Помоги проекту - поделись книгой:
— Это-то понятно, — отмахнулась Анна. — Но кто твоя мать?
Из того, что она знала или «помнила», у Блэков просто не было ни одной подходящей по возрасту женщины. Правда, это другая история, но не до такой же степени!
— Кассиопея Блэк, ну, то есть, не Блэк, конечно, а Розье…
— Ничего не понимаю, — покрутила Анна головой.
Ни про Кассиопею Блэк, ни про какого-то Розье, она ничего не знала. Но зато вспомнила сейчас. Сегодня память баловала ее уже во второй раз.
— Твоя мама сестра Дореи Поттер?
— Ну, вот они и родили себе куколок на старости лет, — дернула губой Адара. — Матери было уже к пятидесяти, когда на семейном совете решили, что Блэков стало слишком мало. Ей приказали, она, как верная дочь клана, не смогла сказать, нет. Выдали замуж за вдовца. У отца двое парней старше меня, но я с ними не знакома. Один сидит в Азкабане, а второй — то ли убит, то ли ушел в подполье, как моя кузина Белла.
— Белла, насколько я знаю амнистирована.
— Ну, а Эвана вряд ли когда-нибудь простят.
— Понятно, — кивнула Анна. — Значит, ты Розье?
— И да, и нет, — усмехнулась девушка. — Была Розье, но потом родители развелись, брак-то был договорной. И нас с матерью вернули в семью. Мать сразу же умотала во Францию, а меня подбросила Вальбурге. Так с тех пор там и живу, вроде как приемная дочь.
— В доме на Гримо 12?
— О, как! — удивилась Адара. — Ты знаешь мой адрес. Значит, ты своя?
— Была своя, — вздохнула Анна. — Когда-то давно. Я же на Слизерине училась, всех знала, со всеми общалась.
— Я тоже закончила Слизерин.
— И подалась в Авроры?
— Ну, кто-то же должен обелить нашу фамилию, — пожала плечами девушка.
— Один уже попробовал, — не без горечи припомнила Анна. — Теперь гниет в Азкабане.
— Ты тоже думаешь, что Сириус невиновен? — разом всполошилась Адара.
— Уверена!
Но была ли она уверена? Это у Роулинг Сириус случайная жертва обстоятельств, но тут-то все случилось как-то иначе.
За последние семь дней Анна просмотрела довольно много книг, которые так или иначе освещали события той магической войны. Были среди них официальные издания, одобренные министерством магии или Ученым советом Хогвартса, но были и другие, оппозиционные, выступавшие с критикой официальной линии, которую принято было называть «Концепцией Дамблдора». Эти в основном были изданы за рубежом. Однако устоявшейся картины случившегося у Анны так и не сложилось. Слишком много вопросов, слишком мало данных.
— А ты кто, вообще? — нарушила ее размышления Адара.
«Ну и что ей сказать? — Задумалась Анна. — Правду? Что ж, пусть будет правда».
— Я Анна Энгельёэн.
— Что?!
Немая сцена длилась минуты три. Адара стояла перед ней с выпученными глазами и ничего не могла сказать. Только открывала и закрывала рот, как рыба, вытащенная на берег. Анна ее не торопила. Пусть переварит.
— Но ты… — отмерла наконец Адара.
— Умерла, — кивнула Анна. — А потом ожила. Но вот об этом в Аврорате рассказывать не надо. Не то, чтобы я кого-то боюсь. Мне бояться нечего, но опасения имеются.
— Я не… — замотала головой Адара. — А Вальбурге и Беллатрисе можно рассказать?
— Им можно, — разрешила Анна. — Тут вот какое дело. Я наследство получила. Случайно, не специально, но кое-кто может на меня за это обидеться.
— Что за наследство?
— Я стала главой рода Роули.
— Роули? — переспросила Адара. — Умереть не встать! А Торфинн, тогда, как?
— Из-за Торфинна все и вышло. Его отец изгнал из рода и вскоре после этого сам умер, и я осталась единственной наследницей по крови и магии.
— Это точно надо Вальбурге рассказать, — хихикнула девушка. — Будет с тебя пылинки сдувать. Еще бы! Священные двадцать восемь, сколько их осталось-то?
— Э… — сказала она вдруг, прерывая свой смех. — Мы еще встретимся или как?
— Ты вечером занята? — спросила тогда Анна.
Адара ей понравилась, и знакомство можно было продолжить. Вернее, стоило продолжить. А там, видно будет.
— Это ответ?
— А ты как думаешь?
