Помоги проекту - поделись книгой:
Подобным же образом можно обсудить вопросы, связанные со здоровьем ребенка. В каком возрасте, чем и в каком количестве он должен питаться? Когда и сколько его можно баловать вкусненьким? Что говорят насчет конфетного дня[6] и сахара вообще? Можно ли кормить едой быстрого приготовления и если да, то как часто? Какова оптимальная продолжительность сна? Когда вы найдете ответы на эти и другие вопросы, выявив рамки, вам будет куда проще рассказать ребенку о том, что ему дозволено делать и чего нет. А вот еще дилемма: можно ли позволять детям тузить друг друга, пинаться, таскать за волосы своих родителей, братьев и сестер? Хотя подобные выходки могут показаться безобидными и не причинять вреда, стоит все же задуматься о том, как ребенок может интерпретировать то, что вы разрешаете поступать так или смеетесь над этим.
Ребенок, которому не запрещают колотить своих родителей, может вообразить, что он сильнее взрослого и станет диктовать свои условия. Как следствие, с одной стороны, у маленького человека сформируется неправильное представление о власти, а с другой – крайняя степень беззащитности.
Ребенок начнет думать, что в минуту опасности взрослый не сможет защитить его от разбойников и чудищ, образы которых неизбежно рождаются в детском сознании.
Если же смеяться над капризами ребенка, то он почувствует себя униженным, так как для него причина капризов серьезная, но в глазах взрослого она ничтожна. Каждый из нас способен представить, каково оно, когда мы, разозлившись на кого-то, услышим в ответ лишь насмешку. Если родители будут позволять братьям и сестрам причинять друг другу боль, дети начнут воспринимать это как легитимное право разрешения конфликтов. В дальнейшем может оказаться так, что казавшееся поначалу безобидной грызней со временем станет выливаться в виде раздоров и стычек, где пострадавшей стороной оказывается самый маленький и слабый. Причинение боли и насилия должно запрещаться однозначно и для больших, и для маленьких, а если дети пытаются нарочно причинить другим боль, взрослый обязан пресекать подобное тут же словами «в нашей семье никто никому не делает больно».
Джессике два с половиной года, с ней каждый день случаются приступы агрессии, когда она кусается и дерется. Мать забавляет ее поведение, она с трудом сдерживает смех, пытаясь успокоить свою дочь, одновременно уворачиваясь от ударов. Однако приступы ярости у Джессики не только не проходят, со временем они становятся все более продолжительными и тяжелыми.
Поведение матери вызывает у Джессики недоумение: ее капризы не воспринимаются всерьез, но при этом мать и не препятствует ударам. По идее вместо смеха родительница должна сказать примерно следующее: «Вижу, что ты рассердилась, но маму нельзя ни кусать, ни бить». Как минимум, она не должна позволять кусаться и драться, нежно удерживая малышку за руки или посадив на колени, и попытаться обсудить, что ее так сильно беспокоит, тем самым понемногу помочь дочери научиться выявлять свои эмоции и регулировать их.
В семье трое детей: Йохан 13 лет, Юлия 8 лет и Ялмари 6 лет. Некоторое время назад между младшими вспыхивали ссоры: сначала Ялмари начинал задирать Юлию, в ответ та нервничала, хватала брата, за что придется, и даже била его. Однажды конфликт разросся до того, что Юлия накинулась на Ялмари и принялась душить его. Подоспевший на помощь Йохан пнул сестру, чтобы та отстала от брата. После случившегося Ялмари начал плохо спать, его стали мучить кошмары, Йохан перестал общаться после школы с друзьями, потому что опасался повторения неприятной ситуации. В итоге Йохану пришлось обо всем рассказать родителям, а те обратились к врачу за помощью.
У родителей не было ни малейшего представления о том, насколько пугающими в глазах всех троих детей выглядели рукоприкладство между Юлией и Ялмари. Стычки между братьями и сестрами следует расценивать как насилие, если одна сторона боится и испытывает страх за свою безопасность.
Проговорив вопрос со специалистом, родители обсудили его на семейном совете и поставили за правило исключить всякое проявление насилия в отношениях между детьми. Они также научили своих детей модели «слова безопасности», подсмотренной ими в одной книжке. Слово безопасности – это некое совместно оговоренное слово, тот же код, произнеся который вслух во время игры, ссоры или любой другой разрастающейся ситуации, член семьи сигнализирует о том, что партнер (-ы) начинает выходить за рамки и что пора остановиться или сбавить темп. Родители также пообещали детям помочь тушить разгорающиеся ссоры, при необходимости вмешиваться, если ситуация выходит из-под контроля. Через полгода на приеме у специалиста родители рассказали, что атмосфера в доме заметно улучшилась: случается, что дети начинают ссориться и тузить друг друга, но с помощью условного слова безопасности они могут прекратить конфликт вовремя.
Несколько лет назад я обучалась на организованных Министерством здоровья и социальной защиты Финляндии курсах повышения квалификации, где одной из тем было дошкольное обучение. Помнится, что мне, как одному из лекторов, дотошные коллеги задали вопрос, в каком случае следует ограничивать поведение ребенка. Ответ последовал незамедлительно: как только вам покажется, что ребенок начинает доставать. Простой ответ, согласитесь, однако в нем есть нехитрая мудрость. Во-первых, восприятие взрослыми нежелательного поведения своего ребенка является индивидуальной вещью, а во-вторых, имеет смысл действовать проактивно, не позволяя ребенку нарушить наши права и наши эмоции.
В разных семьях границы дозволенного поведения и семейного комфорта могут варьироваться – где-то жестче, где-то проще. Однако все члены семьи должны ощущать себя в безопасности, знать, что их признают такими, какие они есть, и, в идеале, желать быть членом именно этой семьи. Будет проще определить границы комфорта и поведения, предварительно осознав то, как дети должны вести себя по отношению к членам семьи и вне дома. Если мне хочется, чтобы дети вели себя вежливо, умели бы здороваться и благодарить, то эти навыки должны отрабатываться в семье, быть естественной частью семейного общения. Уже с полуторагодовалым малышом можно играть в «возьми-подай», используя слова «спасибо» и «пожалуйста». Ребенка постарше можно заставить поблагодарить, а школьнику, как бы его это ни огорчало, можно заметить прямо: «Не забыл, что нужно сказать?» Как бы мне хотелось, чтобы общался мой ребенок? Разрешаю ли я разговаривать со мной грубо или нагло? Можно ли использовать инвективы? Фактически в части речевого этикета все семьи решают по-разному, для кого-то постоянный стеб или шуточки между членами семьи являются вполне себе приемлемым стилем общения.
Во внутрисемейном общении неплохо помнить, что насыщенная любовью, обращенная к ребенку со стороны взрослого речь является важным мотивирующим фактором. Она создает зону комфорта, позволяет ребенку ощутить себя принятым со всеми особенностями личности, а значит, ему гораздо проще услышать, понять и действовать согласно пожеланиям. Спокойная речь родителей формирует образец общения с другими.
Наши дети живут лучше нас уже сегодня. Им кажется странным, почему мы, взрослые, не желаем реализовывать их блестящие идеи, касающиеся похода в бассейн, когда на дворе уже восемь вечера, или почему бы не пойти есть гамбургеры просто потому, что хочется, хотя родители уже наварили целую кастрюлю супа. Или наоборот: может случиться так, что семья регулярно совершает нечто крайне интересное, а тут родители неожиданно все отменяют, потому что именно сегодня они очень устали или у них другие проблемы.
Если взглянуть на ситуацию в контексте сохранения родительского ресурса, имеет смысл ограничить детские желания, и на этот счет не нужно терзаться угрызениями совести, потому что родительское решение поможет детям выдерживать тяготы повседневности. Кто сказал, что всегда должно быть комфортно? Это исключено. Когда присутствуют границы, порой можно их нарушать. Вместе можно принять решение, что на выходных или в отпуске семья проведет несколько отрывных деньков, когда можно делать все то, чего в обычные будни нельзя, – хоть есть бутерброды с вареньем прямо в кровати (с условием убрать после себя). Или, скажем, если случилось отменить в какой-то день общие дела, можно решить, что будет взамен этого. Общесемейное бунтарство или просто совместное веселое времяпрепровождение являются отличным способом повысить ощущение детей, что это наша команда, что мы хотим быть ее частью.
Как заставить ребенка быть послушным?
Нельзя сказать, что формирование и поддержание диалога между родителем и ребенком является таким уж простым делом. Дети различаются между собой темпераментом. Часто эмоциональные, вспыльчивые и склонные к демонстрации своих негативных эмоций дети рождают в воспитывающих их родителях чувства огорчения, усталости и даже злобы. Родителям детей с условно сложным характером кажется, что только четкие указания и жесткие запреты позволяют обеспечить ребенку защиту, что его желательно оставлять одного плакать или психовать. Однако в этом случае у ребенка формируется устойчивое ощущение того, что его не понимают, не признают, и, соответственно, у него не могут родиться желания и потребности действовать согласно указанием родителя. Формируется замкнутый круг негативных эмоций, и родитель сможет разорвать его, изменив свое поведение.
В одном исследовании анализировалось поведение маленьких детей, которым их родители дали характеристику «сложные». Были организованы игры, где дети устанавливали правила, а родителям предписывалось следовать им. Оказалось, что те дети, кто получил возможность управлять общением со своими родителями, в дальнейшем охотнее откликались на инициативу и указания со стороны взрослых, их уровень стресса понизился. Если предоставить ребенку на короткое время возможность стать ведущим в игре, это позволит дать положительный заряд взаимоотношениям между ним и взрослым.
Какой бы странной ни показалась эта мысль, но именно в тот момент, когда поведение ребенка раздражает наиболее всего и он кажется «маленьким чудовищем», нужно продемонстрировать свою привязанность к нему, сесть и сделать что-нибудь, что его могло бы порадовать. Именно совместные секунды радости послужат эффективной «вакциной» против появления отрицательного круга и дадут ребенку ощущение приятного общего дела.
Анни шесть лет, и если раньше она была улыбчивой и всегда радостной, с ней не возникало никаких проблем, то после развода родителей она стала проявлять все больше недовольства по разным вопросам. Анни постоянно требует, чтобы мама посидела с ней рядом, пока она не уснет. По этому поводу мать испытывает удивление и огорчение одновременно: и без того в связи с изменившейся семейной ситуацией решение бытовых вопросов требует большего времени. В какой-то момент мать поняла, что давно, как раньше, не обнимала дочь и не разговаривала с ней.
В описанной выше ситуации нет ничего необычного: в жизни родителей произошли серьезные перемены, в такой ситуации могут нарушаться важные для ребенка вещи. Маленькая Анни уже прошла через родительские конфликты и пережила их развод, для нее наиболее насущный вопрос, любят ли родители ее по-прежнему. Мать незаметно для себя оставила ежедневные незначительные, но важные способы продемонстрировать свою привязанность к дочери. Анни реагирует повышенным уровнем тревожности, что проявляется во внутренней неудовлетворенности, и требованием, чтобы мама приблизилась и больше проводила с ней времени.
Мать стала обращаться с Анни нежно, называть ее ласковыми именами и читать по вечерам книжку. Девочка поняла, что нужна маме, ей стало легче, и постепенно ее неудовлетворенность исчезла. Страхи, связанные с засыпанием, никуда не делись, но у малышки получается заснуть, когда мама находится неподалеку, той уже не нужно постоянно быть в спальне.
В написанной с поучительными целями книжке Вильгельма Буша «Макс и Мориц» (1865) рассказывается о мальчишках-шалунах, творивших всякие проделки, чем они очень докучали взрослым. Книга написана в стихотворной форме, а в самом конце Макса и Морица бросают в жернова: «Жернов гудит, жернов шумит! Лишь пыль вокруг столбом стоит!» О перемолотых в пыль мальчиках никто не пожалел.
С одной стороны, дерзкие проказы двух шалунов не могли не вызвать ярости мельника, с другой же стороны, их бросают в жернова, и это отражает то ощущение, которое периодически охватывает нас, взрослых. Воспитание ребенка – сложнейшая работа по многим причинам. В первые годы жизни дети быстро растут, у них режутся зубки, их мучают колики, они плохо спят, все свои переживания могут выразить только плачем. Другие, восприимчивые ко внешним раздражителям малыши часто плачут от страха.
По неведению, непониманию или даже назло дети могут сделать что-нибудь запрещенное или просто глупое, сильно огорчая взрослых. В таких ситуациях нас может охватить раздражение и даже ярость, которые способны напугать нас самих. Само по себе это чувство не может никому причинить вреда. Однако, общаясь с ребенком в сложных ситуациях, правильнее поймать себя на этом чувстве, сделать глубокий вдох или просто уйти, сказав: «Я так рассержен, что мне надо успокоиться». Если на месте присутствует другой взрослый, его можно попросить взять ситуацию под контроль, пока сам не успокоишься.
Поступки в состоянии раздражения и злобы не приведут к хорошим результатам. В глазах ребенка гневливый родитель выглядит пугающе, его мозг в такой ситуации активизирует режим стресса, и ребенок утрачивает способность слышать и понимать. В свою очередь, разозлившимся родителям сложно оставаться взрослыми, в нас происходит неосознанный регресс, низводящий человека в действиях и словах на детский уровень.
В свете современной науки основанное на страхе и причинении боли воспитание в духе «Макса и Морица» считается вредным. На встречах с родителями часто приходится слышать вопросы вроде того, какие способы воспитания могут быть применены вместо подзатыльников, таскания за волосы или ремня, если ребенок не воспринимает разговоров и бросает вызов установленным родителями границам. Выше в книге говорилось о формировании приверженности правилам: дети хотят следовать границам, потому что они любят родителей и желают действовать так, как родителям кажется правильным.
Детская приверженность родительским правилам должна вознаграждаться любовью и благодарностью.
Вспоминается одна семья, где родители были озадачены тем, что их десятилетний сын не убирал своих вещей, не помогал на кухне и дерзко отвечал на замечания. Мы обсудили то, каким образом можно было бы ребенку помочь начать действовать правильно. Отец спросил: «Неужели мне нужно сказать ему спасибо только за то, что он кладет свои башмаки на место?» Однако, обсудив с ними то, как мы сами воспринимаем, если кто-то скажет нам что-нибудь положительное, к примеру на работе, отец взглянул на ситуацию глазами сына. Предложение было таким: если он хочет, чтобы сын всякий раз убирал ботинки или кроссовки в обувницу, он должен всякий раз отдельно отмечать это. Достаточно сказать: «Как здорово, что ты убрал свою обувь». Нужно выразить свое одобрение на словах, совсем необязательно устраивать из этого целое представление. Детям, особенно подростку, проще принять простое «спасибо».
Когда используются поощрения, проще обсудить наказание. В таком разговоре взрослому лучше оставаться спокойным и ни в коем случае не начинать запугивать или унижать ребенка, даже если хочется просто орать. Нужно помнить, что обычно ребенок в состоянии ощущать стыд уже с возраста полутора лет. Дети и так стыдятся своего плохого поведения или проступков, даже если не показывают виду, однако чрезмерные обвинения, призывы «стыдиться» не помогут ребенку разобраться с плохим внутренним самочувствием. В этих ситуациях опять же имеет смысл встать на место ребенка и задуматься о том, как мне самому хотелось бы, чтобы разбирались мои промахи. Когда родитель ощущает, что внутри все прямо клокочет, стоит перенести разговор на несколько часов или на следующий день. Кому-то может помочь, если описать печальную ситуацию или свои ощущения на бумаге. Как бы там ни было, сделайте все, чтобы сохранить дистанцию и успокоиться (каким бы отвратительным ни оказался ребенок), прежде чем решите начать разбор полетов со своим чадом.
Если ребенок нарушает правила, сначала убедитесь в том, что он вообще понимает, что запрещено и почему. Осознает ли он всю возможную тяжесть последствий? Выясните это, а уже потом поговорите с ним о том, какое наказание, на его взгляд, является наиболее приемлемым в данном случае. Лишение благ (мобильного телефона, приставки) или причинение неудобства (домашний арест) необязательно действует как наказание, потому что в них отсутствует момент примирения. Наказание должно быть сопоставимо с преступлением, и, что важно, оно должно быть тем, что ребенок в состоянии осуществить один или с помощью родителя.
Представьте себе, что под влиянием мимолетной вспышки вы посадили своего ребенка под домашний арест. Если он непоседлив в принципе, то такое наказание приведет к новым эмоциональным всплескам, его начнет бросать из огня да в полымя. Еще раз: с ребенком надо вместе продумать достаточную длительность наказания за совершенный проступок. И здесь лучшим способом помочь ему и научить его оказывается то, что наказание является компенсацией за проступок или нарушение правил. К примеру, если ребенок нарочно поломал чужую вещь, с ним нужно проговорить, как содеянное исправить или заменить. Если ребенок причинил другому боль, с ним вместе нужно подумать, как он мог бы загладить вину. Если в результате кругом царит хаос, совместно следует решить, как убраться, и убедиться, что он в состоянии справиться самостоятельно. Если речь идет об обмане доверия родителя, к примеру, в части приходов домой или вранья, нужно вслух поразмышлять о том, как можно вернуть доверие обратно. В течение какого срока ему придется приходить домой раньше, прежде чем вернуться к старым правилам? Как родитель будет знать, что ребенок говорит правду? В течение какого времени родитель должен каждый раз проверять, что ребенок говорит правду? В общем, если ребенок принимает участие в определении наказания за свои поступки, он будет выполнять их более осознанно.
Следует избегать неясности в определении наказания за провинность. Кому угодно будет плохо, если не знать, когда точно закончится наказание, поэтому куда вернее четко определить, что последует за проступком и как долго наказание будет длиться. Когда оно закончится, к вопросу можно не возвращаться даже на уровне шуток, и уж тем более не стоит о них рассказывать знакомым и чужим людям.
Ложка за маму, ложка за папу
Наше сознание связывает с питанием многие эмоции. Пища является топливом для организма, без нее мы попросту умрем. Начиная с того момента, пока ребенок еще находится в родильном отделении, мы обращаем внимание на его питание. На приемах в детской консультации мы следим за увеличением веса ребенка согласно общепринятым таблицам, контролируем, чтобы вес ни в коем случае не вышел за верхние или нижние разрешенные показатели. Позже мы контролируем, чтобы ребенок правильно питался, учим правилам этикета. Однажды наш ребенок заявит, что он хотел бы следовать той или иной диете. Кто имеет право решать, что и когда мы едим, чтобы все были довольны?
Еда является также средством демонстрации привязанностей и ценностей. Во все времена бабушки и дедушки демонстрировали свою любовь по отношению к внукам, потчуя их лакомствами и сладостями, – иногда тайком от родителей. Выказывать любовь с помощью еды – это универсальное явление. Те же британцы предлагают чашечку чая, демонстрируя тем самым радость или утешение, во многих культурах свойственно ставить перед гостями на стол лучшие яства, причем еда не должна заканчиваться. Общая трапеза всегда считалась хорошим способом повысить степень взаимной привязанности. Очевидно, что для развития ребенка совместное принятие пищи членами семьи является куда более важным моментом, чем оно может показаться. Ученые доказали, что дети из тех семей, где хотя бы один раз в сутки семья вместе садилась за стол, в среднем лучше преуспевают в жизни, чем дети, где ничего подобного не практиковалось.
Факторов, объясняющих это, можно найти несколько. В семьях за общим столом имеется возможность пообщаться, у родителей – расспросить школьников о событиях в школе, помочь добрым советом. Общие разговоры положительно сказываются на словарном запасе школьников. Повторяющиеся общие приемы пищи повышают чувство безопасности детей, потому что они воспринимают себя равными членами семьи и достойными участниками дискуссии.
Согласно новейшим исследованиям семейные посиделки за столом помогают контролировать вес. Скажем, всем нам знакомо то чувство, когда мы съедаем чуть больше, если одновременно занимаемся чем-то другим. Раньше за столом было обычным делом смотреть телевизор, сейчас многие сидят в телефоне. Как правило, дети, принимающие пищу вместе с родителями, не могут одновременно пользоваться телефоном, а значит, у них отсутствует возможность случайно съесть больше необходимого. Иными словами, питание является важной частью детского развития – не только с точки зрения физического здоровья.
Взрослый кормит, а ребенок ест предложенное – это является центральной частью взаимодействия между ними, сопряженной со многими эмоциями. Если малыш плохо ест или отказывается от молока, мать начинает испытывать сильнейшее беспокойство: «Вдруг с ним что-то? А вдруг со мной что-то не так? Если он даже грудного молока не ест!»
В раннем возрасте, если ребенок начинает плохо питаться, это может стать причиной беспокойства или даже заставит родителя сердиться. Однако в основе нашей реакции на плохой аппетит ребенка лежит подсознательная мысль о том, что ребенок может погибнуть, если не будет есть, но выражается она совершенно иначе: «Мне пришлось так сильно постараться, так чего же ты не ешь?»
Позже эти небольшие, в общем-то, затруднения могут перерасти в серьезные проблемы, если мы, родители, будем излишне эмоционально реагировать на изменения в рационе ребенка. Да, порой нас охватывает желание вмешаться в процесс, особенно наблюдая, как маленькие дети раскидывают еду вокруг себя, но все же стоит избегать излишнего руководства процессом питания. Давайте условимся: если ребенок ест, пища доходит до рта и попадает в него, не нужно постоянно вытирать ему рот или вмешиваться в процесс. Детям не нужно отдельно готовить, будучи уверенным или предполагая, что ребенок не согласится есть то же самое, что и остальные члены семьи. Все блюда содержат что-нибудь, что ребенок с удовольствием съест, да и попробовать всегда имеет смысл.
В части новых блюд пример родителей воистину заразителен. Если родители о чем-то новом скажут: «Ах, ну и вкуснотища!» – и начнут есть, велика вероятность того, что их чадо, желая походить на них во всем, тоже потянется и, как минимум, захочет попробовать на вкус. Ученые из Колумбийского университета пришли к выводу, что может потребоваться минимум 15 раз, чтобы ребенок привык к новому вкусу. Вывод: не сдавайтесь, проявляйте настойчивость, раз за разом предлагайте попробовать – все получится!
Не секрет, что грудное молоко является лучшим питанием для младенцев, их рекомендуется держать на материнском молоке хотя бы до полугода. Кроха должен кушать всякий раз, когда проголодался, – даже ночью, хотя для родителя это означает прерывистый сон.
Может показаться, что кормление грудью не должно вызывать особых сложностей, ведь это базовый навык, но оказывается, что груднички и малыши постарше с ними сталкиваются постоянно. По статистике, около половины родителей отмечают, что им приходилось сталкиваться с тем, что их дети испытывали сложности с питанием: младенцы срыгивают, отказываются от груди, кушают слишком медленно, а детки постарше избирательно подходят к предлагаемой пище. Если мы посмотрим на процесс приема пищи с их точки зрения, то увидим целый ряд нюансов.
В возрасте 2–4 месяцев младенцы начинают «бастовать», они нервничают и отказываются от груди или бутылочки, по какой-то причине им сложно успокоиться, и тогда съеденного количества молока хватает лишь на какое-то время, потом вновь нужно кушать.
Малыш может отреагировать на перемены в окружении и потерять концентрацию внимания на питании. Обычные заболевания, насморк или вирус, пребывание в больнице или долгое отсутствие родителя способствуют ухудшению аппетита грудничка или ребенка постарше.
Действовать можно по-разному. Иногда помочь ребенку побороть протест против кормления можно при помощи перемены позы или места, а чтобы он лучше запомнил сам процесс сосания, молоко можно вбрызгивать ему в рот или предложить соску. Помогает позднее начало кормления, когда малыш уже точно голоден. В некоторых случаях дети попросту забывают, что им нужно возмущаться, если начать кормить их еще в полудреме. На период кормления важно создать определенный уровень комфорта и спокойствия для малыша и самого родителя. Чтобы успокоиться и расслабиться, можно напомнить себе, что с ребенком ничего не случится, даже если он плохо поест. Не получается сейчас? Попробуйте повторить позже, когда сами сможете успокоиться. Состояние родителя отражается на малыше: он лучше успокаивается, если кормилица уравновешена и благодушна. Сегодня в интернете можно обнаружить самую разнообразную информацию о кормлении грудью, однако если ситуация усугубляется, имеет смысл связаться с врачом поликлиники, и тогда вы вместе сможете продумать, какие конкретные меры можно предпринять для решения проблемы. Ребенок растет, и его аппетит во многом зависит от скорости роста, его активности и качества сна. Смена дневного ритма и заболевания отражаются на потребности в пище и аппетите вообще. Начиная с возраста 1–2 лет физиологические ритмы начинают нормализоваться, и тогда родители могут начать формировать регулярность в приеме пищи.
Родителям сложно знать, ребенок голоден или сыт, если тот питается нерегулярно, если в перерывах между приемами пищи перекусывает или пьет напитки с высоким содержанием сахара. Иногда нам тяжело отказаться от того, чтобы дать ребенку перекусить что-нибудь, если он вообще ничего не ел или съел слишком мало. Памятуя о здоровье, ребенка следует приучить к тому, что кушать надо только во время приема пищи, а в промежутках не нужно кусочничать.
Проблемы с питанием нередки, и некоторые из них проходят со временем, являясь частью развития ребенка. Отсутствие аппетита, избирательный подход к еде или полный отказ от нее – это еще далеко не все. Дети едят песок и всякое непригодное в пищу, кто-то любит покушать тайком, кто-то бегает к холодильнику в течение дня. Обычное дело – плохое поведение за столом. Отсутствие аппетита может являться первым признаком заболевания. Иногда после кишечного расстройства у ребенка может сформироваться отвращение к какому-то виду пищи, если он подсознательно или осознанно связывает ее со своей болезнью.
Наиболее распространенной причиной избирательности в еде является конфликт между естественной потребностью к обретению независимости и пожеланиями родителей.
На столе может стоять его любимая еда, но ребенок все равно будет капризничать, желая продемонстрировать свое желание. Он станет кривляться и мешать за столом, отказываться от еды, пытаясь тем самым привлечь к себе внимание со стороны взрослого. Это, как и упомянутое выше поедание несъедобных предметов, переедание или отказ от пищи, может свидетельствовать о дефиците внимания, о стремлении ребенка ощутить близость взрослого, контакт с ним.
У детей в возрасте 2–3 лет начинает проявляться желание принимать решение самому, и тогда прием пищи может стать предметом споров. Ребенок постоянно подвергает нас испытаниям, тестирует на прочность – получится ли у него протолкнуть свое желание и действовать сообразно своим представлениям или же нет. Здесь мы должны понять, что, как бы нас ни бесила его избирательность в еде и нежелание есть в принципе, наихудшим способом добиться результата является заставить ребенка есть. Как правило, насилие в этом деле приводит к худшим проблемам.
Если вопрос о питании приводит к столкновению интересов и превращается в «борьбу за власть» между родителем и ребенком, следует попытаться поставить точку уже в самом начале разворачивающегося конфликта. Да, родителю может показаться трудным сказать отказывающемуся от еды отпрыску: «Вижу, тебе не хочется есть, давай попробуем позже», но ни в коем случае не стоит соглашаться на требования ребенка дать ему чего-нибудь другого, «вкусненького», и не нужно уже через мгновение предлагать ему перекус. Малышу не повредит, если он раз или два не доест или не съест предложенного. Помочь в разрешении пищевого противостояния можно перекладыванием ответственности: тот из родителей, кого капризы ребенка раздражают меньше или у кого ребенок меньше капризничает, может просто принять на себя ответственность за его кормление на какое-то время. Здесь родителям нужно определиться, как вести себя во время приемов пищи и как действовать с ребенком.
В вопросах питания, как правило, родители должны отвечать за обеспечение детей полноценной, разнообразной и полезной пищей, а дети решают сами, сколько они хотят съесть. Первоначально, когда малыша переводят на твердую пищу, может показаться, что у того «по усам течет, а в рот не попадает», но как только ребенок начинает демонстрировать желание есть самостоятельно, родителям имеет смысл начать предлагать ему то, что он может брать пальцами, и ложку для растертых блюд.
В психологической науке управляемая наследственными факторами потребность развития называется «мотивацией достижения». Не стоит отказываться от столь естественного стремления в обучении ребенка есть самостоятельно. Ему приятно что-то делать самостоятельно, добиваться результатов, хотя удерживаемая родителем ложка и является тем прибором, благодаря которому еда попадает по назначению. Не страшно, что скатерть испачкана, ее можно выстирать или, на худой конец, найти ей другое применение. Малышу комфортно, когда он может выбирать, к примеру, между помидором или огурцом, а если он начинает отворачивать голову, это знак, что пора заканчивать и говорить спасибо.
Мальчику Илмари год и четыре месяца. Отец кормит его с ложки. У каждого из них своя тарелка с картофельным пюре. Илмари размазывает пюре по краям, потом запихивает ложку обратной стороной в рот. «Твоя пюрешка упала», – говорит отец, набирает своей ложкой и подносит сыну ко рту. Тот смахивает ложку на пол и запускает руки в тарелку. «Кто же ест руками-то?» – спокойно говорит отец, берет новую ложку и вновь дает Илмари. Малыш сначала разглядывает пюре на пальцах, затем засовывает их в рот и начинает облизывать. «Не выплевывай», – говорит отец и скармливает очередную ложку. Илмари тянется за бутылочкой с водой, хватает ее и начинает стучать по столу. «Хочешь пить? Попей немного», – говорит отец. Илмари пьет, потом соглашается съесть еще одну ложку, следующую выплевывает, а затем и вовсе начинает отворачиваться. Отец предпринимает еще одну, уже тщетную попытку докормить, но когда Илмари вновь отворачивается, то произносит: «Вот мы и поели. Молодец! Скажем спасибо». Вытирает ему лицо и руки, достает из детского стульчика и ставит на пол.
По возможности детей в этом возрасте можно подключать к приготовлению пищи или просить помочь накрыть на стол. Двухлетка в состоянии подать поварешку или миску, поставить на стол свою тарелку, единственное, он нуждается в четких инструкциях, как вести себя во время еды. Именно поэтому стоит обсудить разные ситуации, связанные с приемом пищи: что готовится, где кто сидит, как вести себя и когда можно выйти из-за стола.
У ребенка не нужно спрашивать «хочешь есть?» или «идешь за стол?», потому что, скорей всего, вы услышите в ответ «нет», и ситуация только усложнится. Правильней сказать «сейчас будем кушать» или «иди-ка кушать» и проследить, чтобы ребенок действительно пришел за стол. Хорошо бы заранее обсудить то, как действовать, если он не хочет есть или именно в этот момент у него не получается не мешать другим. В конце концов, ребенок может быть расстроен или голоден, или он настолько устал, что не в состоянии контролировать свои эмоции и вести себя правильно. И тогда, чтобы восстановить баланс, требуется понимание и помощь взрослых. Если в спокойном ключе разобрать события прошедшего дня и испытанные переживания, ребенок сможет осознать случившееся. А дальше он, возможно, согласится поесть.
Трехлетняя Лили и мама готовят ужин. Мама говорит: «Неси свою тарелку сама на стол». Лили относит, а затем ложку и стакан. На обед она съела большую порцию картофеля фри с сосисками. Когда ужин готов, Лили усаживается на свое место за столом. Мама наливает рыбного супа, и Лили тут же говорит: «Не хочу этого, не люблю рыбный суп». Мама отвечает: «У нас сегодня только это, любить не надо, надо просто есть». Тогда Лили пинает ножку стола и громко заявляет: «Хочу сосисок!»
Совершенно типичная для трехлеток ситуация: дети испытывают родителей на прочность, а здесь Лили пытается заменить суп на сосиски. Ее мать действует совершенно правильно, говоря о необходимости есть то, что имеется, даже если и не нравится. В принципе она могла бы еще добавить: «Разговаривай за столом тише и держи ноги на месте». Предполагая, что Лили уже проголодалась и захочет поесть, как только закончит капризничать, она говорит: «Съешь хотя бы три ложки».
После этого Лили соглашается: «Ладно, но только три ложки». Начинает, морщась, есть. Мать не обращает внимания на ее гримасы и расспрашивает старшего ребенка о событиях в школе. После первой же ложки у Лили разыгрывается аппетит, и она съедает полтарелки.
В этот раз мама предположила совершенно правильно, что Лили точно захочет поесть. Все же она съела на обед большую порцию, поэтому на ужин половина тарелки вполне достаточно. Мама может быть довольна и сказать дочери следующее: «Молодец, что поела, можешь еще немного поиграть перед сном».
На следующий день Лили была в детском саду, к вечеру она уже сильно устала и раскапризничалась. Отец приготовил ее любимую еду, но настроение дочки от этого не улучшается. Она ворчит, садясь за стол, начинает пинать ножки стула и говорить, что такое есть не собирается. Отец удивлен: «Что такое? Это же твое любимое блюдо!» Лили начинает плакать и кричать, что не будет есть.
Если ребенок устал и настроение у него испортилось, то здесь лучше прекратить всякие пререкания насчет еды. Отец мог бы сказать следующее: «Кажется, ты не в настроении. Помнишь, если за столом не получается сидеть, можешь выйти на секундочку». Они вдвоем могли бы пойти в другую комнату, обсудить то, почему Лили капризничает. Он мог бы поинтересоваться, что ее так огорчает.
Детям сложно понять, что их беспокоит, откуда капризы или грусть. Разобраться в этом могут помочь именно родители, задавая уточняющие вопросы и предлагая варианты: «Что тебя так расстроило, дома что-то случилось после садика?» Если ничего, то можно спросить дальше: «Может, в садике что-то произошло?» Если ребенок ответит утвердительно, можно продолжить расспрашивать. В нашем случае Лили поссорилась со своей лучшей подружкой, и это ее огорчает. Папа в силах помочь дочери решить проблему, когда они завтра пойдут в сад, то пообщаются с той девочкой.
За детскими капризами часто стоит какая-то неприятность, портящая им настроение. Ребенку проще вернуться к нормальному состоянию и начать взаимодействие со взрослым, получив помощь и понимание со стороны родителей в выяснении своих чувств и эмоций. В этой ситуации папа и Лили могли бы договориться, что она съест столько, сколько сможет, а потом они отправятся умываться и спать.
Ребенок нуждается в словах благодарности за свои правильные поступки, за любую помощь, которую он оказывает. Положительная обратная связь рождает хорошее настроение, а если это связано с ситуацией приема пищи, то в дальнейшем ребенок будет есть с большим удовольствием. Последовательность в инструктировании и словах благодарности, а также собственный пример рождают у ребенка ощущение безопасности.
Привычный распорядок питания, четкие правила приема пищи помогают сбалансировать детский выбор: если конфеты выдаются только в оговоренное время, если они не лежат на видном месте, ребенок может не испытывать соблазна съесть их. Пищу не нужно использовать в качестве награды или наказания. Куда правильнее просто поблагодарить и продемонстрировать чувство привязанности и любви.
Наказание едой, принуждение к питанию приведут к тому, что у ребенка сформируются негативные представления о приеме пищи, что нежелательно.
Организовать совместный прием пищи с детьми школьного возраста оказывается непросто. Даже позавтракать не всегда возможно, потому что у большинства графики начала школьного и рабочего дня не совпадают. После уроков дети идут на кружки, а у некоторых тренировки и занятия проводятся несколько раз в неделю, им также хочется проводить досуг с друзьями. Учитывая это, работающим родителям сложно подстроиться под расписание, чтобы уделить детям внимание за общим ужином. Впрочем, это не проблема, достаточно продумать, в какой день и в какое время вся семья могла бы вместе поесть. Все же лучше, чтобы общие приемы пищи, пускай редко, но случались, чем если их не будет вовсе. Кстати, можно попробовать критически взглянуть на занятость, отсечь малозначимое, ведь на другой чаше весов лежит общий семейный отдых.
Наши привычки и образ жизни значительно поменялись с тех пор, когда во многих семьях в пять часов вечера после прихода родителей с работы домой вся семья усаживалась ужинать. Значение общих семейных трапез не только никуда не исчезло, но даже возросло, если взглянуть с позиций детского здоровья и семейного благополучия. Просто в нынешние времена нам, родителям, приходится предпринимать усилия, чтобы выделить четкое время и место. Вероятно, нам придется жестче требовать от детей уважения к семейным ценностям и общим завтракам, обедам и ужинам, поскольку они уже не являются само собой разумеющимся делом.
Сон важен всем
Ученые обратили внимание на сон сравнительно недавно и за короткий период времени успели провести много исследований, доказывающих его важность для физического и психического здоровья. Достаточный и регулярный сон снижает риск возникновения вызываемых стрессом заболеваний, помогает поддерживать нормальный вес тела.
Во сне наш организм обрабатывает произошедшие с нами днем события и раскладывает по полочкам все возникшие впечатления. Во взрослые годы, но особенно в детском и юношеском возрасте, организм нуждается в достаточном количестве сна, чтобы позволить организму перераспределить информацию, перенести все, что мы выучили или в чем упражнялись днем, в долговременную память, консолидировать знания и навыки. Согласно современным представлениям периоды сна нужны для очищения мозговыми клетками скопившихся в них за день шлаков.
Младенцы и маленькие дети нуждаются в большом количестве сна в силу того, что их бурно развивающийся мозг потребляет во время бодрствования большое количество энергии, а обучение происходит именно во сне. Собственно поэтому новорожденные проводят большую часть суток во сне – в среднем порядка 18 часов. Постепенно в возрасте 2–3 месяцев циркадные ритмы начинают перестраиваться: у ребенка нарастает фаза бодрствования, а продолжительные периоды сна происходят в ночное время. Дети до полутора лет могут нуждаться в одном или двух ночных кормлениях, поэтому полновесный ночной сон в этом возрасте практически невозможен.
В отличие от сна взрослых, малыши спят с периодами около 50 минут, из-за чего часто просыпаются по ночам. Эволюционные психологи пришли к выводу, что маленькие дети имеют врожденную потребность просыпаться с определенной периодичностью, чтобы убедиться в том, что мать рядом – точно так же матери просыпаются от издаваемых ребенком звуков. В постмладенческом возрасте потребность спать составляет 10–12 часов, в дошкольном и школьном возрасте – 8-10 часов в сутки. В подростковом периоде необходимость сна вновь вырастает, постепенно фиксируясь на уровне 7–9 часов в сутки, как и у взрослых.
По причине формирования нервной системы у большей части младенцев регулярные ритмы сна формируются начиная с 7 месяцев, а у кого-то – с года. При всей регулярности периодов сна ребенка в конце каждого цикла он пробуждается на короткое время, но не всегда просыпается при этом. Часть малышей в состоянии себя успокоить и перейти к следующему циклу, другие же испытывают с повторным засыпанием сложности. Часть малышей плачет при пробуждении, часть – нет. Некоторые младенцы кричат по ночам, но делают они это, чтобы убедиться в присутствии родителя. Такая особенность может сохраняться до 2–3 лет. Если ребенок много раз за ночь просыпается и будит родителей, им следует задуматься над тем, как выстроить график, чтобы каждый имел возможность выспаться.
Дети вырабатывают в себе способность продолжать спать, переходя от одного цикла к другому. Родители своими действиями могут укрепить умение детей успокаивать себя. Финские исследователи разработали систему «ассоциаций сна», под которой подразумевается, что малыш может заснуть при особых условиях, а пробудившись, нуждается в других особых условиях, чтобы заснуть заново. Предположим, ребенок привык засыпать во время кормления, значит, для повторного засыпания это условие должно повторяться, хотя он и не голоден. Поэтому родителям рекомендуется прекращать кормление незадолго до засыпания малыша и избегать, чтобы он засыпал на руках.
Дети, засыпающие в кроватках без дополнительного укачивания, смогут заснуть самостоятельно, переходя от одного цикла сна к другому. Не нужно отвечать, если малыш издает тихие звуки между циклами, как и не нужно тут же бросаться его утешать. Но если он начинает плакать, то отреагировать на плач необходимо. Сразу брать на руки не нужно, вместо этого родитель может положить руку на малыша и тихим голосом успокоить его, но если и это не помогает и приходится брать ребенка на руки, то, как только он успокоится, кладите обратно в кроватку.
Будет ли малыш спать с родителями или в другой комнате – этот вопрос необходимо решить, взвесив все за и против. Есть научно подтвержденная информация о том, что сон в одной комнате с родителями, ритм их дыхания помогает детям до года регулировать собственное дыхание. Это также упрощает ночное кормление. Некоторые семьи практикуют брать ребенка к себе в кровать, что в общем-то неплохое решение, только в этом случае следует предупредить возможное скатывание взрослого на ребенка. Кровать не должна быть слишком мягкой, чтобы малыш случайно не задохнулся, случись ему перевернуться на бок или на живот.
Некоторые дети чутко реагируют на звуки или сами издают звуки во сне. От этого они просыпаются и будят родителей. Организация сна ребенка в другой комнате может помочь нормализовать сон всех, правда, такое решение может оказаться для родителей сложнее: нужно вставать, чтобы покормить или успокоить малыша, а потом продолжать спать дальше.
Многие дети видят кошмары, они испытывают ночные приступы боязни – все это является естественной частью развития.
Ночной страх выглядит пугающе: ребенок плачет, повторяет одну и ту же фразу, его сложно разбудить. Прекратить приступ можно, взяв ребенка на руки, как правило, после этого дети быстро засыпают. Встречаются дети, которые боятся темноты. У большинства этот страх проходит с течением времени, родителю не нужно думать, что ребенка следует как-то особенно закалять или заставлять лежать ночью в темноте. Самое простое решение – оставить дверь приоткрытой, чтобы в детскую проникал свет, звуки из других комнат; ребенок будет знать, что родители рядом. Для кого-то выходом из ситуации является включенный ночник.
Облегчить засыпание можно, сформировав четкое расписание дня с акцентом на повторяющиеся вечерние процедуры. Осуществить это нужно не позднее, чем когда ребенку исполнится год, тогда ему всегда можно сказать: «Скоро пора спать. Поиграй еще пять минут, а потом убери игрушки – они тоже хотят спать». Ужин, умывание, чистка зубов, надевание ночной пижамы, чтение книжки в кроватке, колыбельная или вечерняя молитва создают безопасность и помогают ребенку успокоиться и уснуть.
В социальных сетях можно встретить картинки мозга малыша, изображающие то, что детям приходит на ум в различных ситуациях. На одной из картинок в мозгу засыпающего ребенка появляются такие знакомые каждому взрослому просьбы попить водички и сходить в туалет. Этим дети пытаются отложить укладывание и немного растянуть общее время с родителями. Удовлетворить такие просьбы можно только один раз, но потом следует сказать ласково: «А теперь нам пора спать, спокойной ночи».
По сегодняшним меркам контроль за сном школьника – одна из наиболее сложных задач. Синее свечение экрана телевизора, смартфона и компьютера вызывает возбуждение мозговой деятельности, а предлагаемый контент мешает засыпанию. В интернете постоянно появляется что-то интересное, а проводимое в соцсетях время пролетает незаметно. Стриминговые сервисы привлекают всех, потому что следующая серия начинается вслед за предыдущей. Человек не замечает, как он просмотрел уже три серии вместо предполагавшейся одной.
С детьми школьного возраста родители могут обсудить важность сна для его организма, обосновав время отхода ко сну. Если ребенок в десять лет встает в шесть утра, он должен отправляться спать не позднее девяти вечера, чтобы выдержать требуемую продолжительность сна. Первоклашке требуется десять часов сна, значит, он должен идти спать в восемь вечера, шестиклассник же может не спать до десяти вечера.
Сложно определить раз и навсегда подходящее для всех время отхода ко сну. В этом отношении мы все индивидуальны. Определяя время укладывания, родители и дети могут исходить из двух постулатов: родители знают среднее количество требуемого сна, дети же определяют, чувствуют ли они себя бодрыми днем или нет. Когда ребенку хочется спать днем в школе, даже если он засыпает вовремя, это значит, что ему все-таки не хватает сна и время засыпания должно быть сдвинуто назад. И наоборот: если ребенок бодрый в тчение дня, хотя спит всего по семь часов, значит, количество сна для него достаточное. В свете современной науки регулярный сон продолжительностью менее семи часов в сутки представляет риск для здоровья. Если из-за школьной нагрузки и увлечений ребенок начинает спать меньше требуемого минимума, расписание следует поменять таким образом, чтобы обеспечить достаточный сон.
Предположим, что у ребенка не получается вовремя идти спать, в этом случае с ним нужно оговорить то время, когда выключаются все гаджеты и телевизор. Желательно, чтобы это происходило за полчаса до сна. Если ребенок не в состоянии выполнять требования, родители могут забрать устройство себе на ночь. Книга успокаивает значительно лучше, так что школьник по вечерам мог бы читать вслух какую-нибудь интересную книгу, если все необходимые дела выполнены.
Братья и сестры: чудо и кошмар
Консультируя родителей по поводу появления второго ребенка в семье, я иногда привожу пример своего супруга, сказавшего однажды: «У тебя скоро появится друг (подружка), уверен, что ты научишься его (ее) любить». В семьях с двумя детьми рождение третьего уже не является драмой для первенца, но младший ребенок может начать относиться к новорожденному как к конкуренту.
Поделиться книгой: