечением. Юлия каким-то чудесным образом исхитрилась перенести в наше убежище самую большую кровать, которую я когда-либо видел. В ней было три метра в длину, а толщина матраса достигала метра. Девушки были счастливы, а Алиса долго разглядывала тяжёлое изголовье и вырезанные на нем кольца.

В первую ночь на необъятной кровати мы просто отсыпались, наслаждаясь комфортом и крепко обнявшись, а не предавались более энергичным занятиям, хотя я и был не прочь… Когда взошло солнце, мне удалось использовать Луга в качестве центра для заклинания, чтобы привлечь ткачей обратно на поляну. После появления мелких приматов, мы приступили к новому строительному проекту. Наложить на Луга магию доминирования было потрясающе просто, и ткачи прекрасно следовали его указаниям.

Алиса с помощью своих сил фейри вызвала лианы и тонкие деревья по всей поляне, а ткачи сплели из древесины барьер между стволами деревьев. Умные звери умудрились оставить двое ворот, хотя никто, проходя рядом с ними, и не догадался бы о существовании входов. Я использовал свою маску, чтобы увидеть ману, которой ткачи манипулировали, пытаясь понять, как они заставляют даже толстые стволы изгибаться и сплетаться, словно мягкие прутики. Мне удалось узнать кое-что новое для себя, но бешеная скорость работы не позволяла толком уследить за происходящим.

Как только баррикада была возведена, я поручил ткачам построить несколько небольших купольных убежищ рядом с основным. Примыкающие друг к другу строения соединялись деревянными туннелями, и эта конструкция сильно напоминала фэнтезийную деревню. Помещения предназначались для сна и отдыха Фиби, Ангелины и Луга, а над главным ответвлением ткачи подвесили большой чан с водой и установили горку для Дерпа. Конечно, спутники хотели бы остаться рядом со мной, но я предпочитал, чтобы во время близости с любовницами не было зрителей.

К ночи я освободил отряд ткачей от заклинания, но они никуда не разбежались и остались бродить поблизости — животные стали менее пугливыми. Последним проектом, над которым поручил работать приматам, была тонкая деревянная стена, отделяющая спальное место от остальной части дома. Плетёные панели сдвигались в сторону, как дверь, что оказалось весьма удобно. В ту ночь мы спали, как младенцы, а когда наступило утро, решили, что пора приступить к изучению своих новых гримуаров.

Поначалу я постоянно проверял свои связи с Антониной, Лилией и Юлией — меня не покидала паранойя по поводу их безопасности, но с течением времени немного успокоился, и стало легче сосредоточиться на чтении выбранной алхимической книги. В конце концов я научился мысленно следить за ними, не отрываясь от учёбы, и вот тогда-то по-настоящему смог погрузиться в изучение фолианта. Продвинутые формулы, содержащиеся в нём, казались сложными, но не невозможными. Однако я быстро понял, что не смогу попробовать ни одну из них здесь, в этом помещении, потому что при приготовлении все они выделяли ядовитые газы, которые могли навредить остальным. Это привело к тому, что поздно вечером Луг построил для этих целей небольшую хижину на лесной подстилке.

Пока он этим занимался, Анна, Фиби и Грузик нашли несколько огромных валунов и привезли их в лагерь. Анна использовала свою магию, чтобы разрезать валуны на тонкие листы. Затем они выложили камнем пол каждого убежища, а Фиби продемонстрировала новую магию: она выпустила из пальцев драконий огонь и каким-то образом смогла соединить каменные листы в цельные плиты. Благодаря новому полу мы теперь могли готовить пищу в помещениях, не опасаясь прожечь пол. Алиса в основном была поглощена своими занятиями, но вечером она сообщила, что каждые несколько часов проверяла обстановку в Академии и, похоже, конфликт зашёл в тупик. Никто из нас не был в восторге от разлуки со школой, но я почувствовал облегчение от того, что с моим исчезновением боевые действия, похоже, утихли.

На третий день мы уже чувствовали себя достаточно отдохнувшими, чтобы договориться о распорядке дня. С утра мы занимались учёбой. После обеда каждый делал всё возможное, чтобы улучшить свои жилищные условия. Для меня это включало вырезание рун на каменном полу, чтобы в убежище поддерживалась комфортная температура, даже если снова вернутся проливные дожди. После обеда мы ещё немного занимались, а вечером у всех было свободное время, и появилась возможность наконец уделить внимание друг другу. В тот день Анна призналась, что подумывает попросить меня подарить ей ребенка. Алиса не могла решить, хочет ли она детей или нет, но охотно предложила понаблюдать за тем, как Анна вынашивает ребёнка и в меру сил помочь ей. Так и не придя ни к какому окончательному решению, мы отправилась спать.

К концу первой недели Анна засомневалась и попросила повременить с рождением ребенка, так как я поделился своими опасениями по поводу действий Империи, и мы договорились вернуться к этой идее, когда наш мир станет менее опасным.

Юлии удалось отложить уже несколько кладок яиц. Хотя роды были и нерегулярными, но медсестра строго следила за их полноценностью. Благодаря Юлии, почта работала отменно. Мы разработали систему отправки писем обратно с помощью футляров для свитков. Все чувствовали себя лучше, когда могли связаться друг с другом в любое время, несмотря на разлуку.

Мне было неприятно узнать, что многие в школе, похоже, рады моему исчезновению, но утешали сообщения Антонины о том, что Дом Ворона продолжает поддерживать меня. Она также сообщила, что дала знать Григу, что я жив, и эта новость очень порадовала — не хотелось, чтобы друг переживал по поводу моей смерти. Антонина, рассказав об этом Григу, увеличила шансы на то, что кто-то узнает, что я не умер, но не думаю, что эту тайну удастся сохранить надолго. Хорошо уже то, что нас трудно найти.

Так незаметно пролетел месяц.

Глава 15

— Пожалуйста… пожалуйста, дай мне это, Иван! Пожалуйста, мне это нужно, мне это так нужно! Ну, прошу… — Анна отчаянно вертелась вокруг меня, умоляя, а я не мог сдержать садистской ухмылки, глядя на неё.

— Ты уверена? Точно? Ты была послушной девочкой? Только хорошие девочки получают лакомства, — не переставал поддразнивать её. Эльфийка почти готова была заплакать, она раскраснелась от желания и поцеловала внутреннюю сторону моей ладони, с жаром глядя мне в глаза. Её кожа покрылась мурашками, и по телу прошла слабая дрожь.

— Да, Иван, я хорошо себя вела, клянусь… Ну пожалуйста, можно мне последний кекс? — на глаза Анны уже навернулись слёзы, так сильно ей хотелось получить последний десерт, который прислала Юлия. Я фыркнул и, не в силах больше сдерживаться, протянул ей клубничный кекс. Анна с благоговением вдохнула его аромат. — Спасибо, Иван, спасибо!

Я провёл пальцем по её уху — обычно это заставляло её дёрнуться… но в этот раз никакого эффекта не последовало. Моя эльфийская возлюбленная была полностью поглощена кондитерским изделием, и попытка конкурировать с десертом будет заведомо проигрышной. Такие мелочи, как кекс, было не так-то просто достать сейчас, когда осада Академии приобрела новые масштабы. Последнее заклинание Алисы по мониторингу Академии показало, что над школой снова кружат не менее двадцати дирижаблей. По подсчетам Анны на баррикадах и в окопах у Виктории должно было находиться теперь уже около десяти тысяч солдат. Сомневаюсь, что мы сможем что-то изменить при той скорости, с которой прибывают войска из Империи.

— Иван, что, по-твоему, мы должны делать с… этим? — неожиданно прозвучал тихий вопрос Алисы. Я поборол искушение вздохнуть, потому что не был уверен, что хочу иметь дело с… этим. Повернув голову, увидел, что Алиса держит на коленях перчатку из чешуи. Поверхность перчатки была чёрной с серебристыми вкраплениями, но на костяшках пальцев виднелись красные чешуйки, совпадающие по цвету с теми, какие были на маске. Перчатка была достаточно длинной, чтобы прикрыть локоть, и довольно объёмной, чтобы вместить браслеты, образованные моей связью с Ангелиной.

Артефакт обладал той же энергетической подписью, что и маска, и был так же устойчив к повреждениям. На внутренней стороне предплечья имелись углубления, как будто в них можно было что-то вставить, а на верхней части — ребристые чешуйки, достаточно острые, чтобы прорезать лёгкую броню и плоть. Она подходила для той руки, в которой обычно держу трость.

— Никак не могу понять, что делает перчатка, хотя она вызывает у меня странные ощущения. С маской было проще разобраться — она позволяет видеть потоки маны и даёт невидимость.

По правде говоря, перчатка вызывала во мне чувство… голода. Не думаю, что это правильное слово, но оно является самым близким к тому, что ощущал, когда носил её. Эта проклятая штука, вероятно, хочет, чтобы я вырывал души из своих врагов или что-то в этом роде, оправдывая стереотипное мнение о Повелителе Демонов.

Алиса перевернула чешуйчатую перчатку и провела тонкими пальцами по внутренней стороне предплечья. — Я вообще не могу понять это с помощью своей магии прорицания — как будто чешуя полностью поглощает ману и ничего не отдаёт, — она казалась очарованной этим оружием от когтистых кончиков пальцев до гладких чешуек, образующих манжету. — Думаю, тебе стоит носить её почаще.

Анна проглотила последний кусочек кекса и сузила глаза: — Если перчатка невосприимчива к мане, ты можешь научиться использовать её как щит. Возможность блокировать атаки силой дракона сделает тебя намного сильнее, но если тебе от этого не по себе… Я могу это понять.

Снова вздохнув, протянул руку, взял перчатку и заглянул внутрь. Там тоже оказалась лишь чешуя. Ничто не намекало на то, для чего предназначен предмет, но кое-что я знал точно. — Это сделано из моей маны, так что это часть меня. Этого не избежать, кроме того, есть кое-что, что я ещё не пробовал делать, — поднявшись со своего места за столом, встал и подошёл к своему ранцу, из которого достал маску. — Не пробовал использовать оба артефакта одновременно.