— Зайдешь за мной на Гримо?
— Хочешь похвастаться? — улыбнулась Анна. — Не боишься, что тебя Вальбурга прибьет?
— Волков бояться — в лес не ходить.
— Как скажешь, — кивнула Анна. — Зайду в семь вечера. Не рано?
— В самый раз!
Проводив Адару, которая спешила на занятия в Аврорат, Анна отправилась улаживать свои дела. Она была даже рада, что удалось совместить приятное с полезным: прогуляться по Лондону с красивой девушкой и с утра пораньше заявиться в Министерство. Ей надо было зарегистрировать свое новое гражданство в Департаменте Магического Правопорядка, совмещавшего в себе функции магловского МВД и прокуратуры, и точно так же официально «застолбить» принадлежащие ей теперь голоса в Визенгамоте. Дело муторное, но необходимое, еще спасибо, что все эти организации находятся в одном здании, а не разбросаны, как у маглов, по всему городу. И первым делом, она направилась на третий этаж в Отдел Актов Гражданского Состояния ДМП. Там после получасового ожидания в приемной, — хорошо еще, что в ее сумочке лежала не одна только косметика, но и книги, — ее приняла чиновница средних лет, с которой они, по-видимому, в прошлом никогда не пересекались. Женщина приняла ее довольно вежливо, но с тем равнодушием, которое отличает профессиональных чиновников. Внимательно ознакомилась с предъявленными Анной документами, — а их было много, — вскинув в удивлении бровь, лишь когда дошла до патента на графский титул, и достаточно быстро оформила все необходимые бумаги, идущие в архив Министерства, внесла записи в три разных книги учета, и наконец выдала Анне тонкую серебряную карточку, являющуюся аналогом магловского удостоверения личности.
— Я бы рекомендовала вам в обязательном порядке зайти так же в Следственный отдел, — сказала чиновница, протягивая Анне магический паспорт. — Пусть отметят у себя, что вы никак не связаны с Торфинном Роули. Иначе замучаетесь потом ходить на допросы. Он, знаете ли, в розыске, а это чревато. Легче дергать родственников, чем поймать преступника.
Что ж, женщина оказалась по-настоящему хорошим чиновником. Скорее всего, она сделала это не по доброте душевной, а, полагая это правильным.
— Благодарю вас, — ответила ей коротким поклоном Анна. — Вы очень любезны.
— Я просто выполняю свою работу… — Сказано было все тем же ровным голосом, но Анне почудился отсвет гордости в карих глазах чиновницы.
«Вот человек на своем месте», — не без удивления отметила она.
— И все-таки спасибо, — сказала вслух, прежде чем покинуть кабинет. — Вы хороший человек.
А вот немолодой мужчин, принявший ее в Следственном отделе, оказался тем еще говнюком. Промурыжил ее не меньше получаса, задавая множество совершенно не относящихся к делу вопросов. А всего-то и надо было, что внести короткую запись в Розыскной Лист Торфинна Роули и в его же следственное дело.
«Сукин сын! — констатировала Анна, выходя из Департамента и направляясь в Визенгамот. — Тварь прокурорская!»
Судя по всему, ее прежнее «Я» тоже не любило прокурорских, хотя Анна и понимала, что без них, к сожалению, не обойтись. Пока есть преступники, нужны и все эти люди: прокуроры, следователи и авроры. И кстати о них. Она как раз проходила через холл, по одну сторону которого располагался Следственный отдел ДМП, а по другую — Оперативный отдел Аврората, когда ее перехватил местный мачо. Этот сорт мужчин одинаков по обе стороны Статута Секретности. Магические донжуаны ничем, кроме одежды, не отличаются от магловских казанов. А иногда, как, например, в этом конкретном случае, и одеваются точно так же. Этот был одет в классические джинсы с подвернутыми краями брючин, темно-синюю рубашку без галстука, чуть более светлую джинсовую куртку и поверх нее в кожаную куртку с меховым воротником. И все это летом! Впрочем, обе куртки были расстегнуты, демонстрируя стильный кожаный ремень и закрепленные на нем жетон аврора и ножны с волшебной палочкой. Образ довершали темные очки и белые кроссовки.
«Явно пересмотрел американских детективов, — мысленно усмехнулась Анна, смерив взглядом вставшего у нее на пути высокого широкоплечего блондина, — и косит теперь под одного из этих сержантов, лейтенантов или детективов. Сталлоне, Рассел и далее везде».
— Постой красавица! — Это было лишнее, она и так уже остановилась.
— Стою, что дальше? — хладнокровно ответила Анна, изображая снежную королеву.
— Дальше ты скажешь мне, как тебя зовут, а я скажу тебе мое имя, и мы договоримся о свидании, — улыбнулся мужчина.
Он был в достаточной мере красив, чтобы разбивать женские сердца, и, по-видимому, умел и любил это дело. И, наверное, будь она другим человеком, повелась бы на его нахальство, принимая его за уверенность в себе. И, может быть, пошла бы с ним на свидание, которое вполне могло бы завершиться «постельной сценой». Но ей он был неинтересен. Вот Адара задела какие-то струны ее души, а он нет. Да, бог бы с ней, с душой, он, в отличие от юной Блэк, даже обычного влечения у нее не вызывал.
— Назовитесь! — потребовала она, не меняя, впрочем, несколько равнодушной интонации.
— Гэри МакВи[3], мэм! — заулыбался бравый шотландец.
— Так вот, Гэри МакВи, или ты сейчас отойдешь в сторону, и мы забудем этот досадный инцидент, или нет. И тогда это будет считаться нападением на члена Визенгамота.
— Что-то не припомню такой красотки на министерских скамьях, — хохотнул аврор. — Я бы такую кралю не пропустил!
«Еще и хам!»
— А кто вам сказал, МакВи, что я представляю министерство?
— Хочешь сказать, что ты глава великого дома? — продолжал веселиться мужчина.
«Идиот! Но представим, что на моем месте стоит обычная девушка. Да та же Адара. Он ее конечно не изнасилует, но настроение испортит».
— Я Леди Роули, сэр! — сказала она, поднимая руку и демонстрируя кольцо Лорда. — И я обещаю вам, что вы надолго забудете, как вообще выглядят женщины!
Что ж, если следовать букве закона, нападение на члена Визенгамота — это срок. Закон суров, но, как говорили латиняне, dura Lex, sed Lex. Закон суров, но это Закон!
Вот теперь, рассмотрев ее кольцо, он понял, что влип. Тюрьмой дело вряд ли закончится, — не те времена, — но неприятностей эта красавица может принести столько, что как бы не пришлось увольняться из Аврората.
— Прошу прощения, миледи! Я был неправ. Я…
— Договоримся так, — оборвала она его жалкий лепет. — Я не стану подавать официальную жалобу, но внесу описание инцидента в свой журнал члена Визенгамота. Попадетесь на хамском отношении к женщинам, и я дам ход делу. А проследить за вашими приключениями, я попрошу своего секретаря. Идет?
Секретаря у нее не было, и о журнале-ежедневнике она знала пока только теоретически, но отчего бы не припугнуть дурака?
— Не слышу ответа.
— Благодарю вас, миледи! — заспешил МакВи. — Я исправлюсь! Вы можете быть уверены!
— Что ж, посмотрим… С дороги!
Если этот инцидент поможет хотя бы одной женщине, это уже будет победой. Сейчас на дворе восьмидесятые, и о равенстве полов можно говорить только теоретически. Что у маглов, что у магов миром правят мужчины.
«Хотя у магов это не всегда очевидно», — вспомнила Анна о Вильгельмине Тафт и Миллисенте Багнолд. Ах, да! У маглов есть собственная Тэтчер!
Больше ей никто не мешал, и она спокойно добралась до Секретариата Визенгамота. Здесь, правда, тоже случился инцидент, но совсем иного рода. Младшего секретаря, который должен был оформить ее бумаги, как нового члена Визенгамота, чуть удар не хватил, когда он увидел фамилию Роули. А у старшего секретаря случился-таки сердечный приступ, когда он понял, что эта молодая женщина владеет сразу тремя голосами. В общем, было весело. Хотя Анне, на самом деле, было не до смеха…
Поход в Министерство Магии был необходим, но довольно сильно расстроил Анне нервы. Ну, не железная же она, в самом деле!
«Бюрократы проклятые! — огрызалась она мысленно. — Недоумки! Крючкотворы недоделанные! Филистеры[4] гребанные!»
В общем, она бушевала в душе, но внешне держала марку. И раз уж так вышло, что она была в одном броске через камин от Косой аллеи, Анна решила сходить в кафе Флориана Фортескью. Ведь это все знают, нет лучше средства от печалей, — во всяком случае, для девушек, — чем хорошая порция мороженого. Бывшее ее «Я» ничего об этом кафе-мороженом не рассказывало, а другое «Я» знало о нем только из упоминаний в книжках про Гарри Поттера. И теперь у нее появилась возможность проверить, так ли хорошо то мороженое, которое делает этот Фортескью? И еще одно соображение, но тоже в строку. Посещение Министерства показало, что никто ее не помнит и в лицо не узнает, и, значит, она сможет без опасений прогуляться по волшебной улочке, поесть мороженного у Фортескью и выпить чашечку чая в чайной Розы Ли, и, наконец, зайти в книжный магазин «Флориш и Блоттс». В Европе, во всяком случае в Цюрихе, Страсбурге, Люксембурге и Брюсселе, через которые она проезжала по дороге в Англию, она не нашла достаточного числа книг, рассказывающих о Хэллоуине 1981 и о событиях, предшествовавших трагедии. Как и о том, впрочем, что происходило в магической Англии после поражения едва не захвативших власть пожирателей смерти. Так что у нее были большие планы на посещение книжного магазина. И, если бы не острое желание поскорее найти свой дом на Пэлл-Мэлл, она бы, пожалуй, и в Гринготтс сходила, раз уж выдалась возможность посетить Косую аллею.
Однако, не даром говорится, что человек предполагает, а бог располагает. Увы, но все ее наполеоновские планы, не считая посещения кафе-мороженого, пошли коту под хвост. Едва она успела съесть первый шарик мороженого, которое, и в самом деле, оказалось просто замечательным, как ее окликнули. И это было плохо, потому что встречать старых знакомых ей категорически не хотелось. Но сделанного не воротишь, а ее, как назло, окликнул кто-то из своих, потому что назвать ее Анникой могла только близкая подруга. Анна даже сама себя так не называла, и в первый момент не поняла, что это обращаются именно к ней. Однако боевые маги — люди резкие и соображают быстро, а реагируют еще быстрее. Поэтому пауза не затянулась, и она обернулась к позвавшей ее женщине.
Ну, что сказать? Это была подстава в полном смысле этого слова. Но остается вопрос, сколько должно случиться совпадений и случайных встреч, чтобы обрушить к чертовой матери теорию вероятности? Она еще и двух дней в Лондоне не пробыла, а уже успела переспать с «еще одной Блэк», познакомившись с ней совершенно случайно на магловской стороне Статута. А теперь еще и это.
— Анника! — позвал ее женский голос. — Это же ты, Анника?
И Анне пришлось реагировать. Она обернулась на голос и увидела буквально за соседним столиком рыжеволосую и зеленоглазую женщину, которая не могла быть никем иным, кроме Лили Поттер. Узнать ее было несложно, тем более, что за столиком рядом с ней сидел Гарри Поттер собственной персоной. Черноволосый, зеленоглазый и в очках. Что еще? Стоящие дыбом волосы и зигзагообразный шрам на лбу? Они шли в комплекте со всем остальным. Так что, не перепутаешь.
— Здравствуй, Лили! — чуть улыбнулась Анна. — Надо же, только вчера приехала, а уже встречаю знакомых.
— Вообще-то, мы были подругами, разве нет?
«Что ж, значит, еще и подруги».
— Ну, мало ли, — сгладила Анна возникшую неловкость. — Давно не виделись. А ты теперь знаковая фигура.
— Я знаковая?! — всплеснула руками весьма эмоциональная ведьма. — Я бесплатное приложение к нему! — кивнула она на мальчика. — Это вокруг него Дамблдор хороводы водит, а я всего лишь мать Мальчика-Который-Выжил!
Судя по реакции мальчика, Гарри эта тема была неприятна, и, похоже, что мать поднимает ее довольно часто. Но он оказался хорошим ребенком. Сам промолчал и сидевшую рядом с ним маленькую девочку успокоил. Маленькие дети, — а девочке было от силы три года, — очень часто реагируют не на слова, которых обычно даже не понимают или не знают, а на интонации. А интонации Лили были недвусмысленны.
— Давай, мы обсудим это как-нибудь потом, — предложила Анна. — А сейчас познакомь меня лучше с твоими детьми. Это Гарри, — улыбнулась она мальчику. — Я его почти не помню, но узнать несложно. А это у на кто такой красивый?
— Это Виола[5]! — улыбнулась сразу же успокоившаяся Лили. — Вай, познакомься с тетей Анной!
— Называй меня просто Анной, Вай. И ты, Гарри, тоже.
Дети смотрели на нее с интересом, но Виолу, похоже, пугал ее шрам. То, что ребенок сразу же увидел этот шрам о многом говорило. Врожденный целительский талант?
Поделиться книгой: